Зачем нам знать Юрия Лотман?

2022-03-04T11:27:20.281Z

28 февраля культурологу, литературоведу и семиотику Юрию Лотману исполнилось бы 100 лет. Филолог Мария Нестеренко поговорила с его ученицей Марией Киселевой о "марксистских" взглядах ученого, умении раскрыть потенциал в диалоге и о том, чему сегодня обучают студентов на кафедре его имени.

Ю. М. Лотман

От истории литературы Лотман никогда не «отходил». Другое дело, что уже в конце 1950 годов стало очевидно, что историю литературы нельзя изучать с помощью существовавшего тогда арсенала средств. В советском литературоведении 50-х годов четко выделялась текстология, отчасти развивалось биографическое направление, но поэтики практически не существовало, любой разговор о тексте превращался в эссеизм и «вкусовщину». Произошло так потому, что советская власть надолго предала остракизму формальную школу. Уже в начале 1920 годов русские формалисты вышли за рамки «чистого» литературоведения, именно они ввели в научный обиход понятие «литературный быт». Они изучали текст в контексте, объединили литературную теорию и историю литературы и, кроме того, практику: они были не только учеными, но и писателями, и теория была для них не абстрактным знанием, а путем постижения текста и литературного процесса.

Подробнее о Юрии Лотмане и его значении для истории литературы можно прочесть по ссылке.

#книги

#наука

#литературоведение

#юбилей

#тарту

#интервью

#rara_rara_ru

Как «Лошадь в движении» изменила комикс

2022-02-28T10:07:52.911Z

О фотороманах, "движущейся" фотографии и ее влиянии на современный комикс.

Эдвард Майбридж "Лошадь в движении"

Почему «Лошадь в движении» изменила комикс

В первые десятилетия своего существования фотография не вступила в контакт с актуальностью. Для каждого снимка требовалась долгая выдержка, предполагающая свет, тишину и неподвижность. До сиюминутности Инстаграма должна была пройти целая вечность. Фотография прошлого знала лишь несколько фонов — светлые интерьеры, кладбище в ясную погоду, ателье... Подобно одомашненному животному, фотография была заточена в узкое пространство.

Газеты не пестрили снимками. Они были монотонно заполнены текстом, изредка прерываемым заранее приготовленной карикатурой. Пока фото было медленным, новости, казалось, то же не спешили.

Всё изменилось, когда Эдвард Майбридж (англ. Eadweard Muybridge) сделал знаменитую серию снимков «Лошадь в движении». К 1878 году, когда он проделал свой фокус, часть детских болезней фотографии была решена. Не требовалось застывать перед объективом на долгое время, чтобы впоследствии заплатить за снимок баснословную сумму. Однако фотоаппарат по-прежнему не снимал движение. Майбридж нашёл выход — вместо одного фотоаппарата взял двенадцать.

Его авантюрная затея должна была решить спор бывшего губернатора штата Калифорния Лиланда Стэнфорда с парой заядлых ценителей скачек. Предметом спора на $25000 стал вопрос: действительно ли лошадь в галопе отрывает от земли все четыре ноги? Чтобы дать ответ, Майбридж потратил почти четыре года. Он усовершенствовал не только фотоаппараты, но и продумал способ, с помощью которого можно синхронизировать процесс съёмки с бегом лошади. Ведь просто снять бег с двенадцати точек было недостаточно. Требовалось добиться точной последовательности кадров. Майбридж решил так: лошадь сама должна стать фотографом. На треке, где проводилась съёмка, на пути лошади растянули специальные нити. Разрывая их, животное спускало затвор на фотоаппарате, делая снимок.

Лиланд Стэнфорд выиграл спор: лошадь действительно отрывала все четыре ноги от земли. Однако работа Майбриджа оказалась более громогласным документом, чем он мог предполагать. В согласии с мнением, которое впоследствии высказал Беньямин, хронофотография (так был назван результат трудов Майбриджа) не следовала за искусством, но искусство шло по её пути. Для оглашения результатов длительного эксперимента Майбридж устроил большую пресс-конференцию, на которой продемонстрировал «Лошадь в движении». Множество журналистов разнесли по миру новость о свежей технологии, способствуя тиражированию двенадцатичастного образа. Движение объекта, показанное через последовательность изображений одинакового размера, разделённых рамками, оказалось откровением для публики и источником вдохновения для художников.

Газеты, публиковавшие до этого карикатуры и первые комиксы, начали отдавать на откуп художникам последнюю полосу. Yellow Kid Ричарда Ауткольта, считающийся первым классическим комиксом, не имел никакой раскадровки. Зачастую это была одна большая картина почти брейгелевского размаха, где событие складывалось из действий огромного количества персонажей, заполонивших улицу. Но происходящее представляло собой сиюминутную картинку, то самое случайно выхваченное мгновение. Эту ограниченность иллюстрации заметил Артур Бёрдетт Фрост (более известный как A.B. Frost), рисовавший иллюстрации и карикатуры для Harper's Bazar. Он принялся разбивать свои изображения на одинаковые панели, образующие последовательное повествование. Так, как теперь принято делать в любом комиксе. Порядок кадров, позволяющий зрителю с лёгкостью прочитать бег лошади в верном хронологическом порядке, был взят на вооружение, и стал неотъемлемой частью комикса.

Лефевр Д., Гибер Э., Лемерсье ф. Фотограф. По охваченному войной Афганистану с миссией «врачей без границ». / Пер. с фр. Зайцева А. — СПб.: Бумкнига, 2014. — 272 с.

Фотороманы — новый виток

Впрочем, комикс всегда обращался с инструментарием, которому был обязан, весьма утилитарно. Скромной миссией рассказов в картинках было быстрое развлечение читателя. И систему раскадровки, заимствованную у Майбриджа, он принял чисто механически. Ровно так же, как в дальнейшем использовал фотографию в качестве технического подспорья для ускорения производства сюжетов.

Пишет Максим Клейменов в своей статье для Rara Avis. Открытая критика.

#комикс

#rara_rara_ru

#книги

#визуал