Красный Царицын

Рецензия на «Гибель Империи» Егора Гайдара

2026-05-28T07:29:59.639Z

Книга достаточно известна в околополитизированной среде, однако не так часто оказывается действительно прочитанной. Некоторые её тезисы можно услышать от оппозиции, некоторые — от власти. Что особенно интересно — нынешний режим вполне можно именовать «гайдаровским», о чём, в общем-то, говорит и сам Гайдар в послесловии.

При этом в книге отчётливо чувствуются два лейтмотива: историко-политический и экономико-прикладной. И ценность их сильно разнится.

Типичная псевдо-марксистская критика

Гайдар — яркий представитель идеалистического мировоззрения, что подтверждается всеми его историко-политическими выкладками. Уже в определении «империи» закладывается логическая ошибка, поскольку ключевой критерий выводится через отрицание, а точнее — через отсутствие некой категории. То есть определение даётся через отрицание другого определения.

Так, империя по-Гайдару — это полиэтническое мощное государство, в котором властные полномочия сосредоточены в метрополии, а демократические институты (если они вообще есть), либо как минимум избирательное право, не распространяются на всю подконтрольную территорию. При этом на стр. 38 озвучивается уже «идея империи» — мощное полиэтническое государство, объединяющее многочисленные народы.

Как видно, реального содержания, кроме полиэтничности, у «империи» по-Гайдару нет. Есть лишь абстрактная «мощь» и отсутствие демократии, фактически сводимое ко всеобщему избирательному праву.

Полиэтничность — черта почти всех государств как сегодня, так и сто лет назад, потому критерий этот малоценен.

«Мощь» же подспудно подаётся как военная мощь — способность применить силу для решения внутренних и внешних вызовов. При этом сам Гайдар в конце книги говорит, что государство, неспособное навязать свою волю и применить насилие, перестаёт быть государством как таковым.

Остаётся один критерий — ограничение избирательного права значительной части «империи». Но с этой точки зрения СССР нельзя признать «империей», во всяком случае применительно к основным событиям книги, поскольку законодательство СССР не содержало норм, ограничивающих активное или пассивное избирательное право каких-либо групп населения.

Потому само определение «империи» у Гайдара выглядит некорректным.

На стр. 45–47 Гайдар связывает крах империй с «изменением картины мира» в метрополиях, из-за чего силовое удержание колоний стало восприниматься как неприемлемое. На смену «силе» якобы пришли инвестиции в колонии, социальные расходы и прочие формы «мягкого» влияния, из-за чего метрополиям стало экономически выгоднее избавиться от колоний.

И тут возникает странная конструкция. С одной стороны, нам проталкивают идею о том, что именно мировоззрение является решающим фактором и именно оно формирует экономические реалии. С другой — в качестве «благородства» предлагается постимперская логика по принципу «поматросил и бросил»: сначала пограбили, потом ушли. Причём не только мерзко само по себе, но ещё и довольно слабо соотносимо с реальностью. Достаточно вспомнить хотя бы Британское содружество.

Дальнейшие выкладки, причинно-следственные связи и выводы автора во многом строятся именно на этих формально-логических ошибках, подлогах и идеалистических мантрах.

Потому книга не представляет особой ценности с марксистской точки зрения в своей историко-политической части и скорее служит примером разрушительности идеализма в политике.

Почему подобная критика бесполезна

Как видно из предложенного выше текста, он имеет довольно слабое отношение к реальной теме книги и в первую очередь направлен на дискредитацию автора в глазах ангажированного или неискушённого читателя.

Фактически весь этот подход сводится к формально-логическому анализу методологии исследования, но почти не затрагивает само исследование.

Также важно помнить, что перед нами не строгая научная литература, а публицистика. А значит, автор имеет право на субъективность в подборе исторических примеров, аналогий и акцентов.

Говоря проще: работая с публицистикой, частью которой неизбежно является идеологизированность как форма интеллектуальной несвободы, мы сами должны быть свободны от этих пут и не размениваться на спор о том, какие именно кандалы приятнее для разума.

Именно поэтому в приведённой выше «критике» нет ни слова о сильной стороне книги, а значит, рядовой «читатель слева» попросту не поймёт её реальной значимости.

Основная ценность книги

В своей книге Гайдар достаточно чётко и убедительно показывает, что причиной распада СССР стали ошибки в финансовой политике государства, в том числе носившие системный и длительный характер.

Безудержная эмиссия и кредитование создали огромный избыток денег, что усугублялось регулированием цен и в итоге породило тот самый дефицит последних лет СССР. Вкупе с политической импотенцией позднесоветского руководства разрушение системы стало практически неизбежным.

И это, пожалуй, главный и самый сильный тезис Гайдара из трёх основных:

СССР пал из-за невменяемой финансовой политики;
проблемы в сельском хозяйстве подрывали продуктовую безопасность и делали СССР менее устойчивым;
централизованная авторитарная система неизбежно порождает подобные проблемы, а потому единственная контрмера — «демократизация», то есть ослабление государства с переходом к капитализму.

Тезисы расположены рецензентом по степени аргументированности и важности для дела коммунизма.

Но какие именно законы нарушило советское руководство, доведя ситуацию до развала?

Если кратко — экономические. Но в данном случае краткость становится уже не сестрой таланта, а сестрой подлога.

И здесь, несмотря на огромный объём приведённых цифр, таблиц, ссылок и сносок, книга на удивление малоинформативна именно в части генезиса описываемых процессов. Нередко цифры используются скорее для придания тексту весомости, тогда как сами выводы строятся на идеологизированных размышлениях автора.

Буквально по схеме: «в таком-то году собрали X миллионов тонн зерна, через пять лет — на Y миллионов тонн меньше, а произошло это потому, что СССР уничтожил трудовую этику крестьянина».

В логическую цепь аргументации, которая должна состоять из стальных звеньев, внедряется «маковый бублик» собственных убеждений — а в холодной и математической финансовой области подобное весомым аргументом служить уже не может.

В некоторых других местах многообещающее, казалось бы, обоснование обрубается почти сразу. В частности, едва упомянув о том, что к моменту прихода Горбачёва к власти правительство уже само толком не знало, сколько именно Советский Союз тратит на ВПК и насколько эти расходы вообще целесообразны, Гайдар очень быстро уходит от этой темы и в дальнейшем к ней почти не возвращается.

Можно, конечно, допустить, что сам автор не владел полной информацией о масштабах советской военки — что вполне понятно, — однако практически не обращаться к этой теме дальше, сосредоточившись исключительно на дисбалансе импорта-экспорта и проблеме продовольственных дотаций, как минимум странно.

Более того, в тексте присутствует довольно показательный пассаж о том, что бремя советской военной промышленности было для экономики настолько «привычным», что рассматривать огромные военные расходы СССР как самостоятельную причину распада нельзя. Как самостоятельную — возможно. Но как часть общей проблемы — уже нельзя не рассматривать.

Тут впору заподозрить, что подобным образом намеренно затирается важная часть вопроса: что именно постоянно пожирало такую массу советских ресурсов и финансов? Декларируемая Гайдаром неэффективность системы — или всё-таки чрезмерная расточительность, которая как раз и нарушала логику работы самой системы?

Аналогично мало внимания уделено и ряду других важных проблем советской экономики — например, растущей теневой экономике, развивавшейся параллельно с дефицитом. С одной стороны, можно сказать, что достоверно верифицируемых данных по её объёмам действительно немного. С другой — существует целый ряд исследователей, занимавшихся именно этой темой, а определённые выводы можно было бы сделать хотя бы на основании уголовных дел и материалов позднесоветского периода.

Но вместо этого значительная часть текста уходит на очередной панегирик демократии.

Обращаясь же к политэкономическим основам, мы неизбежно возвращаемся ещё к поздним стадиям варварства, когда только зарождалась частная собственность. И здесь возникает первый важный вопрос: что вообще породило частную собственность?

Ответ известен каждому неофиту — прибавочный продукт.

Следующий вопрос — когда появляется товарообмен и товарное производство? С развитием рабовладения и возникновением первых государств.

Третий вопрос — в чём особенность капитализма с точки зрения соотношения категорий «товар» и «продукт»? В том, что при капитализме абсолютное большинство общественного продукта существует именно как товар.

И тут возникает уже четвёртый вопрос: какой процент продуктообмена в СССР являлся товарообменом?

Вопрос этот, безусловно, дискуссионный, однако Гайдар в своей книге исходит из давно ставшего общепринятым ответа: в СССР доля товарообмена была вполне сопоставима с капиталистическими странами.

Рецензент в целом солидарен с этой позицией, поскольку задолго до Гайдара её озвучивал И. В. Сталин в своей работе «Экономические проблемы социализма в СССР», говоря о необходимости перехода от товарообмена к продуктообмену. То есть само наличие товарообмена в СССР Сталин также признавал.

С учётом же всех децентрализующих реформ после Сталина оспаривать тезис Гайдара применительно ко второй половине восьмидесятых годов, которым и посвящена финансовая часть книги, попросту глупо.

Потому в отношении позднего СССР вполне применимы стандартные экономические положения по части финансов и кредита. И все последующие операции «младореформаторов» в их собственных глазах были не разрушением системы, а именно «исправлением ошибок» экономического базиса.

Книга вообще весьма эмоциональна — причём не только в выбранном языке, который отнюдь не сух, но и в подборке примеров. Фокусируясь на подкреплении собственной позиции, Гайдар не столько «сгущает краски», сколько целенаправленно педалирует эмоциональный отклик читателя.

Фактически начиная примерно с четвёртой главы книга выстраивается по принципу непрерывного нагнетания: всё плохо, дефицит растёт, эмиссия усиливается, нефтяной рынок рушится, позднесоветское руководство принимает всё более запоздалые и некомпетентные решения, союзные республики обособляются, экономика разваливается, государство теряет управляемость.

Рецензент не отрицает, что всё и правда было плохо — особенно ближе к концу. Рецензенту искренне жалко «мальчика в очереди», и этот образ действительно должен быть близок многим, кто застал поздний СССР. Рецензент также совершенно не симпатизирует вымиравшему от старости руководству позднего Союза — близорукому, инертному и некомпетентному.

Но если отвлечься от нагромождения ужасов и холодным взглядом исследователя выловить из текста непосредственный ход процесса, то книга фактически повествует о следующем:

— в системе постепенно копились бюджетные проблемы, которые советская власть долгое время не хотела решать;

— затем желание решать появилось, но отсутствовало понимание путей решения, совместимых с принятой идеологией;

— потом пришло понимание, что решения нужны уже хоть какие-то, но не осталось ни политической воли, ни ресурсов для проведения полноценных реформ;

— а когда наконец пришли «младореформаторы», выяснилось, что союзные республики уже настолько выкрутили центру руки, что для предотвращения гражданской войны оставалось лишь соглашаться почти на все требования, упираясь рогом разве что в вопрос ядерного оружия.

В таком виде картина выглядит гораздо связнее и, как кажется рецензенту, ближе к реальности. Однако подобная трактовка совершенно не бьётся с гайдаровской концепцией «эпохи постимперий» и неизбежности либерализации, на изложение которой были потрачены первые три главы книги.

Более того, в таком случае сама книга приобретала бы почти оправдательный тон: «мы сделали всё, что вообще могли сделать в тех условиях».

Но именно такого тона Гайдар, судя по всему, всеми силами избегает. Ему явно не хочется признавать, что вместо «исправления ошибок» команда Ельцина — включая самого Гайдара — во многом просто делала со страной то, на что у неё хватало компетентности, ресурсов и фантазии.

Показательна в этом смысле и сдержанная, но вполне читаемая обида автора на другого бывшего «младореформатора» — Явлинского, когда тот спустя годы заявил, что реформы конца восьмидесятых — девяностых могли пройти значительно мягче и менее разрушительно, если бы проводились в ином порядке и с большей продуманностью. А также что дефицит административного и экономического ресурса у позднесоветской и постсоветской власти был далеко не таким абсолютным, как казалось тогда.

Безусловно, кроме эмоциональной реакции, существуют и рациональные альтернативы, однако книга и не ставит своей задачей их поиск. Она фиксирует последствия реального нарушения экономических законов и одновременно отстаивает необходимость политической решительности, основанной на научно обоснованном — в случае Гайдара, буржуазно-научном — плане действий.

Кратко о «зерновом» вопросе и продуктовой безопасности

Как уже отмечалось выше, рассматриваемая книга является публицистикой, а значит, неизбежно требует поправки на партийность.

И если в вопросах финансов «история болезни» отображена достаточно убедительно, а логика «лечения» в целом понятна — пусть и максимально далека от взглядов рецензента, — то в вопросе зерна подобной точности у автора уже нет.

В две тысячи двенадцатом году вышла довольно обстоятельная критика данной книги именно по «зерновому» вопросу. Потому в данном случае оставим проблему на откуп специалистам, а сами ограничимся скептическим отношением к аргументации Гайдара в этой части.

Демократия

Наиболее слабой частью книги остаётся апологетика демократии и свобод, поскольку сам автор, будучи профессионалом, на протяжении всей работы показывает: ключевые ошибки позднесоветского руководства были связаны вовсе не с недостатком демократии как таковой.

Более того, на примере Норвегии Гайдар сам демонстрирует, что и демократия вполне способна нарушать экономические законы в угоду политической конъюнктуре.

Так, автор говорит о необходимости крупных золотовалютных резервов для стран с «ресурсным проклятьем» и приводит Норвегию как пример ответственного подхода к финансам. Однако сама схема, описанная Гайдаром, выглядит довольно забавно: политики фактически обещают избирателям «распечатать» фонд и вложить деньги в экономику, но после выборов благополучно пересматривают свою позицию и ничего не трогают.

Такая вот своеобразная апологетика популизма.

Ещё интереснее итоговый вывод Гайдара о том, что точкой невозврата в истории России, приведшей к тысяча девятьсот девяносто первому году, стал… отказ Сталина от линии Бухарина.

Склеить подобный тезис с последующей апологетикой демократии и либерализма уже довольно трудно.

Можно было бы вообще оставить эту часть без внимания или ограничиться разгромом соломенного чучела о «врождённой неадаптивности» СССР, построенного якобы исключительно на насилии. Но здесь интересно другое.

Фактически книга прямо транслирует политический мем о «атомной бомбе от Ленина».

Именно такой эвфемизм используется для описания права наций на самоопределение. Впрочем, сам Гайдар в этом вопросе куда сдержаннее современных интерпретаторов. Он подробно расписывает происхождение данной идеи в европейской социал-демократии и говорит о том, что Ленин фактически импортировал её в Российскую империю, не соотнося до конца с собственной концепцией постимперского устройства.

При этом отношение самого Гайдара к этой идее скорее нейтральное, чем резко отрицательное. Он рассматривает её как аналог «смены мировоззрения» в морских империях — только применительно уже к сухопутным объединениям. Но сама эта нейтральность впоследствии легко трансформируется в куда более жёсткие политические трактовки.

Итого

Книга однозначно заслуживает прочтения непредвзятым взглядом — уже хотя бы для понимания как логики финансовой политики современной РФ, так и образа мышления либерального оппозиционера постсоветской эпохи.

При всех слабостях историко-общественной части книги, особенно первых трёх глав, их изучение всё равно полезно — хотя бы для понимания той самой «несвободы» мышления, о которой говорим и мы, русские коммунисты.

Финансовая же часть книги ещё раз показывает простую вещь: никакой лозунг и никакая идеология не способны решить экономические проблемы, если лозунги даются не к месту, а идеология начинает подменять собой живой анализ реальности.

Мысли после прочтения

Обвинение науки в «буржуазности» имеет смысл лишь в условиях буржуазного общества. При этом научные выкладки буржуазной науки, отвергающей классовое деление общества, следовало не механически отрицать, а применять и развивать в рамках советской системы, которая сама провозглашала себя обществом бесклассовым.

Именно так СССР мог бы не выхолащивать марксизм до набора ритуальных формул, а построить полноценную и всеобъемлющую научную школу для бесклассового общества. Однако в итоге самоназванные носители марксизма провалили даже задачу победы над буржуазией — во многом именно из-за идеологизации собственного сознания.

Наш ответ

2026-02-07T06:28:44.791Z

Оставим в стороне рассуждения о нашей мнимой вине и тех, перед кем мы якобы должны извиняться. Подобные высказывания не заслуживают ничего, кроме презрения. Рекомендуем учитывать это в дальнейшем

Основная часть начинается с воодушевляющего пассажа о том, что комментатор будет критиковать сам текст и не фокусироваться на неймдроппинге: «Кому-то кажется, что ссылаться на Бердяева – уже моветон. Но я уже настолько преисполнился, что верю даже в то, что у Ницше и Хайдеггера вполне можно найти здравое и разумное. И Маркс, и Ленин и другие уважаемые люди ссылались на идеологических врагов и брали их данные.

Цимес в том, что из их изысканий получались рабочие и путные вещи. Что же до этого манифеста, то я осмелюсь критиковать то, что в нем написано, а не то, как он назван или на ком стоит».

Как говорится, обещать – не значит жениться, но обо всём по порядку.

«Уже здесь отмечается первичность влияния на советскую систему идеологии и взглядов идей Бердяева, хотя любое исследование трудов большевиков находит отражение именно марксистских взглядов. Бердяевская концепция ближе к теориям богостроительства (что справедливо было названо левым махизмом и выстегано Лениным).

Вопреки мнению большинства, абсолютно материалистических и идеалистических теорий не бывает. Существуют чрезмерно выпуклый идеализм, в котором мало материалистичного, и бывает чрезмерный (метафизический) материализм, который был неоднократно бит и обсмеян более разумными и мыслящими идеалистами (Та же история с Эйлером и Дидро). Прикол марксизма в том, что он перешагнул через абстрактных материалистов и дал такой метод анализа действительности, который до сих пор никто не смог превзойти.

Что же до Бердяева, то мы тут будем скорее иметь выпуклый идеализм. Он безусловно сидит на материалистичных (явственных) основаниях, на объективных особенностях русской морали, но, следуя за мыслью, философ улетает к небесам к Иегове прочь от России и российской реальности. Хотя бы и с критикой капитализма, хотя капитализм критиковали уже ВСЕ, включая самих капиталистов».

Откуда автор вытащил «первичность влияния на советскую систему идеологии и идей Бердяева» остаётся загадкой. Во введении нашего Манифеста, процитированного автором, чётко сказано, что Бердяев – внешний актор, исследователь, но не деятель Русского Коммунизма. Сам придумал – сам обиделся – сам разоблачил. Типичное соломенное чучело.

«Это, как бы сказали, проблема не только марксистов, но и любых людей, которые каким-то образом ушли в политику. Идеология – призма, и через эту призму человек смотрит на мир, преломляя свет, как ему необходимо. И крестьянские бунты, и феодальные нажимы, и ереси, и инквизиции – все эти идеологические движи проистекали из одного вполне реального собрания сочинений – Библии. Марксизм, вопреки многим мнениям и высказываниям, становился идеологией постепенно, начинаясь как метод исследования реальности, а идеологией становился по мере того, как все больше и больше людей вовлекались в этот движ. От такого эффекта идеология начинает упрощаться и упрощаться. Само собой, будут те, кто полезет дальше и будет самообразовываться, но большая часть ВСЕГДА ограничится минимумом. Тогда – по причине неграмотности и необходимости поднимать страну. Прелесть человека, который умеет работать с методом Маркса, что он может им решать ДАЖЕ в рамках призмы идеологии. Фактически, она ему тоже нужна как часть практики, не более.

Справедливо, что от количества страдает и качество, и, в современных условиях, эта болезнь поражает любой политизированный движ. Сколько либералов читали что-то, кроме выкладок их вождей? Может они прочли идеологов и экономистов либерального толка? А если и прочли, то кого и в каком объеме?

Говорить, что Бердяев, якобы, вышел за рамки этого «ложного сознания» - значит уже становиться метафизиком и говорить, что он обрел сокровенное знание. По факту, это лишь создание новой идеологии, которое, по моему глубокому убеждению, вообще не нужно».

В данном случае речь идёт об идеологизированности сознания. И тот факт, что оно присуще всем в политической и околополитической сфере, не умаляет, а подтверждает то, что данная критика справедлива в отношении марксистов. И тот факт, что она проведена подробно – наше преимущество. Касательно пассажа про «прелесть марксизма» - благозвучная глупость, поскольку советский опыт показал, что для решения практических задач обывателю марксизм вообще не нужен. Присказка про то, что проложить дорогу можно и без диамата с научным коммунизмом, рождена именно в советское время. Более того, мы ведём речь об авангарде, а не о всей массе обывателей, потому авангард себе подобный «минимализм» позволить не может.

Ну, и нас вновь поджидает наш соломенный дурак, поскольку в манифесте не говорится о «выходе за рамки», а указывается лишь авторство термина и удачно подмеченная и обозначенная проблема.

«Выходили и боролись. Падал СССР по целой совокупности причин – экономических, культурных, идеологических, экологических и прочего. Романтики и гуманисты будут всегда, но они всегда будут проигрывать складывающейся реальности.

Насчет развалился легко – сомнительное заявление: множество войн, грабежей, военных переворотов, этнических и экономических конфликтов. Как-то, согласитесь, не похоже на Бархатный развод (хотя тогда, как мне говорили местные, накал ненависти был такой, что могли устроить гражданскую войну в центре Европы). Социальная травма от такого события фиксируется в большинстве социологических исследований. Сам Пу говорил, что это – геополитическая катастрофа немыслимых масштабов.

Забегая вперед, проблема данной статьи в том, что они стараются свести все беды к отсутствующей правильной идеологической линии».

Проблема в том, что все борцы, выходившие бороться за СССР в период перестройки - одиночки, вдобавок ещё и выступавшие с заведомо проигрышных позиций, консервативно-охранительских по отношению к той самой совокупности причин, ведших к падению. И именно поэтому все эти Сажи Умалатовы, Нины Андреевы и Ричарды Косолаповы проигрывали борьбу за умы граждан. Советскому Союзу нужно было обновление, а не морализаторское обличение демократов и попытки сохранить текущий порядок. Из нескольких миллионов силовиков СССР только Рижский ОМОН попытался выступить на стороне ГКЧП с решительными действиями, и это показывает, насколько ослаб Союз с точки зрения проецирования своей политической воли. Вот о чем мы говорим, когда заявляем, что никто не вышел его защищать. Никто - из тех, кто был бы обязан это сделать по долгу как служебному, так и идейному.

И основная причина этого в том, что партия самоустранилась от борьбы и фактически занималась самоуничтожением на протяжении всей перестройки. Что это, если не идеологическое банкротство той линии, которую проводила послесталинская КПСС? Кто, как не эта самая КПСС, должен был бы возглавить рабочий класс в борьбе против контрреволюции, кто, как не она, должен был быть авангардом? Более того - она и послужила основным инструментом демонтажа СССР, ведь вся перестроечная политика курировалась сверху. И вот здесь наш тезис о ключевой роли идейной несвободы выходит на первый план. Когда, пользуясь этой самой несвободой, переродившаяся партия не позволяет прорасти хоть каким-то жизнеспособным альтернативам застойному курсу слева, и даже хуже того - сама тщательно пестует всевозможные Институты системного анализа и академиков Абалкиных, готовивших рыночные реформы и контрреволюцию. Не понимать этого, засовывать голову в песок и повторять раз за разом ошибки прошлого больше подходит начётчикам из партий-наследниц КПСС, но зачем нам делать то же самое?

А что касается “бархатного развода”, то имеет место быть банальный уход в сторону от сути вопроса. Тяжелыми были последствия развала СССР, но сам по себе его роспуск оказался возможным через посиделки трёх алкоголиков в Беловежской пуще. И это событие не вызвало никакой значимой реакции, кроме рыданий и стенаний. Потому что неорганизованный пролетариат, пролетариат, преданный собственной партией, обречен оставаться классом-в-себе, чей удел - рыдания, стенания и покорное подчинение либералам-рыночникам. И лучшими союзниками этих либералов выступают как раз такие догматики, бьющие по рукам и голове любых левых теоретиков, желающих хоть как-то осмыслить причины развала СССР. Не положено. Нечего тут правильную идеологическую линию искать. Ревизионизм.

Отсутствие правильной идеологической линии это, кстати, еще одно соломенное чучело от нашего комментатора. Хотя бы потому, что мы, как нормальные марксисты, как раз и отрицаем идеологию, как форму “ложного сознания”, а говоря попросту, как ту самую интеллектуальную несвободу. Нам не правильная идеологическая линия нужна, а правильная картина мира, соответствующая относительной истине в данный конкретный момент времени, полученная с помощью марксистского метода.

А так как живем мы в данный конкретный момент времени, а не в советские времена, то и говорить стараемся с массой на понятном ей языке, и вместо канцелярита вроде “идеологизированности” применяем более простые понятия, такие, как “несвобода”. Иначе на разъяснение обывателю того, что такое “ложное сознание” по Марксу, у нас ушла бы ещё пара таких же манифестов, да только кто бы их прочитал? Нам важно не соответствие текста казеннной советской талмудистике, а чтобы нас люди понимали. Заинтересованному человеку можно позже пояснить и что такое идеология, и чем она от марксизма отличается, вот только надо сначала заинтересовать.

«Ну, во-первых, «мировоззрение – диалектический материализм» - это шляпа на уровне «мировоззрение – инженер-технолог». А во-вторых, добровольно свое убеждение формируют ВСЕ люди, но из доступного им набора. Абсурдно думать, чтобы неграмотный детишка из Сомали выбрал себе путь марксиста-ленинца. Это нелепо!

В России – полно библиотек, книг, интернета, все грамотны. Гляди – рассказывай о своих идеях, рекомендуй, обсуждай. Зачем создавать химеру на химере – вопрос».

Здесь, пожалуй, смошенничаем и сошлёмся на авторитет Ф. Энгельса: «Современный материализм — отрицание отрицания — представляет собой не простое восстановление старого материализма, ибо к непреходящим основам последнего он присоединяет еще все идейное содержание двухтысячелетнего развития философии и естествознания, как и самой этой двухтысячелетней истории. Это вообще уже больше не философия, а просто мировоззрение, которое должно найти себе подтверждение и проявить себя не в некоей особой науке наук, а в реальных науках»[1].Энгельс рассматривает диамат как мировоззрение, а не как метод познания, и мы в этом контексте с ним согласны, поскольку диамат – свод наиболее общих законов материального мира, пронизывающих вообще всю нашу реальность. Потому признание этого положения есть не методология, а мировоззрение, потому что масштаб применения и влияния есть весь мир, как и авраамические религии есть разновидность идеалистического мировоззрения, где главной силой является Бог. Если с этим не согласен комментатор и вторит современной академической науке, низводящей диамат до метода – его право, но матчасть знать надо. Здесь же предлагается идти по библиотекам, книжным клубам и спорить, спорить, спорить… Типичный цикл любого марксистского кружка в постсоветской России, ведущий никуда и ни к чему. Ценность критики всё ниже и ниже, тезисы всё типичнее и типичнее. Впрочем, оно ожидаемо.

«Тавтология. Марксизм – есть понимание реальности. Самую либеральную экономическую систему можно построить, пользуясь марксистским пониманием (ясины, явлинские и др. знали марксизм получше большинства, читающих эту заметку). Вопрос – в целеполагании и возможностях, сиречь, ресурсах и способностью этими ресурсами распорядиться. Кстати, корейцы в своей философии чучхе расписали это более грамотно и обстоятельно, нежели в этом манифесте».

Вот, вроде и хочется не приедаться к таким мелочам, да только за ними кроется сам дьявол. Сведение марксизма к «пониманию реальности» равносильно сведению советского опыта к «сталинскому террору» или «индустриализации». Удобно для дебатов, бесполезно и вредно для изучения и применения марксизма. Марксизм необходимо требует понимания реальности, но этим он, мягко говоря, не исчерпывается. Как минимум, марксизм ещё и про целеполагание в изменении мира, о чём дальше и комментатор указал. Выше комментатор также посмеялся над заявлением о том, что диамат (сиречь марксизм) - это мировоззрение, да только сел в лужу, и на этом примере оно как раз хорошо видно.

Невозможно отделить метод, которым достигается “понимание реальности”, и это самое “понимание реальности”. Невозможно Ясиным и Явлинским использовать марксизм, получать с его помощью вполне определённые выводы, а затем использовать их в целях либерального целеполагания. Всё потому, что марксистский метод необходимо ведёт к выводам об исторической ограниченности и конечности капитализма, разрушает самые основания той либеральной системы, которую предлагает строить комментатор на основе марксистского понимания. Единство метода и выводов и составляет мировоззрение, без этого единства получается каша в голове, каковую нам комментатор и демонстрирует с Явлинскими-марксистами. Что, рыночники вроде Чубайса и его друзей из андроповского реформаторского гнезда руководствовались марксизмом при составлении своих планов? Новое слово в исторической науке комментатор сказал… а хотя нет, просто повторяет набивший оскомину миф про хитрых буржуев, использующих марксизм для успешного построения капитализма. Спойлер: для этого и надо изучать экономический мейнстрим, чтобы убедиться, насколько иные методологические основы лежат в основе современного капитализма. И если комментатор будет рассказывать про то, что буржуи хитро использовали марксизм для построения социального государства, то опять-таки спойлер, это не так. Кейнсианство вполне себе на базе буржуазных теорий выросло.

И беда в том, что такие «мелочи», какие себе позволяет комментатор, порождают демонов навроде фашизма и национал-социализма, которые активно отделяют вопрос об интересах от вопроса о понимании реальности. Показательная безграмотная ошибка со стороны комментатора, уже вторая.

«Это было не после Войны. Это было ВСЕГДА. Вспомнить хотя бы того же Лосева – монаха философа-идеалиста. Ирония любого правящего класса в том, что единственный шанс ограничить зарождение таких человечков – это вырывать из-под их корней почву. Сиречь, создавать такие условия, при которых они будут не нужны.

В противном случае, они обречены заниматься прополкой ради того, чтобы пропалывать дальше. Как какой-нибудь поповский приход.

После войны в правящей элите происходил все тот же холодящий душу мордоворот, что и до войны. Учебник по политэкономии писался и писался, но так и не был написан не из-за косности элиты, а из-за косности ученых, которые эти учебники писали. А потом даже правящая элита стала творить вещи, противоречащие и экономике и политике страны».

Тут сразу видно непонимание исторического момента. Отдельные несогласные авторы есть и будут всегда, но в период подготовки ко второй мировой войне подавление несогласных понятно, как минимум, задним числом. После обретения ядерного оружия и статуса сверхдержавы сохранение идеологического давления подобных моральных объяснений не имеет. И вот мы уже имеем первые ростки того, в чём комментатор обвиняет нас – в превознесении идеологической составляющей в развале СССР. Очень интересно послушать, как комментатор предлагает создать условия, при которых будут «не нужны» авторы с позицией, отличной от доминирующей? Сделать массовую лоботомию? Чипизация? Или комментатор верит, что когда построится некий правильный социализм\коммунизм, то никто не будет приверженцем идеализма и иных «неправильных» учений? И здесь же, костность учёных, но не правящей элиты, это как так? Неужто такой вопрос, как учебник политэкономии, был свободен от влияния элиты? И как так вышло, что элита делала что-то противоречащее экономике и политике страны? Может, противоречия были в отношении идеологии у политики и экономики, которую элиты и проводили? Видимо, комментатор думает, что эти противоречия видятся кому-то как результат отсутствия или «искажения» идеологической линии, но это – опасное заблуждение. Комментатор кладёт собственную конструкцию в основу критики, что уже является соломенной тенденцией в данном тексте.

А если говорить про вину элит подробнее, то она проста, мы уже упоминали об этом выше. Партия поставила во главу угла принцип партийности, да только поняла его своеобразно. КПСС оказалась главным проводником этой самой партийности, была объявлена идеологическим монолитом и практически непогрешимой прям как папа римский. В итоге это лишило партию права на публичную ошибку, заставляя в случае каких-либо промахов заметать их под ковер, уничтожая публичную политическую дискуссию. В итоге политическая борьба продолжалась, но уже в непубличных формах, недоступных для влияния масс и даже для авангарда пролетариев. Итог - постепенная деградация самой партии и ее учения. Именно для недопущения повторения этой ситуации сейчас и нужен лозунг идейной свободы: свобода поисков без признания монопольной правоты уже заранее составленных выводов (особенно если они были сделаны в прошлом веке в конкретных исторических условиях).

«Ирония в том, что у этих людей (интеллигентов) было все. Буквально, они пользовались государственной поддержкой, ездили за границу, обладали государственными дачами и очень злостно за них дрались. Даже при Сталине, чего уж. Свобода, дорогие манифестаторы, это для кого надо в первую очередь свобода, и когда кто-то к ней взывает, то ВСЕГДА с определенной целью. Осознанная необходимость, помните?».

Буквально «мы про тёплое – нам про мягкое». Материальный уровень достатка интеллигенции никак не затронут в манифесте, речь идёт об идеологической зашоренности научной и культурной сред, что ограничивало творчество. Удивительно, что представитель движения жожеков не понимает столь очевидной проблемы.

«Супербред! В чем дихотомия – неясно, ведь интеллектуалы от нищеты страдали не всегда (О, далеко не всегда)».

Когда кажется – креститься надо, когда неясно – задать вопрос авторам. За подобную позицию огромная благодарность и уважение Чумному Доктору. Дихотомия в области идеи: «Что важнее – материальная или интеллектуальная свобода?». Данный вопрос с известным ответом, актуален для диссидентского движения в СССР и нынешней постсоветской интеллигенции. Если комментатор об этом не в курсе – это его проблема.

«Ничего из того, чего не было бы до этого. И в этом беда – буквально нет никакой практической пользы от введения в повествование какого-то «русского коммунизма». Можно ради рофла создавать и «белорусский», «украинский», даже «готский коммунизм». Просто есть один вопрос – зачем?

Можно, к слову, читать это первой ласточкой дискуссии».

Как минимум, для отсева кумачово-красно-марксистско-коммунистически-диалектически-материалистических кадров, у которых любое упоминание слова «Русский» вызывает приступ поиска глубинного фашизма, топограф «Царицын» приводит к падению забрала, и даже исторические сводки - не аргумент в стремлении к революционно-философско-пролетарско-коммунистической чистоте и избежание греха в марксистском понимании, хе-хе. Ну и грех, хе-хе, не спросить - почему “серая кепочка” и флаг конфедератов - норм тема, а вот слово “Русский” - что-то постыдное или “рофельное”? Неужто автор наступил на кучу “этодругина”? И это даже не элементы белогвардейской формы или имперской атрибутики, что тоже вполне сопоставимо с серой кепочкой.

И да, для возможности подобного подробного образцового препарирования догматического мышления в марксистской среде, для чего мы и вступаем в эту, с позволения сказать, дискуссию. Как показывает практика – результат достигнут.

«Бенедикт Спиноза когда-то сказал великую фразу «Невежество не аргумент». Ее любили повторять и Маркс, и Ленин и Сталин и многие другие. Из прошлого века мы, к слову, вытащили боллиаду ученых, людей искусства, зрелых и доблестных. Потому смысл в образовании и моральном воспитании (пусть и не вычурно краснючем-вонючем, как у левацких коучей) останется всегда. Я против того, чтобы человек был идиотом, поскольку удел идиота – ярмо.

Кстати, по факту тут челики снимают с себя ответственность за действия и образ мысли своих камарадов. Сразу видно потенциал учения».

Ну во-первых, что стало с СССР, к которому нас отсылает комментатор, где воспитание при Ленине и Сталине «краснюче-вонючим» называть не приходится, но из него это самое «краснюче-вонючее» как проявление интеллектуальной несвободы выросло? Во-вторых, к какому «разумному, доброму, вечному» призывает «порно-марксизм», авторами которого являются представляемые комменатором жожеки? Сколько претензий от трулей было по поводу проституирования в творчестве жожеков? Или здесь работает классическое «Это другое»?

Второй абзац, как минимум, снова отсылает нас к чучелу, как максимум – прямая ложь. Мы не снимаем ответственности «за своих камрадов», то есть членов нашего коллектива, но не тянем мазу за всех, кто разделит наш взгляд. И наши камрады тоже за себя сами в состоянии ответить, не утягивая за собой весь коллектив, если они сделают что-то неправильно. Мы – люди взрослые, и нам не надо, чтоб за нас прибежала коллективная мама, подтирать сопельки.

«Свобода мысли лишь тогда чего-либо стоит, если может и иметь практическую полезность для кого-либо и (или) быть практически навязанной. В этом суть такого понятия как идеология».

Оставим языковые и формально-логические претензии в стороне и поговорим о сути данного положения. Автор здесь прямо демонстрирует то, о чём в начале манифеста говорим мы: «внешняя свобода, свобода действия и изменения сочетаются с жесткой системой взглядов и нетерпимостью к любому инакомыслию. «Обскурантизм», как сказал бы сам Николай Александрович, «ложное сознание», как скажет марксист-догматик, «несвобода» скажем мы». И воспроизводится это положение комментатором не как проблема, а как норма и необходимость. Это – модернистский подход, рождающий ту «краснюче-вонючую» несвободу, которую критикует и сам комментатор. Но главная беда в таком пассаже в том, что комментатор напрочь лишает людей права на… эскапизм! Да, внезапно, политический эскапизм автор предлагает предать анафеме только потому… Почему кстати? Из-за «идеологической вредности»? То есть быть эскапистом в выдуманных мирах можно, а в политике – нельзя? По какому праву автор решил, что он вправе насаждать идеологию, к которой сам привержен? И уж тем более, с чего он решил, что чем-то подобным собираемся заниматься мы? Тем более, что само движение жожеков во многом есть околополитический эскапизм, где подавляющее большинство участников занято потреблением медийного контента.

Как много аргументов и как редко мы обходимся без дурацкого чучела комментатора.

«И вот тут тезис о свободе мысли спотыкается. Оказывается, что свобода мысли не гарантирует ни осмысления реальности, ни благополучия, но позволяет осуществлять определенные интересы. Более того, свобода мысли не гарантирует права менять мир вокруг себя, для чего и затевался, собственно, марксизм («Учение об освобождении пролетариата» по Энгельсу). Еще Томас Гоббс говорил, что:

«Я не сомневаюсь, что если бы истина, что три угла треугольника равны двум углам квадрата, противоречила бы чьему-нибудь праву на власть или интересам тех, кто уже обладает властью, то, поскольку это было бы во власти тех, чьи интересы задеты этой истиной, учение геометрии было бы если не оспариваемо, то вытеснено сожжением всех книг по геометрии.»

Как поступает марксист обыкновенный? Он старается видеть за каждой системой взглядов, идей и заявлений интересы той или иной группы. А дальше – ищет то, что порождает подобный интерес.

Между прочим, хотелось бы знать, что получила философия от деятельности в 90-е? Убогие бриколажи, кентавры и идеологическую немочь?».

И вот тут типичный догматик окончательно расстраивается – ему не предложили новое «всесильное, потому что верное». Ему не дали новую универсальную формулу бытия и призывают думать и действовать самостоятельно. Реальность вообще ничего не гарантирует, как и диамат с марксизмом, кстати. А уж ссылка на «право» от марксиста вообще смешна, ибо марксизм – одно из учений, определяющих роль насилия как важнейшую в любом социальном процессе. А тут, видите ли, будьте добры какое-то право дать. Возьми, если по силам. А если нет – становись сильнее.

Марксист обыкновенный знает истину о том, что есть два класса, и в любой непонятной ситуации начинает искать подходящую цитату. Так что теперь, во времена нейросетей, «грамотных» марксистов, удачно подбирающих цитатки по поводу и без, станет значительно больше.

А философия проветрилась от, как выразился комментатор, «краснюче-вонючих» поучений вот таких вот догматиков.

«Абсурд! Безусловно, буржуазия вынуждена соображать свои интересы с интересами других групп (армии, мелких собственников, пролетариев), но то, что есть сейчас – не новое явление. Более того, Маркс вполне себе его описал, когда накрапал «18 брюмера Луи Бонапарта». Лавирование между классами, помните?

Причем государство не перестало быть буржуазным, оно просто соображало интересы с другими классами ради выживания режима.

Российская государственность не имеет приоритета над ее буржуазной реальностью. Мы видим на примере экономики и политики страны, как интересы политической единицы (страны) и ее формы (буржуазия) расходятся, а государственные органы зависят от ресурсов «держателей денег».

Как ни одна социальная общность не является монолитом, так и ни один класс не является абсолютным носителем ВСЕЙ власти по Марксу. В этом случае религия и боги были бы не нужны – последние просто жили бы среди нас».

«Абсурд!» восклицает догматик! Догма поругана! А ведь ещё Маркс писал о бонапартизме. Впрочем, раз автор взывал с вопросом о философии, то отошлю желающих к Андрею Коряковцеву, кандидату философских наук, как раз про любовь ссылаться на бонапартизм.

При всей спорности данной фигуры и его взглядов, аргумент о качественном изменении отношений между буржуазией и госаппаратом в связи с советским периодом полностью закономерен и заслуживает внимания. Ибо, если после СССР не осталось живого социального наследия, то советский опыт есть лишь результат эксперимента и он, очевидно, неудачный, если не оставил ничего жизнеспособного после себя. К такому выводу нас подталкивает рассуждение комментатора. Впрочем, сам комментатор до него, разумеется, не дойдёт, ведь тогда это будет отказ от марксизма, а это грех в марксистском понимании. Касательно зависимости от «держателей денег» - расскажите это бизнесу, завывавшему в прошлом и позапрошлом годах о высокой процентной ставке. Иногда полезно почитать самих буржуев, а не выдумывать их интересы за них.

Кстати, раз уж зашла речь, комментатор в курсе, что США заявили, что больше не считают Россию страной с рыночной экономикой из-за «широкого вмешательства» властей в ценообразование и другие процессы. Статус страны с рыночной экономикой США предоставили России 20 лет назад? ”Это решение дает США возможность использовать всю силу американских антидемпинговых законов для устранения искажений рынка, вызванных растущим вмешательством российского правительства в экономику страны. Анализ, проведенный Министерством торговли, показал, что широкое вмешательство правительства в экономику привело к искажению цен и издержек в России, что не точно отражает, справедливо ли российские компании устанавливают цены на импорт в США”

И тут нашему коллективу стало интересно: насколько грамотен комментатор и прочие читатели-догматики, чтоб вспомнить “подходящее” положение из “Государства и Революции”?

«Одна и та же мулевка, которая гуляет от статьи, к статье. Простая разгадка, описанная еще классиками, почему-то никого не устраивает.

А разгадка заключается в том, что пролетариат при капитализме ВСЕГДА будет передовым классом. Установка планируемого, социально ответственного механизма функционирования общества будет всегда на стороне тех, кто больше всего страдает от колебаний и обстоятельств. И, кстати, заводской пролетариат сосуществует с интеллектуальным и сельскохозяйственным, о чем писал Маркс.

Кстати, многие писали о том, что информационные технологии делают людей непролетариями, потому что, мол, у каждого появляется свое маленькое средство производства. Но вот цены скакнули и Безос ясно сказал, что теперь ты будешь иметь даже не его, а доступ к нему по подписке. Так же советую не полениться и почитать любое Соглашение пользователя. Смекаете?

Что же до социализма, то при социализме пролетариат реально перестает быть передовым классом. Знаете, почему?

ДА ПОТОМУ ЧТО ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРОЛЕТАРИАТА!

С отсутствием отчужденной собственности не может быть тех, у кого ее отчуждали. Пролетарий становится частью рабочего класса. В советской трактовке – акционера ЗАО СССР.

Далее идет капитанское открытие, что, оказывается, при СССР была разница в зарплате.

Открою секрет, даже сегодня иной рабочий завода может жить лучше мелкого буржуа. Это не всегда зависит от того, какой класс у власти, англичане с их «джентри» не дадут соврать. Бриссо некогда сказал: «Новое распределение богатств требует нового распределения обязанностей». Так и не удивляйтесь, когда очередной гангстер намеревается стать большой шишкой».

Нас очень радует, что комментатор повторяет наши тезисы из нашей рецензии на работу Тони Клиффа «Государственный капитализм в России». Вот только очень интересно, как так легко и удачно СССР превратился в корпоративистское государство с населением-акционерами некоего ЗАО? «Прибыль» в капиталистическом смысле никто не распределял между населением, а общественные фонды потребления были во многом равнодоступны всем. Так что сравнение некорректное и вредоносное, поскольку подыгрывает уравнителям СССР с фашистскими режимами.

«Для многих будет шоком, но при Сталине существовало экономически мотивированная разница в зарплате, которая побуждала людей иметь более высокую квалификацию для более высокого заработка

Итог – СССР уже тогда знал легальных рублевых миллионеров. Авиаконструктор Ильюшин одними Сталинскими премиям набил миллион рублей в стране со средней зарплатой 350-437 руб. Харитон получил миллион на одной премии и, в довесок, дом, дачу и автомобиль ПРЕМИУМ КЛАССА!

Много получали ученые, инженеры, деятели культуры. Квалифицированный труд традиционно получал больше неквалифицированного. Ну выбирайте, или кормить физиков-ядерщиков, или Хантера Байдена.

Берем выше. В 1940 гг. в СССР официально вводится плата за высшее и профессиональное образование. Сделано это было по ряду причин, но в постановлении это звучало так:

«Учитывая возросший уровень материального благосостояния трудящихся и значительные расходы Советского государства на строительство, оборудование и содержание непрерывно возрастающей сети средних и высших учебных заведений, Совет Народных Комиссаров СССР признает необходимым возложить часть расходов по обучению в средних школах и высших учебных заведениях СССР на самих трудящихся…»

Понимаете, вопрос не в том, что кто-то много получает. Это не преступление. Вопрос состоит в том, ЗА ЧТО он это получает.

Принцип «От каждого - по способностям, каждому - по его труду» заключается в полезности индивида для общества, прорывах в науке и искусстве и заслугах коммунистического строительства. Вся эта система стала умирать как раз тогда, когда в СССР пошли к уравниловке, не дойдя до условий, порождающих коммунизм».

Опять же, радует повторение наших тезисов, только конструктивной критики наших взглядов тут нет, есть лишь полотно текста, которое должно произвести впечатление, что комментатор умный.

«Ах, эти легендарные мелкие бригады пошивочных в Бангладеш. Или вьетнамские заводы электроники. Или китайцы, которые строят мост за сутки.

Перенос производства в менее развитые страны обусловлен как раз тем, что имеется нежелание иметь, условно, 200 мегагигастанков и 400 спецов, и много тратиться на амортизацию, ремонт оборудования, расходники, модернизацию и платить большУю зарплату спецам. Можно платить по 15$ в неделю за заведомо убогий, полуручной труд, а потом загонять по 100$ хайповый шмот. Это история ЛЕГКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ, с наибыстрейшим оборотом капитала и быстрой прибылью. Что уж говорить про заведомо неприбыльные сферы, вроде авиастроительства или космонавтики, которые являются более наукоемкими и ресурсозатратными?».

Интересно, как давно комментатор был на каком-нибудь предприятии на постсоветском пространстве? Если Бангладеш вдруг стал орбитой интересов Русского Коммунизма – просим уведомить. Мы действует в рамках наших возможностей внутри России. Если комментатор готов ехать и бороться за мировую революцию, как велит марксизм-ленинизм, в Бангладеш – милости просим. В противном случае – давайте про наши пенаты, ибо сейчас мы не в силах помогать кому-то там, и нам надо решать свои задачи здесь.

И раз уж комментатор радеет за чистоту марксизма, то наш коллектив рекомендует ознакомиться или освежить работу «Детская болезнь левизны в коммунизме» В.И. Ленина, где большой акцент делается именно на специфику и указывается необходимость её учёта в деятельности.

«Специфика труда в передовых государствах говорит о том, что от внезапного перекрытия воздуха их грабительской системе начнут страдать одинаково все. Только капиталисты, в силу своей власти, начнут ради выживания сильнее эксплуатировать пролетариат.

Пример из истории. Некогда Франция была известна как «Страна акционеров». Ее структура экономики была построена таким образом, что огггррромное число граждан был вовлечено в экономику не только как производитель, но и как держатель акций, а государство перераспределяло почти всю прибыль. В теории это должно было закончится корпоративным государством при Де Голле (читните про Кува де Мюрвиля и Жана Фурастье), но после экономического упадка он проиграл референдум, а после Миттерана все и вовсе утекло в неолиберализм».

Во-первых, уведомите, когда Бангладеш стал передовым государством. Во-вторых, что там тогда с ЗАО СССР? Такая же проблема? Получается, СССР был такой же капиталистической страной, как и Франция? И что там с «перекрыванием воздуха их грабительской системы»? Как себе автор это представляет? Что за пожелания в пользу бедных? Где конкретика и разбор тезисов нашего манифеста, а не собственных мыслей комментатора?

«Открою Америку: очень многие госслужащие – тоже пролетариат. Таким образом, «Русский коммунизм» пока НИКАК не демонстрирует отличий от пожилого марксизма, которому вроде должен наследовать».

Ну тут буквально унтер-офицерская вдова сама себя высекла. Мы-то как раз в этом пункте прямо стоим на марксистской позиции, не считая госслужащих пролетариатом, а вот комментатор от марксизма тут отступает в угоду пропагандистскому эффекту. Открою комментатору Вест-Индию: военнослужащие, правоохранители, в частности разного рода «политические сыски», это госслужащие, как и гражданские чиновники. Ежели комментатор готов записать следователей и оперативников правоохранительных служб в пролетарии – милости прошу, мнения никто не запрещает. Только к марксизму это отношения никакого не имеет. Так что вновь видна безграмотность комментатора в вопросах марксизма.

«И так было всегда. Вольноотпущенники, джентри, нувориши – в любом обществе есть подобные механизмы и классики (да и все до них) внятно это описывали».

И где это отрицается? В чём критика? Вновь больше букв для эффекта умности?

«Не ну это здорово, но будьте уверены - правильных такая система пережует и выплюнет. А реформизм не работает – никто еще не мог объяснить акуле преимущества вегетарианского образа жизни».

Про реформизм – снова здравствуй, чучело. В остальном – такая угроза есть, и для её преодоления и предлагается создавать коллективы единомышленников для поддержания идейной и функциональной стойкости. Если же комментатор уверен, что пережуют его, и он «сломается» под гнётом госаппарата – это его проблема. С этой точки зрения наш коллектив любит пример Штирлица, плевавшегося, но носившего форму СС для приближения победы СССР, но мы сошлёмся на обратный пример из уже упомянутой «Детской болезни левизны»: «Ничего удивительного поэтому, ничего нового, ничего страшного в «детской болезни» «левого коммунизма» у немцев нет. Эта болезнь проходит безопасно, и организм после нее становится даже крепче. С другой стороны, быстрая смена легальной и нелегальной работы, связанная с необходимостью особенно «прятать», особенно конспирировать именно главный штаб, именно вождей, приводила у нас иногда к глубоко опасным явлениям. Худшим было то, что в 1912 году в Ц. К. большевиков вошел провокатор, Малиновский[2]. Он провалил десятки и десятки лучших и преданнейших товарищей, подведя их под каторгу и ускорив смерть многих из них. Если он не причинил еще большего зла, то потому, что у нас было правильно поставлено соотношение легальной и нелегальной работы. Чтобы снискать доверие у нас, Малиновский, как член Цека партии и депутат Думы, должен был помогать нам ставить легальные ежедневные газеты, которые умели и при царизме вести борьбу против оппортунизма меньшевиков, проповедывать основы большевизма в надлежащим образом прикрытой форме. Одной рукой отправляя па каторгу и на смерть десятки и десятки лучших деятелей большевизма, Малиновский должен был другой рукой помогать воспитанию десятков и десятков тысяч новых большевиков через легальную прессу. Над этим фактом не мешает хорошенечко подумать тем немецким (а также английским и американским, французским и итальянским) товарищам, которые стоят перед задачей научиться вести революционную работу в реакционных профсоюзах»[2].

Несмотря на то что деятельность Малиновского в ЦК объективно помогала большевикам, она не привела к его «перемалыванию» – внутренне он продолжал служить охранке, не нанеся её делу реального ущерба. Хотя есть даже лучший пример - товарищ Красин, “великий буржуй”, как его именовал Ленин, излюбленный пример для критики тогдашних трулей. Так что если вы переживаете о том, что «сломаетесь» - не идите на госслужбу, ибо вы действительно «сломаетесь». Создавайте те самые коллективы, которые будут поддерживать смелых и уверенных в себе товарищей, готовых пойти на службу в государственные органы.

«Империализм. ГМК Ленин сам строил при НЭПе, причем еще и призывал буржуев строить за Родину!».

Мы бы рады поверить, что комментатор просто поправляет нас в терминах, но это, к сожалению, не так, ибо он договорился до того, что Ленин строил государственно-монополистический капитализм. Классику после девяностых уже не крутиться от таких пассажей, но шелохнулся он точно. Снова оплеуха комментатору от Владимира Ильича: «социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращенная на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией»[3]. Не «государственно-монополистический капитализм», а государственно-капиталистическая монополия. Здесь вам не алгебра – тут перестановка слов местами принципиально меняет смысл. Госкапитализм – монополия государства в рамках рынка, осуществляемая в тех или иных интересах. При осуществлении в интересах пролетариата это уже не капитализм, при осуществлении в пользу капиталистов – капитализм. Государственно-монополистический капитализм же есть сращивание государства с национальными монополиями, о чём прямо пишет В.И. Ленин в «Империализм как высшая стадия капитализма» где объясняет, что империализм есть внешнее проявление государственно-монополистического капитализма, потому мы рассматриваем эти термины как синонимы, и ни в коем случае не противопоставляем друг другу, как это делает комментатор, подыгрывая антисоветским тейкам о том, что СССР тоже был империалистом.

«О, Ленин, ошибся? Ну, не мудрено, он умер в 1924, не знал фашизма, кейнсианства. Тока это еще надо доказать.

Что-ж, наши пацаны, наверно, прочли Шумпетера, Гэлбрэйта, авторов неолиберальной школы, других видных теоретиков экономики, могут раскидать и про ситусы, и про техноструктуру, и про статусное потребление? Так ведь?».

Как минимум нам приходится пояснять комментатору за основы марксизма, что сделать мы точно в состоянии. И да, мы изучаем и авторов неолиберальной школы, ибо считаем необходимым для марксистов как минимум по той причине, что сейчас именно неолибералы руководят экономическими процессами, и для их лучшего понимания стоит познакомиться с работами идеологических оппонентов. Такие базовые вещи приходится проговаривать догматикам.

Касательно Владимира Ильича – это постановка вопроса. Комментатору стоит заняться восстановлением навыка чтения и осмысления текста, поскольку от нас требуется доказательство того, чего мы не утверждаем. А уж доказывать видоизменение капитализма после Ленина, надеемся, автору не нужно. В противном случае можем отослать к стриму с Чумным Доктором, где мы подробно и без шуток поговорили об этом.

«Фугас мне в ASS! Серьезно?! Вот настолько не знать матчасти? Не было ни сочинений про экономики Англии, Франции, Германии. Не было описаний НЭПа. Да даже у Маркса писалось о государственном вмешательстве. Вопрос заключался В ЧЬИХ ИНТЕРЕСАХ!

Многие верят, что диктатура буржуазии может быть единственной формой организации при капитализме. Но простите, нахер тогда нужна диктатура пролетариата? Почему Ленин устроил капитализм во время НЭПа, а некоторые его сопартийцы чуть дальше не пошли (Бухарин и школа генетиков). Это как: в стране социализм при капиталистической экономике? Или Китай сюда же.

Государственный капитализм – лишь способ организации экономики. Да, с определенными целями, но блин, он же много где существовал. Это не перестает делать страну капиталистической».

Кому что и куда – дело личное, покуда участвуют совершеннолетние по обоюдному согласию. Только не надо афишировать – это фричество. Про «незнание матчасти» мы уже не раз разобрались, что комментатор плохо владеет основами марксизма, так что дальнейшие выпады подобного толка оставляем без внимания. Опять же, вопрос интересов нигде не отрицается, но комментатор считает, что капс делает фразу увесистее и превращает её в аргумент и нашу критику. По существу ничего не сказано. Про Китай и НЭП – смелое заявление. Ленин как раз не говорил, что в СССР при НЭПе социализм. Китай свою экономику не считает капиталистической - он прямо заявляет, что у них “социализм с китайской спецификой в новую эпоху”, отдельно отмечает, что “то, что мы осуществляем, все еще является основной экономической системой первичной стадии социализма, но это не основная экономическая система промежуточной стадии социализма, тем более не основная экономическая система продвинутой стадии социализма, и не основная экономическая система социализма в целом”. А что же насчёт капитализма в экономике? А ничего. По мнению КПК, у них “система социалистической рыночной экономики определяется основой социалистической экономической системы, т.е. социалистической общественной собственностью на средства производства, т.е. системой всеобщей собственности и системой коллективной собственности трудящихся масс, что Маркс назвал «всеобщим светом»[4]”. Снова врёте, али снова чучело достали?

Ну и вопрос о том, нахер нужна диктатура пролетариата, тоже хорош. Действительно, нахера, комментатор? Придумали какую-то диктатуру пролетариата над капитализмом, только мешает гешефт делать. Видимо, упомянутые выше Ясин с Явлинским как-то так и рассуждали, когда “целеполагали” уничтожение социализма посредством марксизма. Комментатор, нужно же хоть немного разбираться в теме, прежде чем писать такой бред? Существует понятие общественно-экономической формации, как единства базиса (способа производства, который в свою очередь состоит из производительных сил и производительных отношений) и соответствующей ему надстройки. Диктатура пролетариата как раз и есть такая надстройка, в 1921 г. отнюдь не соответствующая базису разорённой гражданской войной России. Однако только истинный начётчик на этом основании сделал бы вывод о том, что в РСФСР - капитализм. “Для всех досоциалистических общественных формаций характерно стихийное действие общественных законов подобно действию законов природы. С переходом от капитализма к социализму осуществляется скачок из царства слепой необходимости в царство свободы”[5]. Что это значит применительно к НЭПу и социализму? А то, что если при капитализме его базис стихийно определяет надстройку в виде диктатуры буржуазии, то при социализме уже диктатура пролетариата может, опираясь на понимание законов общественного развития, изменять базис под условия своего существования и воспроизводства. И различия мы увидели сразу: при “капиталистическом” НЭПе проводится в жизнь план ГОЭЛРО, который реальные капиталисты даже не пытались реализовывать. Условия одни и те же, базис один и тот же (у большевиков даже хуже) - но результаты совершенно разные. И вот этим качественным разрывом общественно-экономические формации и различаются, а не метафизическим подходом по высчитыванию доли рынка в экономике. Повторимся ещё раз: формация определяется не только экономическим укладом, но и соответствующей ей надстройкой, имеющей волю проводить в жизнь необходимые изменения.

Знаменитую цитату Ленина о социализме, как обращённой на пользу народа госмонополии, мы уже приводили выше, поэтому снова отсылаем к ней. Понимаешь, комментатор? Переставшая быть капиталистической монополией. Социализм. А не государственный капитализм под властью диктатуры пролетариат, не перестающий быть капиталистическим от преследования определённых целей, как тут нас (и себя, и читателей) комментатор пытается запутать.

«И так было всегда. Еще Кейнс писал, что «суть экономической науки в мастерстве выбора рабочих моделей». Еще Маркс писал о роли государства в управлении экономикой

Далее они прогоняют, как каждое общество несет в себе зародыш следующего. И следом БАЦ».

Ещё бы Аристотеля с Платоном вспомнил, товарисч. Только вот, специфика нынешняя была далеко не всегда. Здесь-то комментатор как раз и подрезал крайне важный момент нашего текста между двумя вставками в свой: «Сегодняшняя экономическая реальность в передовых государствах является государственным капитализмом. В данном случае речь идёт не столько о юридически закреплённом проценте собственности государства, сколько о его ключевой роли в финансовой и, как следствие, во всей экономической сфере. (окончание цитирования комментатором) Советский опыт был частично перенят послевоенными Японией и Южной Кореей, когда государство выдавало низкие займы под целевые экономические программы. Сегодня роль государств в экономике невозможно переоценить: государство поддерживает ключевые хозяйствующие субъекты для недопущения или уменьшения масштабов кризисов, приобретает и перераспределяет экономические активы, в отдельных случаях прибегает к деприватизации. Если говорить громогласно, то сегодня передовые государства это, прежде всего, монополисты в национальном финансовом рынке, поскольку они правят им двумя руками: левой рукой они конкурируют с частными финансовыми структурами огромной денежной массой, которую могут привлекать, в том числе, из «неэкономической деятельности», то есть прямым налогообложением и иными обязательными платежами, а правой – прямо диктуют капиталистам условия функционирования всей денежной системы путём издания нормативных актов и деятельности национальных Центральных Банков и пруденциальных органов» Полная цитата.

Так что требуем развенчания конкретных проявлений, указанных в нашем манифесте. В противном случае фраза «так было всегда» является прямым подлогом и искажением нашей позиции. Ну и отдельно советуем почитать про Центральный Банк Англии на ранних этапах его существования – вот уж воистину где «всегда так было». Вновь незнание материала со стороны комментатора.

«Обороты ускорены значительно, по сравнению с предыдущими эпохами. Электроника НИКОГДА так быстро не оборачивалась как сейчас. Еда, одежда, автомобили - все это вращается быстро. Понижается лишь норма прибыли.

Как отличить буржуа от госслужащего? Я подскажу: госслужащим законодательно запрещено заниматься предпринимательством. Во всяком случае, у нас».

А у «них»? И да, такое «отличие» прекрасно показывает нежелание учитывать взаимное проникновение буржуазии и госслужащего. Касательно оборотов – этого недостаточно, чтоб производственный капиталист мог самостоятельно функционировать, не попадая под влияние банков. В противном случае не было бы необходимости в формировании финансового капитала. Фактическое ускорение не означает достаточности темпа. Всё остальное – демагогия.

«А на кой вы тогда нужны? Вот серьезно, эта теория уже кем только не ««бита»» - Бернштейном, австромарксистами, социалистами, демократами, социал-демократами, зелеными и другими жмыхами.

Коммунизм – учение об освобождении пролетариата. Освобождение пролетариата прямо лежит в уничтожении частной собственности. Поступать иначе – крепить унитаз к потолку.

Пацаны прямо признаются в ревизионизме».

Как минимум, чтоб просеять и сделать побольнее ниже спины «краснюче-вонючим» левакам-догматикам вроде комментатора. А если серьёзно – для аккумулирования вокруг себя людей, не запомоивших себе голову околополитическим эскапизмом и желающих сделать жизнь лучше и освободить трудящихся. Касательно обвинений в ревизионизме – докажите. Развитие – да. Подразумевает ли оно ревизию отдельных положений – конечно. Дальше что? Так что снова чучело, товарисч комментатор, али снова соврамши, гражданин?

«Хотел бы я жить в этом сказочном обществе))) Где у держателей капитала счас нет войн за активы, конкуренции нет, обнищания бедноты и обогащения кучки педофилов-извращенцев».

И снова соломенное поле утопии, не имеющего отношения к тексту нашего манифеста. Опровергните изложенное в тексте или не тратьте буквы, товарисч графоман!

«Воображение, покинутое разумом, рождает чудовищ!

Частная собственность сама по себе принуждает человека ПРОДАВАТЬ свою рабочую силу. Потому что у одного есть средства к обогащению, а у другого – нужные ему навыки. Как вы преодолеете «принуждение к труду» без ликвидации частной собственности?

И преодолевать надо не принуждение к труду. Человека не надо к нему принуждать, он сам себя принуждает, поднимая палку и камень. Преодолевается ОТЧУЖДЕНИЕ труда. Матчасть поднимайте и учите».

Пожалуй, лучший момент, ради которого и стоит писать всё это препарирование. В кой-то веки комментатор написал что-то дельное и нужное, а именно о необходимости продавать свой труд при наличии частной собственности. Но тут вновь пора примерять рейтузы унтер-офицерской вдовы, ибо здесь как раз и кроется разница между Сталиным и Троцким, между творческим и догматическим марксизмом.

Для догматика слово “ревизия” равнозначно “предательству”, что является устоявшимся в марксистских кругах термином. Однако сам термин “ревизия” предательства не предполагает (более того, научную теорию необходимо постоянно ревизовать, если она из научной теории не хочет превратиться в “святое писание” - см., напр., долгий и тернистый путь развития и пересмотров современной синтетической теории эволюции), и мы, как люди свободные, позволим себе говорить языком более широких масс, нежели марксистские круги. Предательство определяется существом - отказом от целей и задач марксизма. Для модернистского догматика слово равнозначно делу, и смыслы строго устоялись. Однако мы не можем жить в обществе и быть свободным от него, потому следует учитывать, что в иных кругах слова могут иметь смысл, отличный от заложенных марксистами. А в силу того, что марксисты сегодня - не доминирующая сила, то тексты, обращённые к немарксистским кругам, должны говорить на понятном этим кругам языке. Так, комментатор, бросаясь на амбразуру грудью, думает, что защищает марксизм и изобличает ревизионистов, то есть - предателей, желающих протащить частную собственность в коммунизм. Это не так. Фактически, комментатор защищает лишь внешнее текстуальное выражение догмата в собственном мышлении. Сколько программ написано бесчётным количеством кружков и структур, где раз от раза повторяется этот лозунг, и сразу же даётся фиговый листок пояснений о том, что под уничтожением понимается отмена?[6] Так может было бы честнее написать, что кружки призывают “отменить частную собственность”? Или непонятно? Или опасаемся, что засмеют за созвучие с “культурой отмены”?

Давайте теперь поговорим про эту самую “отмену частной собственности”.

Преодолеть принуждение к труду без наступления на частную собственность, её отмены, невозможно никак. Потому наша смена ключевого положения и не означает отказ от самой идеи уничтожения частной собственности. Такая «отмена» может быть как внешней – посредством юридического акта и изменения нормативной базы государства, что представляется главным и единственным средством вообще у всех марксистов вплоть до сегодняшнего дня, а может быть внутренней, «естественной», то есть отмереть в рамках прямой конкуренции. Потому мы и говорим в манифесте о конкретном способе преодоления, что разберём и далее, по ходу всё более эмоциональной «критики». И снова, речь не идёт о противопоставлении естественного внешнему. Наоборот, вся марксистская догма привыкла именно внешнее противопоставлять и превозносить над естественным. Мы же говорим о том, что следует ограничить сферу применения внешнего и дать больше возможностей для естественного. Более подробно в соответствующем месте. Здесь же важно ещё отметить, что преодоление принуждения и отчуждения есть принципиально разные задачи, являющиеся тем самым единством и борьбой противоположностей в деле освобождения пролетариата. Первая – внешняя, связанная с определёнными материальными благами и внешней доступностью благ нематериальных, вторая же – внутренняя, требующая культурного роста. Здесь мы возвращаемся к разговору о «краснюче-вонючем» и том, что первый путь снятия был осуществлён в СССР и далее он шёл по пути преодоления отчуждения. Под конец это вырождалось в карикатуру, где при капитализме отупляющий труд у станка или конвейера сводит пролетария с ума и приводит к революционным настроениям, а при социализме на тот же станок или конвейер повесили красный вымпел с профилем Ленина, и трудящийся вдруг преисполнился и начал выдавать тройную норму за половину нормативного времени. Чистой воды идеализм. Мы предлагаем взять лучшее из опыта СССР по снятию частной собственности и учесть ошибки, связанные с избранием пути по псевдопреодолению отчуждения от результатов труда, поскольку сама идея преодоления принуждения есть огромный шаг к преодолению отчуждения от результатов труда, дающая понимание человеку, что понуждение к труду конечно для рода человеческого, и что сейчас человек, работая сверхурочно, вносит чуть больший вклад в приближение этого освобождение от принуждения. Именно это символизировал красный вымпел в эпоху Сталина, и именно когда победила точка зрения комментатора, вымпел стал “краснюче-вонючим”.

«По вашей системе ты можешь уйти в гос. Буржуи же уже не так решают. Альтернатива уже есть у вас

Манифест противоречив».

Сочувствую комментатору, если он искренне считает, что госслужба это полноценная альтернатива эксплуатации, ибо отсутствие присвоения прибавочной стоимости не снимает того факта, что служащий вынужден продавать свою способность к труду, используя её для целей службы. Так что мы с огромным интересом его послушаем. А с ещё большим интересом его послушают госслужащие, которых он сам в пролетарии записал. И этот человек рассуждает о грамотности и матчасти… А касательно противоречивости: пугало или соврамши? Наш коллектив уже и не знает.

«Что мать вашу? Пугой гонят? Сегодня же можно сесть на пенсию родителям. Или маме на зарплату. Значит, за другим идут?».

Сесть на шею к мамке или бабушке это вообще starter pack околополитического эскаписта и озабоченного политикой человека. Успех – добавить к шее родственника шею супруга, а суперуспех – перелезть с шеи родных на кругляши с дыркой от аудитории.

Но большинство трудящихся такой возможности не имеют и идут продавать свой труд для выживания. Вот так наш комментатор снова начал спорить с марксизмом, на котором мы всё так же крепко стоим.

«Отказаться от чего? От труда? НА КОЙ МНЕ ОТ НЕГО ОТКАЗЫВАТЬСЯ?! Я люблю работать, делать вещи. Мне не нравится, что результата нет. Как вы это преодолеете?

Или вы хотите общество, где не надо трудиться. А я прямо скажу – к черту такое общество! Это безыдейное, апатичное и бессмысленное болото. Хотя даже в болоте идет эволюция, межвидовая борьба».

И вот тут начинается самое интересное, товарищи.

Начнём с главного – да, мы хотим такое общество, ибо именно оно есть общество свободного пролетариата. Мы хотим общества, где человеку нет нужды заниматься отупляющим монотонным трудом по восемь-шестнадцать часов в день, чтоб не умереть самому и прокормить своего дитятку-эскаписта. Мы хотим, чтоб человек по праву своего рождения и принадлежности к виду, обуздавшему природу, имел тот минимум благ, который позволит ему существовать и развиваться, не тратя время на труд.

В нашем коллективе достаточно пролетариев, в том числе работавших на предприятиях с высокой долей автоматизации. В таких местах человек, фактически, превращается в контролёра машины: отслеживает брак, обслуживает, следит за исправностью аппаратуры, вызывает ремонтные бригады. И такое положение дел высвобождает для общества множество других людей, которые были бы необходимы для выполнения того объёма работы, который выполняет машина. Видимо комментатору невдомёк, что любой лозунг подразумевает некоторые детали в реализации. Даже классическое “от каждого по способности - каждому по труду” предполагает удержание части результатов труда в пользу всего общества, что прямому прочтению лозунга противоречит. С такой же догматической позиции избитый лозунг про “уничтожение частной собственности” надо читать как призыв к сожжению заводов. Всегда будет область приложения способности к труду, но вопрос в том - какая доля населения необходима для обеспечения общественным продуктом всего общества? В нашем понимании такая доля минимальна, и ей могут и должны стать коммунисты, являясь самой сознательной частью общества. Надеемся, что автор не дойдёт до отрицания при социализме и коммунизме административных структур. Они станут преемниками нынешних государственных структур, и такое обслуживание общественного производства станет разновидностью административной службы с соответствующим материальным мотивированием, о чём сейчас и говорим.

Минимум благ в данном случае - не “скромность”, все слова и тезисы выверены. Минимум благ на то и есть “минимум”, чтоб обеспечить человеку выживание и возможность развития. Именно “возможность”, поскольку мы нигде не говорим, что дадим всем всё, что каждый пожелает. Человек получит минимум, который можно получить уже сегодня, а всё остальное, что пожелает человек - будет продуктом обмена на свой труд, скорее всего в товарных формах. Это и есть “естественное” наступление и отмена частной собственности, когда само явление теряет свою суть. Так, частная собственность утратит свою нынешнюю политэкономическую суть механизма принуждения к труду, поскольку человек будет свободен жить и развиваться не продавая свою способность к труду владельцу частной, или какой-либо иной, собственности, дабы не умереть с голоду. Так, труд станет осознанным и свободным, что и будет тем самым преодолением дихотомии труда и творчества. Кто захочет - пойдёт в администрацию, производить общественный продукт в виде этого самого минимума, кто захочет - пойдёт в частный сектор, дабы продавать свой труд и заниматься “статусным потреблением”, коим станет любое товарное потребление. А кто не захочет - будет на трупных баточниках “Красная цена” и кофе “Победа” изучать квантовую физику или полемику Русского Коммунизма с унылой догматикой. И, что самое важное - каждый волен в любой момент изменить свою деятельность или вообще ничего не делать, что тоже есть право.

И здесь же начинается настоящее “разумное-доброе-вечное”, кое есть не “понуждение к труду” под лозугами “уважения к труду”, а воспитание истинного уважения к труду, освободившему от его неизбежности и обязательности человечество.

Надеюсь, комментатор как представитель движения, делающего особый акцент на культуре и воспитательной работе, уже ощущает весь масштаб открывающейся работы и задач по воспитанию сознательных граждан. Так что мы не против, чтоб человек заприметил себе в будущем желанное тёплое место, где он сможет творить и получать содержание служащего, али зарабатывать. Лишь бы увидел это самое будущее и принял участие в его построении.

Мы бы, конечно, хотели, чтоб он и уровень своей грамотности поднял, дабы его продукт был более удобоварим, но идиотами мы быть не запрещаем, и потребление идиотичного контента, как и его создание - тоже право человека. Только общество за него платить не будет и на службу с таким уровнем грамотности не возьмут, так что задумайся, комментатор.

Комментатору, видимо, невдомёк, что «труд» сегодня понимается в обществе как «работа», то есть занятие вынужденное. Если комментатор занят делом, которое обеспечивает ему доход и видит в этом творческую составляющую – рады за него, но большинству такое недоступно.

Касательно прямого заявления – красноречиво. Комментатор прямо расписывается, что коммунизм ему сегодня не нужен и неинтересен, повторяя антикоммунистические тезисы, известные ещё из «Дивного нового мира» Олдоса Хаксли:

«— Несмотря на свой отвратный труд?

— Отвратный? Им он вовсе не кажется таковым. Напротив, он приятен им. Он не тяжел, детски прост. Не перегружает ни головы, ни мышц. Семь с половиной часов умеренного, неизнурительного труда, а затем сома в таблетках, игры, беззапретное совокупление и ощущалки. Чего еще желать им? — вопросил Мустафа. — Ну правда, они могли бы желать сокращения рабочих часов. И, разумеется, можно бы и сократить. В техническом аспекте проще простого было бы свести рабочий день для низших каст к трем-четырем часам. Но от этого стали бы они хоть сколько-нибудь счастливей? Отнюдь нет. Эксперимент с рабочими часами был проведен еще полтора с лишним века назад. Во всей Ирландии ввели четырехчасовой рабочий день. И что же это дало в итоге? Непорядки и сильно возросшее потребление сомы — и больше ничего. Три с половиной лишних часа досуга не только не стали источником счастья, но даже пришлось людям глушить эту праздность сомой. Наше Бюро изобретений забито предложениями по экономии труда. Тысячами предложений! — Монд широко взмахнул рукой. — Почему же мы не проводим их в жизнь? Да для блага самих же рабочих; было бы попросту жестоко обрушивать на них добавочный досуг. То же и в сельском хозяйстве. Вообще можно было бы индустриально синтезировать все пищевые продукты до последнего кусочка, пожелай мы только. Но мы не желаем. Мы предпочитаем держать треть населения занятой в сельском хозяйстве. Ради их же блага — именно потому, что сельскохозяйственный процесс получения продуктов берет больше времени, чем индустриальный. Кроме того, нам надо заботиться о стабильности. Мы не хотим перемен. всякая перемена — угроза для стабильности. И это вторая причина, по которой мы так скупо вводим в жизнь новые изобретения. Всякое чисто научное открытие являсгся потенциально разрушительным; даже и науку приходится иногда рассматривать как возможного врага. Да, и науку тоже»[7].

Комментатору не нужен коммунизм и свободное время у людей, ему нужна работа. Надеемся, что это явление временно. Впрочем, мы, Русские Коммунисты, за свободу, и за возможность реализации всех порывов. Как верно замечено комментатором после доведённого до истеричного капса и перефразированного: «Нам денег не надо – работу давай!», как мы это преодолеем? Об этом скажем далее, когда комментатор, наконец, доберётся до самого «еретичного» для догматика положения нашего манифеста.

«Как много бреда вместо типа «банального» тезиса об освобождении труда».

Как мы уже разобрали выше, что «банально» для малограмотного неофита, то требует вдумчивости от коммуниста, творчески применяющего марксизм. Что именно будем делать? Освобождать труд, то есть преодолевать принуждение к нему, или декларировать мнимое преодоление отчуждения от труда, то есть убеждать, что отупляющий труд важен и нужен - что будет ведущей тенденцией? Тут комментатор снова упирается во что-то «краснюче-вонючее».

Невозможно преодолеть отчуждение труда без того, чтобы осуществить его освобождение, одно обусловлено другим. А то ведь капиталисты тоже прекрасно справляются с преодолением отчуждения, рассказывая про то, что в корпорациях коллектив - это одна семья, делающая общее дело. Рассуждай Маркс как наш комментатор, он бы так и оставался всю жизнь на уровне собственных “Экономическо-философских рукописей 1844 года”, где впервые у него появляется понятие отчуждённого труда. Только вот дедушка Маркс сделал следующий шаг и понял, что преодолеть отчуждение труда можно только через его освобождение и посвятил описанию конкретных механизмов этого процесса свою политэкономическую теорию.

«Так вы и не коммунисты получается. Вот реально, даже утописты уничтожали собственность. Иногда вообще. А тут какая-то антиинтеллектуальная ересь. Коммунисты за частную собственность и против труда. Чего, мать вашу?

Ну назовите себя социалистами. Кстати, причем тут Бердяев?».

Для догматика – да, как для Троцкого не был коммунистом Сталин. Нам не привыкать. Про «уничтожение» уже сказано выше. Если уж про утопистов говорить, то их пример вообще не в кассу. Проекты что Мора, что Кампанеллы были умозрительными построениями кабинетных учёных, потому что жить в их замечательных государствах комментатор, скорее всего, не захотел бы - понравилось бы ему принудительно менять своё жилище каждые 10 лет по распоряжению государства или вступать в брак по указанию сверху? А всё потому, что “уничтожение” частной собственности в обществе с недостаточно развитыми производительными силами приведёт к уравниловке и всеобщей нищете вместо всеобщего богатства. Потому их коммунизм и называется утопическим, что при тогдашнем уровне общественно-экономического развития не мог обеспечить достижения декларируемых целей. Даже СССР столкнулся с дефицитами и дисбалансами при обобществлении экономики, а нам предлагается прыгать в коммунизм здесь и сейчас. Мы предлагаем подход другой - сначала подготовить базис, а затем вести наступление на частную собственность, вместо того, чтобы гордо объявить её уничтожение, а затем объявлять одно отступление за другим, сдавая позиции фарце, либеральным кооператорам и прочим красным директорам. Берите в этом плане пример с Китая, товарищи: тот хотя бы не выдаёт нужду за добродетель и открыто признаёт, что его нынешний этап развития лишь только первый на пути к социализму со всеми сопутствующими “родимыми пятнами”.

Касательно «антинаучной ереси» - скорее «попрание догмы», что для догматика – ересь. Но мы – не догматики, и нас творческое осмысление и применение марксизма не страшит. Потому мы и ведём эту «дискуссию». А вот переходить на личности крайне не рекомендуем – а то коллектив наш может и на шею маме комментатора залезть.

Тут как раз и ответ нашему гражданину-работнику – работай на здоровье! Хоть в кооперативе, хоть свою ООО открывай – никто не запрещает. А коль обанкротишься – можешь идти в наём или сидеть дома, обеспеченный обществом всем необходимым. Так что не волнуйся, товарисч комментатор – о тебе и тебе подобных мы тоже подумали и позаботились. Если человек вдруг не захочет оставаться на общественном пайке, и не захочет идти в администрацию, а захочет золотой унитаз - он имеет на это право. Он может пойти на работу в наём, создать собственное кустарное предприятие, то есть стать самозанятым или, говоря догматично - мелким буржуем-единоличником, может быть буржуем-единоличником, создав себе ООО или иную текущую организационно-правовую форму, где будет в учредителях или одним учредителем, а может создать кооператив или артель. Сколь большое пространство для маневра, правда? Только вот не просто так говорится про группу “Б”, поскольку группа “А” есть производство средств производства. Монополия государства в этой части наносит ещё один удар по праву частной собственности на сами средства производства, поскольку нет возможности их починить, обслужить или модернизировать без взаимодействия с государством. Более того, речь не идёт о неприкосновенности всей группы Б: мы допускаем сохранение частной собственности внутри этой группы, но не на всю группу. Не забываем и про развитые монетарные методы контроля и воздействия, коими так хорошо овладели нынешние государства.

Касательно Бердяева – без понятия к чему комментатор его приплёл в этом месте.

«Эвона, какая математическая финтифлюга. Что мешает их решать вместе?».

Не знали, что формальная логика есть «математическая финтифлюга». «Вместе», то есть одновременно, они начинают решаться, но одновременно быть решёнными они не могут. Ибо нация, в отличие от классов, не перестаёт существовать с устранением классов. Впрочем, комментатор внезапно крайне подробно решил поговорить по национальному вопросу, и нам есть что ответить.

«Противоречит. Он не поднимает одну нацию выше других. Здоровый сионизм еще никто, например, не придумал. Вообще, вопрос сей довольно веселый и интересный.

Русские и при СССР признавались государствообразующей нацией («Сплотила навеки великая Русь»). Как хань в КНР сегодня. Основа их положения – язык и административная власть. Банально незачем усложнять себе жизнь при наличии уже готовой штуки. В этом случае есть противоречие с развитием языков других наций, ведь, их культура может жить и на русском.

Кстати, развитие языка и культуры от апгрейда форм хозяйствования – это что-то, что я совсем не понял».

Не противоречит, ибо входит в логику интернационализма. «Поднятие одной нации выше других» в части языка и культуры есть естественный процесс. Кто-то будет спорить, что греческая и римская культура оказались выше варварских? Или Карфагенской? Элементарно за счёт военных побед и экономического доминирования. Так и современные языки международного общения – они принадлежат нациям, добившимся значимых успехов в военном и экономическом развитии, и на этой основе активно распространивших свою культуру и язык. Это – объективная реальность и закономерность. Комментатор сам пишет о подобном, но видит в этом «противоречие» с развитием национальных языков, так как, по его мнению, культура может существовать и на другом языке. Не может. Она может и активно инкорпорирует в себя опыт передовых наций, формы их хозяйствования и обустройства жизни, для чего в языке появляются соответствующие заимствования. Если хотите более подробно – отсылаем к нашему материалу по национальному вопросу.

Здесь важно поговорить про СССР, дабы прояснить, почему русские националисты жалуются на коренизацию, а националисты из других республик – на русификацию.

Логика развития интернационализма такова, что он, как часть универсалистской идеи – марксизма, старается впитать в себя всё человечество. При этом, национальное чувство – одно из самых сильных в общественной дискуссии и широких массах, что подтверждает как опыт Европы первой половины двадцатого века, так и опыт КНДР. И для преодоления национальных противоречий СССР грамотно разыгрывал карту «здорового национализма» - уступки в части языка и культуры местному населению сопровождались с жесткой борьбой с буржуазией и буржуазным национализмом как политической силой и идеей. Это вызывает отторжение у сегодняшних русских националистов, но это был необходимый шаг для укрепления советской власти на пространстве бывшей РИ.

Далее, при установлении советской власти, национальные деятели культуры, науки и в целом остаются перед выбором – оставаться замкнутыми в рамках собственной нации и языкового пространства или выходить на всесоюзный уровень. Так начинается медленное включение в русский язык и формирование советской культуры, в основе которой лежит русская как объективно самая сильная и развитая. Это вызывает отторжение у националистов бывших советских республик и подаётся сегодня как русификация и ассимиляция, что есть ложь и искажение реальности.

Марксисту, даже малограмотному и самоназванному, надо видеть и понимать такие вещи как яркий пример применения принципа единства и борьбы противоположностей на конкретном примере, причём крайне важном.

«Ассимиляция ассимиляции рознь. Если вы уж сторонники «здорового национализма», то вспомните о такой теме, как совместное проживание представителей разных религий. Особенно когда догматы одной веры открыто требуют истребления других. Тему о языке еще хотя бы. Иные сверхразумы уже принуждение к изучению лингва франка называют ассимиляцией.

Отказ от ассимилирования уже привел к тому, что в Европе на местах власть вынуждена считаться с общинами, а те устанавливают свои законы. Ты или приказываешь, или приказывают тебе. Ресурсы и распоряжение, помните?

И не надо меня называть ксенофобом. Просто я живу в стране, которую 4 раза перекрестили, а то и 5. В которой есть дофига народов, которые тусили друг с другом уже добрую тысячу лет».

Ксенофобом никто комментатора называть и не собирается. Советуем посмотреть нашу статью по нацвопросу. Сдаётся нам, что за неё ксенофобами нас назовёт сам комментатор. И да, если комментатору не понятно, то манифест как документ не предполагает полного и развёрнутого изложения позиций по всем вопросам, особенно когда уже есть работы коллектива по этим вопросам.

«Православие до сих пор оказывает значительное влияние на мышление многих людей. Ирония в том, что русские отказывались от православия не из-за СВОБОДЫ выбора, а потому, что попы столетиями их давили, обирали и подчиняли. Православная же церковь смирилась со своей ролью государственной корпорации при Романовых и особо не двигалось, даже Евангелие на бытовой русский было переведено почти одновременно с Капиталом Маркса. И когда в руках простого православного мужичка появилась винтовка – то пошло дело. Именно за экономические давлежи. Русские все еще остаются верующим народом, хотя и не воцерковленным, и при этом – крайне антиклерикальным. И воевать за это тоже пришлось. И страдали невинные. В общем – так просто никто не отделался.

Причем русский человек отказался не весь от веры – детей ночами возили крестить и при Брежневе, и при Сталине».

Здесь комментатору стоило бы подумать над тем, как много людей в России вовлечены в православие. Речь не только о воцерквлённости, но и о знании догматов собственной религии. Отсылаем к хрестоматийному примеру Антоновского, не знающего десять заповедей, по которым он якобы живёт, заявляя себя православным человеком. В основном сегодня православие это некий маркер, поругание которого воспринимается как поругание человека, принадлежащего к этой религии, без глубокого знания догмы.

Описанный комментатором отказ есть стремление к той самой свободе. Свободе от «попов» и для собственного мышления. Касательно же крещения при Сталине и Брежневе – комментатор может поинтересоваться о том, как к внешним проявлениям религиозности относились в СССР. Спойлер – негативно, что могло быть поводом для задвигания в карьере и т.д.

«Ну то есть вы даете выбор, а потом говорите, что религиозность как фактор самоопределения – экзистенциальная угроза. Ну что ж вы будете делать? Все идет к тому, что мы будем строить русскую безбожную нацию. Как-то не по бердяевски.

Для кого-то будет открытием, но коммунисты НЕ ХЕРАЧАТ ВЕРУ ПО КД! Так как раз делали буржуи в ходе своих революций. Кому интересно – вперед, Ленин, «Социализм и религия». Борьба с предрассудками есть борьба не с Богом, хрен с ним, а борьба с неграмотностью, институтами его поддерживающими и позволяющими на боженьке делать деньги.

Существует сейчас огромное число атеистов, которые любят религиозную эстетику. Плюс, среди молодежи есть интерес к религии как к эдакой интересной конструкции. Есть воцерковленные – есть невоцерковленные. Многим людям сегодня всю религиозную систему, с попами, евхаристиями и постами, может заменить гороскоп с Чат-ГПТ. С этими всеми как быть?

Как быть с иудеями, мусульманами (салафитами теми же), шаманистами? Да со старообрядцами и протестантами? И вот этот сложный вопрос, послушайте, низведен до детского сада!».

Не сама религиозность, а её навязывание в качестве обязательной. Комментатор опять показывает своё неумение осмыслять прочитанное.

Касательно «безбожной русской нации» - не так, хотя лично нам такой вариант вполне симпатичен. Не «безбожную», не «православную», не «мусульманскую» или какую-либо другую, а свободную. А свобода без освобождения от принуждения к труду, то есть коммунизма, невозможна.

Никак – пусть любят и носят. У нас в коллективе отлично уживаются фанат инквизиции в 40к и убеждённый Хаосит. И ничего – работаем.

Касательно выпадов в стиле «детсада» - сначала утрите зубной порошок, а потом учите, ибо уровень компетенций комментатора уже давно ясен.

Ну и касательно Бердяева – видимо для нашего коллектива фамилия Николая Александровича станет проверкой на адекватность: может ли человек спокойно произнести её или начнёт корёжить. Как показывает практика – догматиков корёжит знатно.

«Пердойс, классно. Надо спросить Иеговистов РФ, каково им, равно как и других НРДшников (Нетрадиционные религиозные движения. Научное понятие). Явно лучше, чем мусульманам в исламских регионах, да?».

Касательно НРД и конкретно Иеговистов – подобные ограничения необходимы и допустимы, мы в них не видим никаких проблем. Если комментатор переживает – пусть расскажет об «ужасах» гонений на людей, считающих, что душа человека в его крови, потому переливание крови недопустимо, что приводит к смерти людей, которых можно было бы спасти. Пусть заодно осудит и СССР, жестоко угнетавший свободное вероизъявление скопцов, ведь их религиозные практики совершенно не несли угрозы здоровью и психике советских граждан! Если комментатор хочет разрешить подобное – его право. Как и иные опасные течения. Мы убеждены - каждое конкретное движение требует конкретного разбора и решения, но сам принцип запрещения опасных течений правилен и корректен. Если комментатор с этим не согласен – милости просим пояснить и доказать свою правоту.

«Человек при жизни имеет много ролей. И он, кстати, легко ими вертит. Сын, брат, курьер, католик, коммунист, поляк, россиянин, футфетишист – все это один человек. Почему вы боитесь именно религии? Вон есть же такая же херня – землячество. Не менее опасна, как по мне».

Опять вопрос про чучело и соврамши. И всё сильнее ощущение, что истина во втором. По существу: религии в большинстве своём претендуют на «универсальность», то есть это полноценное альтернативное мировоззрение марксизму в любых его формах. Землячество же – консолидирующий фактор, не позволяющий создать универсалистскую общность, но наоборот – порождающий исключительную. И вновь видим уровень общей подготовленности комментатора. Но право на мнение у него, безусловно, остаётся. Хотя бы, чтоб было на чём тренироваться коммунистам в критике и выявлении догматики во взглядах.

«Только вы ничего нового и разумного не предложили толком. Пестель и Муравьев по сравнению с этим манифестом прямо Зевс и Аполлон.

Да даже у Маркса и Энгельса в их манифесте списком шла программа:

1. Экспроприация земельной собственности и обращение земельной ренты на покрытие государственных расходов.

2. Высокий прогрессивный налог.

3. Отмена права наследования.

4. Конфискация имущества всех эмигрантов и мятежников.

5. Централизация кредита в руках государства посредством национального банка с государственным капиталом и с исключительной монополией.

6. Централизация всего транспорта в руках государства.

7. Увеличение числа государственных фабрик, орудий производства, расчистка под пашню и улучшение земель по общему плану.

8. Одинаковая обязательность труда для всех, учреждение промышленных армий, в особенности для земледелия.

Уместнее было бы рассмотреть, что сейчас из этого реализовано».

Уместнее? А зачем? Выглядит так, что для комментатора Манифест коммунистической партии - это святое писание, на соответствие которому должны проверяться любые слова оппонента. Даже если мы согласимся и начнем рассматривать, сразу встаёт вопрос: а кем реализовано? Маркс и Энгельс ведь предлагали вносить эти изменения захватившему политическую власть пролетариату, а сейчас… кому предлагается это реализовывать? Современным пролетариям, у которых этой власти по понятным причинам нет, или же господствующему классу? Или же и вовсе нам, авторам критикуемого манифеста? Повторю вопрос, в чем уместность именно касательно разбора нашего текста?

Но даже если мы согласимся принять эту подачу и рассмотреть реализацию пунктов программы XIX века, перед нами сразу встанет ещё один вопрос: а не хочет ли комментатор сначала рассмотреть актуальность этих пунктов? Например, как можно в XXI веке всерьёз, не в порядке троллинга, предлагать рассмотреть реализацию пункта с учреждением промышленных армий в земледелии - это в условиях тотальной урбанизации, индустриальных агрохолдингов и радикального улучшения агротехники? Даже в отсталых странах Азии и Африки этот пункт уже не имеет такого значения, потому что с нынешним уровнем производительных сил им нужно требовать не трудовых армий, а доступа к передовым сельскохозяйственным технологиям и семенному фонду - но догматикам плевать.

Но опустим эти рассуждения и опустимся сами до уровня полемики комментатора и, так уж и быть, рассмотрим реализацию этой программы, пусть и не абстрактными не пойми кем, а вполне конкретным государством с победившей диктатурой пролетариата - СССР. И увидим, что практически все пункты из этой программы были реализованы. Экспроприация земли? Разумеется, а уж земельная рента и вовсе очень быстро выпала из списка сколько-нибудь значимых статей бюджета. Прогрессивный налог? Существовал, а в некоторые периоды еще и имелся необлагаемый потолок доходов. Отмена наследства? Практика показала, что этот запрет не имеет смысла в условиях, когда частная собственность отменена, но - да, он был реализован в первые годы советской власти. Конфискация имущества эмигрантов и мятежников? Нужны ли комментарии? Централизация кредита, обобществление транспорта, государственные фабрики, обязательность труда - во всем этом СССР не просто догнал, но и перегнал положения Манифеста.

И в связи со всем этим простой вопрос: и что? Практика показала, что в выполнении пунктов этой программы нет ничего невозможного, а развал СССР показал, что их к нашему дню уже и недостаточно.

Более того, практика показала, что для выполнения многих этих пунктов не нужно диктатуры пролетариата. С учреждением прогрессивного налогообложения превосходно справились скандинавские страны, где налоги на доходы физлиц могут превышать 50%. Даже в таком оплоте империализма, как США, этот налог варьируется от 10% до 37%. Про конфискацию имущества вам хорошо расскажут иноагенты в богоспасаемом отечестве, где с 2024 года за фейки в отношении ВС РФ можно лишиться всего, награбленного честным трудом. Централизация кредита и банковской сферы? Она произошла даже в более гипертрофированной манере, чем Маркс призывал: МВФ диктует свою политику целым странам, а доллар держит за глотку экономику всей планеты. Централизация транспорта? Государственная монополия РЖД одобряет, а монопсония в лице Яндексов и прочих Уберов не оставляет шансов для таксистов-частников. Промышленные армии, особенно в земледелии? Ага, это в эпоху тотальной автоматизации и роботизации даже такого труда, как курьерская доставка! Очнись, комментатор: скоро будет два века с момента публикации Манифеста, с тех пор уже и несколько десятков социалистических государств успели возникнуть и рухнуть с реализацией этой программы, а нам всё предлагается разбирать её актуальность.

Мы столько времени уделили разбору этих пунктов не ради самого разбора, а чтобы показать, насколько небрежно и предвзято в своей критике выступает наш комментатор. Ему неинтересна реальная актуальность пунктов Манифеста, ему интересно, чтобы мы задолбались отвечать на набрасываемые им с лопаты претензии и стояли в позиции оправдывающихся. Сакраментальное “не так встали”, только в другой форме.

А нам не впадлу. Мы и разобрать можем, и комментатора поучить, раз уж он так любезно подставляется.

Наши предложения идут дальше, ибо многое сегодня требует в левом поле прояснения, что и доказывает текущая «полемика».Сюда же, кстати, вопрос, невольно наметившийся в глазах комментатора: а в манифесте коммунистической партии расписано то, как это всё надо делать? Есть ли наброски должностных инструкций сотрудников госплана и т.д.? Или, может, надо действовать поступательно и соразмерно возможностям? Требовать подробную программу действий с точными цифрами, наименованиями и т.д. можно от политических акторов уровня всего государства, за которыми стоят целые сети НИИ и прочих профильных структур, дающих первичные данные, в том числе засекреченные. Потому мы и говорили у Чумного Доктора, и будем говорить о необходимости создания полноценного НИИ Марксизма, а для этого нужны деньги.

Кто уж в глазах комментатора Зевс и Аполлон – его личные половые трудности, в постель мы не лезем, тем более, где есть фугасы.

«РСДРП так всех и не объединила, держу в курсе. Перед ней не стояло цели съесть все красное, что было. Более того – она сама в ходе работы вечно кололась (самый знаменитый пример – меньшевики и большевики, а были еще отзовисты, ликвидаторы и прочая шелупонь).

Партия – будет, потому что они двигают свои интересы в политической плоскости, тут ничего не попишешь. Другое дело – ИЗ ЧЕГО партии вырастают? Из дворцовой ли камарильи, торговых объединений, кружков интеллигенции, военных группировок – вот что действительно имеет значение».

Честно говоря, осведомлённость комментатора вызывает большие сомнения, потому мы очень рады, что он знает такие базовые вещи. Знаем и мы, потому и приводим пример РСДРП как рабочую альтернативу озвученной идеи об объединении всех в некую единую структуру. Жаль, что комментатор настолько плохо владеет навыками работы с текстом. Подробнее советуем наш материал по организационному вопросу.

Всё правильно, вопрос только в том, к чему здесь эти рассуждения о партии как явлении? Снова чучело набиваете, товарисч?

«И сейчас власть никого бить, сажать и карать не будет? Серьезно? Там ващет рядом есть место. Там три буквы – Т Ц К.

Слепое копирование да, выглядит смешно. Посмотрим же, что вы предлагаете».

Пусть комментатор расскажет как сегодня сажают за марксизм. Опять будут избитые примеры, где публика сама подставиться была рада? Простите за некое пренебрежение, но бесконечные ссылки на Уфимский кружок достали примерно так же, как апеллирование к заключению Украинцева в качестве доказательства фашизма в России. Представителю движения жожеков это должно быть понятно. Ну и да, если комментатор до сих пор так и не понял – текст написан в России и для России, потому апелляция к ТЦК звучит особенно смешно. В Канаде плохо потому, что в США негров линчуют.

«Кто-нибудь. Скажите мне – а что поменялось? Даже в тех революционных условиях хватало откровенных дегенератов, которые самоубивались об стену. Разница между разными видами борьбы – в ПРАКТИЧНОСТИ. И даже в этом случае люди проигрывают. Это нормально. Не в плане «проиграл и проиграл», а в плане «проиграли, потому что это было возможно».

Так объяснили же: « мы живём во времена мещанина – сытого и самодовольного». Если комментатору эта строчка непонятна, то надо было читать внимательнее в части, которую он описал выше так: «Далее они прогоняют, как каждое общество несет в себе зародыш следующего». Сейчас её требуется процитировать, чтоб комментатору стало понятно «что изменилось»: «При анализе истории формаций важно обратить внимание, что попытки сохранения существующего способа производства в конце концов порождают формы, прямо искореняющие эти отношения. При этом, государство всегда старается сохранить устоявшийся порядок. Так, рабовладение дошло до колоната, феодализм на излёте своими сословными ограничениями толкнул английских аристократов к короткому периоду республики, а во Франции упразднил сословия вместе с головой Людовика XVI. Так и капитализм, доходящий до своего завершения и вынашивающий новые, социалистические отношения, уже не в полной мере капитализм, ибо уже дискредитирована неприкосновенность частной собственности, государственное вмешательство больше века рассматривается на западе как «необходимое зло», а уровень потребления вырос до переломного значения, когда широкие массы трудящихся из тех самых пролетариев, которым нечего терять кроме своих оков, превратились в мещан, получивших под видом всего мира строго ограниченный маленький уголок кредитного, арендованного или, в лучшем случае, унаследованного жилья, доступную еду или её удобоваримые заменители, развлечения в виде электронных девайсов по относительно доступным ценам и относительно выгодным условиям кредита, а также бесконечный поток развлекательного медиапродукта».

Как видим, если мысль о зародыше нового общества в недрах старого оказалась по силам нашему товарисчу, то переварить очевидный факт об изменении структуры потребления трудящихся он оказался неспособен. И это не какое-то благоденствие капитализма, а изменение характера стоимости способности к труду, потому что развитие психологии и пропаганды позволили и сделали необходимым подобное поддержание уровня развлечения трудящегося. «Хлеба и зрелищ», как говорили древние. В таких условиях «практичность», а также тактика и стратегия коммунистов в корне меняется. Но не у догматика, который ждёт своего часа. Именно тут, кстати, побивается предложенное нами цитирование Ленина из ГиР о том, что государство всегда действует в интересах правящего класса. Респект всем, кто понял о чём речь ещё в прошлый раз. Диамат, товарисчи. Ибо, действуя в интересах правящего класса, государство всё равно приближает смену формаций. И сейчас уже видны очертания новой правящей страты, и они были понятны при хоть чуть-чуть незашоренном изучении советского опыта. Здесь ещё раз отсылаем к нашему материалу по Тони Клиффу. Потому учитесь, граждане, пользоваться методологией, если претендуете хотя бы на то, чтоб применять её для корректного познания объективной реальности.

«Русская община для русского коммунизма. Почему не кружок? Не союз, не артель? Ни объединение?

Напомню, ОБЩИНА - самоуправляющийся производственный и социально-бытовой коллектив, имеющий надсемейный уровень, основу которого составляют совместное (коллективное) владение и/или распоряжение средствами производства, коллективистские принципы солидарности и взаимопомощи. (Б-гмерзкая педивикия). Вы че, фаланстеры собрались строить? Так этим когда то уже занимались фурьеристы, оуэнисты, квакеры и икарийцы. Маркс и Бердяев УЖЕ выше этих пачанов.

Нафиг вам тогда диамат, если вы намерены повторять опыт утопических социалистов прошлого? Ну тех, которые «Счас мы организуем мегапредприятие, все увидят, как это хорошо – и пойдут к нам».

Во-первых, рады, что комментатор видит в нас потенциал дойти до масштабов РО, всё впереди. Почему не кружок и т.д. – потому что кружок всегда вырождается в избу-читальню, и этот этап нами уже давно был пройден задолго до формирования КЦ. «Союз» и прочие «громкие слова» тоже не выражают сути нашего организационного пути.

А вот что печально, так это то, что мимо комментатора прошли все громкие дебаты нулевых и десятых годов в левой среде об организационных формах коммунистов. Очень печально, что комментатор, судя по всему, об этой проблеме не только не знает, но даже ее не осознаёт. А ведь о том, что классические партии и движения себя исчерпали, говорил еще двадцать лет назад Александр Тарасов, ему оппонировал, впрочем, не очень убедительно, такой корифей "истинного" марксизма, как Александр Батов, однако кризис традиционных организаций был очевиден всем, кто тогда жил и в околополитике принимал хоть какое-то участие. Тарасов вот считал, что нужно искать новые формы организации, но вряд ли ожидал, что ими в десятые годы станут ютуб-каналы, клянчащие деньги с донатов. Он-то рассчитывал на расцвет кружков - но кружки, как мы уже выше сказали, оказались избами-читальнями.

Мы подобными организациями быть не хотим и не желаем. Мы как раз и занимаемся поиском этих новых организационных форм. А разве жожеки не делают то же самое?

Маркс и Бердяев-то выше, а вот все присутствующие и близко до «этих пачанов» не доросли, но комментатор уже требует дать ему партию. А диамат нам, любезный, чтоб не «повторить опыт», а добиться нужного нам результата. И здесь же вопрос – а жожеки-то что, если не община? В чём разница-то между тем, что говорим мы, и что говорят жожеки?

«А причем тут профессиональные союзы ремесленников? Типа как…русский коммунистичный союз писцов в стиле гжель?

Так это профобъединение, профсоюз. Волонтерская группа, культурное общество. Зачем выеживаться и плодить кучу гильдий, общин».

Потому что в центре должны быть профессиональные кадры. Потому что в кружок и прочие названные формы люди не пойдут. Опять же, рекомендуем комментатору разбавить круг общения аполитичными людьми.

«(Глубокий вздох)

А нафига вам тогда общины и гильдии, если вы намерены создавать просто совместное предприятие? Причем самое банальное и рискованное – информресурс. Сколько уже «Искр» я повидал за свою псевдополитическую юность – не перечесть».

Потому что деятельность наша имеет много направлений, не только «инфоресурс».

«Удержусь от комментариев. Вы просто в голове пошуршите все, что видели до этого такое в своей жизни.

Где тут Бердяев кстати?».

Там, где люди зарабатывают деньги и добиваются поставленных целей – всё работает. Мы такое видели и видим и на работах, и в спортклубах, и везде, где у руля деятельные люди, а не ходуны по библиотекам и говорящие головы из интернета.

А где тут Бердяев – большой-большой секрет. Особенно для нас.

«Акционерами социалистического кружка. Ну, посмотрим.

Окей, чем будет заниматься община? Какой производственной деятельностью? Сельхоз? Собирать дроны? Так вы все равно к ОАО придете, лол))».

Не акционерами, а людьми на содержании организации. Для особо непонятливых, коим является комментатор, людьми на зарплате. И да, добьёмся и покажем. Ждём чего-то подобного от прочих левых структур.

Занимается община всем, чем надобно: медиа, производство, теоретическая работа. Готовим новые кадры, занимаемся спортом, налаживаем связи с общественностью в личном порядке. Наша деятельность недостаточно освещена в наших медиа, о чём мы уже говорили с Чумным Доктором, что наше намеренное решение, вызванное объективной нехваткой времени и ограниченностью ресурсов. Но мы работаем, ибо чтоб что-то показывать – это «что-то» должно быть.

«Да где блин? Россия – буржуазная федеративная республика, с рыночной экономикой и консервативной декларативной моралью. Идеология появляется ВСЕГДА. Без идеологии жить может разве что ницшеанская Белая Бестия, поступающая сугубо прагматично и логично.

Политикой занимаются ВСЕ организации. Это буквально насущная необходимость, ведь, как говорится, «Если ты не займешься политикой – политика займется тобой». Профсоюзы - политические организации, Союзы писателей и промышленников, объединения солдатских жен и матерей, университеты и школы - тоже. Все они».

А жожеки – политическая организация? Или тут как с фабриками – отберём у всех, кроме Энгельса?

Потому наша позиция есть лишь перенятие позиции жожеков о том, что публичная политика сейчас «не нужна». Если что-то у жожеков поменялось или поменяется – просим уведомить, с интересом посмотрим, и даже поучаствуем.

«Алло, это основополагающая часть марксизма. Ничего нового тут нет».

Спасибо хоть, что не «Алло, Макрон!», хотя мы уже ожидали. Про «основы марксизма» комментатор может рассказать это девушкам и юношам нежного возраста, начиная со старшеклассников, которые в нашем городе тоже интересуются околополитом. И когда такой юноша с горящими глазами мечтает жечь машины, идти на баррикады и т.д. – его надо остужать. Потому, для такого остужения и отсеивания самых горячих голов подобные положения и пишутся. Подобное непонимание вызывает вопросы о практическом опыте комментатора в околополите.

«Атлант расправляет свои плечи, блин.))) «Лучшие люди» - это кто? Те кто умнее? Красивее? Сильнее? Или те, кто родился в правильной семье?».

Вот когда фраза «Атлант расправил плечи» будет ассоциироваться с коммунистами не в ироничном ключе, а как проявление восхищения и признания результатов – тогда можно говорить, что община состоялась и достигла некоторых результатов. И да, умнее, красивее, сильнее – мы должны и стремимся быть такими. Удивлюсь, если комментатор имеет что-то против. И да, помимо названного надо быть ещё богаче и влиятельнее. Тогда мы и будем лучшими людьми. Кому не нравится – можете оставаться в левом околополите. Как форму эскапизма никто её отменять или запрещать не предлагает.

«А вот либерахены и нацики активно занимаются нелегальщиной. Дошли уже до терроризма. Понимаете, авторы манифеста, практический интерес и насущная необходимость могут кого угодно довести до «нелегальщины». Бывший глава ЮКОСА не даст соврать (иноагент и террорист). Апофеоз несовпадения интересов – Цивил Вар, так то.

Что же касается незаинтересованности трудящихся – это временное явление, которое вполне прогибается информационной работой с населением. Любой стороны. Включая самих трудящихся (вспоминайте Приднестровье)».

И как успехи у леберахенов с нациками? Где они все оказались в России? Насколько нам известно, в Беларуси они примерно в таком же положении, что и у нас. «Необходимость может довести» - где с этим спор? Речь о том, что такой необходимости сегодня нет. Вновь комментатор не умеет работать с текстом.

В остальном – презабавнейший пассаж, из которого уже комментатор договаривается до того, что информационная работа, частью которой является идеология, способна заинтересовать трудящихся к участию в неких акциях и движениях. Сам придумал – сам себя опроверг. Получается, что чучело правильной идеологической линии победило создателя?

«Одно другому не мешало никогда. Те же большевики собирали нормальную кассу и получали деньги, например, от Саввы Морозова (кстати, очень набожного, но либерального промышленника), и при всем этом работали, просвещали и организовывали.

Ирония в том, что чтобы выжить – ты должен трудиться и бороться. Создавать спящий актив – тоже труд и борьба. Так что данный абзац просто бессмысленен».

Снова отсылаем к изменениям в структуре стоимости способности к труду.

«И зачем вы тогда нужны? И при чем тут Бердяев? При чем тут русскость? При чем тут коммунизм?».

Отсеять краснюче-вонюче-ортодоксально-идеологически-чистых марксистов, незашкварившихся-нессучившихся-неподдавшихся-влиянию-капитализма.

При чём тут Бердяев – Аллах ведает.

Русскость здесь – указание на специфику момента и положения коммунистического движения в России, а также недогматичные предложения в части дальнейшего развития и победы дела коммунизма. Ну и да, отсев интернационально-нешовинистично-толерантно-космополитичных леваков.

Коммунизм – наша цель. Только он ни при чём и ни для чего комментатору, о чём сказано выше.

«Почему вы так уверены, что такое дело можно будет отложить на потом? Вы ведь представляете, каково это: уповать на организацию, которая ничего не делала, и просто сидела и ждала? Какое то заговорщицкое болото.

И вы вроде намеревались делать общины, гильдии, союзы госслужащих. Это уже работа политическая. Плюс выше ясно сказало, что вы будете заниматься фильтрацией. Тут или штаны или крестик».

Ну во-первых, мы уже боимся и подумать, знает ли комментатор, что надо делать с трусами и крестиком. Во-вторых, подобные вопросы со всех сторон задаются жожекам, так что пусть комментатор первым и ответит. Более того, если всё так же, как было вчера, то жожеки – не политическая организация, коих, по словам комментатора, не бывает, то пусть расскажет, что там с трусами и крестиком у него. Вы, товарисч, даже матчасти движа, в котором состоите, не знаете, али опять соврамши, гражданин?

Теперь наша очередь комментировать первоисточник и собственные мысли комментатора:

«ЭПИЛОГ

Когда я принимался писать это неблагодарное полотно текста, я был уверен, что я занимаюсь критикой довольно зыбкого заблуждения в марксистской теории. Однако по мере того, как я погружался все глубже и глубже, мои глаза раскрывались все шире, а матершина становилась все изощреннее.

Здесь нет ни марксизма, ни бердяевщины, ни нового знания или идеи. Данное писево, громко обозначенное «манифестом», являет собой малограмотное, несистематизированное, ненаучное и бессмысленное нагромождение громких тезисов. И Маркс, и Бердяев – все это лишь замануха. Уверен, даже Фома Аквинский и Августин Блаженный охерели бы от смеха, читая все, что тут написано.

И на все было бы наплевать, однако в конце содержится достаточно жуткая деталь, которая ставит под угрозу все усилия нашей компании – создание политических обществ с недекларируемыми целями, которые прямо заявляют, что набирают людей для времени Ч, аккумулируют средства и чего-то ждут. При этом, открещиваясь от любой деятельности, под предлогом «бессмысленно» или «неспособно». При этом, имеющих политические информресурсы. Этого уже хватает, чтобы лечь под карандаш и поставить под удар других, более основательных человеков.

Авторам желаю заняться изучением тематической литературы (советую хотя бы с Екклесиаста начать, а дальше идти по нэкселю через Платона, Аристотеля и до современных человек), грамотнее разбираться в теории и практике марксизма, забросить подобные начинания и немного набраться опыта. Клянусь, это будет очень полезно для них».

Лично мы комментатору очень благодарны, потому что при всём желании наш коллектив и за год не народил бы настолько образцовый догматичный текст для иллюстрации того, что мы называем «несвободой мысли». Касательно матерщины: можем вернуть некоторую часть, ибо мы – люди, попривыкшие к догматикам и однотипным «заветам от Маркса», но объём действительно вымотал. Если бы не необходимость демонстрации разницы между догматикой и творческим применением – мы бы за разбор этой второсортной левацкой графомании не брались.

Комментатор выдаёт типичные рассуждения, которыми левая публика кидается в жожеков на протяжении всего существования движения, говоря про «социал-шовинизм», отсутствие идеи, новизны и т.д. Тейки об отсутствии новых идей нами опровергнуты в ходе скрупулезного разбора полуразложившегося набора всем известных догм и собственной безграмотности комментатора, так рьяно взывающего к изучению марксизма и любой «матчасти» в целом. Нас очень радует, что столь простое применение постмодернистского смешивания, как нейминг «Русский коммунизм» вызвал такое отторжение у догматической части аудитории. Как и наше название «Красный Царицын». Мы и дальше будем отсеивать таким образом «краснюче-вонючих», как выразился комментатор. Касательно того, кто бы смеялся – Владимир Ильич Ленин явно бы заплакал, если бы дожил до момента, когда ему приписывают строительство госмонкапа в СССР.

Касательно “жуткой детали”, Владимир Ильич говорил: «Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных ЛОМов или админов»[8].

Рассуждения про «угрозу всему нашему делу» и «более основательных товарищей» выглядят не более, чем паника автора и, возможно, ряда медийных лиц, находящихся в его окружении. Только есть одна проблема, под предложенное описание в полной мере попадает всё жожекийское движение. Напомню положение текста «Кто такие жожеки», который прямо называется манифестом жожеков: «Руководствуясь подходом Бисмарка, жожеки (будучи активными пропагандистами и обладателями медийных ресурсов) вполне могли бы поддержать либеральные политические движения, если бы это могло принести конечный результат, окупающий вероятные последствия вроде перемещения наших нежных креакловых задниц в российскую пенитенциарную систему. Такой конечной целью могло бы быть увеличение популярности коммунистических идей среди населения и закрепление носителей этих идей в государственном аппарате нашей страны. Однако же, мы не увидели в этом никаких реальных перспектив, кроме как законтачиться с сомнительной политической силой и нанести этим самым урон репутации носителей коммунистической идеологии, потому как отношение простых российских граждан к либеральной оппозиции в большинстве своём негативное»[9]. Вот те на, оказывается и жожеки очень сильно не прочь помочь в закреплении внутри госаппарата носителей коммунистических идей. Даже и присесть ради такого. Как-то неудобно получается…

Или вспомним устав АНО «Жожеки», где в пункте 2.1 указывается: «целями деятельности данной организации является волонтёрская, общекультурная, просветительская, патриотическая, направленная на организацию досуга. В рамках своей деятельности организация опирается на собственные силы и средства». Цитируем по приведённому манифесту.

Или обратимся к заявленной цели в манифесте: «Наша цель — создание сплочённого сообщества талантливых людей, желающих заполнить своим творчеством и волонтёрской деятельностью образовавшийся культурный и идеологический вакуум, вопреки торжествующим в российской креативной тусовке декадансу, коленопреклонению перед западной повесткой, презрению к собственной культуре и ненависти к инакомыслящим творцам». Вполне себе творческая гильдия. Но нигде не заявлены политические цели, хотя, следуя логике комментатора, они явно должны быть. Так с чего вдруг наш коллектив должен «лечь под карандаш», а жожеки – нет? Будь мы леваками и занимайся демагогией на уровне комментатора – предположили бы наличие неких гарантий со стороны госаппарата. Если такое есть – вы скажите, мы-то не переживаем по этому поводу.

Касательно литературы – алаверды. Уровень малознания комментатора показан достаточно.

Безграмотность в вопросе марксизма, неумение применять диалектический материализм для анализа исторических процессов, зазнайство и уверенность в собственном превосходстве – вот что в итоге остаётся после этого манифеста.

И тут наш коллектив осенило: так ведь наш комментатор – типичный труль! Он не владеет марксизмом, при этом убеждён в противоположном, криво цитирует и пересказывает классиков, пытаясь сослаться на их авторитет, выписывает всех, кто, по его мнению, нарушает «красную догму» из коммунистов. Последнее нас отдельно повеселило – дожить до того, чтоб жожек кого-то начал выписывать из коммунистов это дорогого стоит. Особенно когда львиная доля организационных предложений прямо или косвенно перенята от самих жожеков, и выдвинутая комментатором критика к жожекам точно так же применима. Так что наш комментатор – «нетруль», то есть труль, решивший, что он – не труль, и поэтому имеющий над другими трулями некое превосходство в собственных глазах.

Завершая это препарирование вырожденческой формы марксизма как идеологии, замешанной на догматизме и безграмотности, вновь дадим слово Фридриху Энгельсу: "Раз общество возьмет во владение средства производства, то будет устранено товарное производство, а вместе с тем и господство продукта над производителями. Анархия внутри общественного производства заменяется планомерной, сознательной организацией. Прекращается борьба за отдельное существование. Тем самым человек теперь - в известном смысле окончательно - выделяется из царства животных и из звериных условий существования переходит в условия действительно человеческие. Условия жизни, окружающие людей и до сих пор над ними господствовавшие, теперь подпадают под власть и контроль людей, которые впервые становятся действительными и сознательными повелителями природы, потому что они становятся господами своего собственного объединения в общество. Законы их собственных общественных действий, противостоявшие людям до сих пор как чуждые, господствующие над ними законы природы, будут применяться людьми с полным знанием дела и тем самым будут подчинены их господству. То объединение людей в общество, которое противостояло им до сих пор как навязанное свыше природой и историей, становится теперь их собственным свободным делом. Объективные, чуждые силы, господствовавшие до сих пор над историей, поступают под контроль самих людей. И только с этого момента люди начнут вполне сознательно сами творить свою историю, только тогда приводимые ими в движение общественные при чины будут иметь в преобладающей и все возрастающей мере и те следствия, которых они желают. Это есть скачок человечества из царства необходимости в царство свободы.

Совершить этот освобождающий мир подвиг - таково историческое призвание современного пролетариата. Исследовать исторические условия, а вместе с тем и самоё природу этого переворота и таким образом выяснить ныне угнетенному классу, призванному совершить этот подвиг, условия и природу его собственного дела - такова задача научного социализма, являющегося теоретическим выражением пролетарского движения" - АнтиДюринг.

Мы целям и задачам научного социализма и коммунистического движения верны, как на словах, так и на деле. И, на самом деле, грустно видеть, как во имя сохранения формы и догмы самоназванные марксисты вытравливают живую мысль из научного мировоззрения, низводя его до карикатуры в виде идеологии, непригодной, к тому же, к практическому применению, ведь ни смелости признать изменения характера стоимости способности к труду, ни пересмотреть тезисы в текстах и анализировать реальный смысл за ними у идеологизированной публики нет.

Вещи делятся не только на правильные и неправильные, товарисчи. Вещи делятся на те, что работают, и те, что не работают. Что, опять-таки, является одним из базовых положений самих жожеков - но не трулей.

За сим завершаем. Почёт и уважение всем, кто осилил эту долгую портянку. Трули и нетрули – учитесь писать короче и содержательнее!

[1] Ф. Энгельс. АнтиДюринг.

[2] В.И. Ленин. Детская болезнь левизны в коммунизме. Глава V: https://ru.wikisource.org/wiki/%D0%94%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D0%B7%D0%BD%D1%8C_%C2%AB%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D0%B7%D0%BD%D1%8B%C2%BB_%D0%B2_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D1%83%D0%BD%D0%B8%D0%B7%D0%BC%D0%B5_(%D0%9B%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%BD)/%D0%93%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B0_V

[3] В.И. Ленин. Грозящая катастрофа и как с ней бороться.

[4] Ли Шэньмин. Как правильно понимать систему социалистической теории с китайской спецификой и социалистический путь с китайской спецификой. https://msk.kprf.ru/2021/08/04/165059/?ysclid=mlahrw4eus412268910

[5] Исторический материализм. Под общей редакцией проф. Ф.В.Константинова. Государственное издательство политической литературы, 1951 г.

[6] В сноске надо отметить, что само слово «уничтожение» в русских переводах Манифеста коммунистической партии породило некоторые проблемы, о чём есть и современные исследования. Для академической точности корректнее использовать слово «отмена», но в политических целях слово «уничтожение» намного лучше, поскольку, по нашему мнению, даёт нужный мобилизационный эффект и «революционный запал».

[7] Олдос Хаксли «О дивный новый мир».

[8] В.И. Ленин. Три источника и три составные части Русского коммунизма. 14 глава. 88 параграф.

[9] Кто такие жожеки? Ссылка: https://t.me/rebel_jack_review/12935