@shchr_int

Дети — очень классная аудитория

2026-03-14T09:24:52.183Z

Маша Подрядчикова — это такой “редактор маминой подруги”, который не нуждается в представлении. Вот и мы сразу перейдём к Машиным ответам на наши вопросики.

Как ты начала писать вопросики для интеллектуальных игр? Это была необходимость или твое желание?

Начинала я не с “Что? Где? Когда?”, а с онлайн “Самого умного” — в 2011 году Боря Белозёров делал нечто под названием “The Brainiest Online”, и участники должны были писать взнос темами. Общаться с Борей, кстати, я начала во многом благодаря этому проекту, а потом и в его школьную ЧГК-команду попала. Именно ЧГК-вопросы я начала писать, наверное, году в 2013 или 2014, но очень долго раскачивалась, привыкала к формату и сначала получалось коряво и неуклюже. Первые опыты были для чемпионата Волгограда по ЧГК — там тоже вопросы писали сами команды. Наверное, больше всего повлиял пример Сергея Ефимова, который тогда писал очень много и был одним из самых топовых редакторов во всем сообществе — когда время от времени тестируешь вопросы знакомого, тянет, конечно, попробовать писать самой.

На одном из волгоградских турниров в 2012 году — первый ряд, справа, с кубком и Борисом Белозёровым

Есть ли какая-то история про самый необычный или неожиданный вопрос, который ты придумала? Что послужило источником вдохновения для него? Где ты вообще черпаешь вдохновение?

Как правило, мои вопросы — это просто интересные факты, сравнения или шутки, поэтому часто повод достаточно просто не портить. Например, на экскурсии в Перми нам с Гришей рассказали, что медведя считали проводником между человеческим и подземным мирами, и поэтому интересно, что фигура медведя в Перми в том числе есть на крышках канализационных люков: кажется, в этом случае достаточно просто пересказать факт и добавить кроссвордный пуант про крышки люков, чтобы щелкнуло наверняка :)

Оказались с мужем Гришей Зыряновым пойманы на камеру на баскетбольном матче в Перми — вопроса по баскетболу, впрочем, написать не удалось

Иногда для щелчка или просто дополнительной нарядности вопроса пробую играть с форматами: например, на фестиваль “Полифест” просили добавить технических реалий и один из вопросов я оформила в формате задачи из таск-менеджера. Из вопросов, где в первую очередь шла идея, а уже потом подбирался какой-то факт, выделю, наверное, ещё вопрос про тифлокомментирование — не так часто удаётся поиграть именно с подачей вопроса.

Есть ли у тебя вопросные «правила», которым ты следуешь? Для тебя важен повод для вопроса или ты не сильно по этому поводу заморачиваешься?

Правила, конечно, есть, но мне кажется, что они примерно такие же, как и у большинства коллег: стараюсь, чтобы в вопросе все слова были важны или не мешали, отсекаю по возможности дуали, стараюсь прописывать зачёты. Не все моменты удаётся отловить на тестах, но к замечаниям всегда прислушиваюсь. Повод кажется мне основным двигателем для вопроса, и я стараюсь, чтобы вопрос получился щелкающим, любопытным или забавным. Не считаю, что нужно фильтровать поводы и спрашивать только высоколобые реалии — по шутке тоже может получиться неплохой вопрос — но стараюсь как-то соблюдать баланс в рамках одного тура и разводить, например, вопросы по одной книге по разным турнирам. Если вопрос основан на совсем уж шуточной реалии или ЛОАВе, всегда можно поставить нулевым :)

Как ты работаешь с источниками информации? Насколько важна абсолютная достоверность фактов в вопросах, и как ты её проверяешь? Может ли быть вопрос по придуманной в голове автора реалии?

Вопрос может быть абсолютно по всему, если это очевидно проговаривается в вопросе. Я обычно не стыжусь ЛОАВов, легко могу напрямую сказать “по мнению автора вопроса”. Ещё считаю, что если придумал факт и пишешь что-то в духе “в фанфике автора вопроса” — иди до конца и оставляй ссылку в источнике (было с метой в финале Лиги вузов, например). Один раз даже написала небольшую историю, чтобы у Феди Журавлёва был источник к вопросу.

По проверке фактов и реалий придерживаюсь довольно стандартной точки зрения: если история хоть немного сомнительная, лучше сразу метить словом “сомнительная” или “малоправдоподобная”. Стараюсь не ставить вопросы, для которых не нахожу подтвержденных источников хотя бы уровня приличных научпоп-изданий, если могут быть какие-то нюансы в трактовках или формулировках, помечаю “кто-то там пишет…” — в общем, классика.

Как ты оцениваешь уровень знаний современной аудитории интеллектуальных игр? Меняется ли он со временем, и если да, то в какую сторону?

Я бы не сказала, что есть какие-то заметные изменения — всегда были игроки-звёзды, которые ещё в школе начинали обыгрывать студентов в свояк, всегда были люди, которые приходят играть просто по фану. Периодически слышу вещи в духе “современные дети ничего не знают”, но не могу сказать, что за десять лет, что я пишу детские вопросы, они стали заметно проще. Тут, наверное, виднее тренерам и организаторам.

Как ты относишься к критике вопросиков и как ты её учитываешь в дальнейшей работе?

Где-то 95% критики, которую я учитываю, я получаю ещё на тестах — это помогает отсечь дуальные версии, добавить слова-подсказки, переформулировать неясные моменты или вообще выбросить вопрос. После турниров прислушиваюсь к общему настроению отзывов, но на этом этапе критика уже не так полезна — она касается вопросов, которые уже не исправить, а переучиваться писать мне уже поздно. Впрочем, когда я только начинала писать, именно критика после турниров помогала понять, как лучше в будущем подстраиваться под аудиторию, работать с отсечками или проверять факты.

Как-то в 2021 году я позвала его на тест и все заверте…

Расскажи, как ты работаешь с текстом вопроса? Как расставляешь слова, подсказки и так далее?

Как я уже говорила, большинство вопросов — это просто упакованные факты: когда натыкаешься, например, на автоматический инструмент определения “чеховских ружей” в тексте, остаётся только не испортить повод.

Если добавляю второй факт или кроссвордную отсечку, стараюсь, чтобы она “рифмовалась” с основным поводом, как, например, в этом вопросе для Детского чемпионата России:

Иногда при создании традиционного японского лака уруси использовали ЕГО, чтобы отрегулировать вязкость. Можно сказать, что ЕГО можно сделать из «уруси». Назовите ЕГО коротким словом.

Ответ: рис

Комментарий: рис, один из главных ингредиентов японской кухни, может использоваться и для несъедобных задач. В слове «уруси» есть буквы «рис».

Здесь без дополнительной отсечки можно придумать и другие версии, а с ней подтвердить версию будет гораздо проще. По ощущениям, редакторы делятся на тех, кто старается упростить работу капитану, и тех, кто считает, что тонкий капитанский выбор — это важная часть игрового процесса, я скорее принадлежу к первым, хотя это, конечно, и вкусовщина.

Загадочный автор вопроса про японскую культуру в маске японского кабана

Ты реально много пишешь, как ты распределяешь свои дедлайны по пакетам? Насколько сложно одновременно писать в разные аудитории?

У меня есть табличка! Её шапка выглядит примерно таким образом — слежу, сколько нужно всего вопросов (и сколько с меня), кто заказал и с кем я пишу. Как правило, помогает не теряться: иногда наоборот, я ставлю дедлайн за десять дней до настоящего и потом пугаюсь.

Не могу сказать, что особенно сложно: тем более, что часто для взрослых или студентов я пишу с соредакторами, как-то автоматически удаётся переключаться.

База знает про твои 117 пакетов и 1525 вопросов как ты их пишешь в таком количестве?

Не про все мои вопросы знает база! Но да, звучит довольно солидно. Много читаю, автоматически сканирую любые тексты на поводы, набила руку — никаких особенных секретов нет.

У тебя есть какая-нибудь офигительная история, когда тебе пришлось максимально срочно писать пакет?

Как ни странно, вспомнить не получается — для того, чтобы написать тур, в целом бывает достаточно и трёх дней, а более сжатые сроки, к счастью, не попадались. Срочно написать версию для предварительной сдачи и первых тестов, конечно, приходилось, но после этого обычно есть ещё достаточное количество времени на оформление и причесывание пакета.

Ты часто работаешь с “Запахульей” на брейне и все такое — существует ли командная работа в вопросописательстве? Или вопрос это больше про индивидуальный продукт?

Иногда, конечно, бывает такое, что именно соредактор или тестер предложит удачный вопросный ход или пуант, но кажется, что основная командная работа происходит на этапе тестирования и расстановки, а свои вопросы каждый оформляет более-менее сам.

При этом я очень люблю писать в соредакторстве как раз из-за того, что тесты сразу становятся веселее и именно соредактор может в лицо сказать всю правду о неудачных формулировках так, что это будет и уместно, и не обидно. Например, почти десять лет назад я написала в черновике вопроса слова “комбинация эмодзи на тему душа”, и Андрея Скиренко это так повеселило, что я теперь вспоминаю этот случай каждый раз, когда ловлю на тесте у себя какую-то особенно кривую фразу.

В Бресте с любимой командой “Запахулья” (и Даней Репиным)

Почему писать вопросы детям это хорошо?

Дети — очень классная аудитория. Понятно, что где-то и негативные эмоции бывают ярче, но в целом фидбек от школьников почти всегда более живой и весёлый. Мне нравится возможность удивлять игроков какими-то довольно простыми вещами — поиграть в слова, добавить какой-нибудь технический ход, показать, что автор вопросов тоже смотрит аниме — и с менее искушенной аудиторией это гораздо проще. Хотя и студентов и взрослых, пожалуй, тоже повеселить удаётся: например, американские буки доплыли до шорт-листа “Вопроса года” — значит, кто-то их туда аж номинировал!

Ты задумывалась, почему твои вопросы так популярны среди школьников?

Думаю, что комбинация того, что я пишу часто, пишу довольно стабильно и иногда у меня бывают какие-то весёлые истории. Первый фактор, пожалуй, наиболее весомый — понятно, что к частым редакторам привыкают и узнавание играет большую роль.

С организаторами ДЧРа 2025 (угадайте, кто забыл надеть фирменный мерч)

У тебя есть ТГ канал про Национальный корпус русского языка. Расскажи пожалуйста про это твое увлечение, (или оно уже не увлечение) и как часто ты лезешь туда в поисках фактуры?

В начале 2020-х я пару лет проработала в проекте по большому обновлению НКРЯ, побыла младшим научным сотрудником (можно даже в соавторах очень крутой статьи увидеть — для неё гораздо большую часть работы сделали коллеги, но всё равно горжусь). В процессе, тестируя разные функции корпуса, периодически находила какие-то любопытные вещи — то Шрека в текстах Чехова, то неприличные частушки в диалектном, то странные рифмы в поэтическом. В какой-то момент поняла, что бэкграунд интеллектуальных игр, интерес к популяризации лингвистики и опыт работы в корпусе могут вылиться в хороший канал, вот и веду его уже года три как.

За фактурой практически не захожу — как правило, корпус лучше подходит под другие форматы, например, развлекательные тесты, которые я периодически пишу для Системного Блокъа. Периодически могу заглянуть проверить “можно ли так сказать”, если мозг коротит во время оформления вопроса.

В 2018 ты говорила «Смогу ли избавиться от привычки скриншотить каждый повод и потом оформлять его? Сложно сказать». Есть подвижки?

Подвижки значительные! В скриншоты пока ещё оформляется примерно всё, но дальше время от времени уже доходит в виде “друзья, я задам вам этот вопрос на тесте, потому что мне кажется, что он удивительно глупый и факт смешной, но в пакет я это пропустить не могу, потому что спортивная составляющая в нём минимальна”. А вот переключить своё восприятие из режима “сканирование поводов” в режим “просто читать или просто смотреть” — уже, кажется, невозможно, с Гришей у нас периодически просмотр сериала превращается в “поставить на паузу, записать голосовое, продолжить смотреть дальше”: вопрос с ДЧРа про лабиринт, например, изначально звучал примерно как “надо спросить, что тут в лабиринте, чтобы люди не путались, статуи смотрят в нужном направлении”.

Есть факт про то, как ты рисовала животных и ДЧР. Расскажи как тебе пришла в голову эта идея?

Для того, чтобы что-то нарисовать, мне обычно не нужна идея — если руки свободны и есть бумага, что-то рисуется автоматически. Мне вообще кажется, что непрофессиональное искусство ужасно недооценено: часто рисование, писательство, музицирование воспринимается как что-то, что делают профессионалы, и люди, вырастая, стесняются делать что-то, если не занимаются этим ради денег. Но повседневное любительское искусство — это прекрасный инструмент, чтобы лучше узнавать себя и других людей, будь то объявление про лежбище котят на ДЧРе, керамические ежи-значки для призов на фестиваль “Ё” или нарисованная афиша “Кнопочек”.

Ты же рисовала котиков на “Вороненке”? А почему не воронят?

Если подходят и просят расписаться, время весьма ограниченное, и я очень сомневалась, сумею ли быстро нарисовать правдоподобного воронёнка, а на котиках рука набита! Впрочем, специально для этого интервью прикинула и в целом можно и воронят, чего уж (котиков, например, я на “ПерСибе” нарисовала изрядно). Так что буду готовиться к новым маскотам каждый раз, как будто бы можно нарисовать кого угодно.

Давай поиграем в животных и редакторов. Кто из редакторов с каким животным у тебя ассоциируется? Кто капибара, а кто котик?

Мой муж Гриша Зырянов — гигантский котёнок (справа).

С Андреем Скиренко и Ваней Ефремовым, у нас, сколько помню наше редакторское трио, регулярно появляются разгоны про крокодилов в вопросах, поэтому Андрей у меня очень сильно ассоциируется с крокодилом. Про Артёма Рожкова, кажется, все знают, что он любит всяких свиней и кабанов, так что тут ассоциация волей-неволей совпадает с его идентичностью.

Если блицем без необходимости объяснять, то:

Максим Мерзляков — манул

Сергей Терентьев — аксолотль

Рита Лузина — тибетская лиса

Федя Журавлев — харза

Антон Березанский — кенгуру Гудфеллоу

Быть готовым к худшему, но надеяться на лучшее

2026-02-06T08:21:12.410Z

Мы продолжаем традицию групповых интервью. На этот раз мы задали вопросы представителям тренерского сообщества Ижевска.

На вопросы отвечали: Михаил Эстрин, Алёна Ганина, Рафаэль Гиззатуллин, Александр Митряков, Артём Муравьёв и Алексей Шмыков.

Попытка повторить флешмоб, когда все фотографировали содержимое своих рабочих мест (2019 год)

Расскажите немного про себя. Как вы пришли в интеллектуальные игры, почему решили тренировать школьные команды, играете ли вы сами, а если прекратили, то когда и почему?

Александр Митряков: В интеллектуальные игры я пришёл в буквальном смысле «по объявлению», в сентябре 2002 года, будучи первокурсником. Тогда Ольга Сергеевна Нечаева открыла в УдГУ кружок, из которого впоследствии вырос ижевский клуб интеллектуальных игр.

Тренировать школьников я начал весной 2006 года, опять же по просьбе Ольги Сергеевны, когда выяснилось, что одна из наших команд прошла на ШЧР. Строго говоря, это не были тренировки в современном спортивном смысле этого слова – мы просто играли какие-то вопросы, иногда пытались, по мере сил, что-то докручивать, пили чай и вообще как-то весело проводили время.

Тренировать полностью я перестал где-то в середине 2010-х по сумме обстоятельств – выпустились одна за другой команды, с которыми мы тренировались много лет, выбирая между набором новых школьников и другими занятиями – работой, наукой, олимпиадными тренировками, я решил, что пора сменить фокус. Сам я довольно активно играл до ковида. Сейчас играю несколько синхронов в год и пару раз выезжаю на фестивали – больше повидаться с друзьями, чем побороться за медали.

Алексей Шмыков: До работы в школе 16 лет проработал в банковской системе, где прошел путь от студента-практиканта до управляющего регионом, но потом меня догнало разочарование в изменениях, произошедших в банковской системе и ее сотрудниках, а если есть желание что-то изменить, то надо менять. Следовательно, если я хочу изменить мировоззрение специалистов, то нужно это делать в раннем возрасте, т.е. в школе. А поскольку хочу изменить не знания по конкретному предмету, а в целом восприятие знаний и мировоззрений, то нужно шагать в дополнительное образование.

После принятия данного решения получил педагогическое образование с дальнейшим обучением на тренера спортивной команды и начал тренировать. Спортивным тренером мечтал быть с юношества (к спорту приучил учитель физкультуры школы №76 Абашев Азат Закирович, но полученная в детстве травма отменила спортивную карьеру, а спортивный характер и упертость остались).

В интеллектуальны игры в Ижевске сам играл лет с 20 с разной периодичностью и успехом, даже в спортивное ЧГК сколько-то поиграл, и дома висит медаль за первое место в турнире где «спортивщики» и «любители квизов» выясняли, кто сильнее. Сейчас очень нерегулярно посещаю игры местного клуба «60 секунд», в свободное же время стараюсь расти над собой как педагог и тренер.

Михаил Эстрин: Мне всегда были интересны интеллектуальные игры, но до тех пор, пока я не познакомился с Ольгой Сергеевной Нечаевой, это все имело несколько абстрактный характер. Когда я был школьником и студентом, в Ижевске не было инфраструктуры интеллектуального досуга в формате нынешних игр... Потом под впечатлением от общения и после этого интервью мы с ней решили создать некоммерческую организацию, чтобы попробовать найти финансирование, в первую очередь, для школьных турниров. Далее логичным шагом стала организация регулярного школьного чемпионата города, студенческий и взрослые турниры… К сожалению, последние два направления в силу разных причин сошли на нет, зато школьное дало обильные всходы. Сам я играл одно время достаточно активно, но в последние годы стало меньше времени и мотивации. Сейчас участвую только в местных своячных турнирах (полагаю, что они одни из лучших в стране) и изредка в квизах.

Тренировать детей начал не сразу. Долгое время я занимался хозяйственными вопросами клуба, поскольку разбирался в них чуть больше остальных. Все как в пословице, что среди слепых правит одноглазый… Начало моего тренерства тоже связанно с Ольгой Сергеевной. Когда она создавала Центр современного образования «Семь пядей», то одним из направлений его работы стали интеллектуальные игры. Появилась база для тренировок команд из разных школ города. Она в 2017 году предложила попробовать позаниматься с детьми на регулярной основе. Так в моей жизни появилась команда ОПА…

Еще одним этапом стала осень 2022. Фактически случайно я начал работать с третьеклассниками и четвероклассниками. Изначально самому мне это казалось авантюрой – несмотря на запись в дипломе «преподаватель истории», я никогда не работал в школе, но пока эта история длится. Каждый год появляются новые интересные дети, да и многие «старые» остаются… Полная занятость – лучшее паллиативное лекарство от депрессии.

Алёна Ганина: В интеллектуальные игры впервые я играла в десятом классе, а вернулась надолго уже на третьем курсе университета. Влилась в команду факультета, мы – неожиданно для всех – заняли 3 место на турнире университета, потом начали играть синхроны. Правда, запала хватило ненадолго, и в итоге от команды осталась играть только я, поэтому пришлось знакомиться с сообществом и искать себе команду. Мне очень нравился процесс и нравились люди вокруг, поэтому я стала помогать в проведении ОЧИШей, а потом и брать на себя больше организаторской работы. Это кажется очень органичным процессом, когда много сил и много рук – видеть, что ты можешь сделать лучше, браться и делать.

В какой-то момент моя младшая сестра попросила, чтобы я потренировала её школьную команду. Иронично что именно она первая команду и покинула – ей довольно быстро стало неинтересно. А из ребят её параллели в итоге собралась команда «Мы» — одна из первых школьных команд Ижевска, попавших в медали крупных турниров.

Сама я играла очень долго, перестала пару лет назад — примерно тогда же, когда прекратила тренировать. Последние 7 сезонов провела в команде «Иж Юпитер 5» - кстати, мой бывший сокомандник Костя Чермак тоже тренирует команду школы, в которой учатся его дети. Мне кажется важным играть самому, пока тренируешь детей: так легче объяснить логику взятия, не терять насмотренности и легче подбирать вопросы для тренировок.

Рафаэль Гиззатуллин: В 2001 году в рамках какой-то предвыборной кампании проводился взрослый чемпионат Ижевска, и стихийно образовалась корпоративная команда. Заняли второе место в перестрелке за первое. Какое-то время даже ездили по фестивалям, участвовали в чемпионате России, потом сошло на нет. Потом был всплеск в лиге «60 секунд», где-то с 2016 по 2021 годы. Сейчас не играю – категорически не выкраивается время.

Школьные команды я решил тренировать после поездки на ШЧР-2014, когда «Мы» Алены Ганиной выиграли группу М. Потрясающая атмосфера была, очень душевно и азартно поиграли в команде тренеров, и я подумал, что это место, где я хотел бы быть. Впрочем, я до этого еще пару лет помогал организовывать школьный чемпионат Ижевска, так что дозрел постепенно.

Артём Муравьёв: Я пришел в интеллектуальные игры полуслучайно. Классе в пятом учитель математики предложила сыграть в местном Дворце пионеров. Я, недолго думая, согласился. Мне казалось, что я знаю чуть больше своих сверстников некоторые факты, которые не знают они. Поначалу было непросто, но сразу вполне интересно. Видели перед собой умных старшеклассников, а также организаторов, за уровнем знаний которых хотелось угнаться. Сейчас мы с ними уже коллеги, каждое общение с ними вызывает уйму положительных эмоций.

В Ижевске сильная школьная конкуренция. Чем вы можете объяснить этот феномен?

Рафаэль Гиззатуллин: Всё по классике спорта – чем шире основание пирамиды, тем выше вершина. У нас очень старый и массовый школьный городской чемпионат. Вторая (возможно, это первая) причина – есть люди, готовые заниматься с детьми, в том числе и на постоянной основе, и это не только участники этого интервью. В основном из взрослых игроков, у которых подросли свои дети (яблоко от яблони…)). В Ижевске вообще популярны интеллектуальные игры, получается некая самоподпитывающаяся среда.

Алексей Шмыков: На мой взгляд, указанная специфика региона предопределяется несколькими факторами. Во-первых, высокий интеллектуальный потенциал региона – еще поколение назад Ижевск был городом – оборонным заводом, и у многих детей кто-то из старших родственников является либо представителями заводской интеллигенции, либо сотрудниками НИИ, что уже формирует особый интеллектуальный и ценностный фон для воспитания ребенка. Во-вторых, наш город, с одной стороны, достаточно большой и растущий для того, чтобы в нем смогла появиться конкуренция между школами (как с историей, так и новыми лицеями), а с другой – достаточно компактный, чтобы тренера и игроки знали друг друга, игровое интеллектуальное сообщество не распадалось на более мелкие изолированные группы, а затраты времени на дорогу до площадок не снижали привлекательности городских турниров.

Александр Митряков: В Ижевске сошлось много обстоятельств. У нас город, с котором много инженерной интеллигенции, есть несколько очень сильных лицеев даже по общероссийским меркам, этот фон хорошо виден даже по успехам олимпиадной сборной республики. С такими вводными конкурировать интереснее и друг с другом и «наружу». Во-вторых, это многолетняя масштабная работа клуба – «широкая воронка», если можно так выразиться. Сбрасывать со счетов личные качества организаторов, тренеров, родителей не стоит – это уже то, что можно назвать удачным стечением обстоятельств. Случился, как говорят (или уже не говорят?) школьники, мэтч.

Михаил Эстрин: Пока мне не кажется, что у нас достаточный уровень конкуренции. Доминирующая команда есть практически в каждой возрастной группе, а это не очень здорово для общего развития. Впрочем, конечно, за последние годы нам удалось частично восстановить массовость турниров, сильно подорванную ковидными ограничениями.

Мы изначально делали ставку на открытость и доступность наших турниров. Школьные чемпионаты Ижевска и по Основной дисциплине и по «Своей игре» всегда проходят без оргвзносов и предварительных отборов. Порог вхождения в интеллектуальные игры для детей у нас очень низкий. Отсюда широкий охват и большое число интересных команд. Топов пока, к сожалению, покусывают редко, но борьба за второе-третьи места уже более упорная и менее предсказуемая…

Алёна Ганина: Ситуация с конкуренцией сильно изменилась относительно того, что было 15 лет назад. Начать с того, что интеллектуальные игры стали популярней среди взрослых: в квизы пришло много игроков, которым хочется приобщать к интеллектуальным играм своих детей. И возможностей для этого стало больше: в Ижевске много тренеров, которые собирают команды в разных школах. Школьников, готовых к выездам на межреги (спасибо родителям!) и регулярным тренировкам, тоже стало больше. Благодаря этим увеличившимся множествам и получается собрать много команд, более устойчивых к естественному оттоку школьников в другие занятия — эти команды уже и бьются между собой за путёвку на ШЧР на межрегах и синхронах.

Артём Муравьёв: В одном интервью я уже говорил, что конкуренция – двигатель прогресса, а прогресс, в свою очередь, – следствие конкуренции. Удмуртия – один из первых регионов, кто начал активно продвигать интеллектуальные игры (сейчас больше про ОД и СИ) в группе Н (до пятого класса включительно). Эксперимент (когда это был реально эксперимент) показал, что порой даже в третьем классе дети вполне способны логично мыслить, запоминать информацию, применять ее в играх и, наверное, самое главное – коммуницировать с другими детьми. В малом возрасте коммуникация, на мой взгляд, более важных фактор.

«МаксиУМ», победители турнира по КИНСБФ Детского чемпионата России (2023 год)

Существует ли в Ижевске преемственность поколений среди школьных команд и среди тренерского сообщества?

Алексей Шмыков: За все команды сказать не могу, но некоторым командам действительно свойственна преемственность, так в интеллектуальном клубе АМОУ «Гуманитарный лицей» такая тенденция прослеживается – команда «308 км» (5 класс) считает себя фарм-клубом «Жабной хлебы» (10-11 класс), а «Многоходовочка» (3 класс «Столичного лицея») тянется за «308 км». И эта преемственность приводит к результатам – все 3 команды (каждая в своей группе) стали призером ОЧИШ-2025.

Старшие игроки дают советы младшим, ребята посещают игры и тренировки друг друга. А игроки первых СоВаленок (Ижевский лицейский интеллектуально-спортивный турнир) уже ведут площадки на СоВаленках-2026 года.

Да и сами игроки «Жабной хлебы» в начале своей игровой биографии смотрели, затаив дыхание, за игрой «Опы», а теперь сами являются примером для команд Лицея.

«Жабная хлеба», серебряный призер турнира по КИНСБФ в группе М ШЧР (2024 год)

Михаил Эстрин: У нас есть тренеры самых разных поколений, от студентов, которых я еще года три-четыре года назад сам тренировал, до тех, у кого тренерский стаж более десяти лет… У каждого есть успешные команды, каждый вкусил сладость больших побед. Меня это очень радует. Но особенно ценно, что мы все отлично взаимодействуем. У нас нет ни конфликтов, ни непримиримых противоречий. По нынешним временам это большая удача.

Алёна Ганина: Да, преемственность есть — и среди тренеров, и среди команд. Например, команду «Глобальное озарение» мне помогали тренировать Ефим Холмогоров и Глеб Русских, которые в своё время сами у меня тренировались. Ещё один пример — Артём Муравьёв, сам расскажет про себя.

Среди команд это тоже органический процесс: в одной команде легко могут играть школьники разных параллелей, и, когда старшие вырастают, младшие переходят в другие команды. В том же «Глобальном озарении» играла Аня Собакина, которая пришла к нам из выросшей команды «ОПА».

Артём Муравьёв: Да. В многих командах уже играют чьи-то дети, братья, сестры. В плане преемственности тренеров – тоже да. Когда-то я был подопечным у тех, кто сейчас является моими коллегами по тренерскому интеллектуальному цеху.

Александр Митряков: Мне сложно говорить за текущую ситуацию – я уже лет пять не очень хорошо понимаю, кто, где, чем и с кем занимается, но по крайней мере я вижу, что кто-то из сегодняшних тренеров – это вчерашние участники наших фестивалей. Так что, думаю, да. Одно поколение, как минимум уже сменилось по определению – нам как сообществу на будущий год исполнится ровно 25.

Часто интеллектуальное движение региона держится на нескольких плечах пары организаторов, а бывает, что и одного. С вашей точки зрения в Ижевске школьное движение централизовано или децентрализовано? Помогаете ли вы командам земляков-«конкурентов»?

Михаил Эстрин: Думаю, у нас очень гибкая структура местного интеллектуального сообщества. Несколько ключевых для определенных этапов людей отошли от дел, кто-то брал длительный творческий отпуск, но сообщество не распадалось и не фрагментировалось. Сохранялись и воплощались общие замыслы. Для меня главное, что никто не ушел после какого-то жесткого конфликта, обиды или несправедливости. По крайне мере, я надеюсь, что это так. В ижевском тренерском сообществе мы активно взаимодействуем, делимся контентом, помогаем писать апели на выездах и т.п. Среди команд антагонизм тоже не культивируется. Отношения у детей между собой, разумеется, бывают сложные, но никто из тренеров, насколько я знаю, не стремится акцентировать это в своей работе.

Алексей Шмыков: Действующим флагманом школьного интеллектуального движения в Ижевске является Михаил Эстрин, но и остальные тренера (не буду называть по именам, чтобы случайно никого не пропустить и не обидеть) каждый посильно вносит свой вклад в общее дело.

В Удмуртии, на мой взгляд, сложились два центра школьного интеллектуального движения – северный (Глазов) и южный (Ижевск), которые в лучших традициях ламповых боевиков про кунг-фу соперничают, выясняя чья школа сильнее, а на выездах за пределы региона мы усиленно болеем друг за друга, т.к. защищаем цвета Удмуртии.

Тренеров (не важно из Удмуртии или нет) не рассматриваю как конкурентов, но только как единомышленников, с которыми делаем одно дело по развитию детей. И эффективность этой деятельности невозможна без постоянного обмена опытом и совместной деятельности (например, удалось с Сергеем Бондаренко из Серпухова совместно написать методичку по использованию некоторых элементов «Своей игры» при проведении проверки знаний на уроках).

Рафаэль Гиззатуллин: Однозначно централизовано, это единая организация, клуб. Помощь землякам – да, бывает, когда это нужно. Скажем, логистику массового выезда нескольких команд разных тренеров часто проще делать одному из них. Подстраховка тренерами друг друга на выездах. Перед ШЧРом традиционно проводятся совместные тренировочные сборы для отобравшихся ижевских команд. Материалами, оборудованием друг другу помогаем. Короче, сообщество от слова «сообща». Конечно, и конкуренция есть, спорт есть спорт.

Алёна Ганина: Для меня ижевское движение 100% Мишацентрично. Если бы у нас (кроме, собственно, самого Миши) не было возможности отойти в сторону, выдохнуть и позаниматься чем-то помимо интеллектуального движения — всё бы в какой-то момент развалилось. Но очень греет то, что некоторые выпускники ижевского клуба остаются в организации не только местных турниров (привет Артёму Сапожникову).

Несмотря на то, что мы тренеры конкурирующих команд, между собой, мне кажется, отношения отличные и тёплые. Ко всем всегда можно обратиться за советом и поддержкой.

А вот если говорить про Удмуртию в целом — тут всё децентрализовано. Есть, например, команда тренеров Глазова, с которыми мы дружим, но при этом они практически автономны. На межрегах, конечно, болеем друг за друга и поддерживаем.

Александр Митряков: В Ижевске движение всегда имело как минимум несколько точек схождения, ключевых участников, которые двигают процесс. Кто-то из него уходит, кто-то потом даже возвращается. В ту пору, когда тренировал я, такой сложившейся школьной конкуренции, как, например, в Перми, ещё не было, поэтому то, что мы делали – делали, условно, «для своих и для всех», городу и миру.

Артём Муравьёв: На моменте зарождения ижевского клуба интеллектуальных игр, безусловно, всё движение держалось если не на одном, то на нескольких людях. Сейчас же мы наблюдаем такую картину: с каждым годом становится все больше и больше тех, кто готов помогать нашему движению. Выпускников становится больше, становится больше тех, кто не хочет бросать интеллектуальные игры, перейдя на новую ступень образования. Это отрадно. Данная тенденция заражает будущие поколения, что способствует процветанию нашего региона в интеллектуальном движении.

Основной игровой зал в Ижевске

Зачем школьнику сегодня играть в интеллектуальные игры?

Алексей Шмыков: В настоящее время, в эпоху гаджетов, у детей зачастую обесценено запоминание полученной (в школе или за ее пределами) информации, т.к. в любой момент есть возможность загуглить. В интеллектуальных же играх гуглить нельзя, таким образом, забытая информация приведет к потере очков командой. Следовательно игра формирует понятную и принимаемую ребенком ценность самого школьного обучения, а также необходимость постоянного расширения кругозора.

Клиповость мышления, свойственная современным школьникам, приводит к невозможности анализа полученной информации. Интеллектуальные же игры как раз учат не только воспроизводить полученные знания, но и анализировать их и составлять логические цепочки.

Михаил Эстрин: Прагматичному, узкоспециализированному и заточенному на успешный успех незачем) Как сказал один пятиклассник, ранее снисходивший до интеллектуальных игр, своим сотоварищам, которых я призывал прийти на школьный чемпионат: «Не ходите. Там за победу дают всего лишь ручки…».

Если же отрешиться от малобюджетности призового фонда нашего бесплатного для участников городского школьного чемпионата, то, видимо, главными бонусами будут редкие эмоции и атмосфера, где ты свой. Взять серию из пяти-восьми вопросов подряд, поучаствовать в перестрелке, получить балл по зыбкой апелляции, не получить балл по «железной» апелляции (думаю, когда-нибудь надо устроить флеш-моб под условным названием «Апелляционное жюри не проникло в логику команды…»)… Спектр эмоции и впечатлений на наших играх весьма широк. Лично для меня, это главное. Единственное, я бы очень посоветовал запастись терпением. Успех редко бывает быстрым. Зато результат может быть впечатляющ.

Для примера можно посмотреть на фотографии Артёма Муравьёва в 2017-м и в 2024-м году:

Динамика развития Артема Муравьева от марта 2017 к октябрю 2024

Алёна Ганина: Я смотрю на этот вопрос не как педагог — я никогда не работала в школе или образовании в целом, а с точки зрения навыков, которые пригодятся в работе.

Прежде всего — способность быстро думать и ориентироваться. Тебе задают вопрос, и за минуту нужно вытащить из него всю фактуру, обсудить и выдать решение. В бизнесе это очень помогает.

Ещё у играющих школьников лучше развита память — в отличие от тех, кто привык за любой информацией обращаться к Google, какой-то объём информации нужно уметь хранить.

Важно и умение работать в команде: слышать команду, кратко и ёмко формулировать мысль и доносить её, быстро интерпретировать идеи.

И, пожалуй, самое ценное — хорошие команды практически не боятся сморозить глупость за столом и ошибиться.

Артём Муравьев: Интеллектуальные игры – это сфера деятельности, в которой дети учатся думать, анализировать, коммуницировать, находить ответы на хитросплетенные вопросы. Это место, где можно обрести новых друзей-единомышленников, а также уверенность в своих силах. Любая неформальная обстановка способна раскрыть потенциал ребенка. Как раз интеллектуальная деятельность, на мой взгляд, такой и является.

Александр Митряков: Буду банален – это развитие кругозора, хорошее общение и ещё одна возможность реализовать себя, если не получается в других местах. Интеллектуальные игры дают довольно много степеней свободы мышлению, в отличие от школьной программы или олимпиад; кроме того, в них мощная спортивная составляющая, часто в ЧГК проявляется школьник, который по натуре спортсмен, но физические данные ему не дают посоревноваться с боксёрами или пловцами.

А, ещё, важно, это выезды. Даже не в смысле командообразования, а в смысле того, чтобы посмотреть другие города, увидеть разнообразие страны. Я сам примерно половину своих путешествий по стране (и не только) совершил благодаря ЧГК и сейчас это ощущаю более ценным, чем кубки и медали.

Рафаэль Гиззатуллин: Чтобы научиться слушать, говорить, не бояться ошибок и думать.

Про «слушать» я родителям говорю «Если не верите, что 400 детей могут тихо слушать одного взрослого – приезжайте на ШЧР». Это шутка, а вот то, что при обсуждении надо слышать каждого – это истина, которая в детских командах рано или поздно доходит до всех.

Научиться «говорить» даже большая проблема – сейчас в принципе люди больше пишут, чем говорят); а у школьников это усугубляется тем, что школьная система жестко приучает открывать рот только при крайней необходимости. Мне как-то довелось тренировать команду начавших с нуля 11-классников, и три-четыре драгоценных месяца мы потратили только на снятие этого стопора. Очень редкий школьник не боится ошибиться, сказать что-то не то, потому что школа за это карает моментально, хотя ошибки при обучении абсолютно естественны и нормальны. Мне кажется важным, что интеллектуальные игры приучают спокойнее относиться к ошибкам и поражениям – «ну, бывает, зато весело было, в следующий раз сыграем лучше».

Ещё несомненный плюс интеллектуальных игр – не пасовать перед нестандартными задачами. Игроки знают, что у самого заковыристого вопроса есть ответ. В жизни, конечно, не всегда так, но барьер от поиска готового шаблона до начала реального размышления игроки проходят намного легче. Помню, у меня сын на профориентационной беседе получил задачу типа «сколько пекарен в Москве» и поразил психолога тем, что выдвинул хотя бы минимально обоснованную версию – по ее опыту, большинство детей и взрослых, не имея готового рецепта, просто сразу сдаются.

Ну, и навык думать в условиях стресса – это в текущих реалиях настоящая «база».

«Медвежья услуга», чемпионы России по Эрудит-квартету в группе М (2025 год)

Как в Ижевске шел процесс развития школьного интеллектуального движения, какие этапы оно проходило?

Александр Митряков: Процесс в начале нулевых запустила Ольга Сергеевна Нечаева. (Да и вообще очень долго ЧГК в Ижевске шло рука об руку с олимпиадной математикой). До 2005 года это была скорее какая-то спорадическая история (хотя в ней были яркие моменты – кто-то из школьников, например, участвовал в этапе Кубка мира 2003 года, который тогда был организован буквально на ровном месте). В 2006 мы со школьниками впервые съездили на «Игры за лесом» и на ШЧР – ну и понеслась. Где-то в начале 2010-х (думаю, 2013) Алёна Ганина со своей командой привезли первые медальки, с этого момента Ижевск зазвучал как место, в котором есть школьное ЧГК.

И ещё одна важная веха, весной 2017 года мы провели первого «ИграЛося». После того, как появился свой фестиваль, причем сориентированный скорее на средних (а потом и младших) школьников, тогда это, кмк, было скорее исключением, чем правилом, движение очень сильно прибавило. С детьми впервые приехали родители, увидели, как это всё проходит, вдохновились – кажется, с этого момента у нас стало больше полутора тренеров одновременно.

Приснопамятный ШЧР-2017, конечно, не та страница, о которой вспоминаешь с большим энтузиазмом, но польза от него всё же была: все, кто остались в команде, и по сей день так или иначе участвуют в школьной ЧГК-жизни. Дальше мне уже сложновато судить, потому что как раз в середине 2010-х я переехал в олимпиадный спорт.

Рафаэль Гиззатуллин: Движение выросло из чемпионата Ижевска, но я пришёл, когда он уже сформировался как явление. В дальнейших значимых вехах – свой межрегиональный фестиваль «ИграЛось» и два чемпионата России – мне уже посчастливилось участвовать. Еще помнится ковидный период, когда ОЧИШ игрался в один день и в онлайне, а для малышей проводился через трансляцию многотуровый ЛИГР осенью. К сожалению, после восстановления ОЧИШа ЛИГРу уже не нашлось места.

Михаил Эстрин: Первоначально все оно базировалось на энтузиазме и невероятной работоспособности Ольги Сергеевны Нечаевой. Она много и успешна работала (и сейчас работает) с математиками. В какой-то момент стало понятно, что тема гораздо шире, чем дети, умеющие в точные вычисления. Появился Ижевский клуб интеллектуальных игр, который стал проводить открытый городской чемпионат. В минувшем декабре завершился уже двадцать первый ОЧИШ…

Ольга Сергеевна Нечаева награждает юного Ефима Холмогорова (2009 год)

Не хочется идти по простому пути и делать событийную периодизацию. Более интересно связать её с конкретными людьми. Первым нашим регулярным тренером именно по интеллектуальным играм, думаю, надо считать Александра Митрякова. Он много и интересно работал со школьниками, а его умение многопланово и интересно выстроить тренировочный процесс до сих пор является предметом моей темно-темно-белой зависти). К сожалению, сейчас все его усилия достаются школьникам-обществоведам, а также студентам, но я не теряю надежды, что когда-нибудь у него совпадут желание и возможность потренировать еще.

«Ранний золотой век» нашего школьного интеллектуального движения – это, конечно Алёна Ганина. Её команда «Мы» в 2013 выиграла первую ижевскую медаль ШЧРа, а в следующем добыла и первое золото...

Команда «Мы», чемпионы России в группе М (2014 год)

Системообразующим человеком для школьных интеллектуальных игр Ижевска является Рафаэль Гиззатуллин. Он помог придать структурность и основательность нашей работе со школьниками, вложил в это много труда и таланта. Не удивлюсь, если со временем выяснится, что он был послан нам из будущего с целью спасения от организационной и контентной немочи.

Работа Алексея Шмыкова – наглядный пример, как методичность и умение заинтересовать детей приводят к успеху. Он начал работу в школе, где просто не было интеллектуальных игр, а теперь у него и медали ШЧР и роскошная штаб-квартира для тренировок на базе лицея)

Нынешний этап ижевского школьного интеллектуального движения для стороннего наблюдателя, конечно, ассоциируется в первую очередь с «Фу, людьми» и их тренером Артёмом Муравьёвым. То, что этот Аркенстон достался именно Артёму Михайловичу, я нахожу глубоко символичным. Потенциал есть, надежд много. Готова ли и команда их тренер ко встрече с реальными и потенциальными драконами предсказать сложно. Пока есть стойкая уверенность, что да.

«Фу, люди!», победители Детского чемпионата России (2025 год)

Анна Собакина основательно взялась за «Умственно усталых». Я не верю в сглазы (что брейся перед решающим днем, что нет – без разницы), а вот в их способность под ее руководством взять медаль на ШЧР – вполне…

Расскажите про ваш фестиваль «ИграЛось». Как появилась идея его проведения, с какими сложностями вы столкнулись, какие у этого фестиваля фишки и особенности?

Гульнара Гиззатуллина, Рафаэль Гиззатуллин, Алена Ганина, Александр Митряков на первом «Лосе» (2017 год)

Артём Муравьёв: Как он появился, не отвечу. Играл на первом, мне понравилось.

О проблемах не буду, перевоплощусь в вечного оптимиста и расскажу о фишках. Весь контент фестиваля написан полностью людьми из Ижевска или так или иначе с ним связанные (люди, которые учатся / живут на данный момент в других городах). Считаю его самым насыщенным и разнообразным среди всех школьных фестивалей / турниров в стране. С точки зрения атмосферности, лесного воздуха, вкусного питания, удобных кроватей и прочего писать не буду, потому что предпочитаю уклон в объективность, а не наоборот. Ну и самое главное, на мой взгляд, делая отсылку к предыдущему вопросу, у нас есть группа Н! Все мы уже привыкли видеть баталии среди групп Д, М и Ш. Но когда ты видишь, как происходят интеллектуальные баталии в группе Н, ты понимаешь, что это все не зря было когда-то введено.

Приезжайте на «ИграЛось»!

Алексей Шмыков: Опять же на данный вопрос подробно ответит Михаил Эстрин, как главный идеолог и вдохновитель школьного интеллектуального движения в Ижевске. От себя лишь добавлю, что турнир очень душевный и дает возможность попробовать себя ребятам групп Д и М как в командных, так и личных дисциплинах. Отсутствие группы Ш в турнире предопределяет более простые вопросы, а значит дает возможность более юным командам чувствовать себя увереннее и наслаждаться игрой, что очень ценно для развития как игровых навыков, так и уверенности и мотивации детей.

Александр Митряков: Первый «ИграЛось» из сегодняшнего дня видится, конечно, пробой пера и сбором команды для проведения ШЧР. Название для него придумывали в зимнем лагере для школьников за кружкой чая, крутили примерно так же, как крутят вопрос, когда стало понятно, что на «-лось» много что заканчивается, решили, что это хорошая идея. Сложности были со вторым «ИграЛосём», после ШЧР. В какой-то момент показалось, что его вообще не будет, однако в итоге всё удалось – и стало понятно, что делать можно. В остальном – нам как-то повезло, и мы не закрывались даже на коронавирус.

По моему ощущению, это был один из первых фестивалей в окрестности, который был сориентирован не столько на большой спорт среди 10-11-классников, сколько на более младшую аудиторию. Соответственно, помимо основной дисциплины, в нём с самого начала было много довольно много мультиигр, раздаточных конкурсов. Ещё очень здорово, что удается проводить индивидуальный детский свояк. Ну и идея, в своё время позаимствованная у Якова Наумовича, о том, что на фестивале играть должны все и как можно больше, так или иначе, в нём присутствует.

Рафаэль Гиззатуллин: В 2017 году в Ижевске планировался ШЧР, и как-то спонтанно решилось провести что-то вроде генеральной репетиции – межрегионального фестиваля. Вообще, «ИграЛось» сам по себе назрел как новый вызов клубу, переход на уровень выше. Чемпионат Ижевска к тому времени делался уже рабочим порядком.

После ШЧР-2017 у клуба поменялись представления о том, что такое сложности, поэтому особых трудностей на Лосе как-то не вспоминается даже – так, рабочие моменты. Возможно, я просто не владею всей картиной, т.к. подводную часть этого айсберга успешно лепит Михаил Эстрин), начиная этот процесс где-то в августе-сентябре. Одним из мемов организации была адовая должность ответственного за расселение («мать всех лосей и лосят»). Восемь лет подряд никто не выдерживал это дело больше одного раза, пока проклятие не сняла Наталья Быстрова (сейчас на ее счету два Лося и ДЧР).

Фишками я бы назвал плотную программу и ориентацию на младших знатоков. Как-то изначально хотелось поиграть во всё разом, поэтому у нас есть и основная дисциплина, и почти все существующие кнопочные, и медиаигры. Индивидуальный «свояк» стоит особняком, потому что его почти нигде нет. Перекос в младшую сторону образовался изначально, команд пятиклассников приезжало в разы больше, чем выпускников, а контент требовался доступный для всех. В итоге решили не пытаться объять необъятное и ограничили верхний возраст.

Ещё интересный факт – «ИграЛось» не прерывался даже из-за ковида, все прошли подряд без пропусков. В этом году десятый, юбилейный.

Михаил Эстрин: Идея провести фестиваль возникла после того, как Ижевск получил право принять школьный чемпионат России в 2017 году. Мы хотели опробовать площадку, а также свои организационные возможности. Результатом остались довольны и были преисполнены больших надежд. Первый день того ШЧра прошел великолепно, а потом, как известно, победила «Дружба», - случилось массовое пищевое отравление, а затянувшийся турнир увенчал Перво-последний закрытый инфекционный кубок Ижевска.

После этого были большие сомнения, стоит ли продолжать. Решение это сделать далось нам непросто и даже, к большому моему сожалению, стоило нам части команды…Но с тех пор фестиваль успешно развивается и, видимо, приобрел своеобразный иммунитет к внешним обстоятельствам.

Основных особенностей «ИграЛося», пожалуй, две.

Первая – наличие придуманной нами группы Н (по 5-й класс включительно) с широкой линейкой расшифровки от новичков через неофитов к наггетсам… В первые фестивальные годы мы постоянно сталкивались с проблемой формирования группы Ш. Первоначальных заявок было много, но в итоге приезжало недостаточно команд. В какой-то момент появилась идея совсем отказаться от нее и обратить внимание на самых маленьких. Сегодня «ИграЛось» – единственный очный фестиваль, куда могут приехать совсем юные знатоки и не просто набираться опыта, а бороться за реальные призы и медали. На прошлом фестивале в ней играло 19(!) команд.

«Медвежья услуга», победитель Детского чемпионата России по Эрудит-квартету и КИНБФ (2024 год)

Вторая особенность – это большой блок «Своей игры». Перед стадией плей-офф в нем всегда есть полноценный групповой турнир для тех, кто ранее прошел свободный письменный отбор.

Есть скоротечное, но неизменно яркое первенство для тренеров и сопровождающих.

В этом году мы изыскали возможность вставить в плотное расписание и парный свояк (играется без минусов, обязательная смена игрока происходит после каждого правильного ответа).

«ИграЛось», пожалуй, самое любимое дитя Ижевского клуба интеллектуальных игр. В него вкладывается очень много созидательной любви, как к процессу в целом, так и его отдельным составляющим. Люди определяют все, а они у нас в оргкомитете очень качественные. Вдобавок, команда организаторов постоянно пополняется. Относительно недавно, например, мы обрели Наталью Быстрову – истинную фею организации и покровительницу бытового и хозяйственного благолепия. А еще она немножечко тренирует…

Фестиваль проводился уже в четырех разных локациях, и всегда от него оставалось долгое и приятное послевкусие. В нынешнее время странно и самонадеянно загадывать далеко вперед. Думаю, «ИграЛось» будет проводиться, пока он востребован, а мы самостоятельны в принятии решений и ради этого не требуется идти на какие-то стыдные компромиссы.

Быть готовым к худшему, но надеяться на лучшее, вероятно, самая правильная жизненная стратегия на текущий момент…

Оргкомитет, ты напиши мне!

2025-12-31T14:04:30.780Z

Для декабрьского интервью мы решили собрать ваши вопросы Оргкомитету ШЧР и рассказать вам таким образом, почему, зачем и как мы это делаем. О том, кто чем у нас занимается, мы расскажем в отдельном посте, а пока предлагаем вам наши рассуждения о ШЧР и жизни.

На вопросы отвечали: Аня Азанова, Георгий Арабули, Егор Беляев, Наташа Иванина, Алина Казанджи, Артур Кайтмазов, Евгений Кан, Денис Макашов, Женя Миллер, Алексей Рогачёв, Артём Сапожников, Оля Шиншинова.

Если описать ШЧР одним словом — что это будет за слово и почему?

Наташа: «Проект». В целом это такая же проектная деятельность, как, например, организация международной олимпиады. Я люблю все составляющие этого процесса.

Алексей: «Финиш». Финиш очень большой и длинной дистанции. Мы после каждого ШЧР почти сразу начинаем думать про следующий: анализируем, что получилось реализовать, а что нет. Чемпионат России — это турнир, с которым ты живешь почти каждый день.

Алина: «Потолок». Очевидно, ШЧР — самый крутой ивент в интеллектуальных играх.

Денис: «Драйвово».

Артём: «СЧАСТЬЕ».

Артур: «Мечта». Школьники, которые играют в интеллектуальные игры, мечтают оказаться на ШЧР. И не только они — даже студенты и взрослые, которые когда-то слышали о турнире.

Георгий: «Надежда». Надежда, что все потраченные усилия окажутся не зря и что интеллектуальные игры помогут школьникам.

Евгений К.: «Надежда». Каждый раз, когда я видел всех этих классных детей, во мне крепла надежда на перемены к лучшему.

Аня: «Коммьюнити». Это то, что ШЧР дает лично мне, то, от чего он зависим, и то, чем он является по сути. Ощущение причастности, общности, взаимодействия.

Егор: «Сообщество». Безумно люблю всё движение за людей, их возможность организовываться. Любой турнир — это небольшая квинтэссенция нашего комьюнити, а ШЧР — квинтэссенция побольше.

Женя М.: «Сообщество». Во всех смыслах. Это всё про людей и их отношения, а интеллектуальные игры просто помогают найти близких тебе по духу. Невообразимо, сколько крутых людей ШЧР объединяет.

Оля: «Время» — и про игру, и про жизнь.

Что в участниках ШЧР меняется из года в год?

Евгений К.: Участники меняются.

Денис: В бытность студентом я каждый год в начале сентября слышал от второкурсниц: «Боже, какой несуразный первый курс набрали». На следующий год второкурсницы менялись, а фраза оставалась… Я к тому, что не вижу особой разницы между участниками ШЧР-а разных лет.

Алексей: Я не вижу больших перемен. Как по мне — дети, которые приезжают на ШЧР, это всегда очень мотивированные ребята, которым прикольно что-то знать и, если надо, докопаться до самой сути. Тот случай, когда въедливость во благо.

Георгий: Меняются мемы и номер вопроса, на котором надо всем хлопать.

Аня: Возможно, ожидается ответ про моральные качества, но вы замечали, насколько стильные сейчас подростки? Мне кажется, когда мы ездили на ШЧР, такого не было.

Наташа: Я сужу по детям, которых тренирую. Они другие: у них другие шутки, их интересует другое. Но в целом — это всё те же искренние ребята.

Женя М.: Видно, что растёт техника игры. А ещё я сама становлюсь всё дальше от них по возрасту, но стараюсь, чтоб этот разрыв не рос слишком быстро. Каждое поколение неповторимо, но в чём-то они всё же схожи: в своей непосредственности и амбициозности.

Артём: Мне кажется, состав становится более разнообразным, появляется много новых имен. Создать интерес у школьников — лучший способ привлечь людей в движение. Особенно приятно потом видеть знакомых ребят уже на студенческих и взрослых турнирах.

Когда вы поняли, что хотите быть частью оргкомитета ШЧР?

Артур: Я очень давно играю в интеллектуальные игры. Последние пять лет организую турниры для школьников, тренирую команды. Мне очень нравится что ШЧР — это крутое всероссийское коммьюнити. Люди в оргкомитете собрались и делают это не за зарплату, не за награды или призы, а потому что считают это ценным, важным и правильным. И я тоже считаю это правильным. Именно поэтому я захотел попасть в оргкомитет.

Алина: Наверное, на ШЧРе в Челябинске, потому что это был невероятно крутой ивент, на три головы выше всего, что я видела на ЧГК-рынке. Потолок!

Оля: Когда выросла из студенческого зачёта и у меня появилось время и желание заняться организацией чего-то крупного.

Евгений К.: Я даже мечтать о таком не смел. Когда позвали — сразу согласился.

Женя М.: Организация турниров — важная часть моей жизни. В Вышке мы делали игры для студентов, но «Воронёнок» для школьников занимал особое место в сердечке, там совсем другая аудитория. Когда я выпустилась из вуза и вышла из ядра оргкомитета — поняла, что этого мне не хватает. На ШЧР я несколько лет помогала волонтёром, а в 2023 году попала в оргкомитет.

Наташа: Был ШЧР, на который мои дети не прошли, и я подошла к Саше Тобенгаузу спросить как можно помогать на турнире. А потом Аня Азанова позвала меня в ИЖ ШЧР. И примерно тогда же поинтересовались, интересно было бы поработать в оргкомитете. Летом я была в походе на Байкале, вернулась в цивилизацию, открыла телефон — а там 15 000 сообщений в чате оргкомитета, в который меня добавили. У меня не было жгучего желания «попасть любой ценой», но когда есть сообщество людей, которые создают крутое событие, и я чувствую, что могу привнести что-то созидательное — я хочу это сделать.

Аня: Мне кажется, примерно в тот момент, когда со мной об этом заговорили. Это случилось однажды летом в Перми, когда сюда приехал Саша Тобенгауз. Я, мне кажется, даже не думала над этим — просто согласилась.

Георгий: Когда я попытался, но мне не удалось отказать Александру Тобенгаузу.

Слово Александу Тобенгаузу: «Мне кажется, ШЧР должны делать энтузиасты, которые при этом хорошо понимают, как сделать хороший турнир: то есть организовывали турниры сами или много участвовали в качестве игроков или тренеров, а лучше — всё вместе. Я пытался приглашать именно таких людей — тех, кого знал лично и про кого знал, что им будет интересно».

Алексей: Я делал школьные и взрослые чемпионаты в Республике Коми и не сильно думал, что могу быть полезен на России. В реальности я вообще об этом не думал. Но однажды мне написала Алёна Ганина и почему-то предложила войти в состав оргкомитета. Я решил, что мне повезло и «надо брать».

Артём: В 2016 году я последний раз побывал на ШЧР в качестве участника. В следующем году немного помогал освещать турнир в Ижевске, через год съездил на один из дней ШЧР в Питер. Кажется, попасть в оргкомитет я хотел ещё раньше, но сейчас уже сложно восстановить весь путь. Однако точно могу сказать: меня привела Алёна, которая тренировала мою команду, пока я был школьником.

Какая организаторская задача кажется субъективно вам самой сложной? Можно из тех, которыми занимались и занимаетесь лично вы, но можно и из тех, которые лично вас пугают

Аня: Самое сложное — сбалансировать интересы всех сторон. Есть участники, которым нужен современный игровой контент, есть тренеры, которым нужно накормить и разместить команды, есть школы, которым нужны официальные бумаги. Сделать так, чтобы это не было ни скучно, ни кринжово, ни слишком официально — задача со звездочкой, ведь мы все разные и хотим разного.

Алина: Сложно находить финансирование, спонсоров и партнеров. Непросто придумать, чем может заинтересовать сторонних людей некоммерческий проект.

Женя М.: Поиск площадки и организация на ней. А ещё мы очень стараемся учесть обратную связь каждого и найти компромиссы, но это не всегда удается: часто участники хотят кардинально разных вещей.

Георгий: Организация передвижения детей в автобусах. Как только слышу, что будем подавать списки в ГАИ, так сразу хочется бросить ШЧР.

Алексей: Организовывать питание для всех участников.

Денис: Для меня самое сложное — организация и проведение дополнительных дисциплин. 15 параллельных площадок, 400 школьников на эмоциях, 50 нервничающих тренеров и вечный гул: «А где аудитория 105?». Это два дня организаторского кошмара. Я бы не вытянул, но, по счастью, есть Аня с командой.

Наташа: Меня пугает ведение группы — то, что делают Тёма и Аня. Написать посты, всё упомянуть, аккуратно разделить на разделы, добавить ссылки так, чтобы это люди читали. Мне кажется, это самое сложное — грамотно донести информацию. Ещё трудным кажется дизайн-код: чтобы всё — и посты, и объявления, и таблички — соответствовало единому стилю. Это очень круто, что у нас есть такая история.

Артём: Каждый год довольно трудно определиться с авторами и редакторами. Вопросов нужно много, хочется хороший контент, а авторов, пишущих именно для школьников (особенно для игры на скорость), не так много.

Артур: Лично меня больше всего пугают задачи, связанные с цифрами, расчетом рейтингов и бонусных баллов. Для меня это темный лес.

Оля: Мне кажется, мы все такие многозадачные, что в целом все умеют делать всё. Другое дело, что ты не всегда хочешь заниматься чем-то конкретным.

Оказалось, что у нас очень немного совместных фото. Оргкомитет ШЧР 2025 (не в полном составе)

Что сложнее: создавать турнир с нуля или входить в уже работающий оргкомитет? В какой роли вы были на турнире, который стал для вас самым запоминающимся?

Егор: Наиболее сложным мне кажется создание чего-то с нуля, по уже проложенным рельсам всегда ехать чуть проще. Мне кажется, что я успел побывать во всех описанных ролях: на «Воронёнке» я пришёл в сильно обновившуюся команду, «Близко» придумывал с нуля, а на ШЧР влился в довольно дружный коллектив.

Женя М.: Создавать что-то новое совсем с нуля — это зарабатывать имя и репутацию. Это требует очень много времени и сил, во многом творческих, а результат не всегда оправдывает ожидания. Мои самые запомнившиеся турниры до ШЧР (Вышкафест, Воронёнок) стали масштабными только спустя годы. В случае ШЧРа я примкнула уже к сложившемуся профессиональному оргкомитету, поэтому было сильно легче.

Алина: Сложнее всего создавать с нуля, наверное, особенно когда раньше ничего подобного не делал. На первых турнирах «Близко» мы целыми днями писали незнакомым тренерам из других городов и уговаривали их регнуть площадку. Вставали в 4 утра ради восточных часовых поясов, а как-то раз я лично в 3 часа ночи говорила по телефону со школой из Владивостока. Когда присоединяешься к проекту, у которого уже есть аудитория и имя, все гораздо проще.

Аня: Легче попадать в существующий оргкомитет. Мой любимый турнир — «Интеллектуальный воронёнок», на котором я помогала со второго года его существования. Вообще многие вещи в АИКе (Ассоциации интеллектуальных игр НИУ ВШЭ) мне достались в наследство. А мне всегда хочется не только «не потерять и не сломать», но сделать лучше. Думаю, этот принцип и на ШЧР помогает. С нуля мы делали, кажется, только «Вышкафест». Это тоже интересно.

Артём: Мне кажется, что наиболее трудно прийти в уже устоявшийся оргкомитет и попытаться улучшить турнир, который уже на 98% идеален. Чем ближе к идеалу, тем сложнее даются улучшения. Точно так же, как у профессиональных спортсменов переход из топ-99% в топ-99,5% требует времени больше, чем попадание в этот самый топ-99%.

Артур: Наверное, самое сложное — это быть именно главным руководителем в турнире, от которого все зависит и на котором лежит вся ответственность. Но когда есть люди, которые рядом, которые могут подставить плечо, то все не так страшно. Однажды я сам придумал турнир в Калужской области, назвал его «Ферзисковский филин» (по названию населенного пункта) и провел его. Было сложно, но в то же время интересно.

Алексей: Самая сложная задача — взять на себя ответственность главорга. Это страшненько. Надо понимать, что на ШЧР я такой «председатель для галочки». Моя самая любимая роль была — ведущий текстовой трансляции. Сидишь дома, смотришь в табличку, пьешь спокойно кофе, пишешь комментарии всякие, создаешь напряжение. Кайф.

Наташа: Мне кажется, нет особенной разницы — я включилась в оргкомитет ШЧР, брала на себя значимую часть организации турнира студотрядов, а также в прошлом сезоне организовывала ДЧР в Санкт-Петербурге. Почему поэты пишут стихи? Они не могут не писать. Почему я делаю турниры? Я не могу не делать. Пожалуй, самый запоминающийся — это турнир среди студенческих отрядов Санкт-Петербурга: в 2018 году отбор пришлось проводить на следующий день после моей свадьбы. Всё планировалось сильно заранее, и в итоге при сопоставлении календарей оказалось, что это две соседних даты. Половина оргкомитета была у меня на свадьбе, и начало турнира пришлось планировать на 18 часов, но в итоге всё удалось. Было очень прикольно.

Как проходит выбор авторов на дисциплины ШЧР?

Алексей: Это сложная процедура. Мы смотрим на мнение участников, проводим голосования, оцениваем загруженность авторов и прислушиваемся к мнению оргкомитета. После этого начинаем списываться. На питерском ДЧР, например после всех отказов мы получили итоговый пул, где не было ни одной запасной позиции. Если бы кто-то еще не смог — возникла бы проблема. Но всё сложилось. Скорее всего, есть еще много субъективных течений, тут лучше ответит Тёма — он в этом разбирается глубже.

Артём: Последние пару лет это было обсуждение заинтересованных членов оргкомитета и Михаила Малкина. В этом году мы впервые провели опрос о редакторах среди игроков и принимали его результаты в расчёт. Мы стараемся звать опытных профессионалов, но при этом каждый год один-два тура выделяем для авторов, которые пишут редко или не столь популярны, но кажутся нам интересными. Стараемся не звать каждый раз одних и тех же людей и прислушиваться к оценкам участников. Поэтому хочется призвать всех активнее давать обратную связь в обсуждениях и ставить оценки вопросам. Мы очень рады, когда редакторы соглашаются на наши предложения.

Дружите с оргкомитетом ДЧР и СтудЧР?

Алексей: Оргкомитет ДЧР — это каждый год разные люди. В прошлом году это был, например, я, так что я с собой дружу пока еще. А если серьезно — конечно, дружим, общаемся, обмениваемся советами. С оргами СтудЧР я не сильно знаком: в моей жизни не было студенческого движа. А со школьными — обязательно.

Артём: Мы точно занимаемся с ними общим делом. Контакты с ДЧР каждый год приходится устанавливать заново, потому что состав там меняется. Со СтудЧРом у нас меньше пересечений, мы скорее приятельствуем, чем дружим, но делаем одно дело.

Наташа: Про ДЧР — можно сказать что дружим. Благодаря ДЧР в Питере я познакомилась с прекрасным Антоном Березанским, передаю ему привет! В прошлом году на турнире у нас собралась отличная команда организаторов, и это был очень классный опыт совместной работы.

Аня: Мне кажется, мы в хороших отношениях со всеми, с ДЧР мы даже делим общую табличку отбора. Ребята из других оргкомитетов, мы с вами делаем огромную работу, и мы с вами это знаем — всем большой привет!

Оргкомитет ДЧР 2025 в Санкт-Петербурге

Вас больше радует, когда на ШЧР удается отобраться бОльшему количеству старых известных команд, которых вы знаете уже не первый год, или когда больше ноунеймам удаётся преодолеть систему отбора? Какой из этих двух вариантов больше радует ваш глаз и не только?)

Денис: Я слежу за результатами выводящих турниров и примерно представляю, кто на что способен. Поэтому меня больше радует битва лидеров — условных «Штанов» и «Ёжиков».

Егор: Команд в школьном движении так много, и они так быстро вырастают, что мало к кому успеваешь сильно привыкнуть или от кого-то устать. Рад всем, для кого это интересно и важно.

Евгений К.: У меня нет предпочтений. Мне всегда просто жаль, что не всем желающим удаётся приехать.

Наташа: На ШЧР должны проходить те, кто этого достоин, вне зависимости от названия. Мне очень не нравятся «мутные» схемы, когда один сильный игрок пытается вывести на ШЧР все команды своих друзей. Важно, чтобы на турнир выходили и те, кто имеет не очень большой опыт, но достоин участия по баллам — чтобы в регионе или школе был прецедент: «Вот, так тоже можно».

Георгий: Важно, чтобы проходили самые сильные, всё-таки это спортивное соревнование. Но я всегда особенно рад коллективам из непривычных городов и всегда втайне за них болею.

Женя М.: Успех новых команд всегда более неожиданный и драматичный, поэтому вызывает чуть более острые эмоции. Но это не значит, что старых друзей мы хотим видеть меньше — выбирать не хочется.

Оля: Видеть знакомые лица и следить за развитием игроков в течение нескольких лет — здорово. Но я, наверное, больше радуюсь, когда приезжают новые команды, особенно из регионов, которые раньше не были представлены на ШЧР.

Аня: В мой первый год в оргкомитете я вообще была вне лора: какие есть команды, как они выглядят. Со временем, уже после множества фестивалей, я стала представлять, кто есть кто. Но мне по-прежнему очень нравится, когда внезапно появляются новые регионы — это значит, что наша цель по популяризации движения достигнута.

Артур: Мне нравятся истории, когда лидерства добиваются те, кто не казался фаворитом. Я сам в школе играл в такой команде-аутсайдере. Помню, как в Северо-Осетинском «Брейн-ринге» мы обыграли пафосную команду «Школы для одаренных детей», которая была абсолютно уверена в своей победе. Такие примеры говорят о том, что даже без крутого бэкграунда у каждого есть шанс.

Алексей: Моя задача — сделать крутой турнир, я болею за игру, а не за конкретные команды. Но при этом я всегда болею за команды из Коми. Чем больше их пройдет, тем лучше. Коми в моем сердечке.

Артём: У каждого есть свои фавориты. Меня всегда радуют успехи Ижевска и Удмуртии в целом, потому что я там вырос. Но вообще — новые команды это всегда радость!

Здравствуйте оргкомитет. как вы думаете, получится ли пройти на шчр, если мы сейчас на 41 месте?

Женя М.: Шансы есть и неплохие. Если посмотреть на листы ожидания прошлых лет — команды довольно уверенно проходили, многие поднимались выше по ходу сезона. Вы главное участвуйте и тренируйтесь! И всё будет хорошо.

Артём: Смотря в какой группе. У команды в группе «Ш» шансы неплохие, если она останется на том же месте к концу сезона — это как раз примерно граница прохода. В группе «М» на прямую путевку шансов меньше, но будут возможности получить приглашение от оргкомитета, особенно если команда представляет редкий для ШЧР регион.

Наташа: Божечки-кошечки... Команды, которую я тренирую, ещё даже нет в листе ожидания.Впереди ещё три месяца! За это время при желании и усердии можно набрать необходимое.

Алексей: Получится. Главное не опуститься ниже сорок первого места. Но лучше — подняться на сороковое. И залезть в перестрелку за ШЧР. Прикиньте, если она когда-нибудь будет!

На что лично вы ориентируетесь, когда смотрите заявки на ШЧР по wildcard, какая заявка может привлечь ваше внимание, когда глаз уже замылен? Есть ли какие-то заявки, которые вы помните сквозь года и они запали вам в душу?

Артём: Я смотрю на положение команды в листе ожидания и на то, сколько турниров они сыграли. Если попыток было мало — это часто связано с удалённостью от мест проведения. Поэтому я всегда смотрю на регион: команде из далёкого города отобраться сложнее, и их участие может дать мощный импульс движению в их крае.

Оля: У меня своя система: для каждой команды я смотрю место в листе ожидания и ставлю балл от 1 до 5, оцениваю саму заявку и даю дополнительные баллы командам выпускников (9-й или 11-й класс). Обязательно делаю заметки, пока смотрю, чтобы не забыть детали.

Евгений К.: Для меня принципиально, чтобы дети делали заявку сами. Я даже не рассматриваю те, что отправляют взрослые. А заявки, написанные официальным «канцеляритом», сразу идут в мусорку. Очень нравятся нестандартные подходы.

Егор: В заявке я ищу историю: почему команде не удалось попасть на ШЧР напрямую? В большинстве писем мы читаем: «Пригласите нас, пожалуйста, мы очень хотим». Мы бы и сами рады позвать всех, но приходится выбирать. Творческая составляющая важна, но история для меня важнее.

Женя М.: История участия в отборах лучше всего показывает мотивацию. При этом я стараюсь учитывать стартовые условия, которые у команд не всегда равны. Мы знаем, что, например, на Дальнем Востоке возможностей поучаствовать в очниках меньше. Ну и, конечно, важна оригинальность — формат или сложность исполнения.

Наташа: Для меня wildcard — это история про то, что команде где-то самую малость не хватило. Это решение уровня «Вселенная даёт тебе ещё один шанс». Из запомнившихся — заявка Equestria Girls. Там была прекрасная цитата: «В конце концов, уайлд-кард — это не ключ, а отмычка, которую куют из собственных рёбер».

Георгий: Я делю свои голоса так: одну — самой крутой по спортивному принципу, вторую — из самой труднодоступной точки (автопроход Анадырю!), и третью — за самое крутое видео. В видео люблю не «шутейки», а драматизм.

Алексей: «Мы хорошая команда, возьмите нас» — это не выигрышная стратегия. Запоминается нестандартный подход. В моей вселенной при прочих равных победит команда, которая сыграла в 3—4 турнирах и заняла там высокие места, чем та, которая сыграла полтора десятка и нигде не «взлетела». Первой просто немного не повезло, а второй нужно больше тренироваться. Но если «вторая» пришлёт суперзаявку — творчество может победить.

Аня: Я смотрю на запоминающиеся заявки. А еще на тех, кому не хватило буквально чуть-чуть баллов — это всегда очень обидно. Но вообще хочу напомнить: wildcard — это великий рандом. Нас в оргкомитете много, голосование непредсказуемо. Делать ставку только на wildcard точно не стоит.

Кадр из одной из заявок на wildcard в 2025 году

ТОП самых запомнившихся заявок на Wildcard от Оргкомитета:

«Название забанил отец» с их песней «Оргкомитет»
«Собачка и Жевачка» и песня «ЧГКшник».
Нуар-заявка с Дальнего Востока.

(вопрос для Егора Беляева) Голосовали ли вы в прошлых сезонах за вайлд-кард на ШЧР приморским командам? И обидно ли вам за их достаточно низкие места в ОД?

Егор: Голосовал! Не обидно, ведь обида — это реакция на какую-то несправедливость, а тут все довольно справедливо.

Что посоветуете командам, которые не отбираются на ШЧР?

Оля: Помнить, что всё самое интересное в сезоне происходит не на ШЧР, а за столом, где ты учишься работать в команде, и на фестивалях, где можно пообщаться с разными людьми.

Аня: Мне было бы приятно знать, что команды всё равно получают удовольствие от игры. Хобби должно приносить радость. Если удовольствия нет — зачем в это играть?

Георгий: Играть с людьми, с которыми нравится сам процесс, а не результат.

Евгений К.: Если вы играете потому, что вам нравится узнавать новое и тусоваться с классными людьми, то ШЧР для этого не обязателен.

Наташа: В первую очередь — разобраться, хотите ли вы в «спорт высоких достижений». Если вам просто прикольно играть в «вопросики» — это уже очень круто. Значит, всё делается правильно. Но если цель именно ШЧР — нужно методично посчитать баллы, играть больше синхронов для опыта, учиться на каждой игре. Главное — не опускать руки. В масштабе Вселенной неотбор на ШЧР — не самая большая катастрофа.

Артём: Усерднее тренироваться и понять, чего не хватило. Если знаний — больше читать научно-популярных книг. Если техники — разобраться в командных ходах. Полезно записывать свое обсуждение, а потом разбирать его.

Алексей: Сейчас много выводящих турниров, пользуйтесь этим. Если их нет или они далеко — придумайте их сами. Помните, что есть прекрасные тренеры, которые помогут даже онлайн. А если вы одиннадцатиклассники и попыток больше нет — не огорчайтесь. В «студке» будет ещё море интересного.

Егор: Кроме ШЧР есть множество прекрасных турниров, а после школы их становится ещё больше. В последние годы есть возможность оставаться в движении даже онлайн.

Алина: Помнить, что майские праздники созданы для дачи, шашлыков и витамина D, а не только для вопросиков в душном помещении.

Если представить, что участники вспоминают ШЧР через несколько лет — что вам хотелось бы, чтобы они вспомнили в первую очередь?

Алина: 59-ю секунду, вечернюю гитару, пиццу и головокружение в ожидании вердикта ведущего: это всё-таки -50 или +50?

Евгений К.: Я хочу, чтобы у них остались хорошие воспоминания на всю жизнь. Детали не очень важны, главное — чтобы помнилась атмосфера праздника.

Егор: Чтобы просто почувствовали приятную ностальгию.

Аня: Хотелось бы, чтобы ШЧР вспоминался участниками как время и место, где им было хорошо, где их понимали и принимали, где рядом были классные люди. Чтобы остались только приятные ассоциации.

Георгий: Общение с друзьями.

Артур: Вспоминаются обычно моменты внутри команды: то, как вы круто на что-то ответили или вместе решили сложную задачку. Как ваши отношения вышли на новый уровень. Я сам вспоминаю турниры именно так — через время, проведенное в компании близких людей.

Женя М.: Хочется, чтобы вспоминали людей: сокомандников, тренеров, соперников и организаторов, с кем получилось познакомиться или укрепить отношения благодаря всей этой движухе.

Наташа: Хотелось бы, чтобы вспоминали не вопросы или факты, а саму атмосферу. То, как клёво было пообщаться с другими. Как они превозмогали — и наконец превозмогли. Важен тот жизненный опыт, который они получили, и то, как он отдается в их воспоминаниях сам по себе.

Оля: Атмосферу турнира.

Алексей: Аплодисменты выпускникам перед последним ответом на последний вопрос. Это самое крутое чувство, я уверен. И мысль о том, что ШЧР — это не только про медали, но и про друзей.

Денис: Как одиннадцатиклассников провожают аплодисментами во взрослую жизнь. У меня каждый год ком в горле стоит в этот момент.

(как это проходит на ШЧР, можно посмотреть в нашем канале)

С каким ощущением ты подходишь к концу этого года?

Артур: Я подхожу просто с ощущением конца календарного года. Как человек, работающий в школе, я больше меряю время учебными годами. Для меня Новый год — не такая важная отсечка, как май. Сейчас это просто небольшой перерыв перед тем, как продолжить дела.

Евгений К.: Я устал.

Артём: К сожалению, с ощущением усталости.

Георгий: Мечтаю, чтобы ШЧР прошел побыстрее.

Алексей: Какое-то неоднозначное ощущение. Что-то типа «синдрома самозванца». Есть ощущение, что всё идет «через вату» и мы топчемся на месте. Конечно, это не так, но чувство присутствует.

Женя М.: Усталость присутствует, в ней есть и сожаление от того, что не всё удалось, и приятная часть — многое всё же получилось. И подхожу к финалу года с надеждой.

Наташа: Под конец года я, как обычно, очень устаю. У людей в офисе «день сурка» каждые 7 дней, а у меня «год сурка». В январе всегда одно и то же, в феврале, в марте... Я уже представляю свои следующие полтора-два месяца: командировки, проекты, дела, а потом сойдет снег и нужно будет думать про лето. Наступает очередная эра.

Оля: Очень уставше. В этом году я поступила в магистратуру, стало сложнее успевать заниматься всеми делами. Жду праздников, чтобы мощно отдохнуть и набраться сил.

Алина: Надо было брать меньше нагрузки в 2025-м. Но я сто процентов не буду брать меньше нагрузки в 2026-м.

Аня: Я тоже устала, но декабрь был хорошим, поэтому мне спокойно.

Бывает ли момент, когда вы ловите себя на мысли: «ради этого точно стоило в это вписаться» — и что это за момент?

Аня: Для меня это момент первого попадания на площадку ШЧР, обычно накануне или утром в первый день. Я вижу всех организаторов и волонтёров, которые ради этого события собрались в одном месте, и по телу буквально разливается какое-то тепло. Это ощущение меня не покидает на протяжении всех дней, я пребываю в эйфории от происходящего. И ещё момент афтепати, когда мы обсуждаем то, что вообще сейчас произошло. Меня безумно греет мысль, что очень много людей приезжают из разных городов делать одно большое, общее, доброе, красивое дело.

Артур: У меня такие моменты бывают, когда я вижу, насколько конструктивно и бережно идет общение между участниками оргкомитета. В оргкомитете бывают спорные вопросы, мы критикуем идеи друг друга, но никогда не переходили на личности. Мне комфортно, потому что я понимаю, что мое слово ценно, что я могу высказывать свое мнение. Это выражается в конструктивной и бережной манере, и это мне очень близко.

Георгий: На ШЧР в «Новой Школе» в каком-то перерыве школьники из разных городов начали петь и играть на фортепиано и гитарах. Вот такой самоорганизованный дух свободы и заставляет подумать, что все это не зря.

Евгений К.: Когда в «Новой школе» дети нашли в коридоре пианино и начали петь песни. Но если честно, каждую секунду, когда находишься в гуще событий.

Артём: Обычно такое ощущаешь на самом Чемпионате, когда видишь довольные лица участников и подпитываешься их энергией.

Алина: Когда тренеры или дети делятся фотографиями и кружочками и хвалят то, что мне казалось провалом, а в итоге всем понравилось.

Женя М.: Часто это какой-то рандомный момент финала — кричалки перед туром, или как все прыгают под какую-нибудь песню в перерыве, или на финале кнопочного турнира, когда все замирают и очень сильно болеют за друзей. Когда особенно видно искренность и непосредственность участников, а еще сплочение команд — здорово осознавать, что ты как-то этому причастен.

Наташа: В этом году для меня это был момент про Ивана, капитана команды, которая не прошла. Он поехал волонтёром, ему было так клёво от происходящего, что это повлияло на его судьбу. И ещё финал этого года: я видела в зале участников и тренеров, которые не выиграли призов, но не ушли до самого конца награждения. Они искренне аплодировали, были благодарны за то, что ШЧР существует. Когда люди показывают такую ответную реакцию — это круто.

Алексей: Меня невероятно вдохновляют моменты всеобщего единения — аплодисменты выпускникам школьных интеллектуальных игр, ласточкам, вопросу 52. После награждения победителей я жду «До скорой встречи» и «Медлячок». Но сильней всего это ощущение было, когда я делал ДЧР в Питере. Столько счастливых детских лиц в одном зале — это что-то волшебное. Пока что это был самый теплый и плюшевый турнир в моей жизни.

Егор: Таких моментов два: начало каждого турнира, когда зал, который ты уже несколько раз видел пустым, вдруг наполняется несколькими сотнями участников, и когда в какие-то случайные моменты люди благодарят за организованные чемпионаты.

Оля: Каждый раз, когда заканчивается ШЧР и ты осознаешь масштабы, понимаешь, что мы снова справились. Я чувствую уставшую радость и гордость за всех нас.

Денис: Я участвую в организации ШЧР потому, что мне это нравится. Если ты можешь объяснить, за что любишь человека — то ты его не любишь. Однажды Сергея Бодрова спросили, что он чувствовал в сцене, в которой Катрин Денев делала ему искусственное дыхание, и он ответил: «Вкус к жизни». Интервьюер решил, что ему неправильно перевели, и начал говорить про дух фильма и великое искусство, но Бодров повторил: «Я сказал то, что сказал. Я почувствовал вкус к жизни». Так и я. Чувствую вкус к жизни.

Некоторое количество членов Оргкомитета ШЧР-ов и ДЧР-ов на ШЧР 2024 в Челябинске

«Глиттер будет свободным»

2025-12-11T08:28:31.675Z

На одном из наиболее представительных очников сезона — «Интеллектуальном воронёнке» — в этом году победила команда, которую все мы ранее знали как «Квадратные штаны». Ребята уже уносили с Воронёнка медали за 1 место, но тогда речь шла о группе М, и отрыв от соперников в «Основной дисциплине» не был таким огромным. Мы поговорили с командой об изменениях в составе, тренировках и играх на студенческих пакетах, а также о синдроме четвертого места.

«Глиттер будет свободным!» (a.k.a. «Квадратные штаны») на «Интеллектуальном воронёнке» (ноябрь 2025)

Расскажите историю вашей команды, когда вы впервые сыграли турнир под названием «Квадратные штаны». Откуда появилось название, как вы относитесь к Пифагору?

Павел Розов (П.Р.). Наверное, я буду рассказывать, потому что я и Никита — два человека, которые еще застали первый турнир под названием «Квадратные штаны».

Константин Шведов — тренер (К.Ш). Наконец и я узнаю.

П.Р. Данила Дмитриевич (Добровольский — прим. ред.), наш тренер, проводит так называемый welcome-турнир для новопоступивших учеников в восьмой класс нашей школы. Там играет много команд. Одна из команд назвалась «Квадратные штаны». И когда Даниле Дмитриевичу нужно было срочно куда-то зарегистрировать команду, он взял первое попавшееся название и назвал ее «Квадратные штаны». Потом мы долго думали, на что это поменять, но так особо и не поменяли. А первый наш турнир был «Воронёнок» 2022 года, получается.

Первый турнир под названием «Квадратные штаны»

Какая школа в данном случае имеется в виду? Расскажите общественности, где это все происходило.

П.Р. Это так называемая, 54-я школа, которая сейчас кочует по разным школам. Это классы при мехмате МГУ, которые раньше базировались в 171-й школе, а сейчас базируются в 7-й школе. Они называют себя 54-й школой. Сложная конструкция, в целом.

Некоторое количество участников вашей команды уже начали играть в студке, причем параллельно школьным играм. Существует ли разница между школьным и студЧГК с точки зрения действующей школьной команды с вашей точки зрения?

Сима Костенко (С.К.). Определенно существует, но нам на тренировках как будто часто читают что-то студенческое и поэтому мы привыкли, наверное, потому что в основном мы тренируемся на старых каких-то студенческих пакетах.

То есть вам не сильно страшно и удивительно играть в студенческие турниры в режиме очников, а не тренировок?

С.К. Чтобы взять студенческий вопрос почти всегда нужно много думать, вместе все обсуждать (в отличие от школьного ЧГК). Халявных плюсиков почти не бывает на студенческом уровне. У нас на двух последних очниках, а это был СтудЧР прошлого года и Октоберфест этого года, были сложности. Например, в третьем туре мы взяли только один вопрос, потому что устали, перестали крутить. А на школьных вопросах как будто даже умирающим можно что-то на чтении взять и придумать за тур 5-6 точно.

Ощущается ли это как интеллектуальные качели? Вы играете, превозмогая себя, студенческие вопросы и тут же школьные. К этому можно привыкнуть или адаптироваться?

К.Ш. Я не играю ни в школьный, ни в студенческий ЧГК, но мне кажется, что это что-то нормальное. Мне кажется, хорошо, что у ребят верхняя планка от того, что они пробуют, это не ШЧР, а что-то большее по сложности и по соперничеству. Тогда их главный турнир не равно самый сложный. То есть команда тренируется на более сложных и более челленджовых вещах, что мне кажется здоровым.

В прошлом году СтудЧР проходил буквально за неделю или за две до ШЧРа. Вы играли студку, а потом поехали на свой итоговый турнир. Насколько у вас внутри существует понятие крутости турнира и как вы к этому адаптируетесь? Допустим, вы придумываете ответ и думаете, что “для такого турнира это слишком легко — думаем дальше”. Или наоборот, “мы придумали сложную историю, надо думать проще”?

П.Р. Это бывает с нами. В прошлом году у нас в начале сезона была огромная проблема — мы роняли много простых вопросов, потому что не верили, что может быть так просто. Сейчас как будто у нас есть особая методика тренировок. Мы играем вперемешку студенческие вопросы и школьную лигу. Как бы это нас учит верить, что правильными могут быть как простые, так и сложные ответы. Мне кажется, это достаточно эффективно, потому что в этом году мы, кажется, ничего легкого не пороняли.

Получается, что в 2022 году вы впервые собрались как команда с названием «Квадратные штаны»? Это первые ваши игры были или до этого вы играли в других коллективах с другими названиями?

К.Ш. Для тех, кто играл в «Квадратных штанах», это были первые игры, насколько я знаю. Сложно сильно раньше начать.

У нас в стране есть тренеры, которые берут детей почти с детского садика.

К.Ш. Мне кажется, в Москве я про такое никогда не слышал. Это больше региональная история.

Как интеллектуальные игры повлияли на ваш образ жизни и на вашу жизнь?

Анна Дизендорф (А.Д.). Интеллектуальные игры, помимо непосредственных вопросов и так далее, очень здорово формируют твой круг общения в целом. И за счет того, что он состоит из невероятно интересных и крутых людей, развитых в своих областях, это дает определенный буст и в человеческой жизни. У нас в команде есть ребята, которые профильно занимаются углублённо какими-то предметами: у Симы литература, у Паши английский, у Артура история. Это вроде как помогает в обе стороны. Знание этих предметов помогает классно отвечать на вопросы по этим темам, а способ мышления, который формируется в интеллектуальных играх, помогает им непосредственно в их профильной деятельности.

П.Р. Я солидарен с Аней, ЧГК мне очень помогло общаться с крутыми людьми. Если говорить именно про учебную деятельность, то мне кажется, что это для меня скорее всегда был отдых. И я не могу сказать, что мне ЧГК сильно помогает в учебе. Это классное времяпрепровождение, это правда, это то, что я очень люблю. То, что мне придает силы, когда я этим занимаюсь.

С.К. Да, я согласна с Пашей. Единственное, чем мне помогает ЧГК, так это тем, что учительница по истории ставит мне оценки за турниры. Больше ничем.

Ваш преподаватель к этому настолько хорошо относится, что буквально оценивает ваши игровые успехи как текущую успеваемость?

С.К. Мой — да. Она может попросить меня написать контрольную самостоятельно и поставить мне оценки, которые нужны, если у меня что-то пропущено.

Она играет сама в интеллектуальные игры?

С.К. Она просто учительница истории. В лицее, в котором я изначально играла, работает Александр Германович (Миронов — прим. ред.), который заведует лицейским интеллектуальным клубом, тоже историк. Он очень широко разрекламировал ЧГК, и она как-то включилась. Она считает, что мы все гении, и что, конечно, я знаю, что она меня хочет спросить на самостоятельной (что, разумеется, неправда). И ставит оценку.

Как вы собрались текущим составом? В этом году «Штаны» немножко переформатировались. Как вы друг друга нашли?

П.Р. В этом году, если сравнивать с прошлогодним составом, выпустились две девочки: Катя Нефёдова и Даша Будакина. Нас осталось четверо, а вчетвером играть хуже, чем вшестером. Мы сначала искали ребят из Москвы, но с ними по тем или иным причинам не срослось.

Мы с Никитой играли за команду Ани и Артёма (за «Шатрёшек») два чемпионата России от «Знания», поэтому мы с ними хорошо знакомы. Мы вместе поехали на «ПреДал» (летний лагерь «Прекрасное Далёко», который проводится в Челябинске — прим. ред.)в этом году. На «ПреДале» нам всё понравилось, и мы решили так объединиться.

«Квадратные штаны» на «Умке» (октябрь 2025)

Что может объединять команду, кроме интеллектуальных игр? О чём вы разговариваете в чатиках?

П.Р. Не знаю, мне кажется, что кроме ЧГК мы все вместе ничем особо не увлекаемся. Играем вместе. На очниках нам хорошо вместе тусить. А вот чтобы постоянно что-то обсуждать — мне кажется, нет такого.

С.К. Я бы сказала, что у нас нет каких-то, кроме ЧГК, общих интересов и каких-то закрепленных тем, на которые мы общаемся. При этом мы как будто достаточно близко дружим, я бы сказала. ЧГК выступает объединяющим фактором, но у нас есть куча сайд-квестов у каждого, и мы можем поделиться ими.

Какая была самая эпичная игра в вашей игровой биографии?

П.Р. Мне понравился наш прошлогодний «Вороненок», где у нас сильно не пошел полуфинал «Эрудит-квартета». А потом Никита выходит на тему «Японская» и выжимает 140. Все радуются. Все ему хлопают.

Никита просит еще рассказать про самый первый наш турнир, с чего он начался. Мы идем играть «Эрудит-квартет», Никита выходит на первую тему и выжимает на ней минус 110. Команда «Квадратные штаны» немного расстраивается по этому поводу. Зато Никита теперь очень сильный своячник и нажимает (в основном:) все в плюс. Это запомнилось.

А.Д. Вы не хотите про автобус рассказать, нет такого?

П.Р. Да, на том же ШЧР была грустненькая история, когда мы после последнего тура смотрим табличку, видим что мы вторые, у нас плюс два от «Удара», мы радуемся. Потом «Удару» что-то добавляют, становится плюс один, становится тревожно. Потом мы понимаем, что есть вопрос про автобус, который, скорее всего, сейчас снимут. Его снимают, мы расстроены, идем играть перестрелку и проигрываем. Так было грустно, но бывает. Со всеми случается.

ШЧРы богаты на напряженные моменты. «Квадартные штаны» болеют за Пашу Розова на ЭК ШЧР 2025

К.Ш. Мне лично кажется, что ваша самая прикольная игра — это кубок 57-й школы прошлого года. Если я правильно понимаю, то там был какой-то удивительный турнир, в котором играла только женская половина команды «Квадратные штаны» — Сима, Катя и Даша. Паша на один тур заехал, все провалил и уехал обратно, если я правильно помню. Девочки втроём сыграли достаточно хорошо.

Тут еще есть определенный мем в том, что мои команды любят занимать четвертые места. Так вот, девочки шли на третье место, но нашли способ занять четвёртое, несмотря на собственный результат. Они просто забыли сдать бланк на один из вопросов, потому что горячо обсуждали какой-то предыдущий неотбор. Мне кажется, очень красивая история.

Это прекрасная история, потому что четвёртое место надо занимать любым способом, даже не сдавая бланки.

Как вы относитесь к массовым взрослым синхронам?

П.Р. Мне кажется, что играть во что-то, что сложнее школы, полезно, но играть именно массовые серии, мне кажется, не очень прикольно, потому что это не очень интересно. Лично для меня очень важно получить удовольствие от всех тренировок и мне не всегда интересно играть (условно) «Эквестрию» какую-нибудь, потому что туда идут самые скучные вопросы редактора (а нескучные они ставят на очники или на авторские синхроны).

Из исключений — мы стараемся отыгрывать ОВСЧ, потому что он обычно получается чуть приятнее, чем массовые синхроны. Их мы и в том году все отыграли вроде бы, и в этом году тоже стараемся их отыгрывать.

К.Ш. Это как-то даже не столько потому, что они лучше, просто решили в начале сезона, что мы это будем делать. Это один из типов тренировок, который мы стараемся соблюдать.

Вы активно играете и много тренируетесь. Не наступил период, когда вы друг на друга уже смотреть не можете?

П.Р. Мне кажется, мы пока не то чтобы очень много турниров играем вместе. То есть мы тренируемся раз, может два раза в неделю — это максимум. Вот. А именно турниры вместе не супер много играем, поэтому такого нет.

А.Д. Мы с Артёмом вообще играем с ребятами только с этого года, поэтому все более чем хорошо.

Есть люди, которые умеют различать авторский стиль редакторов. Кого из редакторов вы выделяете? Кого вам нравится играть ? Кого из редакторов вы играете лучше? Это одни и те же люди?

П.Р. Мне кажется, ребята со мной согласятся, что нам очень нравится Ермишкин, нам очень нравится, как он пишет. Но играть его, мне кажется, у нас не прямо хорошо получается. Та самая единичка на СтудЧРе из 15 вопросов — это как раз тур Ермишкина. Он пишет очень нестандартные вопросы и их очень интересно играть.

Ещё недавно мы сыграли очень крутой синхрон Максима Янке, нам безумно понравилось. Мы очень кайфанули от этого синхрона. Он какой-то нетипичный и крутой. Потому что когда что-то нетипичное — это здорово. А вот насколько хорошо у нас получается играть тех или иных редакторов — как будто пока не сильно заметно.

К.Ш. Мне кажется, специфические редакторы есть, но их мало. Я имею в виду тех, кто реально доходит до школьного ЧГК. Мне правда, кроме Саши, трудно кого-то придумать. Мне кажется, все остальные достаточно одинаковые. Наверное, если Артём Рожков напишет тур школьного ЧГК, то тоже будет занятно. Но он, вроде, пока этого не делал.

Кто из соперников в этом году вам кажется наиболее грозным, наиболее конкурентоспособным?

П.Р. Из самых грозных соперников, мне кажется, — это Курган и Пермь, потому что у Ильдара (Аглиуллина — прим.ред.) вроде сильной команды в Ш не предвидится в этом году. В Москве тоже вроде бы как нет, хотя… Есть «Панда по плоскости». Мы с ними три года играем, три года они где-то рядышком, пока мы чуть-чуть впереди, но это может измениться. А ребята из Перми, мне кажется, очень сильные.

А.Д. Могу вспомнить «Синдром ёжика», который на ШЧРе 2024 года обыграл и команду «Матрёшки», и команду «Квадратные штаны».

Можно ли сказать, что «Синдром ёжика» для вас в этом смысле — исторически принципиальный соперник?

П.Р. Если Курган нас обыграет на ШЧРе, я не супер расстроюсь. Расстроюсь, конечно, но не так. Если «Ёжик» нас обыграет на ШЧРе, я сильнее расстроюсь. Потому что вообще я восхищаюсь Панамой, как он ничего-ничего не делает весь год, а потом каким-то образом забирает медали на ШЧРе. Я не понимаю, как он это делает, но каким-то образом он это делает. Поэтому никогда не знаешь, чего от него можно ожидать.

К.Ш. Мне бы очень хотелось, чтобы в Казани в этом году была сильная команда. Кажется, что, по сравнению с прошлым годом у Ильдара пока не очень сильная команда в Ш, в отличие от маленьких. Но было бы очень здорово, чтобы она все же стала сильной, и соперничество стало грозным под конец.

Как так вышло, что у вас два тренера?

К.Ш. В этом году у «Квадратных штанов» официально три тренера, а не два.

А третьим у вас кто стал в этом году?

К.Ш. Артем Соловьев.

В общем, логично.

К.Ш. Да-да, действительно, так и есть. Он в чем-то похож на тренера вратарей. Он работает с двумя игроками команды, но очень регулярно. Не говоря о том, что он их готовил до этого.

Артём Соловьёв и «Квадартные штаны» получают медали на «Умке» (октябрь 2025)

Как вы организуете тренировочные сборы, процессы, игры?

К.Ш. У меня второй номер в этой плеяде. В прошлом году у нас был большой найм, когда Сима пришла, Катя и Даша, я вот так под шумок тоже закатился случайно.

У меня выпустились последние дети, которых я тренировал сам. Раньше мы с Даней соперничали и тренировали разные команды. Параллельно эти ребята, которые сейчас в команде «Квадратные штаны», начали играть хорошо и хотели играть еще лучше. И видимо Даня не мог тренировать их настолько много, насколько они были сами готовы.

Вместе мы решили, что мне набирать новую команду ни к чему, потому что я сейчас живу не в России, начинать с кем-то онлайн довольно тяжело, а быть вторым человеком было как будто самое то. Прошлый год все были в Москве, а сейчас еще и все в разных городах. Я не могу сказать, что мы прямо наладили механизм. Он как-то очень стихийно все время возникает и меняется. То есть у нас нет такого, допустим, что во вторник ребята занимаются с Даней, в пятницу со мной, а еще в какой-то день ребята из Челябинска занимаются с Артемом. Я так понимаю, что Даня периодически собирается оффлайн с теми ребятами, кто сейчас в Москве и вроде тоже теперь тренирует в онлайне, потому что теперь мы только онлайн можем собираться все вместе.

*получают наставления от Данилы Дмитриевича*

У вас в команде есть объективно сильные своячники. Насколько сильно своячные знания вам помогают в основной дисциплине или это не сильно проявляется?

П.Р. Это сильно зависит от того, что мы играем. Потому что если мы играем в студку, то там мы, скорее всего, просто молимся на Никиту. «Пожалуйста, Никита, знай, что от нас хотят». Потому что без Никиты нам в студку играть очень тяжело, Никита очень умный. В студенческих вопросах это проявляется еще больше, чем обычно.

А если говорить про школьные вопросы, то там я бы не сказал, что свояк сильно помогает. За последний год я не помню ни одного школьного вопроса, который мы продолбали бы из-за свояка. То есть знаний нам хватает, чтобы понимать контекст, проводить проверку, когда просят, назовите произведение 1829 года, например, мы можем примерно сказать, оно тогда было или не тогда.

Как ваши родители относятся к интеллектуальным играм? Впереди ЕГЭ, нужно поступать. Интеллектуальные игры как будто бы не дают баллов.

А.Д. Ну, я думаю, что у большинства из нас достаточно большой опыт, связанный, так или иначе, с интеллектуальными играми. Родители, в целом, имеют представление, насколько это для каждого из нас важно, насколько это помогает отвлечься, отдохнуть. Просто нужно разговаривать с родителями и находить какой-то баланс между учёбой и выездами, фестивалями и тренировками. На самом деле, учёба — это важно, экзамены — это важно, олимпиады невероятно важны. И нужно уметь совмещать просто это всё и грамотно преподносить родителям.

П.Р. Я могу найти очень много способов, куда достаточно бесполезно деть свое время. А ЧГК — это еще и полезная вещь (по крайней мере, мои родители так думают). Поэтому они не против того, что я трачу свое время на интеллектуальные игры. Я стараюсь не переусердствовать с выездами. Например, сейчас Никита (Катити) со студенческой сборкой, плюс-минус, на основе прошлогодних «Штанов», едет в Питер на Полифест (интервью записывалось до Полифеста, Никита уже туда съездил — прим.ред.). Я с ним не еду, потому что и так многовато выездов получается. Ищем здесь баланс всегда.

Перестрелки — достаточно обыденная история на очниках, вы много раз в них принимали участие. Насколько ваша психологическая устойчивость к этому предрасполагает?

Никита Катити (Н.К.). Мне лично всегда очень тяжело на перестрелках. Мне и в брейн, в этом смысле, играть тяжело, я очень волнуюсь. Ну, а перестрелка — это как бы продолжение ОД, которое концептуально близко к брейн-рингу. Поэтому это всегда достаточно сильный стресс. Ну и как будто к перестрелке конкретно нельзя подготовиться.

П.Р. У нас значимых перестрелок было только две пока что. Одну выиграли, одну проиграли, насколько я помню. Лично мне тоже очень сложно играть перестрелку, потому что я в принципе во время туров всегда очень волнуюсь, считаю, типа, если мы сейчас все возьмем, у нас будет девять, или если сейчас все уроним, уже хотя бы, есть семь — это неплохо. Поэтому я очень люблю смотреть таблички, я понимаю, что мне это мешает, но ничего с собой сделать не могу. Я не могу играть, не думая о табличке. А перестрелка — это думание о табличке, возведенное в абсолют, потому что ты не можешь не смотреть на соперников, пытаясь понять, взяли ли они вопрос или нет.

К.Ш. По-моему это в какое-то жестокое время все происходит. Уже все сыграно. Надо заново настраиваться на эти три вопроса. Причем все время какие-то странные дополнения делают. В этом году вообще ответы не объявляли. Это вообще был кошмар какой-то. Или перестрелка только на одном вопросе. Это тоже какой-то кошмар, если честно. Половина моих седых волос — от наблюдения за перестрелками. Это просто невыносимо.

Курганские тренеры не дают своим ребятам телефоны на протяжении турнира, поэтому курганские команды просто не знают таблицу в принципе. Представьте, что вас отключили от интернета до конца турнира и вы до последнего вопроса не знаете, на каком вы месте. Это повысил бы вашу эффективность?

П.Р. Для меня это в целом бы не работало, потому что если у меня закрытая табличка, я все равно думать о табличке не перестану.

И тренеры, судя по всему, в табличку регулярно заглядывают:
Данила Добровольский и Константин Шведов на ШЧР 2025.

Теперь представим, что вы не ответили на вопрос по неизвестной вам реалии. Вы скорее считаете, что «ну ладно, забыли, пошли дальше, полезно (что-то новое узнали, круто)» или вы по этому поводу сильно переживаете и думаете «как это вообще можно не знать, и вообще мы дураки полные»?..

С.К. Для меня ценно то, что я какой-то новый факт слышу. Я не сильно расстраиваюсь, если я чего-то не знаю.

П.Р. Если мы что-то из вопросов не взяли, если нам не хватает своей камеры, мы всегда это записываем, чтобы потом подобный вопрос взять. Мне кажется, что это самое полезное, что можно делать с такими вещами.

К.Ш. На тренировках самый лучший вопрос — это вопрос, на который ребята не знают ответ. Это значит, что они продолжают его крутить дальше и дальше. Это очень полезно. А потом просто им можно рассказать.

А на турнирах другое. Вопрос, на который не знаешь ответ, — это очень хороший вопрос. Это очень полезно, интересно и вообще замечательно. Гораздо лучше, чем какие-нибудь жвачные вопросы.

П.Р. На турнирах лично мне достаточно тревожно всегда из-за невзяток, потому что я переживаю, что потом будут невзятые еще и еще. Я думаю, как бы нам не впасть в тильт, чтобы не ронять простые вопросы. Но иногда это (невзятие простых вопросов) все же случается, как раз из-за тильта. Что с этим делать, я пока не придумал. Видимо, брать все вопросы, тогда тильта не будет.

К.Ш. Я хочу как раз к этому пожелание высказать, которое у меня есть с прошлого года. Очень хотелось бы, чтобы ШЧР хотя бы в этом году выиграла не команда, которая меньше нароняла вопросов, а которая взяла больше сложных вопросов. Это было бы очень здорово!..

Спасибо за разговор!

К.Ш. Приезжайте на турнир «Обормот»!

Я — воспитатель, заинтересованный в каждом ученике

2025-11-09T16:38:30.729Z

Морозова Елена Леонидовна (или просто МЕЛ, как все мы знаем) — человек, о котором невозможно думать без улыбки на лице. Профессиональный педагог и мудрая наставница десятков команд из небольшого закрытого города Снежинска поделилась с нами своим видением тренировочного процесса, организации игр и развития нашего интеллектуального движения.

Расскажи немного о себе: кем ты работаешь, какое у тебя образование?

Работаю педагогом дополнительного образования, собственно, интеллектуальные игры, тренировки школьников и есть моя основная работа последних примерно 17 лет. Основное образование — детский психолог. Им я и работала в школе после окончания вуза, довольно часто было что-то ещё, но почти всегда это тоже была работа с детьми и подростками — вожатый, руководитель педотряда и разработчик творческих смен в летнем лагере, инструктор детско-юношеского туризма, психолог в детском доме и немножко редактор в местной газете.

Интеллектуальными играми я «заболела», когда узнала о существовании школьного движения от Якова Наумовича Зайдельмана. Наши одарённые математики привезли впечатления из летней математической школы, где ЯНЗ показывал «некомпьютерные» игры. При любой возможности стала внедрять их всюду — с детьми в лагере, в школе, среди коллег. Мне сразу понравился содержательный формат игры и потрясающий развивающий потенциал. До сих пор считаю, что наше движение универсально в плане постановки метапредметных навыков, а заодно и как диагностический инструмент.

Ты так давно в интеллектуальных играх, наверное, твоя семья тоже в них интегрирована?

За годы семья, конечно, привыкла, но скорее принимает и поддерживает, чем интегрирована. Муж терпеливо ждёт меня с тренировок и из поездок, иногда помогает с доставкой команд на турнир. Дети попробовали, но что называется, не зашло. Сейчас со своими компаниями посещают квизы, но это развлечение, эпизодический отдых. Им больше активный туризм зашёл. Старшая внучка всерьёз в музыке, а на младшую, ей пока четыре, надежда есть — учится читать, смышлёная. Ну, посмотрим.

У тебя на страничке ВК написан статус — натанцуй себе счастье. К счастью вопросов нет. А почему «натанцуй»?

:) Натанцуй, потому что [хоть и трудно сейчас поверить, но и такое было в биографии: в школьные годы занималась бальными танцами, и глубоко убеждена] в танцах так же много интеллекта, особой нейропластики, граничащей с волшебством, которые могут делать человека счастливым. Движения под музыку мгновенно меняют настроение, работоспособность, генерят энергию, примиряют с неизбежными ~~людьми~~ сложностями.

У тебя не возникало желание обобщить свой опыт? Написать книжку, пособие, снять видеоуроки?

Обобщить опыт? В книжке скорее нет. Во-первых, не выношу и опасаюсь графоманского продукта. Во-вторых, транслировать мой опыт всё равно невозможно, как и опыт любого практикующего учителя, тренера, педагога. Слишком разные у всех нас условия, чтобы можно было говорить о переносе метода. География, дети, школы, родители, антураж текущего момента, отношения внутри... Да и команды поэтому всегда разные, и с каждой складывается свой язык, стиль, степень приближения. А видео... Какие-то попытки были записать тренировочный процесс в эпоху самоизоляции, но кажется, не особо успешные, но в целом, полагаю, я так и не обозначила для себя методический концепт. Способ тренировок тоже всё время меняется, одни дети готовы и могут в самостоятельность, расширение кругозора и техники, другие «просто любят», родителям приятно думать, что ребёнок развивается, записали, вот они и ходят. Ну и вообще-то я не считаю себя настолько выдающимся теоретиком, чтобы выделить собственные рецепты, находки, приёмы для публикации. А показать на практике — могу и делаю такое на летних сборах, на всяких профессиональных событиях в виде мастер-классов, демо-тренировок.

Команда «86-е мартобря«, игры в профильном интеллектуальном лагере «Птица Говорун»

Для многих интеллектуальные игры в Снежинске — это ты, а ты — это интеллектуальные игры в Снежинске. Так ли это? Как развивается интеллектуальное движение в твоем городе за последнее время?

Пожалуй, знак равенства ставить не следует, потому что я — просто организационный фактор. Движение — это люди играющие. Но так выходит, что первичен фактор организации: зазвать, показать, убедить. Со взрослыми так и получилось. Когда-то пригласила поиграть вместе учащихся и родителей. Вторых оказалось достаточно, чтобы собралось несколько команд. Им понравилось, стали приходить на клубные дни, посещать турнирные игры школьников не только зрителями. Примерно тогда же удалось провести игру на градообразующем предприятии, помнится, полсотни команд участвовали, в том числе родители моих ребят. Несколько сезонов проводили этот кубок, затем в Росатоме появился отраслевой турнир, и начались «настоящие» тренировки. Команды стали играть регулярно, отображаться на турнирном сайте, от детей сепарация произошла сама собой, школьники выросли, уехали учиться, взрослые остались. В послепандемийное время закрепились игровые понедельники, две-три команды приходят по вечерам. Развитие ли это движения? Не уверена. Так, островок стабильности, а для меня — пара часов на неделе для общения в прекрасной компании. Вернулись в игру некоторые выпускники.

Одна из игр Выездного Школьного чемпионата Снежинска лет 10 назад

Со школьниками проще: есть предложение объединения дополнительного образования, родители выбирают «что-то про умное». А тут уж по расписанию, но на основе добровольности. Сезон на сезон не приходится: бывает, запишут целым классом, но остаётся одна команда, и та добирает кадры из заинтересованных, а это дефицит. Иногда происходит «переход» из началки, и это не всегда про спорт.

Сама играю крайне редко, увы. Но точно знаю, что пока я собираю команды, они будут собираться. А если меня исключить, вероятно игры сойдут на нет. Это очень скверно, когда на одном человеке замыкаются клубные события, есть много примеров, когда после ухода лидера затухали клубы. На волне потери иногда называют клуб или турнир именем ушедшего, но это ведь абстрактная память о нём — так себе утешение. Важно, чтобы всё продолжалось, действовало, двигалось вперёд. Поэтому надо вовремя позаботиться о передаче функций и полномочий. Мои выпускники, к сожалению, уезжают из города учиться практически все. Некоторые продолжают играть и даже становятся организаторами в интеллектуальном сообществе. Те немногие, что когда-то возвращаются в Снежинск, скажем, поигрывают, но пока не выражают готовности подхватить мою роль. Ну пока это вот так.

Есть ли у тебя городской клуб, общегородская площадка? Ты работаешь со всеми детьми или только с учениками отдельных школ и гимназий?

Клуб как неформальное объединение существует скорее образно. У нас есть Устав (наверное, пора освежить), но его рабочий орган фактически не собирается. Площадка — да, это локация, где я работаю и где есть возможность собрать народ, провести игру. Долгое время это был муниципальный Дворец творчества, учреждение дополнительного образования. В основном туда ко мне приходили ученики из сильнейших школ и классов. Сейчас работаю в гимназии, педагогом допобразования, это почти те же дети, что и прежде, просто им теперь никуда ходить не надо. Ребята остаются на тренировки после основных уроков.

Школьный чемпионат среди команд всех пяти школ города ежегодно анонсируется, пара стартовых туров проходят даже вполне массово, но ко второму полугодию активность перемещается куда-то ещё, особенно если участникам становится ясно, что лидеров не догнать. Поэтому «переходящий» кубок крайне редко куда-то переходит, вручается обычно гимназистам.

Школа есть школа, кроме занятий по расписанию во второй половине дня, случаются замены, образовательно-воспитательные мероприятия, через которые всячески и продвигаю интеллектуальные игры. Иногда сообразительные классные руководители просто пользуются тем, что есть я, чтобы устроить не чисто развлекательное классное событие, а с содержанием и пользой. Всё это, разумеется, не движение, но какое-то подобие клуба, потому что сообщество с преемственностью традиций будто бы есть. Информация об интеллектуальных играх в пространстве витает.

Личный свояк, Майя Карамышева ещё не в «Усах Сталина», но уже призёр

Челябинская область — родина челябинского феномена. У вас много тренеров, команд, организаторов, турниров. И ты тоже часть этого феномена. Почему это стало возможным и почему в других регионах, за небольшим исключением, так не выходит?

На мой взгляд, это определяют два ключевых фактора: наличие лидера и стечение обстоятельств. И лидер — важнейший. Челябинская область имеет умного и порядочного Александра Владимировича Губина. Не подпасть под обаяние этого интеллигентнейшего человека было сложно даже 20 лет назад, именно его влияние вовлекло меня в школьное ЧГК. Понимаю всех, кто стремится в его ближнюю орбиту, кто хочет играть, дружить, тренироваться, работать вместе в движении. Не знаю, как, но Саше удаётся мотивировать подрастающих школьников заниматься тем, чем он занимается долгие годы. Александр и его друзья по команде знатоков замыслили сегодняшний «челябинский феномен» давно, это итог многих лет накопления практики и вдумчивого анализа ошибок, причём не только своих. Кроме харизмы лидера, конечно, потребовалось последовательное выстраивание системы. От массовых ознакомительных турниров (примерно во всех школах Челябинска и области) до крупных турниров всероссийского статуса и инструктивно-методических сборов для организаторов. Так образуется команда единомышленников, из которых получаются последователи, очень достойные «птенцы гнезда». Среди них и Вера Волкова, и Елизавета Алавердян и много тех, кому опыт работы на турнирах обеспечил успех в других управленческих проектах. Как минимум, в проектах собственного образования и личной судьбы. В другие регионы можно транслировать информацию, методику, но важнее найти Личность, вокруг которой всё завертится. Точнее, эта фигура сама должна найтись и набраться храбрости возглавить безобразие, раз уж его не удаётся предотвратить.

Елена Леонидовна и «ДОЛГ» (капитан — Лиза Шестакова/Алавердян)

Справедливости ради надо сказать, что основной результат окажется не в материальном воплощении. Мы же знаем, что наш спорт малозатратен только для спортсмена, а организаторы чаще бессребреники. Я верю в этот путь. Хотя, конечно, интересно разобраться, как это происходит в Перми, Удмуртии, Казани — у них прекрасные спортивные результаты. Но предвижу, что роль ведущей персоны везде проявится как основная.

Относительно недавно появился ДЧР. Кстати, благодаря инициативе челябинской команды организаторов. Стоит ли теперь ожидать какой-нибудь НЧР для детей начальной школы? Нужен ли он?

Не исключаю, но не одобряю. Для интеллектуального спорта нужна зрелость организма и личности игрока в двух ипостасях сразу: как эрудита, умеющего размышлять быстро, и как командного игрока, эффективно взаимодействующего по конкретному поводу. Начальная школа озадачена переключением ребёнка на новый вид деятельности учения, закладывает базовые социальные ориентиры. То есть ребёнок в этом возрасте, до 10-12 лет, должен научиться учиться, сделать множество проб разных деятельностей и способов, нащупать вектор, в котором почувствует себя успешным. Это удаётся не всем даже к окончанию школы, а уж осознать, что знание и думание приносит радость может очень редкий третьеклассник. Но начинать играть в команде в решение головоломок следует именно в «началке». Сначала надо создать воронку, в которую просеивать и находить тех, кто сможет просочиться на ДЧР. Так что омоложение движения упрётся в возрастные ограничения. Я топлю за другое — раньше школы нужно научиться читать с пониманием и удовольствием. Такое чтение не просто задействует мышление, внимание, память, но и обогащает человека чувственно. При нём возникает полноценная включённость сознания в процесс, образы создаёт сам мозг, а не внешний контент (не игры в гаджетах и даже не аудиокниги). Впрочем, это другая история.

Необходимая составная часть успеха — это выезды и участие в очниках. Насколько это для вас сейчас сложно? Как изменилась ситуация с участием в выездах для вас за последние годы?

Очники решают. Стремиться и участвовать в живом и объективном процессе нужно всем, кто ориентирован на достижения. Несколько лет назад поездки были менее затратными, чаще находились меценаты, выделялся транспорт, но прежде и деревья были выше и трава зеленее, знаете. Были годы, ездили и в Беларусь, и в международный лагерь летом. Лично для меня сложности решаемые (если проблему можно устранить при помощи денег, это не проблема, а расходы). Но у школьников, собранных в команду, аргументов может набраться на решение об отказе от поездки. Поэтому выбираем в основном турниры в своём (нам повезло, их есть!) и соседних регионах. Многозанятось (другой спорт, учёба, олимпиадные окна, семейные планы, разница в учебных графиках, и т.д.) затрудняет знакомство с отдалёнными территориями. Но если-таки у команды складывается, родители поддерживают и школа не препятствует, едем и получаем синергетический результат, в дальних поездках всегда прихватываю денёк на знакомство с местом, его знаковыми достопримечательностями. Лучшие команды, разумеется, по-прежнему выезжают чаще и дальше. Сейчас самые важные люди для ребят — их родители, а моя задача убедить взрослых, что они вкладываются в развитие и будущее своего чада.

Древнейшее: 2009 год, Максим Дьяконов — чемпион МИДЛа по «Своей игре»

Создатели другой игры из трех букв часто говорят, что КВН — это мощный социальный лифт. Можно ли назвать ЧГК социальным лифтом? Есть ли примеры того, что участие в интеллектуальном движении тебе как-то помогало в жизни?

Если говорить о социальном статусе — то нет. Но аура интеллектуальных игр в глазах социума «приподнимает». Коллеги считают тебя умным, некоторые даже побаиваются, комплексуют. А технологии и практика ИИгр (эх, раньше аббревиатура ИИ по умолчанию расшифровывалась «интеллектуальные игры» ☺) позволяют слегка подтверждать это мнение. Ну и общегородской школьный турнир, и регулярные игры на предприятиях со взрослыми делают тебя скажем, узнаваемым лицом. Наверное, где-то помогает. Порой на меня как на авторитет ссылаются, ну и какие-то мои обращения более доходчивы что ли. Но пример Александра Губина и его команду определённо доказывает, что да, интеллектуальное движение может послужить социальным лифтом. Как минимум, можешь стать Президентом Клуба. Как максимум, счастливым человеком, любящим свою работу пуще хобби.

Давай перейдём к тренерским вещам. Помнишь ли ты свою первую тренировку, самую‑самую первую? Было страшно?

Ой, нет. Я же педагог с образованием и стажем. В этой профессии уверенность в себе — ведущая деформация. Страшно не было совсем, по сравнению со школьниками я уже значительно больше прочла, прожила, знала, понимала, могла объяснить. Другой разговор, что те, первые мои школьники, на тренировку приходили охотно и с любопытством, я для них была свеженькой говорящей головой в потоке знакомых учителей и отношения сразу были неформальными. А сами тренировки состояли тогда в основном из отыгрышей весьма случайных пакетов и попыток найти закономерности, как решать вопросы, куда «зашита» подсказка. И мы вместе начали обращать внимание на имена авторов, делились любым, какой найдётся, материалом из теории ЧГК, штудировали Кодекс.

Твои команды это больше сборные проекты или команды одноклассников?

Одноклассники — это начальная школа и 5-6 класс. Позднее происходит закономерный отсев, может вдруг возникнуть одиночка-умник, который даже не помнит, что играл в третьем классе. И не всегда найдётся команда из его параллели. Так, прямо в этом сезоне два разных семиклассника заиграны: один в М, другой в Д. Но никакой селекцией я не занимаюсь. Просто нет возможности: мне кажется, что все дети, могущие играть у меня рано или поздно окажутся. Их не много, потому что принцип ненасилия, помноженный на хоть какой-то интерес, оставляет тех, кто по факту и есть. Повезёт — значит будут одноклассники, но это просто удобно, когда у ребят одинаковое расписание уроков, других преимуществ не нахожу.

Есть ли у вас любимые редакторы: у тебя и твоих учеников? Насколько у тебя и твоих команд совпадает вкус? Важно ли детей подстраивать под конкретных редакторов?

Начну с последнего. Не важно. Даже вредно. Хотя достичь такого уровня узнавания стиля автора, чтобы «узнать с трёх нот», это миф, кому-то может стать самоцелью, но я не знаю, зачем. Разборчивость детей я бы не переоценивала, вероятно, с моих оценок они любят Богословского и Подрядчикову, нет смысла перечислять, кого-то не назову — обижу; очень радостно реагируют на Губина и Алавердян, потому что знают их в лицо. А прекрасные вопросы случаются у каждого, как и неудачи иногда просачиваются в турнирные пакеты. Хороший вопрос мои дети могут выделить, назвать красивым, если это редкий технический ход или интересный факт. Не обязательно взятый. Но если вопрос решён через командный труд, раскрутку, перепасы, то это точно в коллекцию лучших у них идёт. Я вижу в таком их взгляде свою добротную работу.

Ты тренируешь уже много лет. У тебя были десятки команд — есть какие-нибудь запомнившиеся коллективы? Хотя бы примерно ты представляешь, сколько детей и команд прошло через твои руки? Есть ли какая-то преемственность поколений? Помогают ли тебе твои выпускники?

А как же. Были выезды, на которых пять-шесть команд удавалось вывозить. Но запоминаются и родными становятся вовсе не чемпионы и призёры. Легендарный ДОЛГ (из которого Лиза Алавердян и в старших классах Макс Дьяконов) — первая пламенная любовь. Они были непредсказуемыми социопатами, разными до антагонизма. В 7 классе «ссорились, дрались, бывало до крови». Но так же удивительными эрудитами, быстро научившимися взаимодействовать и оценившими кайф от Команды. Хотя помню и команды постарше — ШЕСТЬ ТАБУРЕТОК, ЗООПАРК, ДЕТИ ВОРКУТЫ (те самые математики из первого вопроса). Были младшие братья-сёстры, с нетерпением подраставшие, чтобы начать играть и тоже стать успешными: ЧАЙНЫЙ СЕРВИЗ, ВИНЕГРЕТ, ХОЛОДЕЦ, КОРОЛЁВИЙ, ВСЕ СВОИ.

«ДОЛГ» и «Джентльмены Воркуты»

Кое-кто превзошёл старших по достижениям, некоторые с завидным упорством ходили на домашние игры, но никуда не ездили почему-то. Самые запоминающиеся команды — с собственным лицом: кто-то соглашался пойти в поход, другие фанатели по музеям, иные по музыке. ВСЁ ПО-РУССКИ и ЛЯ ТАНК засветились на кастингах и в теледомике, у них три Хрустальных атома. GREEN APPLES и FRESH, РОДОДЕНДРОН и 86-е МАРТОБРЯ, ПЯТАЧОК... Все разные. ШЕСТЬ-ФАКТОРИАЛ были про искусство, я с ними вместе посещала выставки, слушала оперу, ходила на концерты и аплодировала Пете Шугаеву, нашему виртуозному скрипачу. Сколько всего? Открыла турнирный сайт: там 99 команд Снежинска. Чуть больше половины были детскими, ну с полсотни.

Все «снежинские» хрустальные атомы вместе

Выпускники прекрасны, почти со всеми сохранились очень тёплые отношения. Помогают, да! Прочесть лекцию по физике, рассказать про искусственный интеллект или про генетические эксперименты на летнем интенсиве. Провести тренировку, попав на неё в единственный день, когда они в гостях у родителей. Оплатить участие в турнире ребёнку в ТЖС, или подарить клубу брейн-систему. Многие откликаются на призыв, но есть и превентивные предложения. Помнят, ценят, не бросают.

Как проходила трансформация твоих тренировок за годы тренерской карьеры? Отработка каких навыков не устарела, от чего ты отказалась, что дополнилось?

Долгое время был лишь отыгрыш с анализом и комментариями. Нередко бывало, что ~~Остапа~~ меня несло и, начав объяснять какое-нибудь новое слово, тренировку превращала в лекцию или беседу. Меня всё же порой посещало недоумение, что дети чего-то не знают, такого интересного, что меня-то увлекает. Короче, много чего рассказывала, наверное, годно, потому что они слушали-внимали. Синхронов играли много. Взрослых пакетов не чурались. Внепрограммное тоже было: смотрели и обсуждали кино, настольные игры, в каникулы психологические практики, тренинги проводила по необходимости. Работала над созданием дружеского коллектива - например, всей командой пойти болеть за своего в бассейн или на баскетбол, дни рождения креативить, в походы ходили и прочее. Может быть, это на эрудицию работало меньше, чем на сплочение, но казалось очень важным. Постепенно подобные дела стали редкостью, скорее, исключением. Сегодня достижение, если команда на тренировке в полном составе. Онлайн ничего не меняет. Нынешние школьники хуже справляются с распределением своего времени. Даже в нашем крохотном городе. Больше теперь трудимся над техникой игры, рабочими навыками — записывать, улавливать подсказки, кнопку жать. Возможно, сохранился как раньше, поиск функционала игрока. Отсекаешь вздор или просто ответку заполняешь, версии штампуешь или форму держишь: что лучше получается, то и усиливаем.

Прогресс в тренировках, кроме прочего, — это использование новых технологий и методик. Что из этого ты практикуешь? Есть ли у тебя с детьми тг-чаты, каналы, места где можно просто пофлудить, практика онлайн-тренировок и созвонов.

Ну да, кажется, на этот вопрос уже начала отвечать раньше. Чатики есть, конечно, причём отдельно командные, командно-родительские, общие для каких-то поездок или турниров. Онлайн-тренировки разве по моей инициативе, когда меня в городе нет, или наши графики конфликтуют. Но повторюсь, плохо с планированием и организацией времени у детей. Главный пожиратель досуга — самизнаетекто. Остаётся надеяться, что в шортсах тоже что-то можно узнать. Ибо техника техникой, а знать кое-что всё-таки надо, наполнять кругозор в плюс к школьным программам необходимо. Однако время от времени удаётся получить домашку: понемножку пишут на заданные темы «своей игры», по рандомной странице книги или журнала сочиняют вопросики «основной дисциплины». Из этого потока иногда выуживается что-нибудь для брейна, скажем, на классный час. Практика написания даёт понимание, как работает авторский замысел.

Фрагмент тренировки: прочтут статью и напишут вопрос, команда «ВКЕДАХ»

В своем интервью Ильдар Аглиуллин заметил, что есть разные подходы в тренерстве: есть тренеры спортивные и есть педагоги — те, кто воспитывает детей. Есть именно те, кто делает спортсменов высоких достижений, для которых показатель успеха — победы: либо ты побеждаешь, либо нет. Ты согласна с этим тезисом, и кем ты себя считаешь в связи с этим?

Абсолютно согласна. Спорт выявляет лучших и их предельные возможности. Спорт организует движение. В моём случае тесты, отборы, отсевы не работают. Во-первых, нет такого запроса ни от руководства школы, ни от родителей. Во-вторых, вероятно, сама я ~~маловато верю~~ хорошо вижу дефицит и настолько желаю поддержать и одобрить, что просто не в силах сказать «ты слаб, не годишься». Уже отмечала, что потенциальные чгк-шники мимо не пройдут, хотя есть конкуренция с другими занятостями, тут драмкружок-кружок-по-фото, олимпиады, золотые медали на горизонте, и в сухом остатке «ЕГЭ по ЧГК не бывает» и даже балла не добавляет, и «профессии такой нет». Амбициозные дети быстро понимают, что в интеллектуальных играх нужно трудиться, вкладываться, лёгких побед здесь не добиться. Интеллектуальные игры дают огромный спектр социальных, информационных и учебных навыков (кроме физического совершенствования — да и то неточно, спросите Панаму). И то, что Игра может сделать для развития школьника, она сделает в школьные годы, придёшь ты в третьем классе или уже старшеклассником. Так что да, я — воспитатель, заинтересованный в каждом ученике.

Елена Леонидовна и «Шесть-факториал» с Аней Дизендорф на ИграЛосе 2022

Работа в АЖ приносит мне некоторое успокоение тем, что пропагандирует аккуратное отношение к фактам

2025-08-01T11:43:10.765Z

Саша Печёный — заслуженный человек в мире интеллектуальных игр. Он многого достиг и как игрок, и как тренер, и как организатор. Но сегодня мы решили сфокусироваться на другой специализации Саши — работе в апелляционном жюри.

Первый вопрос у нас часто одинаковый: расскажи про себя, как ты пришел школьником в интеллектуальные игры, кто тебя туда привёл, как обстояло дело со школьным интеллектуальным движением в твоё школьное время.

Я приходил в интеллектуальные игры, можно сказать, в несколько фаз. В нашей школе был интеллектуальный кружок, куда я ходил с пятого класса. Там проводили тренировки и МКМ, но я ничего не знал про то, что есть ещё ШЧР и вертикаль турниров.

Потом пермский телеканал СТС проводил городской отбор на телепередачу «Самый умный». Я его прошёл, и меня — по инициативе телеканала! необычно серьёзный подход от телевизионщиков — отправили к ЧГК-тренерке Виолетте Стрелковой, чтобы я как следует подготовился и не посрамил родной город на центральном телевидении. А она уже предложила мне продолжить заниматься у неё ЧГК. С её командой я съездил на свой первый ШЧР в девятом классе, потом остальная команда выросла, и дальше уже я попал к Панаме (Александру Пономарёву — прим.ред.).

По поводу того, как обстояло дело со школьным движением — среднее качество турниров (и по пакетам, и по организации) было ниже, чем сейчас, но со всем остальным — количеством команд, вовлечённостью — как мне кажется, ничего существенно не поменялось: и тогда было неплохо, и сейчас хорошо.

Современные дети могут не знать, что ты не только круто играл, но и круто тренировал вместе с Сашей Тобенгаузом. Как вы это делали? Как собирали команды и что делали с детьми, чтобы добиться успеха?

Поначалу было совсем туго: мы ходили по школам района Хамовники, чтобы найти детей, но никто особо не интересовался. Первые дети к нам пришли «по объявлению», когда мы написали пост в ЖЖ, что ищем школьников. Двое из первых четырёх учеников сами были детьми знатоков.

Когда наша команда стала показывать неплохие результаты, с притоком желающих проблем уже не было. Несколько раз нам «подкидывали» хороших детей коллеги — дети переезжали из регионов в Москву и хотели продолжать играть.

С Александром Тобенгаузом и подопечными на «Интеллектуальном воронёнке — 2019»

По поводу «добиться успеха» сложный вопрос. Понятно, половина успеха — это просто найти талантливых игроков и правильно скомпоновать их в команды. Дальше пытаешься поднатаскать на технику, иногда выходит, иногда нет. Сложно сказать, насколько велика наша роль как тренеров — может быть, если бы те же составы тренировали не мы, а кто-то другой, результаты были бы не хуже, а лучше.

Может ли успешный тренер сам не играть в вопросики?

Совсем не играть — мне кажется, сложновато. Более того, мне кажется, очень полезно успешному тренеру не просто играть, а редактировать вопросики. Есть много чисто технических аспектов, которые ты начинаешь хорошо понимать, только когда сыграешь сто пакетов и напишешь десять-двадцать туров. Но это, в целом, необязательное дополнение.

А так, мне кажется, более чем реалистично подготовить команду — призёра ШЧР, не будучи супер-сильным игроком, главное — понимать основы. Более важно уметь разглядеть в игроках талант, правильно разбить на команды, мотивировать, разруливать всякие межличностные сложности.

На «Нестерке — 2019»

Современные школьники также могут не знать, что вы с Сашей Тобенгаузом несколько лет делали Открытый кубок Хамовников (ОКХ), который в своё время входил в топ лучших очников страны. Расскажи про этот ивент: как вы его придумали, какие у него были цели и задачи, почему он больше не проводится.

Придумал это Саша, мне кажется, ему больше хотелось сделать свой очник. Но я с радостью присоединился к нему. Главной нашей мотивацией было то, что взрослые очники по уровню организации и вопросов в то время сильно обходили детские, и нам хотелось показать, что и для детей можно сделать классно. Очень повезло, что для последних четырёх кубков нам дал помещение Яндекс, где я тогда работал. Это было супер-классное МПИ, и детям очень нравилось ходить на экскурсии по Яндексу. Мне кажется, МПИ было одной из важных фишек нашего фестиваля.

Ещё одной важной идеей было то, что на многих турнирах была главная игра, а всё остальное делалось немного по остаточному принципу. Нам же хотелось вложить душу и сделать супер-качественную дополнительную программу, чтобы её было очень приятно играть. Из этих соображений у нас был и довольно короткий пакет вопросиков — всего 48, сейчас такого почти нигде нет. Но это позволяло уместить много доппрограммы. Эти допдисциплины зачастую выигрывали не те команды, что были в призах в ЧГК, и это здорово — больше людей могли порадоваться не только участию, но и медалькам.

Почему не проводится — ну, сейчас и я, и Саша не живём в России и не можем ничего проводить. Но изначально мы перестали это делать потому, что Яндексу перестало быть интересно проводить этот турнир, а сравнимое по крутости МПИ мы не нашли. Я понимаю Яндекс, всё же школьное ЧГК — очень нишевое явление, и большой PR-эффект для них извлечь из ОКХ было сложно, а помещение было нужно для других ивентов.

Ты в целом много лет организовывал СтудЧР. Понятно, что это разные сущности, но всё-таки — что для тебя круче: играть или оргать?

С ощущениями, когда ты борешься за медали на статусном очнике — ШЧР или СтудЧР — мало что сравнится. Оргать тоже очень круто, но по-другому. Это больше такой эффект гало: ты видишь кучу заряженных ребят, которые кайфуют от происходящего, и тебе радостно, что ты как-то к этому причастен.

Ведёт что-то кнопочное на СтудЧР — 2021

Что самое важное в организации турнира?

Сложно выделить что-то одно, всё важно. По большому счёту, сильнее всего запоминается пакет, а на него ты как организатор толком повлиять не можешь. Можно позвать одних и тех же хороших редакторов дважды, и один раз получится супер-мега-охренительный пакет, а другой раз просто неплохой, без вау-фактора, это просто повезло — не повезло. То, что зависит от организатора — сделать всё для того, чтобы турнир не запомнился с плохой стороны: более-менее вписываться в расписание, удобное МПИ, где светло и не душно, канал или сайт со всеми ссылками.

С другой стороны, можно обратить внимание на опыт организаторов турнира КЭП, которые провели эксперимент, постаравшись на турнире улучшить все мелочи, которые только возможно, и в итоге собрали восторженные реакции игроков.

Тут надо обязательно упомянуть интервью 2021 года как раз на эту тему, в котором ты вместе с Александром Фингеровым и Александром Карчевским много что рассказал. С момента этого интервью ты изменил своё отношение к жюрению?

Мельком перечитал сейчас — нет, кажется, я не изменил мнение ни по какому вопросу. А один из пунктов стал только актуальнее:

Например, я ещё в 2015 году, когда писал свою методичку для редакторов, агитировал за то, чтобы если вопрос написан по источнику, недоступному по прямой ссылке, прикладывать скриншот конкретного места книги или статьи, по которому написан вопрос. Стараюсь так делать во всех своих пакетах.

Со времени того интервью такие ссылки стали попадаться мне в пакетах значительно чаще. Правда, никакой моей заслуги в этом нет: мне кажется, такая мода распространилась благодаря какому-то из Неверморов.

Кажется, что решения АЖ чаще вызывают негативные, а не позитивные эмоции, и членов АЖ после турнира будут долго вспоминать неласковым словом. Расскажи, зачем ты этим занимаешься?

Мне доставляет удовольствие фактчекинг: прочитать источник, оттуда перейти по ссылке на первоисточник, и так далее. Ну а вообще, кто-то должен это делать, работа иногда неблагодарная, но нужная.

Когда команда пишет апель, очевидно, она хочет получить дополнительный плюсик в табличку или, если апель на снятие, чтобы соперники его лишились. У АЖ логика работы другая. Давай попробуем её объяснить. Как обычно обсуждаются апели и как в идеале они должны рассматриваться?

Для начала важный принцип, который многие команды не понимают. Если ваша версия кажется логичной, но под какие-то факты вопроса не подходит (например, просто под метку: надо было пошутить как Иван Иванов, а Иван так не шутил) — то ваш ответ может зачесть только ИЖ (игровое жюри — прим.ред.) после консультации с редактором. АЖ, как бы ни хотело, по правилам этого сделать не может, поэтому не надо злиться на АЖ, если оно не зачло вашу очень логичную, но неправильную версию.

А так, процедура рассмотрения апелляции на зачёт примерно такая. Вопрос разбирается на так называемые условия вопроса — отдельные утверждения, в которые можно подставить ответ и проверить, получается верное утверждение или нет. Обычно, если подставить авторский ответ, то все утверждения верные. Соответственно, чтобы засчитать ответ команды, нужно, чтобы при его подстановке все утверждения также стали верными. В случае апелляции на снятие всё то же самое, просто вместо ответа команды мы проверяем, точно ли все утверждения из вопроса при подстановке авторского ответа — верные. (Если вам интереснее послушать про это подробнее, можете посмотреть моё видео.)

Обычно, особенно если апелей много, члены АЖ распределяют их между собой и по отдельности производят «первичный разбор» — расписывают, в чём ответ команды подходит под условия вопроса, а в чём не подходит, пишут черновик вердикта. В большинстве случаев члены АЖ друг с другом согласны, и черновик вердикта финализируется. Наверное, действует что-то типа правила Парето, когда 20% времени уходит на 80% апелляций и 80% времени на 20% — сложные случаи, где надо провести рисёрч, а иногда и поспорить друг с другом.

Когда решение принято со счетом 3:0 — это она сторона медали. Но бывает 2:1. А бывает 1:2, притом твоё мнение не сходится с мнением коллег. Насколько для тебя важно продавить свою точку зрения? Или ты сразу принимаешь поражение, потому что два — это больше, чем один?

В абсолютном большинстве случаев я спокойно соглашаюсь с 1:2 и не спорю. Я изложил свою точку зрения, она не убедила коллег — ну что поделать, бывает. В очень редких случаях у меня есть сильное убеждение, что апелляцию надо засчитать, и я за него сражаюсь как могу — иногда преуспеваю, иногда нет. Обратное бывает редко — если я считаю, что не стоит засчитывать, а двое моих коллег за зачёт, я без труда соглашаюсь, пусть кто-то порадуется плюсику.

На синхронах у АЖ для принятия решения много времени. Как вывозить очники, когда у тебя жуткий цейтнот и есть условно час для рассмотрения всех апелляций? Важно ведь не только принять решение, но и написать обоснование, которое надо будет зачитать командам.

Тут возвращаемся к правилу Парето: большинство апелляций, к сожалению, абсолютно бесперспективные — команды просят засчитать ответ, который не соответствует условиям вопроса, просто потому что им он кажется логичным. АЖ нужно только потратить немного времени, чтобы базово перепроверить, что это действительно так, и написать шаблонный вердикт. Тут помогает опыт, когда ты этот вердикт уже в трёхсотый раз пишешь, оно происходит машинально. Но даже на бесперспективные апелляции всё же тратится время, особенно если их много. Поэтому в последнее время я прошу оргкомитеты турниров, которые меня зовут, обязательно вводить апелляционный взнос или баллы.

Бывают такие апелляции, для которых нужно прямо проводить рисёрч. Недавно мы судили Вышкафест, и там с большинством апелляций мы быстро отстрелялись, но было аж два таких вопроса, для которых нужно было много искать информацию. Для одного пришлось пройти по цепочке из трёх источников, чтобы выяснить, что на самом деле факты из вопроса неверны, а ситуация была строго обратной описанной в вопросе. Дело закончилось тем, что мы засчитали все ответы всех команд на этот вопрос, всё равно что сняли (снять «обычным образом» мы не могли, поскольку апелляцию на снятие никто не подавал).

В случае со вторым вопросом нам не хватило времени для того, чтобы выяснить, что ответ команды нужно засчитать: нужно было искать научные статьи на итальянском, с этим мы не очень хорошо справились — только после дедлайна нашли нужную статью. С другой стороны, может быть, это и хорошо — если бы мы зачли обе апелляции, то победитель турнира изменился бы только за счёт апелляций, а такие ситуации всегда ощущаются как-то неправильно. А так зачли только одну, и была перестрелка.

Что-то ведёт на «Открытом кубке МГУ — 2018»

Есть два типа апелляций: «на зачет» и «на снятие». Первый даёт плюсики, второй – отнимает. Как ты относишься к апелям на снятие, если речь идёт не о вопиющей технической ошибке в вопросе, как на последнем ШЧР?

Я отношусь к апелляциям на снятие довольно негативно потому, что они снижают спортивность соревнования. Часто бывает, что вроде как ошибка в вопросе и есть, но вероятность того, что она могла действительно помешать команде, очень мала. Как игрок, я всегда стараюсь не закладываться на фактическое знание, даже если сокомандник мне говорит, что точно знает — нередко бывают ситуации, когда у людей ложная память, всегда лучше выбирать версию с точки зрения того, насколько она логично ложится в вопрос.

Отдельный класс апелляций на снятие — вопрос нормальный, логичный, проблема в том, что в нём всё выдумано и легенда подаётся как факт. Тут во мне борются две позиции: с одной стороны, если не снимать такие вопросы, это поощряет появление новых таких вопросов, чего мне бы совсем не хотелось. С другой стороны, они так же снижают спортивность, как и большинство откровенно сутяжнических апелей на снятие. Обычно я всё же с грустью склоняюсь к тому, чтобы отклонять апелляции на такие вопросы.

Ну и меньшинство случаев, когда всё-таки надо принимать апелляцию на снятие: в вопросе грубо перепутаны факты и это реально мешает ответить. Чаще всего это формальные штуки, например, не тот век (если на перепутанный год ещё можно заложиться, то в то, что автор промахнулся на век, ты не веришь). Или слово латинского происхождения названо словом греческого происхождения, и так далее. Но бывают и смысловые, как в примере из моего предыдущего ответа — вопрос про то, что некое занятие кое-где запретили (прошу прощения, что так туманно рассказываю — мораторий). А оказывается, что на самом деле не только не запретили, а наоборот, поощряли. Тут вроде как и можно, не зная фактов, дать авторский ответ, но не снимать такой вопрос совсем странно.

Ты с коллегами говорил, что часто решение АЖ — это маленький научный поиск. Насколько для тебя важно восстановить истину, если мы играем в вопросики написанные авторами, то есть в субъективные истории?

Это на самом деле до некоторой степени иллюзия. Мой опыт игры вопросов по выдуманным фактам и невыдуманным сильно отличается. Может показаться, что зачем ограничивать себя фактами — главное придумать интересные загадки. Но на самом деле бывает так — ты играешь вопрос, думаешь, вау, какой классный факт! Потом после игры лезешь в источники, чтобы узнать об этом побольше, а оказывается, что это неправда. Сразу такое ощущение неприятное, как из анекдота про фальшивые ёлочные игрушки. В этом смысле моя работа в АЖ приносит мне некоторое успокоение тем, что пропагандирует аккуратное отношение к фактам в ЧГК, пусть и не очень успешно, наверное.

При этом конечно же, бывают классные вопросы по метафорам, шуткам и так далее, а не реальным историям. Но с этим надо не перебарщивать, один-два таких вопроса на тур или пакет — классно, а больше — уже становится неинтересно.

В юриспруденции есть понятия буква закона и дух закона. Ты придерживаешься какого тезиса, когда выносишь решение?

В эпоху, когда работал Кодекс (Кодекс спортивного ЧГК Международной ассоциации клубов — прим.ред.), практика сильно с ним расходилась. То, что я упоминал выше — ИЖ может, посоветовавшись с автором, засчитать ответ, не подходящий под условия вопроса, условно «логическую дуаль». Это активно практиковалось, но при этом формально Кодекс это запрещал. В ситуации, когда Кодекс и так постоянно нарушается, я не видел большой проблемы в том, чтобы нарушить его ещё раз, и периодически голосовал за зачёт таких апелляций, которые нельзя было бы принять согласно Кодексу (пример — мы зачли ответ «чайна таун» при авторском ответе «китайский квартал» и форме «двумя словами на одну и ту же букву»).

Впоследствии я был одним из тех, кто внёс вклад в разработку текущих Правил КВРМ (Командная викторина с раундами по минуте — прим.ред.), и в этом качестве мне было бы странно не соблюдать их букву. Поэтому теперь стараюсь соблюдать строже.

Кодекс в его разных итерациях никогда не претендовал на истину в последней инстанции — как пользоваться кодексом грамотно? И стоит ли в современных реалиях?

Кодекс написан подробнее, чем Правила КВРМ, в некоторых случаях есть смысл обратиться к нему, чтобы лучше понимать контекст. А так, конечно, надо смотреть в те правила, по которым проводится турнир, чтобы не путаться.

Есть стандартная формулировка – «Команда не предоставила, а жюри не обнаружило…» . Вопрос в том — а надо ли АЖ что то искать? Если команда не предоставила аргументы и факты — может быть, это исключительно проблема команды?

У меня тут двоякий подход. На синхронах у команды куча времени на написание апелляции, поэтому жюри может особо не стараться что-то дополнительно искать — рассмотрели те аргументы, которые команда привела, и порядок. На очниках ситуация кардинально другая, у многих команд нет даже ноутбука с собой, а искать информацию с телефона довольно неудобно, а ещё и время поджимает. Поэтому, когда сужу очники, я стараюсь относиться к командам максимально лояльно и самостоятельно поискать дополнительные источники, которые могли бы подтвердить версию команды. Конечно, в тех случаях, когда мне кажется, что команда ничего в вопросе не поняла и пытается отсудить ответ по формальным причинам, я делаю это с меньшим энтузиазмом :)

Очевидно, что рассмотрение апелляций имеет конечное число паттернов. Какие варианты заготовок апелляций самые распространенные — типа «команда проникла в логику вопроса, но не сформулировала ответ, дайте плюсик». Как надо и не надо писать апелляции?

Чаще всего действительно пишут, что команда проникла в логику вопроса, хотя в большинстве случаев из ответа очевидно, что часть шагов, заложенных автором, команда не проделала. Ну тут всё просто: на шаблонную фразу, что команда проникла в логику вопроса, есть шаблонная фраза, что ответ команды не соответствует такому-то условию вопроса и потому не может быть зачтён в соответствии с пунктом 1.7.2a.

Хорошая апелляция частично повторяет работу АЖ: можно расписать, какие есть в вопросе условия, представить доказательства, что ответ команды подходит под каждое, и как вишенка на торте — дать ссылку на конкретный пункт правил, согласно которому ответ следует засчитать. К командам, которые грамотно пишут апелляции, всегда относишься с теплом и подсознательно чуть больше хочется засчитать их ответ, хотя конечно, в итоге ты всё равно его проверяешь так же, как любой другой.

Но и обратное верно: работа в АЖ помогает понять, как хорошо написать апелляцию. Проиллюстрирую одной из апелляций, которую нашей команде зачли на II Открытом кубке Азии. Вопрос был такой:

Австралиец Дон Брэдмен считается одним из величайших игроков в кри́кет и его даже называют «Кри́кетным Бэ́йбом Ру́том». Обозреватель одной си́днейской газеты, впрочем, находит уместным другое прозвище... Какое?

Ответ: «Бейсбольный [Дон] Брэдмен».
Зачёт: «[Дон] Брэдмен бейсбола».
Комментарий: в Австралии крикет гораздо популярнее, чем бейсбол, поэтому Брэдмен там в никаких сравнениях не нуждается, а вот масштаб фигуры Бейба Рута стоило бы пояснить, и потому его называют «Бейсбольным Доном Брэдменом».
Источники: 1. Peter FitzSimons. Babe Ruth: The Bradman of the baseball diamond; https://bit.ly/4b7fuux
2. Tom Morris. When Babe met Sir Don: The anatomy of cricket and baseball’s cosy history; https://bit.ly/4dwvU0V
Автор: Олег Михеев

Мы немного затупили и вместо «бейсбольного Дона Брэдмена» сдали «американского Дона Брэдмена». Понятно, что «команда проникла в логику», но это никак не помогает: нужно доказать, что наш ответ подходит строго по фактам. Для этого надо найти, как обозреватель сиднейской газеты назвает Бэйба Рута американским Доном Брэдменом.

Мы обнаружили такую статью, но вот незадача — эта статья вышла в брисбенской газете, а не в сиднейской. Неопытная команда тут бы и остановилась, прислала бы эту ссылку и получила незачёт. Мы же обратили внимание, что строго говоря, в вопросе не написано, что «сиднейская газета находит уместным другое прозвище», а написано «обозреватель сиднейской газеты находит уместным другое прозвище». Разница тонкая, но принципиальная — если автор этой статьи, помимо брисбейнской газеты, был обозревателем какой-то сиднейской газеты, то наш ответ соответствует этому условию вопроса. Так оно и оказалось — Роберт Крэддок, несмотря на то, что живёт в Брисбене, пишет и для нескольких сиднейских изданий. В итоге наш ответ зачли.

На награждении «Открытого кубка Азии по Zakovat — 2023»

У тебя есть какие-нибудь характерные случаи, характеризующие работу АЖ, которые можно рассказать? На примере конкретных кейсов?

Парочку я уже рассказал, отвечая на предыдущие вопросы. Отмечу ещё забавный случай с ШЧР-2024, который некоторые читатели могли не застать. Там команда подала апелляцию, слово в слово повторяющую уже существующую апелляцию с турнирного сайта (впрочем, команда добавила ссылку и указание авторства оригинальной апелляции). Апелляция была на снятие: в вопросе слово «вегетарианство» было названо словом английского происхождения, а команда утверждала, что это слово немецкого происхождения. Вероятно, команда думала, что раз апелляцию-предшественницу зачли, то и тут произойдёт то же самое. Но мы, покопавшись в источниках, эту апелляцию отклонили: оказалось, что слово «вегетарианец» в русский пришло из немецкого, в немецкий из английского, в английский из старофранцузского, а в старофранцузский из латыни. Соответственно, не будет ошибкой назвать его как словом немецкого происхождения, так и словом английского происхождения, так и словом старофранцузского происхождения, так и словом латинского происхождения.

Всех призываю идти и хвалить, если вам понравилось

2025-07-08T08:30:46.160Z

Денис Галиакберов — человек, который становился победителем ШЧР, выиграл все что можно в студенческом зачете, а на ШЧР-2025 стал редактором одного из туров ОД. Мы поговорили с Денисом про «казанский феномен», интеллектуальную аналитику, сравнили школьное и студенческое интеллектуальное движение и отметили важность фидбэка после турниров.

Сегодня казанские школьные интеллектуальные игры – это команды СОлНЦа Ильдара Аглиуллина. Как в твое время обстояло дело со школьным интеллектуальным движением в городе? Как ты попал в интеллектуальные игры?

Обстояло по-разному, плюс что-то я наверняка не застал – когда ты просто школьник и играешь, то видишь не всю картинку. Но для меня это выглядело так.

Был брейн-клуб у нас в Лицее Лобачевского (от которого потом, кстати, и отделилась школа СОлНЦе). Я туда пришёл, условно, «по объявлению» – и то родители посоветовали, сказали, что хорошо будет для подготовки к «Самому умному».

Это был маленький ламповый кружок, который на общественных началах вёл выпускник Лицея. Мы примерно раз в неделю тренировались, где-то раз в 1-2 месяца играли школьную лигу против других казанских команд, с переменными успехами. Вот этот мирок был для меня и был всем интеллектуальным движением.

А потом лицей нанял тренера (Айрата Мухарлямова*), и оказалось, что есть ещё много чего – ШРеК, МКМ, очники – в том числе ШЧР. Я на ШЧР впервые приехал в девятом классе, сыграли мы средне – заняли восьмое место. Сейчас понятно, что для первого раза это хорошо, но амбиции-то были выше!

*Айрат Мухарлямов — бывший тренер школьных команд по «Что? Где? Когда?» из Казани. В 2019 и 2020 году в СМИ были опубликованы расследования, в которых против него были выдвинуты обвинения в систематических сексуальных домогательствах и насилии над несовершеннолетними ученицами. Оргкомитет ШЧР считает подобные действия абсолютно недопустимыми и расценивает их как грубое нарушение всех этических и правовых норм.

Как раз тогда большая часть лицейской команды выпустилась, и мы объединили силы с другой школой, где преподавал Айрат. Вот тогда мы начали побеждать – все очники, куда мы ездили вместе, были наши; на всех межшкольных чемпионатах первые места брали либо мы, либо они; ШЧР мы тоже выиграли таким объединённым составом.

Награждение ШЧР-2014

Так что если сейчас казанское школьное движение – это СОлНЦе, то тогда это были Лицей Лобачевского и Гимназия №19.

Твоя школьная команда называлась «Кажется, кто-то олень». В интервью Наилю Фарукшину ты рассказывал, что это ваш внутренний мем. Можешь им поделиться?

Звучит более интригующе, чем есть на самом деле. Просто нам нравилась эта фраза, и каждый раз, когда кто-то где-то косячил, мы её вспоминали. Каких-то ещё скрытых смыслов особо нет.

Как сложилась игровая судьба твоих школьных сокомандников?

Большинство остались в Казани и продолжали что-то играть – синхрончики, вузовские игры – но постепенно перестали. По крайней мере, если верить турнирному сайту.

Слышал про такое явление, как «казанский интеллектуальный снобизм». Не знаю, существует ли оно на самом деле, но заключается оно в том, что казанская тусовка в основном варится внутри себя. Мало выезжает на очники, мало играет синхроны – больше ограничивается самописными лигами.

У меня тут очень мало информации – я не играл в Казани больше 10 лет – но чисто по статистике видно, что пятый по населению город России находится даже не в двадцатке по количеству игр за 2024 год.

Игра: найди на графике Казань

Мне кажется, что рано или поздно так вариться надоедает, и люди уходят. И это вопрос не только моих школьных сокомандников, а всего регионального движения.

Ещё в одном интервью ты рассказал, что когда был школьником – был нормальным отличником и в том числе успешным олимпиадником: в 10 классе поехал на заключительный этап ВСОШ по истории, а в 11 выиграл заключительный этап ВСОШ по экономике. Как ты совмещал учёбу, олимпиады и интеллектуальные игры?

Да как-то совмещал. Когда ты школьник, как будто больше и времени, и энергии. Иногда оно пересекалось – например, я в десятом классе не поехал на ШЧР из-за олимпиады – но в общем и целом просто как-то всё успевалось. Сейчас сам удивляюсь.

Ты следишь сегодня за школьным интеллектуальным движением в России? Оно изменилось со времени твоего участия или ты не видишь принципиальных изменений?

Если честно, не прям слежу. Я рад, что есть люди, которые этим горят и всё это организовывают, но, когда на стримах перед ШЧР ребята обсуждали какие-то расклады и фаворитов – я не то чтобы мог поддержать разговор. Но судя по тому, что я слышал, изменилось не очень многое – всё ещё много крутых школьных команд из Перми, Ижевска, есть ребята из Казани. Радует, что всё ещё нет тотального доминирования столиц, как в студке или взрослых игрищах. Это хорошо и правильно.

Ты перешёл из школьных игр в студенческие, кажется, довольно просто. Не у всех это, откровенно говоря, получается. Как для тебя проходил этот переход морально и физически? Ты почувствовал сильную разницу в вопросиках?

Как ты и сказал – довольно просто. В Вышке очень крутой интеллектуальный клуб (прим. ред.: речь об АИКе НИУ ВШЭ), который обеспечивает плавный вход через всякие знакомства, тренировки, кубки молодых команд и тому подобные мероприятия. Плюс система отборов в сборную на ОЧВР (Открытый чемпионат вузов России), которая позволяет быстро познакомиться с сильными игроками и попасть к ним в команды.

Но у меня тут, видимо, всё-таки проявился тот самый казанский снобизм – потому что первый год мы пытались играть студку своей казанской командой. Это был довольно бесславный опыт – мы скатали Мосотбор, и Кубок Физтеха, скатали даже не очень плохо для перво- и второкурсников, но амбиций своих не оправдали. А вдобавок ещё и заработали дисквал со СтудЧР из-за того, что это посчитали игрой за две разные команды. Так что в следующем году я играл уже за москвичей.

А что касается разницы в вопросиках – ну да, была та или иная, но как раз-таки в студке было интереснее. Потому что играть МКМ, набирая 23 из 24, было уже не очень весело.

Награждение КЕСТ-2019 (КЕСТ — Кубок Европы среди студентов)

Вообще есть ли разница школьного интеллектуального мира и студенческого в чем-либо?

Основная разница – в концентрации сильных игроков. В школьном движении есть несколько центров с мощной тренерской школой, в студенческом – доминируют столицы. В этом есть свои плюсы – сильные игроки, объединяясь, вместе становятся сильнее и развиваются быстрее. Ну и происходит тот или иной нетворкинг – тоже всегда хорошо.

Плюс студка более плотно связана со взрослым движением – вы 80% времени играете не рафинированные простенькие вопросики, написанные специально для вашей возрастной группы, а то же самое, что и взрослые игроки.

Ну и у студентов всё-таки больше развито то самое «комьюнити». Возможно, дело в том, что с точки зрения внеигровой программы у студентов больше возможностей потусить вместе – как на афтепати очников (прекрасная традиция, зародившаяся в конце десятых), так и просто собраться где-то. Поэтому, как мне кажется, в студке больше связей между игроками разных команд, которые и образуют сообщество.

Вероятно сравнивать что-то с чем-то некорректно, но давай попробуем продолжить сравнивать школьные и студенческие турниры. Что с твоей точки зрения можно оргкомитету ШЧР позаимствовать в студке, чтобы сделать ШЧР еще лучше?

Хороший вопрос, но я не то чтобы детально знаю, чем они сейчас различаются в плане именно проведения. Раньше сказал бы, что медийное освещение – но в этом году как будто и оно было на высоте. Поэтому мне, как стороннему наблюдателю, тут точно нечего по сути сказать.

На своем ютуб-канале ты выпускаешь аналитические ролики про сообщество знатоков с разных точек зрения. Расскажи про этот проект, зачем ты его делаешь и о том, к каким выводам ты пришел за год?

Просто люблю анализировать данные и что-то узнавать.

Первый раз что-то подобное делал в самом начале 2022-го года – посмотреть, есть ли кто-то, кто играет в соло больше, чем я. А вернулся к идее уже через пару лет – когда стало интересно, а сколько знатоков попереезжало в другие страны. Через данные турнирного сайта это можно довольно удобно посмотреть. Ну и, когда у меня появились данные, там уже зачесались руки посмотреть то, это, пятое, десятое. Самое раннее видео на канале – как раз попытка посмотреть на всё, что можно.

Выводов разных много, лучше смотреть. Наверное, основное, что удивило – это то, насколько же компактное у нас сообщество. Буквально несколько тысяч человек, которые играют регулярно и много.

А вообще, подписывайтесь на телеграм-канал – там выходит много интересного.

Ты учился в Вышке, а Вышка проводит «Интеллектуальный воронёнок». Для тебя это особенный турнир? Ты когда-нибудь принимал участие в его организации?

То или иное участие принимал, начиная ещё с самого первого – кажется, в 2016-м году. В основном как редактор – на втором «Воронёнке» от меня были тур ЧГК, вся эрудитка, ещё одна своякообразная игра. Получается, что именно с «Воронёнка» я вырос как редактор свояка (туда я написал первые пакеты, которые не стыдно показывать людям). Там же зародилась моя безудержная страсть к табличкам для игр (туда я делал свои первые таблички, а недавно выкатил универсальный конструктор для свояка – https://t.me/chgknews/1180).

Так что да, особенный.

Ты говорил, что не хотел бы быть тренером школьных команд. Почему? Может быть твое мнение изменилось за это время?

Не, не изменилось.

В первую очередь, я не считаю, что могу прям много дать – больше, чем кто-то другой. Да, какие-то базовые вещи – что вот есть вопросы на школу, есть на перебор, иногда надо прикопаться к замене – я рассказать могу. Но дальше я никаких особенных секретов не расскажу, потому что их не знаю.

Для меня вообще тайна – как работает мозг, когда он берёт вопрос. Он это как-то сам делает, мне ничего не сообщая. Мнение, что у сильных игроков есть какие-то секреты, которые они могут передать, абсолютно неверно. Поэтому тренер – это в первую очередь не сильный игрок, а хороший педагог, который умеет долго и терпеливо объяснять и понимает детскую психологию. А это не я.

Насколько тренер нужен взрослой команде? И чем он может быть полезен?

Я бы сказал, что может быть полезен тот или иной приглашённый тренер, но вряд ли постоянный. Может быть, полезнее даже несколько разных тренеров – каждый из которых даст свой взгляд.

В первую очередь, взгляд со стороны может помочь поправить ошибки, которые возникают при формировании новых команд – беспорядочное обсуждение, отбрасывание версий, продалбывание формы и всё такое. Всем кажется, что они уже всё знают и умеют – но это до первого взгляда со стороны. Я как-то играл на тренировке рядом с одной студенческой командой – и регулярно я, слушая их обсуждение, понимал правильный ответ, а они его не формулировали или затаптывали. Вот для формирования какой-то такой дисциплины тренер может быть полезен.

Ты очень круто играешь в свояк. С твоей точки зрения современный своячный вопрос – он какой?

После этих слов в поезде начался сущий кошмар.

У всех свой взгляд на то, каким должен быть хороший своячный вопрос. Я в последнее время много играю онлайн и оффлайн-свояки, и ещё не было ни одного вопроса, который бы кто-нибудь не поругал. Гораздо меньше таких, которые кто-нибудь бы похвалил.

Но моё мнение такое – современный своячный вопрос должен быть интересным и берущимся даже для тех игроков, которые играют не очень много свояка.

То есть:

В нём должен быть немалый элемент раскрутки – чистая знашка (помнишь или не помнишь) мало кому интересна
Факт не должен быть избитым. Например, в своё время очень забинговалась история про Дэвида Шарпа и «зелёные ботинки», поэтому опытные игроки жали уже по словам «В 2006-м году Дэвид Шарп…» – это довольно грустная ситуация для тех, кто не играет по 130 турниров в год
Хорошо вообще, когда знание, которое требуется в вопросе, можно получить не из интеллектуальных игр, а из реальной жизни / книг

Вот пример моей темы, которая мне нравится:

Спички.

10. В 2012-м году Патрик Э́ктон собрал из трёхсот тысяч спичек модель ЭТОЙ ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ. Спустя семь лет Патрик оценил иронию.

Ответ: Собор Парижской Богоматери.

Зачёт: Нотр-Дам [де Пари].

Комментарий: в 2019-м году собор и сам вспыхнул.

Источник: 1) https://who13.com/news/notre-dame-cathedral-can-be-seen-in-iowa-at-matchstick-marvels/

2) https://www.epochtimes.ru/vdohnovenie/proizvedeniyami-iskusstva-iz-spichek-zhitel-gladbruka-proslavil-svoj-malenkij-gorod-181075/

20. Андрей Кузнецов пишет, что благодаря материалу, из которого делают спички, любой курильщик может убить ЕГО – правда, маленького.

Ответ: вампир.

Комментарий: спички часто делают из осины – получается маленький кол.

Источник: https://books.google.kz/books?id=65aGEAAAQBAJ&pg=PT118&lpg=PT118&dq#v=onepage&q&f=false

30. В рассказе Герберта Уэллса о немецком вторжении в США есть эпизод казни матроса, случайно пронёсшего спички на один из НИХ.

Ответ: дирижабли.

Зачёт: цеппелины.

Комментарий: немцы вторгаются в США по воздуху. Рассказ был написан почти за тридцать лет до крушения "Гинденбурга", но о том, что на дирижаблях не стоит играть с огнём, тогда уже хорошо знали.

Источник: https://lib.ru/INOFANT/UELS/warinair.txt

40. Описывая достопримечательность национального парка, носящего ТАКОЕ НАЗВАНИЕ, одна статья упоминает пять миллиардов спичек.

Ответ: Секвойя.

Комментарий: речь идёт об одноимённом дереве – секвойе под названием "Генерал Шерман". Многие секвойи растут в парке Секвойя, что в целом логично.

Источник: http://www.retravel.ru/america/usa/143.html

50. В начале ЭТОГО ФИЛЬМА 1990-х годов главный герой зажигает сигарету предпоследней спичкой.

Ответ: "Пятый элемент".

Комментарий: а последней спичкой – уже в кульминации фильма – Корбен Даллас активирует один из четырёх камней, символизирующих элементы.

Источники: 1) https://whatculture.com/film/10-unnecessary-movie-details-you-need-to-know?page=9

2) https://ru.wikipedia.org/wiki/Пятый_элемент_(фильм)

Очевидно, что единого мнения по вопросикам нет и не будет никогда. Поэтому расскажи, для тебя как автора что лучше – критические отзывы или положительная реакция? Стоит ли писать отзывы, и как вообще стоит их писать, чтобы они были полезны авторам?

Вот наверняка ты ждёшь, что я отвечу, что критические отзывы важнее. Но я, пожалуй, впрягусь за положительные реакции и расскажу, а почему они – по крайней мере, для сложившихся авторов – важнее.

Как я уже сказал, единого мнения по вопросикам нет и не будет никогда. В свояке это особенно хорошо видно – один игрок может похвалить отличные вопросы редактора Иванова и поругать бездарные вопросы Петрова, а другой скажет в тех же словах, только фамилии местами поменяет. И поэтому большую часть критики я уже давно пропускаю мимо ушей – она будет относиться не к тому, что я что-то плохо написал, а к тому, что я написал не во вкусе критикующего. Разные у нас оказались взгляды на то, что может считаться хорошим вопросом свояка, а что нет. Мои не поменяются, его тоже – смысла пытаться угодить всем нет.

Но это довольно долгий урок, и условный начинающий редактор может его не усвоить, а вместо этого забить и перестать делать что-то вообще. Поэтому я очень сильно всех призываю идти и хвалить, если вам понравилось. Какашек и без вас накидают, а положительные отзывы в большей степени вдохновляют редакторов что-то делать и развиваться.

Но да, конечно, если что-то конкретно не нравится – об этом тоже стоит сообщить. Как – почитайте, есть сотни статей про то, как давать корректный и полезный фидбек. Вкратце:

не переходите на личности (способности к редактуре не очень коррелируют с общей характеристикой человека)
не говорите просто, что «всё плохо» – это бесполезно (ни один редактор не хочет написать плохо – просто его взгляд на «хорошо» не совпал с вашим)
аргументируйте – например, «эта тема не очень удалась, потому что никто не знает правителей Лаоса, и все просто её просидели».

Вообще, лучше давать фидбек на конкретные темы / вопросы, нежели общо - с общим впечатлением я ничего не сделаю, с конкретными проблемами могу. Например, мне как-то дали фидбек, что вопросы получились слишком длинные – я стал обращать на это внимание, и теперь короткие вопросы стали одним из моих пунктиков.

Ну и да, помните, что движение на самом деле очень небольшое – одни и те же люди выполняют роли редакторов и игроков. Пишите такой фидбек, который было бы не обидно получить вам.

Денис играет финал Чемпионата Казахстана по «Своей игре», 2025

Как ты отбираешь факты для школьного свояка или эрудит-квартета? Ты уже чувствуешь культурный разрыв между тобой и нынешними детьми?

Последнее время – никак, я лет пять уже не писал школьного свояка. Но вообще, если бы такая задача стояла, я бы не старался написать как-то «специально молодёжно» – обычно это выглядит натужно, как «йоу-йоу, сноубординг, дискета». Просто обычные общечеловеческие интересные истории, с поправкой на сложность.

Вопросы по мемам — это нормально? Можно ли ожидать в школьном свояке итальянский Brainrot?

Нужно. Как раз всем в реальном мире итальянский брейнрот уже поднадоел – это значит, что скоро он начнёт появляться в вопросах. А вопросы по мемам и шуткам я очень люблю. Вообще считаю, что пресловутый «щелчок», про который так любят рассуждать в отношении вопросов – это обратная сторона чувства юмора. Типа, «да, если это так, то это смешной вопрос». Поэтому в основной дисциплине довольно много вопросов по шуткам и карикатурам, и я максимально за то, чтобы в свояке было так же.

Одно из условий хорошего вопроса – это адекватное тестирование. Ты много тестируешь вопросы. Расскажи, на что ты обращаешь внимание во время этого, кроме поиска технических багов, конечно.

Во-первых – берётся вопрос или нет. Я стараюсь, чтобы каждый вопрос был хотя бы кем-то взят, ну или хотя бы чтобы тестеры сказали не «а как это брать?», а «а, вот как это брать».

Во-вторых, какое остаётся послевкусие. Я хочу, чтобы после каждого вопроса было ощущение «а, да, прикольно». Если вопрос вызывает скорее недоумение или скуку - это повод его заменить, даже если формально он рабочий.

Ну и, понятно, всякие моменты типа дуальных версий. Но это, кажется, уже ближе к техническим багам.

Есть мнение, что вопросы синхронов – это массовый продукт, который при общих равных вводных проигрывает вопросам очников. Так ли это? Для тебя есть разница куда ты пишешь – на массовый синхрон или на очный фестиваль с понятной ЦА?

Я пишу не так много и стараюсь выбирать турниры, которые мне интересны – предложений больше, чем я могу взять. Ну и везде, где берусь, я стараюсь написать качественно и, по возможности, с какой-то изюминкой. Понятно, что в случае тура на ШЧР или ОВСЧ у меня чуть меньший простор для эксперимента, чем в случае тура на подпивасный «чёрный» турнир в лагере «Скуфаль». Но качество всегда должно быть на уровне – иначе лучше просто не браться.

Тем не менее, я понимаю, что это справедливо не для всех турниров и редакторов. Кто-то пишет по 2-3 тура в месяц – и им, конечно, приходится выбирать, куда поставить вопросы поинтереснее, а куда поскучнее. Так что да, странно ожидать, что серийный синхрон с двухзначным порядковым номером будет настолько же ярким, как крупный очник.

Есть, правда, опасение, что грань подсотрётся – уже видел на некоторых вроде бы престижных очниках вопросы, которые гармоничнее смотрелись бы в синхроне «Пони без конечностей-34». Но, надеюсь, мне так только кажется.

Каждая новая команда — как в первый раз

2025-06-04T13:10:29.215Z

Елена Клюева — тренер из Южно-Сахалинска. На ШЧР-2025 её команда «Агент умозаключений» завоевала две медали в группе М: серебро в Основной дисциплине и бронзу в Эрудит-квартете. Поговорили с Еленой Вадимовной о клубе, о командах и о джетлаге. Получилось интервью о том, как почти три десятка лет тренировать детей и при этом находить все время новую мотивацию.

Елена Клюева и её воспитанники на «Первенсте Сибири»

Вы занимаетесь в Южно-Сахалинске тренерской деятельностью уже несколько десятилетий. Расскажите нашим читателям историю интеллектуальных игр в вашем регионе.

История нашего клуба из одного из самых удаленных регионов сильно отличается от историй создания всех известных мне клубов. Мы и об общероссийском движении узнали случайно, благодаря Персибу, который в один прекрасный год из областной истории решил вырасти до общероссийского уровня, и организаторы разослали приглашения в департаменты Дальнего Востока. Но структура клуба за эти 28 лет не изменилась.

Если коротко, то выглядит это так: взрослые, которые организовывают турниры для школьников города и иногда области, школьные команды и их тренеры/руководители/сопровождающие. Взрослые — это люди, которые не имеют отношения к образованию. Они же игроки взрослых команд, фанаты и продвиженцы школьных игр, есть даже отец-основатель школьного (и взрослого) интеллектуального движения на Сахалине! Они сотрудничают с департаментом образования и собирают детей на турниры. Отдельно я собираю сборные команды города, тренирую и продвигаю.

Добавьте описание

История вашего клуба очень долгая. Вы следите за успехами ваших выпускников? Поддерживаете ли вы с ними контакты? Оказывают ли они вам поддержку?

Конечно. Я стараюсь следить за выпускниками, многие приходят, когда приезжают домой. Ребята следят за играми на турнирах наших команд, приходят поболеть и поддержать команды, если чемпионаты проходят в их городе. К сожалению, мало кто остается на острове. Кто-то играет в студенческой или взрослой лиге, кто-то волонтёрит, кто-то уже давно занят другими делами, но не было ни одного, кто пожалел о том, что играл в интеллектуальные игры

Южно-Сахалинск — относительно небольшой город. В интервью Саше Воробьеву вы сказали, что знаете практически всех детей города, которые хотят заниматься интеллектуальными играми. Как вы находите таких детей и как формируете команды?

Часть этих детей из гимназии и лицея, в которых я работаю. Сильно помогают индивидуальные или командно-индивидуальные турниры типа «своей игры» или «эрудит-квартета». Там можно отсмотреть каждого игрока и определить его сильные и слабые стороны. Иногда в уже почти собранную команду нужен человек с определенной ролью, например, кнопочник или хороший капитан. Это определенные игровые качества, которые можно увидеть в ребенке на любых играх.

По поводу отбора в команды. В школьную команду я принимаю всех желающих. Приходят многие, остаются те, кому такой вид деятельности действительно интересен. А хорошие, слаженные команды чаще всего формируют сами игроки, ибо они заинтересованы в этом. Со сборными сложнее. Они из разных школ и, несмотря на желание и заинтересованность, им сложнее сформировать команду. Если есть выбор, подбираю комфортный для игроков состав команды. Если выбора игроков нет, то приходится «вышивать». Всё очень индивидуально. Каждая новая команда — как в первый раз.

Вы работаете не только с командами отдельных школ, но и со сборной города. Насколько это сложнее, чем работать с командами одной школы? Или вы не видите разницы?

Разницы нет, просто у сборной КПД выше.

Вы живете и работаете в удаленном регионе. Каждый ваш выезд требует больших капиталовложений. Расскажите, как вы работаете со спонсорами?

Точнее, вопрос: откуда деньги? Это не всегда спонсоры и бывает очень по-разному. У нас хорошие отношения с департаментом образования (или у них с нами). Они, как правило, оплачивают дорогу на ШЧР. Моя гимназия и лицей не раз помогали с оплатой проезда игроков на турниры. Кстати, они же оплатили все 4 наши брейн-машины.

Второй источник — родители (да, у нас очень хорошие, заинтересованные родители, которые согласны оплатить проезд не только своим детям, но и тем, кто не может этого сделать). Вот еще вариант. Есть дети, которые уже работают или получают разные премии за олимпиады и тд. И тоже готовы их тратить на поездки с командой.

И третий способ «добычи» средств, самый общедоступный. Здесь работает принцип: чем больше людей будут знать, что ты ищешь деньги на благородные цели, тем быстрее ты их найдешь. Просим распространить информацию своих друзей и знакомых, родителей детей, друзей и знакомых родителей, выпускников и тд. В общем, сарафанное радио. Можно писать письма в частные компании или компании у которых есть бюджет на благотворительность (только делать это нужно до Нового года, лучше в сентябре). Налоговый вычет для компаний на благотворительность им выгоден. Было время, когда мы раздавали на улице рекламные листовки компании-спонсора или носили их логотипы на командных футболках. Все годится.

На ШЧР-2025 ваша команда «Агент умозаключений» забрала две медали — в Основной дисциплине и Эрудит-квартете. Это очень крутой результат, который показывает не только силу команды, но и ее умение играть до конца все три игровых дня чемпионата. При этом для вас «джетлаг» — это совсем не пустое слово. Как вы с этим справляетесь?

Тут один способ — приехать сильно заранее. И спортивный режим… наоборот) Ложиться спать не раньше 22:00, лучше в 23. Вариант «я просто полежу, спать не буду» жестко пресекается. И вставать не раньше 7 утра, лучше позже. Только это и работает.

Джетлага не будет!

Как вы тренируете детей? Есть ли у вас какие-то тренерские фишки, которые вы придумали и реализуете на практике? Если о них можно публично рассказать, конечно.

Конечно, я всегда за то, чтобы поделиться. Но когда меня просят это сделать, оказываюсь в вопросительном тупике. Тренерская работа такая обширная, начиная с поиска денег и заканчивая внутренней мотивацией игроков. Фишки есть. Они часто придумываются под конкретную команду. На одних работают, на другие не заходят. Дети разные, разные команды. Ко мне приходят дети, и я пробую по-разному, стараюсь найти тот вариант, который подойдет конкретной команде. Мечта учителя-предметника об индивидуальном образовании :)

Современные дети имеют возможность заниматься очень разными вещами. Зачастую интеллектуальные игры сильно проигрывают конкуренцию другим активностям. Как вы объясняете детям, зачем надо играть в ответы на вопросики? Какие практические навыки может дать игровая практика для школьника?

Не думаю, что наши игры проигрывают другим активностям. За всё время у меня был только один ребенок, который ушел из команды в профессиональный спорт и очень жалел, что не получается совместить. Дети уходят, это правда, но чаще не из-за предпочтения другому виду деятельности. Обычно, если интеллектуальный спорт интересен, находится возможность совмещать его с другими интересами. Это нормально.

У меня всегда есть дети, которые хотят развиваться в данном направлении. Объясняю ли я им, почему это важно? Нет. Это им либо интересно, либо нет. И тут уговорами и заманиваем/обещаниями не поможешь. Они понимают это сами (или не понимают). У меня богатая копилка примеров этому, например: «если бы не было…ОД (свояка/квартета), то этот блок на всеросе по … я бы не взял». Или: «была безвыходная жизненная ситуация, я не знал, что делать, решил представить в виде цепочки раскрутки вопроса ОД, сделал схему и … нашел выход из создавшегося положения!» и тд. Наши игры дают возможность научится применять те знания, которые они получают в школе и социуме (в отличие, увы, от школы). И это цепляет.

Интеллект и эрудицию обычно принято различать. Так ли это с вашей точки зрения? И что важнее для успешной игры в интеллектуальные игры?

Интеллект — это про способность развиваться. Он есть у подавляющего большинства людей (в разной степени). Эрудиция — это про знашку. Одно другому никогда не мешало и всегда приветствовалось. Другое дело, что в команде не нужно, чтобы все были эрудитами. Достаточно одного, двух. Состав команды должен быть разнообразным и сбалансированным.

Еще раз обратимся к вашему интервью в рубрике Саши Воробьева «Тренер на час». Там вы сказали, что в школьном возрасте очень важна сыгранность коллектива. Успех в школьном возрасте это «Команда — звезда» или «Команда звезд»?

Ни разу не видела школьную «команду звезд». Чтобы 6 человек и все звезды? Нуууу….. если только команда хорошо сбалансирована и каждый игрок звезда в своей роли. Тогда это и есть — «Команда — звезда»! Я за неё!

Когда занимаешься одним делом очень долго, обязательно наступает выгорание. Вы смогли ответить себе на вопрос: зачем вы занимаетесь развитием интеллектуальных игр в вашем регионе? И где вы берете силы не забросить это дело через столько лет?

Здесь всё просто, постараюсь без особого пафоса. Мне интересно. Выгорают, когда рутина, когда одно и то же годами, когда уже скучно. У нас же все динамично.

Как сказал Гарри Бардин: «Наш мир перламутровый, ибо все очень часто меняется».

Фу, интервью!

2025-04-30T22:15:28.601Z

На третьем Детском чемпионате России, который прошел в Санкт-Петербурге 11-12 апреля, ижевская команда «Фу, люди!» взяла золото в основной и дополнительной дисциплинах. Мы записали интервью с командой сразу после награждения.

«Фу, люди!» — победители ДЧР 2025

Первый вопрос традиционный: расскажите историю появления названия вашей команды.

— Это очень оригинальная история. Мне выбирают футболку на «Вайлдберриз», потому что там есть бюджетные футболки.

— Это из-за того, что вначале у нас было две команды.

— Там вообще другой состав был.

— Выбирали мне футболку, нашли футболку «Фу, люди» со смешными кошками.

— И всё, история закончилась.

— Ему выбрали футболку, он на неё смотрит и понимает, что красиво и прикольно. И говорит: «Ну ладно, давайте у нас будет название «Фу, люди», вот и футболка уже есть».

— Нам надо было срочно на «Умку». И мы согласились, потому что других версий не было. Все согласились и купили такие футболки.

Поэтому у «Фу, чипсов» не было вариантов: они просто пошли прицепом. Это ваша младшая команда?

— Это не младшие. Мы в целом все одноклассники. Катя, их капитан, каждую тренировку носила чипсы. Надо было придумать название команде, и они взяли «Фу, чипсы».

— У нас сначала была команда «Котята Шредингера», половина из них стала «Фу, людьми», а половина — «Фу, чипсами».

Как вы тренируетесь, как вы играете?

— Мы одноклассники, у нас есть общий чат. Тренируемся мы каждое воскресенье по два часа.

— Стараемся каждое воскресенье.

— В городской библиотеке.

Добавьте описание

Представьте друг друга или расскажите каждый про себя: кто вы, как вы пришли в интеллектуальные игры, почему вам это интересно.

Фу, люди!

У нас была команда из четырёх человек, которая участвовала во всех математических и интеллектуальных турнирах. Она называлась «41+1», потому что в ней было три человека из 41-го лицея и один мальчик из другой школы. Потом мы решили поехать на очник, добрали двух людей и сыграли «ИграЛось». Просто интересно было. Там мы всё выиграли случайно. И решили, что раз, выиграли, то почему бы не выигрывать дальше.

Наталья Быстрова, мама:

Появились какие-то успехи, тогда решили, что надо тренироваться уже более регулярно. У нас появилась постоянная команда, появилось место, где мы собираемся — городская библиотека, появился Артём, который согласился тренировать команду. И, собственно говоря, так и началось вот это вот всё. Вообще, ребята учатся в одном классе. Класс математический, но у них очень разнообразные интересы, они много где занимаются помимо школы. У каждого из них дополнительные кружки, хобби.

Фу, люди!

— У нас есть Агния, она в театре, например, играет.

— Марина серьёзно занимается гимнастикой, сейчас готовится стать кандидатом в мастера спорта.

— Игорь ходит в музыкальную школу. Скоро её заканчивает.

— Илья вообще всё знает. Он и биологию знает, математику знает, русский знает — он всё знает.

— Саша — призёр олимпиады по астрономии, физике. Увлекается химией.

— Ваня — призёр олимпиад по математике, программированию, физике. Ваня оказался в шаге от выхода на заключительный этап олимпиады, выступая за старшую для себя возрастную категорию.

Какие дисциплины вам нравятся? Как вы к ним относитесь?

Фу, люди!

— Ко всем позитивно. Больше всего, наверное, нравится Эрудит-квартет.

— Конкретно мне больше нравится Брейн-ринг, потому что у нас есть определённая четвёрка в Квартете, которая только и выходит. Нас вообще туда не пускают.

— Да конечно! Почему же они сами говорят «А мы никуда не пойдём»?

— Просто дух команды больше в Брейн-ринге.

«Фу, люди»» ощущают командный дух

Насколько вы активно играете разные турниры, сколько у вас выездов? Как вы их планируете? С какими трудностями сталкиваетесь?

Фу, люди!

— В этом году — пять выездов. И ещё ШЧР впереди.

— У меня родители ругаются из-за того, что я слишком много участвую.

— В этом году мы участвовали в «Умке», Открытом чемпионате Москвы, «Эльке», «ИграЛОСЬ», и вот сейчас ДЧР был.

— И «Воронёнок». В «Воронёнке» Игорь участвовал.

Артём Муравьёв, тренер:

Если не брать синхроны, которые мы играем с целью имитации турнирной ситуации, я частенько отправляю детям какие-то материалы. Надеюсь, они их читают. Это происходит, потому что нет возможности чаще видеть команды, чем мне бы хотелось. Если бы у нас такая возможность была, наверное, мы бы были ещё сильнее. Но надо отметить, что два человека из основной команды тренируются вместе со старшими командами Михаила Эстрина. Ему тоже большое спасибо, потому что без него бы этого всего не было.

В Ижевске есть конкурентная среда, которая позволяет расти игрокам. Особенно в младшем возрасте. Многие тренеры начинают рано работать с детьми. Видимо, это перспективно. На Открытый чемпионат города в группу Н (3-5 класс) иной раз приходит по 50-60 команд. Более 300 детей, многим из которых это нравится самим, а не потому что их родители сюда затащили. Думаю, можно сказать, что интеллектуальные игры в Республике с каждым годом становятся всё популярнее, что не может нас не радовать. Поэтому в группе Д на уровне страны, думаю, в ближайшее время удмуртские команды будут в топах или близко к ним.

Игорь у нас частый игрок в разные квизы. Квизы — это хорошо с точки зрения наращивания базы знаний. Квизы — это нечто разностороннее, там есть вопросы и на логику, и на знайку. Например, перед ДЧР команда моих коллег по работе решила заняться немножко интеллектуальными играми, предложили собрать команду и поиграть в Открытой лиге 60 секунд. Когда я им сказал, что одному мне тяжело играть с ними, новичками, что мне надо поиграть с тем, кто мне будет помогать, и что это будет семиклассник — они на меня посмотрели с улыбкой. А я сказал: «Вы расслабьтесь, вы увидите, как он играет, у вас всё будет хорошо». Спустя некоторое время, перед игрой, они говорили: «А Игорь будет?».

Фу, тренер!.(Артём Муравьев)

Я периодически практикую индивидуальный отыгрыш вопросов, потому что я считаю, что это важно как для роста игрока, так и для высоких результатов команды. Хотя многие говорят, что это командная игра, я считаю, что индивидуальные качества тоже решают. Как команда они уже сформировались, они уже друг с другом не один год. Теперь надо прокачивать индивидуальные скиллы. Мне кажется, что это важно. То, что есть вторая команда, это хорошо. Во-первых, они поддерживают друг-друга, а это, безусловно, придает определенные эмоции. Также есть конкурентная среда, есть люди, которые могут заменить кого-то в случае болезни или отсутствия на турнире. Когда есть конкуренция на тренировках — это залог успешного прогресса команды.

Итак, в пятом классе вы собрались как команда. Как так вышло? Как вы пришли в интеллектуальные игры?

Фу, люди!

— У меня родители ходили на «60 секунд». Я там ласточкой работал. Потом мне стало просто интересно, что они тут читают. Потом меня отправили на интеллектуальные игры.

— Ребята ездили на математические турниры, и там были какие-то интеллектуальные игры.

— И с тех пор всё пошло-поехало. Мы поняли просто, что не хватает определённых знаний, определённых умений раскручивать вопросы, и стали тренироваться.

По пути на «Умку»

В чём вы видите пользу интеллектуальных игр?

Фу, люди!

— Весело.

— Весело. Да, в первую очередь это дофамин. Ну и уроки можно пропустить.

— Ну, уроки-то — дело десятое.

— На турнирах весело проводить время.

— Если есть возможность, почему бы и нет? Согласен полностью.

Вам когда-нибудь в школьной жизни интеллектуальные скиллы пригождались? Условно, вы слышите вопрос от преподавателя и вы ответ придумываете. Вы его не знаете, а придумываете, как это часто случается на интеллектуальных играх.

Фу, люди!

— Я пока этого не замечал.

— Благодаря индивидуальным материалам, которые скидывает Артём, я учила картины. Я никогда их не учила до этого. Теперь я их знаю. Это круто!

— А мне просто знание иногда пригождается. Иногда что-то спрашивают, а я это из свояка знаю. В свояке за 50, а тут вопрос на пятерку.

У вас есть какие-нибудь распределения ролей в команде?

Артём Муравьёв, тренер:

Я никогда не говорил, что кто-то должен знать это, кто-то — то. Мне хочется, чтобы шесть игроков в команде знали всё. Ясно, что всё знать невозможно, но у нас никогда не было такого, что я скидываю задание и говорю определённому человеку: «Это для тебя». Индивидуальные задания, конечно, — индивидуальные, но они для всех индивидуальны одинаково.

Уровень каждого игрока я знаю. Например, я знаю, что есть люди, которые мало спят, и это не влияет на их работу. Это не значит, что не надо больше спать! Но есть те, кому необходимо хорошо поспать перед турниром. Все игроки — индивидуальные личности, но с точки зрения базы подразделений у нас нет. Всё-таки стараемся развивать ребят во всех областях знаний. Это важно.

Мне кажется, что значение командного взаимодействия в целом преувеличено. Многие тренеры говорят: «У нас сыгранность хорошая». Надо понимать, что если собрались шесть индивидуально сильных игроков и какая-нибудь команда, которая 10 лет играет, но при этом они индивидуально не очень сильны, на сыгранности команда не вывезет. Такое моё мнение. Надо развивать параллельно и сыгранность, и индивидуальные качества. Но если сравнивать две сильные команды с сильными индивидуально игроками, но при этом одна сыгранная, а другая нет — конечно, у первой шансов больше. Но мне кажется, превалирующая роль всё-таки в индивидуальных качествах игроков, нежели в сыгранности.

Я понимаю, что школьникам важно ставить технику обсуждения, потому что уровень гениальности в стране примерно одинаковый: умные школьники есть в каждом городе. Команда, которая умеет в технику, победит команду, которая в технику не умеет. А потом в какой-то момент времени начнут решать индивидуальные особенности.

Артём Муравьёв, тренер:

Да-да. Я вообще всегда говорю, что как тренер я могу научить играть в интеллектуальные игры так, как я вижу. Может быть, я что-то не так делаю. По сути, мне дали, как бы это грубо не звучало, либо тесто, либо пластилин. И сказали: «Вот материал. Работай, твори.» Если что-то слепилось — может быть, в данном случае повезло и с детьми, и с тем доверием, которое вызвано со стороны родителей. Может быть, я делал что-то правильно. В тренировочном процессе я слушаю, как команда обсуждает. После невзятого вопроса я сразу им ответ стараюсь не говорить. Я обращаю внимание на какие-то слова. То есть, делаю акцент на ключевых словах, костылях. Очень часто после акцентирования команда выдаёт правильный ответ. Бывает, что они просто не обращают внимания на какие-то слова. Значит, нам есть куда расти. А что касается «Своей игры» — тут, во-первых, просто накачка знаний. Во-вторых, если игроку нравится, он хочет развиваться, он будет сам развиваться. Потому что «Своя игра» больше всего про саморазвитие. На тренировках мы, конечно, прокачиваем базу, но скорее идёт соревнование между игроками, что заставляет их в том числе и индивидуально развиваться.

Команда «Фу, люди!» на ШЧР, скорее всего, будет самой младшей по составу участников и столкнётся с гораздо более серьёзной конкуренцией. Как вы настраиваетесь на этот турнир и какие цели ставите перед собой?

Артём Муравьёв, тренер:

Конечно, мы понимаем, что соревноваться с лучшими интеллектуалами страны, которые старше тебя на год или два — это достаточно тяжело. Задачи и цели на этот ШЧР для нас скорее локальные, нежели глобальные. В дополнительных дисциплинах, думаю, команда уже способна «покусать» соперников. В Основной пока не хватит опыта и некой бинготы, но это дело наживное. Если речь идёт именно о местах, то топ-10 на данный момент будет успешным результатом, но туда очень непросто попасть. Как тренеру, мне очень интересно поглядеть, как ребята будут смотреться на уровне старших, как они выдерживают темп игр. Кстати, думаю, что со вторым проблем быть не должно. По крайней мере, в группе Д они выглядели очень стабильно, значит, уже готовы подняться на другую ступеньку.

Элька 2025

Андрей Ярусов: Хорошо, когда вопросы короткие, без лишней информации

2025-03-30T17:35:01.236Z

В этом году ОК ШЧР и Михаил Малкин провели конкурс молодых авторов. Победителем конкурса стал Андрей Ярусов, игрок пермской команды «Хлопок одной шаньгой». Обсудили с Андреем конкурс, написание вопросов, а также его историю как игрока и начинающего автора.

Андрей Ярусов на Чемпионате ПФО, март 2025

Расскажи, пожалуйста о том, как давно ты начал играть в интеллектуальные игры, про людей, которые тебя привели в этот мир и про команды, в которых ты играл.

Во втором классе школа отправила меня на чемпионат района, который проводили Сергей Михайлович Егоркин и Константин Александрович Костенко. Даже не помню, как команда называлась. Мы всё время проигрывали, но отвечать на вопросы было интересно. В пятом классе я перевелся в другую школу, где меня взяла в команду Угольникова Екатерина Викторовна. Оказалось, что можно не только ходить на игру раз в два месяца, но и тренироваться. Стало ещё интереснее. В конце пятого класса мы написали какой-то конкурс, довольно неплохо, и нас позвал Александр Валентинович Пономарёв. Теперь тренируюсь у него в краевом центре «Муравейник», играю за «Хлопок». А ещё за «Жабиков» играю, кстати.

«Хлопок одной шаньгой», победители ШЧР 2023 в группе М.
Ярослав Перевощиков забыл про награждение и ушел играть в баскетбол.

Во втором классе прийти играть вопросики — это, кажется, довольно рано. Не было у тебя ощущения, что это какой-то странный формат и что с ним делать — не ясно?

Формат был странным, но клёвым. Но как играть, было действительно не особо понятно.

С какого возраста, с твоей точки зрения, стоит приходить в интеллектуальные игры? Стоит ли тренерам активно набирать в команды учеников начальной школы?

Это скорее бесполезно, но если кому-то интересно таким заниматься, то почему бы и нет. Приходить, наверное, можно класса с пятого, можно позже. Можно и в девятом-десятом классе прийти и почти сразу нормально заиграть (Привет Кира, Дима и Ярик!)

На очниках и фестивалях ты часто приезжаешь с шарфом мини-футбольного клуба «Ухта», но сам ты из Перми. Расскажи, почему «Ухта», а не «Амкар».

У меня дядя живет в Ухте, там есть мини-футбольный клуб, когда-то он подарил мне шарфик, теперь хожу с ним. Кстати, моя двоюродная сестра Анна Ярусова в 2020 году выиграла школьный чемпионат Республики Коми.

Тот самый шарфик и много-много людей на Умке

В этом году ты принял участие в конкурсе молодых редакторов и получил право написать свой тур для одного из отборочных пакетов. Почему ты решил участвовать в конкурсе? Как давно ты пишешь вопросы?

В прошлом году у нас в городе прикрыли премию для школьников, и у меня стало меньше денег. Увидел объявление про конкурс молодых авторов, спросил Артёма Сапожникова дают ли молодым авторам за тур деньги, он сказал, что вроде как да. А ещё там было написано, что тур будет писаться под руководством Михаила Малкина. Меня на его вопросах регулярно пропирает. И ШЧР мы тоже на его туре по сути выиграли. В общем, звезды сошлись, решил поучаствовать, вдруг что-нибудь получится.

Вопросики пишу класса с шестого. Сначала они нигде не игрались (и слава богу!). Потом ко мне в 2023 году пришел Вася Онучин и предложил написать тур на «Камфест». Потом этот синхрон отыграл Даниил Нестеренко и позвал меня что-то написать для их синхрона. Ещё писал вопросы на краевой кубок 5-7 классов в этом и прошлом году и на «Дело рук самих утопающих». На все предложения с радостью соглашался.

«Дело рук самих утопающих». Кира Золотовская, Миша Федосеев и Андрей Ярусов.
Первый вопрос оказался гробом.

Вопросы и знания не берутся из воздуха. Расскажи, что ты читаешь, смотришь. Что ты советуешь читать людям, которые хотят развиваться в интеллектуальных играх.

Читаю базу вопросов, когда времени побольше –- могу всякие книжки почитать. Иногда документалку какую-нибудь смотрю. Там достаточно поводов для вопросов.(в документалках и книжках, не в базе:) Чтобы развиваться как игрок, надо базу играть и лучше брать пакеты после 2010 года, конечно.

У каждого автора и редактора есть свои принципы вопросописания. Каких принципов придерживаешься ты?

Наверное самых обычных. Хорошо, когда вопросы короткие, без лишней информации. Чтобы поменьше всяких ИКСОВ, АЛЬФ и других нерусских букв; чтобы всем игрокам был понятен язык; чтобы свояка было поменьше. А то приходит человек с улицы к нам, ничего не понимает и уходит. Это грустно. Получается так делать далеко не всегда, к сожалению.

Ты начал писать вопросики не только для себя или для своих, но и для больших турниров. В чем для тебя смысл такого занятия?

Да это не особо большие турниры. Написание вопросов немного влияет на собственную игру, лучше начинаешь понимать, как это все работает. Про смысл довольно сложно ответить. Обычно вижу интересный (или не очень) факт, и становится жалко, что по нему ещё не написан вопрос. Зачем добру пропадать? Приходится что-то писать.

Тебе приходилось редактировать чужие вопросы?

Вроде бы нет, кто я такой, чтобы редактировать чужие вопросы? Однажды правда на ДРСУ убрал из чужого комментария неприличное слово, которое дети не должны знать.

Как ты относишься к критике своих вопросов, и в чем ты видишь пользу такой критики?

К адекватным людям себя не отношу, поэтому критика — штука очень нужная. Написал вопрос, протестировал, сказали, что он не очень, выкинул в свояк. Обычное дело. Иногда, конечно, грустно. Но пусть лучше будет грустно мне, чем тем людям, которые это отыграют. Тестеры — очень полезные люди, стараюсь всё делать как они говорят, им лучше знать.

Стандартная ситуация: ты тестируешь вопросики, и тебе тестеры накидывают противоположные мнения — оставить вопрос или убрать. Чему ты больше доверяешь — тестерам или своей чуйке?

Конечно, тестерам. Если у них противоположные мнения, то склоняюсь в сторону тех, которых больше и которых считаю более адекватными.

Существуют ли критерии «хорошего вопроса» для тебя?

Хороший вопрос рассказывает о какой-то интересной истории или что-то вроде того, а не про поменять кучу букв в куче слов и переставить всё местами. Мне так кажется. Бывает, что некоторые вопросы просто очень сильно запоминаются и производят вау-эффект, не знаю насколько они хорошие, но и такие тоже есть.

Насколько часто ты ругаешь вопросы после турнира? Или ты уже смотришь них с авторско-редакторской точки зрения?

Я же не редактор, так что особо наверное не умею смотреть с их точки зрения. Иногда что-то меня подбешивает, конечно. Стараюсь особо не ругаться, получается не всегда. Раньше ругался больше, сейчас то ли подрос, то ли турниры стали лучше писаться. В этом году на всех очниках, которые отыграл были клевые пакеты. Как игрока меня скорее интересует плюс в табличке, чем всё остальное.

Команда «Хлопок одной шаньгой» получила много плюсиков и заняла второе место на ШЧР 2024