@slushay_israel

Дом Господа

2025-08-23T20:11:53.806Z

При раскопках иудейской крепости в верхней части города был найден архив коменданта крепости с большим количеством писем VII века до н. э. на иврите, нанесённых чернилами на глиняные черепки. Остраконы (надписи на черепках) свидетельствуют о политических и военных событиях в Иудее времён Первого Храма, о конфликте с Эдомом и соответствующих военных мероприятиях: перемещения войск, усиление крепостных гарнизонов, инструктирование кипрских наёмников (возможно, как-то связанных с филистимлянами — кстати, выходцами из Кипра, сошедшими на тот момент с исторической арены), распределение продовольствия — муки, масла и вина, присланных из смежных районов (возможно, в качестве царского налога).

Большинство писем составляют архив крупного военного сановника Эльяшива бен Ошияhу, командовавшего крепостью на последнем этапе её существования. Среди остраконов Арада находится письмо одного из иудейских царей, в котором упоминается египетский фараон.

Рассматриваемый нами остракон № 18 упоминает Храм Соломона.

Перевод Рами Юдовина
Первая сторона остракона:
«Предназначено моему господину, Эли-
яшиву. YHWH (имя Бога)
да справится о твоём благополучии. А теперь
выдай Шмарьяhу
меру (неизвестное обозначение меры веса, возможно половина хомера), и Кераси (потомку Кероса, упоминаемого в кн. Неемии 7:47)
выдай хомер. А в отношении того,
что велено мне — благополучно.
(В) Доме YHWH

Вторая сторона остракона:
Он пребывает».

Это послание было отправлено коменданту крепости Арада Элияшиву одним из его подчинённых. Из письма следует, что он находится в Иерусалиме по поручению своего начальника. Отправитель письма посчитал нужным остаться инкогнито — впрочем, вероятно, существовал обычай в некоторых случаях объявлять имя отправителя через посыльного.

В письме зафиксирован древний вид благословения:
«Да справится YHWH о твоём благополучии».

Такая форма не встречается в лахишских письмах (VII в. до н. э.), но имеет распространение в более древний, ханаанский период. Мы не можем точно сказать, были ли установленные, традиционные формы приветствий, или можно было выбрать благословение из разных существующих вариантов — и даже придумать своё. Смысл этого благословения примерно такой: «Да позаботится о тебе Господь».

В четвёртой строке письма звучит повеление «выдай» (тэн). На первый взгляд несколько странно — подчинённый как бы отдаёт приказ своему начальнику. Возможно, такая форма свидетельствует о сложившейся традиции выдачи продуктов в администрации Иудеи.

И теперь самое интересное и сенсационное.

В 9 и 10 строках остракона написано: «(В) Доме YHWH он пребывает».

Видимо, речь идёт о поручении Элияшиву, в котором требовалось, придерживаясь древней традиции городов-убежищ, спрятать кого-то в Храме, служившем защитой для гонимых.

Известно, что Домом YHWH называли любой храм, посвящённый Богу Израиля. Например:
«Когда же вскормила его, пошла с ним в Шило (Силом), взяв три тельца [и хлебы] и одну ефу муки и мех вина, и пришла в Дом YHWH (Господа) в Шило (Силом), [и отрок с ними]; отрок же был ещё дитя» (1 Цар. 1:24).

Однако во времена иудейского царя Иошияhу (Иосии) была проведена полная религиозная реформа, в рамках которой были разрушены храмы, жертвенники, высоты по всей стране и учреждено единое место поклонения Богу Израиля — Иерусалимский храм:
«И вывел всех жрецов из городов Иудейских, и осквернил высоты, на которых совершали курения жрецы, от Гевы до Вирсавии, и разрушил высоты пред воротами — ту, которая у входа в ворота Иисуса градоначальника, и ту, которая на левой стороне у городских ворот» (4-Цар. 23:8–9).

«Он разрушил жертвенники и посвящённые дерева, и кумиры разбил в прах, и все статуи сокрушил по всей земле Израильской, и возвратился в Иерусалим. В восемнадцатый год царствования своего, по очищении земли и дома Божия, он послал Шафана, сына Ацалии, и Маасею градоначальника, и Иоаха, сына Иоахазова, дееписателя, возобновить дом Господа Бога своего. И пришли они к Хелкии первосвященнику, и отдали серебро, принесённое в дом Божий, которое левиты, стоящие на страже у порога, собрали из рук Манассии и Ефрема и всех прочих Израильтян, и от всего Иуды и Вениамина, и от жителей Иерусалима, и отдали в руки производителям работ, приставленным к дому Господню» (2-Пар. 34:7–10).

Значение этого остракона трудно переоценить — ведь он является из внебиблейских источников чуть ли не единственным свидетельством существования Первого Храма.

Рами Юдовин

Законы войны и военные преступления с точки зрения авторов Писания (окончание)

2025-08-16T19:55:12.828Z

Можно допустить, что подобного рода памятник царю Ая — не только акт милосердия, но и напоминание всем, кто сопротивляется сынам Израиля. Однако закон о захоронении трупов записан в книге Дварим: «Не дай трупу висеть всю ночь на дереве и погреби его в тот же день…» (Двар. 21:22).

Теперь о деревьях. Прекрасная метафора, сравнивающая человека с полевым деревом (Двар. 20:19), говорит и о бережном отношении к деревьям, приносящим плоды, и о том, что нельзя уничтожать экономические ресурсы города, обрекая население на голодную смерть. Нужно думать, с кого брать дань после войны.

Для ассирийцев осада — это попытка заморить голодом жителей осаждённого города: «Закроем ворота, срубим деревья, вырубим плодовые сады вокруг города».
«Мы осадили город, окружили его стенами, лишили воды, вырубили деревья вокруг, блокировали поставку еды».
Скорее всего, ассирийцы так поступали для устрашения других, чтобы города сдавались без сопротивления.

На Ближнем Востоке деревья особенно почитали, даже существовал культ деревьев. В тени можно было укрыться от испепеляющего зноя. Фиговые, гранатовые, оливковые и финиковые плоды наряду с бобовыми и зерновыми были основным источником питания и предметом торговли. Проходят годы, пока дерево принесёт первые плоды. Финиковая пальма стоила примерно 20 шекелей (по древнему курсу) — цена раба.

В письмах Мари есть фраза: «Из-за того, что они отрубили голову (некоему человеку), я срубил их пальму». И до сих пор на Ближнем Востоке уничтожение плодоносящих деревьев считается преступлением.

Порой радикально настроенные поселенцы в Иудее и Самарии в рамках так называемого «таг мехир» (ценник, отместка) вырубают и выкорчёвывают оливковые деревья палестинцев, уподобляясь ассирийцам.

На аккадском одно слово «накасу» обозначало и вырубку деревьев, и обезглавливание. На иврите «к-р-т» — то же самое. С точки зрения ассирийцев, нарушителя вассальных договоров жестоко наказывали.

Из договора ассирийского царя Ашшур-аха-иддина (Эсархаддон) и Раматайи, правителя города Ураказабан:
«Да не дарует он [Ашшур] тебе никогда отцовства».
«[Пусть бог, дающий] имя и семя, уничтожит твое имя и твое семя [из земли]».
«[Точно так же, как семя] лошака [бесплодно], [пусть твое имя,] твое семя и семя [твоих сыновей] и твоих [дочерей] будут уничтожены] с земли».

Аналогичные проклятия мы видим в договоре хеттского царя Тудхалийаса IV и Ульми-Тешуб (XIII век до н.э.), который ещё и содержит запрет изменять слова договора:
«Пусть... тысяча богов этой скрижали искоренят потомков этого человека из земли Хатти».

Подобное мы видим в договоре между Богом Израиля и его народом. За нарушение пунктов «контракта» страшные проклятия народ настигнут (прилагается подробный список).

Из нескольких примеров «проклятий» книги Дварим, одно, после злодеяний ХАМАСа 7/10, заставляет содрогнуться:
«Предаст тебя Господь на поражение врагам твоим… Сыны твои и дочери твои будут отданы другому народу, и глаза твои будут смотреть в мучительном ожидании» (Двар. 28).

В Писании есть один любопытный фрагмент, где пророк Элиша (Елисей) после беседы с арамейским военачальником Хазаэлем увидел, какое зло тот причинит сынам Израиля, когда станет царём Арама:
«Крепости их ты предашь огню, юношей их умертвишь мечом, младенцев их размозжишь, беременных их рассечёшь».

Вместо того чтобы ужаснуться, Хазаэль восторженно произнёс: «Кто я такой, чтобы сделать такое великое деяние» (Мел. II (4-Цар. 8:12-14).

Иудейский пророк Амос желает изменить ситуацию. Он первый обозначает и осуждает военные преступления.
Давайте посмотрим, что именно осуждает пророк.

Амос от Имени Бога обвиняет Арам в военных преступлениях, перечисляя их:
«Так сказал Господь: за три преступления Дамаска и (даже) за четыре Я не накажу его: а вот за молотьбу Гильада железными молотилами Я пошлю огонь на дом Хазаэля» (Ам. 1:3-4).

Гильад — спорная территория Израиля на границе с Арамом. Сирийцы, захватив город, применяли тяжёлые молотильные орудия, чтобы дробить поля, дома и людей подобно зерну.

Пророк негодует на Газу:
«Так сказал Господь: за три преступления Газы и (даже) за четыре Я не накажу его: а за полное изгнание всех, чтобы предать Эдому Я пошлю огонь на стены Газы…» (Ам. 1:6:7).
«… за три преступления Цора и (даже) за четыре Я не накажу: а за то, что предали всех изгнанников и не помнили братского союза Я пошлю огонь на стены Цора…» (Ам. 1:10).
«…за три преступления Эдома и (даже) за четыре Я не накажу: а за то, что преследовал с мечом он брата своего и отбросил жалость свою и буйствовал гнев его… Я пошлю огонь…» (Ам. 1:11-12).
«… за три преступления сынов Аммона и (даже) за четыре Я не накажу: а за то, что они вспарывали животы беременных в Гильаде, чтобы расширить границы свои, разожгу Я огонь в стенах Раббы…» (Ам. 1:14).
«…за три преступления Моава и (даже) за четыре Я не накажу: а за то, что пережёг в известь кости царя Эдома Я пошлю огонь на Моав…» (Ам. 2;1-2).

Амос не обошёл вниманием Иудею, вменив ей не военные преступления, а нарушения законов Учения Господа (Ам. 2:4).

Израиль тоже будет наказан за продажу в рабство праведников и бедняков, за прелюбодеяния, за взятие в залог верхней одежды бедняков и за идолопоклонство (Ам. 2:6:8).

В библейском тексте говорится о преступлениях, за которые нет прощения. Некоторые из них — военные, поражающие своей жестокостью. Другие, как в случае Израиля и Иудеи, — грехи против Бога и угнетение слабых.

Амос тщетно призывал дом Израиля к справедливости и милосердию:
«Обратитесь к добру, а не ко злу, чтобы жить вам.… Восстановите правосудие во вратах (судах) и может помилует вас Господь» (Ам. 5:14-15).

Слова пророка актуальны и по сей день…

Рами Юдовин

Законы войны и военные преступления с точки зрения авторов Писания (часть 2)

2025-07-26T19:47:11.911Z

Штурм Лахиша. Деталь барельефа из Ниневии времени правления Синаххериба. Сейчас хранится в Британском музее / ©wikipedia.org / Автор: Никита Тарасов

Для начала нужно вспомнить, когда была составлена книга Дварим. По всем признакам — не ранее восьмого века до н. э. Впрочем, это не исключает наличия древнейших преданий, вошедших в эту книгу.

Итак, середина восьмого века до н. э. Против Иудеи сформировался союз Израиля (царь Пеках) и Дамаска (Рецина). Цель — захватить Иерусалим и сместить иудейского царя Ахаза, сторонника Ассирии.

Армии двух царств двинулись на Иерусалим. В бой вступило войско Ахаза, но потерпело сокрушительное поражение — 120 тыс. погибших (2 Хрон. 28:6), остаток бежал в столицу. Иерусалим оказался в осаде. Израильтяне и арамеи (сирийцы) не смогли взять укреплённую столицу, но и не отступали.

Воспользовавшись уязвимым положением Иудеи, филистимляне захватили ряд пограничных городов (2 Хрон. 28:18), а с юга напали эдомитяне, грабя окрестности и увозя иудеев в плен. Они вновь отобрали Эцион‑Гевер (Эйлат), лишив Иудею выхода к Красному морю.

Ахаз, будучи в безвыходном положении, обратился за поддержкой к Тиглат‑Паласару III. Он признал себя вассалом Ассирии и отправил дары — золото и серебро из Храма и дворца.

Ассирийцы, почуяв добычу, пришли на помощь.

Правление Рецина закончилось в 732 г. до н. э., когда Тиглат‑Паласар III разграбил Дамаск и присоединил Арам.

Анналы Тиглат‑Паласара III сообщают:
«Дабы спасти свою жизнь, он (Раḫиāну — Рецин) один бежал и вошёл в ворота своего города, словно мангуст.
Я насадил на кол перед глазами народа лучших его людей.
Сорок пять дней держал его город в осаде и самого его, как птицу в клетке.
Срубил его посевы […] сады, их невозможно сосчитать; я не оставил ни одного.
Из Хадары, дома Рахиану земли Дамаск, [места] где он родился, я увёл 800 человек с их имуществом, их волами, их овцами и козами.
Я увёл 750 пленников из городов Куруша (и) Самайя, (а также) 550 пленников из города Метуна. Как в рассказах о потопе, я разрушил 591 город, 16 округов земли Дамаск» (RINAP 1, Tiglath‑Pileser III 20, l. 8–17).

Ассирийские надписи фиксируют трёхлетнюю кампанию в Леванте 734–732 гг. до н. э.

В первый год ассирийцы напали на финикийцев и разграбили прибрежные города Тир и Сидон.

Во второй — опустошили Арам и арабов Трансиордании, подчинявшихся царице Шамси.

На третий — взяли Дамаск и убили Рецина. Затем разрушили города Северного Израиля, убили Пекаха и назначили Ошею (последнего царя Израиля) править в Самарии.

Упоминание о дани Ахаза подтверждается ассирийскими записями.
Анналы Тиглат‑Паласара III перечисляют царей в южном Леванте, плативших ему дань:
«Золотом, серебром, оловом, разноцветными одеждами, льняными одеждами, красно‑фиолетовой шерстью, [всеми видами] дорогих вещей, продуктами моря (и) суши, товарами их земель, царскими сокровищами, лошадьми (и) мулами, запряжёнными в ярмо…».

В списке царей — Иоахаз Иудейский.

В ассирийской надписи царя Тиглат‑Пилесера III Ахаз упоминается уже как Йеhоахаз (Господь удержал). Очевидно, это его полное имя с теофорным элементом имени YHWH — Бога Израиля, тогда как авторы Писания, критически настроенные к «грешному царю», называют его просто «Ахаз».

Ассирийская империя жестоко наказывала непокорных. Один из наглядных примеров ужасающей жестокости — Лахишский рельеф.

Лахишский рельеф в Британском музее. © The Trustees of the British Museum. Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 International (CC BY-NC-SA 4.0) licencе

Осада Лахиша и его завоевание профессиональной армией ассирийского царя Санхерива в 701 году до н. э. — наиболее хорошо документированное событие.
Большой рельеф на стене царского дворца в Ниневии показывал общий вид Лахиша, его осаду, пленение, жесточайшие казни и изгнание жителей.

Очевидно, рельеф выполнен в Ассирии по подготовительным рисункам, сделанным непосредственно во время боевых действий художником, который наблюдал за происходившим из лагеря Санхерива.

Весьма подробно показаны детали ассирийской осады — например, стенобитные тараны, которые нападавшие втащили на построенные вдоль городских стен валы.

Иудеи стремились сжечь эти деревянные тараны с подвижными кожаными частями, бросая в них факелы, но ассирийцы не давали им загореться, поливая водой.

Археологи нашли множество следов упорной битвы: сотни железных наконечников от стрел, камни от пращи, обуглившиеся бревна и огромные камни, которые сбрасывали со стен города на головы осаждавших.

Огромные усилия удержать город оказались тщетны. Лахиш пал. Начались показательные устрашающие казни.

С живых пленных сдирали кожу, отрывали части тела, рубили головы, перерезали горла, протыкали кольями.

Ассирийский воин казнит плененного жителя Лахиша. Ассирийский барельеф из коллекции Британского музея / ©wikipedia.org

Ассирийцы оскверняли трупы, вешали, не давая хоронить. Во время своих осад они вырубали плодовые деревья.

Так они расправлялись со всеми, кто не желал быть частью ассирийской империи.

Иудейское царство зависело от Ассирии более ста лет. Именно в это время был создан основной свод Писания.

Пророк Исайя призывал Ахаза быть верным Богу Израиля — но царь предпочёл подчиниться Ассирии. Это привело к миру и безопасности, но, согласно Писанию, нанесло духовный урон.

Священники и пророки сопротивлялись ассирийскому влиянию, создавая альтернативные законы и правила — в том числе идущие вразрез с жесточайшими ассирийскими традициями ведения войны.

И вот на фоне злодеяний ассирийцев появляются истории, одна из которых — о легендарном Йеошуа, сыне Нуна (Иисус Навин).

Он повесил царя города Ая, но «как зашло солнце, приказал Йеошуа, и сняли труп с дерева, и бросили его у входа во врата города, и возвели огромную груду камней (что стоит до сего дня)».

Даже к врагам проявляли уважение — не злили их души, которые, если не упокоить под камнями, по древнейшим поверьям, будут мстить.

Продолжение следует.

Рами Юдовин

Законы войны и военные преступления с точки зрения авторов Писания

2025-07-19T22:08:48.448Z

Фрагмент "Стелы Меши", или "Маовитского камня". В настоящий момент стела хранится в Лувре.

В 20-й главе книги Дварим (Второзаконие) изложены законы войны, регулирующие ведение боевых действий. Как ни странно, эти предписания отличаются гуманностью и стремлением к минимизации разрушений — что выделяет их на фоне военных практик других народов того времени.

Перед началом войны священник должен ободрить войско, напомнив, что Господь Воинств со своей армией поможет одержать победу, поэтому «не трепещите перед ними и не ужасайтесь их».

Несмотря на всеобщую военную повинность, причины освобождения от службы были, между прочим, совершенно иные — чем сейчас.

На «призывном пункте» их объявляли «шотрим» (с аккадского: служители, надсмотрщики):
Построил новый дом, но не успел пожить в нём.
Насадил виноградник, но не собрал с него урожай.
Обручился с женщиной, но не взял её.
Робкие сердцем — пусть идут домой.

В тексте Дварим речь идёт не о больших сражениях в открытом поле, а об осаде городов. Перед осадой предлагается мирный договор — то есть условия сдачи.

Если жители соглашаются, они становятся подданными и обязаны выплачивать дань. В случае сопротивления: «порази всех мужчин остриём меча, а женщин и детей, и скот, и всё, что будет в этом городе, всю добычу его возьми себе…» (Двар. 20:14).

При осаде города нельзя уничтожать плодовые деревья — ведь ты сам можешь воспользоваться плодами; другие деревья, не приносящие плод, разрешается вырубать для строительства осадных сооружений (Двар. 20:20).

Категорически запрещается убивать невинных — тех, кто не оказывает тебе сопротивления. Найденное в поле тело, неизвестно кем убитое, следует похоронить с почестями и провозгласить: «руки наши не пролили крови сей, и глаза наши не видели» (Двар. 21:1–8).

Попытаемся разобраться, откуда такое «милосердие».

Начнём с того, что это правила только для имперских войн: «Так поступай со всеми городами, весьма отдалёнными от тебя…» (Двар. 20:15).
А вот своих непосредственных соседей щадить не рекомендуется: «в городах этих народов, которые Господь Бог даёт тебе в удел, не оставляй в живых ни души. Совершенно истреби их: Хетта, Эморея, Хананея…».

Причина столь жестокого отношения — «дабы они не научили вас своим мерзостям» (Двар. 20:17–18).

Нелишне добавить, что истребления окрестных народов не было и в помине — подобные указания приписаны священниками легендарному Моше (Моисею), с целью отвратить народ Израиля от сближения с язычниками, поклоняющимися другим богам.

В Торе есть прекрасная строка, объясняющая запрет на вырубку плодовых деревьев:
«Человек — дерево полевое, (разве) уйдёт оно от тебя в осаду?» (Двар. 20:19).

Можно предположить, что авторы Дварим вывели это постановление из исторического события, связанного с осадой города.

Войска коалиции, состоящей из израильского, иудейского и эдомского царей, осадили город моавитского царя Меши (Месы), который после смерти могущественного царя Ахава перестал платить дань Израилю (Мел. 2 (4-Цар.) 3:4–5).

Перед нападением, по обычаям древнего мира, требовалось вопросить пророка об успехе предприятия.

Пророк Элиша (Елисей) одобряет войну, обещает, что Господь отдаст Моав в руки царей, которые жестоко накажут бунтовщиков и уничтожат плодовые деревья и источники воды — чтобы вызвать голод в осаждённых городах:
«Он и Моава отдаст в руки ваши, и вы поразите все укреплённые города, и все города главные, и все лучшие деревья свалите…» (Мел. 2 (4-Цар.) 3:19).

Похоже, пророку было неизвестно постановление о запрете вырубки плодоносных деревьев. Скорее всего, закон об охране природных насаждений появился после жизни пророка, или Элиша о нём ничего не знал — пренебрёг им, что вряд ли.

Согласно Писанию, Моав не был захвачен. Книга Царств объясняет это жертвой первенца, которую царь Моава принёс своему богу:
«Тогда взял он сына своего первенца, который должен был царствовать после него, и принёс его в жертву всесожжения на городской стене. И воспылал великий гнев на Израиль, и пришлось им отступить и вернуться в (свою) землю» (Мел. 2 (4-Цар.) 3:27).

В 1856 году эльзасский священник Ф. А. Клайн в Дибане (Иордания) обнаружил монолит с текстом на финикийском — так называемый «Моавитский камень», или «Стела Меши».

Текст повествует о благодарности Меши богу Кемоша за победу. Меша завоевал Атарот, в котором жили «люди Гада» (одно из колен Израиля).
Моавитский царь истребил всё население Атарота, затем поселил жителей Шарона в этот город. Меша также захватил израильский город Нево, принёс всех его жителей в жертву божеству Аштар-Кемошу, а сосуды из местного храма взял в качестве трофея:

«И люди Гада жили в земле Атарот издревле, построил себе царь Исраэля Атарот.
Воевал я против города и взял его.
Убил я весь народ города — в жертвоприношение для Кемоша и для Моава.
Принёс я оттуда жертвенник Даудо (Давида?) и протащил его пред лицом Кемоша в Керийоте.
Поселил я в нём (в Атароте) людей (из) Шарона и лю[дей] из Махарат.
Сказал мне Кемош: «Иди, возьми Нево у Израиля».
Пошёл я ночью и воевал против него от ранней зари до полудня.
Захватил я его и убил всех: семь тысяч жителей и пришельцев.
А также женщин и пришелиц, и рабынь. Ибо Аштар-Кемошу заклял я его (Нево).
Взял оттуда сосуды YHWH (Имя Бога Израиля) и принёс их пред лицом Кемоша…»

Из этого документа можно предположить, что «гнев на Израиль» проявился в ужасающей трагедии жителей — преданных заклятию городов.

Впоследствии иудейские священники, анализируя причины поражения Израиля, связали его с жестоким обращением с невинными деревьями (символами божественного благословения) и ввели запрет уничтожать их даже во время осады.

Однако есть нюанс.

Приграничные к Израилю города Моава (территория современной Иордании) с большой натяжкой можно отнести к «отдалённым городам», о которых написано в Дварим — поэтому ответ на происхождение «милосердных законов» стоит поискать в другом месте.

Продолжение следует

Рами Юдовин

Неизвестный библейский отрывок

2025-07-12T18:52:25.004Z

Фрагменты свитков Мёртвого моря на экспозиции в Археологическом музее в Аммане. Gary Jones, December 2002

Месть царя Нахаша

Ранее неизвестный текст (4QSama), повествующий о событиях времён царя Шаула (Саула), был найден в Кумране.

Кусок скрученной кожи бесценного текста пролежал до сентября 1952 года — пока не был обнаружен бедуинами-любителями под самым носом ученых-археологов, в самой знаменитой четвертой кумранской пещере.

Иудейский летописец Иосиф Флавий подробно описал историю про царя Нахаша (Нааса) — которая не вошла в общепринятую, масоретскую версию Первой книги Царств, 11-ой главы.

«Спустя месяц после этого Саул снискал себе всеобщее уважение путем войны с аммонитским царем Наасом, который с огромным и отлично вооруженным войском двинулся на живших по ту сторону Иордана иудеев, причинил им массу зла и разрушил и покорил их города, причем не удовольствовался этими насилиями и жестокостями, но сумел коварною хитростью лишить этих евреев и в будущем возможности стряхнуть с себя его иго; дело в том, что он велел выкалывать правый глаз всем тем, которые сдавались ему на слово или которые попадали к нему в качестве военнопленных. Делал он это для того, чтобы лишить этих людей раз навсегда способности к военной службе, потому что левый глаз оставался у них в бою прикрытым щитом. Поступив таким образом с жившими по ту сторону Иордана евреями, царь аммонитский пошел походом также против галаадцев. Расположившись станом вблизи главного города последних, Иависа, он послал к ним послов с требованием немедленно сдаться ему на условии, в силу которого у каждого из них должен быть выколот правый глаз, и под угрозой, что в противном случае они подвергнутся осаде, а города их полнейшему разрушению; итак, им предоставляется выбор, желают ли они потерпеть ничтожное увечье или же совершенно погибнуть. В страшном смятении галаадцы не решались дать окончательный ответ, не зная, сдаться ли им или воевать с врагами, и просили о предоставлении им семидневного срока для того, чтобы они могли послать к своим единоплеменникам с просьбою о помощи: если последняя будет им оказана, говорили они, они готовы вступить в борьбу, если же они получат отказ, то сдадутся ему на требуемых им условиях.

Наас, не придавший большого значения силам галаадцев и их ответу, предоставил им просимую отсрочку и разрешил им обратиться за помощью к союзникам. Ввиду этого галаадцы отправили посольства во все города израильтян с извещением об условиях Нааса и о том затруднительном положении, в котором они очутились. Евреев это известие о стесненном состоянии жителей Иависа повергло в печаль и слезы, но страх пред врагами лишал их возможности, помимо этого, что-нибудь сделать в пользу своих соотечественников. Когда послы прибыли в город царя Саула и рассказали об опасности, угрожающей жителям Иависа, то и здесь население почувствовало такое же сострадание к печальному положению своих сородичей. И вот Саул, возвращаясь в город со своих полевых работ, нашел среди населения стон и вопль и, спросив о причине этой печали и такого смятения, узнал от послов все подробности. Тогда дух Божий обуял его, и он отпустил послов восвояси, обещав прийти к ним на помощь на третий день и разбить врагов еще до восхода солнца, для того чтобы дневное светило озарило их уже победителями и освобожденными от всяких страхов. Вместе с тем он оставил у себя нескольких послов для того, чтобы они могли ему послужить в качестве проводников в пути».(Иуд. др. кн. 6; гл. 5)

В начале отрывка 4QSama фигурирует персонаж под именем «Нахаш, царь сынов Аммона», а в продолжении — как «Нахаш Аммонитянин». Представление царя полным титулом (первый вариант) характерно для Писания.

Подлинность 4QSama представляется весьма правдоподобной. Вероятно, этот текст был случайно пропущен на очень раннем этапе — по ошибке переписчика. Также возможно, что данный отрывок был пропущен намеренно — по идеологическим соображениям, так как повествует о позоре, причинённом сынам Израиля, которые жили за Иорданом.

Переписчик 4QSama, судя по почерку, был высокой квалификации — буквы четкие, строчки очень ровные. К сожалению, текст значительно пострадал от червей. Кожа, на которой выполнена запись, стала тёмно-коричневой от мочи животных.

Текст 4QSama был скопирован из одной из версий Первой книги Царств между 50–25 гг. до н.э., об этом свидетельствуют тип шрифта и данные углеродного анализа кожи.

Любопытно, что имя Давид (דוד) в тексте из Кумрана пишется через букву י йуд (דויד), хотя в более поздней масоретской версии имя легендарного царя не содержит этой буквы.

Отрывок 4QSama позволяет восстановить текст, выпавший из масоретской версии Писания.

Аммонитский царь Нахаш (Наас), судя по найденному тексту, в наказание за бунт — выколол правый глаз каждому мужчине из племени Гада и Реувена.

Бойцы с выколотым правым глазом теряют точность попадания из лука — становятся менее эффективными в бою.

[ונ]חש מלך בני עמון הוא לחץ את בני גד ואת בני ראובן בחזקה ונקר להם כ[ול]
עין ימין ונתן אי[מה ופחד] על [י]שראל ולוא נשאר איש בבני ישראל בע[בר]
[הירדן אש]ר ל[וא נ]קר לו נח[ש מלך] בני עמון כל עין ימין רק שבעת אלפים איש
ויהי כמו חדש ויעל נחש ויעל נחש העמוני ויחן על יביש [גלעד]
[נסו מפני] בני עמון ויבאו אל [י]בש גלעד ויאמרו כול אנשי יביש אל נחש
[העמוני כרת] ל[נו ברית ונעבדך ויאמר א]ל[יה]ם נחש [העמוני בזות] אכ[רת לכם]

Перевод Рами Юдовина:

— «[И На]хаш, царь сынов Аммона, жестоко подавил сынов Гада и сынов Реувена, и он выбил в[сем] им по правому глазу и поразил Израиль у[жасом и смертью]. Не осталось ни одного среди сынов Израиля за [Иорданом, чей] правый глаз н[е был вы]бит Наха[шем, царём] сынов Аммона; кроме семи тысяч человек [бежавших от] сынов Аммона и пришедших в [Й]абеш-Гилеад месяцем позже.

Нахаш Аммонитянин поднялся и завоевал Йабеш-[Гилеад], и все жители Йабеша сказали Нахашу [Аммонитянину: «Заключи] с [нами союз, и мы станем твоими подданными»]. Нахаш [Аммонитянин сказал и]м, [Таким образом] заключу я [союз с вами]…»

Рами Юдовин

Табличка из Армагеддона

2025-07-05T21:15:15.348Z

Фотография предмета (высота: 5.7 см, длина: 26 см) Музея Израиля
©, 1130-1300 гг до н.э. Компьютерная обработка для улучшения качества изображения Рами Юдовина

Тель Мегиддо — курган (тель) на вершине холма (~20 м над долиной), в древности соединявший Египет с Месопотамией.

Уникальная многослойная структура — около 30–35 уровней от неолита (≈8300 г. до н. э.) до персидского периода (≈4 в. до н. э.).

Крепостная система и ворота — обнаружено четыре очереди ворот эпохи Железного века, включая знаменитые «шестикамерные ворота» (ранее связывались с Соломоном, но, скорее всего, относятся ко времени династии Омридов — ≈ IX в. до н. э.).

Хозяйственные комплексы — найдены сооружения, идентифицированные как «конюшни», хотя не все исследователи согласны с этой интерпретацией. Возможны также склады или казармы.

Религиозные и погребальные объекты — раннегосударственные алтари, особые храмы, гробницы. Всё указывает на важность города для хананейских и израильских культур.

Сокровище Мегиддо — амулеты, серьги из золота и серебра (≈1100 г. до н. э.), найденные в «пивном горшке» — уникальная находка, отражающая культурные связи с Египтом.

Изделие из слоновой кости XIII–XII вв. до н.э., найденное в Мегиддо (Мегидоне), — один из самых интересных и ценных экспонатов, оставшийся от хаананской цивилизации.

Вполне возможно, этот предмет крепился через отверстия к рукоятке царского меча.

На дощечке изображены две сцены.

Справа — король Мегиддо возвращается на колеснице после победоносного сражения. За ним следует оруженосец с египетским мечом. Два обнажённых ханаанских пленника со связанными сзади руками привязаны к коням. Нагота на древнем Востоке — признак унижения и рабского положения. Шапки определённой формы служат своеобразной характерной идентификацией происхождения проигравших битву. И хотя шлемы пленников напоминают филистимские, однако характерные бородки и, похоже, обрезание скорее свидетельствуют об одном из многочисленных ханаанских племён.

Слева — сцена пира в честь победы. Правитель восседает на великолепном троне в виде божественного животного — херуфима, положив ступни своих ног на подножие. Царь пьёт из чаши вино, рядом с ним стоит женщина, возможно, его супруга, которая передаёт ему лотос — древний символ царской власти. В центре изображена ещё одна женщина, играющая в честь победителя на кинноре, струнном музыкальном инструменте. Позади трона художник зафиксировал виночерпиев и двух животных. Можно предположить, что для развлечения пирующих зверь (барс?) набрасывался на лань.

Рисунок является настоящим произведением искусства.

Изображение из Мегиддо имеет некоторое соответствие с древнейшим текстом Писания — триумфальной одой Деборы, посвящённой победе над ханаанским царём Сисрой:

«Пришли цари, сразились, тогда сразились цари Ханаанские в Таанахе у вод Мегиддо, платы серебром они не брали (бескорыстно).
С неба сражались — звёзды с путей своих сражались с Сисрою.
Поток Кишон увлёк их, поток Древний, поток Кишон…
Попирай, душа моя, силу (врагов)!
Тогда ломались копыта конские от бега, от бега сильных его…
В окно выглядывает и вопит мать Сисары сквозь решётку:
что долго не идёт конница его, что медлят колёса колесниц его?
Умные из её женщин отвечают ей, и сама она отвечает на слова свои:
верно, они нашли, делят добычу, по девице, по две девицы на каждого воина,
в добычу полученная разноцветная одежда Сисре,
полученная в добычу разноцветная одежда, вышитая с обеих сторон,
снятая с плеч пленника» (Суд. 5).

Битва сынов Израиля против Сисры состоялась возле Мегиддо. В ней повествуется о ханаанских колесницах — самом грозном оружии того времени. Также о знатных пленных, с которых сняли одежду, что соответствует изображению, найденному в царском дворце Мегиддо.

Интересно, что в песне Деборы говорится о колесницах Сисры, попавших в водоворот некогда бурной реки Кишон. Кто знает — может, именно эта история и породила рассказ о колесницах египетского фараона, потонувших в водах Красного моря.

Рами Юдовин

Часть четвертая (окончание). Иерусалим искуплённый: от гнева к святости

2025-06-28T19:49:05.624Z

Перепись Израильтян (Книга Чисел). Гравюра Феликса Эмманюэя Анри Филиппото́, до 1894 г. / Wikimedia

«И снова возгорелся гнев Господа на Израиль и побудил Давида сказать: «Пойди, исчисли Израиля и Иудею» (Шем. II (2-Цар.) 24:1).

Интересно, что в этой фразе упоминаются два разделённых царства — Израиль и Иудея, а не союз племён, который существовал, согласно Писанию, при Давиде и его сыне Шломо (Соломоне).

Авторы Библии не сообщают о причине гнева Божьего, поэтому в более поздней книге Хроник, когда сформировалось учение о Сатане, в параллельном месте говорится уже не о «гневе Божьем», а о Сатане:

«И восстал Сатан против Израиля и подстрекал Давида исчислить Израиль» (Хр. 21:1).

В Писании есть любопытный фрагмент, когда пророк Миха объясняет причину лжепророчества придворных пророков Господних. Он рассказывает притчу, как один дух вошёл в уста пророков, чтобы те ввели в заблуждение израильского царя Ахава.

«И сказал он: выслушай слово YHWH (Имя Бога): я видел YHWH, сидящего на престоле Своем, и всё воинство небесное стояло у Него по правую и по левую сторону Его. И сказал YHWH: кто склонил бы Ахава, чтобы он пошёл и пал в Рамот-Гильаде? И один говорил так, а другой — иначе. И выступил один дух, стал перед лицом YHWH и сказал: я склоню его. И сказал ему YHWH: чем? Он сказал: я выйду и сделаюсь духом лжи в устах всех пророков его. Он сказал: ты склонишь его и выполнишь это; иди и сделай так. И теперь вот, допустил YHWH духа лжи в уста всех пророков твоих; но Господь изрек о тебе недоброе» (Мел. I (3-Цар.) 22:19–24).

Вполне вероятно, что здесь подобная история: по какой-то неведомой нам причине Господь желает, чтобы Давид согрешил, а значит, был наказан.

Давид решает провести перепись. Военачальник Иоав пытается отговорить его. Скорее всего, речь шла о запрете, известном и Иоаву, и Давиду, ибо, пересчитав народ, царь раскаялся и просил прощения у Бога — такая реакция возможна только при осознании нарушения.

Иоав насчитал от Дана до Беэр-Шевы 800 тысяч воинов в Израиле и 500 тысяч в Иудее. Цифры невероятные, увеличенные примерно в десять раз, но мощь войска Давида должна была впечатлить слушателей.

Согласно Торе, при переписи народа необходимо было принести выкуп: «Когда будешь делать поголовное исчисление сынов Израиля при пересмотре их, то пусть каждый даст выкуп за душу свою Господу при исчислении их, и не будет мора среди них при исчислении их. Вот что (должен) дать каждый, исчисляемый, половину шекеля, по шекелю священному…» (Шемот (Исх.) 30:12–13).

Выходит, народ Израиля не дал выкуп, и поэтому случилась трагедия. Неужели Давид не знал, как избежать катастрофы? Можно предположить, что фраза о выкупе в половину шекеля появилась в Исходе лишь после эпидемии, связанной с переписью Давида, т.е. задним числом.

Исчисление народа в древнем мире сопровождалось обрядами очищения.

Согласно письмам из архива Мари, перепись (с аккадского пиккиттун или пикиддун) означала «очищение», а в этом слове — ивритский корень «п.к.д.», используемом в Писании в связи с переписью (мифкад). Поэтому версия о том, что Давид проигнорировал обрядовую часть, также имеет право на существование.

Клинописный текст из Мари датирован XVIII веком до н.э., примерно на 600 лет раньше предполагаемого исхода сынов Израиля из Египта.

«Исмаху-Адару, сказано: Так сказал Шемеш-Адар, твой отец: „Ты написал мне, что собираешься сделать перепись в землю Катоннен. И твоей благосклонности я очень обрадовался. Как только ты завершишь перепись в земле Мари, как я тебе написал, отправляйся в Катоннен и сделай перепись в области Катоннене у хиннев.

И пусть твой надзор будет беспристрастным. После того как ты завершишь перепись, приходи встретиться со мной в городе Шуват-Энлиль в первый день ближайшего месяца. Убедись, что твои люди принесут имена тех, кого ты записал, чтобы я мог выслушать их в Шуват-Энлиль» (Архив Мари, письмо 82).

В другом письме царь Мари сообщает: «Я сделал перепись хиннеев Ниневии и определил две тысячи, которые вышли в поход с Исмах-Адаром (военачальник), и все эти люди записаны по именам в списке» (Архив Мари, письмо 42).

Возможно, существовала другая причина гнева Господня — антимонархическая: перепись закрепляла власть государства, усиливала контроль за населением, определяла сумму налогов, призывала на войну, контролировала не только рабов, но и свободных людей. А сынов Израиля нельзя использовать в качестве царских подневольных, ибо народ Бога принадлежит только Богу, а не царю.

В древнем Египте проводили переписи с целью сбора налогов, мобилизации и социального учёта населения; египтянам такое положение дел не слишком нравилось, поэтому они пытались уклониться от налоговых обязательств и принудительных работ.

Ещё во времена Среднего царства учёт начинался с переписи скота, в Новом царстве египетской империи (1550–1069 годах до н.э.) исчисляли и людей. Возможно, для семитов, к которым относились и сыны Израиля, участвовавшие в принудительных работах, перепись была «омерзительна» и поэтому запрещена, однако впоследствии составители или редакторы Торы добавили указание взимать с человека по полшекеля для храмовых нужд, чтобы таким образом погасить гнев Господа, ну и немного заработать на обрядах очищения.

Можно предложить ещё одну версию. Как правило, переписи производились перед войной, чтобы точно знать количество солдат. Возможно, Бог прогневался на Давида за его неверие, как в случае с Гедеоном, который собрал большую армию (32 000 воинов) против мадианитян, чего не одобрил Господь, ибо в таком случае победа станет человеческой заслугой. Достаточно трёхсот яростных бойцов (Суд. 7).

Страх Иоава перед переписью также можно объяснить: фиксированное число людей делало их объектами магического воздействия или давления злых сил, демонов.

Варианты наказания за грех озвучил посланник Божий.

Господь отправил к царю Давиду пророка Гада, который предложил три кары на выбор. Очень даже демократично, как на выборах президента или партии — выбирать из трёх зол меньшее.

1. Семь лет голода.
2. Три месяца бегства от врагов.
3. Три дня мора.

Давид выбирает третье, надеясь на милосердие Господне.

Губитель отправляется в дорогу, повторяя маршрут Йоава (от Дана до Беэр-Шевы), и начинает поражать Израиль. За три дня умирает семьдесят тысяч человек. Пройдя половину пути, «ангел замахивается на Иерусалим» (Шем. II (Цар.) 24:16), однако Господь останавливает его, как когда-то на горе Мории остановил Авраама, занёсшего нож над Йицхаком.

В Книге Хроник сказано: «Шломо (Соломон) начал строить дом Господень в Иерусалиме на горе Мория, где явился Господь Давиду, отцу его, в месте, которое Давид приготовил на гумне Орнана (Орны) Иевусея» (II Хрон. 3:1).

Всё сошлось: на горе Мория два раза случилось спасение, чудо — явление Бога. Теперь Иерусалим может по праву называться святым городом. Никто не придерётся.

Давид приходит к хозяину гумна и просит его продать участок, чтобы построить на нём жертвенник Богу. Орна — местный житель из иевусеев, народа, которого, согласно Торе, велено «совершенно истребить» (Двар. (Втор.) 20:17).

Испуганный человек готов отдать царю бесплатно не только участок земли, но и крупный скот для всесожжения и даже деревянные инструменты для растопки.

Однако царь настоял на покупке и «купил Давид гумно и скот тот за пятьдесят шекелей серебра» (Шем II (2-Цар.) 24:24).

Сумма 50 шекелей не слишком большая за участок земли, скот и инструменты. Возможно, авторы хотели намекнуть, что это плата за тяжёлый проступок, чуть ли не караемый смертью, о котором говорится в Торе:

«Когда кто встретит девицу, которая не обручена, и схватит её, и ляжет с ней, и застанут их, то даст отцу девицы пятьдесят шекелей серебра, и да будет она ему женой…» (Двар. (Втор.) 22:28–29).

После совершения жертвоприношения на холме в законно купленном месте мор прекратился. Один из холмов Иерусалима, а значит и весь город, превратился в священный.

С этого момента началась долгая, величественная и трагическая история Иерусалима — главного духовного центра не только иудейского мира, но и всей западноевропейской цивилизации. А также одного из священных мест ислама, адепты которого придумали не слишком внятную историю про сон пророка Мухаммеда, чтобы основать своё право на владение Иерусалимом, ставшим для них одним из священных городов.

Для евреев Иерусалим вот уже три тысячи лет является путеводной звездой, мечтой иудейских изгнанников, сидевших на реках чужого Вавилона:
«Если я забуду тебя, Йерушалаим, пусть отсохнет моя правая рука» (Пс. 137:5).

Рами Юдовин

Часть третья. Каким образом Иерусалим стал святым городом?

2025-06-21T21:26:07.327Z

Гебхард Фугель, 1920 г. Перенесение Давидом ковчега завета в Иерусалим

В древнем мире понятие «святой город» означало место, где жили боги или происходили события, связанные с ними. Город посвящали определённому божеству, в нём возводили святилище или храм. Со временем он превращался в центр религиозной и духовной жизни, куда стекались паломники.

Шумерский Ниппур был городом богов:
«Это было в те времена, когда священный город Ниппур населяли лишь боги, дети Ану».

Ниппур воспринимался как посредник между землёй и небом. В этом городе находился храм, посвящённый богу Энлилю — верховному божеству шумерского пантеона.

Аналогично Вавилон считался городом бога Мардука:
«К Вавилону, городу богов и царей, обратился Эрра, в Эсагилу, дворец небес и земли, вошёл он».

Как правило, храм был градообразующим фактором. В шумерском тексте «Основание Эриду» говорится:
«Храм не был построен, город не был создан
Город не был создан, поселения не были основаны.
Ниппур не был построен, Э-Кур не был создан
Урук не был построен, Э-Анна не была создана.
Абзу (храм) не был построен, Эриду не был создан.
Чистый храм богов, их жилище, не был создан
Все земли были морем».

В библейскую эпоху существовало несколько святых городов, некоторые из них восходили к временам праотцов.

Наиболее известен Бейт-Эль (Вефиль). Праотец Авраам построил на этом месте жертвенник и «призвал Имя YHWH» (Бер. (Быт. 12:8). Именно здесь Яаков увидел во сне лестницу, ведущую в небо, по ней поднимались и спускались ангелы, а на её вершине стоял Бог. Он пообещал Яакову уберечь его от всех невзгод:
«И пробудился Яаков от сна своего, и сказал: Истинно YHWH (Имя Бога Израиля) присутствует на этом месте… Это не иное, как дом Бога, а это ворота небесные. И встал Яаков рано утром, и взял камень, который положил себе изголовьем, и сделал его памятником и возлил елей на него. И нарёк имя месту тому Бейт-Эль (Дом Бога), а первоначальное имя того города Луз» (Бер. (Быт.) 28:16–20).

Благодаря этой традиции израильский царь Йеровоам сделал Бейт-Эль культовым центром (Мел. 1 (3-Цар.) 12:28–33). При пророке Шемуэле (Самуил) Бейт-Эль также играл важную роль (Шем. (1-Цар. 7:16).

Но как превратить Иерусалим — город, посвящённый ханаанскому божеству Шалему (сыну Эла), — не только в столицу, но и в святой город для израильтян? В отличие от Бейт-Эля или Сихема, Иерусалим изначально не имел особого статуса. Придумать «священную историю» задним числом было сложно, но Давиду и его преемникам это удалось.

Как говорится, не было бы счастья — да несчастье помогло. Впрочем, об этом чуть позже.

В Торе есть намёк на связь Иерусалима с Авраамом — упоминание горы Мория, куда отправился патриарх, чтобы принести в жертву своего сына.

Ангел Божий остановил Авраама, уже взявшего в руку нож, чтобы перерезать горло своему первенцу. Однако без жертвы не обошлось:
«Авраам взял барана и принёс его во всесожжение вместо сына своего. И нарёк Авраам имя место тому: „YHWH покажет“. Поэтому сегодня говорят: „На горе YHWH (Господь) покажет“» или «на горе Господней будет показано или явится» (Бер. (Быт) 22:12:15).

Тора, автором которой считается Моше (Моисей), скорее всего, записана в монархическую эпоху, о чём красноречиво свидетельствует фраза:
«Вот цари, царствовавшие в земле Эдома, прежде царствования царя у сынов Израиля» (Бер. (Быт. 36:31).

В этом стихе перечисляются цари Эдома до появления царей в Израиле, хотя Тора описывает события до начала эпохи Судей, а монархия в Израиле возникла гораздо позже.

Поздние библейские тексты (напр., Хрон. 3:1) отождествляют гору Мория с местом, где Давид построил жертвенник на «гумне Орнана Иевусея», о котором мы чуть позже расскажем. Вероятно, авторы Писания, стремясь обосновать святость Иерусалима, связали его с легендарным местом жертвоприношения Авраама.

Давид решает перенести ковчег Завета — главную святыню сынов Израиля — из Гивы (главного города царя Шаула) в Иерусалим. Ковчег хранился в доме некого Авинадава, его дети, Узза и Ахьо, вместе с Давидом в сопровождении тридцати тысяч человек отправились вместе со святыней в Иерусалим.

Ковчег тяжёлый, его трудно нести на руках, поэтому его помещают на новую повозку, запряжённую волами.

Внезапно тягловые животные споткнулись, и Узза, испугавшись, что Ковчег пострадает, из лучших побуждений протянул руку, чтобы поддержать его. В этот момент он падает замертво. Можно предположить, что речь идёт о реальной истории, так как «место называют и доныне Пэрэц-Узза» (Поражение Уззы). Фраза «ад айом» (доныне) указывает, что с момента «поражения Уззы» до времени написания текста прошло значительное время.

Точное местоположение Пэрэц-Узза неизвестно, но, согласно библейскому тексту, оно находится между Кириат-Иаримом и Иерусалимом. Некоторые исследователи предполагают, что это место расположено к северу от древней Моцы, недалеко от источников и холма, где, возможно, три тысячи лет назад было гумно Нахона, там, где погиб Узза.

В Торе указано, что Ковчег Завета должен был переноситься левитами на специальных шестах:
«…затем войдут сыны Кеата, чтобы нести (ковчег), но пусть не дотрагиваются до святыни, чтобы не умереть» (Бем. (Чис.) 4:15). Это фраза косвенно подтверждает историю с Уззой, так как, похоже, авторы запрета касаться ковчега вывели его не до истории с Уззой, а после.

Давид потрясён, он не понимает причину божественного гнева. Если бы он знал, что нельзя дотрагиваться до ковчега, как это указано в Торе, то не был бы так испуган. Авторы книги Шемуэля никак не объясняют причину гибели сына Авинадава, у которого долгое время хранилась святыня, хотя тот не был священником, что немыслимо исходя из законов Торы. Давид видит в гибели Уззы знак Господа и от греха подальше решает временно оставить ковчег в доме «гоя-ковчега» (парафраз от «субботнего гоя») Оведа-Эдома, бывшего жителя филистимского Гата.

Ковчег остаётся у него три месяца, и за это время дом Оведа-Эдома получает благословения, а не проклятия. Значит, Господь не против путешествия.

На всякий случай, Давид приказал через каждые шесть шагов приносить в жертву вола или овна, таким образом, если это не преувеличение, были зарезаны тысячи животных. Кроме этого, чтобы развеселить Господа, «Давид, опоясавшись льняным эфодом, плясал изо всех сил перед Господом» (Шем II (2-Цар.) 6:14). Всё, слава Богу, на этот раз, прошло благополучно. Там, где ковчег, там и Бог, теперь остаётся построить Ему жилище.

Вскоре Давид осознаёт, что его дворец из самого дорогого кедрового дерева намного роскошнее, чем скромный шатёр Бога Израиля.

Царь решил посоветоваться с пророком Натаном, который сразу же поддержал идею строительства великого храма. Однако после ночного откровения — разговора Бога по душам со своим пророком — Натан меняет мнение, передав Давиду содержание беседы:
«Тебе ли строить Мне дом для Моего обитания? Я не жил в доме (храме) с того дня, как вывел сынов Израиля из Египта, и до сего дня, странствовал в шатре и в скинии…»

Господь объясняет, что Он скиталец, Бог кочевников. Вместе с этим Он утешает Давида тем, что его династия будет вечной: «И упрочится дом твой и царство твоё навеки и престол твой будет прочным всегда». Более того, пророк от имени Бога обещает, что один из потомков Давида построит Храм (Шем II (2-Цар.) гл. 7).

Из архивов царства Мари (государство в III–II тысячелетии до н. э.) нам известно: чтобы заслужить милость божества, одной богобоязненности царя было недостаточно. Нужно ещё построить святилища в его честь. В одном из писем пророк просит у царя четыре вещи: передать храму большой престол; отдать одну из своих дочерей на служение в храм Шамаша; передать подарок божеству Дагану; исполнить обещание — построить кущу (символ покровительства божества во время странствий).

Культовые шалаши напоминали о кочевой жизни и, вероятно, служили неким противовесом храмам из камня.

Взамен даров пророки Мари обещали царю благословение богов — удачу и победу в войне.
«С оружием сильных (богов) буду стоять подле тебя! Руки твои схватят врага. Куда бы ты ни пошёл, будешь встречен благожелательно. Получишь тельца из камня и башню из камня. Они пребудут с тобой. Никто не поднимется против престола Мари. Только Зимри-Лиму будет отдано (царство). Копьё Эйлама будет сломлено. Словлю тебя (Вавилон) в сеть, отдам Зимри-Лиму семерых союзников (царей коалиции) и имущество их. Дам ему престол за престолом, дом за домом, страну за страной, город за городом, земли от восхода до заката отдам ему» (ARM XXVI.199.1-57).

Пророки требовали, чтобы в святилище было установлено изваяние божества. В противном случае не будет защиты от зимних ураганов и бурь.

По убеждению пророков Мари, судьба народа зависит от степени близости царя к богу: за недостойные поступки правителя последует наказание, а за добрые — воздаяние.

Нечто похожее мы находим и в Писании, когда по приказу царя была сделана перепись населения, и за грех Давида расплатился народ:
«И навёл Господь мор на Израиль от того утра до определённого времени; и умерло из народа, от Дана до Беэр-Шэвы, семьдесят тысяч человек» (Шем II (2-Цар.) 24:15).

Следует рассказать об этой истории подробно.
Продолжение следует.

Иерусалим (продолжение)

2025-06-07T17:23:30.884Z

Часть вторая

Как известно, царь Давид завоевал Иерусалим, однако согласно книге Йеошуа бин Нуна (Иисуса Навина), война с Иерусалимом, а точнее с его царём Адони-Цедеком (Господин мой Справедливость), произошла значительно раньше.

Въезд Давида в Иерусалим. Frans Francken the Younger, Public domain, via Wikimedia Commons

После того как ханаанский город Гивон заключил союз с сынами Израиля, царь Иерусалима решил наказать «предателей», собрав правителей крупных городов.

«И собрались они, и взошли пять царей аморейских: царь Иерусалима, царь Хеврона, царь Ярмута, царь Лахиша, царь Эглона» (Йеош. 10:5).

Согласно Писанию, сыны Израиля разбили коалицию этих царей. Авторы Торы, рассказывая о победе, ссылаются на «Книгу Праведного» — собрание эпических текстов в стихотворной форме: «И остановилось солнце, и луна стояла, доколе бил народ врагов своих» (Йеош. (Иис. Нав.) 10:13). Йеошуа казнил царей через повешенье, однако о завоевании Иерусалима информации нет.

В Библии говорится, что «сыны Иуды воевали против Иерусалима и взяли его, поразив (жителей) мечом, предав огню город» (Суд. 1:8). Тем не менее, это утверждение может быть преувеличением, поскольку в книге Иисуса Навина читаем:

«А иевусеев, жителей Иерусалима, сыны Иуды не могли изгнать, и жили иевусеи с сынами Иуды в Иерусалиме до сего дня» (Йеош. 15:63).

Таким образом, даже после захвата Иерусалима Давидом иудеи продолжали жить рядом с иевусеями.

В другом месте Писания упоминается, что «иевусеев, жителей Иерусалима, сыны Биньямина не изгнали, и жили иевусеи с сынами Биньямина в Иерусалиме до сего дня» (Суд. 1:21). Это означает, что Иерусалим, возможно, принадлежал колену Биньямина, и они, как и Иуда, не смогли изгнать иевусеев.

После гибели царя Шаула и его сыновей на горе Гильбоа началась гражданская война. Войско Давида сражалось против Ишбааля. Когда сын Шаула был коварно убит, старейшины Израиля пришли в Хеврон, чтобы признать Давида царём. Первое, что делает Давид, став царём, — это отправляется завоевывать Иерусалим.

Этот город становится идеальным нейтральным местом для столицы. В Писании есть странный момент: после того, как Давид убил Голиафа, он «принёс его голову в Иерусалим» (Шем I (1-Цар.) 17:54), хотя, как известно, город ещё не был захвачен. Это ошибка автора или в Иерусалиме существовало святилище, а сам город был мультикультурным?

Ключевым моментом в истории иудейского Иерусалима является захват города царём Давидом. Текст полон загадок, которые мы попытаемся разгадать.

«И пошел царь и люди его на Иерусалим против иевусеев, жителей той страны; но они сказали Давиду: ты не войдешь сюда, пока не уберешь слепых и хромых, — то есть: не войдет Давид сюда. Но взял Давид крепость Цион: это — город Давида» (Шем. II (2-Цар.) 5:6-7).

Фраза Давида кажется оборванной, и далее должно быть обещание награды за подвиг. Возможно, речь идет о приказе «добраться до цинора и до хромых и слепых». Не стоит забывать, что любой перевод — это интерпретация. В Торе нет запрета для слепых и хромых входить в Храм (возможно, он существовал ранее), но есть постановление, запрещающее им служить Богу в святилище.

«Говори Аарону следующее: никто из семени твоего в роды их, у которого будет увечье, не должен подходить, чтобы приносить хлеб Богу своего» (Вайкра (Левит) 21:17-18).

Можно предположить, что изначально существовала иерусалимская история со «слепыми и хромыми», а затем появился запрет Торы на вход в Храм для священников, который со временем распространился на всех увечных.

Неясно, как слепые и хромые могли препятствовать захвату Иерусалима. Писание не объясняет этого, и, похоже, авторы сами не знают причины. Возможно, «слепые и хромые» — это аллегория, означающая «не войдет Давид сюда». Однако сама фраза Давида о «добраться до хромых и слепых», скорее всего, дословная.

Вряд ли Давид имел ненависть к увечным. Тора запрещает издеваться над слепыми:

«Не злословь глухого и пред слепым не клади преграды, чтобы преткнуться ему; бойся [Господа] Бога твоего» (Вайкра (Лев.) 19:14).

В те «оккультные» времена существовал обычай выводить слепых и хромых на стены осаждаемого города, чтобы они демонстрировали врагам проклятие и вдохновляли защитников на мужественную оборону.

Известен хеттский обряд, где перед воинами проводили слепого и глухого, а жрец произносил заклятье, угрожающее тем, кто ослушается. В более поздней книге Хроники (Паралипоменон) истории о «слепых и хромых» нет, а только о иевусеях (Хрон. I 11:5).

Существует гипотеза о родстве иевусеев с хеттами. Из писем Эль-Амарны известно о царе Иерусалима — Абду-Хебе, чьё имя имеет хеттско-хурритские корни. Пророк Иезекииль также упоминает связь хеттов с Иерусалимом:

«И скажешь: так сказал Господь Бог Иерусалиму: род твой и родина твоя в земле кенаанейца; отец твой — эморей, а мать твоя – хиттиянка» (Иез. 16:3).

Таким образом, иевусеи, владевшие Иерусалимом, могли быть потомками великого народа хеттов. Урия Хеттеянин — один из самых трагичных и благородных персонажей Писания, элитный боец, по своему происхождению хетт, а значит, местный житель города.

Считается, что Давид захватил крепость Цион через «цинор» — слово, традиционно интерпретируемое как водный туннель или трубопровод.

В 1867 году британский археолог Чарльз Уоррен обнаружил датируемую ханаанским периодом вертикальную шахту, ведущую к источнику Гион, которая могла использоваться воинами Давида.

David Roberts - This image is available from the United States Library of Congress's Prints and Photographs divisionunder the digital ID cph.3g03438.This tag does not indicate the copyright status of the attached work. A normal copyright tag is still required. See Commons:Licensing., Public Domain, https://commons.wikimedia.org/w/index.php?curid=17939561

Раскопки 1995–2012 годов подтвердили существование сложной системы водоснабжения древнего Иерусалима.

Профессор Ронни Райх предполагает, что воины могли проникнуть через горизонтальный туннель от источника Гион или по вертикальной шахте глубиной 33 м, которая вела внутрь города.

Археолог Игал Шило считает, что «цинор» мог быть естественным карстовым каналом, затем расширенным.

Научные исследования доказали, что часть системы существовала во времена Давида. Однако фразу «дотронется до цинора» можно интерпретировать и как ссылку на магический артефакт или водопад внутри города.

В Псалмах 42:8 слово «цинор» встречается в значении «водопад»:

«Бездна бездну призывает к шуму водопадов Твоих».

Рами Юдовин

Иерусалим

2025-05-31T19:47:51.574Z

Карта Ханаана 1692 г., составленная Филиппом Ли. http://maps.bpl.org. A map of Canaan

Древнее звучание «Йеру-Шалем» (Город Шалема) отсылает нас к ханаанским мифам. В угаритских текстах (XIV–XIII вв. до н. э.) рассказывается о двух братьях — Шахаре и Шалеме, рождённых верховным божеством Эль от двух женщин, возможно богинь. Имена сыновей символизируют две стороны дня: Шахар — утренняя заря, рассвет, а Шалем — вечерний покой, закат.

В Писании (Быт. 14:18) упоминается Мелхиседек, царь Шалема (Салима), священник «Эла Всевышнего», который, вероятно, правил городом, впоследствии ставшим главным городом Иудейского царства.

Названия Иерусалима

Город пытались переименовать множество раз. Название «Йевус» не прижилось, «Элия Капитолина» ушла в небытие, «Аль-Кудс» существует, но используется преимущественно в исламских кругах. Даже «Город Давида» не вытеснил древнее имя Иерушалем или, более позднее, Йерушалаим.

Город Давида

Считается, что царь Давид не только построил в Иерусалиме свою резиденцию, но и превратил малозначительное место в святое.

Во времена Давида город был весьма скромных размеров — чуть более 7000 м². Иерусалим был построен на горе, разделённой на две части центральной долиной и окружённой с трёх сторон глубокими ущельями.

Город, за исключением северной части, был хорошо защищён. Источник Гихон обеспечивал Иерусалим водой.

В качестве города-крепости это был весьма удачный выбор Давида. Известно, что вавилонская осада длилась два года, а римляне привели четыре легиона и потратили много усилий и времени, чтобы захватить Иерусалим.

Символ объединения

Город находился ровно посередине между северными десятью коленами и южным коленом Иуды — свидетельство объединённого союза племён Израиля. После смерти царя Шломо (Соломона) союз распался, и произошло разделение на два царства — Иудею и Израиль.

Вероятно, стремление примирить конкурирующие, а порой и враждующие колена вынудило Давида выбрать новую столицу — город, не принадлежавший ни колену Иуды, ни Израилю. Этот выбор определил судьбу Иерусалима и народа евреев, связанного с ним во веки веков.

Древние упоминания

Первое дошедшее до нас упоминание Иерусалима содержится в древнеегипетских «Текстах проклятий» времён Среднего царства (XIX–XVIII вв. до н. э.). Это ритуальные надписи на глиняных сосудах или фигурках с именами врагов Египта, на которых наводили порчу: пронзали, сжигали, топтали ногами и закапывали в землю.

«Рушалимум» (Rwšꜣlmm) упоминается среди других ханаанских городов и правителей, против которых направлены проклятия — символы физического и духовного уничтожения. Кроме того, подобные действия, совершаемые жрецами, публично укрепляли веру солдат в победу над врагами.

Эхнатон и Амарнский архив

Примерно в 1350 году до н. э. египетский фараон Эхнатон решил провести религиозную реформу. Он основал новую столицу — Ахетатон (город божества Атона).

В Амарнский архив входит около 350 писем, в которых Эхнатон и его отец общаются как с правителями соседних империй, так и с вассалами в Сирии и Ханаане.

Абди-Хеба — правитель Иерусалима

В этот период в Ханаане были два могущественных вассала Египта: Лабайя, царь Шхема (Сихема), и Абди-Хеба, правитель Иерусалима.

Абди-Хеба известен благодаря шести письмам (EA 285–290), найденным в Телль-эль-Амарне. Написанные на аккадском языке клинописью, они представляют собой официальную переписку между Абди-Хебой и фараоном Египта.

В своих письмах правитель выражает преданность фараону и просит военной помощи для защиты Иерусалима от внешних угроз. Он сообщает о нападениях неких хабиру и обвиняет других местных правителей в измене фараону.

Два центра власти

Интересно, что Шхем и Иерусалим впоследствии стали столицами двух царств — Северного и Южного. Возможно, это не случайно, и подобного рода выбор отражал издревле сложившееся положение, в котором эти два города были весьма значимыми.

Таким образом, не в первый раз Иерусалим становится центром власти в округе. Как правило, горные царства были более независимы: труднодоступность, отсутствие стратегической значимости и возможность успешно вести партизанскую войну усложняли их завоевание и контроль со стороны крупных держав.

Итак, Давид всё продумал.

Продолжение следует...

Рами Юдовин