Anastasia Sopikova

Кавказский дневник 18+

2024-10-30T22:19:41.082Z

написано в 2021–22 гг. и опубликовано в канале @letuchykorable

Сразу к делу

А в этот чудесный первый весенний вечер года я хочу сказать боженьке спасибо за существование на этой грешной земле Эрики Люст.

Тбилиси

Так, ну че вам сказать.

Я уехала в Тбилиси и буду тут, пока мне не надоест. Надоесть мне может завтра, а может – через год. В моей работе много минусов, конечно, но есть один большой плюс – ее можно делать где угодно.

Знаю ли я хоть слово по-грузински? О, да! Знаю «ще чема сиро» («у тебя х** в жопе застрял» = «ты о***л?»), знаю «курдебс сицосхлэ» («жизнь ворам»). Гамарджобу знаю. Надеюсь, этого пока хватит.

За неделю ничего не успела сделать, только переехать из хаты с мышами и пару раз обожраться так, что не могла встать. Доставки тут работают как часики, хочешь хинкали, хочешь чихиртма, хочешь долма. Порции такие, что у меня все время остаются leftovers-ы, которые я выбрасываю, потому что лень доедать. Да, я вконец обнаглела, ну и что.

Под боком у меня тут друзья, место для гуляний, и воздух такой сладенький, и хожу я пока в одном свитерке. Здесь полно русских, которые убежали от режима – а я даже не знаю, от кого убежала я. Декуврэ ламур э декуврэ ле темпс, вот этим планирую заняться.

Отправляйте, в общем, открытки! Буду держать в курсе.

Она взвешивает

Плюсы жизни в Тбилиси:

⁃ дешевая аренда;

⁃ супердешевое метро;

⁃ очень вкусная еда (дешевая тоже);

⁃ все такие душевные;

⁃ +25 в октябре;

⁃ выходишь в магаз, моргнул, уже пьешь вино в гостях;

⁃ дикая атмосфера мегаполиса+такой реальной итальянской деревни.

Минусы жизни в Тбилиси:

⁃ надо спросить у Шако, он позвонит Гиви, тот даст номер Сандро, который знает Гиорги, который подскажет, но это не точно…

И это реально единственный источник информации по любому вопросу.

Пентхаус и фен

Одну девушку в пятницу вечером позвали на тусовку в пентхаус с видом на весь Тбилиси. Ну, там, знаете, такая пати, на которой будет полгорода, а пригласил ее знакомый вашего знакомого вашего знакомого. И девушка такая думает: «Вау, конечно, будет че рассказать потом. Ща причипурюсь, как следует, чтоб все обалдели, и пойду». И такая уже на низком старте заканчивает говно рабочее и доедает последний хинкаль.

Одного девушка не учла: того, что у неё дома нет фена. Не наркоты, а обычного такой штуки для волос, которая от менингита спасает.

Такая мелочь, а такой фейл.

Капуч на кокосе

Пыталась найти, где выпить капуч на кокосовом с утра пораньше — нашла тут одно местечко.

Продуктивность

Когда-то мне казалось, что надо быть productive эври дэй. А у меня бывают дни, когда я реально ничего не могу, просто нет сил подняться с кроватки. Не могу встречаться ним с кем, не могу вести дела, не могу писать осмысленные тексты. Ну, разве что читать могу, да. И это безо всякого похмелья.

А потом я вычитала у Топорова в «Двойном дне», что он иногда просыпался и понимал, что сегодня ничего делать не будет. Нет, пишет он, попробовать-то можно, но будет пустая трата времени. Лучше сразу смириться. И хер с ним, с этим днём.

Или вот у Варламовой вышла книжка, в которой она пропагандирует то же самое — ну что ж, не у всех людей работоспособность равномерна и прямолинейна. Щас смотрю интервью с одной журналисткой, которая говорит, что иногда не может сдать текст по полгода из-за депрессии. Правда, ей медсчета редакция оплачивает, такой роскоши, по-моему, нигде больше нет.

Это все вам пишет та Настя, которая лежит в постельке с «Чудо-йогуртом» (не, эротическая жизнь тут ни при чем) и говорит другой Насте, которая топит за то, чтоб работать, как лошадь: мадам, отвалите от меня, пожалуйста, мне эти ваши не интересны вообще. Это цитата какого-то бомжа из мема.

Буду весь день смотреть клипы Челобанова (открыла тут для себя эту тестостероновую звезду девяностых). Ну, это вообще мой тайп, помесь медведя, бомжа и принца. А завтра свадьба, завтра новое пальто: схожу в Стамбу почитать книжки и выпить кофе, пройдусь по винтажным магазинам, куплю себе тот ебучий подстаканник на Сухом мосту, покормлю собачек паштетом.

Чем кончается пара часов в грузинском Тиндере

Маленький мукбанг

Кароч, я научилась просто, мудро жить, точнее есть. Обычно схема такая: в обед я выхожу на рынок, покупаю е***шие розовые помидоры (4 лари/кг) и горячий хачапури по-имеретински (3 лари/шт). Реально пробивает меня по вечерам, расскажу про пару мест:

Для вкушения хинкали надо звонить или топать в Пасанаури.

(доставляют от 10 штук, цена за один – 1.30 лари)

Огромные, сочные офигенные бургеры –– Good Choice.

(20 лари за сет с картошечкой и колой)

Чтобы посидеть в богемной обстановочке и поесть креветочки, надо идти в моднейше кафе Stamba.

(что-то около 20 лари тоже)

Европейскую еду можно заказывать в Makola.

(там я съела лучший в моей жизни тягучий и солененький мак эн чиз за 12 лари. наверное, внутри был сулугуни, вот американцы бы охуели).

Пиво пить в Chemo Kago, заведение открыла мне Света. Пиво супер, по вечерам живая музыка и танцуют кринжовые танцы, это район бывших воров в законе. Дешево.

В районе Авлабари есть кафе Палермо, держит бабка в белых буклях, она же готовит. Просто берите то, что она предлагает, это отвал всего: от кабачков в вине до густейшего и ароматнейшего в мире харчо, можно с ума сойти. Еще она делает домашнее вино и приторговывает им, но сладенькое.

Поразмышлять о жизни и послушать советский радоприемник можно в кафе Dante на улице Лермонтова. Еда так себе, хавайте вафли с кофейком.

В кафешке дома литераторов отличные виды (кстати, мне до сих пор кажется, что я видела там в сентябре Акунина). Но по еде – провал, их клубничный гаспачо и умерший в духовке незрелый персик, набитый жирными сливками, будут сниться мне в страшных гастрономических снах.

В Тбилиси погода-говно

Дождя вроде нет, но небо всю неделю серенькое, ветрено, противно. Хочется валяться под пледом и спать.

Многие скажут: «Настя, дорогая, ты совсем о***ла. Ты ходишь в конце ноября в пальто нараспашку и кроссовочках на тонкий носочек. По вечерам платишь 15 рублей и катаешься на метро в гости к друзьям, где пьешь тягучее крутое вино. Ты тискаешь собак, ты бесплатно куришь, у тебя в конце ноября сладкие помидоры, груши и виноград. И всё тебе мало».

Ну да.

И всё-таки — главные желания прямо сейчас:

⁃ купить в Lush самую вонючую новогоднюю бомбочку и валяться в ванне с ней примерно час;

⁃ обнять Рашика и купить ему новую шапочку;

⁃ влезть в свои архитеплые крисмас ползунки-пижаму;

⁃ выпить с батей пивка на кухне;

⁃ посмотреть фильм «Бриллиантовая рука» под елкой;

⁃ салат оливье первого января, канешна.

Вот так и получается, что в ночь с пятницы на субботу сидишь дома, и из телека льётся «Ирония судьбы», а закусываешь ты печаль хинкали.

(И хинкали как назло паршивые попадаются — ибо что же вы ещё ожидаете в доставке в начале второго ночи).

ТАСО уполномочена заявить

Не-не-не, так-то оно всё нормально: и то, что водят тут, как в «Форсаже», и когда двери вагона в метро открывают на ходу, и то, что никто никуда не торопится от слова «совсем», но сокращать имя Анастасия до Тасо? ТАСО! ТАСО?! У меня в детстве фишки с покемонами так назывались, а не я.

5 мелких вещей, которые надо знать о Грузии

1. Переходите дорогу очень осторожно (но уверенно) — правила дорожного движения никому тут не всрались, а еще в последний момент на вас вылетит дол***б на скутере с пиццей, примотанной ниткой к багажнику. Забудьте о такси, если не хотите испытывать тошноту до конца жизни. Купите проездной на метро.

2. Грузины медленные и другими не станут. Еще не слыхали про кастомер сёрвис, обслуживать вас в 90% случаев будут с каменным е**лом. Работа не культ, работой никто тут не дорожит. Все такие из себя гангстеры.

3. Всё, что угодно, от одёжки до моченого помидора, можно купить на Дезертирском рынке. Когда будете рыться в сотой куче свитеров и мерить их на картонке, откроется портал в 2001 год.

4. Никогда, слышите, никогда не пытайтесь мутить сразу с двумя чуваками в Тбилиси. Здесь все всех знают. Держитесь подальше от арабских тусовок. Носите с собой в сумке паштет, чтобы кормить собачиков.

5. Гамарджоба, батоно, хо, ар, мадлоба, араприс, нахвамдис.

Кайфовый Тби

Кому не нравится, что я Тбилиси называю Тифлисом, наверное, не слышал всяких других названий. Например, «кайфовый Тби». Ну, кайфовый Тби, ю ноу, блин. Такой город для нас, деловых и креативных. Основали его, чтобы нам было удобно работать в модных кофейнях, чтобы мы ходили на рейвы и посылали своим модным друзьям в Хамовники модные подарочки.

Короче, Тифлис –– нормальное название, уважительное, Грибоедов вон в Тифлисе жил.

Вообще я хотела рассказать, как возвращалась назад через Ереван, провела там полночи в каком-то стрёмном районе, потом чуть не застряла на границе и готова была целовать землю КАЙФОВОГО ТБИ, когда наконец увидела очертания его телебашни. Потом ещё я в тот же вечер выгуливала пять хинкали внутри моего живота и жалела, что не провела праздники в КАЙФОВОМ ТБИ, который КАЙФОВО украсили, в котором наливают КАЙФОВЫЙ глинтвейн и КАЙФОВЫЕ коктейли с «Нутеллой». Потом я слушала турецкие песни (КАЙФОВЫЕ тоже), гуляла такая, смотрела на сизые сумерки, и думала: «Ой, как же хорошо, вайме! Вайме! Магари!»

Но потом температура упала до трёх градусов по Цельсию, в деревянные окна моей квартиры начало некисло задувать, я простудилась, и стало совсем НЕ КАЙФОВО. Начались трудовыебудни, опять же: правки, трелло, зумы, дедлайны. Тут даже то, что ты в ТБИ, не спасёт. Потом ещё я без электричества сидела, кстати, ага. Боялась, что щас придёт сумасшедший бозо с револьвером, которого я отшила в прошлом году. Не поступайте так, девки!

Это я к чему: турецкие песенки пока сменились брутальными, за ПП отвечают Пиво и Пхали, а за режим –– наверное, Сталин, ну точно не я, которая ложится в шесть утра по Тбилиси, в пять по Москве. Pizdeciebi новогодним промиссам.

Ювелирные украшения

Ооо, а ещё грузинские мужчины обожают обвешивать себя цацками и понтоваться. В частности, они навешивают на себя колечки, аки цыганский барон.

Я-то вообще считаю, что мужчине можно носить или кольцо обручальное, или god bless. И то, только в том случае, если у него пальцы не сосисочные. И если кольцо не из говна.

Но нееее, грузинам подавай кольца на всех пальцах, гангстерские такие, с Алиэкспресс. Очень повезёт, если это будет не печатка и не перстень🤢. Может быть кольцо в виде змеи, это КРУТАЯ тема, гангстерская. Они потом фоткаются с братанами в обнимку, да так, чтобы эта ювелирная залупа была прям по центру кадра.

Это мне курьер щас вёз бургер час, страшно ругался по телефону, потом сныкался в арке и стоял там еще полчаса из вредности. А потом я узрела его — типичного картвели гангстера, рост метр пятьдесят, обязательно арафатка и по колечку на каждом пальчике.

Даааа, а ещё массивные кресты из жёлтого сплава на шее! И цЕпочки с кулонами в виде лезвий. Представляю, как их девушкам во время того самого их цацки бьют по глазам, прям как в песне.

Поздравляю, вы познакомились с душнилой

⁃ привет, как дела, что делаешь, как настроение, что делала, что будешь делать, а сейчас, а завтра, а на неделе, а в двадцать пятом году;

⁃ приехал/а два дня назад, а уже знает город, как гуглокарта: «ты что, не видела этот стадион/помойку/бездомного пса на одной ноге?! куда же ты смотришь!»;

⁃ читает тебе мораль, что нельзя носить кроссовки в январе — похер, что вы в Грузии и на улице +12;

⁃ ловишь себя на мысли, что прошло уже два часа, а ты еще ни разу не рассмеялась;

⁃ ты уже знаешь всё про спорт, правильное питание и устройство Вселенной, а он/она про тебя — только имя;

⁃ заказываешь кофе и слушаешь нотацию о том, как кофе вредит сосудам, почкам, печени, сердцу –– всё с зубодробительными подробностями и результатами его/её экспериментов. обещает, что от кофе будет болеть голова;

⁃ «и вот я нашел оптимальный способ выращивать скотину, например свиней: просто их надо кормить гидропоникой, а поливать ее с помощью чего? ага, не знаешь! короче, еще и насос изобрёл…..»

⁃ у тебя действительно начинает болеть голова, надо же!

⁃ вспоминаешь про срочный рабочий созвон в субботу в восемь вечера;

⁃ реально готова бежать на любой созвон с любыми неприятными людьми, лишь бы это прекратилось сейчас же, немедленно.

Поиски Тимоти Шаламе: неделя 1

...Мой круг общения в Тбилиси очень узок, человек пять примерно, включая бьюти-мастеров и врачей, — поэтому я решила его тассказать расширить. Не придумала ничего лучше, чем скачать Тиндер (oh shit, here we go again). Написала большими буквами в описании, что я простая русская баба, отношений мне не надо, а надо компанию, чтоб ходить в бассейн, в театр и на книжный развал иногда.

Потом подумала и подписала, что если ты выглядишь как Тимоти Шаламе, можешь написать мне в Инстаграм. И пошла спать.

Итог: ни одна креативная девушка-экспат меня в ответ не лайкнула, зато в Инстаграме ДАЙРЕКТ ВЗОРВАН какими-то перцами. Вы спросите, похож ли хоть один из них на Тимоти Шаламе? Даже на Сосо Павлиашвили не похожи, хер там плавал.

Тиндер-эпопея закончилась, не успев начаться — все-таки придётся подружиться с соседями, выходить в люди, вот это вот всё.

Поиски Тимоти Шаламе: неделя 2

Во-первых, я больше не могу сдерживать наплыв долб***ов, которые считают, что они близнецы Тимоти Шаламе, в своей личке. Второй подвид — те, кто доказывают, что мужик должен быть вонюч, волосат и дебиловат, а не вот это вот всё. «Ээээ слюшай б**т, ти канфету по обертка тоже выбираешь, да?» А ты мне написал, конечно, ради моего богатого внутреннего мира.

Во-вторых, подоспела история от подруги про как раз настоящего мужика — щас они разъезжаются, и он даже милипиздрический кусок сала забрал из холодильника. И открытые приправы по семь рублей за пачку.

Как говорится, есть два стула, только два.

Поиски Тимоти Шаламе: контрольный

Я всё.

Джинны в полвосьмого утра

Когда встала ни свет ни заря, чтобы сделать пцр-тест, а тип на ресепшене уже час втирает тебе про Аллаха и джиннов, которые ему являлись.

Тбилисцы говорят

Гиорги, 25, кинокритик

Есть один грузинский фильм, «Мандарины», видела, наверное? Короче, он стал очень-очень популярным в мире, и актера, исполнявшего главную роль, пригласили на «Оскар». Актер этот наркоман, законченный, со стажем такой наркоман. Рассказывают, что во время съемок он ни одного часу не был трезвым, всё время high. Но актер очень хороший! В общем, идёт церемония, его показывают крупным планом в зале –– а он обдолбанный дрыхнет в кресле. Уснул! На «Оскаре»! Как же все возмущались в Грузии: ты что, как ты мог, debilo, ты страну опозорил! А он отвечает спокойно: ну, поспал и поспал, не посрал же, чего дое**лись. И в этом вот весь по***зм грузинский.

Нино, 28, финансист

Когда в школе меня отобрали по FLEX учиться, папе звонили со всей Грузии и спрашивали: слушай, дорогой, сколько ты заплатил, чтобы Нино взяли в Америку? Сначала он всех убеждал, что отбор был честный, экзамены, собеседование, но потом устал и начал отвечать: да, ага, я заплатил огромную кучу бабла за Нино, и че, могу себе позволить. А вы? Вот и завалите, нахвамдис! И все его сразу так зауважали!

Лаша, 25, предприниматель

– Два года назад я начал делать бизнес с улитками, потому что он очень… рентабел’ный, да? Это слово? И я же делаю всё честно, Настик... Ну ладно, окей, может туда-сюда немножко себе в карман и положу. Но мне же надо что-то зарабатывать? Ты согласна? Ну вот, а все вокруг почему-то думают, что я first пидорас in Georgia.

– А что, можно же делать хинкали из мяса улиток, да?

– (испуганно) Ты щто, щутищ щто ли? Хинкали — это скрепа! Это как мама! Они ваапще crucify me тут же, immediately, прямо на месте.

А, 20, фотограф

Тбилиси – мертвый город, и тут делать нечего. Только курить план или драться. Кстати, марихуану по-грузински иногда называют mimosa, как цветок. И мою маму тоже зовут Мимоза – то есть practically я сын марихуаны. В центре ходит много арабов — некоторые пристают к грузинским парням, один пытался погладить меня по коленке и вообще хотел me fuck. Был очень большой fight, pizdec karoche. Dear god, мужчины want ми fuck, что ж я сделал не так!

Леван, 23, предприниматель

Они говорят, что здесь нечего делать, потому что они нихххх*я не умеют делать! Грузины очень ленивые. Знаешь, как появилась Грузия? Бог, короче, раздавал землю: эстонцу, французу, поляку, всем по кусочку. А грузин пришел последним, потому что проспал – он же грузин, ну естественно. Бог говорит: вайме, брат, как же так! Ладно, по-братски отдам тебе лучший кусочек, тот, который я себе хотел оставить. Вот так и появилась Грузия. Мой тебе совет: в Грузии ничего не надо делать, кроме как веселиться. Не работать! Ни за что!

Гиорги, 25, кинокритик

Самгорский рынок – это мем! Там только на днях перестали барыжить герычем, но вообще можно купить что угодно. Органы, цыплят, ковры, огурцы, рабов. Есть такой наркотик, который тебе не продадут из рук в руки, только изо рта в рот — и люди идут на это, стоят за какиой-то шторкой и… ой! Потом все равно как-то выдувают в мешок и перепродают. В общем, обязательно поехать на рынок в Самгори, не пожалеешь!

Кета, 60, соседка, без определенного рода занятий

Ладно, давай свою капусту сюда, раз не нужна. Будем борщ варить — заходи в гости. Если, конечно, землетрясений на этой неделе больше не будет. И воду не отключат. Или газ. Или свет. Ну, в общем, шансы невелики!

Король Грузии Чарквиани

Вы покорите сердце любого грузина, если будете знать Mepe, короля то бишь грузинской музыки Ираклия Чарквиани.

Иракли родился в семье дипломата, успел поучиться в Америке и набраться там таких ритмов и словечек, каких в Грузии девяностых еще не слыхали. Все смеялись над его песней Sexi («секс» то бишь — удивительно, правда?), а сейчас она эталон. А песня Saqartvelo вообще неофициальный гимн Грузии;

Иракли умер от передоза в 2006 году и был распоследним наркоманом –– но в Википедии вы об этом не прочитаете, там стыдливый «сердечный приступ»;

Его жена Кетато, которая пела в дуэте с ним, трахалась со всеми его друзьями по кругу, пока Иракли спал в соседней комнате. Почему он это терпел? Well, все в Грузии знают, что Иракли любил Кетато very fucking much, она была angel в его жизни. В Википедии, конечно, вы тоже такого не вычитаете, такие вещи передаются только из уст в уста;

У Чарквиани есть несколько книжек (ни одна из которых, к сожалению, не переведена ни на один из доступных мне языков). Жаль, потому что, судя по переводам песен, поэт он был охренительный. Ну и родоначальник всей современной музыки в Грузии. Послушайте Чарквиани, короче.

Сколько можно

Сегодня в полной мере чувствую себя вдали от родины, потому что нам отключили газ. Если что, на газе тут отопление: я проснулась, высунула руку из-под одеяла, о***ла и вот продолжаю сидеть внутри одеяла, как в шалаше, и искать способ дойти хотя бы до ванной.

Ваще в Тбилиси за одну неделю можно пережить отключение всего по очереди: свет, вода, интернет, свет, вода, вывоз мусора опять не приехал. Привыкаешь, но

Лена Щапова

Приснился сон про отмененный «Нон-фишкн», будто туда приехала Елена Щапова. Мы с ней во сне были знакомы, она мне одалживала какие-то сарафаны — но чем-то я ее обидела, что ли, и пыталась вину загладить. Щапова стояла в фойе, одетая в полупрозрачную кофту, через нее виднелась голая грудь (да, семидесятилетняя). Она со смешным прононсом попросила принести ей сметану и bagel. Я пошла было искать, но упала в серную турецкую бану, да там и осталась сидеть до конца ярмарки.

Господи, надо завести хоть какую-нибудь социальную жизнь в реальности, наверное, я не знаю.

Choose your fighter — Tbilisi Tinder Edition

Донжуанский (почти) список

Ну ладно, ту бизнес. Давайте расскажу немножко про своих неудавшихся ухажеров в Тбилиси, а то вы всё говорите, что тут раздолье и чё я носом кручу. Ага, конечно.

А., 20

Смотрел аниме, ОЧЕНЬ много выпендривался, был обидчивым, как капризная девочка четырёх лет. Словарный запас состоял из «хау ту кен ай сэй», «поххххуй кароче» и «ниххххуя себе». В конце концов стал так раздражать, что попросила больше мне не писать, назвав сгоряча «small, stupid and annoying». Ни о чем не жалею.

М., 30

Экспат со свинофермой. Достаточно красивый, беспардонный и пустой, жилистый протеиновый поц. Ничего не узнал обо мне за час, зато успел вывалить на меня проект своей экофермы, основы здорового питания, все планы на жизнь и свою философию. Ищет телку, с которой можно уехать в экологически чистый энвайромент, завести там свиней и кормить их гидропоникой. И правильно питаться. И заниматься спортом. А потом опять правильно питаться. Не пьет кофе, потому что от кофе «хочется секса» — а это же ужасно, ужасно! Быстро вспомнила про внезапный рабочий созвон (дело было в субботу в восемь вечера), так же быстро убежала на метро, так же быстро кинула его дома в бан.

Л., 23

Приехал на какой-то там крутой тачке, но мне все равно, я их даже не опознаю. Рассказывал со смешным акцентом про свои пьянки, похожие на джи-ти-эй вайс сити, пили чай в чайном доме. Размешивал сахар, и я заметила, какие у него пухлые сдобные ручки, выглядывали из рукавов толстовки, совершенно крошечные, как у гнома. Еще не успела дойти от чайной до дома, как спросил, когда будем смотреть фильм. «Никогда», –– подумала я и наврала, что переезжаю в Стамбул. Да, завтра же. Вот только что вспомнила, бывает, а!

Г., 23

Также известный как «Гио 13 километров». Это ровно столько он заставил меня пройти по берегу Куры. ПРОГУЛ04КА! Плюсы: понимает шутки из сериала «Офис», очень хорошо говорит по-английски, похож на Дейва Гаана в восьмидесятом году. Минусы: да, вы угадали, те самые тринадцать километров. Паркур!

Суррогатный папаша

Тбилиси — фантастический город, за каждым камнем готовый сюжет.

Вышла тут на поздний завтрак в Данкин Донатс (да, это преступление в Грузии, знаю). Свободное место было только одно, рядом с чуваком в шарфике. Он без остановки болтал по телефону, и всё какие-то words of wisdom, типа: there is no such thing as a ‘right time’, the only right time you have is NOW🔮

Fair enough, — подумала я, забрала свой бейгл и стала сосредоточенно жевать. Очень быстро у шарфика, видимо, кончились контакты в телефоне, и он элегантно присел на уши мне, удивляясь, впрочем, как рашн может бегло говорить по-английски.

Короче. Чувак прилетел из Британии. До войны тусовался в/на Украине, где искал суррогатную мать для своего ребенка: во-первых, там это легально, во-вторых, по его словам, не так уж и дорого. А в-третьих, суррогатная мать должна быть похожа на его жену, он ищет голубоглазую около-славянку. Он даже показал мне фото, где они счастливые сидят на скамейке, по-европейски улыбаются дёснами и держатся за руки — правда, лица женщины не разглядеть из-за громадных очков с толстыми стеклами. У его жены нет uterus, вот что.

— Thanks God, — сказал он, — что я успел только сдать sperm (я с сожалением смяла в салфетке остатки бейгла, приятного аппетита). Если бы суррогатная мать забеременела и уехала, скажем, в Польшу, то всё! Юридически я бы не имел никаких прав на ребенка. И может, даже никогда бы и не увидел.

В Грузии найти славянку еще тяжелее — но он пытается. Скажем, на завтра у него назначено три интервью с потенциальными мамами. «Нет, никаких сложных вопросов, просто хочу убедиться, что они не crazy». Своей жене он суррогатную мать не покажет, это ранит её. Она приедет, когда всё уже будет готово. Кстати, если получится двойня, придется заплатить две тысячи баксов сверху. Разумно и довольно дёшево.

Когда ребенку исполнится шестнадцать, папа откроет ему тайну рождения: про Тбилиси, про донорскую яйцеклетку, про Данкин Донатс, в котором он экзаменовал его биологическую мать. Не хочется, но он have to. По грузинским законам, имя суррогатной матери остается в тайне — но Грузия такая страна, где всегда можно немножко доплатить сверху и успешно закончить любой ресёрч. Чуваку почти сорок, он очень хочет детей. Он готов и будет мотаться сюда каждые выходные, пока не увезет с собой baby или даже двоих.

— Look, — сказал он, когда я уже собиралась уйти, — I have a suggestion for you.

«Ох, нет, пожалуйста, нет, — подумала я. — Хотя каков бы был поворот!»

— Хочешь быть нашим бебиситтером, когда моя жена приедет сюда? У тебя отличный английский, а всё остальное у женщин получается naturally. Будет весело!

Я облегченно выдохнула и сказала, что подумаю — let’s keep in touch.

Нет, бебиситтером я никому, конечно, не стану — но интересно, чем кончится эта история. И, конечно, нельзя не признать, насколько дивным стал мир. Напишу вот ему через пару месяцев: heythere, so how your business is going?

Как у меня появился душ от Mercedes

Ловите сюжет для научно-фантастического рассказа:-

⁃ у одной девочки сломался душ и вообще всё;

⁃ одной девочке с десятой попытки удалось найти сантехника в Тбилиси;

⁃ сантехник оказался русскоговорящим;

⁃ дело было на Пасху, и он оказался в городе (а не «на тусовке в Бакуриани, перезвоните в следующем месяце»);

⁃ он пообещал прийти на следующее утро аж в десять;

⁃ ОН РЕАЛЬНО ПРИШЁЛ;

⁃ РЕАЛЬНО В ДЕСЯТЬ УТРА.

(окей, на самом деле в 10:20, но в Грузии двадцать минут это даже не опоздание)

Сантехник посмотрел на стенку моей избушки, нашел нагреватель, понял, что с его ростом придется балансировать на перилах без рук. Задумчиво сказал, цитирую: «надеюсь, сегодня Аврора на моей стороне» –– и полез. И всё сделал. Даже руки не испачкал.

Не уточняйте в рассказе, правда, сколько он взял с одной девочки денег — это может испортить волшебное впечатление от этого невероятного, невероятного происшествия.

Не спите одни в ураган

Если меня попросят выделить одну перемену, которая произошла за последние полгода, я скажу так: во мне стало больше вещества любви. Грузия на самом деле очень нежная страна, а грузины — трогательные люди; и эта среда тебя размягчает тоже и делает другим, делает медленнее, мудрее, добрее, проще и заботливее, чем ты был. Это мне, например, очень нравится, а вот отложения имеретинского хачапури на бёдрах (другой тбилисский эффект) — так себе. Но, как говорила моя бабушка, «с этого горя хоть пляши», подумаешь, жопа-сулугуни.

Мне странно жить одной, только когда:

а) происходят землетрясения (было два за последнее время);

б) ночью ураган и дерево лупит в мои окна так, что я не могу уснуть — а если засыпаю, снятся дикие кошмары;

в) соседи выходят всем двором праздновать что-то — а я и не знаю что, не понимаю, не ведаю.

Когда я впервые поселилась совсем-совсем одна, то периодически утром обнаруживала нож под подушкой. Хз, как я это делала: что-то мне такое ночью снилось или казалось, что я шла на кухню и забирала огромный шеф-нож поближе к себе, на всякий случай. Шёл 2020 год, но жить одной маленькой женщине было страшно и стремно. В Тбилиси, кстати, я чувствую себя безопаснее в этом смысле (тьфу-тьфу).

Помогает в бессонную ночь, например, новый виток любви к Депеш Мод. Вот песня, которую вы наверняка не знаете, а между тем она самая лучшая, гениальная и одухотворенная у них — если слушать ее в хороших наушниках, то получите почти физическое удовольствие (а можете и вполне себе физическое, она очень эротично устроена).

Ну и это, не спите там одни по возможности, особенно в ураган.

Военно-Грузинский тракт

Короче, поклялась я в декабре, что больше никогда не буду голодать ездить по Военно-Грузинской дороге; но — тратата, привет всем!

В мучениях на серпантине родилась идея написать рассказ про человека, который попал в лимб между Россией и Грузией, зашёл в Алания Молл и застрял навечно в лабиринте из осетинских пирогов, странных китайских платьев со стразами и салонов красоты «Филированная челка».

А вообще-то я уже второй раз ничего не понимаю: у Владикавказа потенциал ничуть не хуже, чем у Тбилиси, горы кругом, город утопает в зелени, люди прекрасные. В чем же дело, почему же он похож даже не на Воронеж (в Воронеже полно красивых и уютных мест), а на его промышленный и криминальный район, который называется Машмет?

Ну и ещё на границе встречает огромная растяжка ЛУЧШЕ СМЕРТЬ, ЧЕМ ПОЗОР; Инста, конечно же, не пашет с Фейсбуком вместе, а первый звонок через три секунды после того, как меняешь симку, — «здравствуйте, это Алена из Альфабанка, кидайте свои копеечки нам, сидельцам».

Впереди 25 часов в поезде, сосед — чувак с женой-мамочкой, которая сама отматывает ему туалетную бумагу (не шучу); как говорила бабушка, «господи, дай бог терпения».

Жопа

Короче, есть идея: написать рассказ, назвать его «Жопа».

Плот такой: у дамы за зиму потолстела жопа. Она едет в условную Москву, встречает там некого человека, который доверительно сообщает ей, что задница «расквасилась», качать надо задницу.

Отныне жопа занимает все ее сознание. Она смотрит на жопу в поездах и туалетах самолетов, разглядывает ее в зеркалах заднего вида. Да, увядает, конечно. Годы идут. Время никого не щадит, да плюс работа сидячая, наследственность, сами все понимаете.

По ночам усилием воли она пытается усадить жопу на место и сделать поменьше. Рыхлая жопа, рыхлая — а была же упругая, как два мяча для баскетбола. С ужасом она понимает, что мужики на улицах больше не обращают внимания на ее филейную часть, да и на нее саму, а свой собственный желанный мужик избегает поз сзади — ну да, ведь жопа... жопа...

За всем этим, короче, она не замечает, например, что идёт война. И дефолт там не замечает, и нищету, и что родители с ней больше не разговаривают, что ее ненавидят все, ну ничего короче ровным счетом не видит. Даже про лицо свое не в курсе, как у Тэффи. Жопа, одна сплошная грустная жопа в зеркале заднего вида.

Собянин в Тбилиси

Иногда мне кажется, что Собянин тоже прячется в Тбилиси. Потому что не знаю, как ещё объяснить тягу грузин к починке всего, что не ломалось.

Вот, например, кусок проспекта, на котором я живу (кусок — это типа домов пять) чинили полгода. Сначала ничего не делали, потом получили мандюлей и стали работать даже по ночам. Орали под окнами всё про «шени деда» (=мать твою).

Я в газете тогда вычитала, что ремонт будет идти три месяца — а знакомые грузины надо мной смеялись. «Перевожу: это значит примерно три года, бюджет уже проели, кампания была к выборам, а щас уже всем плевать».

И нахера, спрашивается? Нормальный был проспект, получше многих. Только эта эпопея кончилась — раскопали мост Метехи, мекку всех туристов, прям в сезон, в июне решили переложить асфальт.

Станцию метро Авлабари, на которой я живу, огородили и пробили огромный кратер перед входом. Реконструкция называется. Единственная, бля, проблема метро Авлабари — чудовищный запах серы, но с этим ничего не поделаешь, хоть убей.

Последнее нетронутое место оставалось — сквер рядом с памятником Мимино. Рип Мимино, чито-гврито издохла, брусчатка им там не понравилась. Отключили свет во всем районе с утра и давай копать — а редактор Настя Сопикова бегает в Данкин Донатс заряжать комп и сверлит взглядом всех, кто занимает места у розеток: айтишник, провались, свали, пусть этот айс латте вызовет у тебя немедленный понос, мне надо провести встречу в тимзе.

Прямо щас обедаю супом из стакана на ступеньках памятника Руставели, решаю вопросики другой рукой. Хочется сказать, что моя жизнь в целом-то хороша — но боюсь, говорить не буду, а то вдруг тбилисский беспокойный дух вздумает и ее починить.

Я ем инжир

Очень нравится, как строится рацион в Грузии. Просыпаешься и думаешь: сегодня мне нужна дыня (дыни тут бешеные, аж оранжевые от спелости). Собираешься, в обед топаешь на авлабарский базар.

По дороге в Инстаграме видишь у кого-то из тбилисских инжир. Так, инжир нам тоже надо.

Уже между рядов встречаешь знакомого, который гордо показывает пучок местного базилика, фиолетового такого. Говорит: попробуй, с ним просто всё становится вкуснее раз в сто. Вооон у того зеленщика надо брать. Значит, берем и базилик.

А еще, конечно, нельзя просто так посмотреть на черешню и не забрать ничего домой — так шо и черешня уходит с нами.

Красиво, классно, с вас восемь лари.

(На фото: те самые дыни, тот самый зеленщик, оцените его вайб)

Я снова мандель

Пишла сегодня сниматься аж для какой-то рекламы (сразу вспомнила, за что люблю и за что ненавижу модельную работу, второго больше, как-нибудь расскажу). В какой-то момент девушка-заказчик говорит: о, так ты год в Тбилиси! Значит, не из понаехавших?

Отвечаю: да нет, как раз из них.

А она говорит: не, понаехами называют тех, кто приехал в последние три месяца. Такой вот высокомерный раскол.

Потом я пошла дальше на пати (да, чувствую себя богемной выше жопы) — увидела там Гошу Карцева, который стилист такой лысый, встретила ещё человек пять знакомых по дороге. Подумала: реально же, обжилась. Но все же я бесконечно далеко от новоэкспатской тусовки — и пусть так оно будет подольше.

Сололаки не Соловки

Пару недель назад ходила на экскурсию по району Сололаки (русские друзья всегда переспрашивают: «Соловки?»). Экскурсия была не простая, а про литературу: показали, где жил Мандельштам, где Гумилёв вручал письма своей гимназистке, в каком дворике Таривердиев решил стать композитором, где Дюма визжал от восторга и все такое.

Иашвили, тогдашний председатель Союза Писателей Грузии, застрелился — потому что невозможно столько давить на человека. Застрелился в Доме писателей на втором этаже, практически напротив окон Берии, из пистолета, который сначала хотели подарить Есенину.

Есть и красивые истории: вроде легенды про купца Калантарова, который построил для своей любимой дом, похожий на оперу, — лишь бы её покорить. Или да, вот Гумилёв вбегает по ступенькам, держа в руке «Тифлисский листок» с первыми напечатанными стихами.

В этом городе всё переплетается, обрастает какими-то полусказочными мотивами, само приобретает объём и краски.

Но запомнится-то не это. Вот гид рассказывает про драматурга Сундукяна, показывает на очень, очень пафосный дом на Площади Свободы — на первом этаже ресторан, на втором — миллионерские хаты.

— Э, смотри-ка, — ко мне наклоняется маленькая армянская бабка, вся в буклях и с авоськой, — пел’менница.

Поднимаю глаза, ищу. Ага. Над окном второго этажа, в самой милионерской из квартир гордо прибита восьмиугольная форма для лепки пельменей. Как знамя, герб, чёрт знает что ещё.

Лейла осудит

Знаете, что я делаю последние два часа? Я убираюсь дома к приходу клинера)))))0)

Нет, я умом-то понимаю, что делаю полную чушь — но вот, придет моя Лейла с печальными глазами и пылесосом подмышкой, посмотрит внимательно на мой хлев, и я сразу услышу голоса мамок-нянек-тетек в моей голове. Вот как они осуждающе говорили про ту соседку: «Мдаааа, убираться она не любит».

Хочется взять такую мамку у себя в голове за грудки и заорать: НЕ, А ТЫ ЛЮБИШЬ, ЧТО ЛИ? ТЕБЯ ХЛЕБОМ НЕ КОРМИ, ДАЙ ТОЛЧОК НАПИДОРИТЬ? РУКИ В КРОВЬ СТЕРЕТЬ О ТРЯПКУ, БОЖЕ КАКОЙ КАЙФ! ТАК? ТАК?

Но ничего ты не скажешь мамке в голове, так и пойдешь понуро за щеткой, и шваброй, и хозяйственными перчатками. Не дай бог клинер увидит бардак (а гинеколог вагину), хуже ничего не бывает.

Запала

Мужик в метро: приосанивается, думает, что он дико тебе понравился, ухмыляется

Ты: на самом деле просто не можешь оторвать взгляд от его сине-зеленой, как море, и такой же огромной татухи ONLY GOD CAN JUDGE ME

Свингеры

Приехала в Батуми наконец, зачем-то пошерила такси от вокзала с незнакомой парой. Мальчик представился Андрюшей (так!), девушка — не помню.

Спрашивают: а ты тоже в Батуми на фестиваль? Нет, говорю, а что за фестиваль такой? Девочка отвечает: ну как же, свинг-фест!

Неловкая и длинная пауза.

Нууууу, свинг, говорит, музыка такая, разве не знаешь?

Ааа... Свинг.... Да-да, да-да.

Ну а потом нашего бомбилу остановил гаишник, и я, как в фильме «Осенний марафон», узнала много новых слов.

Экономика и черепашки

Пока я все ещё на море в Батуми и никак не могу войти в рабочий ритм (а надо ли?), покажу вам местный детский бизнес. Отдельно нравится, что «покормить» — самая дорогая опция, дети просчитали издержки на арбузик

Всем чмоки в этом чатике!

Маянезик

Позавчера я спускалась со своего двадцать первого этажа на улицу. Двери лифта открылись, и была явлена мне русская женщина. Ни слова она не сказала, и волосы у нее были крашены в черный — но я уже знала, что она русская. К сердцу она прижимала баночку майонеза «Махеев».

И выяснилось потом, что дом мой полнится русскими, и выяснилось ещё, что кроме майонеза в окрестных магазинах ничего не купить. Зефир нашла, ладно. В августе по всей Грузии не могла найти простой зефир в шоколаде.

Остановка моя в ноябре — Батуми. Тут оказывается, и осенью хорошо: тепло, с балкона кораблики видно. Нет, правда, такого рая для потребителя, как в Тбилиси: вот эти пятьсот тысяч магазинов-ресторанов-маркетов-салонов красоты на любой вкус. Маникюр тут придется делать со стразами (а то и френч!), авокадо или там хумус приличный днём с огнем. Но что жаловаться! Жаловаться надо, когда открываешь сайты с квартирами (и ценами на аренду) по всей Грузии. Для сравнения: в сентябре прошлого года я сняла отличную квартиру в самом центре Тбилиси за 300 баксов, и все время ныла, как оно дорого. Сейчас триста долларов стоит прожить в тбилисском гетто неделю, в палатке, в подвале, без туалета, газа и горячей воды.

(Эх, ребята, даже хинкали существенно подорожали! Это уж вообще беспредел!)

Настя, rate the D

У меня в Инстаграме есть крейзи сталкер, актер из Лос-Анджелеса. Натурально актер, у него там шоурилы, какие-то отрывки сериалов с его участием, вся фигня. Примерно раз в два дня он предлагает сыграть в игру rate the D. Я ничего не отвечаю, он удаляет сообщение, через два дня опять предлагает. Ох уж эти русские девушки, память у них, как у рыбки Дори. Мне кажется, они все так считают, ей-богу.

Хочется в свою очередь сыграть в игру rate the безумный сталкер. Я бы их каталогизировала: от чувака, который предлагал обсуждать с ним фильмы за деньги, до того, который присылает открытки в блестяшках и желает смачной кавы по утрам (сам он какой-то там мексиканец).

Или вот я вышла на бульвар, ко мне подошел какой-то поц и начал изливать душу про девушку, которая не дождалась его в Новороссийске и через две недели уехала в Дубаи с заряженным арабом. «Ты со спины прикольная, — говорит. — Выглядишь не пафосно. Что у тебя парень есть, я понял, это хорошо — так что просто послушай боль моего сердца».

У меня что, добрая моська? Не говорите так, я много работаю над тем, чтобы она была злой. Брови рисую вон какие. Купила корректор, чтобы заштриховывать щёки. На улице делаю противозачаточное лицо (воронежская школа, элементарный навык выживания). Есть накладная челка, могу ее юзать как усы в крайнем случае. Только никаких rate the d, никакой смачной кавы шоб.

Vaxue

Иду по Батумскому бульвару (это вдоль моря, значит). Навстречу корги, жирный-жирный, пузо по земле волочится, жопку еле-еле переваливает, весь в песке. А обгоняет меня велосипедист, такой плотный тоже, едет без рук и плечами водит, гарцует, сам себе аплодирует иногда, борода развевается, как у Кадырова, заряженный максимально.

Шагаю дальше и вдруг вижу такое новое заведение — и сразу понимаю, куда он так торопился и чего так расцвел 🤙🏻🤙🏻🤙🏻

Батуми — это не просто город китча, это он сам как есть.

Тарас и его пикап

На бульваре ко мне опять подошел Тарас.

(Помните пост про rate the D? Вот там он был с болью сердца своего.)

Вообще его по-другому зовут, но имя Тарас очень подходит. Кажется, что он вылез из 2010 года, восстал с кладбища выпускников школы пикапа имени Алекса Лесли. У него длинный нос и обиженные губы уточкой, хвост на выбритой голове, джинсы в обтяжечку, короче, все атрибуты безнадежно отставшего от времени человека. Не хватает только футболки SWAG.

— Ты ко мне уже подходил, — говорю. — Я тебя запомнила. Тебя девушка бросила, теперь ты едешь в Сербию, потому что там кайф, а на бульваре снимаешь по сорок телочек за вечер, но у меня есть парень, поэтому ты меня уважаешь за верность, а так-то оно все бабы суки, конечно…

— Ты, наверное, хохлушка, — обижено протянул Тарас. — Так же много болтаешь.

Мы еще немножко прошли молча.

— Расстроенный я сегодня, — продолжил Тарас. — Вчера так классно потрахался, а сегодня никакого улова. Ты парня-то дождалась?

— Ага, — говорю.

— Молодец, — его нос еще больше вытянулся на фоне заката. — Пальто у тебя прикольное. Только я передумал, в Великобританию теперь еду, там еще кайфовее, говорят.

Гроза в декабре

А в Батуми всю ночь была гроза. Я не сразу даже поняла, что за грохот, — грозы третьего декабря я еще в жизни не видала. Как, впрочем, и не ходила в пальто нараспашку, и не смотрела на прилив и пальмы из окна.

Работаем, радуемся.

Что я прочитал? Разоблачение Пушкина Михаилом Веллером

2024-10-18T14:11:47.153Z

Иллюстрация: Светлана Кожаринова

📍автор в Телеграме: https://t.me/letuchykorable

У творческой ревности, в отличие от мужской или женской, пределов нет.

Мужская ревность приводит к диким выходкам, которое общество обычно высмеивает. Называет такие штучки мелкобуржуазными. Дурак Арбенин, что отравил свою Нину – не страшный убийца, а именно смешной дурачок. Дурак и Пушкин, которого было зачислили в орден рогоносцев, а он за то поплатился своей жизнью.

А вот писательской ревности в Пушкине, кажется, почти что и не было – если и случались приступы, так он умело это скрывал и всегда с жаром превозносил чужой талант. Умел ругать, умел и восхищаться. Мелких интрижек в этом смысле за Пушкиным не водилось.

Увы, для нашего брата это редкое качество. Не устоял и Михаил Веллер. Милости прошу – книжица «Перпендикуляр», вышедшая на бумаге в далеком 2008 году.

Михаил Веллер. "Перпендикуляр", 2008

Что это такое? А это сборник лекций о русской литературе, прочитанных Веллером там и сям, то есть в Европе. Немудрено.

Потому что, если мы будем ограничиваться Пушкиным-мифом, мы будем повторять то, что незачем повторять – это все и так знают. Если мы захотим понять хоть что-то, что может быть знают не все, то желательно посмотреть, что там было на самом деле. Ну это все равно как врачу для изучения анатомии не надо ограничиваться знакомством с одетыми людьми, а люди нужны раздетые, и даже более того – люди отпрепарированные: чтоб можно было поглядеть, что у них внутри. Что у человека внутри – это иногда выглядит совершенно неаппетитно. Но если вы хотите разбираться в медицине, вы должны это знать. Так вот, если вы хотите разбираться в литературе, вы должны представлять себе, что такое писатель, которого читаете вы и хотите понимать.

Интересно, правда? Сейчас нам все объяснят и про авторское поведение Пушкина, и про судьбу его нелегкую и про творчество, наверное.

Когда он написал «Евгения Онегина», то оказалось, что любой приличный поэт легко может подражать «Евгению Онегину», легко может писать подобные стихи, потому что этот размер, и этот ритм, и эта нехитрая очень рифма сплошь и рядом глагольная.

Веллер объясняет, что гениальность Пушкина заключается в том, что он первым начал писать таким языком, каким другие «разговаривают» – и это, конечно, чудовищное упрощение, но – ладно уж.

У Пушкина, говорит Веллер, как будто не было отца, мамы, братьев и сестер – а если были, то предъявите стихи про них, голубчики! Ага, нет стихов! Значит, Пушкин плохой сын, плохой брат, и сват плохой, и племянник, и муж. Только родился, а уже подлец.

Денег у Пушкина не было тоже. Его «распределили» на работу в Молдавию, где Пушкин ничего не делал, потому что он глупый.

Вообще получается, что это был немного такой скандальный молодой человек, любитель выпить, любитель сыграть, любитель пройтись по бабам. Еще он писал стихи. Вот, в сущности, и все, чем он занимался.

Дальше Веллер пересказывает сплетню, как Воронцов гостеприимно приютил Пушкина, а Пушкин за это благодарно обрюхатил его жену. Ну так, шпилечка между делом. Пушкин сбежал в Михайловское, где его никто особенно не любил, «и редко-редко, раза два-три, к нему приезжали друзья». Чего мелочиться, не было у Пушкина друзей! Одни дети-маугли в квартирах-помойках.

Да, это сказано тоже: с Пушкиным никто не хотел водиться, кроме серийного убийцы («убил на дуэлях 12 человек!»), «шулера, мошенника, бродяги, человека деклассированного» Толстого-Американца.

«Ну, потому что остальные как-то не очень хотели с ним общаться, потому что человек он был ветреный, вспыльчивый, и в сущности полагали его пустым».

Через какое-то время по усадьбе [в Михайловском – А.С.] стали бегать дети, слегка похожие на Пушкина, и иногда их продавали, потому что было крепостное право».

К середине лекции градус ненависти становится невыносимым. С тридцать седьмой страницы и дальше брызжет старческая слюна:

…он был развратник, он был игрок, он был голодранец, он был человек ненадежный, и ценность он имел только как все-таки известный талантливый поэт, ну куда же денешься, и по отзывам хороший любовник, хотя очень неверный, и верность там отсутствовала в принципе. Вот, собственно, и все достоинства, а что же еще?..

Погодите, а как же неуемный половой темперамент? Как же десятки детей, которых Пушкин продавал?

Еще Анна Керн заехала, но то, что в поэзии называется «Я помню чудное мгновенье», в истории болезни называется «беспорядочные половые связи» и вело к многократному лечению от гонореи.

Он был принят государем. И государь сказал ему знаменитую фразу: «Отныне, Пушкин, я буду сам твоим цензором». И Пушкин выходил из царского кабинета со слезами умиления на глазах. Ну, короче, царь ему протежировал, и это облегчало петербургскую жизнь.

Декабристов не существует, понятно. И разговор после их казни, соответственно, превращает Пушкина из гордого друга, умом и талантом которого Николай восхищался, в лизоблюда с какими-то слезами умиления на глазах. Аж камера-юнкера выслужил: «в общем голодранец, который ничего…» Тут Веллер запинается, потому что факты не стыкуются: если лизоблюдничал, то почему только камер-юнкер? А если бесконечно делал детей и не знал собственных мамку-папку, то какое ему место тогда при дворе?

А, вот зачем. Затем, чтобы появился в этой лекции, отменно длинной, длинной, длинной, красивый и благородный юноша Дантес. Между прочим, кричит Веллер, Пушкин и Дантес были близкими родственниками! Женаты аж на родных сестрах!

О том, как получилась эта коллизия – что французскому гомосексуалисту вдруг понадобилось жениться на обедневшей русской девочке – Веллер итальянскому слушателю, конечно же, не расскажет.

И вот сестры рыдали друг у друга на груди, не зная, как заставить Александра отказаться от дуэли! Потому что Дантес драться не хотел: во-первых, это его родственник, а во-вторых, Пушкин все жизнь тренировался в стрельбе. Человек маленький, физически слабый, самолюбивый, преуспеть в фехтовании ему не светило, он укреплял руку – он то ходил с железной палкой, то занимался чем-то вроде гантелей, то брал уроки стрельбы, то тренировался в прицеливании.

Сестры рыдают. Дантес рыдает. Пушкин рыдает пуще других, потому что его – человека, который страстно любил бокс и первым в России начал выписывать учебники по боксу; человека, который на дуэлях ел вишенки и благодушно смеялся; вот его-то изображают чем-то вроде Саши Белого из «Бригады».

А бедный Дантес, говорит Веллер, стрелял плохо. «И престарелый отец Дантеса приезжал из Франции, и валялся у Пушкина в ногах». Вероятно, валялся в ногах Геккерен не иначе как рассматривая пушкинскую ширинку. А Пушкин все не хотел и не хотел уступать, бессердечный, жестокий Пушкин, ай-яй-яй!

И никаких тебе подметных писем. И никакой травли. Никакого ордена рогоносцев и предательства ангельской Натали.

Менее известно, что поскольку за Пушкиным оставалось право второго выстрела, то он устроился на земле поудобнее, прицелился и раздробил пулей Дантесу кисть правой руки, в которой он держал пистолет, каковой рукой с пистолетом прикрывал по праву дуэли этого времени свой правый бок, развернувшись боком к противнику, чтоб меньше пострадать. Всю свою остальную жизнь Дантес доживал с искалеченной рукой.

Бедный Жорж! Может быть, на гонорар с книжки надо было организовать фонд имени Дантеса? Извиниться за непутевого Сашку?

«Вещи надо видеть в их истинном свете», – поучает Веллер, навалив сплетен и переиначенных фактов. «Нет никакого номера первого!»

Дальше его несет уже безо всяких остановок: а вот Лермонтов? А вот Гоголь? Это же не смешно, откройте глаза, совсем не смешно! Читать Гоголя тяжело, очень! А Достоевского вы видели вообще? Какая там прелесть? Какая стилистика? Он вообще педофил, вы в курсе?

Впереди нас ждут еще сотни страниц таких историй.

Что еще сказать, братцы? Чем сердце успокоить?

Про эту книжку я узнала году эдак в двенадцатом в университете. Одна из студенток принесла книгу Веллера преподавательнице стиховедения, древней-предревней, ехидной-преехидной, похожей на печеное ленивое яблочко, с тонюсеньким голосом. Принесла и очень восхищалась, дала почитать на неделю.

«Что я могу сказать? – сказала наша дорогая Наденька на следующей паре. – Ничего не могу. Только вот мне показалось… Показалось, Веллеру завидует Пушкину не только как литератор – что объяснимо – но и как мужчина». И книжку брезгливо возвернула, посоветовав читать хотя бы Лотмана.

Лотмана студентка не прочитала. Пошла учить китайцев русскому и проповедовать бесполезность литературоведения, раз такие плохие люди у нас затесались в гениях.

Вот, дамы и господа, что плохие книги с людьми-то делают.

ГАДОСТИ И РАДОСТИ: ПРОЧИТАНО В МАЕ

2024-05-27T12:56:46.001Z

(или чуть раньше, но отдельный пост писать не хочу)

Джон Кутзее «Бесчестье»

Лет в семнадцать я прочла «Молодость» Кутзее — и тут же его возненавидела. Отчасти потому что нобелевский лауреат все точно предсказал, а верить в эту правду не хотелось. С «Бесчестьем» та же история, только это роман про старость: как угасает огонь, как отвратительны последние порывы страсти. В пятьдесят пять лет одинаково смешно заниматься Байроном и влюбляться в свою студентку. Ну и гениальный неочевидный параллелизм: когда Дэвид пользуется проституткой или юной девушкой — это для него «цивилизованный» способ усмирить плоть; когда его дочерью пользуются трое черных насильников — это трагедия. Короче, Кутзее во всем величии: по прочтении больно, но знаешь, что опять во всем прав, стервец.

Эдуард Лимонов «Укрощение тигра в Париже»

Как-то пропустила эту книгу — да и черт бы с ней. Повторяются многие мотивы из «Эдички», а вот портрет Медведевой не удается: у него она такая дурочка с переулочка, агрессивная алкоголичка, неотесанная девка. Если не знать, что Медведева к тому времени и в консерватории поучилась, и для обложки The Cars снялась, и на роль девушки Бонда пробовалась — ну, можно поверить, наверное. Сцена с утоплением котенка отдельный повод для тошноты — но что уж! Лимонов не из тех, кто любит sugar coating.

Эдуард Лимонов «Великая мать любви»

Эдди-бейби заводит себе свингер-семейку. Помню, один бизнесмен убеждал меня, что главное — «раскачать резонанс», то есть послать какой-то сигнал в мир, который приведет в движение всё вокруг тебя. Вот, про это текст и про вкусный риёт.

Джон Чивер «День, когда свинья упала в колодец»

Упоминается Оливией Лэнг в книжке про пьянство писателей. Гениальный рассказ, в котором вся Америка как на ладони — крайне рекомендую.

Гиллиан Флинн «Исчезнувшая»

Смотрела фильм, а вот и книгу прочла следом. Читала в оригинале, это чистое наслаждение — экранизация после этого вообще в мусорку. Мастерски использован прием «ненадежный рассказчик», куча стилистических находок. В голове засел эпизод, когда Эми переезжает в Миссури и старается там показать превосходство над местными женщинами, затевает соревнование. Но местные женщины ей сразу отдают пальму первенства и умиляются, и живут себе дальше своими жизнями — отчего Эми приходит в бешенство. Еще sickly water про протухшую водичку из-под цветов — запомнилось.

Филипп Делерм «Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни»

Ну такой куриный бульон для души, только более изысканный. Помните, в «Амели» милые перечисления того, что любят герои: велогонку «Тур де Франс», запустить руку в корзину с фасолью, пускать блинчики по воде? Вот, оно, большой и красивый список разных моментов, когда жизнь кажется прекрасной. Такую книжку на пляж взять — самое то.

Кристина Сещицкая «Мой волшебный фонарь»

У меня хобби такое — читать советские подростковые книги. Эту бросила, не понравилась совсем. Хотя я всеядна.

Орхан Памук «Мое имя красный»

Кровища, кровища, немного запретного секса, разлагающиеся трупы и распад Османской империи. 6 Умберто Эко из 10.

Владимир Набоков «Удар крыла»

Прекрасный ранний рассказ, такой еще — романтический и даже наивный. Про фатум и горнолыжный курорт.

Лариса Исарова «Записки старшеклассницы»

Еще одна советская подростковая книжка, которую отложила. Очень современный язык, но всё остальное плоское, пустоватое.

+ Бонус-трек

В библиотеке Университета Глазго обнаружено потрясающее неведомое.

На даче жить, читать журналы

2024-05-02T09:57:13.500Z

📍автор в Телеграме: https://t.me/letuchykorable

В детстве вместо дачи была деревня — бабушка, дедушка, папа там вырос и тетя. Осталась куча артефактов эпохи: от гигантских пупсов из желтой пластмассы до сумочки с медвежонком-символом Олимпиады-80. До свиданья, наш ласковый мишка...

И журналы. Книги почему-то остались только специальные: по немецкому, который преподавала бабушка, и по врачебному делу, которое практиковал дед. Журналов же было навалом: «Костры», «Пионеры», «Мурзилки», «Веселые картинки», «Техника–молодежи», «Ровесники» и «Мы». Журналы выписывали на всех членов семьи, на каждом шариковой ручкой проставлен сельский адрес. Лил дождь, я бежала во времянку и при свете совсем тусклой лампочки читала про хороших правильных пионеров, про дружину, про то, как получать пятерки и гладить пионерский галстук, про подвиг летчика Мересьева-Маресьева, про Бонивура-Баневура…

До хороших двенадцати лет в голове у меня был сплошной Ленин и Советский союз. Журналы имели магическое влияние: казалось, что теперь-то, когда в сентябре вернусь от бабушки в город, я буду жить правильно, у меня будет мотивация (хотя слова такого-то еще не было) вставать с утра пораньше и делать гигиеническое закаливание, я буду румяная с портфелем бежать по снегу в школу, приходить домой, обедать горячим супом, старательно делать все уроки, а потом гулять с ребятами во дворе, чтобы после кефира с печеньем лечь спать ровно в десять ноль-ноль. Такая сила убеждения была у редакторов.

Все мои планы, конечно же, разбивались в первую неделю сентября, когда выяснялось, что вместо горячего супа на обед будут липкие макароны, гигиенические закаливания как-то не делаются, тупая математика не решается, а сами родители не ложатся раньше часа ночи. Все опять вставало на свои рельсы, круги, квадраты.

Но я не теряла надежды — в июне снова ехала в деревню и снова впитывала знание о правильной и безмятежной жизни советского подростка.

«Костры» и «Пионеры», помимо всего прочего, были хороши как литературные журналы. Фрагментами (потому что подшивки до начала нулевых дожили не целиком) я ознакомилась в той времянке с кучей годных книг. Некоторые я запоминала и брала в библиотеке — и читала уже насквозь, и не всегда это «насквозь» было интереснее моей придуманной на основе прочитанных кусочков истории. Кое-что я нашла только в интернетную эпоху. Кое-что забыла навсегда.

А на днях я заболела — и поняла, что литературные новости делают мне только хуже. Литературные старости — дело другое! Я раскопала архивы оцифрованных советских журналов (слава тому, кто их делает) — и отправилась по местам своей памяти, по своей виртуальной даче, попутно чувствуя себя все лучше и лучше среди всех этих шахматных рубрик и кружков Марьи-искусницы. Весело и спокойно в этом придуманном советском мире жить. Весело и спокойно — пусть даже на самом деле оно было не так.

Перед вами — пять повестей, которые я прочитала в журнальных публикациях на даче. Вуаля!

ЕВГЕНИЙ ВЕЛТИСТОВ
«ЗОЛОТЫЕ ВЕСЛА ВРЕМЕНИ, ИЛИ «УЙДИ-УЙДИ»

ЖУРНАЛ «ПИОНЕР», 1988, №1-2

Писатель идет на заседание Союза писателей — и ему там скучно, как обычно бывает на любых заседаниях (кроме тех, что проходят в барах). Идет середина восьмидесятых, а писатель очень тоскует по сороковым — по той Москве, которой больше нет, по своему детству, по прекрасным и отважным людям. Вообще это часто встречается в позднесоветской литературе: в сороковые казалось, что после Победы наступит что-то невероятно прекрасное, и мир этим ожиданием чуда жил. В конце восьмидесятых людям уже стало понятно, куда все катится — и они вдруг стали ностальгировать по себе прежним и полным надежд.

Писатель встречает современных подростков Алену, Кира и Ветра — смешно, что дети восемьдесят восьмого года не знают устройства самоката, и главному герою приходится им объяснять, что это такое. Вместе они летят во времени в конец сороковых и смотрят на ту самую старую Москву, слушают Марка Бернеса, едут на дачные танцы, тусуются с дворовой шпаной.

В детстве мне попался кусок про коньки: про то, как главный герой возвращается во времени на суд с коньками. Мол, из-за этих новеньких коньков мальчик Карлуша убил другого мальчика Лешу. Это врезалось в память, по конькам, собственно, я эту повесть потом и нашла. Оказалось, что она про ностальгию, про ушедшую безвозвратно Москву и собственную юность — ах, как хорошо все начиналось! Хорошая, милая, забытая повесть от автора приключений того самого Электроника и романа про то, как целый класс потерялся в космосе. Вот это скрещивание самой ярой фантастики с самым ярым педагогическим жаром — это мое любимое, да.

Иллюстрации А. Борисова

Ветер снял крышку с моих часов, стал изучать механизм. Крупные шестеренки крутили секунды, минуты, часы лета 1947 года. Начался второй послевоенный год.
– «Я никогда не имел часов», – процитировал я вслух слова знаменитого писателя, – не покупал их, и никогда мне их не дарили! Я иногда говорю красивые слова о том, что мои часы на башнях».
– Кто это? – спросила Алена.
– Юрий Олеша. «Ни дня без строчки». – «Правда, – продолжил я по памяти, – какое чудо эти башенные часы! Посмотрите на часы Спасской башни. Кажется, что кто-то плывет в лодке, взмахивая золотыми веслами».
– Здорово! – просияла, зазолотилась Алена. – Писатель, когда вернемся домой, скорее снимай гипс. Мы полетим, и ты нам покажешь золотые весла времени.

В следующем, 1989 году Евгений Велтистов умрет после продолжительной болезни — так что эта повесть станет своего рода прощанием — и с Москвой, и со Спасской башней, и с золотыми веслами времени.

ЭДУАРД УСПЕНСКИЙ
«МЕХОВОЙ ИНТЕРНАТ»

«МУРЗИЛКА», 1984, №1-6

Девочка Люся устраивается работать в интернат для зверят — преподает хорошие манеры и русский язык. Стоит ранняя осень, она ездит в интернат на электричке, платят ей там неведомыми хендриками, все ее ужасно стесняются и любят. Повесть такая милая и пушистая, что аж слезы на глаза накатывают. Тушканчик там ходит в джинсовой куртке, Сева Бобров гордо перегрызает чурки «большущими зубами», Бурундуковый Боря от смущения сжирает мел, а волку Успенский дает имя «Устин, летящий в облаках». Ну не хорошо ли?

Иллюстрации К. Чижикова

В перерывах между уроками угощают картофельным чаем и помидоровым кофе, чтоб согреться, девочке Люсе дарят нюхоскоп для последних сентябрьских астр и полезные эвкалиптовые листы, которые она сдает в аптеку. Нарушает идиллию охотник Темнотюр, от которого в финале весь интернат и сбежит, дав юному читателю прям под дых и оборвав звериную сагу на полуслове. Редколлегия журнала «Мурзилка» не дремала и кое-какую цензуру блюла. Например, вот этот кусок они вырезали в рамках борьбы с курением у дошколят:

Ученики сразу затихли. Взялись за крышки парт и все, как один, сделали стойку на передних лапах. Мехмех взглянул на большие ручные часы.
— Почему они так странно вас приветствуют? — спросила Люся.
— Мое изобретение. Во-первых, собирает и разгоняет сон. Во-вторых, выдает тех, кто жует мухоморы или бычки. Они сразу блюмкаются. В-третьих, будит уважение.
Минутная стрелка сделала круг на часах, и Мехмех сказал:
— Блюм!
Звери радостно всем классом бухнулись на лапы и сели на скамейки за парты. Все, кроме одного. Большущий тушканчик по-прежнему стоял на передних лапах на парте.
— Так и есть! — сказал директор. — Наокуркился. Дачники оставили много окурков на участках, вот интернатники и жуют их. А потом дуреют. Живут как в тумане.
Он подошел к замершему ученику:
— Кара-Кусек, пройдите ко мне в кабинет. Кара-Кусек осовело блюмкнулся на пол. Меховой директор взял за лапу мехового жевальщика окурков и повел его.

В следующей главе вдруг появляется «вафельный отметник», который можно давать нюхать и грызть. «Те, которые нанюхаются, очень хорошо потом учиться начинают», — говорит меховой директор. Он говорит, а редакция «Мурзилки» снова отрезает. И поделом!

ИЛЬЯ МОСКВИН
«ФОРВАРД –– В ЗАЩИТУ»

ЖУРНАЛ «ПИОНЕР», 1988, №2-4

Мальчик Юра, возраст которого максимально неясен, разбивает столитровый аквариум соседа, попав в него мячом через окно. Сосед не ругается, а только заставляет вставить новое стекло, ну и изливает душу: жена сбежала, прихватив с собой сына, только тупые рыбы и остались. Юра решается — и сбегает в Москву якобы прикупить соседу новых рыб. В поезде его ловят как безбилетника и ведут к начальнику поезда. Конец первой части, на этой криминальной ноте в детстве для меня повесть и закончилась.

А Юра, ощупав карман, вдруг похолодел: деньги, переложенные из бумажника, исчезли. Плакали денежки, и Юра чуть не плакал. Теперь, если ссадят, то и домой не доберёшься: в кармане всего рубль бумажный, рубль металлический, да, может, ещё и мелочью рубль наберётся. Итого, трёшник… Снова подошла официантка. Вид у неё был усталый и презрительный.
— Дайте бутерброд с колбасой и чай, — уныло распорядился Юра.
А деваться-то ему некуда. Тогда он ещё заказал нарзану, потом решился на второй бутерброд. Расплатился. Глядел в окно на убегавший вечер. Что было делать? Делать можно было многое. Много можно было ещё совершить в этой жизни бессмысленных поступков. Например, залезть под стол. Так Юра и поступил, предварительно оглядевшись. Под скатертью его не было видно. «Буду здесь ночевать», — решил он. Совсем поглупел человек от горя. Нет чтобы пробираться в общий вагон, где вообще не поймёшь, кто на каком месте сидит.

Иллюстрация Л. Хачатряна

Вторая часть, которую я прочитала не далее как вчера, оказалась розовой, пушистой и очень путаной. Мальчик Юра доезжает до Москвы, каким-то чудом находит семью чувака с рыбами, ходит там весь такой хмурый — и семья даже догадывается, зачем он приехал. Кончается все хорошо: парень возвращается все так же зайцем домой, валится от усталости на кровать и начинает мысленный дриблинг, разворачивая в памяти московские события, очень странно, потоком, ну просто «Улисс» для самых маленьких. К чуваку с рыбами возвращается семья — но не тот пацан, за которым Юра ходил, а тот, что подбил ему глаз — вот такая летняя история, малята. Дальнейшая судьба и другие публикации Ильи Москвина науке неизвестны.

НАДЕЖДА ТЭФФИ «АВАНТЮРНЫЙ РОМАН»

ЖУРНАЛ «МЫ», 1990, №11-12

Надежда Тэффи в представлении не нуждается. Картинки были красивые, эпиграфы были хорошие — я только потом начала догадываться, что Тэффи их наверняка распихала от балды, пародируя потуги маленьких романисток.

Главная героиня Наташа работает манекеном, по вечерам ходит на дансинги и купаться в море. Все складывается у нее не очень, она знакомится с молодым человеком по имени Гастон, у которого в жизни и в голове еще пустее, чем у нее. Я и сейчас, перелистывая повесть — которая, конечно, никакой не роман — так и не поняла, чего там больше: пародии на всякие модные книжечки про красивую жизнь или тоски-тоски-бесконечной экзистенциальной тоски и страха. Кто-то кого-то убил, кто-то какие-то деньги украл, кто-то куда-то сбежал — все это так, ни в коем случае не для занимательности, все проплывает на фоне бесконечной вечной тоски. От нее главная героиня в конце и топится — и ее вытаскивают на закате рыбаки, принимая за юного мальчика.

Иллюстрации В. Красновского

– Господи! – сказала она. – Спаси, помилуй и сохрани рабу Твою Нат... Да ведь не Наталья же я! Я Маруся, Мария...
И тут сразу же мгновенно вспомнила свой предутренний сон.
«Маруси еще нет», – шамкала бабушка. «А когда же она прибу-у-удет?» – спрашивал дед. Вот оно, это «у-у-у», так испугавшее ее во сне. Это «у-у-у» – это море. И как же она не поняла, что Маруся и есть она. Но теперь уж совсем не страшно. Теперь только смертельная усталость. А что они ждут, так ведь это хорошо. Это очень хорошо, что и ее кто-то где-то ждет. Но сейчас все-таки надо плыть. Надо доработать свое заказанное, положенное на земле.
Она снова заглянула вниз, в зеленую бездну, снова увидела висящее над ней крошечное свое тело. И ничего не было на свете. Ни жизни с Гастоном, ни любви к нему, к Госсу, к заблудшему мальчику, ни ужаса последних часов – ни-че-го. Она только спокойно удивлялась, как могло все это быть таким значительным и страшным!<…>
– Чудесна смерть твоя, отходящий день! И так как был он не только сентиментальный поэт, но и священник, то, подняв руку как бы для благословения, произнес последние слова, обращаемые на земле к отходящему: In manus Tuas, Domine.

ИРИНА ТОКМАКОВА «И НАСТАНЕТ ВЕСЕЛОЕ УТРО»

«МУРЗИЛКА», 1985, №3-7

Сначала я увидела вот эту картинку — да, ту, что выше. Увидела и сразу закрыла журнал — так этот Амаяк Акопян на минималках меня напугал. Другие картинки не лучше, сразу скажу. Какая-то птица, какой-то доктор, какие-то хмурцы... хрюмцы... угрюмцы... Лошади еще, сплошной дурдом. Но эта морда пугала сильнее всего — и повестушку читать я не стала.

А сейчас прочла — и оказалась она глупой и безобидной. В доме девочки Полины все очень грустно, так грустно, как только может быть молодой семье, живущей с тещей. Все ругаются, каждое утро ругаются — и Полина аж заболевает от избытка чувств. К тому же, ей собаку никто не покупает, вот это особенно огорчает, да.

Папа пил кофе стоя, жевал бутерброд с сыром. Яичницу он есть не стал, и мама сказала сердито, что это бабушке назло. У бабушки дергались губы, когда она заплетала Полине косы. У Полины у одной изо всей группы в их детском саду были косы. Всех остальных девочек мамы водили стричься в парикмахерскую. А бабушке хотелось, чтобы у Полины были косы, как когда-то в бабушкином детстве: все девочки отращивали косички и не носили брюк, а только надевали сатиновые шаровары на гимнастику. Шаровары Полине шить не стали, а косы бабушка все-таки попросила отрастить и сама заботливо мыла внучке голову то яичным желтком, то еще ей только одной известным способом. А папа говорил, что это все – ему назло. Потому что он терпеть не может все старомодное и считает, что жить надо по-современному, а не назад оглядываться, так и шею можно свернуть. В бабушкиной комнате стоял старинный буфет, и большое зеркало в резной раме, и комод из шести ящиков, а на комоде в высоких вазах – сухие цветы и травы. Полине казалось, что это очень красиво, а папа, когда за чем-нибудь входил в бабушкину комнату, каждый раз, выходя оттуда, говорил: – Это мне назло. А мама на него за это обижалась, и Полина тоже, потому что знали: вовсе не назло; но он на их обиды не обращал никакого внимания.

Иллюстрации С. Острова

В бреду Полина видит звезду по имени Солнце Ая (кореянка?), они летят во времени и пространстве, чтобы попасть в город Крутогорск сразу после войны (видите — опять!) и взять волшебные бело-красные розы некого Вардкеза — их когда-то дед бабке носил каждое утро. Ну и добывают, конечно, с детскими приключениями. Как вы уже догадались, рожа в цветах — тот самый Вардкез, да. Но мне пятилетней от этого лучше не стало, и с тех пор всех усатых друзей отца я бойкотировала и закатывала истерики, если они приходили домой. Такая травма, хоть в суд подавай.

+++
Журнал «Ровесник»: «И дым отечества...»
В мартовском номере журнала «Ровесник» за 1991 год публикуют очерк венгра Миклоша Вамоша про то, как американцы издеваются над тем, что он, собственно, венгр — и как смеются своими зубастыми улыбками, какой ни у одного венгра никогда не будет. Очерк, фельетон, вотсоэвер был смешной и надолго мне запомнился — однако кроме журнала «Ровесник» по-русски больше нигде не издавался. Не до того, видно, стало после девяносто первого, а потом и вовсе забыли и про писателя Вамоша, и про венгров в принципе.

Журнал «Костер»: «Любимец города Вински»
Повестушка финского писателя под псевдонимом AAPELI. Вински — это такой кусок шпаны, который то преступников ловит, то становится невидимым от порошочка, прямо как в нашей книжке про желтый чемоданчик. То на колокольню заберется, то в школу не пойдет — в общем, делает всякие штуки покруче вашего Тома Сойера. Том Сойер и есть, только на финский неторопливый манер — нигде, кроме «Костра», Аапели, у нас, кажется, больше не печатали. А жаль!

Иллюстрация И.М. Неждановой

Русский производственный роман

2024-04-04T15:06:27.982Z

Рисунок на обложке: Светлана Кожаринова

📍автор в Телеграме: https://t.me/letuchykorable

Однажды в далекой-далекой галактике люди жили без Тиндеров и Баду. Знакомиться на улице тоже считалось неприличным.

Да и дома было нельзя общаться без маменьки и папеньки — сразу намекали на скандал, вызывали на дуэль, тащили под венец.

А вообще-то лучше было и не знакомиться вовсе — родителям виднее, выберут годную партию сами, на «познакомиться» вся жизнь у вас будет.

В принципе, можно вообще без сводников.

И без свадьбы.

И без болтовни. Раз-раз и на матрас. И побежали дальше мамонтов пиздить.

Слава богу, все енто кануло в небытие, и сегодня всякий — будь то мужчина, женщина, небинарная персона, you name it — имеет огромный простор для выбора. И сервис получше: свайп влево, свайп вправо, расстрел.

Но вот когда-то людям нужно было сначала найти работу, а на ней уже приискивать прынца. Ситуация, в которой объект не может ни спрятаться ни скрыться, — она, что ни говорите, романтическая и томная. Ждать, пока его жующее личико появится на просторах корпоративной столовой. С замиранием сердца отсылать ему отчет, гладя буковки на мониторе. Проверять групповой чат и прикрывать глазки от умиления, когда видишь, что алмаз твоего сердца «пе-ча-та-ет» новое сообщение про дедлайны. Оставаться в офисе под закрытие, когда уборщица уже гремит ведрами, и встречать в коридорах его, надеясь на бурную внезапную сцену в закрытом под замочек кабинете.

Ах-ах-ах!

Посмотрите: прошла уже советская эпоха, прошли «святые» девяностые, прошли сытые нулевые, проходит уже и эпоха цифровых посиделок. Включите телевизор – чего там смотрят? Правильно, всякие драмы на производстве, от драмы «Склифосовский» до сериалов про будни эскорта. Любовь на производстве жила, живет и будет жить — и наблюдать за ней всегда интересно.

Не так уж далеко в этом смысле шагнула и наука обольщения — и щас я это вам докажу, вытащив из рукава два своих любимых примера.

Роман Бориса Бедного «Девчата» вышел в далеком 1961 году. В том же году режиссер Юрий Чулюкин взялся за экранизацию, которая, в отличие от оригинала, вышла задорной и смешной. Про успех уж молчу — грандиозный, на полвека.

Сериал «Не родись красивой», самый популярный русский мыльный продукт за последние двадцать лет, начали снимать в 2005 году. Настала эпоха коммерции, потому историю растянули на долгие девять месяцев — а вот типажи оставили на месте, не меняли с шестидесятых, только от пыли отряхнули.

Вы скажете: постой, Настюха, но ведь «Не родись красивой» сняли по западным, колумбийским всяким лекалам. А я отвечу: гы! Взгляните-ка повнимательнее на их веселушку Бетти и ее вялого босса. Похоже на наших?

Да ни капельки.

Итак, если вы вдруг оказались героиней русского, а не чилийского, колумбийского и иже с ними производственного романа, вот вам роад мэп. Сохраняйте и не тупите больше при виде красавчика босса!

Получи профессию

Чтобы попасть в хорошую компанию — другие нам не нужны, правда? — надо хорошо учиться. Кате Пушкаревой потребовалось спать с конспектами пять лет, пока она оканчивала МГУ, — и вот, пожалуйста, международная корпорация, языки, зарплаты, повышения. Тося Кислицына тоже не лыком шита и программу «Симферопольского-кулинарного-училища» осилила с блеском. На базе фрилансеров принцев немае!

Оденься до жути нелепо

Желательно, чтобы нелепость сочеталась с максимально «детским» видом. Достань толстый плюшевый жакет, налепи на голову крысиные косички, прикупи на блошином рынке жабо — и юбку давай подлиннее, и туфельки с круглым носиком под белые носочки. Если ты попала в нулевые, надевай круглые очки в роговой оправе: про хипстеров тут еще никто не слышал, коллеги с удовольствием будут крутить пальцем у виска и называть умалишенной. Не поддавайся! Выпячивай нижнюю губу посильнее, демонстрируй брекеты старого образца (железные, аки канализационный люк), и хрюнди — то есть говори высоким свистяще-хрипящим фальцетом.

В шестидесятые крысиных хвостиков вполне достаточно. Будь плоской, маленькой, ни в коем случае не крась лицо и почаще округляй глаза. Пальцем у виска крутить никто не будет, но и за красавицу не сойдешь — а нам того и надо.
Запомни: красивых любить нельзя. Запрещает закон. Ими все только пользуются.

Найди проводника

Да, сама ты тут ничего не поймешь! На лесопилке тебе поможет комендант общежития с большими усами: будет относиться скептически, но в итоге сильно облегчит жизнь. В офисе нулевых же главный человек — охранник, который не сходит со своего поста ни днем ни ночью. Если ты вдруг Катя Пушкарева и не умеешь в юмор — гунди, жалуйся, в конце угости его пирожками и пригласи на свой день рождения. Если ты Тося Кислицына — улыбайся и грози маленьким кулачком, что не доложишь сметаны в щи.

Погаси пламя мизогинии

Следующее твое испытание на пути к счастию — коллектив. Чем дальше в глубь времен, тем хуже с ним обстоят дела: если приглядеться, Тосины девчата на самом деле малость охамевшие барышни. То в холодный коридор выкинут, потому что посплетничать захотелось, то билеты в кино отнимут и разорвут, то из дома не выпустят, только что морду не бьют. Хороши подружки, в общем.

В нулевые все немножко проще — офисные девушки хорошие, добродушные, глуповатые. Типажи узнаваемые: и в «Девчатах», и в «Не родись красивой» обязательно есть одна разведенка, которая сжигает письма от бывшего мужа; одна веселая хохотушка, которая кашляет в случае чего; и обязательно-обязательно одна женщина-мать, мудрая и проницательная. Держись поближе к ней — именно она в решающий момент сведет тебя с принцем.

Да, и еще! Если ты попала в шестидесятые, можешь сожрать все их батоны, консервированные яблоки и даже макароны всухомятку. В нулевые — не дай боже! Не трогай чужую собственность, лучше принеси дамам пирожков и пригласи в кафе «Ромашка» пить томатный сок

Выбери объект

Ты завела подружек, осмотрелась кругом, наварила десять кастрюль щей и обзвонила все банки в поисках кредита? Ну, настало самое время выбирать, в кого втюришься.

Итак, что мы имеем в шестидесятые? Если кругом лечат зубы — выбирай того, кто лучше всех лечит зубы. Если строят коммулизь — выбирай самого красноречивого и бойкого парторга. Ну, а если валят лес, то наведайся в местный клуб, зыркани на доску почета. Кто там? Вот его лицо-пельмешек теперь и будет тебе сниться в эротических — ой, че говорю — романтических милых снах.

В нулевые все просто. В двух словах: кадри начальника.

Правда, сейчас, боюсь, привлекательности Андрея Жданова уже никто бы не понял. Пятнадцать лет прошло, типажи уехали далеко-далеко, к скуластым мачо, к Эзре Миллеру, к олененку Тимоти Шаламе. Чтобы понять, как выглядел бы условный Андрей Жданов сейчас, надо заглянуть в корейские дорамы. Видите эти гладкие лица, не знавшие бритвы? Эти укладки? Эти губки?

Не нужен, короче, никому носатый Антипенко в веселой жизни поколения Z.

Про Николая Рыбникова и говорить не надо — спустя пятьдесят лет углядеть в нем главного секс-символа советской эпохи… ну, скажем, сложно.

И это потому что я миллениал — с самим Рыбниковым-то все отлично.

Порази всех крабьим шагом, недотепа

Чего, думаешь, мужика кадрить — это кошачий прищур, чулки со стрелочкой и домашняя выпечка? Садись, два!

Бери огромный чан с супом, взваливай на спину и топай в лес, стоять там под деревьями, которые валят. Все будут орать, материться — а ты все равно стой, как вкопанная. Тебя запомнят, вот увидишь.

В нулевые делай все то же самое. Босс решил поиграть в футбол? Вбегай на поле, сверкая во все тридцать два брекета и победно вскидывая лапки с документами. Ломай очки, реви, путай телефоны и адреса, опять реви, приходи накрашенная, как попугай, с цвятами в волосах, с начесами. Чем больше фейспалмов будет отбивать ненаглядный, тем быстрее твой светлый образ войдет в его голову.

Продемонстрируй скиллы

Быть недотепой — это еще не все. От такой можно спокойно сбежать и крутить себе у виска в соседнем коворкинге.

Недотепа должна быть незаменимой. Варишь щи? Отлично, пусть все на свете восхищаются твоими щами, пусть стоят в очередь за добавкой и даже компоту потом не просят. Делаешь финансовые отчеты? Ну, тут чуть сложнее будет. Научись клепать их за одну ночь, научись подделывать документы, научись переписывать дела и уламывать всех кругом ради твоего босса. Глядишь, однажды он прозреет и поймет, что без тебя никуда.

Путь к сердцу мужчины лежит через желудок — говорили наши мудрые мамки и бабушки. Путь к сердцу мужчины лежит через липовые отчеты — говорим мы, миллениалы.

Путь к сердцу мужчины лежит через хороший таргетинг в соцсетях — скидывают нас с корабля современности зуммеры.

И поделом.

Вычисли соперницу

Если ты выбрала настоящую звезду и первого красавца на селе — будь уверена, у тебя есть соперница. Обычно она жесткая, высокомерная, самоуверенная. То ли дело ты, мой персик!

Помни: у соперницы есть одно уязвимое преимущество. Она красивая. Смотри пункт второй: красивых не любят, законом запрещено. У Андрея Жданова намечается свадьбы со стильной, умной и проницательной Кирой? Нет, ничего не будет, можешь быть спокойна. Илюша гуляет с красивой Анфиской, у которой вся тумбочка заставлена французскими духами, а шкаф увешан невесть откуда взявшимися шубками? Потрепи ее маленько за волосы, в шестидесятые это еще можно. И ну ее, шлюшку, в ручей.

Верти косички и помни — это твой меч Хаттори Ханзо.

Покажи характер

Народная мудрость гласит: удобных никто не замечает. Чтобы твой ненаглядный трофейчик прозрел, придется выпендриться.

В шестидесятые нанести оскорбление просто: тебя приглашают на танец, а ты при всех отказываешь и пускаешься в пляс со своей долговязой сестрой-близнецом, утыкаясь ей в бюст.

В нулевые путь будет потруднее. Там нужно и компанию под себя подмять, и ревность вызвать. Попроси своего друга-очкарика заехать за тобой на машинке, поцелуй его в щечку, обмотай шарфом, намекни, что компанию подаришь именно ему. Боссу-красавчику придется что-то делать, придется покупать пакеты открыток и обращаться за помощью.

И там и там на тебя, скорее всего, просто поспорят. Будь готова к этому: mankind вообще вот такой.

Разгадай его намерения

Помнишь, как ты угощала подружек пирожками и томатным соком? Всё было не зря! На этом этапе тебе предстоит узнать от них страшное: что чувство было ложным, а настоящая любовь еще впереди.

Плачь, танцуй, раздавай любимому поджопники — это если ты в шестидесятых.

Корпоративная культура нулевых, к сожалению, не так лояльна к поджопникам. Придется хитрить.

Делай вид, что ничего не происходит. Завязывай шарф своему Колечке. Наблюдай за тем, как твой красавец бьет ему морду под окнами старшей мудрой подруги (а мы советовали с ней водиться!). Эффектно хлопай ему по лицу, пока никто не видит. Уезжай в закат и обдумывай план мести. В нулевые мстить нужно обязательно — пятьдесят лет прошло, просто обиженного лица мужчины уже не понимают.

Вы***вайся

Для твоего милёнка настали суровые времена. Не вздумай их облегчать! Держи оборону стойко: он к тебе «Катюш», а ты ему — пощечину; он тебе — часы на последние деньги, а ты его — за шиворот и в дверь, а часики ногой растоптать. Он пусть там себе лежит на кровати и молчит (если дело происходит в шестидесятые), сохнет с тоски, поджидает тебя за углом. Или пусть напивается и дерется со всеми (если речь про нулевые), плачет за баром и кричит свое «Ка-а-а-а-атя» в безразличное небо Московии.

Не поддавайся. Вор должен сидеть в тюрьме, лжец должен быть наказан тотальным игнором.

Этот момент для зрительниц — самый сладкий. В жизни не так часто удается посмотреть на страдающего от любви мужика, все больше подружек на кухнях утешаем. А зрелище, между прочим, красивое: отчаянные драки Жданова, его опустошенный взгляд и вырванные от досады волосы, его самоуничижение и катания по полу. «Девчата» тоже не отстают: уж как красиво Илья отшивает свою Анфиску, карауля Тосю, уж как горячо орет про любовь и «вымотанную» душу, как лежит в постели, отвернувшись к стенке и даже жрать не хочет — а когда хочет, приходит и просиживает в столовке часами, карауля свою повариху.

Не грех такой момент и потянуть — только не очень долго. А то прозеваешь счастие.

Не забывай работать

Да, работай как надо, даже лучше. Во-первых, никто не поймет всей глубины твоих душевных страданий — ни по пересоленному борщу, ни по спутанному отчету. Во-вторых, еще раз надаешь по жопе своему неудачливому кавалеру, который там вовсю хлюпает носом к стенке. В-третьих, можешь завести новых кавалеров — а если действие происходит в Москве нулевых, то это могут быть молодые красавчики с ресторанами, талантами и слюнявыми поцелуями.

Эффект непревзойденный.

Есть только одна тонкость. В шестидесятые можешь продолжать носить свои крысиные косички и шерстяные юбки в пол. Кто надо уже тебя полюбил, другие смирились — «оставайся такой, как есть, оставайся сама собой». А вот в фильме, где про это пела Юля Савичева, изволь, пожалуйста, поменяться: оправу новую купи, брекеты смени на прозрачные, заведи прическу, как у клоуна из «Оно», сиси покажи наконец-то в белом костюме. Не переусердствуй только, помни пункт два: красавиц никто по-настоящему не любит.

Поймай момент безнадеги

Всякому терпению приходит конец, как и всякому страданию. Следи за своим фруктиком внимательно: пока он плачет в кабинете да на помойку бегает доставать твои открыточки, выкобениваться еще можно. Убегай, отнекивайся, невзначай трогая его за шейку (это если мы находимся в нулевых). Лыбься и гордись новой confidence, обретенной в борьбе за любовь.

Идеальная продолжительность страданий объекта — ровно сезон. Андрюша Жданов провел лето в стенаниях, пока Катюха развлекалась в Египте, Илья Ковригин валялся на жесткой панцирной койке целую зиму, пока Тося учила арифметику и варила кашки. После этого гордость надо усмирить и наблюдать за объектом вниматттеллльно (растягиваем слова, как Пушкарева). В кризисной ситуации дожимаем всех вокруг мнимым уходом из компании/побегом из коворкинга/увольнением из столовки.

Засоси его на завалинке... или завали на засосинке

Помни, что совместный труд — он объединяет. Лезь на ту же стройку, где понуро вбивает гвозди твой ненаглядный пельмешек, беги к нему и цепляйся за балки. Хохочи, мирись, обнимайся на бревне — под занавес можно подарить ему комсомольский сухой поцелуй в награду за все страдания.

В большой компании дела идут несколько сложнее. Беги за ним на производство, где он читает агитку в своей кожаной куртке. Мнись в задних рядах и тупи, как тебе полагается. В нужный момент благостно подай руку и просто дай восхищенному мажору себя унести за шкафчики. Цалуйтесь, как полагается в нулевые годы — со всей страстью людей, которые провели две жарких московских ночи в одной постели со скользкими шелковыми простынями.

Что остается? Остается сходить к маме с папой и под крупный план майонеза «Кальве» объявить о своем намерении пожениться — и потом еще выпить шампанского, и потом еще снять машину, кукол и брекеты.

Жаних будет нести тебе одну розу в своих маленьких зубках. Соперницу придется мягко приободрить: подкинуть дровишек на завалинке или дать увольнительную к новому мужичку. Готовься кружить вальс в двухкомнатной хрущевке, расписываться в загсе, который одинаково нафталинен, что в шестидесятые, что в нулевые, петь песню в караоке или под гитару во времянке.

Как говорится, время всегда хорошее, если не смотреть-не смотреть по сторонам, а грамотно обхаживать своего пельмешка.

И Ковригины будут сыты, и Ждановы целы.

И Катюхи с Тоськами останутся при косичках.

Год от Шалимара до Деметры

2024-04-01T00:44:14.029Z

📍автор в Телеграме: https://t.me/letuchykorable

Говорить про душки я всегда немножко стесняюсь. Рассуждать про книги дают право два диплома (to begin with) –– а вот про парфюмы, про музычку, про театр, про что-там-я-еще-люблю такого права будто бы нет. Я не училась даже в музыкальной школе, не оканчивала ЛГИТМиК, не тратила состояние на коллекцию редких пузыречков, да и даже скромной коллекции ширпотреба дома пока не набралось. Короче, жопе слова не давали.

Но поболтать хоцца.

Потому хватит расшаркиваться. Сегодня расскажу про пять ароматов, которые носила в холодное время года –– с октября по январь, перепрыгивая новогоднее безумие.

GUERLAIN EAU DE SHALIMAR

На специальных сайтах у людей вместо статусов с цитатами обычно есть «парфюмерное Я» –– аромат, который человек выбрал в качестве своеобразной подписи. Выбирай я ее сейчас, не распробовав и половины того, что интересно, –– без сомнения, подписью стал бы Шалимар. Тут тебе и пряный Восток, который приглушают нежные французские печеньки, и ночная какая-то загадка, и немножко ладана, и сиреневый осенний туман.

Шалимар –– это я, как говорят детишки, на максималках. Под него как-то сразу хочется собрать волосы в пучок, надеть серьги с брульянтами покрупнее (которых у меня нет), платье с открытой спиной (которого тоже не водится) и взять в лапку мундштук (с которым не умею обращаться). Хорошо в Шалимаре лететь в театр, обмахиваясь полами пальто. Чувствуешь себя Шахерезадой под синим небом Персии –– а это, согласитесь, приятно.

Пару лет назад взяла свой маленький флакончик на Новый год в Москву. Приехала с горящей головой тридцать первого, выбирала платье, жонглировала мандаринами –– к восьми часам впопыхах убежала и оставила чемодан открытым. Утром воскресла на гостиничной кровати, в полурасстегнутом платье, с лицом Фантомаса. Шалимара в чумадане не нашлось, хотя все остальные вещи, деньги, гаджеты остались на месте.

Эй, вы там, в Герлен! Ловите идею для новой кампании!

CALVIN KLEIN SECRET OBSESSION

Мне было тринадцать. Я взрослела и как-то в один год стала нехороша: черты лица вытянулись неравномерно, стали угловатыми, почти мужскими, ноги-руки выросли, как у лягушки. То, что я нехороша, заметили как-то все и сразу – и мальчики перестали дергать за косички (да и косичек самих не осталось), и девочки негласно исключили из кружка первых дам. От стресса я начала еще и жрать по ночам, когда книжки читала. Вроде под руку попадались в основном сырые пластиковые помидоры, но почему-то я все равно потолстела.

Ближе к зиме я сделала попытку переломить ситуацию. В ход пошло все –– и челка, чтобы выглядеть как в миловидном детстве, и какие-то модные тогда балахоны с капюшоном, и громадный, ей-богу громадный, пинцет для бровей, которым я зафигачила себе две куцых запятых на лице. Уверенности в себе не прибавлялось. Жирный мальчик Кирилл, который каким-то чудом успел мне понравиться в тот год, ушел к свиноносой девочке Вике. Бывшие подружки по двору жрали вишневый Блейзер за школой, а меня к себе не звали.

С тоски я начала читать глянцевые журналы вместо всяких Bravo и «Молотков». В нулевые издатели жировали, журналы были громадными, плотными, с картонными вклейками, запаянные в целлофан, чтобы не дай Боже не вывалились дары маркетинга –– не меньше десяти пробников всякого барахла за номер, от люксовых помад до прокладок с ароматизатором персика.

Короче, сначала я вычитала, что у настоящей соблазнительницы должен быть кроваво-красный маникюр, и выпросила у мамы аж бутылочку лака ORLY. Стать соблазнительницей не получалось, я измазала красным все руки по локоть и весь подоконник, на которым предавалась ритуалам настоящих женщин. Потом было что-то про тушь и про эпиляцию. А пото-о-ом в очередном номере мне попалась рекламная кампания Secret Obsession с Евой Мендес, вот эта:

Блоттеры тогда щедро пропитывали духами и закладывали в герметичные кармашки. Натираться этим кусочком ткани можно было еще неделю, натираться и гордо гарцевать по школе. Пропах журнал, пропахла одежда, пропах скрипучий комод, в который мы с мамой эти журналы скидывали. На Еве Мендес никаких советов написано не было, но и так было очевидно, что вот этот запах –– туда же, к красным ногтям, шпилькам и ресницам до небес. К атрибутам настоящей женщины.

В театральной студии я знала девочку лет тринадцати, влюбленную в мальчика постарше, из нашей группы, по прозвищу Чеснок. «От Чеснока сегодня пахнет сексом», –– солидно заявила она как-то на утренней репетиции.

Вот это была я с тем несчастным журналом.

Прошло лет десять, Secret Obsession успел стать почти винтажным –– но я все-таки до него добралась. Ношу теперь гордо, как твоя Ева Мендес.

Как истинная женщина.

BYREDO VELVET HAZE

У меня есть маленькая мулечка –– привозить из путешествий не только магнитики всякие, но и, если получится, какой-нибудь парфюм –– необязательно даже местный или редкий, главное, чтоб ассоциировался с этим местом, с этим временем, с этим настроением.

В Будапеште захотелось выпендриться и купить именно местного, экс-клю-зив-но-го. В городе оказался всего ОДИН магазин с селективной и нишевой парфюмерией, а на всю Венгрию –– всего ОДИН известный автор. Парфюмера зовут Виктория Минья, на сайте она грозилась намешать дух настоящих мадьяр –– добавить во флакон и аромат местного винца, и цыганского табака, и меда лугового, и бессмертника, и сандала, и ветивера…

Я соблазнилась и пришла в магазин, где продралась через облако пафоса, стойко выдержала презрительный взгляд продавщицы и храбро испросила желаемый парфюм.

И офигела. Потому что точно такое же, я не вру, точно такое же мешают на российской фабрике Brocard. Пахло черной смородиной, неплохой, но химозной черной смородиной, смешанной с такой же химозной ванилью. В роскошном бутике флакон духов ЕДИНСТВЕННОГО венгерского парфюмера стоил одиннадцать тысяч за сорок пять миллилитров. Аромат от Brocard «Черная смородина и мята», которым можно побаловаться в теплый летний денечек, обойдется в 250 рублей за огромную бутыль в сто миллилитров.

А, возвращаясь к Byredo. Привезти из поездки все же чего-то хотелось –– а ничего достойного больше не было. Я сдалась и купила Gypsy Water –– и то, каюсь, parfum pour cheveux. Парфюм для волос, друзья, –– это полная шляпа, шляпа, которая улетает с вас через десять минут ношения.

Осенью надо носить Velvet Haze. Это аромат-свитер –– колючий такой, толстый, с горлом, зато очень теплый. Я и правда не помню, чтобы хоть раз в нем замерзала. Может слегка придушить своим дымком –– есть нотка такой прокуренной заботливой тетушки. Он не пойдет на красивую рыжую осень, будет лишним и скучным в декабре, его делали специально для промозглого мрачного ноября. Брать целое ведро, кстати, не имеет смысла, лучше ограничиться маленьким отливантом –– только хорошей концентрации, а не всякой бурдой пур швё.

DEMETER BLACK GINGER

Что, уже брезгливо морщитесь?

А я вот люблю Деметру. Люблю –– потому что помню те времена, когда в России не было ни одного корнера с их ароматами, и можно было только гадать: чем пахнут «Черви»? «Похоронное бюро»? «Новорожденный младенец»? «Светлячки»? Кому нужен аромат давленых помидоров? А «Книжный переплет» нынче в моде или нет?

Это была тайна, головоломка для фантазеров.

Потом первый корнер появился в «Галерее», и я, тогда еще будучи только проездом в Питере, пришла восторженно махать руками и блоттерами. Носибельных ароматов, впрочем, оказалось не так много. Пахнуть как «Похоронное бюро» – деревом, цветами, ладаном –– тогда не очень хотелось, смешивать что-то свое было лень, рискованно, дорого.

В итоге на зиму я отхватила «Черный имбирь», теплый аромат праздника. Такой, и пряный немножко, и шипучий, и морозный. Ничего лучше на декабрь-начало января пока не придумала, правда. Мандарины, елка, шампанское –– все слишком банально, парфюмы масс-маркета или слишком легкие, или слишком пряные, как будто я попала в сказку «Калиф-аист», а не собираюсь наворачивать оливье целый месяц.

Имбирь –– это очень хорошо. Имбирь –– это маленький парф-секрет, простой и в своей простоте гениальный.

SALVADOR DALI DALIA

Три зимы назад я решила, что хочу что-нибудь от «Новой Зари». Я тогда обсмотрелась видосов блогера VPencilBox, была на Ютьюбе такая –– с лицом воробья, в мятых майках, даже с кривыми зубами – но с огромной коллекцией парфюмов, просто гигантской. Крутая девка.

Пенсил записала ролик о том, как сходила приобщиться к легенде: к «Красной Москве», «Кузнецкому мосту», одеколону «Саша». Приобщиться к легенде тогда стоило недорого, на мою стипендию можно было набрать целый мешок пузыречков и уйти довольной.

Я решила, что в «Новую Зарю» надо идти с мамой. Мама не сопротивлялась.
Оказалось, что эйдж-контроль на входе я предвидела правильно. От «Красной Москвы» чуть не стошнило , «Кузнецкий мост» вдарил по носу дешевыми ландышами, а «Время женщин» воняло, как склад кондитерской фабрики в Чернобыле, с просроченными на тридцать лет конфетами, зефиром и цукатами.

Но я держала лицо. «Очш-шень много белоцветочных нот», – важно кивала я. «Очш-шень старый, тяжелый запах».

Продавщица промаялась с нами полчаса и ехидно предложила вернуться, когда мне исполнится сорок –– все эти пыльные пирамиды придутся в пору.

На улице было отстойно. Мама повела меня в какой-то полулегендарный косметический, не побоюсь этого слова, универмаг, в секцию парфюмов, чтобы не расстраивалась. Я выбрала розовый флакончик Salvador Dali, после духоты и сладости «Новой Зари» очень уж хотелось чего-то свежего. «Хороший выбор, –– промурлыкала продавщица. –– С кислинкой».

С кислинкой. Твою мать.

Еще неделю я проездила в маршрутках на учебу, из Петергофа на Васильевский, по два часа, утыкаясь носом в собственный надушенный шарф. Кислинка раскрылась во всей красе, воняла аптекой, ацетоном, сердечными каплями и таблетками от кашля. ДалиЮ я возненавидела. Тряска газельки, помноженная на мутные грязные окна, помноженная на духоту, помноженная, наконец, на КИСЛИНКУ этих духов –– я серьезно рисковала однажды не доехать обратно в общежитие.

Доехала. Хочется сказать, что разбила флакон под кроватью гадины-соседки –– но нет, запаковала и отдала обратно маме. До сих пор где-то в кладовке лежат. Воняют.

AESOP MARRAKESH INTENSE

Приехали ко мне, кажется, из Берлина. Я сидела на кухне, чай пила с апельсином и крутила в руках ролик –– ролик пах пряниками. На фрагрантике сказали, что там намешаны кардамон, гвоздика и сандал –– в итоге получилось что-то, совсем непохожее ни на одну из нот. Возможно, повлияла еще роза в базе: несмотря на заявленный унисекс, Марракеш пахнет юной арабской принцессой. Еще на фрагрантике его обидно обозвали «хипстерским».

Принцесса-хипстер. Променяла кебаб на шаверму.

Я люблю песню про Marrakesh Night Market –– это саундтрек к фильму «Медвежий поцелуй», который мне тоже нравится. Под вот это сладкое «ла-лаааа-ла-лай-ла-ла-ла-ри» кружится Сергей Бодров в роли медведя, и девчоночка с ним танцует у огня. Красиво.

Поэтому я Марракеш приняла и таскала весь декабрь и январь. Свое последнее пристанище он нашел в туалете клуба Газгольдер, упав между складками моего пышного платья. Собственно, платье-то и оказалось виновно: из-за фасона меня столько раз спросили «Эй, че, беременная?», что ручонки сами потянулись что-нибудь разбить.

Да будет вовек благоуханна кабинка сия.

P.S. Щас вылетит книжка!

«Благоуханность» К.М. Веригина
изд. 1996

Дисклеймер: практической пользы от книг про парфюмы нет. Да, вам по сотому кругу расскажут, как и что смешивали в Древнем Египте–Греции–Риме, чем душились в Средневековье и как любили фиалку во Франции. Это все интересно ровно один раз, и, к сожалению, выветривается из памяти довольно быстро – быстрее, чем парфюм в концентрации пресловутого спрея для волос. Поэтому нужно помнить, что книги про запахи существуют для развлечения, и что невозможно, ну просто нет никакой возможности вычерпать из них все сто процентов заложенной информации, – только если при этом вы не сидите в парфюмерной библиотеке, обложившись блоттерами с самыми редкими и старыми ароматами, со всеми-всеми-всеми, я подчеркиваю это, парфюмами и эссенциями, о которых идет речь в книге.

Возможно ли это?

Пожалуй, нет.

Так что и зацикливаться не стоит.

Теперь что касается Веригина. Веригин – русский парфюмер, эмигрироваший примерно сразу после революции. Ассистировал знаменитому Эрнесту Бо, тридцать лет работал на Chanel. Ничего про древних египтян, слава богу, не рассказывает – Веригин вспоминает, что сподвигло его обучаться парфюмерии, рассказывает, как строится работа на фабриках, какие формулы используются в цехах, по какому принципу составляются и передаются рецепты. Надо еще учитывать, что речь идет-то об эпохе натуральных компонентов. Тогда чтобы получить белоцветочную эссенцию, собирали действительно много настоящих цветов на полях Грасса, их все действительно помещали на специальную рамку, пропитывали специальным составом, месяцами выжидали, делали выжимки и фильтровали их, снова делали выжимки, добавляли, смешивали… Производство было очень дорогим, не то что сейчас – когда все до единого используют синтетические абсолюты и в ус не дуют.

Веригин пишет манерно-манерно, неторопливо, подробно описывает все мелкие детали дореволюционного быта –– конечно, идеализированного, вот эти поездки на санях, хруст французских булок и ~~сквирт~~ пузырьки шампанского в лицо. Напоминает Шмелевское «Лето Господне», но Веригин набрасывает картинку быстро, и у него, как ни странно, даже задача более четкая: показать, какие воспоминания и ноты он взял с собой из прежней жизни в новую, какой кусок царской России уплыл с ним в Париж, да так и остался. Веригин даже в Америке пятидесятых будет мыслить по-старому :

«Реальностью оставались лишь мерцающие огоньки на головокружительной высоте верхних этажей небоскребов, и казалось, что это лампады или свечи, горящие в небе перед престолом Всевышнего».

Так-то. Человек законсервировался в конце девятнадцатого века –– парфюмеру ничего, парфюмеру можно.

Книга мне вообще-то понравилась. Я из нее, как минимум, узнала слово «пулярда» и что самым популярным ароматом двадцатого века остался Je reviens (1932 год, альдегиды, нарциссы, гвоздики, сирень, дубовый мох). «Я вернусь». С войны то бишь –– с Первой, Второй, третьей, двадцатой.

А вы говорите, маркетинг.

Рисунок на обложке: Anna Asma

Anastasia Sopikova

Кавказский дневник 18+

Сразу к делу

Тбилиси

Она взвешивает

Пентхаус и фен

Капуч на кокосе

Продуктивность

Чем кончается пара часов в грузинском Тиндере

Маленький мукбанг

В Тбилиси погода-говно

ТАСО уполномочена заявить

5 мелких вещей, которые надо знать о Грузии

Кайфовый Тби

Ювелирные украшения

Поздравляю, вы познакомились с душнилой

Поиски Тимоти Шаламе: неделя 1

Поиски Тимоти Шаламе: неделя 2

Поиски Тимоти Шаламе: контрольный

Джинны в полвосьмого утра

Тбилисцы говорят

Король Грузии Чарквиани

Сколько можно

Лена Щапова

Choose your fighter — Tbilisi Tinder Edition

Донжуанский (почти) список

Суррогатный папаша

Как у меня появился душ от Mercedes

Не спите одни в ураган

Военно-Грузинский тракт

Жопа

Собянин в Тбилиси

Я ем инжир

Я снова мандель

Сололаки не Соловки

Лейла осудит

Запала

Свингеры

Экономика и черепашки

Всем чмоки в этом чатике!

Маянезик

Настя, rate the D

Vaxue

Тарас и его пикап

Гроза в декабре

Что я прочитал? Разоблачение Пушкина Михаилом Веллером

Михаил Веллер. "Перпендикуляр", 2008

ГАДОСТИ И РАДОСТИ: ПРОЧИТАНО В МАЕ

Джон Кутзее «Бесчестье»

Эдуард Лимонов «Укрощение тигра в Париже»

Эдуард Лимонов «Великая мать любви»

Джон Чивер «День, когда свинья упала в колодец»

Гиллиан Флинн «Исчезнувшая»

Филипп Делерм «Первый глоток пива и прочие мелкие радости жизни»

Кристина Сещицкая «Мой волшебный фонарь»

Орхан Памук «Мое имя красный»

Владимир Набоков «Удар крыла»

Лариса Исарова «Записки старшеклассницы»

+ Бонус-трек

На даче жить, читать журналы

ЕВГЕНИЙ ВЕЛТИСТОВ «ЗОЛОТЫЕ ВЕСЛА ВРЕМЕНИ, ИЛИ «УЙДИ-УЙДИ»

ЭДУАРД УСПЕНСКИЙ«МЕХОВОЙ ИНТЕРНАТ»

ИЛЬЯ МОСКВИН«ФОРВАРД –– В ЗАЩИТУ»

НАДЕЖДА ТЭФФИ «АВАНТЮРНЫЙ РОМАН»

ИРИНА ТОКМАКОВА «И НАСТАНЕТ ВЕСЕЛОЕ УТРО»

Русский производственный роман

Получи профессию

Оденься до жути нелепо

Найди проводника

Погаси пламя мизогинии

Выбери объект

Порази всех крабьим шагом, недотепа

Продемонстрируй скиллы

Вычисли соперницу

Покажи характер

Разгадай его намерения

Вы***вайся

Не забывай работать

Поймай момент безнадеги

Засоси его на завалинке... или завали на засосинке

ЕВГЕНИЙ ВЕЛТИСТОВ
«ЗОЛОТЫЕ ВЕСЛА ВРЕМЕНИ, ИЛИ «УЙДИ-УЙДИ»

ЭДУАРД УСПЕНСКИЙ
«МЕХОВОЙ ИНТЕРНАТ»

ИЛЬЯ МОСКВИН
«ФОРВАРД –– В ЗАЩИТУ»