Specnazopedia

Многофункциональный бинокуляр-тепловизор «Дозор-4»

2024-01-19T16:42:28.658Z

Многофункциональный бинокуляр-тепловизор «Дозор-4»

Многофункциональный бинокуляр с охлаждаемой тепловизионной матрицей и цифровым видеоканалом "Дозор-4". Компактный интеллектуальный прибор наблюдения, который работает в MWIR спектре, видимом спектре, и имеющий высокоточный дальномер военного стандарта. Прибор имеет встроенный модуль определения местоположения, цифровой магнитный компас, зум-объектив инфракрасного и видимого диапазона, модуль Wi-Fi. А также имеет функцию определения координат места, цели и идентификации. Предназначен для использования в любых погодных условиях в дневное и ночное время.

Комплектация:

Охлаждаемый многоканальный бинокль;
1 комплект 18650 батарей (8 шт.)
Зарядное устройство;
Инструкция;
Кабель для подключения;
Venox ДоZор 4

Технические характеристики:

Тепловизионный сенсор
Разрешение 640×512, 15 um
Чувствительность 3.7~4.8 um
Поле зрения 18.2°x14.6°~2.3°×1.8°
Цифровой сенсор
Разрешение SMP
Поле зрения 30.9°×24.8°~3.1°×2.5°
Дальномер
Длина волны 1535 nm
Максимальное измерение >10 km
Минимальное измерение ≤50 m
Погрешность ‡2 m
Навигационная система
Тип навигации BD, GPS
Погрешность по горизонтали 5 m
Погрешность по вертикали 10 m
Компас
Горизонтальный диапазон 0~360°
Погрешность горизонтального диапазона 1° (RMS)
Угловой диапазон -90°~+90°
Погрешность углового диапазона 1° (RMS)
Диапазон завала -180°~+180°
Погрешность диапазона завала 1° (RMS)
Дисплей
Разрешение 1280×1024

Подразделения противодиверсионной борьбы РВСН

2024-01-03T14:57:02.464Z

История подразделений противодиверсионной борьбы в РВСН весьма длительна по времени, но я не ставил перед собою задачу полностью раскрыть этот довольно запутанный вопрос. По многочисленных просьбам хочу осветить лишь историю создания, почти десятилетнего существования и ликвидации в 90-х годах таких подразделений, как ОБПДБ - отдельного батальона противодиверсионной борьбы во Власихе и ОРПДБ - отдельных рот противодиверсионной борьбы при каждой Ракетной армии.

С помощью моих сослуживцев, речь о которых пойдет ниже, удалось обнаружить некоторые документы - выписки из штата, списки личного состава, программу боевой подготовки, материалы сборов командиров рот ПДБ, изменения в штатной структуре подразделения, передаточные ведомости, другие документы, а остальные запомнившиеся сведения приводятся на память.

Впервые о существовании подобных формирований я узнал в 1991 году, когда мне - командиру взвода в 56-й гвардейской отдельной воздушно-десантной бригаде с уже пятилетним стажем предложили занять место заместителя командира роты ПДБ при штабе РА в Омске. Подразделения противодиверсионной борьбы Ракетных войск были сформированы на основании решения МО СССР от 2.12.1989 г. и директивы ГШ ВС СССР 314/4/0910 от 6.6.90 г., а также директивы ГК РВ 432/3/00381 от 22.5.90 г. и приказа ГК РВ 0106 от 29.6.90 года. Уже позже я выяснил, что штаты ОРПДБ были утверждены приказом Главнокомандующего РВСН от 21.05.1990 года, а приказ о формировании в составе Ракетных войск нашей омской роты был от 17.12.90 года - это был ее "день части".

В соответствии со всеми перечисленными руководящими документами о формировании ОБПДБ и ОРПДБ: "...Комплектование основных должностей командного состава батальона и рот противодиверсионной борьбы осуществлять из числа специалистов ВДВ и СВ... Запретить отрыв личного состава батальона и рот противодиверсионной борьбы на все виды работ, не связанные с учебным процессом... " (Директива ГK РВ 43213/00381).

Поэтому мне и предложили тогда служить в этом вновь созданном подразделении. В тот же день, когда меня пригласили на беседу, я ознакомился с организационно-штатной структурой (ОШС), вооружением, личным составом роты и дал свое согласие на перевод.

На момент сформирования первым командиром роты стал капитан Сергей Бондаренко, выпускник Ростовского военного училища РВСН 1985 года, очень грамотный и хорошо подготовленный офицер. Рота к моменту моего прибытия в нее в ноябре 1991 года была уже скомплектована - по штату 2/926 в ней значились - (штат в.в./ штат м.в.): управление - 6(6) человек: КР - 1(1), ЗКР - 1(1), ЗКР по ПЧ - 1(1), техник роты -1(1), старшина - 1(1), санинструктор - 1(1); 4-е ВПДБ по 26(13) человек в составе: командира взвода ПДБ - 1(1), ЗКВ-КО - 4(4), КО - 8(4), гранатометчиков - 12(8), пулеметчиков - 12(8), снайперов - 12(8), разведчиков - 12(0), водителей-стрелков - 12(8), КО - наводчиков АГС - 4(4), наводчиков АГС - 4(0), гранатометчиков АГС - 4(0), водителей-гранатометчиков - 4(4); В минометном взводе - 21(9) человек: командир минометного взвода - 1(1), ЗКВ-КО - 1(1), КО - наводчиков минометов - 3(1), наводчик - 4(2), минометчик - 4(0), водитель-минометчик - 4(2), водитель - 4(2); Отделение связи - 3(3) человека - КО - 1(1), радиотелеграфист - 1(1), водитель - 1(1). Всего в роте по штату состояло 134(70) человек, 13(9) БТР70, 4(2) "Василька" на базе Газ66 и 8(6) транспортных Газ-66.

Стрелковое оружие в роте на вооружении состояло следующее - АГС-17 - 8(4), РПГ-16(РПГ-7Д) - 12(8), РПКС-74 - 12(8), СВД - 12(8), АКС-74 - 110(53), ПМ -12(9).

Реально же в роте находились лишь два 'тентованных' транспортных Газ-66 из восьми по штату, БТР-70 было десять, а "Васильки" на базе Газ-66 были в наличии все четыре. Кроме ЗКР по ПЧ и одного взводного все остальные офицеры были на месте, поэтому до ухода командиром в роту охраны в январе 1992 ст. л-та Дмитрия Федина у нас в роте было два чистых зама...

Организационно-штатная структура взводов ПДБ по штату мирного времени была такой - командир взвода, два отделения ПДБ по 5 человек и гранатометное отделение (2 чел). В каждом взводе ПДБ было 2-3 БТР70 (один из них на хранении в боксе в законсервированном виде) и Газ-66 на гранатометное отделение. Все подразделения роты были сокращенного состава, в случае мобилизации в ней разворачивались еще четыре отделения ПДБ - по одному на каждый взвод ПДБ и два дополнительных минометных расчета в пятом, минометном взводе. Все остальные подразделения при этом доукомплектовывались личным составом и вооружением, для чего к нам военкоматах города Омска был приписан личный состав - 65 человек, а также недостающие Газ-66. По военкоматам 'приписников' значилось: в Советском - 11 человек, Куйбышевском - 10, Октябрьском - 14, Ленинском - 11, Кировском - 19. После всех организационно-штатных мероприятий, связанных с мобилизацией, численность роты должна была увеличиться до 134 человек, 13 БТР70, 4-х "Васильков" на Газ-66 , из народного хозяйства приходили дополнительно шесть транспортных Газ-66, и последних в роте становилось восемь. А в мирное время в каждом ПДВ по штату состояло лишь по два БТР-70, две СВД, два РПГ-7В (по штату числились РПГ-7Д (РПГ-16), но их во всей ракетной армии обнаружить не удалось), по два РПКС-74 и один АГС-17.

Также в роте находились: одна радиостанция Р-159, 20(14) радиостанций Р-162 для командиров взводов и командиров отделений, а также малогабаритная коротковолновая радиостанция "Северок-К" с десятиметровой пластиковой мачтой. Чуть позже пришли дополнения, в штат роты были введены вместо БТР-70 - БТР-80, "Васильки" заменены минометами 2Б14 "Поднос", включены в штат ПК и АКМС с прибором бесшумной и беспламенной стрельбы и гранатометы ГП-25. Но всего этого вооружения рота при мне (да и позднее, кроме ПК) так и не увидела - "бардак" в наших Вооруженных силах наступил уже повсеместно. В начале 1994 года был сокращен минометный взвод - 9 (21) человек вместе с командиром взвода.

Все остальные взводные, кроме ст. л-та Макаренко А.В.(Московское ВОКУ-87) и л-та Рочвака (Ростовское ВУ?) были выпускниками Омского ВОКУ, переведенные из разных мест - как Ракетных войск Стратегического назначения, так и Сухопутных войск. Это были ст. л-т Мещенков В.И., Байдала С.В. и Набережных В. В мае 1992 из ЗГВ приехал ст. л-т Журавлев А.В., с которым мы были старыми друзьями еще по общевойсковому училищу и лейтенант Корпак В.Н., закончивший последний выпуск 1992 года Рижского политического училища. Также в 1992 году в роту пришли два взводных из Омского училища, но лейтенант Хорьков А.Л. вскоре ушел в МВД, а второго - лейтенанта N. уволили. В 1993 году из Омского ВОКУ в роту были выпущены лейтенанты Д.А. Бондаревский и О.В. Чернета. После увольнения в запас В. Набережных прибыл выпускник ОВТИУ ст. л-т Мещеряков А.Н. Старшиной роты с момента сформирования подразделения был старший прапорщик Култышев А.А., а техником - прапорщик Тимошенко, затем старшим техником роты был назначен прапорщик Голубятников С.В., которого перевели из мотострелковой части Забайкальского военного округа.

Требования основных руководящих документов к подготовке подразделений противодиверсионной борьбы в соответствии с организационно-методическими указаниями ГК РВ на 1993 год были следующие:

"... Главной задачей... считать поддержание устойчивого и непрерывного управления войсками и оружием, их готовность к гарантированному выполнению боевых задач в любых условиях... Главные усилия боевой подготовки сосредоточить на индивидуальной подготовке военнослужащих и подготовке подразделений..., добиться высокого мастерства владения ими оружием и боевой техникой, знания уставов, руководств, наставлений и умения

правильно применять их требования в воинской службе... в основу подготовки офицеров... положить привитие практических навыков в организации боевых действий, постановке подчиненным конкретных задач, выработке оптимальных решений и управления подразделениями в сложной обстановке... в подготовке сержантов основное внимание уделить привитию им командирских и методических навыков, умения уверенно владеть

штатным оружием и техникой, грамотно проводить воспитательную работу, поддерживать уставной порядок и дисциплину... все тактические (тактико-специальные) учения проводить с обозначением действий ДРГ и десантов противника...'

В подразделениях противодиверсионной борьбы в основу подготовки личного состава положить одиночную выучку каждого военнослужащего, отработку задач мобилизационного развертывания и боевого слаживания подразделений.

Учить личный состав подразделений противодиверсионной борьбы ориентированию на местности днем и ночью, определению координат целей и своего местонахождения, способам скрытного передвижения, сохранению боеспособности при длительном, автономном существовании, основам следопытства и приемам рукопашного боя, внезапным и

дерзким действиям по уничтожению диверсионно-разведывательных групп и десантов противника...

'...В каждом периоде обучения с подразделениями противодиверсионной борьбы провести месячные полевые выходы в предполагаемые районы боевых действий, и ротные тактические учения. В летнем периоде обучения провести боевые стрельбы из минометов и гранатометов на полигонах военных округов".

Огневая подготовка

"...Главным в огневой подготовке считать обучение личного состава поражению целей с первого выстрела (очереди) днем и ночью в любых погодных условиях, а командиров подразделений, кроме того, умению управлять огнем..."

Стрелковые тренировки проводить в стрелковых городках подразделениям противодиверсионной борьбы ЕЖЕНЕДЕЛЬНО с отработкой подготовительных упражнений учебных стрельб и правил прицеливания. Тренировки завершать проверкой и оценкой навыков в меткости и однообразии прицеливания...

Упражнения учебных стрельб отрабатывать согласно дополнениям к КС СО РВ-84 для подразделений противодиверсионной борьбы. Офицерам и прапорщикам подразделений - из штатного оружия подразделений... в течение года каждому военнослужащему подразделений пдб выполнить первое упражнение по метанию БОЕВЫХ гранат...

'...В зимнем периоде обучения провести боевые стрельбы отделений, в летнем - боевые стрельбы взводов...упражнения учебных стрельб из гранатометов и вооружения

БТР выполнять не реже двух раз в период обучения... 30 процентов учебных и контрольных стрельб проводить ночью'.

Физическая подготовка

'...Физическую подготовку считать важнейшей составной частью боевой подготовки и направить ее на развитие выносливости, активности и способности действовать в экстремальных условиях... Офицерам и прапорщикам до батальона включительно заниматься непосредственно с личным составом.... Во время выходов подразделений на занятия проводить марш - броски...

Занятия по физической подготовке с личным составом подразделений противодиверсионной борьбы проводить ЕЖЕДНЕВНО, обращая особое внимание на ускоренное передвижение и рукопашный бой'.

Укрепление воинской дисциплины и служба войск.

'...Настойчиво добиваться устранения причин и условий, порождающих глумления и издевательства в воинских коллективах, уклонения от воинской службы, казарменное хулиганство. Строго и неуклонно проводить в жизнь принцип неотвратимости наказания за совершенное преступление.... Подводить итоги и анализировать состояние воинской дисциплины в роте ЕЖЕНЕДЕЛЬНО (выделено в тексте - примечание автора)'.

Задачи перед подразделениями противодиверсионной борьбы ставились следующие:

'Отдельный батальон и роты противодиверсионной борьбы могут привлекаться для решения задач, стоящих перед противодиверсионными подразделениями, как в мирное, так и в военное время. В мирное время подразделения противодиверсионной борьбы (пдб) могут привлекаться для решения следующих задач:

- усиление охраны пунктов управления РВ при угрозе воздействия (попытках захвата);

террористическими или экстремистскими группами;

- освобождение от захвата(деблокирование)объектов РВ, подвергшихся нападению террористических или экстремистских групп;

- обеспечение oxpaны маршрутов боевого патрулирования и сопровождение;

колонн при совершении марша подвижными ракетными комплексами;

- обучение личного состава ракетных частей и подразделений приемам и способам ведения противодиверсионной борьбы.

В военное время, в период ведения боевых действий обычным оружием, подразделения пдб также решают следующие, задачи:

- борьба с ДРГ и десантами противника в районах расположения центральных пунктов управления РВ;

- оказание содействия противодиверсионным подразделениям соединений и частей РВ и других видов ВС в поиске ДРФ в позиционных районах ракетных дивизий;

- ликвидация (уничтожение) обнаруженных ДРГ противника в позиционных районах ракетных дивизий'.

Особенностью начального периода существования подразделения было то, что никто из руководства, в общем-то, особо не вникал в вышеперечисленные задачи, так как в этот период в роте как раз шло грандиозное строительство - ремонт казармы был только что закончен, но строительство теплых боксов для БТР-70 и Газ-66 продолжалось. Этот период продолжался чуть больше года, до весны 1992. Хотя бокс для техники мы достраивали гораздо дольше. Солдаты и сержанты набирались для службы в роту, в основном, из ракетных дивизий так же, как и в разведывательные подразделения Сухопутных войск - то есть по собственному желанию. По просьбам многих людей могу сообщить, что солдаты и офицеры в нашей роте, да и всей части в качестве полевой формы одежды носили полевую "афганку", а на повседневной форме одежды - черных петлицах, носили знаки различия артиллерии, а в нашей роте еще и пехоты. Я ходил в той же самой форме, в которой пришел из ВДВ. Но вскоре произошли изменения, к которым ниже возвращусь!

После прибытия в подразделение мы с капитаном Бондаренко разделили функции - я занялся организацией боевой подготовки, снабжения и комплектования роты в соответствии с организационно-штатной структурой (ОШС), а он - окончанием ремонта казарм и боксов и решением других многочисленных хозяйственных и организационных вопросов. Впрочем, уже в феврале 1992 ему предложили возглавить ОРАТО - отдельную роту аэродромно - технического обеспечения армии. Это была майорская должность и он, конечно, согласился. С 8.03.92 меня назначили командиром роты и вскоре присвоили воинское звание "капитан". Заместителем назначили ст. л-та Макаренко, о чем я впоследствии сильно пожалел. Еще в будущность зама были спланированы и согласованы стрельбы в Омском общевойсковом училище, так как мишенное поле, которое существовало при штабе нашей ракетной армии, было совершенно непригодно для стрельбы такого подразделения, как наше. Оно было узкое (на двух стреляющих) и короткое, пригодное только для стрельбы из автоматов с места, а направлений для стрельбы из СВД, РПК и АГС-17 не имело вообще.

В связи с необходимостью организации в роте занятий по рукопашному бою мы нашли в одном из клубов города бывшего боксера, ставшего к тому времени опытным тренером по "Панкратиону" - Сергея Григорьевича Ступенькова, и обратились к нему с просьбой о проведении занятий в подразделении. Это необходимо было делать для повышения интереса к службе у военнослужащих, а также для поднятия престижа роты среди ракетчиков. Сам Ступеньков заниматься с ротой не стал, но дал своего воспитанника - Николая Попова, который вначале тренировал военнослужащих роты, а потом и сам у нас служил. Была еще попытка перевести на службу в подразделение из Ужура ученика знаменитого Алексея Кадочникова - автора "Русского стиля" рукопашного боя - лейтенанта Александра Зелинского, выпускника Ростовского ВВВКИУРВ -89 года, но она не увенчалась успехом. Рота впоследствии неоднократно участвовала в соревнованиях, для чего солдаты за свой счет купили два комплекта защиты. Однажды мы выставили команду из десяти человек, и они буквально растерзали все остальные части армейского подчинения. При этом, как обычно в рукопашном бою, отличились бывшие боксеры - Окчин и другие, впрочем, рядовой Горохов уложил на ковер офицера, много лет занимавшегося карате и начавшего показывать солдату 'маваши' и 'урмаваши'. Пропустив несколько ударов, Горохов буквально озверел и по 'рабоче - крестьянски', ударами кулаков в голову вырубил каратиста. Так, уже 23.02.1992 года рота проводила показательные выступления по рукопашному бою в гарнизонном офицерском клубе, чем был до глубины души поражен сам командующий объединением генерал-лейтенант Мороз, объявив за это выступление роте благодарность. Попутно я выяснил очень интересные подробности по ОШС и комплектованию наших Вооруженных сил, и большое содействие в этом оказали офицеры оперативного отдела армии, который курировал нашу роту и других подразделений штаба, в массе очень толковых и грамотных штабников.

В частности, удалось установить, что принадлежность к роду войск дают не прыжки с парашютом или что-либо другое, а ВУСы военнослужащих, записанные в "Штате" подразделения. В штате нашей роты - основном документе любого подразделения и части, были записаны военно-учетные специальности офицеров роты - они были одинаковые как у командиров взводов, так и у командира роты - 0213003 - т.е. "Боевое применение десантно-штурмовых подразделений". Отличались они лишь у замполита роты - 8010003 и командира минометного взвода - 0304053, но были тоже десантными. У прапорщиков, сержантов и солдат ВУСы состояли также из шести цифр с литером в конце номера - "Д" - что означало "Воздушно - десантные войска". Известно, что в соответствии с приказом МО СССР 025 от. 9.02.1990 года "...номер ВУС имеет трехзначное цифровое обозначение, а полное обозначение - семизначное, седьмой код, буквенный указывает род войск..."

После этого 'открытия' мы сразу же сдали на склад пехотные плечевые лямки, и попытались получить на роту в соответствии с приказом МО СССР номер 350 от 19.10.1988 года РД-54, прыжковые ботинки, зимнее и летнее прыжковое обмундирование, шлемы и десантные эмблемы, выписанные из соответствующих служб округа. При этом мы ссылались на соответствующие секретные и несекретные приказы, в которых имущество, положенное совершающим парашютные прыжки подразделениям и механизм его получения были достаточно подробно расписаны. Правда, в стране тогда уже практически все стало дефицитом, поэтому даже положенные роте повседневные эмблемы нам не выдавали ни разу, хотя полевые мы получали частенько. То же самое было и со всем остальным воздушно-десантным имуществом - его с окружных складов присылали не в полном объеме, да и выдавали со склада части только на прыжки. Поэтому единственным внешним отличием военнослужащих ОРПДБ от остальных подразделений штаба было то, что они носили эмблемы ВДВ на черных петлицах так же, как разведывательно-десантные роты разведывательных батальонов дивизий Сухопутных войск и прочие им подобные подразделения. Но из-за наступившего дефицита (в военторге эмблем ВДВ не продавали, а десантный учебный центр в Омске появился позже) носили артиллерийские, а также пехотные знаки различия.

Дело в том, что каждой части определен цвет погон, носящийся ее личным составом, и всем известно, что в РВСН этот цвет - черный. Лишь однажды начальник службы войск армии майор Дубовик пытался "обуть" роту за форму одежды, но я, принеся ему штатную книгу роты и соответствующие приказы, очень быстро доказал, что мы носим '...на погонах и петлицах, установленных в воинской части, эмблемы своего рода войск...', и все это абсолютно законно. Как и то, что автомобилисты, медики, саперы в ракетных частях носят установленные для их специальностей эмблемы. Поэтому нас быстро оставили в покое, а единственное, почему рота в то время не прыгала официально - в главном штабе Ракетных войск ей забыли или намеренно не включили в программу боевой подготовки парашютные прыжки.

Для чего роте они были нужны? Дело в том, что РВСН нашей страны, как известно, разбросаны на очень больших территориях - страна ведь наша - самая большая в мире! Поэтому для того, чтобы была возможность максимально эффективно прикрыть отдельные стационарные ракетные точки или деблокировать их в случае попыток захвата, рота должна была иметь парашютную подготовку. На случай, если после переброски ОБПДБ, ОРПДБ (РПДБ) или ВПДБ в дивизию вертолетная эскадрилья или взлетно-посадочная полоса соединения оказалась бы уничтоженной. Про подвижные ПУ типа "Тополей" и говорить нечего - где там могут быть площадки для приземления самолетов?! В таком случае десантирование пришлось бы производить бы прямо с самолетов, перебрасывавших подразделение в подвергнувшееся нападению соединение или часть. Поэтому по состоянию на 1990 год задумки офицеров Главного штаба РВСН, разрабатывавших ОШС и задачи подразделений ПДБ были совершенно правильными, и лишь развал страны и наступившие тяжелые для всех наших Вооруженных сил времена не позволили в полном объеме реализовать эту концепцию.

Вскоре Заместитель начальника штаба (ЗНШ) армии полковник Лазарев, которому вместе с начальником штаба (НШ) армии генерал - майором Севрюковым Н.И. рота была непосредственно подчинена, приехав из Москвы с учебно-методических сборов, довел роте, что с 1993 года она начнет прыгать с парашютами при нашей отдельной авиационной эскадрилье. В этом подразделении были десантные Ан-26 и транспортные Ан-12, кроме того, из ракетных дивизий частенько прилетали на дежурство в Омск вертолеты Ми-8, поэтому со средствами доставки у роты проблем бы не возникло. После доведения до нас столь долгожданной информации мы вскоре получили парашюты в нашей армейской авиационной эскадрилье и начали обучать личный состав их укладке. Правда, ввиду отсутствия в нашей ракетной армии десантных парашютов (Д-5 были уже сняты с вооружения из-за окончания ресурса, Д-6 отсутствовали, в наличии имелось лишь несколько ПТЛ-72) командованием было принято решение обучать личный состав на спортивных перкалевых парашютах Д-1-5У, которые были в достаточном для роты количестве. Впрочем, мы не стали ждать "милостей" от руководства, и организовали прыжки для офицеров, пожелавших прыгать, для чего провели их приказом по ОАЭ - отдельной авиационной эскадрилье в качестве членов СПДГ - спасательных парашютно-десантных групп. Удалось пробить всем по девяносто оплачиваемых прыжков в год, и это притом, что в ВДВ их оплачивали всего двадцать. Мне удавалось даже каждый год во время службы в роте, обычно в мае-июне, ездить на сборы СПДГ Сибирского военного округа по системе ЕГАПСС - единой государственной авиационной поисково-спасательной службе - все время в город Камень-на-Оби.

С солдатами было все гораздо сложнее! Дело в том, что им ни один начальник не позволил бы заниматься парашютными прыжками без соответствующего директивного указания в виде утвержденной свыше программы Боевой подготовки с включением в нее прыжков. К слову, новая программа роты на 1993 год пришла в старом виде, т.е. в ней отсутствовала воздушно-десантная подготовка и парашютные прыжки. То же самое произошло и в 1994 году. Впрочем, в условиях наступившего тотального дефицита всего и вся, систематических невыплат денежного довольствия офицерам и нищенской зарплаты для всех военнослужащих, это нас особо уже не удивляло! Решением непосредственных начальников воздушно-десантная подготовка (ВДП) в программу обучения роты включалась постоянно, начиная с 1992 года. Но без прыжков для солдат!

Поэтому основной упор у нас в роте был на огневую, физическую и тактико-специальную подготовку. Боеприпасов на складах тогда было еще навалом! Стреляли мы на войсковом стрельбище Омского высшего общевойскового командного училища почти каждую неделю из всего вооружения роты, кроме КПВТ БТР и "Васильков", так как стрельбище не позволяло ведение огня из этих видов оружия. Часто, отстреляв свой "лимит", мы начинали расстреливать боеприпасы, предназначенные для других подразделений штаба, стрелявших очень редко. В ВОКУ занимались еще и тактикой, а вот такими дисциплинами, как защита от оружия массового поражения, связью, инженерной подготовкой занимались в основном в расположении части или ее окрестностях. Например, окопы обычно рыли на развалинах бывшего свинарника. Потом закапывали. Несколько раз получилось провести учения - в основном это происходило, когда штаб сдавал проверки, а вот месячных полевых выходов не удалось провести ни разу! Связано это было со многими факторами. В частности, с дефицитом бензина для БТР-70 и автомобилей. Весьма и весьма ограниченный лимит ГСМ не позволял нам делать все, что было необходимо по Программе. На учениях мы вначале выполняли положенные роте функции по прикрытию охраняемых объектов, а затем подразделение обычно "сбегало" в лагерь "Карьер", и там обычно еще сутки занималось по общевойсковой тематике - стреляло, водило БТР, проводило боевое слаживание, отрабатывало нормативы на технике 'с ходу', обкатывало личный состав бронетранспортерами.

В ходе одних таких учений произошло единственное в роте ЧП - был травмирован рядовой Викдоров. Это был здоровенный малый из минометного взвода, и он вместе со своими товарищами уже сотни раз переводил свой "Василек" из походного положения в боевое и обратно, а тут... Видимо, у него произошел какой-то 'сдвиг по фазе'', и он при отработке норматива дернул рычаг подъемника левого колеса миномета до установки его на опору. Его не успели вовремя остановить и шестисоткилограммовая с гаком железная "дура" упала ему прямо на ногу! Удивительным было то, что ему не сломало ни единой косточки, а лишь штырем насквозь пробыло сапог и мягкие ткани ступни. Когда его грузили в Газ-66, чтобы вести с полигона в омский военный госпиталь, он повторял, как заклинанье, только одну фразу: "Я сам во всем виноват, прошу, товарищ капитан, не отправляйте меня в дивизию!" Служили ведь у нас в основном люди, склонные учиться защищать Родину с оружием в руках, и мало кому в роте улыбалась перспектива выполнять в дивизиях обязанности разнорабочих, порою месяцами и годами не держа в руках автомата. За казармой мы вкопали несколько шпал, в которые бойцы учились втыкать различные предметы. Все, конечно, норовили бросить в цель "штатный" штык-нож, но вскоре из Семипалатинской дивизии по нашей просьбе были привезены два десятка штыков АК47, и рота стала постоянно тренироваться в их метании. Большое содействие нам оказывал офицер службы РАВ подполковник Грико, получавший для нас в других частях и соединениях РВСН и СВ как необходимое нам оружие, так и инженерные боеприпасы. В частности, в мотострелковой бригаде были получены взрывчатые вещества, и с солдатами роты проводились занятия по подрывному делу на тактическом поле Омского ВОКУ.

К сожалению, в основном начальство воспринимало наше подразделение лишь как дополнительно появившуюся в части рабочую силу, и если до приезда на службу начальника штаба армии мы НЕ УСПЕВАЛИ 'сбежать' на занятия, то ее частенько с них снимали, и отправляли на работы. Тем не менее, индивидуальная подготовка солдат и сержантов роты была довольно высокой! Я не помню ни одного подразделения, кроме разве что Афганистана, в котором мне доводилось служить, чтобы солдаты в нем ТАК стреляли! Старший сержант Решетниченко, например, выполнял УКС 'с ходу' на 'отлично' шестью патронами из 35, да и многие другие, в том числе и офицеры, стреляли так же. Они бы выполнили его, выстрелив лишь по три патрона, но по условиям упражнения должна была быть стрельба очередями! На итоговой проверке за 1992 год рота получила отличную оценку за стрельбу. Причем сдавали мы проверку зимой, в ноябре месяце, и в двадцатипятиградусный мороз! Вместе с нами на войсковом стрельбище сдавала проверку наша армейская Отдельная рота охраны и разведки, получившая за стрельбу слабую тройку, и проверяющие, не веря результатам нашей стрельбы, посадили кучу офицеров контролировать каждый шаг "диверсантов", как нас называли, уже на рубеже открытия огня. А также на командном пункте. Впрочем, отличная оценка роты была неудивительна, ведь солдат в роту мы отбирали по собственному желанию, отдавая предпочтение спортсменам, и могли моментально каждого из них отправить обратно в ракетную дивизию. Хотя другие подразделения штаба всегда имели такие же возможности, как и мы, но неизменно показывали слабые результаты в стрельбе и физической подготовке! А у нас в роте меньше десяти раз не подтягивался на перекладине никто, да и бегали солдаты и сержанты, 'как кони'.

Проблемы в роте были только с офицерами, так как некоторые из них были ну очень сильно "волосатыми"! Ведь в Омске в то время служить было довольно престижно, поэтому каждый начальник норовил пристроить здесь своего сынка. Так, в роте у меня был сын генерала - Главного инженера - Заместителя командующего нашей армией, а также 'сынок' высокопоставленного военкоматского работника. Впрочем, были и совершенно, так сказать, "безволосые" офицеры, в том числе и те, которых я отобрал среди выпускников Омского ВОКУ. В частности, лейтенант Андрей Хорьков, который также занимался с ротой рукопашным боем (стиль "Джонридо", насколько я помню). Текучка среди офицеров была вообще довольно сильная, и в основном все уходили из армии в МВД. Или на гражданку. А все "сильно блатные", без исключения, в конечном итоге ушли из роты с грандиозными скандалами. Лозунг одного из них был: "Если служба мешает семейной жизни - брось ее 'на фиг'..., эту службу!". Но не бросал, поэтому пришлось ему в этом помогать! Другой - лейтенант N., за систематическое пьянство был привлечен к суду чести младших офицеров штаба армии. Так он даже на это мероприятие умудрился прибыть в нетрезвом состоянии, и был с позором изгнан с заседания председателем - полковником Крохиным. После этого суд ходатайствовал об увольнении из армии лейтенанта. Впоследствии его высокопоставленный папа обвинил меня в неуставных взаимоотношениях по отношению к этому великовозрастному ребенку и издевательствах над "его мальчиком", как он тогда выразился. Но мы смотрели на эти обвинения философски, придя к выводу, что, вероятно, яблоко от яблони недалеко падает. Впоследствии это подтвердилось, когда "принципиальный папаша" стал вымогать у моего однокашника, служившего в Красноярском крае, взятку за перевод в Омск!

А в остальном, в роте довольно быстро сформировалось ядро единомышленников в лице офицеров Журавлева, Мещенкова, прапорщика Култышева, впоследствии к ним присоединился выпускник 1993 года лейтенант Бондаревский, с которыми мы в основном и работали. Очень помогали в работе заместители командиров взводов - сержанты Решетниченко, Солонец, Кириллов, Окчин, командиры отделений ПДБ Аверьянов, Володин, связи Максимов, позже Чиньков и многие другие младшие командиры! А также рядовые - Щепкин, Сироткин, Тимин. Совершенно не проявили себя в подразделении ни сверхсрочнослужащие, ни контрактники, правда, из-за отсутствия информации о наборе на контрактную службу в нашу роту и противодействия руководства массовому набору нам не удалось привлечь на службу достойных бойцов. Да и денежное довольствие у них в то время было очень и очень низким! Еще одной характерной проблемой того времени было то, что среди солдат было довольно много представителей республик бывшего СССР (запомнились Украина, Казахстан, Таджикистан), и они иногда "бузили", говоря, что на их родине служат полтора года против двух в России, и требовали увольнения в запас. Впрочем, после 'отсидки' на гарнизонной гауптвахте одного из ЗКВ - уроженца Украины, подобные эксцессы прекратились, и все солдаты и сержанты честно отслужили по два года.

Впрочем, был в роте один негодяй и среди сержантов - заместитель командира 1-го взвода сержант П., который, избив своего подчиненного - молодого солдата из Казахстана, и боясь ответственности за это воинское преступление, дезертировал за месяц до своего увольнения из Вооруженных сил, и по прошествии небольшого времени объявился у себя дома, на Украине. Там, в независимом государстве, его немедленно отправили в запас. А произошло данное чрезвычайное происшествие при довольно интересных обстоятельствах.

В тот день меня встретила Представитель штаба армии по связям с общественностью Ермакова и сообщила, что в часть приехали два американца и просят встречи с офицерами - десантниками именно нашей роты. На рандеву пришел лишь один из них - свежеиспеченный выпускник Вест Пойнта второй лейтенант Joshua Ian Raitz. Вначале все было чин-чинарем, с переводчицей и тостами, потом началась обычная пьянка, в ходе которой и Джошуа, и нам с заместителем - ст. л-том Журавлевым быстро надоели наши собеседницы с их разговорами в сфере интересов женского пола. Поэтому мы втроем ушли в другую комнату смотреть фотографии и обсуждать достоинства и недостатки советской и американской бронетанковой техники и оружия. Причем переводчица при этом более чем полуторачасовом диалоге не потребовалась ни разу, а американец в ходе него даже произнес тост, вроде того, что "...с каждой выпитой рюмкой ваш английский становится все чище и чище!" Впрочем, закончить этот увлекательный для военных людей схожих специальностей разговор нам не удалось, так как именно в этот момент всех офицеров и прапорщиков вызвали в роту на поиски солдата, объявив казарменное положение. Впоследствии диалог с американским лейтенантом некоторое время продолжался в письмах, когда он уже служил в Германии и Югославии командиром мотопехотного взвода на БМП М-2 "Бредли".

А, в общем-то, в этот период у всех нас сложилось стойкое убеждение, что американцы и другие иностранцы практически прописались в наших доблестных Ракетных войсках и вообще Вооруженных силах! Еще в Иолотань они присылали свои НАТОвские сухие пайки, которые в нашей ВДБр применялись в качестве дополнительного поощрения солдат и офицеров, заступающих в караулы, а в Омск - армейское термобелье и другую весьма объемную гуманитарную помощь, в том числе продукты питания. Они почти постоянно находились везде, где только можно - штабах, дивизиях, полках, ракетных точках, командных пунктах! А ведь даже стекла в штабе нашей ракетной армии были в то время особыми - разной толщины и разной направленности неровностей для запрета считывания с них информации снаружи техническими средствами разведки. Впрочем, уже в конце 1992 года стекла стали ставить обычные - секреты хранить стало уже не нужно, видимо, им 'сдали' уже все!

Достаточно сказать, что когда я только пришел в РВСН, первым моим учителем по штатным структурам и боевому применению Ракетных войск стал новый командир роты - ракетчик капитан Бондаренко. Так даже он, рассказывая порядок осуществления боевого дежурства, охраны и обороны ракетных позиций и порядка прохождения кодов и сигналов из Москвы на запуск ракет, время от времени говорил: "А вот этого я рассказать не могу!" или "Эта информация только для имеющих допуск номер один!" Читатель может представить мое удивление и возмущение, когда в том же, 1992 году в показанном по российскому телевидению свежеотснятом американском фильме про наши РВСН была озвучена ВСЯ узнанная мною от Бондаренко и других, в том числе секретных, источников информация! Лично мне она была необходима для эффективного противодействия диверсионным и экстремистским группам, а вот зачем ее дали иностранцам?.. Да еще позволили посетить объекты, в которые, к примеру, некоторых моих офицеров не пускали вообще! А ведь даже на сборах командиров рот ПДБ нам впоследствии доводили, что против РВСН РФ диверсионные подразделения стран вероятного противника могут выставить "...396-520 диверсионно-разведывательных групп (ДРГ) и 28-38 десантов, а по Омску - 45-63 ДРГ и 5 десантов"! Фильмом тогда был сильно удивлен и мой ротный!

Так что мы рассказывали все, что интересовало наших американских и других гостей, но происходящее в верхах характеризовали в тот период одним очень коротким и емким словом: "Предательство!" А как еще можно назвать, к примеру, ликвидацию железнодорожного ракетного комплекса (ЖДРК) Владимирской армии, вагоны которого ("ракетовозы") потом использовались коммерсантами для перевозки японских автомобилей по России из Владивостока? Они что, тоже устарели? Ну, так отремонтировали бы их капитально и уставили в них новые "изделия"! Зачем было уничтожать целый КОМПЛЕКС, против которого не существовало эффективной системы слежения ни у одной страны мира? Впрочем, оставлю этот вопрос на обсуждение специалистам.

А в нашей роте, да и в остальных ОРПДБ ракетных армий основной проблемой было то, что у нее не было высокопоставленного заступника, близкого по духу к личному составу для того, чтобы мы, наконец-то, смогли заняться именно тем, чем противодиверсионные подразделения должны были заниматься. Это должно было быть изучение ракетных позиций во всех дивизиях, проведение тренировок с нештатными противодиверсионными силами соединений (так называемыми ОБДГ - отрядами борьбы с диверсионными группами, которые в массе, кроме индивидуальной подготовки солдата ничем не занимались - примечание автора). А также выработкой системы эффективного противодействия от нападений на пусковые установки и ракетные полки со стороны диверсантов и экстремистов.

Лишь однажды в 1993 году наша рота участвовала в "Исследовательских учениях по боевому применению ОРПДБ" в Ужуре. Причем все ее участие свелось к переброске в дивизию только офицеров роты, личный состав был набран на месте, а сами учения закончились в конечном итоге грандиозной 'показухой', совершенно не представлявшей интереса для боевого применения роты. Достаточно сказать, что в Ужуре ОРПДБ изображали следующие подразделения дивизии - отдельный батальон материального обеспечения (ОБМО) - или, как его называли на армейском жаргоне - "батальон г...а и пара", строительная рота, причем многие их командиры стояли в строю вместо солдат, которых не хватало в многочисленных кочегарках. Военных знаний им не хватало, но старались тыловики вовсю, за что я до сих пор благодарен офицерам этих подразделений капитанам Шелопу, Беляеву и ст. л-ту Пинчуку, ставших на время учений фактически замкомвзводами в нашей роте! Единственное, что представляло для нас в Ужуре интерес - оснащение стрелкового городка - помимо многочисленных приборов, которые раньше нам видеть не приходилось, в нем даже имелись электронные тренажеры 15К175.

К нашему общему неописуемому удивлению, результаты учений были признаны успешными! Правда, после них мы с офицерами оперативного отдела армии подполковником Арсланбековым и майором Савиным написали "Предложения..." в Главный штаб РВСН, которые впоследствии легли в основу изменений организационно-штатной структуры (ОШС) противодиверсионных подразделений, получивших прибавку к названию "Специального назначения". В основном это было сделано для того, чтобы расширить действие приказов МО СССР 075-78 и 056-80 на личный состав противодиверсионных произведений, так как в перечнях этих приказов не было рот ПДБ, зато были подразделения специального назначения. Это было необходимо также для расчета выслуги лет - год за полтора для выполнивших программу прыжков и распространения норм снабжения подразделений СН на личный состав противодиверсионных сил РВСН.

Каждый противодиверсионный взвод нашей роты был закреплен за своею дивизией, но ездил туда на учения настолько редко, что можно было по пальцам пересчитать такие случаи. Солдаты, за малым исключением, в таких командировках почти всегда оставались на месте. Хотя самолеты и вертолеты нашей армии летали в дивизии постоянно, никто не хотел, чтобы рабочая сила покидала штаб. За ротой была закреплена огромная территория, на которой она проводила практически все свободное время, включая ВСЮ находящуюся за территорией части улицу Котовского. Правда, нарядов было мало, так как караулы несла рота охраны, а наряд по солдатской столовой из-за небольшой численности в части срочнослужащих, был небольшой. Кормили, кстати, солдат и сержантов срочной службы в столовой просто великолепно! Это если сравнивать со всеми частями и военными училищами, где мне доводилось побывать за годы службы!

В апреле 1993 года мне довелось в первый и последний раз съездить в командировку в 1730-й отдельный батальон противодиверсионной борьбы (ОБПДБ) на сборы командиров рот ПДБ. Продолжались они около 10 дней, и на них удалось познакомиться с офицерами практически всех штатных противодиверсионных сил РВСН и ОШС подразделений ПДБ. Привлекались на эти сборы пятеро командиров ОРПДБ Ракетных армий, дислоцированных в РФ, один офицер аналогичной роты Винницкой Ракетной армии Украины и четверо командиров рот ПДБ 1730-го батальона. Руководили сборами Начальник отдела охраны РВСН полковник Колобыкин и НШ ОБПДБ подполковник Неткачев - последним был бывший десантник и мой старый знакомый по итоговой проверке 1992 года в Омске, давший тогда достаточно высокую оценку нашей роте.

Организационно-штатная структура (ОШС) батальона была, практически, стандартной для ОРПДБ РВСН, только на ранг выше - четыре роты ПДБ и минометная батарея. Плюс штаб и подразделение связи. Роты противодиверсионной борьбы первоначально состояли из управления - 6 человек, 3(2) ВПДБ и минометного взвода (1(2) расчета минометов, и 1(2) расчета АГС-17). Всего в ней значилось - офицеров - 7(4), прапорщиков - 1(0), сержантов и солдат - 78(26), БТР - 9(4), минометов - 2(1), АГС-17 - 2(1), АКС-74 - 50(10), РПКС-74 - 9(4), СВД - 9(4), РПГ - 9(4), Р-157 - 3(3), Р-162 -13(13). Позже из состава РПДБ были выведены минометы и создана отдельная минометная батарея. Все подразделения батальона были очень небольшими по численности, а всего в батальоне по штату мирного времени состояло около 120-150 человек, в строю подразделений присутствовало, практически, только оргядро. Офицеры батальона, в основном, были бывшими десантниками, но наличествовали также пехотинцы и ракетчики. На сборах нам читали лекции по боевому применению противодиверсионных сил, проводили проверки прибывших офицеров по физической, огневой, тактико-специальной подготовке. Запомнилось, что в батальоне был хороший теплый 100-метровый тир, и то, что в нем, в отличие от нас, уже тогда были АКМы с приборами бесшумной и беспламенной стрельбы (ПБС), из которых мы на сборах соревновались, кто выбьет больше очков. Нам довели официальную информацию, что вскоре наши отдельные роты получат "...штурмовые помповые ружья, свето - акустические гранаты и мины, лазерные приборы разведки (ЛПР-2), ночные бинокли БН-2 и пистолеты ПБ или АПБ". С нами еще были проведены занятия по перспективам средств радиосвязи (радиостанции "Арбалет") и по планированию боевой подготовки в подразделениях.

Думаю, что излишне сообщать, что когда я вернулся обратно в Омск, все в роте осталось по-прежнему, и наши непосредственные начальники быстро дали понять, что указания, полученные на сборах, не имеют для штаба армии абсолютно никакого значения. Обещанных изменений штата, программы боевой подготовки и новых видов вооружения и связи мы также так и не увидели! Поэтому, поняв, что "изменить мир" нам с офицерами роты не удастся, я решил продолжить свою службу в должности офицера парашютно-десантной службы (ПДС), тем более что главком ВВС присвоил мне звание "Инструктора ПДС".

Как уже описывалось выше, мы неоднократно во время службы в ОРПДБ ездили на сборы СПДГ. Прыжки в РВСН имели принципиальное отличие от ВДВ и проводились они распоряжением Заместителя начальника Генерального штаба. Прыгали мы на них много, преимущественно на спортивных парашютах, с разных высот и в довольно сложных условиях. Из-за отсутствия на спортивных парашютах стабилизации, прыгать с ними было гораздо интереснее, чем на "дубах", как называли десантные парашюты Д-5 и Д-6. Были и другие плюсы. В РВСН и ВВС не было такой 'заорганизованности', как в ВДВ из-за малого количества солдат срочной службы, и основной упор делался на то, чтобы отработать максимальное число задач, необходимых для СПДГ. Достаточно сказать, что за три года в ВДВ я напрыгал не более 40 прыжков, включая сделанные во время отпуска в ДОСААФе, а за три года в РВСН - 140. Задачи прыжков были очень разнообразными. Во время сборов мы неоднократно прыгали "на веревку" со сверхмалых высот, в том числе с высоты 150 метров, а также ночью на воду, с задержкой раскрытия парашюта на 15-40 секунд. Удалось попрыгать с Д-1-5У, ПТЛ-72, Т-4, УТ-15. К сожалению, мне не удалось стать офицером ПДС, но в это время начался набор офицеров в специальные подразделения налоговой полиции, куда ушло много моих друзей и сослуживцев. Предложили туда уйти переводом и мне, и через год - в июне 1994 года началась для меня новая служба - в физзащите налоговой полиции. Это было чисто офицерское подразделение специального назначения, так что, кроме отсутствия подчиненных, в службе у меня мало что изменилось - то же физо, стрельбы, тактика! Не было только прыжков, хотя год засчитывался за полтора. Денежное довольствие в полиции было намного выше, чем в армии, и даже "прыжковые", которые я получил летом 1993 года в сумме 25 тысяч рублей, а это было почти два оклада денежного довольствия командира роты, не могли уже в то время компенсировать растущих семейных расходов. Инфляция! 333-й Отдельной ротой противодиверсионной борьбы с момента моего перевода стал командовать ст. л-т Журавлев, но в 1997 году все штатные армейские противодиверсионные силы были расформированы, 1.09.1997 года "исчезла" и наша рота. Ненадолго пережил их и 1730-й батальон, расформированный в начале 2001 года. Единственной информацией после сокращения всех перечисленных выше подразделений стала такая - в отдельных ротах и батальонах охраны и разведки РВСН были созданы взвода, и, соответственно, роты противодиверсионной борьбы. Так закончилась история ОРПДБ и ОБПДБ РВСН, в том числе и "специального назначения".

@ Александр Магерамов

Опыт ведения боевых действий разведподразделениями ВДВ в Афганистане

2024-01-03T12:50:43.272Z

Тактика действий бандитских формирований

В большинстве своём контрреволюционеры для ведения боевых действий организационно сводятся в боевые группы, отряды и более крупные формирования. Численностью: отдельно действующих боевых групп 8-15 и более человек, отрядов - 100 -200, а бандформирований 500 и более человек.
В основном бандитские формирования комплектуются из числа местных жителей, иногда членов различных контрреволюционных партий: исламской партии, исламское общество и исламское движение, Но, как правило, каждая контрреволюционная партия и организация имеют свои бандформирования, отряды и группы.

Во главе отряда и группы стоит главарь, а бандформирования определённого района (провинции, уезда) - командующий. Органом административной власти и судопроизводства является исламский комитет, в состав которого входят следующие отделы: политический, военный, экономический, следственный мобилизации и вовлечения новых членов, контрразведки и разведовательный. Для подготовки кадров в бандформированиях имеются учебные центры. На вооружении личного состава бандформирований состоят; 106,7 и 82 мм миномёты, 12,7 мм пулемёты ДШК, 7,62 мм пулемёты Горюнова китайского производства, гранатомёты, автоматы, карабины, винтовки БУР-303, противопехотные и противотанковые мины, ручные гранаты*
В качестве средств ПВО контрреволюционеры используют 12,7 мм ДШК и 7,62 мм пулеметы китайского производства, пакистанские зенитные горные установки и ПЗРК типа "Стрела-2". Некоторые отряды применяют самодельные установки, изготовленные из снятых с подбитых БТР пулемётов КПВТ и спаренные зенитные установки, захваченные у афганских войск,
В последнее время душманы стали применять НУРС американского и китайского производства, выполненные в переносном варианте. В частности, эти НУРС были применены бандитами в ноябре 1984 г. для нанесения удара по г. Кабул.
Группы и отряди мятежников, подготовленные и забрасываемые из Пакистана на территорию ДРА, получают на каждый гранатомёт 10 выстрелов, на ручные пулемёты и автоматы - по 500 патронов, на 1-2 ДШК и на I винтовку - 400 патронов, по 2 ручные гранаты на мятежника, по 4-5 противотанковых мин и гранат и громкоговоритель*
Контрреволюционеры широко используют различные противотанковые (пластмассовые и металлические) и противопехотные мины. ПТМ пластмассовые - ТС - 6,1, ТС - 2,5 и СМ - 55 итальянского производства, M-I02 шведского, М-3 бельгийского и M-I9 американского производства. Противотанковые мины металлические - МК - 7 и МК-5 английского и ПТМИ-К Чехословацкого производства. Противопехотные (типа ОЗМ - осколочная и выпрыгивающая): малая осколочная выпрыгивающая, №4 - фугасная пластмассовая израильского производства, ТС - 50 - фугасная пластмассовая. Кроме того, они применяют фугасы из неразорвавшихся бомб и снарядов, а также самодельные мины и мины сюрпризы.
Афганская контрреволюция стремится приблизить организационно-штатную структуру своих бандформирований к структуре регулярных вооружённых сил и создать на базе разобщённых банд подразделения типа роты, батальона, полка, бригады. В роте предполагается иметь командира роты, офицера по политработе, подразделение пропаганды, офицера управления и управление роты, три взвода трех отделенного состава. Итого в роте 122 человека, пистолетов - 3, винтовок (автоматов) - 98.
Батальон включает: командира батальона, офицера по политработе, адъютанта, управление батальона (отделение управления, отделение связи, мед отделение, отделение контрразведки - разведки) и три роты.
Всего в батальоне: 441 человек, 43 пистолета, 356 винтовок автоматов), в том числе в управлении батальона 85 человек, 34 пистолета, 12 винтовок (автоматов).
Полк должен включать командира полка, заместителя командира полка, офицера по политработе, управление полка (отделения операций и обучения контрразведки - разведки, связи, управления, медицинское и транспортное) и три батальона. Всего в полку 1460 человек, 189 пистолетов, 954 винтовки автомата).
В бригаде предусматривается иметь 4 полка трех батальонного.
Формирования типа полк уже в 1983 году были созданы в провинциях НАНГАРХАР, ГЕРАТ, БАДАХШАН, КАБУЛ.
Кроме перечисленных формирований отмечается увеличение количества специализированных подразделений: разведывательных, минометных, гранатометных, минёров - подрывников, ПВО, снайперских и т.д. Эти подразделения включаются в состав взводов, рот, батальонов и полков и формирований другого типа в зависимости от решаемых ими задач.
При проведении боевых акций бандформирования уклоняются от прямого столкновения с советско-афганскими войсками, а прибегают к проведению диверсий и засад на коммуникациях, обстрелам гарнизонов и постов, внезапным нападениям на гарнизоны* посты, государственные учреждения провинций, уездов и волостей.
Бандиты поджигают промышленные предприятия, склады, варварски разрушают кишлаки, ирригационные сооружения, выводят из строя телефонные линии и линии электропередачи, разрушают школы, грабят и убивают мирное население, поддерживающее правительство.
Действия банд отличаются дерзостью и необычайной жестокостью. Мятежники большое внимание при подготовке акций уделяют проведению разведывательных мероприятий. Разведка ведётся специально создаваемыми группами с задачами: добыть данные о районах дислокации, маршрутах передвижения советских и афганских войск, районах и сроках проведения предстоящих операций против банд, о ближайших и перспективных планах советского и афганского командования и т.д.
Каждой разведывательной группе чётко определяется район действий, где через осведомителей и наблюдателей из числа местных жителей, в том числе и женщин, доверенных лиц, агентуры в государственных учреждениях, органах ХАД, ЦАРАНДРЯ и афганской армии она тщательно собирает информацию. Основными методами получения разведывательной информации являются: наблюдение, подслушивание, опрос местных жителей, осведомление, получение данных от агентуры и доверенных лиц. Для передачи данных используются система связи, включающая в себя:

телефонные и радиолинии связи;
посыльных ( пеших, на лошадях, ишаках, велосипедах, мотоциклах и автомобилях);
сигнальную связь (использование зеркал в солнечную погоду костров, дымов, фонарей, звуковых сигналов и т.д.);
голубиную почту;
систему тайников и т.д.

Одним из широко используемых методов ведения разведки мятежниками является наблюдение. С этой целью на господствующих высотах вдоль основных дорог, в районах расположения советских и афганских войск, постов охранения и других объектов расставляются наблюдатели, замаскированные или действующие под видом пастухов и местных жителей, которые установленными сигналами передают по цепочке наблюдательных пунктов своему руководству сведения о появлении и прохождении колонн, а также мероприятиях проводимых в гарнизонах или на интересующих бандитов объектах. Местные жители также являются одним из источников получения разведывательных сведений.
Осведомители контрреволюционеров при нахождении в населённых пунктах, на базарах, в духанах, используют любую возможность для вступления в контакт с военнослужащими, подслушать их разговоры и, таким образом, получить сведения о характере действий, планах и намерениях советских и афганских войск. Особая роль отводится осведомителям - женщинам и калекам, т.к. по мнению исламского руководства они вызывают меньше подозрений.
Первостепенной задачей исламские комитеты считают внедрение своей агентуры в афганской армии, ХАД, ЦАРАНДОЕ, партийно-государственном аппарате и органах народной власти на местах, т.е. в тех организациях, где можно получить наиболее достоверные и важные сведения о всех мероприятиях планируемых против бандформирований.
Получив необходимую информацию, бандформирования планируют и проводят боевые акции. 8 условиях сильно пересечённой местности мятежники часто блокируют или берут под постоянное наблюдение уязвимые участки дорог: ущелья, дефиле "мосты, горные перевалы, карнизы, галлереи, а также устраивают свои позиции на гребнях господствующих высот, на входе или выходе из ущелья, вблизи перевалов и в различных заброшенных строениях. В горной местности встречаются случаи оборудования огневых точек и схоронов, пещер, ниш и нор с использованием строительной и горной техники (бурильных установок, отбойных молотков).
Для укрытия в дорожной полосе, на берегах рек и каналов бандиты используют не только растительность, складки местности, развалины, заброшенные колодцы, кяризы, но и специально отрываемые бункеры, прикрытые щитами, маскируемые щебнем, глиной, дерном. В районах, насыщенных ирригационными сооружениями, мятежники используют системы плотин, шлюзов для затопления подступов к обороняемым объектам, что делает невозможным подход и применение боевой техники.
При нападении на посты* охраняемые объекты и колоны бандиты показывают высокую организованность, смекалку, элементы военной хитрости, быстро используют ошибки, допускаемые командирами советско-афганских подразделений; особенно отсутствие разведки и охранения.
На коммуникации мятежники выходят ночью примерно с 4,00 до 7.00 утра и, используя маскирующие свойства местности, занимают позицию с одной или двух сторон дороги в 100-300 м на расстоянии 25-50 метров друг от друга. На одном или обоих флангах создаётся ударная огневая группа (группы) из гранатомётчиков, пулемётчиков и автоматчиков. На господствующей высоте устанавливается пулемёт ДШК с позицией, приспособленной для ведения огня по наземным и воздушным целям, В момент втягивания колонны в район засады ударные группы и в их числе стрелки - снайперы открывают огонь по водителям и старшим машин, по машинам перевозящим личный состав, ГСМ боеприпасы. Для борьбы с бронецелями, идущими в составе колонны, используются гранатомёты РПГ-2, РПГ-7 и крупнокалиберные пулемёты. Кроме того, ведётся залповый огонь по головным и замыкающим машинам, с тем чтобы создать затор на дороге, остановить движение колонны, посеять панику среди водителей и перевозимого личного состава. При удачно складывающейся для себя обстановке бандиты, кроме эго, забрасывают колонну гранатами и пытаются захватить пленных, вооружение и боеприпасы. Следует отметить тот факт, что разорванная колонна, в которой отсутствует разведка, охранение и управление и особенно отставшие машины чаще всего становятся объектом для засады.
В отдельных случаях засада на дорогах может быть эшелонированной в глубину. В первом эшелоне на фронте до 300 метров и удалении 30-50 метров от полотна дороги в специально подготовленных укрытиях располагаются парные расчёты гранатомётчиков на удалении друг от друга до 50 метров. Второй эшелон располагается на таком же фронте, на удалении до 300 м и более, как правило, в строениях (бандиты вооружены стрелковым оружием с пулемётами на флангах). При втягивании колонны на глубину фронта засады по общему сигналу наносится один - два залповых удара только из гранатомётов по колоннам и сразу же, используя замешательство в колонне, местность, специальные ходы сообщения, специфику посадки винограда (корни винограда выращиваются в траншеях глубиной до 2 метров, соединенных между собой глубокой системой для полива) гранатомётчики отводятся во второй эшелон или наоборот усиливаются личным составом второго эшелона для захвата пленных, вооружения и техники. Используя складки местности, под прикрытием специально выделенных групп огневого обеспечения бандиты отходят в труднодоступный район или отойдя во второй эшелон продолжают вести бой до наступления темноты.
Бандформирования иногда прибегают к устройству подвижных засад, когда нападение совершалось на автомашине при обгоне колонны. В таких случаях бандиты на машине пристраиваются к колонне и, следуя за ней, выбирают удобный момент для нападения. Если какая-либо машина отстает от колонны, бандиты настигают ее и уничтожают, затем пользуясь замешательством в колонне, стараются быстро скрыться.
Имели место случаи, когда мятежники в целях дескридетации советских войск использовали форму советских военнослужащих. Они выходили на дорого, подавали знак остановится той или иной машине, затем расстреливали пассажиров и уничтожали транспорт, действуя цинично и жестоко, демонстративно оставляя следы расправы.
Наиболее опасным в силу внезапности для мятежников и большой огневой мощи являются удары авиации, ствольной и реактивной артиллерии. С целью обезопасить себя от этих ударов руководители бандформирований вынуждены рассредоточить свои отряды и группы, часто менять их местонахождение. Как правило, группы рейдовых отрядов только в течении суток до 3-4 раз меняют места отдыха. Командир отряда обычно передвигается по району ответственности, имея при себе 20-30 человек, в том числе 10-15 телохранителей и 10-15 связников. Задача связников оповестить группы о решении командира отряда собрать отряд или его часть на сборном пункте для проведения акций. Отход отряда из района проведения операции осуществляется с выделением нескольких эшелонированных групп прикрытия, что исключает возможность непрерывного преследования отряда и сохраняет его основные силы. Иногда для обеспечения выхода банды из боя оставлялась группа до 10 человек, хорошо замаскированная, которая ведет интенсивный огонь из различных видов оружия, на широком фронте из строений, из-за дувалов, с высот и с наступлением темноты отходит, используя хорошо знакомые кяризную систему и рельеф местности.
Главари отрядов и групп при переходах из района в район выделяют передовой дозор, состоящий из двух-трех человек, как правило невооружённых и замаскированных под местных жителей.
Дозорные передвигаются пешком, на лошадях, на мотоциклах или другом транспорте. Сначала едет или идёт первый дозорный, через один-два часа следует второй дозорный. Основная группа мятежников находится на большом расстоянии и, получив сведения от дозорных, что путь безопасен, выдвинется в этот район через 3-4 часа.
Населенные пункты (кишлаки) контролируемые мятежниками, подготовлены для оборонительного боя и маневра силами и средствами. В дувалах сделаны бойницы с перекрывающимися секторами обстрела, Широкая сеть кяризов позволяет незаметно перемещаться, защищаться от ударов артиллерии и авиации и отойти в случае опасности. Кроме того, для укрытия от ударов артиллерии и авиации, а также при прочёсывании кишлаков, отрываются укрытия на 5-7 человек из расчёта каждое укрытие на одну семью, а также схороны для хранения оружия, боеприпасов, продуктов и т.д. Укрытия оборудуются в различных местах: в домах, в садах, во дворах, под дорогой и т.д. Входы в укрытия тщательно маскируются и могут находиться под слоем грунта до 60 - 70 см.
В ходе ведения боевых действий в зеленой зоне мятежники создали в районе КАЛАЙ-МОЛА, МИАНДКОЙ, ТОХЧИ оборонительный рубеж глубиной до 2-3 км, используя рельеф местности, инженерные сооружения (окопы, огневые точки, в т.ч. бетонированные) и массированное минирование дорог. Было создано три рубежа устройства засад на глубину до 1,5 км (до 10 засад на каждом рубеже) и рубеж сопротивления по старой чарикарской дороге и отдельные узлы сопротивления в населенных пунктах ДОЛАНА, БАЯНИ-БАЛА, СУФЛА.I В ходе Панджшерской операции бандиты проводили контратаки группами до 50-80 человек в основном во второй половине дня и ночью при поддержке огня миномётов и ДШК с близлежащих высот. Используя отсутствие сплошного фронта мятежники просачивались ночью в населённые пункты, занимали там огневые позиции и в светлое время открывали внезапный огонь по советско-афганским войскам. Основная ставка делалась на огонь снайперов и ДШК. Главная задача боевых групп мятежников в Панджерском ущелье состояла в том, чтобы сковать боем наши подразделения, нанести им поражение и обеспечить другим группам манёвр на новые позиции.
В рокадных ущельях, примыкающих к долине, где были сосредоточены основные запасы вооружения и материальных средств мятежники занимали сплошную оборону при входе в ущелье и огнём всех средств пытались не допустить наступления советско-афганских войск. Они не оставляли занимаемых рубежей даже при обходе советскими подразделениями с флангов. Для оказания помощи обороняющимся, мятежники направляли на фланги наших подразделений мелкие группы, которые своими действиями пытались остановить продвижение наших войск, т.е. оборона строилась многоярусной. В районах, насыщенных ирригационными сооружениями, мятежники используют систему плотин и шлюзов для затопления подступов к охраняемым объектам, что делает невозможным подход и применение военной техники. Так, при проведении операций в зелёной зоне КАЩАГАР в январе 1983 года рота омсбр прочёсывала местность. Командир роты не встречая сопротивления, не организовал разведку местности и чёткого взаимодействия, допустил окучивание боевых порядков. Командир взвода этой же роты, не оценив местности и не ведя разведку, вывел через пролом в дувале взвод на поле, окруженное с трёх сторон высоким дувалом а с четвертой стороны строением. Как только взвод втянулся на поле, мятежники открыли плотный огонь, в результате чего взвод залёг в сухом арыке и оказался в условиях, исключающих маневр. Мятежники, ведя огонь по взводу и блокировав выходы для роты, пустили воду в арык и тем самым принудили взвод отойти через пролом в дувале, который хорошо
был пристрелян. При отходе взвод понёс потери. Используя нерешительность, проявленную командиром роты и отсутствие маневра с выходом во фланг и тыл, мятежники отошли без потерь.
Мятежники с целью сковывают движения колонн, уничтожения бронетанковой и автомобильной техники, а также личного состава широко применяют минирование вероятных путей выдвижения войск, ранее используемых инженерных сооружений (окопов, НП, КНП и т.д.), а также троп и дорог ведущих к ним. Установка противотанковых и противопехотных мин осуществляется безсистемно, с отличной маскировкой. Противотанковые мины на дорогах, как правило, устанавливаются на глубину до 40-50 см, а фугасы на глубину 1-1,5 м.
Стремясь повысить эффективность применения инженерных боеприпасов, душманы совершенствуют приёмы и способы их установки. В последнее время обнаружены и обезврежены фугасы большой мощности - от 30 до 250, 500 и более килограмм в управляемом по проводам варианте. С целью ввести в заблуждение саперов бандиты сверху над фугасом устанавливают мину или группу мин, рассчитывая на то, что обнаружив эти мины, сапёры прекратят поиск основного фугаса или на это место соберётся большая группа личного состава и можно будет привести в действие основной заряд.
С целью запоминания мины устанавливаются в створе с углами дувалов, зданий, сломанных деревьев, изгибов арыков и т,д. Иногда на месте установки мины выкладывается камень. Участились подрывы личного состава на минах-сюрпризах (портсигары, авторучки и т.д. ),
Чаще всего мины устанавливаются с применением элемента неизвлекаемости. Имеет место привлечение для установки мин местных жителей за определенное вознаграждение.
В последнее время мятежники уделяют большое внимание вопросам борьбы с самолётами и вертолётами во время нанесения ими авиаударов по базам контрреволюционных формирований и в ходе поддержки войск. Наряду с применением ДОК, ЗГУ, мятежники стали применять стрелковое оружие и специально созданные группы для захвата членов экипажей поврежденных вертолётов и самолётов. Огонь ведётся из стрелкового оружия залпами в момент, когда самолёт или вертолёт находится на высоте 300-500 м и по последнему если летит группа, с целью уменьшения возможности обнаружения и ответного удара. Для ЗГУ и ДШК обычно оборудуются вертикальные пещеры (шахты) с определённым сектором для стрельбы. Практикуется также установка их под карнизами горных складок.
В осенне-зимний период, и, особенно, с наступлением зимних холодов характерна миграция мятежников в населённые пункты, где они активизируют террористическую деятельность. Кроме того активно создаются базы зимовок с необходимым запасом оружия продовольствия и материальных средств.
В виду ещё слабой организации контроля за передвижением афганцев в стране в том числе и по автомагистралям, мятежники умело используют этот факт для своих передвижений из района в район, переброски оружия, боеприпасов, продовольствия и ГСМ. Необходимо заметить, что душманы постоянно следят за оперативной обстановкой и быстро реагируют на её изменения, меняя оргштатную структуру бандформирований и тактику действий!

ВЕДЕНИЕ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫМИ ПОДРАЗДЕЛЕНИЯМИ ВДВ НА ТЕРРИТОРИИ ДРА

При ведении боевых действий на территории ДРА разведка в воздушно-десантной дивизии ведётся в назначенных командованием районах ответственности согласно месячному плану разведки. На каждую операцию, кроме того, составляется отдельный план. В период подготовки операции производится доразведка объектов и бандформирований в районе предстоящих действий. Начальник разведки дивизии предварительно согласовывает мероприятия по разведке в штабе армии, а также с лицами, занимавшимися разведкой во взаимодействующих частях регулярной армии ДРА, ХАД и ЦАРАДОЙ, без раскрытия сроков, замысла и района планируемых боевых действий. За 2-3 суток подбираются и готовятся проводниками наводчиками из числа местных жителей, хорошо знающих местность расположение противника. В штаб армии подается заявка для получения фотосхем маршрута выдвижения и района предстоящей операции. Фотографирование осуществляется в масштабе: маршрутов выдвижения - 40-50 метров в сантиметре, района операции - 20-30 метров в сантиметре. За 3-5 часов до начала операции обобщённые данные о противнике в районе предстоящих боевых действий докладываются командиру дивизии, (полка) и руководителю операции, которые уточняют дальнейшие задачи разведке. Подготовка разведорганов к выполнению боевых задач завершается за 2-3 суток до начала операции. В этот период проводятся тактико-строевые занятия на местности, схожей с районом предстоящих действий. Некоторые занятия начальником разведки проводятся отдельно с офицерами и сержантами на макете местности. В период подготовки и в, ходе операций разведывательные данные добываются различными способами. Наибольший эффект приносит способ заблаговременной(за 1-1,5 суток до начала операций) скрытной заброски разведчиков в район предстоящей операции с целью наблюдения за перeвалами, тропами, населенными пунктами и выявления наличия банд, мест их дислокации, численности, вооружения и др. данных о деятельности противника. Однако этот способ требует тщательной подготовки, высокой скрытности, надежного огневого обеспечения и эвакуации разведгрупп на случай преждевременного их обнаружения и попытки уничтожить до выхода в район главных сил. Такой способ разведки применялся во многих операциях (ПАГМАН, ЧИРИКАР и др.) и приносил хорошие результаты. Широкое применение находит наблюдение. В ходе любой операции наблюдение остается основным способом разведки. При организации наблюдения, особенно ночью, широко применяются приборы ночного наблюдения (бинокли, прицелы), станции ближней разведки (СБР-3). Наблюдение дополняется подслушиванием. Действенность и результативность тщательно организованной системы наблюдения подтверждается рядом примеров. Так, при проведении операции по захвату и уничтожению перевалочной базы мятежников в провинции НИМРУЗ, благодаря разведке наблюдением была обнаружена и уничтожена замаскировавшаяся группа мятежников, а также обнаружен крупный склад оружия и боеприпасов, склад ГСМ и типография. Кроме наземных наблюдательных постов широкое применение находят воздушные наблюдательные посты на вертолётах Ми-8. В их составе: офицер - разведчик, 2-3 разведчика - наблюдателя, офицер - артиллерист, связист со средствами связи. Воздушный наблюдательный пункт в ряде случаев наряду с разведкой сразу же составляет данные 'для нанесения ударов по вскрытым целям артиллерией и боевыми вертолетами.
Наиболее эффективные результаты в ходе боевых действий получены в результате засад. Для проведения засад привлекаются разведывательные группы 'из состава разведывательных подразделений или специально подготовленных взводов парашютно-десантных подразделений. Они высылаются до 100 км от мест дислокации как на БТР (БМД), так и на вертолетах в районы узлов дорог и троп, где возможно движение мятежников. Выдвижение групп, как правило, осуществляется комбинированным способом, т.е. в начале на БТР (БМД) или вертолетах в район спешивания, а затем в пешем порядке, а иногда и на БТР в район проведения засады. Район спешивания от позиции засады находится на удалении до 10 км. После спешивания бронегруппа располагается так, чтобы не демаскировать район засады. В зависимости от обстановки или важности задачи в состав бронегруппы включаются артиллерийские подразделения. В отдельных случаях спешивание личного состава может осуществляться с БТР (БМД) и на более близком расстоянии, на ходу и в местах укрытых от визуального наблюдения противника. После высадки десанта бронегруппа продолжает движение в засадном направлении, затем разворачивается и выходит в установленный для нее пункт сбора, создав видимость возвращения подразделения.
В случае высадки группы для засады с вертолетов, площадки высадки (основная и запасная) выбираются заблаговременно (за 2-3 суток) в 7-12 км от района засады. Высадка осуществляется за 15-20 минут до сумерек с тем, чтобы группа как бы "ушла в темноту". До и после высадки вертолеты делают по 2-3 ложных зависания, в район высадки они подходят на малой высоте.
Подразделения после высадки собирается в пункте сбора и, совершив отвлекающий маневр, выдвигаются в пешем порядке в район базирования с соблюдением требований скрытого передвижения. Прибыв в район базирования, командир взвода организует охранение и наблюдение, в течение следующего дня из района базирования ведется разведка района засады и маршрутов выдвижения противника наблюдением, уточняется задача отделениям, организуется взаимодействие и другие мероприятия по подготовке засады. С наступлением темноты взвод выходит к месту засады и организует ее.
Движение личного состава в район базирования и засады осуществляется со строжайшим соблюдением требований звуковой и световой маскировки. Маршрут движения выбирается по скатам высот ближе к гребню (но не по гребню или лощине), направление движения выдерживается по ранее выбранному азимуту, а также по четко выделяющимся ориентирам (гребням высот, отдельным строениям и другим местным предметам). Походный порядок с учетом возможности встречи с противником, условий местности и состава своего подразделения. При условии движение в горной местности взвод, как правило, разбивается на 2 группы, которые движутся на удалении зрительной связи, имея впереди и сзади парных дозорных. При движении на равнинной местности взвод движется в одной колонне, имея впереди и сзади парных дозорных. При необходимости дозорные высылаются и на фланги. По возможности дозорные вооружаются бесшумным оружием. Каждому сержанту и солдату ставится задача либо на наблюдение за местностью в определённом секторе, либо за выдерживанием направления движения, сигналами дозорных и т.д. Периодически делаются короткие остановки для прослушивания, ориентирования и более внимательного осмотра местности. Шум и свет - основные демаскирующие признаки. При обнаружении противника дозорные занимают укрытие и докладывают командиру установленным сигналом. Если дозор встретился с мелкими группами противника вблизи района засады и себя не обнаружил, то взвод обычно скрытно обходит его и продолжает выполнять поставленную задачу. В случае обнаружения дозора (дозорных) противником, взвод действуя решительно и дерзко, уничтожает его, применяя в основном бесшумное оружие, после чего совершает отвлекающий маневр и выходит в район засады. Первыми в район базирования и засады выходят дозорные, которые внимательно проводят осмотр местности, обращая особое внимание на прилегающие высоты, группы камней и другие места, где может находиться противник. Затем выходит головное отделение, продолжает более детальный осмотр района, в готовности к немедленномy уничтожению обнаруженного противника. С выходом главных сил взвода немедленно организуется наблюдение, непосредственное охранение и круговая оборона. При этом, около одной трети сил и средств располагается на входе и выходе из района, выбранного для засады с задачей воспретить отход или прорыв противника, прорвавшего в засаду. Главные силы со средствами усиления выполняют задачу по нанесению поражения противнику внезапным огнём. Позиции отделений (групп) выбираются с учётом местности, с тем чтобы обеспечивалось наблюдение за противником, ведение огня из всех видов оружия, взаимная огневая поддержка и возможность сосредоточения огня перед фронтом, на флангах позиций засады, круговая оборона, скрытое расположение и маскировка. При организации системы огня определяются полосы огня, дополнительные сектора обстрела и, кроме того, один-два
участка сосредоточенного огня. Также указывается рубеж открытия огня, сигналы и порядок его ведения, варианты действий отделений. Огонь из АТС-17, 62 мм миномётов, поддерживающей артиллерии открывается по распоряжению командира взвода после завязки боя. Он ведется с задачей - отсечь подходящие резервы противника и не допустить обхода им засады. Огонь артиллерии корректируется офицером - артиллеристом, приданным взводу. По возможностям на позициях отрываются окопы, которые тщательно маскируются. Перед позициями отделений вдоль вероятных маршрутов движения противника, перед входами и выходами из ущелий (каньонов), перед удобными местами для переправы через водные преграды могут устанавливаться мины, в т.ч. и МОН-100. Группы мин устанавливаются так, чтобы создавался "огневой мешок". В тех случаях, когда имеются достоверные разведывательные данные о маршрутах (путях) движения (отхода) противника, то взвод после десантирования (спешивания) выдвигается сразу в район засады, не создавая района базирования. С прибытием в район засады командир сразу же и организует её. Успех действий в засаде зависит от скрытного размещения подразделений (групп), выбора целесообразного момента для открытия огня, выдержки и умелых действий личного состава. При проведении засадных действий планируется выделение 2-3 вертолётов Ми-6 для эвакуации раненых и доставки, в случае необходимости боеприпасов, продовольствия и других материальных средств. Подразделения высаживаемые для организации засад вертолётами, правило поддерживаются боевыми вертолётами Ми-24 из положения "дежурства на аэродроме или в зоне". Выход подразделений из района засады проводится под прикрытием группы обеспечения. Передвижение в новый район засады или пункт постоянной дислокации осуществляется с мерами разведки, охранения и маскировки, не допуская благодушия, снижения бдительности и готовности немедленно вступить в бой. Имеется ряд примеров успешного ведения засадных действий.
1. Взвод разведывательной роты полка под командованием ст. лейтенанта ИВАШКО А., усиленный отделением сапёров и двумя расчётами АТС-17, после спешивания на ходу с БТР-70 в 2.00 4,5. скрытно выдвинулся и организовал засаду на перевале АРГАНДЕХ (уезд ПАГМАН), в 8 км от места спешивания. Бронегруппа вышла на афганский пост и имитировала ремонт трёх бронетранспортеров. В 10.30 наблюдатели обнаружили выдвижение группы мятежников. Пропустив разведку, взвод по установленному сигналу открыл по основным силам внезапный огонь и уничтожил её. Группа наблюдения, находящаяся в стороне от взвода уничтожила и разведку противника. В результате засады было убито 15 мятежников, взято в плен-2, захвачено 17 единиц стрелкового оружия и документы одного из исламских комитетов.
2. Взвод под командованием лейтенанта ПАНКИНА В. был высажен в район засады вертолетами Ми-8. Зависание вертолётов осуществлялось в различных местах до и после высадки. Полёт вертолётов в засады на малой высоте способствовал скрытности выхода, взвода в район засады. Командир взвода, учитывая местность и время суток для проведения засады, создал группы: захвата - 12 человек; обеспечения - 8 человек и выставил трех парных наблюдателей ( 6 человек). Для ведения наблюдения применялись четыре ночных прибора. В 4.30 18.8 наблюдатели доложили о выдвижении противника. Огонь был открыт внезапно по всей группе мятежников. В результате засады было уничтожено 19 человек, трактор с прицепом и захвачено 10 единиц стрелкового оружия, 82 мм миномёт, зенитно-пулемётная установка, 28 мин к миномёту, более 7000 патронов. В 6.00 18.8.82г взвод был вертолетами доставлен в пункт постоянной дислокации. Через агентурные источники, кроме того, стало известно, что личный состав банды (6 чел.) оставшейся в живых после засады за потерю бдительности был расстрелян главарем банды.
3. Наиболее показательной и результативной была засада проведенная взводом ст. лейтенанта ПАВЛОВА М. Взвод на вертолётах был высажен в 12 км от предполагаемого места засады. Для скрытности высадки привлекались ещё две пары вертолётов, которые в течение 30 минут производили подъём и посадку непосредственно на стоянку или облёт аэродрома по кругу. Засадная группа, использовав сильную запыленность, дважды участвовала в тренировочных подъёмах, посадках и облётах аэродрома. Вылет в район засады состоялся в расчётное время, в противоположном направлении. Выйдя из зоны видимости аэродрома, экипажи изменили направление полёта и, сделав 2-3 ложных зависания высадили группу. После сброса группа в течение часа выдвигалась в сторону противоположную засады а ночью, изменив направление, вышла к месту засады. Организовав засаду, разведчики услышали звуки движения колонны. Командир принял решение совершить налёт. Взвод выдвинулся на исходное положение и обстрелял колонну. В результате было уничтожено и сгорело: 30 человек, 4 автомобиля, 2 мотоцикла, значительное количество оружия и боеприпасов, кроме того, были захвачены трофеи.
Положительные результаты в засадных действиях получаются когда засады тщательно готовятся и проводятся не по шаблону а с использованием новых неожиданных для противника способов. Так, майор ГЛАДЫШЕВ В. после успешно проведенной засады и допроса пленного решил заминировать труп главаря уничтоженной банды.
По данным разведки бандгруппа (главарь МАМАД ШАХ) совершала переход в Пакистан и обнаружила место засады. Главарь лично знал командира уничтоженной банды и организовал религиозный обряд над телом погибшего. В момент поднятия трупа сработал оставленный "сюрприз" в результате чего погибло 24 мятежника, в том числе главарь банды.
Опыт подготовки и проведения засад показывает, что для повышения их эффективности необходимо:

тщательно готовиться к проведению засады с личным составом, проводитъ не менее 1-2 тактико-строевых занятия на местности аналогичной реальной, где отработать все возможные варианты действий. Постановку задач и организацию взаимодействия проводить на макете местности и с использованием фотосхем вероятных маршрутов передвижения мятежников:
для выхода подразделений в район засады чаще применять вертолеты, а также использовать трофейную технику. Бронегруппу выдвигать другим маршрутом и сосредотачивать в 8-10 км от района засады, в готовности оказать помощь засадной группе;
в пустынной местности засады проводить в течение суток, т.к. длительное нахождение в этих районах тяжело переносится личным составом. В "зеленых зонах" и горах время пребывания в засаде можно увеличить до 2-3 суток и более;
готовить подразделения для действий ночью, тщательно соблюдать правила маскировки и скрытности действий;
организовывать четкое взаимодействие с подразделениями вертолетов и поддерживающей артиллерией;
подбирать личный состав для действий в засаде с высокими морально-боевыми и физическими качествами;
обеспечивать засадные подразделения в достаточном количестве приборами ночного видения, биноклями, автоматами с приборами для бесшумной и беспламенной стрельбы, средствами взрывания и тщательно продумывать их экипировку;
соблюдать правила конспирации при проведении подготовительных мероприятий.

Для ведения разведки при совершении маршей и ведении боевых действий в батальоне выделяются боевые разведывательные дозоры, в полку 1-2 отдельных разведывательных дозора.
Боевые разведывательные дозоры батальонов чаще всего действуют в пешем порядке или же на БТР на удалении зрительной связи и огневой поддержки от своих подразделений. В горах они перемещаются уступом по гребням (склонам высот), с целью воспрещения внезапного флангового огня мятежников.
Отдельные разведывательные дозоры передвигаются на удалении 1- 3 км от своих войск и устанавливают очаги сопротивления, возможные пути отхода мятежников, участки разрушений и заграждений.
Для ведения разведки БРД и ОРД высылают дозорных на расстоянии 50-300 м или дозорную машину на БТР, на удаление 400-800 м. Удаление дозорных (дозорной машины) определяется условиями местности.
Наиболее тщательно осматриваются районы и участки местности, удобные для устройства засад и исключающие возможность маневра и развертывания. Особое внимание уделяется узким горным проходам.
При ведении боевых действий в горах разведка действует, как правило, в пешем порядке. Осмотр горных проходов производится выдвижением дозорных на вершины прилегающих гор. Продвигаясь по хребту (склонам) дозорные маскируются за местными предметами и ведут постоянное наблюдение, в т.ч. за обратными скатами и прилегающими горами.
Осмотр кишлаков и аулов, которые в основном располагаются у подошв гор, на склонах, вдоль дорог, у входов в ущелья и на берегах рек, начинается с организации наблюдения близлежащих гор. В населенный пункт дозорные входят скрытно со стороны огородов, садов, виноградников и тыльной части жилых домов. В начале осматриваются строения на окраине кишлака, затем улицы, переулки, тупики, дувалы. Организуется наблюдение за высокими (выдающимися) строениями (минаретами, башнями) с целью своевременного выявления на них наблюдателей или огневых точек. Для наблюдения используются деревья, крыши домов и другие сооружения. При разведке кишлаков и аулов важнейшей задачей ставиться выявление в них наличия кяризной системы и особенно входов и выходов на нее. При обнаружении мятежников разведчики немедленно докладывают командиру, а при необходимости если мятежники обнаружат разведку разведчики немедленно открывают огонь из всех видов оружия и забрасывают их гранатами.
При действиях разведки, особенно при передвижении по дорогам, тропам и в населенных пунктах, исключительное значение должно уделяться разведке минно-взрывных заграждений, которые широко применяются душманами. В составе войсковой разведки всегда должны быть саперы и, кроме того, разведчики и сами должны уметь вести разведку мин и фугасов.
Неумелые и беспечные действия в разведке и охранении иногда приводят к тяжелым последствиям. Приведем два примера. Парашютно-десантная рота одного из пдп спускалась с горы АМАНЕЛЬ в ущелье (район ПАНДЖЕРА), имея БРД в составе взвода. Командир БРД дозорных не высылал, наблюдения в сторону флангов не организовал, сам двигался впереди взвода. С выходом на один из гребней взвод в результате беспечности попал в засаду и был обстрелян залповым огнём мятежников с двух направлений. В результате взвод понес тяжелые потери. Парашютно-десантный батальон получил задачу захватить базу мятежников, находившуюся в населенном пункте. Во все подразделения батальона были сообщены её разведывательные признаки (справка), в т.ч. и командиру взвода, назначенного для действий в БРД. БРД начал выдвижение, но командир взвода дозорных вперёд не выслал. В ходе выполнения задачи взводом были замечены легковые и грузовые автомобили, которые, согласно справке, являлись главным признаком базы мятежников. Вместо того, чтобы доложить, что объект обнаружен или хотя бы развернуть дозор к бою, организовать наблюдение и выслать вперёд дозорных, командир взвода продолжал беспечно двигаться вперед. С подходом к базе дозор был уничтожен мятежниками.
Оправдывает себя и такой способ ведения разведывательно-боевых действий как внезапный налет. Особенно на дома главарей и небольшие группы мятежников. Разведывательная группа по наводке проводника, используя трофейный автобус или грузовой автомобиль, доставляется к объекту, осуществляет дерзко налёт, захватывает пленных и оружие. Так, усиленный разведывательный взвод под командованием лейтенанта ПАНКИНА В. (личного состава - 30 чел., 82 мм миномётов - 2, АГС-17-1) после тщательного изучения обстановки и местности в дневное время высадился с вертолётов в непосредственной близости от объекта и захватил его при полной растерянности мятежников. Результат операции - было уничтожено 19 мятежников и захвачены: пленный, склад оружия и боеприпасов, противотранспортные мины и более 30 тонн различного продовольствия. Разведывательными группами применяется и такой способ действий как, "разведка на себя". Одна из разведгрупп демонстративно днем десантировалась в 5-7 км от населённого пункта, где была выявлена банда мятежников. Заняла круговую оборону и огнём вызывала действия противника на себя, а, затем наводила боевые вертолёты для нанесения ударов по мятежникам. После выполнения задачи группа эвакуировалась в район расположения своих войск. Другая разведывательная группа переодетая в форму пехоты афганских войск совместно с подразделениями службы государственной безопасности была десантирована днём 40 км северо-восточнее ДЖЕЛАЛАБАД с задачей захвата главаря крупной банды. В результате достигнутой внезапности было захвачено 44 мятежника, в том числе четыре главаря. Одним из основных способов добывания сведений о противнике является систематический сбор и обработка информации офицерами-разведчиками, получаемой от партийных и местных органов власти, органов ХАД, ЦАРАНДОЯ, доброжелателей, местных жителей, пленных (задержанных).
Особое внимание заслуживает работа с пленными (задержанными). Работа с пленными начинается с их обыска на предмет наличия оружия (огнестрельного и холодного), документов и печатей исламских комитетов. Для проведения допроса привлекаются начальники разведки батальонов, переводчики, начальники разведки полков, офицеры особого отдела, представители ХАД и ЦАРАЦДОЯ. Допрос подразделяется на первичный и полный. Первичный допрос проводится сразу же после захвата пленного противника показывает, что при его проведении добывается наиболее важная информация в интересах выполнения поставленной боевой задачи. При первичном допросе основное внимание уделяется выявлению:

дислокации групп мятежников, состава, численности и вооружения, а также боевых задач поставленных исламским руководством;
где находится главарь;
расположение огневых точек (особенно позиций ДШК, ЗПУ и пулеметов);
местонахождение исламских комитетов, складов оружия, боеприпасов, продовольствия;
тактики действий мятежников и других интересующих командира вопросов.

Первичный допрос проводится на местности, так как, большинство пленных не умеют читать карту или читают её плохо. Целесообразно для допроса использовать крупномасштабную схему или макет местности, изготовленный вместе с пленным.
Важность первичного допроса заключается в том, что пленные находясь в растерянности после взятия в плен дают ценные сведения, а после того как у них это состояние проходит замыкаются, а иногда даже и пытаются отказаться от первоначальных показаний. После первичного допроса пленные под охраной, вместе с протоколами допросов отправляются на дивизионный пункт сбора пленных (перебежчиков, задержанных) для проведения полного допроса.
Пункт сбора пленных развертывается в специально подготовленном месте (в палатках, землянках или помещениях). Для работы с пленными на пункте допроса привлекаются офицер-разведчик, переводчик, офицер особого отдела, представители ХАД (агентура ХАД) и группа охраны (отделение, взвод).

При полном допросе выясняются:личность пленного (имя, фамилия, национальность, место рождения, вероисповедание);
социальное происхождение, образование (что, где, когда окончил), семейное положение, партийность, военная служба (когда, где, должность, ВУС);
пребывание за границей (где, когда, в качестве кого, какой учебный центр подготовки окончил, по какой программе обучался), имеет ли родственников за границей и т.д.
2. Сведения о группе (отряде) мятежников:как попал к мятежникам;
дислокация группы (отряда) в настоящее время, состав, руководство, вооружение, тактика действий, базы, дневки (ночевки), склады оружия и боеприпасов, маршруты движения;
отношения и связи с другими группами (отрядами), действует самостоятельно или входит в состав более крупного формирования, имеется ли радиосвязь;
связь группы (отряда) с заграницей, с какими контрреволюционными организациями и учебными центрами;
источник получения денег, оружия, боеприпасов, снаряжения и продуктов; выдача денег членам группы (отряда), размеры и какая валюта; какие акции провела группа (отряд) против нынешнего режима, советских войск и мирного населения; перспективные планы руководства;
данные об инструкторах - иностранцах, готовящих мятежников к действиям на территории ДРА; программа подготовки, дислокация учебного центра; пути и способы переброски мятежников из Пакистана и Ирана на территорию ДРА;
методы работы мятежников по пополнению групп (отрядов);
сведения о других пленных (задержанных).
3. Контрреволюционные организации за рубежом:дислокация лагерей афганских беженцев в Пакистане и Иране, их количество и общая численность беженцев, особенно лиц призывных возрастов; вербовочная работа среди беженцев;
работа пакистанцев, иранцев и других иностранцев среди беженцев, её направленность и цели; кто оказывает помощь беженцам наименование и месторасположение организации, вид и уровень этой помощи;
ути и способы заброски диверсантов и террористов на территорию ДРА, методы и районы их действий.

Допрос проводится таким образом, чтобы пленный не догадался о наиболее интересующих офицера-разведчика сведениях и не узнал какой инстанцией ведётся допрос.
Выявления мятежников из числа задержанных привлекаются проверенные доброжелатели, агенты ХАД, партийные активисты, которые во время опознания помещаются в соседнее помещение (бронеобъект, палатку) в целях конспирации и недопущения сговора с опознаваемыми.
Для получения данных используются также переводчики, которые прослушивают разговоры пленных, находясь на посту у палатки (землянки, помещения) где содержатся пленные (задержанные). После проведения допросов пленные передаются по акту в органы ХАД. Акт составляется обязательно в двух экземплярах, один остается в дивизии, а второй передаётся представителю ХАД.
Разведывательные сведения получаются также путём изучения захваченных документов. Документы предварительно изучаются и по возможности систематизируются на месте захвата, а затем передаются в вышестоящий штаб для детального изучения. Передаваемые документы сопровождаются краткой аннотацией о месте и обстоятельствах их захвата. Изучение захваченных документов осуществляется строго ограниченным кругом лиц.
Изложенные способы ведения боевых действий разведывательными подразделениями Воздушно-десантных войск на территории ДРА не являются шаблоном, а требуют творческого применения в зависимости от решаемых задач и конкретных условий обстановки.

«Стрелец»: комплекс управления и связи выводит передачу информации на новый уровень

2023-11-10T15:54:19.269Z

Созданием экипировки солдата XXI века ведущие страны мира занимаются еще с конца прошлого столетия. Пионерами были американцы, а после создания первого комплекта в 1996 году к работам приступили немцы. В настоящее время такие работы ведутся уже не только в США, Франции, ФРГ, Канаде, но и в десятках других стран, таких как Польша, Казахстан и Украина. Сейчас эти разработки получили название Future Soldier.

«СОЛДАТЫ БУДУЩЕГО» СРЕДИ НАС

Обычно проект создания экипировки солдата будущего включают в себя:

- модернизацию личного снаряжения по самым последним стандартам;

- создание военной униформы формы нового поколения;

- создание комплекта современного тактического оборудования;

- разработку нового камуфляжа;

- создание комплекта компьютеров управления, приборов наблюдения, радиосвязи для управления на поле боя как тактическими подразделениями до роты, так и отдельными военнослужащими.

Такая система обычно основывается на специализированном программном обеспечении, которое позволяет видеть общую рабочую картину, включающую информацию о задаче подразделения, расположение своих позиций и позиций противника на местности, которая накладывается на электронную тактическую карту. Она позволяет производить быстрый обмен голосом и данными между солдатами и их командиром, что повышает мобильность, эффективность, устойчивость и оперативную совместимость команды.

Носимая электроника эргономична и сведена к минимуму. Простой в использовании интерфейс гарантирует, что солдаты будут сосредоточены на миссии.

Кроме того, такие системы, как германский комплекс индивидуальной экипировки военнослужащего IdZ (Infanterist der Zukunft), созданный по программе «пехотинец будущего», интегрирован и совместим с системами боевого управления и коммуникации БМП «Пума» и Boxer. Эта наиболее доработанная система в армиях НАТО. Она начала создаваться в 1996 году, сейчас имеет обозначение «Пехотинец будущего – расширенная система» (IdZ-ES). После тестирования IdZ-ES в Афганистане были выявлены отдельные недостатки и в рамках программы модернизации предполагается замена электронного рюкзака, средств связи для отдельного солдата и боевой техники, процессора управления, апгрейд систем боевого управления.

Ведущим производителем такого оснащения современной пехоты является германская компания «Рейнметалл» – подрядчик в целом ряде стран, таких как Польша («Титан»), Канада («Аргус») и др. Подобным путем идут Франция, создавшая подобную экипировку FELIN, и Норвегия (NORMANS).

РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Данные системы помогают не только управлять войсками, но и вести разведку для оперативного поражения целей.

Носимый итальянский комплекс Soldato di Futuro в дополнительной комплектации имеет компьютер командира роты, компьютер командира взвода, тепловизионный прибор разведки и наблюдения, персональную радиостанцию PRR.

Германский IdZ имеет вычислительный блок, наспинный блок, куда входит компьютер, модуль связи и модуль GPS. Также имеется модуль подсветки и целеуказания.

Израильский комплект Dominator помимо обычных для подобной экипировки систем имеет модуль отображения информации от БЛА.

С точки зрения разведки целей и целеуказания для авиации американские передовые наблюдатели ТАС уже давно работают во взаимодействии с авиацией, как разведывательно-ударный комплекс.

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ

Как сказано выше, пионер в области создания экипировки солдат будущего – США, которые за последнюю четверть века создали несколько подобных систем. Последняя даже предполагала включение в комплект экзоскелета. Ведь вес экипировки без оружия и боеприпасов зашкаливает за 20 кг. И это серьезная проблема, требующая разрешения. Так, например, Норвежский институт оборонных исследований пытается использовать нынешнюю одежду в качестве внешнего слоя и добавить внутренний слой древесного угля в качестве активной защиты. Это снизило вес на 40% по сравнению с базовой моделью.

Наиболее проблемным моментом экипировки являются элементы питания, позволяющие работать автономно. Максимальная продолжительность непрерывной работы от одного комплекта составляет 12 часов. Поэтому «солдат будущего» привязан к системе энергоснабжения, например автомобиля или бронеобъекта.

Также не надо забывать, что вся электроника выходит из строя при возникновении электромагнитного импульса ядерного взрыва. Правда, с момента бомбардировки американцами Хиросимы и Нагасаки в 1945 году на земле больше ядерное оружие не применялось. А вот войны идут до сих пор. Поэтому вероятность воздействия ИМИ следует просто иметь в виду, продолжая работы по совершенствованию экипировки солдата будущего.

РОССИЯ В ТРЕНДЕ

В России научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по созданию современной экипировки солдата велись с конца 1990-х. Я не стану останавливаться на промежуточных системах. Над ними трудились десятки российских оборонных предприятий, такие как ФГУП «ЦНИИточмаш», НПО «Спецтехника и связь», «Завод Юпитер», ОАО «ЦНИИ „Циклон“», НПО спецматериалов, Чайковский текстиль, ООО «Завод складных ножей САРО» и другие. В итоге на основе комплекта «Бармица» в 2011 году был создан и представлен комплекс современных средств защиты, связи, наблюдения и прицеливания, оружия и боеприпасов «Ратник».

Подсистемой управления комплекта «Ратник» является Комплекс разведки, управления и связи (КРУС) «Стрелец», созданный питерской компанией ОАО «Радиоавионика» и поставленный на вооружение еще в 2007 году.

К настоящему времени в результате совершенствования комплекта по сравнению с первоисточником современный «Стрелец» стал в два раза легче и весит всего 2,4 кг.

Располагаясь очень эргономично на теле бойца, этот важнейший элемент системы управления практически не ощущается и не мешает солдату при движении.

Усовершенствованный комплекс показал устойчивость даже к погружению в воду на глубину до метра. Он прошел испытания в самых разных условиях природной среды от морозов Арктики (–40) до жары Сирии (+50). Кстати, в условиях боевого применения «Стрелец» получил самые лестные отзывы от пользователей из ССО.

Работы по его совершенствованию не прекращаются, сейчас речь идет о скором появлении нового комплекта «Стрелец-М», испытания которого уже идут и носят секретный характер. Наверное, поэтому на выставке «Армия-2021» стенд ОАО «Радиоавионика» довольно скупо представил свое детище, а информацию можно было получить только от генерального конструктора.

КОМПЛЕКС РАЗВЕДКИ

Несмотря на то что данный комплект входит в комплекс «Ратник» для оснащения современной пехоты, прежде всего это комплекс разведки, управления и связи.

Ведь он предоставил возможности, о которых, например в Афганистане, можно было только мечтать. Зачастую разведчики видели движение автотранспорта противника, но не имели возможности поразить его.

Одна из самых главных проблем, которая имеется у разведчиков, – это оперативность передачи добытых данных разведки своему командованию для принятия решения на поражение цели имеющимися в распоряжении командира средствами. Поэтому вторым человеком в группе специального назначения всегда был радист. Его и его радиостанцию берегли как зеницу ока. А скорость прохождения добытой информации до лица, принимающего решение по ее использованию, является важнейшим показателем эффективности любого вида разведки.

Именно поэтому создание Комплекса разведки, управления и связи (КРУС) «Стрелец» является знаковым событием, которое позволяет сократить время прохождения разведданных от разведчика до командира, принимающего решение, минимум вдвое. При этом речь идет как о войсковой разведке, так и о специальной.

КРУС предназначен для решения задач управления и информационного обеспечения воинских подразделений в звене «военнослужащий-отделение-взвод-рота», действующих как на боевой технике, так и в пешем порядке, прежде всего в тактическом звене. Это основное средство связи и управления подразделениями, интегрированное в комплект боевой экипировки «Ратник». Скорость передачи данных по внутренней радиосети 11 Мбит/с на дальность до 1500 м при прямой видимости. Она позволяет разведчикам выйти на связь даже сразу после покидания борта самолета при совершении прыжка с парашютом определить точку своего стояния не позднее, чем через три минуты после включения с погрешностью не более 10 м.

Для взаимодействия внутри группы командир в реальном режиме времени получает информацию о членах группы: их состоянии и месте нахождения. Разведчику достаточно нажать всего несколько комбинаций кнопок – и координаты его местонахождения или расположение противника появятся на компьютере командира. В зависимости от ситуации командир может оперативно управлять действиями своих подчиненных в тылу противника.

«Стрелец» – система модульная, в зависимости от задач она может использовать средства связи и разведки, позволяющие действовать разведгруппе в оперативно-тактическом звене. Поскольку для взаимодействия в радиосети взаимодействия и радиосети старшего начальника тактического звена КРУС имеет возможность сопряжения с различными УКВ радиостанциями, а для связи РГсПН с Центром может сопрягаться со станциями спутниковой связи «Белозер», «Белозер-7Н» и терминалами системы INMARSAT, а также с любым средством по протоколу IP через интерфейсы Ethernet, RS232 и USB.

Комплекс работает в сопряжении с лазерными приборами разведки как российского производства, так и наиболее распространенными лазерными дальномерами иностранных производителей, а также с РЛС ближней разведки. При наличии протоколов обмена данными может сопрягаться с техническими средствами разведки по интерфейсам Ethernet, RS232 и USB.

В состав «Стрельца» входят различные комплекты, в основе которых базовый комплект в различных вариантах сочетаний с приборами разведки, связи и управления, которые могут использоваться в зависимости от стоящих задач. Это может быть командирский вариант 83Т215И-6 с персональным компьютером командира или командирский, но уже в сочетании с дальномером (83Т215И-7). Комплект 83Т215И-6 обеспечивает фото- и видеоразведку целей и передачу полученных фото- и видеоматериалов командованию. ПК, входящий в комплект, позволяет производить расчеты, необходимые для принятия решения.

Радист может иметь вариант в сочетании со станцией спутниковой связи или УКВ радиосвязи. Разведчики могут быть обеспечены базовым комплектом в сочетании с ЛПР или РЛС ближней разведки.

ВЫСОКАЯ ОПЕРАТИВНОСТЬ

Разведорган, оснащенный КРУС «Стрелец», может как добывать и передавать добытую информацию командованию в реальном режиме времени, так и реализовывать ее при организации его взаимодействия со средствами поражения практически сразу после обнаружения цели. Помимо названных выше приборов ведения разведки командир может получать информацию от других источников, таких как комплексы малогабаритных БЛА, портативных тепловизоров, прицелов цифровой обработки данных, приборов радиационной разведки, миноискателей и комплексов разведывательно-сигнальной аппаратуры. Кроме того, в сопряжении с лазерными целеуказателями при подсветке цели высокоточные системы огневого поражения авиации и артиллерии способны загнать боеприпас даже в открытую форточку.

Использование разведывательно-ударных БЛА во взаимодействии со «Стрельцом» в еще большей степени расширяет ударные возможности спецназа в тылу противника.

Кроме того, «Стрелец» во взаимодействии с вышестоящими подразделениями и соединениями позволяет облегчить, упростить и сделать более эффективной работу вышестоящего штаба, ведь отпала необходимость операторам наносить обстановку на карту и готовить документы для принятия решения командиром. Все это поступает в режиме реального времени и обрабатывается компьютером.

Слабым местом КРУС «Стрелец», как и у всех подобных систем, являются АКБ. У «Стрельца» один комплект способен работать без подзарядки 12 часов. По сути, количество комплектов АКБ, которые группа может взять с собой, определяет срок выполнения поставленной задачи группой.

Конечно, в условиях локальных конфликтов, по истечении определенного срока группу могут эвакуировать в ППД, где она получит возможность отдыха и пополнения МТС, включая подзарядку батарей.

Вопрос, как быть в условиях глобальной войны, к которой упорно готовятся США и их союзники?

@ Сергей Владиславович Козлов

Девять красоток: их ТТХ и прицельные сетки

2023-10-03T08:56:01.630Z

Управление специального назначения Службы безопасности Президента ФСО России

2023-09-23T17:34:30.104Z

Первым командиром и создателем Центра специального назначения СБП стал капитан 1-го ранга Геннадий Иванович Захаров (ветеран спецразведки Флота, в прошлом командир отряда в 561 РП СпН БФ и командир 420 РП СпН СФ). Эту должность он занимал с 1993-го по 1996 год. В 1996 году Центр специального назначения вошел в состав Федеральной службы охраны Российской Федерации на правах УСН (Управления специального назначения).

Сейчас УСН состоит из шести отделов, двух отделений охраны и отдела медицинского обеспечения.

1-й отдел обеспечивает безопасность объектов государственной охраны. Его сотрудники имеют высочайший уровень одиночной и тактико-специальной подготовки.

2-й отдел охраняет Президента во время перемещений. Личный состав этого отдела проходит парашютную подготовку. На вооружении 2-го отдела есть парапланы, которые используются для осмотра местности. В группу также входят снайперы.

3-й отдел отвечает за материально-техническое обеспечение УСН.

4-й отдел представляет из себя штаб управления. В него входит оперативно-разведывательное управление, отделения связи, вооружения и подготовки.

5-й отдел обеспечивает подводную охрану судов, на которых находится высшее политическое руководство. Он оснащён первоклассными подводными средствами.

6-й отдел предназначен для защиты объектов государственной охраны в горных и лесных районах. В подготовку сотрудников этого отдела входит тактико-специальная, горная и лыжная подготовка. На вооружении отдела есть бронированные вездеходы и БТР.

Управление комплектуется лучшими специалистами по антитеррору, которые с честью защищают Президента РФ

Высокоточный огонь: как развивалось снайперское искусство в ходе СВО

2023-09-21T15:07:59.280Z

К началу СВО снайперы* в ВС РФ были объединены в стрелковые роты (снайперов) в полках (мотострелковых, танковых, десантно-штурмовых, воздушно-десантных, морской пехоты) и бригадах (мотострелковых, танковых, десантно-штурмовых и морской пехоты). Плюс к этому существовали снайперские взводы в отрядах бригад специального назначения и снайперские группы в подразделениях Сил специальных операций. Численность стрелковой роты не превышала семидесяти человек. Половина их в ряде случаев могла быть представлена военнослужащими по призыву, которые, в отличие от офицеров и контрактников, не проходили специальную подготовку.

Подготовкой снайперов занимались окружные центры и снайперская школа, расположенная в Подмосковье. Обучающиеся по результатам прохождения курсов приобретали квалификацию - третий, второй и первый уровень, мастер. Начиная с первого уровня, контрактники и офицеры могли получить «личную» высокоточную винтовку, убывавшую вместе со снайпером в его подразделение.

В снайперских подразделениях ВС РФ на вооружении в основном состояли штатные 7,62-мм винтовки Драгунова СВД и СВДС, 7,62-мм винтовки СВ-98, 9-мм бесшумные винтовки ВСС «Винторез», 12,7-мм крупнокалиберные винтовки АСВК и АСВКМ. Всё это оружие было обеспечено достаточным количеством специальных боеприпасов. Наиболее подготовленные стрелки получали крупнокалиберные винтовки, способные поражать цели на дальностях до полутора километров и больше. Однако особенности эргономики АСВК и АСВКМ, а также их мощная отдача не позволяли снайперам делать много выстрелов.

Российский инструктор на позициях сирийского ополчения в пригороде Алеппо.© РИА Новости

Некоторые подразделения на вооружении имели винтовки иностранного производства, закупленные Министерством обороны России в 2012-2013 годах и в штучных количествах поставленные в снайперские роты бригад, привлекаемых для действий в боевой обстановке. В основном речь идёт об австрийских винтовках Steyr-Mannlicher SSG-04 калибра 308 Win и Steyr-Mannlicher SSG-08 калибра 338 Lapua Magnum.

Теоретически «манлихеры» значительно расширяли возможности снайперских подразделений. Практически же наблюдалась нехватка специалистов, чья квалификация позволяла бы в полной мере использовать возможности винтовок Steyr-Mannlicher, что дополнялось ещё и дефицитом боеприпасов к оружию иностранного производства. Так, например, при направлении снайперского подразделения ТОФ в Сирию, на каждую иностранную винтовку было выдано всего по 50 патронов. Ситуацию выправили спонсоры, которые купили и передали командиру роты несколько сотен гражданских патронов, что в дальнейшем позволило снайперам уверенно действовать в своей зоне ответственности. Этот случай можно считать своеобразным прологом к возникшей в ходе СВО практике оказания снайперским подразделениям ВС РФ постоянной волонтёрской помощи. Впрочем, вернёмся к оружию.

Если винтовки СВД требовали от стрелков твёрдых знаний законов внешней баллистики и таблиц стрельбы на дальности до 800 метров, то винтовки SSG-04 были способны эффективно действовать на дальности 900-1100 метров, а винтовки SSG-08 перекрывали дальность до 1500-1600 метров. На таких дистанциях для эффективного использования снайперского комплекса «оружие-прицел-боеприпас» одного лишь «глазомера и натиска» стрелка явно оказывалось недостаточно. Возникла потребность в дополнительном специальном оборудовании. Это привело к появлению в снайперских подразделениях труб наблюдения с большой кратностью, дополнивших бинокли и лазерные приборы разведки ЛПР-3 и ЛПР-4. Кроме того, в ряде подразделений стали использоваться тепловизионные приборы наблюдения ТПН-1ТОД, позволявшие уверенно обнаруживать цели в темноте и корректировать огонь снайпера.

Восемь целей за минуту

Начальный период СВО оказался для отечественных снайперов весьма непростым. Достаточно сказать, что одна из бригад морской пехоты, действовавшая на украинском ТВД двумя батальонно-тактическими группами, из всего состава имевшейся в бригаде снайперской роты использовала всего две снайперские пары. Получается, что к весне 2022 года роль и место снайперов в соединении были не определены, а командование не совсем понимало, какие задачи следует ставить снайперам.

Снайперская винтовка Драгунова.© РИА Новости

Основным оружием наших снайперов оставалась снайперская винтовка СВД, использовавшая патроны 7,62х54R. Даже специальный «снайперский» вариант данного патрона позволял уверенно поражать цели только до рубежа 800 метров, о чём прямо сообщалось в наставлении по стрелковому делу к СВД. Поражение целей свыше указанной дальности могло носить только случайный характер.

В начале СВО сохранялась схема организации работы снайперов парами, в которых один стрелок вёл наблюдение и корректировал огонь, другой осуществлял выстрел. В основном снайперы работали из расположения своих частей, будучи вынужденными выдвигаться на «передок» из-за относительно небольшой дальности огня своего оружия. Наиболее оптимальной для пользователей СВД оказывалась ситуация, когда боевые действия приобретали позиционный характер, в связи с чем дистанция между передовыми позициями российских и украинских подразделений сокращалась до 200-300 метров. Добавлю, что и потенциал снайперов, использовавших другие снайперские комплексы, наиболее полно раскрывался тоже в условиях позиционных боёв, а не во время активных перемещений и штурмовых действий.

Любопытная деталь: на Киевском направлении боевое мастерство наши стрелки могли повышать, уничтожая попадавшиеся им во множестве камеры уличного и дорожного наблюдения, с помощью которых противник отслеживал перемещения российских войск. Один из снайперов, впоследствии добившийся неплохих результатов, рассказывал автору, что именно на дорожных камерах он «набил руку» и поднял свой стрелковый уровень.

Кстати, отнюдь не всегда снайперы в боевой обстановке работали из винтовок. Зачастую обстановка складывалась таким образом, что на близкой дистанции более оптимальным оказывалось использование автомата.

Показательный случай произошёл весной 2022 года на Запорожском направлении. При обороне полосы, ширина которой в десять раз превышала уставную, командование батальона предложило снайперскому подразделению бригады помочь с контролем наиболее опасных направлений, откуда противник мог осуществить внезапную атаку. Закрыть это направление разведывательными коптерами возможности тогда ещё не имелось из-за их отсутствия. Посему в одной из прилегающих лесополос был выставлен снайперский секрет.

Снайпер в маскировочном обмундировании, Харьковская область.© РИА Новости

Офицер, возглавивший группу снайперов (две пары), был вооружён винтовкой Steyr-Mannlicher SSG-08 и автоматом АКМН, оснащённым «банкой» - дульный тормозом-компенсатором закрытого типа, снижающим звук выстрела на 30-40%, что позволяло дезориентировать противника относительно истинного местонахождения стрелка. Помимо «банки» на автомате также был установлен тепловизионный прицел iRay Saim SCT 35.

Ранним утром на дистанции 400-500 метров в тепловизор секрет обнаружил выдвижение взвода противника, находившегося в соседней лесополосе. Командир группы принял решение оттянуться к своим силам, куда он и направил своих подчинённых. Сам же офицер, дождавшись, когда расстояние до противника сократится на 200 метров, открыл огонь одиночными выстрелами из автомата. Менее чем за минуту командир группы уничтожил восемь солдат противника. Только после этого оставшиеся в живых оппоненты сообразили, откуда по ним ведётся огонь.

В том же бою примером эффективного применения «профильного» снайперского оружия - винтовки Steyr-Mannlicher SSG-08 - стали действия командира снайперской роты, который, в ходе сражения за населённый пункт занял позицию на втором этаже здания. Оттуда офицер продолжительное время вёл интенсивный огонь по противнику, добившись уничтожения нескольких солдат противника, которые передвигались на дистанциях от 600 до 1200 метров.

Всё для победы!

Масштабные боевые действия, в которых с начала СВО оказались задействованы снайперские подразделения ВС РФ, требовали должного технического обеспечения. С чем соответствующие службы справлялись, прямо скажем, не всегда. Поэтому весьма симптоматичным для СВО явлением стала та огромная помощь, которую с конца лета 2022 года начали оказывать снайперским подразделениям волонтёры, организовывавшие сбор средств для приобретения специального оборудования, а в дальнейшем и вооружения.

В конкретные снайперские подразделения, установившие связи с волонтёрским движением, были поставлены оптические прицелы/приборы наблюдения высокой кратности, тепловизионные прицелы и предобъективные насадки иностранного производства, повысившие как дальность обнаружения целей снайперами, так и их способность вести бой в ночных условиях. Лидеры спортивного снайперского движения, имена которых хорошо известны, организовали в Подмосковье изготовление высокоточных патронов, которые они предоставляют своим «подопечным» снайперам и снайперским подразделениям. При этом следует понимать, что такое дело отнюдь не дешёвое, однако - «Всё для фронта, всё для победы!».

Тактическая специальная винтовка CTSVL-8 М4 «Антиматерия» компании Lobaev Arms.© РИА Новости

В дальнейшем стали появляться спонсоры, которые на российских предприятиях, производящих высокоточные снайперские винтовки (Лобаева, «Орсис», Bespoke gun), приобретали оружие и передавали его конкретным снайперам или снайперским подразделениям. В частности, широкое освещение в СМИ получила передача высокоточной винтовки компании Лобаева СВЛК-14С «Сумрак» командиру группы тяжёлых снайперов Тихоокеанского флота. Из «Сумрака» можно было вести действительный огонь на дистанции более двух километров. Используя СВЛК-14С, командир группы в течение короткого времени добился поражения нескольких целей на дальности 1800 метров, что было задокументировано средствами объективного контроля.

Кроме «Сумрака» по такой же схеме волонтёрских закупок, или по схеме централизованных поставок Минобороны, снайперы ВС РФ начали получать такие оружейные системы, как винтовки Лобаева ТСВЛ-8 «Сталинград» и «Антиматерия» калибра 338 Lapua Magnum, винтовки компании Bespoke gun «Раптор» калибра 338 Lapua Magnum, винтовки компании «Орсис» Т-5000 и т.д. Фактически, все перечисленные стволы сейчас проходят войсковые испытания, в ходе которых выявляются «детские болезни» того или иного вида оружия. Какие-то фирмы-изготовители быстро реагируют на «обратную связь» и устраняют недостатки, какие-то упускают открывающиеся возможности для улучшения своей продукции - тут история расставит всё по местам.

В продолжение темы технических новинок, используемых российскими снайперами в ходе СВО, нельзя не упомянуть и про смартфоны. Некоторые вышестоящие командиры смартфоны у снайперов не жалуют. Меж тем смартфон с установленным на него специальным программным обеспечением является надёжным помощником при снайперской стрельбе. В частности, имеющаяся в мобильнике программа «Стрелок» (а ещё лучше «Стрелок+» и «Стрелок Pro») позволяет снайперу мгновенно исчислять баллистические данные для точного выстрела. Программа AlpineQuest заменяет карточку огня и даже лазерный дальномер, будучи способной измерять дальность до цели, если стрелок понимает, где географически находится цель. Словом, случаи изъятия у снайперов смартфонов выглядят в реалиях СВО как минимум странно.

Террор по-снайперски

В связи с установившейся «позиционной войной», снайперы в настоящее время в основном работают на пресечение ротации групп противника, несущих службу в передовом дозоре. Обычно снайперы располагаются на возвышенности (это может быть здание, сооружение или участок местности) на удалении до полутора и более километров от предполагаемого маршрута ротации. Это даёт возможность в ночное время уничтожать солдат противника, выходящих на отдых или выдвигающихся на передний край. Такая работа выполняется винтовками калибра 338 Lapua Magnum, а результаты стрельбы фиксируются приборами ТПН-1ТОД или их аналогами, которые появились в войсках благодаря гражданской инициативе.

Снайпер подразделения ВДВ во время подготовки штурмовых групп на полигоне.© РИА Новости

Автору стал известен боевой эпизод, в ходе которого группа из двух снайперов с винтовками «Антиматерия» в течение нескольких минут на дальности 1600 метров уничтожила группу солдат противника из семи человек, идущую на ротацию, а спустя некоторое время «заминусовала» ещё троих. Такой «снайперский террор», организованный стрелками-высокоточниками, заставляет противника на переднем крае не покидать укрытия, а также отучает оппонентов от передвижений по открытой местности, внушая постоянный страх. Снайперы говорят, что после «ночи длинных ножей» у противника происходит временное «прозрение» - личный состав ВСУ боится поднять голову. Однако спустя пару недель можно снова приезжать работать на данное направление - отсутствие ночной стрельбы расхолаживает врага, он перестаёт осторожничать и прятаться, вновь превращаясь в прекрасную мишень.

К настоящему времени организация работы российских снайперов претерпела заметные изменения. Вместо использования снайперских пар сейчас работа всё чаще ведётся группами по пять человек: снайпер-наблюдатель (он же командир группы), два снайпера и два автоматчика. Такое решение во многом продиктовано появлением у противника разведывательных коптеров, с помощью которых снайперская группа может быть обнаружена, а значит и подвергнута огневому поражению. Две дополнительных пары глаз всегда будут полезны группе для организации наблюдения за окружающей обстановкой, равно как и две лишние пары рук очень кстати, если возникнет необходимость эвакуировать раненых или нести гранатомёты, взятые на случай встречи с бронетехникой. Этот вывод был сделан по результатам изобиловавшего драматическими эпизодами участия снайперского подразделения в боях за Павловку осенью 2022 года.

На том же операционном направлении впервые в ВС РФ была сформирована мобильная группа тяжёлых снайперов, задачи которой ставил лично руководитель направления. Группа, основу которой составили снайперы бригад морской пехоты Тихоокеанского флота, успешно «зачищала» передний край от живой силы неприятеля. Подобные группы в дальнейшем были созданы и на других направлениях. Сейчас некоторые из этих групп разворачиваются в штатные снайперские отряды.

Военнослужащий ВС РФ на огневой позиции, Артёмовское направление.© РИА Новости

Спорным моментом в работе снайперов остаётся фиксация результатов стрельбы. Так, в одних подразделениях в личный зачёт идёт только выстрел, задокументированный средствами объективного контроля, в других же достаточно заверений со стороны нескольких наблюдателей - как это практиковалось во время Великой Отечественной войны. Первый вариант распространён в хорошо оснащённых подразделениях, где есть полноценные средства объективного контроля, второй практикуется в подразделениях, где упомянутых средств нет. Такое положение дел порождает разночтение результативности снайперов и их вооружения, что не лучшим образом отражается и на взаимоотношениях снайперских коллективов. Личные счета многих российских снайперов превышают число 100, которое может являться заниженным из-за принятой «системы учёта». Наверное, пришло время ввести единый принцип фиксирования результатов боевой работы, тем более что достигнутые снайперами результаты говорят сами за себя.

Одно знакомое автору снайперское подразделение, действующее на Запорожском направлении, ежемесячно уничтожает до сотни вражеских солдат на переднем крае и в глубине обороны. По сути, дюжина снайперов за восемь месяцев позиционной войны смогла уничтожить несколько батальонов противника.

Уже неоднократно доказано, что работа снайперов наносит огромный урон противнику, и недооценивать это нельзя. В том числе и в смысле достойного награждения мастеров высокоточного огня.

@ Автор материала Алексей Суконкин

Интервью со снайпером спецподразделения ВС РФ

2023-09-16T14:20:27.210Z

Какое оборудование используется для ведения наблюдения?

Снайпер: Для ведения наблюдения мы используем бинокли, лазерные дальномеры, трубы наблюдения с тактической сеткой (например Mil-Dot), трубы разведчика ТР-8 (по сути это перископ, чтобы вести наблюдение, не подставляя голову), оптико-электронные приборы, использующиеся как для наблюдения, так и для коррекции огня (справочно – тепловизионные приборы с чувствительной охлаждаемой матрицей позволяют видеть пулю – горячий объект - в полете и, таким образом, отмечать ее пролет относительно цели).

Какие используете прицелы?

Снайпер: Желательно качественные импортные – Nightforce, Schmidt & Bender, Carl Zeiss, Leupold, Kahles. Все переменной кратности, с сеткой Mil-Dot или с иной тактической сеткой, т.е. имеющей риски с отсечкой отрезков 1 миллирадиан (1 мрад, 1 тысячная) по вертикали и горизонтали. Тактическая сетка позволяет измерять дистанции, корректировать огонь напарника, стрелять с выносом точки прицеливания по вертикали и горизонтали, т.е. без ввода поправок в маховички.

Какое оружие и прицел вы использовали в рассказанном случае? (предыдущий материал о работе в САР).

Снайпер: В описанном случае использовалась винтовка калибра .338LM (в развернутом виде название калибра 0.338 Lapua Magnum), оснащенная прицелом Nightforce NXS 5.5-22x56. Если по-русски, то .338LM - это 8,6х69мм, где первая цифра – калибр в мм, вторая – длина гильзы. Точно так же обозначаются все отечественные патроны, например 5,45х39, 7,62х54. Вес пули 16.2 грамма, или 250 гранов (грейнов), начальная скорость (в моем случае) 915 м/с.

Есть ли винтовка, с которой вы хотели бы поработать в боевых условиях?

Снайпер: Чисто ради спортивного интереса попробовал бы поработать с Sako TRG M10 и Accuracy International AXMC.

СВД устарела?

Снайпер: Ни в коем случае! Это самое подходящее оружие для пехотного снайпера – марксмана. Даже у американцев на вооружении до сих пор состоит модернизированная самозарядная винтовка М21, почти аналог СВД, которой с успехом пользуются марксманы армии США в современных войнах. В умелых руках да при нормальных мозгах СВД может сослужить подразделению в бою неоценимую помощь на дистанциях 600-800 м. и даже дальше.

Какое вооружение используется в командировках?

Снайпер: Разнообразное, чтобы было из чего выбирать сообразно с задачами.

С приходом различных частных «банок» на стрелковое вооружение, актуальны ли ВСС и «Вал»?

Снайпер: Весьма актуальны! Не забывайте, что это компактное и разбирающееся оружие с дозвуковым патроном. Справочно – звук выстрела слагается из звука выхлопа пороховых газов и звука преодолевшей звуковой барьер пули. Теперь представьте ситуацию, когда сидя в засаде в ходе выполнения задачи в составе группы СпН вы делаете выстрел с применением «банки». Допустим, звука выстрела не было слышно, вы попали (или не попали), но пролетающая пуля резким и громким щелчком выдала этот самый выстрел и дала противнику шанс скрыться или начать реагировать на сложившуюся ситуацию. В случае стрельбы из ВСС выстрел и пролет пули слышны не будут, а лязг работающего механизма не различим уже в 40-50м. Поэтому в работе подразделений СпН при выполнении ими специфических задач и на дистанциях до 400м это незаменимое оружие. В связи с этим хочу рассказать историю, услышанную из первых уст. Во вторую чеченскую компанию в Заводском районе Грозного боевики достаточно долгое время держали оборону, успешно отражая атаки наступающих подразделений ВС РФ. Несколько снайперов «Вымпела», используя ВСС устроили снайперский террор боевикам, в течении нескольких дней уничтожая их из бесшумного оружия в условиях относительно небольших дистанций в городской застройке. Трудно сказать, сколько боевиков было уничтожено, но гораздо больший эффект имело психологическое воздействие, когда противник даже не понимал, откуда в него прилетают пули. Дело кончилось тем, что морально сломленные боевики не смогли оказывать должное сопротивление при следующем штурме и район был взят.

Дистанция уверенного выстрела. На каких расстояниях можно со 100% вероятностью поражать цель? На какие расстояния приходится чаще всего работать?

Снайпер: Можно было бы ответить вопросом на вопрос – из какого оружия, какого калибра? В каких условиях? По какой цели? Не будем перечислять и рассматривать все многообразие вариантов атмосферных условий, возьмем для примера ветер в пределах 2-4 м/с и цель, аналогичную грудной фигуре. Итак (отвечу за себя) : СВД и оружие калибра .308Win – 700-800 м., .338LM – до 1100-1200 м. С уменьшением силы ветра задача упрощается, дистанции несколько увеличиваются. И наоборот. Это, конечно, достаточно упрощенное представление, поскольку факторов, влияющих на стрельбу великое множество, вплоть до собственного физического состояния в текущий момент. Иной раз бывает, не выспался или настроение плохое – и все, стрельба «не идет». А на следующий день чувствуешь себя великолепно и тебя просто прёт – начинаешь собирать идеальные кучности или стрелять на пределе возможностей винтовки с регулярными попаданиями. На стрельбище стараемся стрелять на максимально возможные дистанции в текущих метеоусловиях, экспериментируем, пробуем разные способы и положения. На задачах не до экспериментов, стараемся работать на дистанциях, обеспечивающих максимально уверенный выстрел. Опять же, тут появляется вопрос об условиях работы, о местности. Сами понимаете, что в зависимости от условий - плотной застройки, горно-лесистой местности или открытых пространств - дистанции будут варьироваться, поэтому на вопрос о расстояниях ответ будет – на разные.

Есть ли фото/видео фиксация результатов работы?

Снайпер: Некоторые из современных отечественных оптико-электронных приборов наблюдения предусматривают возможность записи изображения на флеш-карту, поэтому второй номер может вести фиксацию результатов при необходимости таковой. В некоторых подразделениях СпН специально для этих целей даже имеются фотоаппараты с очень мощным зумом и возможностью видеосъемки.

Выстрелы на максимальные дистанции. Какой самый дальний вы знаете, или может, был при вас?

Снайпер: Тут опять-таки следует понимать, что размеры целей могут быть разными – голова, по пояс, в полный рост и т.п. Чем больше цель, тем больше дистанция, позволяющая произвести уверенный выстрел. Баек на эту тему я слышал в избытке, плодить их здесь не буду, но про себя скажу – 997 м. в голову. Этот выстрел удалось косвенно подтвердить, когда сирийцы, которым мы в тот день оказывали огневую поддержку, через час зашли на высоту, ранее занятую бармалеями, и позже рассказали об обнаруженном как раз в том самом месте теле с поражением в голову.

Снайперская работа со стороны противника. На сколько оцените их уровень подготовки?

Снайпер: Если речь о САР, то за редкими исключениями она просто никакая, говорить особо не о чем, ведь наличие снайперского оружия подразумевает не только обладание им, но и требует необходимых знаний и навыков, позволяющих вести огонь на приличных дистанциях. Но это вовсе не означает, что можно расслабиться и не брать в расчет возможное наличие снайперов у противника, пусть даже такого, как тот, с которым мы имели дело в САР. Подтверждением тому служат случаи грамотных и результативных, хоть и очень редких, выстрелов с той стороны.

На сколько, по-вашему, отличается подготовка и уровень снайперов ССО и бригад спецназа?

Снайпер: Безусловно, подготовка бойцов ССО, не только снайперов, более качественная в силу множества причин. Прежде всего в силу лучшего обеспечения и повышенного внимания к качеству их подготовки со стороны ГШ. В бригадах СпН снайпинг зачастую держится на энтузиазме, приходится лавировать среди сопутствующих мероприятий, обязанностей и всевозможной второстепенной шелухи, противостоять безразличию начальства. Большим подспорьем был бы какой-нибудь небольшой специализированный орган в штабах военных округов, который курировал бы непосредственно снайперов, занимался бы вопросами их подготовки, обеспечения, решением вопросов и проблем. Но увы, свои курирующие отделы есть у всевозможных военных специалистов, кроме снайперов, а отделы боевой подготовки имеют слишком широкие задачи, чтобы уделять отдельное внимание столь узкой специализации.

Как вы считаете, в связи с приходом новых технологий (в частности БПЛА) каковы перспективы у снайперского дела?

Снайпер: Я думаю, что снайперское дело еще очень долгое время будет иметь важное значение и играть свою роль, тем более, что новые технологии приходят и сюда.

Почему снайперы штатных разведгрупп не получают для работы другие винтовки, а используют СВД/ВСС?

Снайпер: Исходя из специфических задач разведывательно-диверсионных групп – налет, засада, поиск, диверсия. Все эти задачи подразумевают достаточно короткие дистанции, не требующие применения дальнобойного и высокоточного оружия, поэтому возможностей СВД/СВДС и ВСС вполне достаточно.

Как обстоят дела со снабжением? Докупаете что-то за свой счет именно для работы с винтовкой?

Снайпер: Уровень обеспечения в подразделениях СпН однозначно уступает уровню ССО по всем видам снабжения, хотя самое основное и жизненно необходимое у нас есть. В случае с винтовкой конечно же приходится что-то дорабатывать сообразно своим идеям и происходит это за свой счет. Кому-то нужен кронштейн под хороший прицел на СВД, кому-то потребовалась «банка» на его 338-й, а кто-то решил прикупить новомодной химии для чистки оружия. Статьи финансовых расходов МО не включают в себя всего множества нюансов и мелочей в потребностях такого рода.

Существуют ли отличия в работе при ведении работы в городской застройке, и, к примеру в пустыне?

Снайпер: Безусловно существуют! Представьте, что в городской застройке вы работаете из глубины помещения, находясь в глубокой тени и ведя наблюдение сквозь оконный проем или подходящее по размерам отверстие в стене. Стало быть, и обнаружены вы можете только в том узком секторе, в котором работаете сами. Здесь можно чувствовать себя вполне вольготно при выполнении самых элементарных правил сокрытия своего присутствия. И напротив, пустыня – это условия максимально открытой местности, где вы можете быть обнаружены со всех сторон, включая сверху (тут надо отметить, что боевики ИГИЛ достаточно широко использовали всевозможные дроны). Минимум передвижений, максимум маскировки и внимания на 360 градусов.

Какие средства маскировки используются на позиции?

Снайпер: Во-первых, для маскировки максимально эффективно используются особенности местности – складчатость, растительность, застройка. Зачастую этого может быть вполне достаточно. И только во вторых – маскировочные средства. В качестве маскировочных средств может использоваться окружающая растительность, небольшие самодельные маскировочные сетки примерно 1х1,5м, которыми можно накрыться в любом положении или использовать в качестве ширмы перед собой, легкие и компактные маскировочные костюмы типа Jack Pyke, балаклавы и перчатки для открытых участков кожи, дымовые гранаты для прикрытия передвижений в крайнем случае. Самую большую проблему представляют тепловизионные приборы наблюдения, от обнаружения которыми трудно скрыться, как бы вы ни были скрыты и замаскированы от наблюдения невооруженным глазом. Увы, эффективных средств индивидуальной маскировки против них пока не придумано, при ведении наблюдения вы все равно рискуете «засветить» по крайней мере свое лицо.

Как организовывается быт на месте «лежки»? На сколько долго приходится лежать в одном месте для наблюдения и выстрела?

Снайпер: Ничего сверхъестественного в плане быта нет. Главное, чтобы за счет соответствующей одежды было тепло в холодное время года, тень над головой в жаркое и какое-то подобие крыши на случай дождя. Чтобы был запас воды и продовольствия на время выполнения задачи, надежная связь, схема взаимодействия со своими подразделениями и план эвакуации на всякий пожарный случай. И вовсе необязательно все время лежать, хотя и без этого не обходится. Из положения лежа хорошо стрелять, но вести наблюдение с уровня земли затруднительно, поэтому стараемся стремиться к тому, чтобы позиция была подобрана именно с расчетом на удобство наблюдения сидя и стрельбе лежа или сидя с упора. Хотя если возникнет такая необходимость, то будем лежать, сколько потребуется.

«Вторичка» для снайпера. Что помимо винтовки носят с собой снайперы? Осуществляется ли прикрытие снайперской позиции?

Снайпер: Кроме основного оружия и боеприпасов снайперы носят с собой второе оружие (автомат, ВСС), пистолет, гранаты, бронежилет с каской, тактический пояс с необходимыми подсумками, аптечку, средства маскировки, коврик, запас еды и воды, дополнительную одежду по сезону, приборы наблюдения, дальномер, метеостанцию, средства связи, треногу для стрельбы сидя или стоя, дымовые гранаты, спальный мешок (если задача продолжительная), саперную лопатку, складную пилу, тент, нарды (шутка!). Прикрытие снайперов обычно осуществляется теми подразделениями, в чьих интересах они в данный момент работают. Случается и автономная работа, но при этом мы должны знать местоположение артиллерийских батарей, радиус их действия и позывные, уметь корректировать огонь артиллерии и навести авиацию, знать расположение и позывные подразделений, на чью поддержку по запросу мы сможем рассчитывать и план действий по эвакуации, случись что.

Ведется ли работа ночью? Если да, то какие приборы и прицелы используются? А также были ли результативные выстрелы ночью?

Снайпер: Работа ночью предусмотрена и ведется. И да, она результативна. Для ночной работы применяются ночные и тепловизионные предобъективные насадки и прицелы, как отечественные, так и зарубежного производства.

Приходилось ли вести огонь сразу двумя винтовками, в паре со вторым номером?

Снайпер: Лично в моей практике такого не случалось, но в случае необходимости мы все должны уметь применять этот прием. Поэтому в боевой подготовке снайперов и на всевозможных снайперских соревнованиях предусмотрены упражнения, где снайперы в паре выполняют стрельбу залпом каждый по своей или вместе по одной цели.

Если случается поломка винтовки, как решается проблема? На сколько надежно используемое вами вооружение?

Снайпер: На моей памяти таких случаев не было, из чего можно сделать вывод о надежности оружия.

Боеприпасы заводские? Наши или импортные?

Снайпер: Импортной винтовке – импортный патрон. К большому сожалению наш оборонпром до сих пор так и не освоил выпуск патронов популярных калибров приемлемого качества. Имеющиеся же запасы импорта приходится жестко экономить. В случае с СВД стараемся стрелять качественным патроном «Экстра» с 13 граммовой пулей еще советского производства.

Российские снайперы могут составить конкуренцию западным «коллегам»? Каков уровень подготовки?

Снайпер: Скажем так – уровень подготовки вполне достаточен, чтобы стрелять не хуже западных коллег. Конечно, те же американцы, как законодатели стрелковых новшеств и с бюджетом МО, кратно превышающем российский военный бюджет, имеют больше возможностей для более качественной подготовки, но все же и мы не лыком шиты.

Ваше отношение к спортивному снайпингу?

Снайпер: Положительное! Чем больше направлений стрелковых видов спорта будет появляться и развиваться, тем больше будет генерироваться новых идей, наработок, навыков, технологий. Т.е. в итоге все во благо того же боевого снайпинга.

Взаимодействие с западными «партнерами». Как организовывалось взаимодействие?

Снайпер: Это не мой уровень, прокомментировать не могу. Для нас гораздо большее значение имела организация взаимодействия с сирийской армией.

Как подтверждается попадание на различных дистанциях?

Снайпер: Если нет возможности непосредственного осмотра (а ее, как правило, нет), то визуально в момент попадания с возможной фиксацией с помощью оптико-электронных приборов.

Что чувствуете после результативного выстрела?

Снайпер: Удовлетворение – это самое точное определение.

Как часто проводятся занятия в ППД? Проходите какие-либо курсы?

Снайпер: В разных частях разные возможности для подготовки. Тут и удаленность стрельбищ, и ответственное отношение к подготовке со стороны как стрелков, так и вышестоящего командования. Где-то снайперы имеют зеленый свет и стреляют 3-4 дня в неделю, а где-то они не вылезают из нарядов и стреляют раз в неделю. Централизованная подготовка снайперов в ВС РФ предусмотрена, в частях СпН она более углубленная и кроме базовой для подготовки армейских стрелков с СВД включает еще три этапа по 2-3 месяца – наблюдатель, работа в паре с применением зарубежных образцов оружия, инструктор. Осталось только пожелать, чтобы уровень осознанной необходимости, востребованности и развития снайпинга в нашей армии когда-нибудь достиг такого уровня, когда в каждом роде войск, в каждом военном округе появились бы свои школы снайперов, как это бытует в тех же США, а не 2-3 на всю страну, как это сейчас у нас.

Памятка о правилах ношения крапового берета

2023-08-31T22:32:15.853Z

Интервью о противнике на Изюмском направлении: ВСУ, ТрО, ССО, иностранные наёмники

2023-08-25T17:36:48.319Z

Удалось взять интервью у представителя одного из специальных подразделений Союзных Сил о боях на Изюмском направлении, в «Шервудском лесу» и немного при отступлении. Я его спрашивал о том, как он охарактеризует противника — тема прикладная, тема нужная всем, кто поедет на Украину принимать участие.

1) Как вы оцениваете противника на Изюмском направлении, с кем довелось столкнуться? ВСУ, ТрО, наёмники, спецназ?

— Из ВСУ на Изюмском направлении мы воевали с подразделениями из 81-й аэромобильной и 95-й десантно-штурмовой бригад, территориальной обороной (ТрО) и ССО (Силы Специальных Операций) Украины, а также с иностранными наёмниками.

Чаще всего враг создавал взводные опорные пункты (ВОПы) для обороны. Туда отправлялся офицер-взводник и 3 сержанта из ВСУ, а солдатами отправляли боевиков-ТрОшников. Пока офицер и сержанты рядом, ТрОшники воюют, держатся. Если офицеры/сержанты сбежали, убиты или ранены, тогда боевики вполне охотно сдаются. Моему подразделению так удалось взять за бой 11 пленных-терробороновцев.

С украинскими ССО я и мои люди не сталкивались лично, но с нами делились опытом коллеги. На май-июнь стандартная группа ССО Украины в этих местах состояла из 12 человек, с разделением на три подгруппы по 4 военнослужащих. Одна «четвёрка» опытных, две «четвёрки» новичков необстрелянных, получавших опыт уже в бою. Потери они несли ощутимые из-за нехватки опыта.

ВСУ держались хорошо, особенно 95-я одшбр. Тем не менее, по моим оценкам, в ходе боёв в этом районе весной Союзные Силы уничтожили до двух батальонов пехоты ВСУ и ТрО, если брать по численности. Очень много, оставаясь в меньшинстве по отношению к противнику.

С наёмниками воевать было интереснее всего. Их перекидывали с направления на направление, где у ВСУ рвалась оборона. В принципе, как и нас, но с российской стороны. Работали они по SASовской, британской системе: патруль из 4 человек выкапывает себе замаскированную лёжку и ведёт наблюдение. Наводит артиллерию, сообщает данные о наших передвижениях. На такой патруль всегда приходится тепловизор, квадрокоптер с запасными аккумуляторами. Подобраться к ним было сложно, при малейшем попадании под наблюдение наёмники вызывали артиллерию и миномёты. Ещё у них имелись всякие электронные сигналки, которые у нас пока не используются, интересные штуки, особенно в лесу — сложно заметить, она срабатывает, в это место очень быстро начинает насыпать вызванная артиллерия. Наёмники использовали хорошую аппаратуру радиоразведки, которая пеленговала наши радиостанции, включая «Арахис-1». Кроме того, у них скорее всего были станции ближней наземной радиолокационной разведки и микрофоны направленной фокусировки — случалось такое, что контакта с противником нет, но на некоторых участках мы попадали под их обстрел, а вот в глубине же леса нас обнаружить не могли. Наконец, у наёмников были при себе переносные средства РЭБ ближнего действия, предмет нашей зависти. Короче говоря, иностранные спецы использовали полный набор технических средств наземной и воздушной разведки стран НАТО. Со средствами связи у них тоже всё хорошо.

Чаще всего свои патрули-«четвёрки» наёмники выдвигали к узловым точкам в лесном пространстве, через которые могла пройти наша техника. Старались подловить нас, навести артиллерию и помешать выдвижению. Нам удавалось их обманывать, проходя сначала через лес, а затем выдвигая технику. В таких случаях они поспешно отходили, прикрываясь артиллерией по квадрату. Сложно было вытянуть их на стрелковый огневой контакт. Ещё одной слабостью наёмников оказалась необходимость в фотоотчёте: с них требуют фотографии наших убитых, разбитой техники и других подтверждений арт.ударов. На этом их стоит ловить.

Одного наёмника мы завалили, оказался швед какой-то, «Робби». Мы его в болоте нашли, его туда побратимы украинские оттащили и выкинули. Это вообще отличительная черта у врага — тела не забирают, не эвакуируют, даже не обсуждают обмен. Чтобы компенсации не платить семьям. Так что, украинские читатели, если у вас кто-то из родни на фронте пропал, то у меня для вас очень, очень плохие новости. Не видать вам ни родственника, ни компенсации.

Кроме перечисленных видов противника мы ещё столкнулись с какими-то дурными в плане наглости, но неопытными бойцами. Возможно, из НацГвардии Украины. Приведу два примера.

Первый пример. Мы расположились передовым дозором, сзади нас на дороге, где-то на 500 метров назад встали «железные каски» из российских краткосрочников. У них там выкопанные окопы полного профиля, но дисциплины никакой. До маек/футболочек раздетые, снаряга разбросана, оружие в ячейках, шастают туда-сюда без него. Как-то раз в это пространство пытались иностранцы залезть и поставить противобортовую мину, но то совсем другая история. Так вот, сходили мои парни до блокпоста чаю выпить. И как только пришли, из леса возле позиций, метров с 20-30 (предел видимости в лесу) раздался крик:

— Русские! Вставайте в полный рост и идите сдаваться!

Ни ВСУшники, ни наёмники, ни ТрОшники себе такого не позволяли, поскольку в ответ будет пальба из всех стволов. Рубиться будем до последнего — и обстрелянный враг это знал. А тут такое... После этого возгласа прилетело 3 гранаты из РПГ-7, покалечили троих краткосрочников. Те, олени, носятся по окопам в поисках своего оружия. У моих при себе имелся ВСС, бесшумная винтовка, и АК. Они из них спокойно на звук начинают набрасывать, а враг берёт и даёт по тапкам всего лишь от огня из двух стволов. Какие-то наглые, но трусливые оказались. Попытались убежать, мои ребята вызвали по связи миномётчиков (на две роты всего три миномёта у нас было, извините, но это так) и навели заградительный огонь на вероятном пути отхода этих загадочных визави.«Загадочные» потеряли солидно людей, поскольку вызывали не одну, а две единицы техники для вывоза раненых и убитых. Данный случай создал впечатление, что этот тип противника слегка ошарашенный, дурной.

Второй пример. Когда враг продвинулся до села Гороховатка у Оскольского водохранилища, то туда совершенно варварским образом бросили взвод наших коллег на встречный бой, выбивать. Я говорю «варварским», потому что от нас к деревне выдвинулся дозор несколько ранее и попал в засаду, потеряли мы человека, остальные вышли. И мы передали информацию о засаде противника и его присутствии в Гороховатке по инстанциям выше. Тем не менее, коллеги на трёх КАМАЗах выехали, их там приняли из 12,7-мм пулемётов, скорее всего, ДШК. 12 человек погибло сразу, то есть около половины. Остальные бросили грузовики и отошли в лес, в балку. «Загадочные» организовали преследование, дозор коллег их наблюдал, когда по полю шли — цепью, в траве по пояс, как немцы в кино про вторжение в СССР. Затем украинцы зашли в лес — ветками хрустят, переговариваются, в общем, неопытные. Пацаны наши подпустили противника на 10 метров и ударили из всех стволов. Шквал огня, 8 «загадочных» сразу грохнули, а остальные даже стрелять не стали, развернулись и бегом побежали. Это второй случай, как мы с этими «дикарями» повстречались. Их скорее всего как-то в идеологическом плане зарядили, что наших надо на испуг брать. Может, видеороликов пересмотрели с пленными за начало СВО, не знаю. Повторюсь, опытные ВСУшники, наёмники и даже боевики ТрО себя так не вели.

По привычкам противника в быту. При отходе бросают спальники, пенные коврики, униформу, обувь, сухпайки, еду, воду, боеприпасы. Если ты наступаешь в контролируемом противником лесу, то лес тебя кормит, поит, обувает, одевает и согревает — разумеется, после тщательной проверки на мины, сюрпризы и отраву.

По использованию боевой техники. Танки они использовали очень экономно, берегли, особенно после потерь под Каменкой и Изюмом. На удивление добились точной стрельбы из кустарных лёгких РСЗО, когда блок НУРСов снимается с вертолёта Ми-8 и ставится на пикап.

2) Подтверждаются ли те вещи, что говорят в сети, например, о точности работы их артиллерии? О скорости вызова огня? Ведут ли они тотальное минирование местности в «Шервуде»?

— Нет, в «Шервуде» тотального минирования враг не проводил. В основном, минировали просеки и дороги, очень быстро заставляли их противотанковыми минами ТМ. Наёмники ставили противобортовые НАТОвские мины немецкого и итальянского производства. Весной и летом это был разведпризнак — если нашли НАТОвские противобортовые мины, то работали иностранцы.

Немецкая противобортовая мина PARM DM-12

Много насыпали по нам кассетными боеприпасами от РСЗО с противопехотными минами «лепесток». Этого хватало, но они использовали те, что самоликвидируются через пару дней. Найти в траве их было легко, поскольку эти мины имеют либо ядовито-зелёный, либо коричневый цвет. У нас в подразделении никто не подорвался, в госпитале я видел лишь одного пострадавшего из российской военной полиции. А вот колёс на автомобилях пришлось много поменять, да, их «лепестки» портили.

Мы минировали плотнее и более искусно, чем противник, им от этого доставалось.

Что касается артиллерии, то всегда есть ощущение, что вражеская артиллерия работает точнее, чем своя. Придётся делать поправку на это.

В апреле-мае у противника действительно имелось преимущество в артиллерии. Прежде всего, из-за того, что по прорывающимся подразделениям они работали с трёх сторон. Стволов разных калибров им хватало, вызывали быстро, били точно. Несмотря на это, мы их оттеснили, подтянули затем свою артиллерию и смогли постепенно их додавить. В этом помогли новые РЛС контрбатарейной борьбы и другие средства технической разведки, благо у противника своих средств для контрбатарейной борьбы всё же немного.

После того, как наши артиллеристы их задавили, они стали использовать одиночные орудия. Был у них 82-мм миномёт «Василёк» и какая-то из советских гаубиц. Через какое-то время их подавили. Тогда ВСУшники доставили одну 155-мм гаубицу М-777. Мерзкая вещь, но и с ней справились. Под конец по нам работало некоторое количество 105-мм буксируемых гаубиц М-119, лёгких. По уровню вредности примерно, как «Василёк». Бьёт точно, но снаряд всё же слабее, чем 152/155-мм. Проблемы артиллерия доставляла, но нам удалось приспособиться и преодолеть этот фактор. К сожалению, другим подразделениям доставалось больше — как-то раз из двух миномётов безнаказанно противник развалил опорник «железных касок» (мы так называли мобилизованных из республик и наших добровольцев-краткосрочников).

82-мм буксируемый автоматический миномёт Василёк

155-мм буксируемая гаубица М-777 «Три топора»

105-мм буксируемая гаубица М-119

Если сравнивать в динамике, то вражеская артиллерия доставляла нам наибольшие трудности в апреле и мае, к сентябрю стало гораздо легче. Для понимания, в мае ВСУ могли ударить полным пакетом «Града» по 2-3 нашим разведчикам. Или по другой разведгруппе-«четвёрке» работала украинская полная миномётная батарея из 6 стволов, просто чтобы не дать войти лес. Такого к концу лета уже не было.

3) Как они повели себя в этом злополучном наступлении? Их тактику описывали так: впереди дозоры на бронеавтомобилях типа «Хамви», связывают боем, обходят. Далее уже бронегруппы. Давят темпом продвижения, нахрапом.

— Да, действительно, небольшие мобильные группы на бронеавтомобилях, пикапах и ГАЗ-66 просачивались, закреплялись, после чего уже подходили бронегруппы механизированной пехоты, в основном на БТР, включая БТР-4. В этих мобильных группах работали в основном иностранные наёмники или украинский спецназ, то есть люди подготовленные. ВСУшники же в основном посредственно обученный молодняк, которому всё же несколько раз досталось. Наша авиация жёстко их разматывала по другую сторону водохранилища перед нашим отступлением, какого-либо противодействия ПВО ВСУ мы не заметили. Разумеется, публиковать свою горелую технику и трупы украинцы теперь не будут, поскольку территорию заняли и концы в воду на тему того, как огребали от ВКС.