Революция Ликвибристов

2022-09-03T15:00:25.625Z

Предыстория.

Меня зовут Дон Вито Ликвионе. Я — глава крупной мафии, президент нынешнего Ликвибирска, но, несколько лет тому назад, я был обычным человеком, со сложной историей. Родился в Суркисии, под гнётом Суркиса. В детстве меня очень пугало, что всем правит Суркис, ведь он очень злой диктатор. В школе мы проходили как Суркис создал вселенную Камыша. Все восхищались, как он создал все это, а я боялся, ведь у него, у одного существа было столько власти, что он мог стереть то, что сам и создал. Я не понимал других, почему так, но я был не один.
Я нашел сторонников. У них было похожее мнение и мы быстро нашли общий язык. В этот момент я понял, что не совсем один. Есть люди, которые будут за меня и поддержат в трудных ситуациях.

После школы поступил на криминалиста, но связь с друзьями я утерял. Мне было трудно завести новые знакомства в университете. Все были разными и тяжело было как-то адаптироваться, но я смог. У меня было несколько друзей, но и их мне хватало. Долго по долгу мы разговаривали, веселились, развлекались, гуляли. В общем, была очень хорошая жизнь. Мы даже однажды устроили розыгрыш всему универу. Взломав системы мы начали во все голоса кричать в микрофон, в который обычно директор говорил о чем-то. Всем было до лампочки, что он говорил. Нас не нашли, мы грамотно скрыли свои следы взлома и вошли в историю университета.
Уже после окончания высшего образования ко мне начали пробираться смутные сомнения. Моя работа была интересная, но всё контролировалось. Меня это не устраивало, но и сделать я ничего не мог, ведь это было во всех работах в Суркисии. Вот тогда и зародилась идея - революция. Но, на тот момент я не всерьез это воспринимал. Просто как агрессия к правлению Суркиса.

Введение.

На работе было конечно очень интересно. Много новых дел, много загадок. Пришлось очень сильно думать головой, но, к счастью, я это умел очень хорошо. Была одна ситуация, где была жертва, но следов преступления не было. Я сразу понял - яд. Другие догадки были не логичными. Так же на мой взор попалась чашка, где, как я предположил, заливали яд. Убийца был не совсем умен, так что легко было найти его. Но, в конце концов, мои догадки провалились, ведь улики не совпадали с данными предполагаемого убийцы. Тогда я понял, что он был всё же умнее и смог обмануть меня. Я вернулся обратно в мотель, где было убийство. Начал тщательно всё изучать, от пола до потолка, но ничего не нашел. И вдруг звуки шагов - это был мой коллега. Довольно приятный с виду. Высокий, опрятный, да и в общем отличный человек. Он протянул мне пакет с уликой. Оказалось, что у жертвы была пуговица, которая, как по мне, была очень необычной. Я таких никогда не видел и решил отправится к портному. Показал ему эту пуговицу, но дальше я никак не мог понять, почему из серьезного с виду мужчины, он превратился в испуганного, с дрожащими руками, мальчишку. Он тихо и с испуганным от ужаса голосом сказал - это ликвидаторы.

И тут сюжет моей работы повернулся с ног на голову, с этого момента я начал изучать структуры государство Суркисии. Но начнем по порядку. После слов портного я пошел к своему коллеге спросить, что ещё за ликвидаторы. И вот опять это выражения лица, испуганное до мурашек: поднятые брови, дрожащие руки. Я начал медленно осознавать, что слова ликвидатор будет пугать каждого. Видимо, они знали больше, чем я. По средине моих мысленных рассуждений обо всем этом, резкий голос сказал - “Я не знаю, почему ты решил спросить у меня об ликвидаторах, но это очень, очень, очень опасно. Это не просто ликвидаторы, а отряд из высших чинов, государственных убийц Суркисии, для устранения негодных им личностей. Ты заметил, кто наша жертва? Это был один из советников главы оборонной охраны. Я лишь предполагаю, но, возможно, он узнал то, что не должен был.”

Завязка.

Для меня все было предельно ясно, как день. Я понимал, что одному мне не справиться, ведь бороться с целым государством это глупо. Не то что глупо, это очень тупо. Тогда я решился на создания революции, но для этого надо найти моих старых друзей и тех, кто желает свергнуть государственное правление. Пришлось пользоваться своими привилегиями в должности криминалиста. Долго искать не пришлось, про всех было всё написано. Они были примерными семьянинами, поэтому я задумался, стоит ли впутывать их во всё это. Но что-то сказал во мне “сделай это”. Я решил поверить голосу в голове и найти их всех. Каждого пришлось уговаривать, делиться информацией. Заняло это где-то 2 недели, но в итоге мы собрались вместе. Решили арендовать комнату, где будет наша временная база. Но, нас всё равно было мало, и мы решили делать все по малу. Сначала листовки вешали, с надписями “против гнета Суркиса”. Прирост людей был, но этого всё равно не хватало. Мы думали очень долго, как бы нам сплотить людей воедино и свергнуть правление. Потом придумали писать стихи, в который был скрытый смысл. Когда читали стихи, мы начали смотреть на глаза зрителей. Тех людей, которые поняли смысл стиха, мы сразу узнавали, ведь глаза их сдают, как будто они “горят”. Вот тогда уже нас было много. Нам повезло, крупно повезло, ведь один из зрителей был чиновник. И он решил помочь нам, и с каждым месяцем, все больше и больше людей решились бросить вызов всей этой лицемерной форме правления. С тех пор мы начали называть себя ликвибристы.

Вводный эпизод.

Во время поисков людей мы долго думали, что нам делать. Даже ночами не спали. Это, конечно, было ужасное время, хотя было одно приятное но. Её звали Кармела. Не буду преувеличивать, только из-за неё я не сдавался. Она являлось мне как поддержкой. Мы, конечно же, быстро начали встречаться. Во истину шикарная женщина, всегда знала, что и когда говорить. Красноречивая, красивая, волосы были таким же мягкими, как и облака на небе. А её глаза просто были милыми и очень добрыми. Но, не дайте себя ей обмануть. Эта очень властная женщина всегда знает, чего хочет. Мы с ней проводили дни на пролет, пока однажды, во время гулянки, нас не узнали полицейские как члены одной группировки. Тогда они не знали, из какой именно. Ох... Как же нам было трудно от них убежать. Они были очень шустрыми и казались профессиональными бегунами. Но не такими хитрыми, как мы. Решили значит разделится, но не убегаем, а ждем, пока они не побегут за одним из нас. Всё же мы были умнее. Сумели их разделить и справиться с ними. Тем вечером было туманно и дальше 25 метров ничего нельзя было увидеть. Это сыграло свою роль. Я решил дело в рукопашную, пока он меня не видит, как никак криминалист со стажем. Но надо было как то помочь Кармеле. Я побежал по ее траектории, и увидел, что она в тупике. Незаметно подкравшись я вырубил ударом по голове полицейского. И мы молниеносно сбежали оттуда. С этой момента мы с Кармелой стали очень близки.

Кульминация.

К удобному случаю сегодня оборона Суркисии следила за границами. Тогда уже ещё раз обдумывали весь наш план. Мы 2-3 года обучали наших людей рукопашной борьбе, стрельбе и развивали реакцию. Были очень подготовленными, но нам нужно было убедиться ещё тысячу раз, прежде чем что-то делать. Годами трудиться над планом по революции и из-за одной ошибки проиграть не хотели. Всё проверив мы выдвинулись в путь. Наш план был таким: отвлечь гвардию митингом, тем временем обложить их со всех сторон и убрать с нашей дороги. Дальше, наши специалисты по кибербезопасности взламывали государственные сервера, со всеми документами. Там было очень много всего, но на этом мы не останавливались. По кодовой фразе наши люди должны были вырубить камеры, чтобы захватить здание целиком, и так во всей Суркисии. Все это было очень хорошо спланировано. Хотя одного мы не учли, как раз таки обороны Суркисии, которая начала наступать. Хоть и захват был очень лёгок, сохранять наши территории было очень сложно. Много наших было убито, но мы давали отпор, даже если сил не было, мы бились до последней капли крови. Ведь если мы этого не сделаем, то Суркисия НИКОГДА не будет свободной страной. Решающий бой был в генеральном штабе гвардии Суркиса. Там была очень плотная защита, даже лучше, чем во всей территории Суркисии. Все мы понимали, что тупая атака в лоб ничего не решит, мы умрем один за другим. Так что решили придумать ещё одно тактику. Мы подкупили одного из жителей, который живет близко к Главному штабу. Он, к нашему удивлению, знал черные ходы всего здания. Это сильно упростило наш план. Напасть с тыла было идеей, которая положила конец правлению Суркиса. Таким образом мы захватили всю Суркисию за 67 дней.

Развязка.

Много наших друзей, товарищей пало в бою. Первым делом мы построили парк для захоронения героев, боровшихся с жестоким диктатором. Они были действительно храбрыми, и, благодаря их усилиям, жизнь в Суркисии стала процветать в большом темпе. На удивление всех в Суркисии, пришел сам Суркис. Мы испугались, но не подали виду. Однако, он не был настроен уничтожить нас взглядом, а как будто был восхищен. Суркис хотел поговорить со мной и я решился. По его словам, он был удивлен, что в Суркисии кто-то был способен на такие дерзкие планы по захвату. Но больше меня удивило, когда он предложил не захватывать всю Суркисию, а лишь 75 процентов от неё. Предложение было очень хорошим, лишь дураки отказались бы от этого, ведь таким образов мы добились независимости и одобрение Суркиса. Это была окончательная победа. К изменениям - на наших территориях был расформирован отряд ликвидаторов, комендантский час. И главное решение, окончательно изменившее страну - это переименование в Ликвибирск. Начали производить свою валюту ликвиевский манат. Что касается религии - у нас Ликвинизм, который проповедует поклонение Гелиосу, Богу солнца. Ведь солнце осветило наш путь к освобождению Суркисии. С тех пор экономика возросла, было на уровне г. Жмыхово. Началось производство оружия, создание термоядерных ракет, разных видов бомб, автомобилей и т.д. Неожиданностью для меня было становление президентом Ликвибирска. Было очень неловко и волнительно во время коронации. Таким образом я стал стал управлять государством с умом и заботиться о своих горожанах. Спустя месяц мы с Кармелой поженились и создали крепки брак, который длиться по сей день. У нас родились трое сыновей и одна дочка. Пока управлял страной, так же я начал создавать союз семей. Семьи были очень влиятельными, уважительными ко мне и я стал главой семьи. С тех пор меня начали называть Крёстный отец...