О томъ, что всѣми писаніями Моисея прообразовательно указуется таинство Христа.

Испытайте писаній, взывалъ къ народу іудейскому Христосъ (Іоан. 5, 39), весьма ясно говоря, что не иначе можетъ достигнуть вѣчной жизни кто бы то ни было, какъ только если онъ, какъ бы нѣкое сокровище раскапывая письмя закона, будетъ отыскивать сокровенный въ немъ бисеръ, то есть Христа, въ Немже суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна, по слову блаженнаго Павла (Кол. 2, 3). О столь почтенной и досточудной премудрости и разумѣ сказалъ нѣгдѣ и Соломонъ: аще взыщеши ея яко сребра, и якоже сокровища испытаеши ю: тогда уразумѣеши страхъ Господень, и познаніе Божіе обрящеши (Прит. 2, 4-5). И съ симъ ни что не можетъ сравниться для тѣхъ, которые восхваляютъ непорочную жизнь, рѣшились совершать одно только лучшее изъ всего и превосходнѣйшее и наполняютъ свой умъ свѣтомъ Божественнымъ: потому что должно непрестанно услаждаться тѣмъ, что говорится о Богѣ и какъ бы нѣкимъ свѣтильникомъ поставлять для себя Священное Писаніе, согласно съ святымъ Псалмопѣвцемъ, взывающимъ и говорящимъ: свѣтилникъ ногама моима законъ Твой, и свѣтъ стезямъ моимъ (Псал. 118, 105).

Итакъ, поелику ясно и очевидно, что прилежное исканіе таинства Христова доставляетъ жизнь вѣчную и служитъ для насъ путемъ ко всякому благодушію, то, снова приложивъ трудъ, полезный прежде всего намъ самимъ, постараемся собрать тѣ мѣста, въ которыхъ ясно указуется намъ таинство Христа, и изложить, какой смыслъ имѣетъ каждое изъ нихъ. Быть можетъ слова наши, заключающія въ себѣ тонкія умозрѣнія, когда либо послужатъ для благоразумныхъ добрымъ поводомъ къ созерцанію истины и нѣкотораго рода ступенями, возводящими къ лучшему и высшему познанію. Итакъ, мы прежде всего съ пользою изложимъ совершившееся исторически, давая этому соотвѣтствующее разъясненіе и, какъ бы преобразуя повѣствованіе изъ образа и сѣни, сдѣлаемъ его яснымъ, при чемъ слово наше будетъ клониться къ таинству Христа и Его имѣть предѣломъ, если истинно то, что кончина закона и пророковъ есть Христосъ (Рим. 10, 4; срав. Матѳ. 5, 17). Если же намъ случится гдѣ либо въ столь великой тонкости и неясности умозрѣній погрѣшить противъ наиболѣе приличествующаго, то читатели да будутъ къ намъ снисходительны. Должно знать также и то, что, составивъ семнадцать книгъ О поклоненіи и служеніи въ духѣ и истинѣ [1] и собравъ въ нихъ великое множество умозрѣній, мы намѣренно опустили и оставили тамъ безъ изслѣдованія поставленныя въ предлежащемъ сочиненіи главы, хотя быть можетъ иногда и случалось по необходимости упоминать о чемъ либо изъ этого. И такъ, начнемъ съ того, что въ книгѣ Бытія заслуживаетъ болѣе искуснаго объясненія; а за тѣмъ, прослѣдивъ по порядку всѣ пять книгъ Моисеевыхъ, кромѣ ихъ старательно изслѣдуемъ и то, что полезно для предположенной нами цѣли изъ другихъ Писаній.

О Адамѣ.

1. Истинно свѣдущій въ законѣ и священнѣйшій Павелъ, проразумѣвавшій таинство спасенія чрезъ Христа, говоритъ, что въ Немъ возглавлено будетъ яже на небѣ и яже на земли, по благоволенію и хотѣнію Бога и Отца (Ефес. 1, 10. 9). Словомъ: возглавлено онъ обозначаетъ возстановленіе всего и приведеніе поврежденнаго въ первоначальное состояніе: ибо напоминаетъ, какъ и естественно, слова Бога, говорящаго устами пророковъ: не поминайте первыхъ и ветхихъ не помышляйте: се Азъ творю новая, яже нынѣ возсіяютъ, и увѣсте я (Ис. 43, 18-19). Посему и онъ, какъ воспитанный на словѣ Божіемъ, заключающееся въ этихъ словахъ предсказаніе представляетъ намъ какъ уже исполнившееся во Христѣ, говоря: тѣмже аще кто во Христѣ, нова тварь: древняя мимоидоша, се быша вся нова (2 Кор. 5, 17): ибо мы преобразуемся во Христѣ и становимся новою тварію. Въ Немъ, и только въ Немъ одномъ мы получили и новое имя: мы названы Христовыми. Потому-то самъ Божественный Павелъ опять о насъ и говоритъ въ одномъ мѣстѣ: а иже Христовы суть, плоть распяша со страстми и похотми (Гал. 5, 24): ибо у тѣхъ, которые во Христѣ, жизнь святолѣпна и стоитъ превыше плотскихъ страстей и земной нечистоты. А что намъ дано будетъ новое имя, дарованое намъ во Христѣ, это можетъ быть ясно изъ словъ Бога, взывающаго устами святыхъ: служащимъ Мнѣ дано будетъ имя ново, которое благословено будетъ на землѣ (Апок. 2, 17; 3, 12): ибо благословятъ Бога истиннаго. Итакъ, поелику никто изъ рѣшившихся мыслить право и по надлежащему не можетъ сомнѣваться, что все содѣлалось новымъ во Христѣ, то разсмотримъ теперь, что такое обветшаніе и относительно чего говорено было, что содѣлалось возстановленіе его къ лучшему, отъ не совершенной ли цѣлости и неповрежденности, или же отъ поврежденія и нечаяннаго перехода къ тому состоянію, въ которомъ оно не было въ началѣ. Такимъ образомъ всякій пойметъ, и весьма правильно, къ чему клонится цѣль предлагаемой нами рѣчи, и никоимъ образомъ не скроется отъ насъ истинный смыслъ повѣствуемаго.

2. Высочайшій Художникъ всяческихъ Богъ, во всемъ, что должно было дѣлать, пользуясь своею вседѣтельною силою, то есть Сыномъ: ибо вся Тѣмъ быша, и безъ Него ничто же бысть (Іоан. 1, 3), въ началѣ и прежде всего другаго небо и землю сотворилъ и призвалъ къ бытію, хотя онѣ никогда не существовали. Если же, быть можетъ, кто либо спроситъ, какимъ образомъ и откуда, то онъ услышитъ отъ насъ слѣдующее мудрое и по истинѣ превосходное слово: кто разумѣ умъ Господень? или кто совѣтникъ Ему бысть? (Римл. 11, 34). Если кто хочетъ познать это, для того не будетъ сомнѣнія въ томъ, что во всякомъ случаѣ его умъ и разсудокъ далеко не имѣетъ многаго по сравненію съ умомъ Божіимъ. А что все наше малозначительно и даже совершенно ничтожно въ сравненіи съ Божественнымъ, это заявляетъ Самъ Богъ, говоря: не суть бо совѣти Мои, якоже совѣти ваши, ниже якоже путіе ваши, путіе Мои. Но якоже отстоитъ небо отъ земли, тако отстоитъ путь Мой отъ путей вашихъ, и помышленія ваша отъ мысли Моея (Ис. 55, 8-9). Итакъ, пусть оставлено будетъ, какъ излишнее и не достигающее цѣли, изслѣдованіе о семъ: потому что Богъ творитъ, какъ знаетъ и какъ можетъ. Послѣ того какъ сотворены были небо и земля въ началѣ, а за тѣмъ множество водъ собралось въ одно мѣсто, необходимо повинуясь Говорящему: да соберется вода въ собраніе едино (Быт. 1, 9), стала покрываться земля, повсюду зазеленѣла разнообразными травами и необычнымъ путемъ дала отъ себя бытіе крѣпкоствольнымъ плодовитымъ деревьямъ. Появились круги солнца и луны, и законъ Божій распредѣлилъ каждому изъ этихъ свѣтилъ мѣру начала его: ибо то поставлено на день и свѣтъ, а это на ночь и тьму. И самое небо наше явилось все усѣяннымъ звѣздами. Даже и то, для какой цѣли онѣ содѣланы, Богъ опредѣлилъ, говоря: и да будутъ въ знаменія, и во времена, и во дни, и въ лѣта. И да будутъ въ просвѣщеніе на тверди небеснѣй, яко свѣтити по землѣ (ст. 14-15). Поелику же Зиждитель всяческихъ по природѣ своей есть Жизнь, то и самую природу водъ содѣлалъ матерію плавающихъ въ нихъ и летающихъ по воздуху. Землѣ же опять повелѣлъ произвести многообразную природу скотовъ и безчисленные роды дикихъ звѣрей. И несомнѣнно Онъ произвелъ все, что Ему было угодно и выше всякаго ума. Въ каждомъ изъ сотворенныхъ дѣлъ Зиждителемъ было Слово, и одно только мановеніе давало бытіе всему. А послѣ того, какъ и Самимъ Художникомъ всяческихъ было одобрено благоукрашеніе во всемъ произшедшемъ, наступило наконецъ время къ сотворенію того, ради котораго все оное приведено въ бытіе, разумѣю человѣка: ибо по истинѣ должно было, чтобы Зиждитель всяческихъ, будучи благъ по естеству, или лучше, будучи самою благостію, какова она есть, былъ познанъ и нами. Должно было, чтобы земля была полна тѣми, которые умѣли бы Его славословить, и чтобы отъ красоты созданій была усматриваема слава Создавшаго все, какъ написано (срав. Рим. 1, 20): ибо, какъ говоритъ пророкъ Исаія, Ты не вотще сотворилъ ю, то есть землю, но на вселеніе (Ис. 45, 18). Итакъ, необходимо было образовать на ней животное разумное, послѣ того какъ напередъ явилось все то, что служило къ увеселенію его и казалось хорошо сотвореннымъ. Поэтому, явивъ напередъ въ подобающемъ украшеніи землю и небо, и все, что на нихъ, Богъ приступаетъ къ сотворенію человѣка, бытіе котораго Онъ имѣлъ въ мысли раньше того. И всякое другое созданіе Онъ творилъ сразу повелѣніемъ своимъ и приводилъ въ бытіе словомъ своимъ, какъ Богъ. Поелику же человѣкъ есть животное по истинѣ благообразное и богоподобное, то, дабы не показалось, что онъ, — подобіе высочайшей славы, сотворенъ одинаково съ тѣмъ, что не таково же, какъ онъ, Богъ удостоиваетъ его созданіе предварительнаго совѣта и личнаго участія. Образовавъ фигуру тѣла его изъ земли, Онъ дѣлаетъ его разумнымъ животнымъ и, чтобы онъ выдѣлялся изъ всѣхъ разумностію своей природы, тотчасъ же назнаменалъ его нетлѣннымъ и животворящимъ духомъ: ибо написано: и вдуну въ лице его дыханіе жизни: и бысть человѣкъ въ душу живу (Быт. 2, 7). За тѣмъ удостоилъ его рая сладости и даровалъ ему власть надъ всѣмъ, что на землѣ, поставилъ его начальникомъ надъ плавающими и летающими, подчинилъ ему стада дикихъ звѣрей, даже и породы ядовитыхъ животныхъ вмѣстѣ съ другими подчинилъ ему. А чтобы человѣкъ имѣлъ страхъ, Онъ повелѣлъ ему повиноваться естественнымъ законамъ. Итакъ человѣкъ былъ отображеніемъ высочайшей славы и образомъ боголѣпной власти на землѣ. Но поелику достигшему такой славы и сладости во всякомъ случаѣ должно было знать, что онъ Бога имѣетъ своимъ Предстоятелемъ, Царемъ и Господомъ: то, дабы отъ избытка благоденствія онъ не впалъ весьма легко въ помыслъ объ освобожденіи отъ власти и преобладанія Имѣющаго державу, Онъ тотчасъ далъ ему законъ и ближайшимъ послѣдствіемъ преступленій поставилъ наказующую угрозу. Доколѣ существовалъ одинъ и только одинъ человѣкъ, еще не было на землѣ и никакого способа грѣшить. А чтобы онъ былъ и подъ закономъ, для него придуманъ былъ и нѣкоторый видъ сохраненія заповѣди: ибо отъ всякаго древа, сказано, еже въ раи, снѣдію снѣси: отъ древа же, еже разумѣти доброе и лукавое, не снѣсте отъ него: а въ оньже аще день снѣсте отъ него, смертію умрете (Быт. 2, 16-17). За тѣмъ изъ одного взятаго у Адама ребра Богъ творитъ жену, имѣвшую и служить ему для рожденія дѣтей, и сожительствовать ему, какъ существо однородное съ нимъ, и наконецъ просто пребывать съ нимъ. Когда же лестію діавола она увлечена была къ преступленію и вкусила отъ запрещеннаго древа, а вмѣстѣ съ нею палъ и самъ праотецъ Адамъ, то природа ихъ была тотчасъ осуждена на смерть. И къ женѣ Богъ взывалъ: въ болѣзнехъ родиши чада (Быт. 3. 16); а къ Адаму: проклята земля въ дѣлѣхъ твоихъ (ст. 17). И сверхъ этого они лишены были того многовожделѣннаго мѣстопребыванія, которымъ пользовались въ началѣ, а также и рая сладости. И только тогда познали они, что были наги и лишены одежды, а потому имѣютъ нужду въ одеждахъ. По милосердію Божію, у нихъ явились для сего нижнія одежды кожаныя. И матерію своею они признали землю, подверглись уловленію въ сѣти тлѣнія и вообще, какъ я думаю, ничего недоставало у нихъ къ тому, чтобы оказатъся въ крайне бѣдственномъ состояніи.

3. Но кто нибудь, думаю, скажетъ: если сотворенный человѣкъ имѣлъ дойти до столь великаго несчастія, то не справедливо ли думать, что ему гораздо лучше было бы и не имѣть бытія? Богъ содѣлалъ славнымъ и досточуднымъ того, который спустя немного времени имѣлъ быть жалкимъ и достойнымъ состраданія, повиннымъ проклятію и наказанію. Богъ, какъ Зиждитель по естеству, конечно не могъ не знать будущаго. Поелику же, вѣдая это, творилъ Онъ его, то не обличаетъ ли Себя болѣе вреда, нежели пользы принесшимъ человѣку, если имѣющимъ быть несчастными по истинѣ лучше было бы совершенно не родиться, согласно слову самого Спасителя, сказанному Имъ объ ученикѣ предателѣ: добрѣе было бы ему, аще не бы родился человѣкъ той (Марк. 14, 21). На это я скажу, что очень опасно и близко къ крайнему безумію, или лучше, прямо было бы безуміемъ и даже гораздо болѣе того — порицать Божественныя намѣренія, какъ не правильныя, и естество высочайшее или не считать заботящимся о надлежащемъ, или же считать его способнымъ погрѣшать относительно полезнаго и лучшаго для насъ. Лучше было бы, если бы мы, считая естество Божественное непогрѣшимымъ въ его совѣтахъ и дѣлахъ, удерживались отъ того, чтобы мудрствовати паче, еже подобаетъ мудрствовати (Рим. 12, 3) и оставляли излишнее занятіе этимъ, какъ не свободнымъ отъ вины. И сверхъ того, думаю, должно было обратить вниманіе еще на слѣдующее: тѣмъ, которые получили бытіе и при томъ во благо, лучше ли было бы не родиться, или родиться и содѣлаться причастниками благости Зиждителя? Но въ этомъ, какъ я думаю, никто не усумнится: ибо какъ имѣющимъ быть несчастными, если они уже приведены въ бытіе, по справедливости лучше и вожделѣннѣе было бы не получать этого бытія, такъ точно, думаю, наоборотъ, и для тѣхъ, которые не будутъ таковыми, является добрымъ и достохвальнымъ дѣломъ — произойти на свѣтъ и жить. Такъ что же? Полагаю, что наша рѣчь объ этомъ должна быть переносима и на существа гораздо высшія насъ: разумѣю блаженныхъ ангеловъ. Сотворены отъ Бога и изъ небытія приведены въ бытіе Ангелы и Архангелы, Престолы и Власти, Силы и Начала, и превысшіе ихъ Серафимы. Въ числѣ приведенныхъ въ бытіе былъ и самъ змій отступникъ, и бывшія съ нимъ лукавыя силы. Они были вмѣстѣ съ другими святыми и разумными созданіями, наполняя вышнія обители, отличаясь славою и по сравненію съ нами находясь въ состояніи несравнимо лучшемъ и превосходнѣйшемъ. Потому и отъ Господа сказано: съ Херувимами вчинихъ тя (Іез. 28, 14). Но святые Херувимы имѣютъ утвердившуюся славу и твердо сохраняютъ свое первоначальное состояніе. Тысящи тысящъ служатъ Богу, и тмы темъ предстояху Ему (Дан. 7, 10). Вмѣстѣ съ другими палъ сатана и лишился своей славы. Итакъ, когда онъ вознамѣрился оставить свое первоначальное состояніе, тогда, произвольно склонившись къ оскорбленію Бога, произвелъ то, что Зиждитель всяческихъ престалъ отъ творенія, разумѣю святыхъ ангеловъ, и отвергъ столь славное и досточудное созданіе. Послѣ того какъ же не казалось бы обиднымъ, если бъ не приводимо было въ бытіе доселѣ предстоящее и служащее Ему множество, соблюдающее себя въ цѣлости по отношенію къ сотворившему его Богу и не допускающее помысла о томъ, чтобы прійти въ забвеніе о своемъ первоначальномъ состояніи? И что же, скажи мнѣ, очень вреднаго для сего въ томъ, что нѣкоторые, въ слѣдствіе надменія, утратили свое прежнее благосостояніе? Тѣ, которые лучше сихъ, остаются съ Богомъ, и, богатно исполняемые Его благостію, воздаютъ Ему честь продолжительными и непрерывными славословіями. И о нихъ то, думаю, говоритъ блаженный Давидъ: блажени всѣ, живущіи въ дому Твоемъ: въ вѣки вѣковъ восхвалятъ Тя (Псал. 83, 5). Окончивъ рѣчь о семъ, теперь то же самое изслѣдованіе приложимъ и къ себѣ самимъ.

4. Человѣкъ сотворенъ былъ въ началѣ надѣленный властію надъ собственными своими хотѣніями и обладая свободнымъ стремленіемъ къ чему бы ни захотѣлъ: ибо свободно Божество, по образу Котораго онъ сотворенъ. Такъ, думаю, а не иначе онъ былъ бы достохваленъ, если бы являлся свободнымъ дѣлателемъ добродѣтели и чистоту въ дѣлахъ имѣлъ бы какъ плодъ расположенія, а не какъ послѣдствіе естественной необходимости, которая совершенно не позволяла бы ему выходить изъ предѣловъ добра, хотя бы онъ захотѣлъ дѣлать и не то, что таково. Итакъ, человѣкъ въ началѣ получилъ свободное и непринужденное стремленіе ума ко всему тому, что должно было дѣлать; но по обольщенію отъ змія неразумно обратился къ тому, что не слѣдовало дѣлать, и за ничто почелъ совершить преступленіе. За это и осужденъ былъ на смерть и тлѣніе, такъ какъ Богъ, думаю, предвидѣлъ имѣвшую быть отъ произшедшаго большую пользу ибо какъ скоро человѣкъ однажды уклонился ко грѣху, и естество его стало недуговать стремленіемъ къ порочному, почти наподобіе того, какъ и естество нечистыхъ духовъ, онъ постоянно изобличаемъ былъ во злѣ, совершаемомъ имъ на землѣ. Итакъ, съ пользою придумана смерть плоти, не къ совершенной погибели приводящая животное, но скорѣе къ обновленію и, такъ сказать, къ будущей передѣлкѣ соблюдающая его, какъ бы разбитый сосудъ. А что живому существу придется потерпѣть истлѣніе, этого не не вѣдалъ Зиждитель, но напротивъ зналъ, что вмѣстѣ съ этимъ послѣдуетъ и разрушеніе непотребныхъ дѣлъ, и уничтоженіе тлѣнія, и возведеніе къ лучшему состоянію, и воспріятіе первоначальныхъ благъ. Онъ зналъ, что пошлетъ по времени Сына своего въ человѣческомъ образѣ, имѣвшаго умереть за насъ и разрушить державу смерти, дабы обладать и живыми и мертвыми. Но что же? Если не всѣ увѣровали, то уже самое безчисленное множество спасенныхъ какъ бы ослабляетъ значеніе погибели оныхъ и являетъ пустою печаль о нихъ, едва не говоря такъ: снѣдятъ своихъ путей плоды (Прит. 1, 31): потому что, имѣя возможность, если бы захотѣли, быть спасенными и избѣжать зла, въ которое впали, они не пріемлютъ искупителя, то есть Христа. Такъ если бы какой садовникъ наполнилъ свой садъ превосходнѣйшими деревьями; но за тѣмъ не всѣмъ деревьямъ по разнымъ причинамъ случилось бы избѣжать поврежденія: то не подумаетъ никто, чтобы рѣшившійся заняться садоводствомъ не хотѣлъ правильно вести это дѣло. И никто, думаю, не сталъ бы порицать его. Даже и напротивъ: онъ прилагалъ всю должную заботу о посаженныхъ деревьяхъ, а они пострадали отъ своей слабости. Неужели мы скажемъ, что лучше бы онъ совершенно не приступалъ къ садоводству и не усаживалъ бы сада превосходнѣйшими растеніями, но напротивъ уничтожилъ бы совсѣмъ способы садоводства, чтобы не потерпѣли вреда нѣкоторыя изъ посаженныхъ растеній? Не совершенно ли неразумно было бы считать это правильнымъ?

5. Итакъ, если мы будемъ здраво судить, то не Зиждителя, приведшаго насъ въ бытіе, обвинимъ, а напротивъ себя самихъ, отъ своего произволенія терпя вредъ. Что приводя человѣка въ бытіе, Богъ имѣлъ въ виду и то, что онъ подпадетъ тлѣнію, но зналъ и способы врачеванія, въ этомъ ясно убѣждаетъ насъ Божественный Павелъ, свидѣтельствуя о томъ, что спасеніе чрезъ Христа издавна предувѣдѣно было Духомъ. Именно такъ пишетъ онъ въ посланіи къ ученику своему Тимоѳею: не постыдися убо страстію [2] Господа нашего, ни мною юзникомъ Его: но спостражди благовѣствованію по силѣ Бога, спасшаго насъ, и призвавшаго званіемъ святымъ, не по дѣломъ нашимъ, но по своему благоволенію [3] и благодати даннѣй намъ о Христѣ Іисусѣ прежде лѣтъ вѣчныхъ: явлшейся же въ послѣднія времена просвѣщеніемъ Спасителя нашего Іисуса Христа (2 Тим. 1, 8-10). И къ другимъ опять: вѣмы, яко любящимъ Бога вся поспѣшествуютъ во благое, сущимъ по предувѣдѣнію званнымъ. Ихже бо предувѣдѣ, (тѣхъ) и предустави сообразныхъ быти образу Сына своего, яко быти Ему первородну во многихъ братіяхъ: а ихже предустави, тѣхъ и призва. А ихже призва, сихъ и оправда: а ихже оправда, сихъ и прослави (Рим. 8, 28-30). Слышишь ли, какъ говоритъ, что благодать во Христѣ дана прежде лѣтъ вѣчныхъ, и что предувѣдѣны и предопредѣлены ясно отъ Бога и Отца тѣ, которые будутъ сообразными образу Сына Его? Ибо предувѣдѣнъ, какъ я сказалъ, образъ вочеловѣченія. А въ надлежащее время совершено и разрѣшеніе отъ немощей, чему свидѣтелемъ будетъ опять Павелъ, такъ написавшій: могущему же васъ утвердити по благовѣствованію моему, и проповѣданію Іисусъ Христову, по откровенію тайны, лѣты вѣчными умолчанныя, явлшіяся же нынѣ, писаніи пророческими, по повелѣнію вѣчнаго Бога, въ послушаніе вѣры во всѣхъ языцѣхъ познавшіяся, единому премудрому Богу Іисусъ Христомъ, Ему же слава во вѣки, аминь (Рим. 14, 24-26). Тайна была умолчана, но явлена нынѣ посредствомъ закона и пророковъ, по изволенію Бога и Отца. И во Христѣ мы возстановлены въ первоначальное состояніе, съ ниспроверженіемъ того, что потомъ привходило къ намъ въ слѣдствіе лести діавольской. Ибо Павелъ опять такъ сказалъ о Спасителѣ всѣхъ насъ Христѣ: о Немже имамы избавленіе кровію Его и оставленіе прегрѣшеній по богатству благости Его, юже преумножилъ есть въ насъ во всякой премудрости и разумѣ, сказавъ намъ тайну воли своея, по благоволенію своему, еже прежде положи въ Немъ: въ смотрѣніе исполненія временъ, возглавити всяческая о Христѣ, яже на небесѣхъ и яже на земли въ Немъ: въ Немже и наслѣдницы, сотворихомся, прежде наречени бывше по прозрѣнію вся дѣйствующаго по совѣту воли своея, яко быти намъ въ похваленіе славы Его прежде уповавшимъ во Христа (Ефес. 1, 7-12). Вотъ опять мы предопредѣлены (прежде наречени) по предположенію (по прозрѣнію) Отца; да и самымъ упованіемъ мы обогатились какъ бы раньше, нежели бытіемъ, такъ какъ Богъ имѣлъ о семъ предвѣдѣніе и въ своихъ совѣтахъ преднаписалъ то, что имѣло совершиться съ нами. Ибо послѣ того какъ изобрѣтатель грѣха обольстилъ въ началѣ Адама и сдѣлалъ его повиннымъ грѣху легкомыслія, онъ приведенъ былъ къ смерти, и тогда осужденіе перешло на всѣхъ людей, такъ какъ страсть переходила какъ бы отъ корня на вѣтви: потому что она царствовала отъ Адама даже до Моисея и надъ (не)согрѣшившими по подобію преступленія Адамова (Рим. 5, 14). Зиждитель промышлялъ о созданіяхъ своихъ и устроилъ намъ какъ бы вторый корень рода, возводящій насъ въ прежнее нетлѣніе, чтобы какъ образъ перваго и земнаго назнаменалъ насъ необходимостію смерти и уловленіемъ въ сѣти тлѣнія, такъ, наоборотъ, второе послѣ онаго начало, то есть Христосъ, и уподобленіе Ему духомъ назнаменало насъ свободою отъ погибели; и чтобы какъ въ томъ (Адамѣ) непослушаніе привело насъ къ наказанію, такъ въ этомъ (Христѣ) уступчивость и благопокорливость во всемъ явила насъ причастниками благословенія свыше и отъ Отца. Такъ и сказано: бысть первый человѣкъ Адамъ въ душу живу, послѣдній Адамъ въ духъ животворящъ (1 Кор. 15, 45). И еще иначе разъясняетъ намъ это Апостолъ, говоря: первый человѣкъ отъ земли перстенъ: вторый человѣкъ, Господь съ небесе. Яковъ перстный, такови и перстніи: и яковъ небесный, тацы же и небесніи: и яко же облекохомся во образъ перстнаго, да облечемся и во образъ небеснаго (ст. 47-49). И опять: Христосъ ны искупилъ есть отъ клятвы законныя, бывъ по насъ клятва (Гал. 3, 13). Смирилъ Себе, какъ написано (Флп. 2, 8), и добровольно снизошелъ до всего того, что есть въ насъ, Единородный — Слово Божіе, не для того, чтобы вмѣстѣ съ нами быть въ подданствѣ царству смерти, такъ какъ бы и на Него Адамъ перенесъ смертность (ибо Онъ Самъ есть все оживотворяющій), но для того, чтобы, явивъ видъ подчиненнымъ тлѣнію, перевести его къ жизни. Поэтому-то Онъ и плоть бысть (Іоан. 1, 14). Такъ и премудрый Павелъ пишетъ: понеже бо человѣкомъ смерть бысть, и человѣкомъ воскресеніе мертвыхъ. И якоже о Адамѣ вси умираютъ, такожде и о Христѣ вси оживутъ (1 Кор. 15, 21-22). Ибо неразумно было бы думать, что земнородный и простый человѣкъ Адамъ силу положеннаго на него проклятія, какъ бы какое наслѣдство, естественно переходящее, распространилъ на весь родъ; а Тотъ, Который свыше и съ небеси, Который есть Богъ по естеству, Еммануилъ, воспріявшій на Себя подобіе намъ и содѣлавшійся для насъ вторымъ Адамомъ, въ свою очередь, не содѣлалъ въ избыткѣ причастными Его жизни тѣхъ, которые захотѣли бы пріобщиться къ родству съ Нимъ по вѣрѣ. Мы содѣлались стѣлесниками Его чрезъ таинственное благословеніе. Соединены мы съ Нимъ и инымъ способомъ, поелику содѣлались общниками Божественнаго естества Его чрезъ Духа: ибо Онъ обитаетъ въ душахъ святыхъ, и какъ блаженный Іоаннъ говоритъ: о семъ разумѣемъ, яко пребываетъ въ насъ, отъ Духа, Егоже далъ есть намъ (1 Іоан. 3. 24). Итакъ, Онъ Самъ есть жизнь наша, Самъ и оправданіе. Написано также еще: тѣмже убо, якоже единаго прегрѣшеніемъ во вся человѣки вниде осужденіе: такожде и единаго оправданіемъ во вся человѣки вниде оправданіе жизни (Рим. 5, 18). И еще: якоже бо ослушаніемъ единаго человѣка грѣшни быша мнози, сице и послушаніемъ единаго человѣка праведни будутъ мнози (ст. 19). Итакъ ясно, что и въ первомъ Адамѣ прообразуемо было тогда таинство Христа, не во всемъ сходныя черты образа сохраняющее, но различныя и даже противоположныя. Именно тотъ былъ для рода человѣческаго началомъ къ смерти, проклятію и осужденію; а Сей — ко всему противоположному: къ жизни, благословенію и оправданію. Тотъ принялъ жену въ плоть едину (Быт. 2, 24) и чрезъ нее погибъ: Христосъ же, соединяя съ Собою Церковь духомъ, избавляетъ и спасаетъ, и дѣлаетъ ее побѣдительницею лести діавольской. Поэтому Апостолъ и убѣждаетъ вопіять: не неразумѣваемъ бо умышленій его (2 Кор. 2, 11). Праотецъ Адамъ въ возмездіе за грѣхъ и въ наказаніе за преступленіе получилъ тлѣніе: Христу же вмѣнена была въ вину праведность, по безумію Іудеевъ. Посему за страсть смертную Онъ и увѣнчавается честію и славою, по слову блаженнаго Павла (Евр. 2, 9; сн. Флп. 2, 9). И Адаму едва подчинено было одно то, что есть на землѣ: Христу же все; ибо Ему всяко колѣно поклонится, небесныхъ и земныхъ и преисподнихъ: и всякъ языкъ исповѣсть, яко Господь Іисусъ Христосъ въ славу Бога Отца (Флп. 2, 10-11). Аминь.

О Каинѣ и Авелѣ.

1. Природа человѣческая въ Адамѣ, какъ въ начальникѣ рода, какъ я сказалъ недавно, подверглась смерти и грѣху: искуплена же не иначе, какъ только чрезъ одного Христа. Такъ и ученикъ Его пишетъ: нѣсть иного имене подъ небесемъ даннаго въ человѣцехъ, о немже подобаетъ спастися намъ (Дѣян. 4, 12): ибо подлинно нужно было, чтобы Тотъ, чрезъ Котораго все приведено въ бытіе, содѣлался и возобновителемъ растлѣннаго и устранилъ поврежденіе, произведенное грѣхомъ, упразднилъ зло и снова богатно даровалъ благо тѣмъ, которые произведены имъ. Я призналъ бы славнымъ дѣломъ боголѣпной силы и власти какъ то, чтобы привести изъ небытія въ бытіе, такъ и то, чтобы уклонившееся отъ состоянія добра и неповрежденности едва не снова призывать къ благосостоянію. Итакъ, въ Адамѣ показанъ былъ образъ сего. Но всякій можетъ видѣть, что не мѣнѣе того ясно этотъ образъ начертывается и въ произшедшихъ отъ него. Во Христѣ Богъ и Отецъ возглавляетъ все что на небесахъ и что на землѣ, и падшее до состоянія не надлежащаго возводитъ къ состоянію первоначальному, такъ какъ чрезъ Него только одного привзошедшее по времени уничтожается, и то, что на землѣ, возстановляется къ обновленію твари: ибо въ Немъ — нова тварь (2 Кор. 5, 17; Гал. 6, 15); и это слово истинно. Итакъ, усматривай и въ Авелѣ, и Каинѣ таинство Христа, чрезъ которое мы спасены. Въ книгѣ Бытія написано такъ: Адамъ же позна Еву жену свою, и заченши, роди Каина, и рече: стяжахъ человѣка Богомъ. И приложи родити брата его, Авеля. И бысть Авель пастырь овецъ: Каинъ же бѣ дѣлаяй землю. И бысть по днехъ, принесе Каинъ отъ плодовъ земли жертву Господу: и Авель принесе и той отъ первородныхъ овецъ своихъ, и отъ туковъ ихъ: и призрѣ Богъ на Авеля и на дары его: на Каина же и на жертвы его не внятъ. И опечалися Каинъ зѣло, и испаде лице его. И рече Господь Богъ Каину: вскую прискорбенъ былъ еси? и вскую испаде лице твое? Еда, аще право принеслъ еси, право же не раздѣлилъ еси, не согрѣшилъ ли еси? Умолкни. Къ тебѣ обращеніе его, и ты тѣмъ обладаеши (Быт. 4, 1-7). И немного спустя: и рече Каинъ ко Авелю брату своему: пойдемъ на поле. И бысть внегда быти имъ на поли, воста Каинъ на Авеля брата своего, и уби его. И рече Господь Богъ ко Каину: гдѣ есть Авель братъ твой? Онъ же рече: не вѣмъ. Еда стражъ брату моему есмь азъ? И рече Богъ: что сотворилъ еси сіе? Гласъ крове брата твоего вопіетъ ко Мнѣ отъ земли. И нынѣ проклятъ ты на земли, яже разверзе уста своя, пріяти кровь брата твоею отъ руки твоея. Поелику дѣлаеши землю, и не приложитъ силы своея дати тебѣ: стеня и трясыйся будеши на земли. И рече Каинъ ко Господу: вящшая вина моя, еже оставитися ми. И аще изгониши мя днесь отъ лица земли, и отъ лица Твоего скрыюся, и буду стеня и трясыйся на земли: и будетъ, всякъ обрѣтаяй мя, убіетъ мя. И рече ему Господь Богъ: не тако: всякъ убивый Каина, седмижды отмстится. И положи Господь Богъ знаменіе на Каинѣ, еже не убити его всякому обрѣтающему его. Изыде же Каинъ отъ лица Божія (ст. 8-16).

2. Итакъ Каинъ, а равно и Авель, оба родились отъ Адама и были какъ бы нѣжные и цвѣтущіе отпрыски, произшедшіе въ началѣ, отъ одного и перваго корня; и на нихъ естество человѣческое впервые упражнялось въ плодородіи, и только начало являть способность раститься и множитъся и укрѣпляться въ силѣ. Но Каинъ въ отношеніи къ рожденію предшествовалъ на нѣсколько времени. Авель же слѣдовалъ за нимъ и родился послѣ него; и пока они оба были нѣжны и юны, они какъ бы какіе птенцы воспитывались у родителей. Когда же изъ юношескаго пришли въ болѣе зрѣлый возрастъ и уже оказывались въ возрастѣ мужескомъ, то обратились къ различнымъ занятіямъ. И Каинъ, услаждаемый свѣжестью земной зелени и особенно видя землю украшенною прекрасными деревьями и зрѣлыми плодами, думалъ, что при стараніяхъ она должна представляться очамъ взирающихъ на нее еще болѣе воздѣланною; и о томъ, что само по себѣ и естественно вызывало къ себѣ любовь и само собою достигаетъ до такой красоты, онъ размышлялъ, — и по справедливости, — что если приложить къ сему земледѣльческій трудъ, то оно будетъ являться взору несравненно болѣе красивымъ. Такъ онъ велъ жизнь приличествующую земледѣльцамъ и хотѣлъ достигать цѣли, пользуясь всею силою тѣлесною. Природа дала ему вѣдѣніе о семъ, а Божественный и неизреченный законъ начерталъ въ умѣ его познаніе о томъ, чего онъ хотѣлъ. Къ этому прилагалъ стараніе и трудъ Каинъ. Мудрый же Авель, оставивъ трудъ надъ деревьями и заступомъ, не держась за серпъ, обратился къ стадамъ овецъ. Привели его къ такой мысли, быть можетъ, ягнята, еще тонкимъ голосомъ блеющіе въ подражаніе своимъ матерямъ, даже едва блеющіе, нѣжными и только что укрѣпившимися ногами легко прыгающіе по цвѣтущей травѣ; а также и блеющія козы, безъ труда перепрыгивающія на высочайшія крутизны скалъ. И прекрасно, какъ я думаю, рѣшеніе, по которому онъ, будучи очень мудрымъ, предпочелъ пастырскую жизнь, полагая ее какъ бы какимъ предварительнымъ упражненіемъ въ управленіи людьми и считая таковымъ это дѣло. Называть правителей племенъ, городовъ или народовъ пастырями народовъ обычно и самому богодухновенному Писанію [4] и избраннымъ писателямъ еллинскимъ [5]. Итакъ, когда оба юноши склонились, одинъ къ земледѣлію, а другой къ превосходнѣйшему занятію, именно къ пастырству, то съ теченіемъ времени у Каина сады наполнились густыми деревьями и зрѣлыми плодами, у Авеля же собралось великое множество скота. Потомъ законъ врожденнаго намъ богопознанія побудилъ этихъ мужей къ исполненію долга приносить благодарственныя жертвы всѣхъ Зиждителю и подателю намъ всякаго блага Богу. Ибо, хотя и повреждена и быть можетъ не является истинною точка зрѣнія идолопоклонниковъ на то, кто есть творецъ всяческихъ, однако врожденный и необходимый законъ производитъ и самопроизвольное познаніе возбуждаетъ въ насъ мысль о существѣ высшемъ и несравненно превосходнѣйшемъ насъ, то есть Богѣ. Такъ священный и премудрый Авель приводитъ отборное и наилучшее изъ своего стада. Принесе, сказано, отъ первородныхъ овецъ своихъ, и отъ туковъ ихъ, то есть превосходнѣйшее и избранное. Не не вѣдая и самый способъ священнодѣйствія, онъ предлагаетъ туки. Каинъ же не такъ, но гораздо небрежнѣе: наилучшіе изъ плодовъ онъ оставилъ для своего удовольствія, а второстепенными почтилъ всѣхъ Бога, и тѣмъ оскорбилъ Его. Такимъ образомъ сошедшій съ неба на дары Авеля огонь, истребивъ ихъ, уготовалъ жертвоприношеніе. На Каина же и на жертвы его не внятъ, сказано: ибо не обычнымъ образомъ сошелъ на принесенное въ жертву огонь. Поэтому Каинъ очень опечаливается и ужасно падаетъ духомъ. Зная же причину отвращенія и предпочтенія жертвы Авеля, онъ не обратился къ исправленію своей вины, но, пришедши въ неумѣренный гнѣвъ, первый изъ людей зачинаетъ неукротимое убійство. Но едва не самому Богу всяческихъ мстя за отвращеніе, онъ съ коварствомъ подходитъ къ почтенному брату и попираетъ законъ любви, имѣя умъ наполненный діавольскою злобою и нечестивыми намѣреніями, а на словахъ поддѣлываясь подъ доброту: пойдемъ, говоритъ, на поле. Слышишь ли, какъ онъ вызываетъ его на поля, какъ будто бы съ тѣмъ, чтобы онъ могъ быть зрителемъ его прилежанія въ земледѣліи и насладиться разнообразнымъ зрѣлищемъ цвѣтовъ? Но онъ нечествуетъ и отдаетъ единокровнаго какъ бы въ первую добычу и начатокъ смерти, и такимъ образомъ открываетъ природѣ человѣческой путь къ скверноубійству. Когда же Богъ спрашивалъ его и говорилъ: гдѣ Авель братъ твой? несчастный прибѣгаетъ къ лжи и сурово отвѣчаетъ, говоря: не вѣмъ. А послѣ того какъ изобличенъ былъ въ убійствѣ и подвергнутъ проклятію, онъ сталъ думать въ свою очередь, что и самъ умретъ, хотя этого Богъ и не желалъ, и что этимъ разрѣшится гнѣвъ Божій на него. Онъ говорилъ: аще изгониши мя днесь отъ лица земли, и отъ лица Твоего скрыюся, и буду стеня и трясыйся на земли: и будетъ, всякъ обрѣтаяй мя, убіетъ мя. Но что всячески и во всякомъ случаѣ онъ будетъ подлежать проклятію и понесетъ накаканіе за свои нечестивыя дѣянія, проводя на землѣ несчастнѣйшую жизнь, это было несомнѣнно, такъ какъ Богъ ясно говорилъ: не тако: поелику всякъ убивый Каина, седмижды отмстится. А семь полагаетъ вмѣсто многаго, какъ бы такъ говоря: за многія и нечестивыя прегрѣшенія наказаніе братоубійцѣ Каину откроетъ тотъ, кто лишитъ его тѣлесной жизни. Если же кто захотѣлъ бы сказать, что отмщеніе касается именно числа семи, то и въ этомъ нѣтъ ошибки. Въ такомъ случаѣ первый грѣхъ у Каина былъ тотъ, что онъ неправильно раздѣлилъ и не посвятилъ Богу того, что было превосходнѣе всего. Второй — тотъ, что онъ, познавъ грѣхъ, не обратился къ покаянію и не исправилъ прегрѣшенія своего обращеніемъ къ лучшему, но возгорѣлъ гнѣвомъ и раздраженъ былъ прославленіемъ ближняго, тогда какъ должно было бы лучше соревновать послѣднему, а не считать его врагомъ и взирать на него неправедными очами. Третій же и какъ бы какой приступъ къ совершенію дикаго убійства — неукротимая зависть. Четвертый — то самое: пойдемъ на поле — доказательство коварства и лести. Пятый — преступленіе нечестиваго скверноубійства. Въ шестый грѣхъ ему можетъ быть вмѣнена ложь передъ Богомъ. Въ седьмый же — мысль, что онъ можетъ, вопреки изволенію Божію, избѣжать наказанія, будучи лишенъ тѣлесной жизни не добровольно. Но положи, сказано, Богъ знаменіе на Каинѣ, еже не убити его всякому обрѣтающему его. Изыде же Каинъ отъ лица Божія. И тотчасъ онъ подвергся проклятію, и послѣдовалъ способъ отвращенія: ибо какимъ образомъ всечистое и святѣйшее естество можетъ взирать на человѣка, дошедшаго до крайняго предѣла всякаго зла?

3. Это пусть сказано будетъ нами пока въ буквальномъ и историческомъ смыслѣ. Но какъ бы наводя краски на очертаніе образа, заключающуюся въ буквѣ тѣнь преобразуя въ истину и тонко изслѣдуя каждую подробность, скажемъ теперь и то, что всякій можетъ видѣть и таинство Христово предъизображеннымъ въ началѣ какъ бы въ тѣни, — въ совершившемся. Такъ какъ естество человѣческое впало въ грѣхъ и неожиданно уловлено было въ сѣти смерти, то должно, поистинѣ должно было, чтобы предвозвѣщено было таинство возстановленія къ лучшему и чтобы не было неизвѣстнымъ то, что ради насъ и за насъ умретъ по времени Христосъ. Итакъ, состворенъ былъ праотецъ Адамъ, по свидѣтельству Священныхъ Писаній, по образу и по подобію Божію. Отъ него родились и произошли, первый Каинъ, а второй послѣ него Авель. Каинъ пусть представляетъ у насъ лице Израиля. И Самъ Христосъ, указывая на одинаковость нравовъ народа іудейекаго съ нравами Каина, предозначалъ его. Именно Онъ говорилъ: аще вы пребудете во словеси моемъ, воистинну ученицы Мои будете. И уразумѣете истину, и истина свободитъ вы (Іоан. 8, 31-32). Они же, не разумѣя красоты отеческой свободы, пытались блистать плотскою славою, говоря: сѣмя Авраамле есмы, и никомуже работахомъ николиже: како ты глаголеши: яко свободни будете? (ст. 33). Что же на это отвѣчалъ Христосъ? Аще чада, говоритъ Онъ, Авраамля бысте были дѣла Авраамля бысте творили. Нынѣ же ищете Мене убити, человѣка, иже истину вамъ глаголахъ, юже слышахъ отъ Отца: сего Авраамъ нѣсть сотворилъ (ст. 39-40). А какъ на отца ихъ, указываетъ на сатану, говоря: вы творите дѣла отца вашего. Онъ человѣкоубійца бѣ искони, и во истинѣ не стоитъ, яко ложъ есть, какъ и отецъ лжи (ст. 41. 44). Правильно разумѣя эти слова, мы никакъ не можемъ думать, что Христосъ упоминаетъ здѣсь о лукавомъ и виновникѣ зла демонѣ. Нѣтъ! бѣсновавшимся Іудеямъ и замышлявшимъ противъ Него нечестивое скверноубійство, Онъ даетъ въ отцы перваго человѣкоубійцу и виновника лжи, разумѣю Каина и отца послѣдняго — сатану [6], изобрѣтателя грѣха. Такъ какъ нѣкоторые спрашиваютъ, кого мы дадимъ въ отцы діаволу, или что мы называемъ первообразомъ злонравія его; то мы отвѣтимъ, что какъ бы отображеніемъ первообраза въ Каинѣ Онъ считаетъ тѣхъ, которые во всемъ недугуютъ подобіемъ присущаго ему нечестія. А что Спасителю Христу обычно называть сатаною того, кто уподобляется ему нравомъ, это мы безъ большаго труда можемъ увидѣть изъ Его словъ къ святымъ ученикамъ: не Азъ ли васъ дванадесяте избрахъ, и вотъ единъ отъ васъ діаволъ есть? (Іоан. 6, 70). Такъ должно уподобить Каину и Израиля, о которомъ написано: сынъ Мой первенецъ Израиль (Исх. 4, 22). Послѣ же первороднаго Израиля какъ бы вторымъ по времени и самымъ младшимъ явился Христосъ, Который и Самъ былъ сынъ Адама. Потому-то и Сыномъ человѣческимъ Онъ мудро и смотрительно именовалъ Себя повсюду [7]. Но Израиль думалъ чтить Бога приношеніемъ вещей привременныхъ и легко увядающихъ, и весьма не важныхъ, и какъ бы весь умъ свой прилагалъ къ занятіямъ земнымъ. Ибо Каинъ обратился къ земледѣлію, Авель же бысть пастырь овецъ, такъ какъ Еммануилъ управляетъ словеснымъ стадомъ, и Самъ есть Пастырь добрый (Іоан. 10, 11). Который на мѣстѣ тучнѣ и на пажити хорошей, какъ написано (Ис. 30, 23), пасетъ вышнія и земныя стада. Къ Нему взывало и пророческое слово: паси люди твоя жезломъ стражбы твоей, овцы наслѣдія твоего (Мих. 7, 14). Итакъ Израиль чтилъ Бога земными вещами, плодонося дѣла совершаемыя по закону и посвящая нежеланныя для Него жертвы. По этому и слышалъ изъ устъ святыхъ слова: всесожженія овновъ твоихъ, и тука агнцовъ, и крове юнцовъ и козловъ не хощу. Ниже приходите явитися Ми: кто бо изыска сія изъ рукъ вашихъ? Ходити по двору Моему не приложите. Аще принесете Ми семидалъ, всуе: кадило, мерзость Ми есть (Ис. 1, 11-13). И еще: вскую Мнѣ кадило отъ Савы приносите, и кинамонъ отъ земли дальнія? Всесожженія ваша не суть пріятна, и жертвы ваша не усладиша Мя (Іер. 6, 20). Это ясно означается тѣмъ, что Богъ не обратилъ вниманія на жертвы Каина. Праведный же Авель, то есть Христосъ, дароприносилъ Богу первородное изъ словесныхъ стадъ, то есть, мягкихъ сердцемъ, младенчествующихъ злобою, избранныхъ по добродѣтелямъ и въ уподобленіи Ему носящихъ славу первородства. Ибо собраніе званныхъ чрезъ вѣру къ освященію именуется у Божественнаго Павла Церковію первородныхъ на небесѣхъ написанныхъ (Евр. 12, 23). А священнодѣйствователемъ этого святаго собранія и стада первородныхъ содѣлался Христосъ. Зане Тѣмъ имамы приведеніе въ дусѣ къ Богу и Отцу (Ефес. 2, 18; Рим. 5, 2). И мы содѣлались жертвою доброю и благопріятною паче телца юна, роги износяща и пазнокти (Псал. 68, 32): ибо приношеніе кровавое есть низменное и земное и не имѣетъ благоуханія предъ Богомъ. Служеніе же въ духѣ и чрезъ Христа гораздо болѣе пріятно Отцу. Такъ и къ тѣмъ изъ сыновъ Израилевыхъ, которые приносили въ жертву земное, Богъ взывалъ: не пріиму отъ дому твоего телцовъ, ниже отъ стадъ твоихъ козловъ. Яко Мои суть вси звѣріе дубравніи, скоти въ горахъ и волове. Познахъ вся птицы небесныя, и красота сельная со Мною есть. Аще взалчу, не реку тебѣ: Моя бо есть вселенная и исполненіе ея (Псал. 49, 9-12). Къ намъ же, оправдываемымъ во Христѣ и освященнымъ въ Духѣ, Онъ взывалъ, говоря: пожри Богови жертву хвалы, и воздаждь Вышнему молитвы твоя: и призови Мя въ день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя (ст. 14-15). Итакъ, духовныя приношенія лучше земныхъ и жертва, приносимая чрезъ Христа, гораздо превосходнѣе жертвы, приносимой по закону. И не къ жертвамъ Каиновымъ склонялся Богъ, но къ жертвамъ Авелевымъ. По какой же причинѣ? Израиль приносилъ правильно: ибо должно было приносить жертвы Богу; но онъ раздѣлялъ неправильно, успокоиваясь на образахъ и думая, что Богъ услаждается сѣнію. Посему онъ и согрѣшилъ, и получилъ повелѣніе молчать, то есть, прекратить древніе и совершаемые по закону обычаи и ставить вождемъ Христа. Ибо Каину было сказано: согрѣшилъ еси, умолкни; объ Авелѣ же: къ тебѣ обращеніе его, и ты тѣмъ обладаеши (Быт. 4, 7). Но еслибы Израиль, отвергнувъ приношеніе земнаго и безполезное служеніе по закону, восхотѣлъ ставить Христа начальникомъ и руководителемъ на пути къ лучшему, то былъ бы вмѣстѣ съ нами свободенъ и написанъ въ книгѣ животной, по Писаніямъ (Апок. 3, 5). Поелику же, подобно Каину, прославленіе Спасителя нашего онъ сдѣлалъ поводомъ къ зависти и началомъ скверноубійства, то подпалъ проклятію и содѣлался повиннымъ седмикратному отмщенію. И подлинно многимъ отмщеніямъ они повинны стали, и тяжкимъ наказаніямъ подвергнуты, стеня и трепеща, проводятъ жизнь несчастные: вездѣ они странники и пришельцы, вездѣ живутъ полные страха и не имѣя дерзновенія, которое наиболѣе всего приличествуетъ свободнымъ. Впрочемъ Каинъ получилъ знаменіе, чтобы никто не убивалъ его: и Израиль не совсѣмъ погибъ, но спасенъ отъ него останокъ, по слову пророка (Ис. 10, 21), который, вѣдая о семъ, предвѣщалъ, говоря: и аще не бы Господь Саваоѳъ оставилъ намъ сѣмене, яко Содома убо были быхомъ, и яко Гоморру уподобилися быхомъ (1, 9). Сверхъ того также и Божественный Псалмопѣвецъ умолялъ Бога всяческихъ, чтобы Израиль не совсѣмъ былъ истребленъ: не убій ихъ, да не когда забудутъ законъ Твой (Псал. 58, 12). Кромѣ того Каинъ удалился отъ лица Божія. А написано такъ: изыде же Каинъ отъ лица Божія (Быт. 4, 16). Нѣчто подобное потерпѣли и Израильтяне, которымъ сказано было устами пророка: егда прострете руки ваша ко Мнѣ, отвращу очи Мои отъ васъ: и аще умножите моленіе, не услышу васъ: руки бо ваша исполнены крове (Ис. 1, 15). Ибо они убили Господа всяческихъ и дерзнули сказать отъ чрезмѣрнаго нечестія: кровь Его на насъ и на чадѣхъ нашихъ (Матѳ. 27, 25). Впрочемъ кровь Авеля, быть можетъ, вопіяла только противъ одного убійцы; честная же кровь Христова вопіяла противъ жестокости и неблагодарности Іудеевъ, но избавила міръ отъ грѣха, какъ проліянная за него. Поэтому Божественный Павелъ говоритъ, что мы, оправдываемые вѣрою, приступили къ крови кропленія, лучше глаголющей, нежели Авелева (Евр. 12, 24). Но прилично, я думаю, къ сказанному присоединить и слѣдующее: по убіеніи Авеля, сказано, позна Адамъ Еву жену свою, и заченши роди сына: и именова имя ему Сиѳъ, глаголющи: воскреси бо ми Богъ сѣмя другое вмѣсто Авеля, егоже уби Каинъ (Быт. 4, 25). За тѣмъ, спустя немного: поживе, сказано, Адамъ лѣтъ двѣстѣ тридесять, и роди сына по виду своему, и по образу своему, и нарече имя ему, Сиѳъ (5, 3). Итакъ, смотри, послѣ смерти Авеля болѣе всего сходнымъ съ сотвореннымъ по образу и по подобію Божію, то есть съ Адамомъ, раждается опять сынъ Сиѳъ. Ибо и послѣ того, какъ умеръ по плоти Еммануилъ, тотчасъ возникло иное сѣмя Адаму, изобилующее въ себѣ высочайшею красотою Божественнаго образа, такъ какъ мы, вѣрующіе, преобразуемся во Христа чрезъ Духа (Гал. 4, 19). А что для нихъ какъ бы какимъ корнемъ рода и предлогомъ содѣлалась смерть Христа, въ этомъ Онъ Самъ удостовѣряетъ, говоря: аминь, аминь, глаголю вамъ, аще зерно пшенично падъ на земли не умретъ, то едино пребываетъ: аще же умретъ, многъ плодъ сотворитъ (Іоан. 12, 24). Итакъ, когда Онъ палъ на землю, какъ бы какое зерно, на подобіе колоса, то возникъ въ многочисленномъ видѣ, такъ какъ въ Немъ естество человѣческое преобразуется по первоначальному образу, по которому первый человѣкъ сотворенъ былъ.

4. Достойно того, чтобы мы занялись изслѣдованіемъ и о родѣ, произшедшемъ отъ того и другаго, то есть отъ Каина и отъ Сиѳа: потому что и отсюда можетъ выйти нѣчто служащее намъ на пользу. Написано же такъ: и позна Каинъ жену свою, и заченши, роди Еноха: и бѣ зиждяй градъ: и именова градъ во имя сына своего Енохъ. Родися же Еноху Гаидадъ, и Гаидадъ роди Мавіаела[8]: и Мавіаелъ роди Маѳусала: Мавусалъ же роди Ламеха. И взя себѣ Ламехъ двѣ жены: имя единой, Ада: и имя вторѣй, Селла. Рече же Ламехъ женамъ Адѣ и Селлѣ: услышите гласъ мой, жены Ламеховы, внушите моя словеса: яко мужа убихъ въ язву мнѣ, и юношу въ струпъ мнѣ: яко седмицею отмстися отъ Каина, отъ Ламеха же седмьдесятъ седмицею (Быт. 4, 17-19. 23-24). Въ этихъ словахъ ты имѣешь ясное повѣствованіе о потомствѣ Каиновомъ. Посмотримъ теперь, какое потомство происходило отъ Сиѳа. Написано же опять такъ: поживе же Сиѳъ лѣтъ двѣстѣ пять, и роди Еноса (5, 6), о которомъ Священное Писаніе говоритъ: сей упова призывати имя Господа Бога (4, 26). И быша вси дніе Сиѳовы, лѣтъ девятьсотъ и дванадесять: и умре. И поживе Еносъ лѣтъ сто девятьдесятъ, и роди Каинана, И быша вси дніе Еносовы, лѣтъ девять сотъ и пять: и умре. И поживе Каинанъ лѣтъ сто седмьдесятъ, и роди Малелеила. И быша вси дніе Каинановы, лѣтъ девятъ сотъ и десять: и умре. И поживе Малелеилъ лѣтъ сто шестьдесятъ пять, и роди Іареда. И быша вси дніе Малелеиловы, лѣтъ осмь сотъ и девятьдесятъ пять: и умре. И поживе Іаредъ лѣтъ сто шестьдесятъ два: и роди Еноха (5, 8. 9. 11. 12. 14. 15. 17. 18). За тѣмъ сказано: и угоди Енохъ Богу, и не обрѣташеся, зане преложи его Богъ (ст. 24). Итакъ обрати вниманіе, и прежде всего прочаго на то, какъ именуются произшедшіе отъ Каина, и какъ идетъ повѣствованіе о преемствѣ родовъ его: здѣсь не указывается ясно, на какое число лѣтъ простиралось время жизни каждаго, какъ это сдѣлано въ отношеніи къ произшедшимъ отъ Сиѳа. Въ отношеніи къ послѣднимъ точно указывается время жизни каждаго. сколько онъ жилъ, какъ прежде рожденія дѣтей, такъ и послѣ того, о чемъ всякій обстоятельно и точно можетъ узнать изъ Священныхъ Писаній. Итакъ это также можетъ служить яснымъ для рѣшившихся вообще правильно судить о семъ указаніемъ на то что Богъ не терпитъ того, чтобы знать жизнь любителей грѣха. Они услышатъ Христа, говорящаго съ Божественнаго судилища: аминь, глаголю вамъ, николиже знахъ васъ (Матѳ. 25, 12; 7, 23), хотя ничто, подлежащее вѣдѣнію, не проходитъ мимо Бога всяческихъ. Но вѣдая, Онъ не вѣдаетъ любителей грѣха, по причинѣ чрезмѣрнаго отвращенія къ нимъ. Поэтому-то и умолчано время жизни потомства Каинова: потому что они не сдѣлали ничего достойнаго памяти; но по всей вѣроятности сдѣлали то, что могло бы служить во вредъ для тѣхъ, которые стали бы читать свѣдѣнія о нихъ. Такимъ образомъ весьма справедливо, что они не удержались въ памяти у Бога. И напротивъ, Онъ за важное считаетъ знать точно жизнь святыхъ, и ничто, думаю, изъ относящагося къ нимъ, не можетъ ускользнуть отъ чистаго ума Божественнаго. А удостовѣритъ насъ въ этомъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ, говорящій: не двѣ ли птицы цѣнятся единымъ ассаріемъ? и ни едина отъ нихъ падетъ на земли, безъ Отца вашего, Который на небесахъ: вамъ же и власи главніи вси изочтени суть (Матѳ. 10, 29-30). Если же Богъ обращаетъ вниманіе и на число волосъ нашихъ, такъ какъ ясно знаетъ все, касающееся насъ, и заботится о насъ, то какимъ образомъ Ему могло бы быть неизвѣстнымъ время самой жизни? ибо очи, сказано, Господни на праведныя (Псал. 33, 16). И вторый прямо послѣ Каина Енохъ имѣлъ на землѣ городъ соименный себѣ, тогда какъ святые считали какъ бы за похвалу думать и говорить: не имамы здѣ пребывающаго града, но грядущаго взыскуемъ, емуже художникъ и содѣтель Богъ (Евр. 13, 14; 11, 10). Жизнь въ этомъ мірѣ они считали и называли пресельничествомъ. Такъ Божественный Давидъ поетъ въ одномъ мѣстѣ: ослаби ми, яко преселникъ азъ есмь на землѣ и пришлецъ, якоже вси отцы мои (Псал. 38, 14-13) А о тѣхъ, которые помышляютъ земное, онъ въ 48 псалмѣ говоритъ: нарекома имена своя въ родахъ своихъ (ст. 12). Отъ Сиѳа произошелъ Божественный Еносъ, о которомъ написано: сей упова называться именемъ Господа Бога своего (Быт. 4, 26): ибо родъ во Христѣ святъ и священенъ и живетъ въ упованіи славы, которая превыше человѣка. Хотя мы и отъ земли, однако призваны къ сыноположенію у Владыки всѣхъ и къ тому, чтобы быть братьями Христа, Который ради насъ содѣлался подобенъ намъ, дабы и мы ради Его находились въ лучшемъ положеніи и пріобрѣли славу, превысшую человѣка, то есть именовались бы богами, очевидно по благодати и человѣколюбію. Азъ рѣхъ, сказано, бози есте и сынове Вышняго вси (Псал. 81, 6; Іоан. 10, 34). Такъ и Еносъ упова быть названнымъ отъ другихъ по имени Господа Бога своего, то есть богомъ. Поелику онъ заслуживалъ удивленіе, отличаясь славою святости, то и наименовали его богомъ нѣкоторые изъ наиболѣе благорасположенныхъ, желавшіе увѣнчать его высшею почестію. Такъ рѣчь наша пусть приближается къ своей цѣли. Что Іудеи, представляющіе собою образъ потомства Каинова, существуютъ, это извѣстно всѣхъ Богу, а что они не написаны въ книгѣ животной, это можетъ быть ясно изъ умолчанія о жизни потомства Каинова. Что, напротивъ, родъ во Христѣ написанъ и находится въ памяти у Бога, это, какъ я думаю, ясно можетъ быть доказано написаніемъ жизни праведныхъ, разумѣю потомковъ Сиѳа. И вторый прямо послѣ Каина Енохъ имѣлъ городъ, названный по его имени: ибо только объ одномъ земномъ помышляютъ несчастные Іудеи, не знающіе Церкви первородныхъ и не стремящіеся къ вышнему граду. Напротивъ, очень великую стяжалъ славу произшедшій отъ Сиѳа, то есть Еносъ: ибо именуется даже и богомъ. Такою же славою обогатились и мы, съ вѣрою прибѣгающіе ко Христу и твердо держащіеся упованія на Него. Къ сказанному я присоединилъ бы еще и другое необходимое замѣчаніе. Если бы кто захотѣлъ вести родословіе потомства Каинова и Сиѳова, предположивъ Адама какъ бы нѣкоторымъ корнемъ того и другаго, то нашелъ бы Ламеха седмымъ въ числѣ произшедшихъ отъ Каина, а Еноха — седмымъ въ числѣ рожденныхъ отъ Сиѳа. Исчисленіе рожденныхъ отъ того и другаго имѣетъ такой порядокъ: Адамъ, Каинъ, Енохъ, Гаидадъ, Мавіаелъ, Маѳусалъ, Ламехъ. А съ другой стороны: Адамъ, Сиѳъ, Еносъ, Каинанъ, Малелеилъ, Іаредъ, Енохъ. Итакъ, мы видимъ, какимъ является каждый изъ нихъ. Ламехъ имѣлъ общеніе съ женами своими, говоря: услышите гласъ мой жены Ламеховы, внушите моя словеса: яко мужа убихъ вь язву мнѣ и юношу въ струпъ мнѣ. Яко седмицею отмстися отъ Каина, отъ Ламеха же седмьдесятъ седмицею (Быт. 4, 23-24). Праведный же Енохъ вѣрою преложенъ бысть не видѣти смерти, по слову блаженнаго Павла: и не обрѣташеся, зане преложи его Богъ (Евр. 11, 5). То есть, въ послѣднія времена, въ которыя явилось субботство во Христѣ, Израиль оказывается полнымъ страха и боязни наказанія, какъ убившій мужа и судимый за кровь святую; притомъ даже гораздо болѣе, нежели самъ Каинъ. Ибо этотъ, согрѣшившій противъ одного изъ подобныхъ намъ, содѣлался повиннымъ седмикратному отмщенію; а тотъ, нечествовавшій противъ самого Еммануила, гораздо бóльшему подлежитъ наказанію. Отъ Каина отмстися седмицею, а отъ Израиля седмьдесятъ седмицею: потому что нечестію соотвѣтствуетъ и наказаніе. Стяжавшіе же славу во Христѣ чрезъ вѣру во время пришествія Его уже не обрѣтутся, когда ихъ будетъ искать сатана. Ибо они преложены будутъ отъ Бога къ несравненно лучшей и славнѣйшей жизни, отъ смерти и тлѣнія къ долговѣчной жизни, отъ помышленія о плотскомъ къ желанію дѣлать угодное Богу, отъ безчестія къ славѣ, отъ немощи къ силѣ, во Христѣ Іисусѣ Господѣ нашемъ, чрезъ Котораго и съ Которымъ Отцу слава со Святымъ. Духомъ во вѣки вѣковъ. Аминь.

Примѣчанія:
[1] См. твореній св. Кирилла въ русскомъ переводѣ ч. I-III.
[2] свидѣтельствомъ.
[3] предложенію.
[4] Такъ напримѣръ въ Іез. 34, 23 и 37, 24 именуется царь Давидъ.
[5] Такъ напр. у Гомера называются Агамемнонъ (Ил. II, 243. 254. 772; IV, 413 и мн. др.), Ахиллесъ (Ил. XVI, 2), Несторъ (Ил. II, 85; XXIII, 411; Од. XV, 151 и др.) и многіе другіе. Срав. также Платона, О Закон. 321; Фил. 38; Полит. IV, 440 и др.
[6] Чтобы понять смыслъ этого изъясненія, нужно имѣть въ виду, что въ греческомъ подлинникѣ Іоан. 8, 44 въ концѣ стиха поставлено: ϰαὶ ὁ πατὴρ αὐτοῦ — и отецъ его, а въ славянскомъ переведено: и отецъ лжи.
[7] См. напр. Матѳ. 8, 20; 9, 6; 10, 23; 11, 19; 12, 8. 32. 40 и др. Марк. 2, 10. 28; 8, 38; 9, 9. 12. 31 и др. Лук. 5, 24; 6, 5. 22; 7, 34; 9, 22. 26. 44 и др. Іоан. 1, 52; 3, 13-14; 6, 27. 53. 62 и др.
[8] Въ Библіи: Малелеила, по переводу LXX и славянскому. У св. Кирилла ближе къ еврейскому подлиннику.

Источникъ: Творенiя святаго Кирилла Александрiйскаго. Часть четвертая: ΓΛΑΦΥΡΑ, или искусныя объясненiя избранныхъ мѣстъ изъ книги Бытiя. М.: — Типографiя М. Г. Волчанинова, 1886. — С. 5-45. (Творенiя святыхъ отцевъ въ русскомъ переводѣ, издаваемыя при Московской Духовной Академiи, Томъ 53.)

Помазание Давида

(1Царств 16)
И сказал Господь Самуилу: доколе будешь ты печалиться о Сауле, которого Я отверг, чтоб он не был царем над Израилем? Наполни рог твой елеем и пойди; Я пошлю тебя к Иессею Вифлеемлянину, ибо между сыновьями его Я усмотрел Себе царя. И сказал Самуил: как я пойду? Саул услышит и убьет меня.

Господь сказал: возьми в руку твою телицу из стада и скажи: "я пришел для жертвоприношения Господу"; и пригласи Иессея [и сыновей его] к жертве; Я укажу тебе, что делать тебе, и ты помажешь Мне того, о котором Я скажу тебе. И сделал Самуил так, как сказал ему Господь.

Когда пришел он в Вифлеем, то старейшины города с трепетом вышли навстречу ему и сказали: мирен ли приход твой? И отвечал он: мирен, для жертвоприношения Господу пришел я; освятитесь и идите со мною к жертвоприношению. И освятил Иессея и сыновей его и пригласил их к жертве.

И когда они пришли, он, увидев Елиава, сказал: верно, сей пред Господом помазанник Его! Но Господь сказал Самуилу: не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце.

И позвал Иессей Аминадава и подвел его к Самуилу, и сказал Самуил: и этого не избрал Господь.

И подвел Иессей Самму, и сказал Самуил: и этого не избрал Господь.

Так подводил Иессей к Самуилу семерых сыновей своих, но Самуил сказал Иессею: никого из этих не избрал Господь. И сказал Самуил Иессею: все ли дети здесь? И отвечал Иессей: есть еще меньший; он пасет овец. И сказал Самуил Иессею: пошли и возьми его, ибо мы не сядем обедать, доколе не придет он сюда.

И послал Иессей и привели его. Он был белокур, с красивыми глазами и приятным лицем. И сказал Господь: встань, помажь его, ибо это он. И взял Самуил рог с елеем и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и после; Самуил же встал и отошел в Раму.

А от Саула отступил Дух Господень, и возмущал его злой дух от Господа. И сказали слуги Сауловы ему: вот, злой дух от Бога возмущает тебя; пусть господин наш прикажет слугам своим, которые пред тобою, поискать человека, искусного в игре на гуслях, и когда придет на тебя злой дух от Бога, то он, играя рукою своею, будет успокоивать тебя.

И отвечал Саул слугам своим: найдите мне человека, хорошо играющего, и представьте его ко мне. Тогда один из слуг его сказал: вот, я видел у Иессея Вифлеемлянина сына, умеющего играть, человека храброго и воинственного, и разумного в речах и видного собою, и Господь с ним.

И послал Саул вестников к Иессею и сказал: пошли ко мне Давида, сына твоего, который при стаде. И взял Иессей осла с хлебом и мех с вином и одного козленка, и послал с Давидом, сыном своим, к Саулу. И пришел Давид к Саулу и служил пред ним, и очень понравился ему и сделался его оруженосцем.

И послал Саул сказать Иессею: пусть Давид служит при мне, ибо он снискал благоволение в глазах моих. И когда дух от Бога бывал на Сауле, то Давид, взяв гусли, играл, — и отраднее и лучше становилось Саулу, и дух злой отступал от него.

События происходят в городе Вифлеем, «Дом Хлеба» в переводе», что наводит на мысль о том, что само это событие пророческое... таких событий в библии очень много, но это особое.Давид помазан на Царство в ВифлеемеИ Христос, потомок Давида рождается там жеВ самом навании города указание на хлеб...Здесь погребена Рахэль (Овечка), Рахиль была похоронена в Мигдаль-Эдер — на иврите это слово переводится как «башня стада»(Михей 4:8) А ты, башня стада, холм дщери Сиона! к тебе придет и возвратится прежнее владычество, царство — к дщерям Иерусалима.(От Иоанна 1:29) На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.

Псаломъ 21-й.

Контекст:
Давид изображает свое положение безвыходным: он делается предметом насмешки и находится в уничижении (ст. 3-9); враги его многочисленны и сильны (ст. 13-14); они «лукавы», нечестивы, Давид же одинок (ст. 22), так что он считает свою гибель неизбежной и предвидит, как его подвергнут казни через распятие (ст. 17-19). В этом псалме Давид нигде не говорит о своей виновности пред Богом, а потому его страдания, при их незаслуженности являются особенно тяжелыми. Такая безвыходность положения Давида относится ко временам Саула, когда он был окружен с одной стороны горами, а с другой пустыней, а навстречу ему шел Саул с войском. Это было в пустыне Маон. Гибель Давида казалась неизбежной, но слух о нападении в это время на южные пределы государства филистимлян (1 Цар XXIII:24-28) побудил Саула выступить на защиту государства, чем и был спасен Давид.

(1. Царств 23:21-28) Давид скрывается от Саула в пустыне Маон

И сказал им Саул: благословенны вы у Господа за то, что пожалели о мне; идите, удостоверьтесь еще, разведайте и высмотрите место его, где будет нога его, и кто видел его там, ибо мне говорят, что он очень хитер; и высмотрите, и разведайте о всех убежищах, в которых он скрывается, и возвратитесь ко мне с верным известием, и я пойду с вами; и если он в этой земле, я буду искать его во всех тысячах Иудиных.

И встали они и пошли в Зиф прежде Саула. Давид же и люди его были в пустыне Маон, на равнине, направо от Иесимона. И пошел Саул с людьми своими искать его. Но Давида известили об этом, и он перешел к скале и оставался в пустыне Маон.

И услышал Саул, и погнался за Давидом в пустыню Маон. И шел Саул по одной стороне горы, а Давид с людьми своими был на другой стороне горы.

И когда Давид спешил уйти от Саула, а Саул с людьми своими шел в обход Давиду и людям его, чтобы захватить их; тогда пришел к Саулу вестник, говоря: поспешай и приходи, ибо Филистимляне напали на землю. И возвратился Саул от преследования Давида и пошел навстречу Филистимлянам; посему и назвали это место: Села-Гаммахлекоф.

1. Въ конецъ. Объ утреннемъ заступленіи [1]. Псаломъ Давида.

В евр.: Начальнику хора. При появлении зари. Псалом Давида.
[1] Т. е. о пришествіи Христа, страданіи, воскресеніи Его зѣло рано и избавленіи Имъ человѣчества.

1. Боже, Боже мой, вонми мнѣ! Для чего Ты оставилъ меня? [2] удаляютъ меня отъ спасенія слова грѣхопаденій моихъ [3].

Давид говорит о своей богооставленности перед лицом врагов его и Израиля. Эта тема видна во многих Псалмах. Пример:
Элои! Элои! ламма савахфани? — что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?Псаломъ 3-й.Псаломъ Давида, когда онъ бѣжалъ отъ Авессалома, сына своего.

Господи! какъ умножились гонители мои! Многіе возстаютъ на меня. Многіе говорятъ душѣ моей: «нѣтъ спасенія ему въ Богѣ его». Но Ты, Господи, заступникъ мой, слава моя, и Ты возносишь голову мою. Гласомъ моимъ ко Господу я воззвалъ, и Онъ услышалъ меня съ горы святой Своей. Я уснулъ, спалъ и всталъ, ибо Господь защититъ меня. Не убоюсь множества людей, кругомъ нападающихъ на меня. Возстань, Господи! спаси меня, Боже мой! ибо Ты поразилъ всѣхъ, напрасно враждующихъ противъ меня, зубы грѣшниковъ сокрушилъ. Отъ Господа спасеніе, и на народѣ Твоемъ благословеніе Твое.

(От Матфея 27:45-46) От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого; а около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?
[2] Эти слова произнесены Іисусомъ Христомъ во время крестныхъ страданій. Матѳ. 27, 46.
[3] Далече отъ спасенія моего. Принятые на Себя Христомъ грѣхи людей удаляютъ отъ Него избавленіе отъ страданій за нихъ.

1. Боже мой! взываю днемъ и ночью, и не слышишь, (хотя это) и не (было) безуміемъ мнѣ [4].

[4] Т. е. это воззваніе не было для меня грѣховно, безумно (Псал. 37, 6; 68, 6).

1. Ты же во святомъ [5] живешь, хвала Израиля!

[5] Небесный и земной храмъ Господень. Псал. 19, 3. 7; 64, 7.

1. На Тебя уповали отцы наши, уповали и Ты избавилъ ихъ.
2. Къ Тебѣ взывали, и были спасаемы, на Тебя уповали и не были въ стыдѣ.
3. Я же — червь, а не человѣкъ, поношеніе у людей и уничиженіе въ народѣ,
4. Всѣ, видящіе меня, насмѣхались надо мною, кивали головою, говорили устами:
5. Онъ уповалъ на Господа, пусть Онъ избавитъ его, пусть спасетъ его, если угоденъ Ему [6].

[6] (От Матфея 27:41-43) Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили: других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него; уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын.

1. Но Ты извлекъ меня изъ чрева, надежда моя отъ сосцовъ матери моей.
2. Къ Тебѣ приверженъ я отъ рожденія, отъ чрева матери моей Ты — Богъ мой.
3. Не отступай отъ меня, ибо скорбь близка, а помощника у меня нѣтъ.
4. Окружило меня множество тельцовъ, тучные волы обступили меня.
5. Раскрыли на меня пасть свою, какъ левъ, похищающій (добычу) и рыкающій.
6. Я разлился, какъ вода, и разсыпались всѣ кости мои, сердце мое стало, какъ тающій воскъ, посреди внутренности моей.
7. Сила моя изсохла, какъ черепокъ, и языкъ мой прильпнулъ къ гортани моей, и въ прахъ смерти Ты низвелъ меня.
8. Ибо окружило меня множество псовъ, скопище злыхъ обступило меня, они пронзили руки мои и ноги мои,
9. Сосчитали всѣ кости мои, а сами смотрѣли презрительно на меня [7].

[7] Пророчество 17 и 18 стиховъ исполнилось на Іисусѣ Христѣ и Его крестныхъ страданіяхъ. Матѳ. 27, 39-40; Марк. 15, 29-32; Лук. 23, 35-37.
(От Марка 15:29-32) Проходящие злословили Его, кивая головами своими и говоря: э! разрушающий храм, и в три дня созидающий! спаси Себя Самого и сойди со креста. Подобно и первосвященники с книжниками, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а Себя не может спасти. Христос, Царь Израилев, пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели, и уверуем. И распятые с Ним поносили Его.

1. Раздѣлили ризы мои себѣ и объ одеждѣ моей метали жребій [8].

(От Иоанна 19:23-24) Воины же, когда распяли Иисуса, взяли одежды Его и разделили на четыре части, каждому воину по части, и хитон; хитон же был не сшитый, а весь тканый сверху. Итак сказали друг другу: не станем раздирать его, а бросим о нем жребий, чей будет, — да сбудется реченное в Писании: разделили ризы Мои между собою и об одежде Моей бросали жребий. Так поступили воины.

1. Ты же, Господи, не удали помощи Твоей отъ меня, поспѣши ко мнѣ на защиту.
2. Избавь отъ меча душу мою и отъ пса [9] единородную мою [10].

[9] Подъ псомъ, львомъ (1 Петр. 5, 8) и единорогомъ разумѣетъ діавола, который руководилъ дѣйствіями враговъ Христа, какъ князь міра сего (Іоан. 14, 30).
(1. Петра 5:8) Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить.
(От Иоанна 14:30) Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.

1. Спаси меня отъ пасти льва и отъ роговъ единороговъ меня смиреннаго.
2. Возвѣщу имя Твое братьямъ моимъ, среди церкви воспою Тебя [11].

Ввиду неизбежности такой судьбы, если бы враги захватили Давида, последний молит Бога о спасении: «спаси» «от псов одинокую мою» душу, т. е., меня, одинокого, избавь от врагов; «от рогов единорогов» - от рогов единорога, носорога, чем Давид образно рисует силу и жестокость врагов. За свое спасение Давид обещает воспеть Бога «посреди собрания», т. е., всенародно, в поэтических песнях, будет восхвалять Бога, как единственного защитника всякого страждущего праведника.
Но именно его Потомок, Богочеловек действительно может это осуществить в полной мере: (К Евреям 2:11-12) Ибо и освящающий и освящаемые, все — от Единого; поэтому Он не стыдится называть их братиями, говоря: возвещу имя Твое братиям Моим, посреди церкви воспою Тебя.

По святоотеческому толкованію, въ первой половинѣ 21-го псалма (2-23 ст.) заключается пророчество о крестныхъ страданіяхъ Іисуса Христа, а во второй (24-32) о прославленіи Его въ основанной Имъ новозавѣтной Церкви, таинствѣ Евхаристіи (27 ст.), обращеніи всѣхъ народовъ къ Богу и прославленіи Его за искупленіе людей.

1. Боящіеся Господа, восхвалите Его! все сѣмя Іакова, славьте Его! да убоится Его все сѣмя Израиля!
2. Ибо Онъ не презрѣлъ и не отвергъ молитвы нищаго, и не отвратилъ лица Своего отъ меня, и когда я воззвалъ къ Нему, Онъ услышалъ меня.
3. Отъ Тебя хвала моя: въ собраніи великомъ исповѣдуюсь Тебѣ, обѣты мои исполню предъ боящимися Его.

«О Тебе хвала моя в собрании великом». Та защита, которую Господь оказал Давиду, служит источником похвалы Бога пред народным собранием. В этом - исполнение Давидом того обета, который он дал в минуту опасностиЗдесь же о славе Воскресения Христова, которое внушило страх иудеям, но явилось исполнением обетований Божиих всему миру. Великое собрание -- Церковь, собравшая все народы в Новый Израиль.

1. Да ѣдятъ бѣдные и насытятся, и восхвалятъ Господа ищущіе Его, живы будутъ сердца ихъ въ вѣкъ вѣка.

Спасение Давида служит свидетельством, что все убогие найдут защиту в Боге: Он даст им необходимое для жизни, будет их питать всегда, поэтому нужно благоговеть и чтить Его. Благосостояние царя есть и благосостояние царства.
Евфимий Зигабен
Ядят убозии, и насытятся, и восхвалят Господа взыскающии его: жива будут сердца их в век века

Ядят убозии и насытятся.
Будут есть, говорит, бывшие прежде нищими в благочестии и добродетели, по Феодориту, язычники, или нищие в человеческом богатстве, ибо истинные христиане не стяжательны и бедны. Они едят духовную пищу Евангельского учения, как питающую и растящую душу.И восхвалят Господа взыскающие Его
Будут, говорит, прославлять Бога усердно ищущие Его за то, что Он не пощадил Единородного Сына своего, но предал Его на смерть для спасения людей. А ищет так Бога тот, кто поступает по заповедям Его, которые ведут его к Нему. Или можно понимать и иначе так, что верующие едят тело Христово, с которым вместе принимается и кровь; и что они исполнятся Духа Святаго и будут прославлять Бога вокруг Святой трапезы. Почему слова сии суть пророчество не только о Евангельском учении, но и о таинственной трапезе животворящего хлеба и вина, как говорит Феодорит. см.(От Иоанна 6:32-35) Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес. Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру. На это сказали Ему: Господи! подавай нам всегда такой хлеб. Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда.Жива будут сердца их во век века
Господь в Евангелии говорит: Я хлеб жизни; и еще: ядущий хлеб сей будет жить во век (Ин. 6,48; 51), то есть тот, кто сохранит притом и заповедь. Итак Господь говорит, что ядущие тело Его будут жить сердцем; а чрез сердце, как часть, выразил все животное. Далее: «во век века». Ибо хотя причащающиеся достойно и умрут по природе, но они опять воскреснут в жизнь вечную.

1. Будутъ вспомянуты и обратятся ко Господу всѣ концы земли, и поклонятся предъ Нимъ всѣ племена народовъ.
2. Ибо Господне царство, и Онъ обладаетъ народами.

Иисус воцарился над всеми народами, покорив их под ноги Свои. Весь мир исповедует Его Богом и Сыном человеческим. И об этом и сам Давид пророчествует в другом же Псалме:
Псалом 92
Господь воцарися, в лепоту облечеся: облечеся Господь в силу и препоясася: ибо утверди вселенную, яже не подвижится. Готов престол Твой оттоле: от века Ты еси. Воздвигоша реки, Господи, воздвигоша реки гласы своя: возмут реки сотрения своя, от гласов вод многих. Дивны высоты морския: дивен в высоких Господь. Свидения Твоя уверишася зело. Дому Твоему подобает святыня, Господи, в долготу дний.

1. Будутъ вкушать и поклонятся всѣ тучные земли: предъ Нимъ припадутъ всѣ, сходящіе въ землю [14], и душа моя для Него живетъ.
2. И сѣмя мое Ему послужитъ: возвѣститъ Господу [15] грядущій родъ,
3. И правду Его возвѣстятъ людямъ, имѣющимъ родиться, которыхъ сотворилъ Господь [16].

Халде́и

(вавилонское Kaldu, ивр. כַּשְׂדִּים — Касдим, греч. Χαλδαίοι) — семитские племена, обитавшие на юге Месопотамии, в области устьев рек Тигра и Евфрата на северо-западном берегу Персидского залива с конца X по IV век до н. э. Вели борьбу с Ассирией за обладание Вавилоном. В 626—536 гг. до н. э. в Вавилоне правила халдейская династия, основавшая Нововавилонское царство.

• произошли от кочевых племён
• постепенно захватили Аккад и Шумер, воспринимая из культуру, религию и язык
  Во времена Нововавилонского Царства происходит постепенный закат этой страны, несмотря на большие военные успехи.

Иоаким царь Иудеи.

• Взошёл на престол после того, как фараон Нехо II сместил его брата Иоахаза, сына Иосии.
• Поклялся быть верным вассалом Египта.
• Он отличался крайним нечестием
• не обращал внимания на опасность, грозившую со стороны Вавилона, тем нарушал клятву фараону
• проводил время в необузданных увеселениях
• преследовал пророков (Урию, Иеремию и Варуха) за публичные обличения политики царя и за предвещание гибели Иерусалима.
• Поражение ассирийцев у крепости Харран в 609 году до н. э.
• За господство в Сирии и Ханаане противостоят — Египет и Вавилония.

Весной 607 года до н. э. старый и больной вавилонский царь Набопаласар передал командование армией своему сыну Навуходоносору. На следующий год вавилоняне форсировали Евфрат южнее Каркемиша. Там же в 605 году до н. э. на третьем (Дан. 1:1) году царствования Иоакима состоялась решающая битва с египтянами, в которой египетские войска потерпели сокрушительное поражение:

В третий год царствования Иоакима, царя Иудейского, пришел Навуходоносор, царь Вавилонский, к Иерусалиму и осадил его. И предал Господь в руку его Иоакима, царя Иудейского, и часть сосудов дома Божия, и он отправил их в землю Сеннаар, в дом бога своего, и внес эти сосуды в сокровищницу бога своего.
(Дан 1:1-2, РСП)

В битве при Каркемише в качестве вассалов Нехо II участвовали иудеи, финикийцы и жители Сирии. Мелкие государства были ошеломлены разгромом египтян и не оказывали практически никакого сопротивления продвижению вавилонской армии. Когда Навуходоносор приблизился к Иерусалиму, Иоаким поспешил откупиться от него частью сокровищ Храма и выдал в качестве заложников юношей из знатных иудейских семей, среди которых был и будущий известный пророк Даниил. Иудея стала данником Вавилона и часть народа была уведена в Вавилон.

Навуходоно́сор II

(аккад. 𒀭𒀝𒆪𒁺𒌨𒊑𒋀, Набу-кудурри-уцур, букв. «Набу, первенца храни»; на др. языках: арам. ܢܵܒܘܼ ܟܘܼܕܘܼܪܝܼ ܐܘܼܨܘܼܪ ; др.-евр. נְבוּכַדְנֶצַּר, Невухаднэццар; др.-греч. Ναβουχοδονόσορ, Naboukhodonósôr; араб. نِبُوخَذنِصَّر‎, nibūḫaḏniṣṣar; ок. 642—562 до н. э.) — царь Нововавилонского царства с 7 сентября 605 до н. э. по 7 октября 562 до н. э. из X Нововавилонской (халдейской) династии. «Навуходоносор» — вариация имени в греческой передаче Септуагинты, перенесённая в русский язык через перевод Библии.

Кратко о событиях плена

В декабре 599 года до н. э. передовые вавилонские отряды снова появились в Заречье. Целый год вавилоняне и их союзники опустошали иудейскую землю. Наконец в последних числах декабря 598 года до н. э. Навуходоносор выступил из Вавилона с главными силами и через месяц, в конце января 597 года до н. э. достиг Иерусалима. Иоаким не посмел сопротивляться. Когда он с дарами явился к Навуходоносору, тот приказал схватить его и убить. На иудейский престол Навуходоносор посадил сына Иоакима Иехонию. 3023 знатных иудеян были уведены в плен.

Псалом 136

На реках Вавилонских, там сидели и плакали, когда вспоминали Сион: где на ивах посреди его мы повесили гусли наши. Ибо там вопросили нас пленители наши о словах песен, и влекущие нас о пении: воспойте же нам от песней Сионских. Како воспоем песнь Господню на чужой земле? Если забуду тебя, о Иерусалим, да будет забыта десница моя. Прилипни язык мой к гортани моей, если не вспомню о тебе, если не положу Иерусалим, как начало веселия моего. Вспомни, Господи, о сыныах Едома тот день в Иерусалиме говорящих: разрушайте, разрушайте его до основания. Дочь Вавилона несчастная, блажен, кто воздаст тебе воздаяние твое, которое сотворила с нами: блажен, кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень.

Свт. Иоанн Златоуст

На реках вавилонских, тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона

Велика любовь у этих людей к городу [Иерусалиму], великое желание возвратиться туда. Пока они обладали благами, то постоянно были недовольны и дерзки, а, когда лишились их, тогда стали желать их. Для того Бог и лишил их, чтобы возбудить в них большее желание. Так и часто поступает Бог. Когда мы, наслаждаясь Его благами, не чувствуем этого, Он лишает нас их, чтобы мы вразумились лишением и опять старались приобрести их. Но почему они сидели при реках? Они были пленниками и находились в неприятельской стране, потому и жили вне стен и городов.

... Видишь ли, как скорбь делает людей сильными, как делает сокрушенными, как смиряет душу? Они и плакали, и сохраняли закон - те самые, которые смеялись над плакавшими пророками, забавлялись и издевались, теперь, когда им никто не напоминал о них, обращались к слезам и плакали. От этого и враги получали великую пользу. Они видели, что иудеи тяготились не пленом, оплакивали не рабство и не пребывание на чужой земле, а лишение собственного богослужения...

Беседы на псалмы. На псалом 136.

Слова Мефодия Патарского:

Быть может девственные чистые души в песнях Богу говорят, что на вербах среди Вавилона мы повысили органы наши, означая сим то, что орудия (органы), т. е. жилища и тела свои они повысили на высоте чистоты, чтобы не затоплены были реками зла, устремляющимися на нас и не были увлечены в средину (глубину) их; почему мы и просим с плачем, чтобы сии органы не лишились чистоты и не пали в волны сластолюбия. А верба часто изображает девство; так как и испитие истертого цвета ее погашает побуждение к совершению похоти, а иногда и совершенно лишает стремления к детопроизведению, как и Гомер сказал, назвав по сей причине вербы губительными для плодов. Ибо как древо сие обыкновенно растет и цветет при водах: так и девство может цвести и усовершаться только тогда, когда будет питаться писаниями, чтобы мог кто либо орудие свое поставить в зависимости от него. Ибо если вавилонские реки, т. е. приводящие в смешение сладострастные течения смущают душу, то целомудрие, которым связываем свирепство детородных членов, чтобы не были увлечены потоками невоздержания и не стремились необузданно, на подобие червей к гнили и навозу, без сомнения, имеет свойство верб.

Слова сего псалма можно понимать и иначе. Именно: Сион и Иерусалим есть рай—первое отечество наше, а Вавилон есть настоящий мир, реки мира сего суть непостоянные дела жизни сей. Итак, сделавшиеся чрез преступление пленниками бесов, мы изгнаны из рая и дошли до смешения с миром сим. Посему мы всегда должны помнить блаженную райскую прежнюю жизнь и просить Бога о возвращении нас опять в рай—прежнее наше отечество, и освобождении нас из сей страны изгнанничества. Потому то псалом сей обыкновенно поют в сырную неделю, когда воспоминается изгнаниe Адама, чтобы выражалась сия мысль.

Польза для здоровья обеспечивается при регулярном употреблении не менее 20 г (1 ст. ложки) ежедневно

Экологически чистые продукты
/ Натуральные продукты

Органическое

EXTRA VIRGIN

первого холодного отжима

Оливковое масло

• Раннего урожая
• Богато полифенолами

Монастырь Преображения Господня
Авделлеро

Объем 1 л

Сделано на Кипре

Оливковое масло высшего качества произведено прямым механическим отжимом [свежих плодов, выращенных по органической технологии, без применения химии]

Пищевая ценность

На 100 г продукта
Энергетическая ценность:
Жиры
из них ненасыщенных
из них насыщенных
Углеводы
из них сахара
Белки
Соль

Упаковщик номер / Упаковка номер //
Тел. ....

Хранить в прохладном, темном месте

Употребить до:

Масло произведено в монастыре Преображения Господня

Монастырь имеет многолетнюю историю и опыт производства высококачественных экологически чистых продуктов сельского хозяйства.
Он основан в 1947 году в Авделлеро (Ларнака) и является известным производителем натуральных продуктов, таких как оливковое масло, плоды рожкового дерева, фрукты, овощи и т.д. Все продукты выращиваются и производятся естественными способами, без использования ядохимикатов и химических удобрений.

Максимиан Геркулий, замирив готов и сарматов и обратив их в данников римлянам, пришел в Селунский град и остался там, зловерный и богохульный человек, погруженный в пучину суеверий. Торжествовало тогда суеверное поклонение идолам и кумирам, и повсеместно их чтили, а служителей Бога преследовали и без вины истребляли служивших истинной премудрости. Был среди них блаженный Димитрий, всем известный тем, что не ведал он страха и не терялся перед невзгодами. С юных лет отличался он житием чистым и беспорочным, в душе же хранил слово спасения, и, делясь им с приходящими к нему, поучал с радостью, и убеждал, и проповедовал, следуя апостольской заповеди блаженного Павла к святому Тимофею, который писал и наставлял поступать так во время благоприятное и в безвременье.

Этот же блаженный Димитрий был из рода славных вельмож и сенаторов, отслужив первоначально эксцептором, стал анфипатом в Элладе и оратион ипата получил от царя Максимиана. Но тот Димитрий ни во что не ставил земную славу, но следовал животворящему слову, говоря, что человека, погибшего и своими беззакониями умерщвленного, премудрое божественное Слово своим пришествием во плоти отторгло от заблуждений и очистило от всякого безумия и от всякого мрака, свет же воссиял нам и <настал> день освобождения в душах, принявших его, принесло Слово то правду и кротость, любовь, надежду, созидая нам жизнь вечную, временное отметая, даря нам вечное нетленное обручение, восстание из мертвых, ходатайствуя за наше возвращение в рай.

Когда дерзал учить этому блаженный мученик, своею верою подкрепляя слово Божие, приходили к нему многие язычники и собирались в западной части большого городского рынка, в портике, именуемом кузнечный, он имел обыкновение собирать народ в подземных галереях вблизи от общественной бани. Разнеслась же слава о нем по всему городу и по земле той.

Тогда приказал царь горожанам разыскивать христиан. И схватили блаженного Димитрия, не обратившимся в бегство был он схвачен, а когда служил обычную службу Богу со своими единоверцами. И привели его к богохульному Максимиану, словно некую великую добычу, думая, что этим покажут себя лучшими друзьями царя; и чтобы не скрылся никто из христиан, выдавали ему даже вельмож.

Случилось так, что царь в это время направлялся в городской театр, который именуют стадион, чтобы посмотреть на единоборство гладиаторов. Здесь была для него сооружена на высоте огражденная досками арена, на которую поднимались и на виду у всех боролись друг с другом, ибо было для него <Максимиана> радостью видеть, как проливается человеческая кровь.

Не было, однако, поводом для печали или скорби это зрелище, ибо любил он одного из борцов, по имени Луй, вандала родом, отличавшегося силой и огромным ростом, который не только в Риме убил многих в поединках, но и в Сермии и в Селуньском граде, спешил на доски арены, чтобы благодаря великому умению и навыкам убивать многих людей.

Так как не было никого, кто бы решился выступить против него и все боялись его, то среди первых почитал его царь и очень любил, и взирал на него с радостью, и восхвалял его, и дивился огромному его росту, и хвастался его гордыней. Когда оказался Максимиан возле театра и сошел с колесницы, тогда и поведали ему и привели блаженного Димитрия. Расспросили его, продолжает ли он поклоняться Христу, и узнали, что и других учит поклоняться распятому Христу.

Увидел же царь дерзость его, называющего себя христианином и всею душою желающего все претерпеть во имя Господа нашего Исуса Христа, и прекрасное лицо его. Но, будучи полон ожидания предстоящего зрелища, повелел заключить мученика в печных каморах народной бани, находившейся поблизости от театра. Находясь там, увидел Димитрий змею, называемую скорпионом, выползшую под ногами у него и хотевшую ужалить святого, осенив ее знамением честного креста и плюнув на нее, он умертвил ее. Тогда же ангел Господень, придя, венец возложил на голову святого мученика и возвестил ему: «Мир тебе, страстотерпец Христов! Мужайся и крепись!»

Царь же, придя на стадион, воссел, приказал ввести Луя, и воззвал через глашатаев к народу, приглашая желающего с ним бороться и предлагая победителю дары и много золота. И тут один юноша из толпы, прекрасный видом и еще юный годами, по имени Нестор, едва начавший обрастать бородой, известный славному мученику Димитрию <ибо видели чудеса, им творимые, многие, приходящие к нему и наученные им чтить Христа и поклоняться тому>, пришел в то место, где сидел под стражей святой, и, припав к ногам его, сказал: «Раб Божий Димитрий! Хочу с Луем бороться, так помолись же обо мне Христу!» Святой же осенил знамением Христовым и чело его и грудь и отпустил его, сказав: «И Луя одолеешь и за Христа будешь замучен».

Направился <Нестор> на стадион и, сбежав по ступеням, сбросил с себя одежду и предстал перед Максимианом; удивленный же царь подозвал к себе выскочившего юношу и стал уговаривать его, говоря: «Юноша! Понимаю я, что скудость средств твоих разбудила в тебе такую дерзость, что или — победив — в тот же час получишь богатство, или же, потерпев неудачу, и нищеты, тебя терзающей, лишишься и жизни. Я же, жалея молодость твою и юность, за одну отвагу твою дам тебе почетную и достаточную награду, и иди, сохранив жизнь и обретя злато. Лую же не противься, ибо убил он многих более сильных, чем ты».

Услышав это, Нестор не взял даров царских и не испугался похвал Лую, а ответил царю: «Не золота хочу, — сказал, — и не из-за него вышел на поединок, а хочу погубить Луя. Не хочу я <иначе> жить, и не за богатством пришел, но хочу сокрушить Луеву славу». Тогда царь и приближенные его возмутились, услышав это, не стерпели дерзости юноши, и воззвал царь и возопил, подбодряя Луя.

Нестор же, осенив грудь свою знамением животворящего креста, взял сулицу, и возвел глаза к небу, и произнес: «Бог Димитрия, раба твоего, ради возлюбленного твоего сына Исуса Христа, ты, покоривший иноплеменника Голиафа верному тебе Давыду, ниспровергни дерзость Луя и Махсимиана мучителя!» И выскочил на середину арены, и начался поединок, и смертельную рану в сердце получил Луй, и был убит. Немалую душевную травму он нанес тем царю. А Нестор прославил Бога, ибо молитвой святого Димитрия убит был иноплеменник.

Максимиан тогда вскочил со своего трона и печальный возвратился в царский свой дворец, говоря: «Если бы не было чародеяния каких-то богов, то не был бы Луй, отличавшийся таким мужеством, убит этим юношей». И призвал к себе мучитель Нестора и сказал ему: «Скажи мне, юноша, какие чары ты использовал или кого имея в помощниках Луя убил?» Отвечал Нестор: «Никаких чар не было, и без какого-либо обмана он убит, но Бог Димитрия и Бог христианский послал ангела своего и убил моей рукой кичливого гордеца». Разгневался царь и приказал отвести его как христианина в западную часть города, к так называемым Золотым воротам, чтобы тут отрубил ему голову своим мечом Минукиан протиктор. И так увенчан был Нестор венцом мученика.

Некие же вельможи стали наговаривать царю на Димитрия и убеждать его в том, что Димитрий — причина гибели Луя. Тогда очень разгневался царь и сказал: «Не к добру была наша встреча, когда встретились мы на пути моем к театру». И приказал в той каморе, где находился под стражей святой, заколоть его копьями. И так был убит преславный мученик и окончил в страданиях жизнь, исполненную благой веры. Лупп же, раб и слуга святого Димитрия, предстоявший ему, взяв орарион святого, собрал в него кровь его.

И взяв царский перстень, который он <Димитрий> носил на руке, обмакнул его в святой крови и стал исцелять им одержимых различными недугами и страдающих от нечистых духов исцелял молитвами и посещением святого и благодатью, которой обладал перстень его, так что весть о том разнеслась по всему граду Селунскому. Услышав о нем, что исцеляет он больных, приказал царь казнить и Луппа в городском трибунале в один из дней, когда застали его в окружении других верующих Христу.

Пресвятое же тело славного Димитрия было брошено убийцами без присмотра, и тогда некие от братьев благочестивых, взяв ночью, ибо боялись они царя, и раскопав как смогли землю там, где оно было брошено, присыпали его землей, чтобы не причинили ему никакого вреда кровожадные звери. И никто не позаботился о том, чтобы перенести тело святого, но осталось оно на том же месте, и знамения и исцеления бывали на месте том, и Божьим даром получали приходившие к нему с верой, и постоянно все радовались здесь, и разнеслась слава по всей Македонии и Фессалии о чудесах, творимых святым мучеником.

Когда же изгнана была ложная вера в кумиры и просияла непорочная и православная христианская вера, Леонт, некий славный муж, управлявший иллирийской епархией, отправился в Дакию, и тяжело заболел, и на носилках был принесен в Селунский град своими рабами, и положен на том честном месте, где под землей покоилось тело святого; и положен как раз над целящим гробом святого. И тотчас выздоровел, так что удивился и сам он и приближенные его скорому пришествию мученика, и воздали хвалу Богу и преславному мученику Димитрию. И тогда <Леонт>, разрушив печи и разломав бассейны для горячей воды, и стены, с бывшими возле городскими воротами, создал между общественной баней и театром всечестный храм во славу великого мученика Христова, всячески его украсив.

Собравшись возвращаться в Иллирию, пожелал он взять что-либо от мощей святого, чтобы и там церковь создать в его имя, но преславный страстотерпец Христов Димитрий явился ночью ему, и запретил это делать. Тогда взял он хламиду, обагренную святой кровью его, и часть орария его, и изготовил ковчег серебряный и положил <все это> в него. Когда же отправился Леонт в путь, стояла зима, и разлилась река Дунай, так что нельзя было переправиться через нее на лодке, и так как несколько дней не спадала вода и препятствовала дальнейшему пути, в печали пребывал епарх.

И увидел во сне славного мученика, возвестившего ему: «Всю печаль и сомнения свои отринь и возьми то, что несешь, и без помехи перейдешь реку». Наутро же <Леонт> сел на коня своего, держа в руках честной ковчег, и без помех переправился через реку. И так, придя в Сермий, положил здесь честной ковчег со святыми реликвиями, находившимися в нем, и возвел здесь честную церковь во имя преславного Христова мученика Димитрия подле честной церкви святой мученицы Анастасии. Многие же чудеса и исцеления Господь сотворил там, где останавливались на пути колесницы и кони, благодатью и щедротами и человеколюбьем единородного Сына Божьего, с ним же Отцу слава со Святым Духом и ныне, всегда и в века!

ЧУДО СВЯТОГО ДИМИТРИЯ, КАК ВИДЕЛ СЛУГА ЕГО ПРИШЕДШЕГО К НЕМУ АНГЕЛА

На рассвете третьего дня той войны, в который снизошла на горожан от Бога отвага, как об этом говорилось прежде, некий муж, знатный родом, известный жизнью своей, смиренный сердцем, славный и отмеченный саном иллюстрия, о таких сказано в Писании: «Беззлобные и прямодушные пойдут за мной», увидел, как говорил он — во сне <о чем доподлинно рассказывал своим близким>, и ужаснулся, видя, что стоит он перед притвором святой церкви славного мученика Димитрия. «И вот, — рассказывал, — два красивых высоких мужа явились передо мной и вошли снаружи в притвор, так что я принял их за посланцев императора. Один же из них громко возгласил: “Где господин дома этого?”» Появился в средних дверях церковных один из слуг и сказал в ответ: «Зачем нужен он вам?»

Они же сказали: «Владыка наш послал сообщить ему нечто». Слуга же тот показал им на святую раку церковную, говоря: «Здесь он». Мужи же те, видом подобные ангелам Божьим, подошли к тому месту и сказали слуге: «Иди, возвести ему о нас». Я же, одержим страхом, пойдя следом за ними из притвора, встал у одной из колонн возле святой раки, желая узнать, что хотят поведать от царя святому. Слуга же постучал в дверцы раки, и тотчас же открыл их изнутри славный мученик Христов и встал у дверей, так что и мне, недостойному, было видно его. Я же пал ниц не в силах зреть ангелоподобный лик его: был он видом похож на изображение на древних иконах, а лицо его сияло, словно испускало солнечные лучи. И лежал я ничком, и озарилось мое лицо излучаемым им светом. И так, лежа, внимательно слушал я, о чем будут они говорить между собой, и услышал, как целовали сердечно святого эти мужи.

Он же сказал им: «Благодать с вами! Во имя чего потрудились прийти ко мне?» Отвечали ему мужи: «Владыка наш послал нас к святости твоей и так говорит тебе: “Скорее изыди и шествуй ко мне, ибо город будет предан врагам”». Я же, услышав это, пришел в смятение, и охватила меня печаль; приподнявшись немного, увидел я человеколюбное и ласковое лицо мученика, поистине милосердного и градолюбца, удрученное печалью, и грустное и к земле склоненное. Прошло немало времени в молчании долгом, и видел я, как слезы текли по богоподобным щекам, так что слуга сказал мужам: «Зачем так опечалили господина моего? Поистине, если бы раньше знал о словах ваших, не сказал бы о вас моему господину». Тогда отверз святой свои богословесные уста и сказал слуге: «Не трогай их, они — друзья мои, и что приказано им, то мне и говорят».

И сказал им: «Действительно ли такую весть прислал мне Владыка мой? Так ли изволило владычество его, что такой город, уже столькими поколениями во имя пота его и крови, истекавшей из его честных ребер, утвердившийся в вере, ныне будет растерзан свирепыми этими зверями? Таково ли желание человеколюбия его?» Отвечали светлые мужи: «Если бы не угодно ему было, не отправил бы нас к благочестивой душе твоей». И тогда опечалился очень <Димитрий>, и долго покачивал головой, и, пораздумав, с великой печалью изрек ответ. И непрестанные вздохи его, и слова, и тихий голос свидетельствовали, что в великой скорби он из-за любви к своему отечеству. Ответил же он мужам: «Идите, братья, скажите благому моему Владыке так: говорит твой истинный раб Димитрий: “Ты, Владыка, господин и мне, и городу, и всему миру, и как властитель повелел мне здесь пребывать с рабами твоими. Как же могу я их оставить в такой беде и нужде и уйти? И с каким лицом увижу я гибель отечества своего? Какая будет жизнь горожанам моим гибнущим? Но напротив — как пребывал я с ними и душой радовался, так и теперь их, в беде оказавшихся, не оставлю. Или спасутся они — и я спасен буду, или погибнут — погибну и умру с ними. Ты ведь сам, Владыка, положил душу свою — словно хороший пастух — за овец своих. Поистине знаю я, что не превозмогли грехи наши милосердия твоего, ибо милость твоя к нам велика, и ярость твоя праведная требует нашего обращения, а не гибели. Владей всеми, благой Владыка, и что повелишь, то и сделай нам. Я же, как сказал: если спасутся они — спасен буду, если погибнут — умру с ними”».

Когда сказал так милосердный мученик, душа моя отчаявшаяся немного воспрянула от охватившей ее печали. Отвечали же мужи, говоря святому: «Это ли велишь нам сказать Владыке?» Отвечал святой: «Да, молю вас». Спросили же они: «Так почему же не идешь с нами? Берегись, а вдруг не смилуется пославший нас, раз ты его ослушался». Отвечал святой: «Я знаю: всегда гнев его предваряют милосердие и благость его». Таков ответ дал и, сказав так, поцеловал он светлых мужей и, серебряные двери затворив, в которых стоял, остался внутри, не ушел от нас благодатью Христовой. И тут — сказал <иллюстрий> — я, грешный, почувствовал, что пришел в себя и не сплю».

Увидев же все это, тот добродетельный и боголюбивый муж тотчас же побежал по городу, убеждая горожан и только одно им говоря: «Наберитесь мужества, братья, святой страстотерпец с нами помощью Христовой, и не коснется нас зло». С того момента, как было написано, в доблесть облеклись горожане и на врагов стали нападать и те, кто не решались прежде и голоса подать из-за великого страха.

Впоследствии <иллюстрий> близким своим поведал особо о рассказанном ранее видении. И так, побуждаемый нами, поведал истинную причину того, почему ходил он по городским улицам, убеждая всех, что спасен будет город. Так показал нам славный мученик Димитрий и сотворил, что видение сбылось в действительности, так какую же хвалу и славословие ему перед Богом воздадим? Какие почести и благодарение принесем славному мученику, сравнимые с милосердным его решением, когда он премногими своими щедротами уподобился Господу Богу Спасу нашему и душу свою положил за нас, недостойных, грешных, и не только ослушался повеления Божьего, надеясь на Божье человеколюбие, но и умереть с нами, многомилосердный, обещал. О душа святая, и градолюбивая, и щедрая! О мудрость богоданная и совет богоугодный, деяние боголепное!

Так как постиг ты Бога всех, что не губит он праведника с нечестивыми, не оставляет жезла грешника на жребии праведника, то, видя наши грехи, все превосходящие по силе своей, и хотя побоялся, как думаю, что за нас моля, ослушаешься богоданной воли, все же, поразмыслив, совершил: остался в дому своем и не покинул город, чтобы ни самому не испытать никакого зла, ни городу — напасти от поганых. Вот так же, если венец, скованный из нечистого золота, но украшенный только одним драгоценным камнем, захочет переплавить управитель дома, чтобы очистить загрязненное золото, то не даст того совершить господин, ибо, очищая золото, сверкание камня погубит. Вот так и тогда: хотя многократно мы были смерти достойны из-за наших многочисленных прегрешений, не погубил города Господь, чтобы не случилось чего-либо со страстотерпцем, пребывающим с нами, недостойньши.

Так помолимся же все истово, возлюбленные, и путь наш на благие дела направим, молитвами и деяниями удержим мученика навсегда остаться с нами. Всем этим и Божью милость без сомнения обретем, ибо <Димитрий> спасает нас и хранит от первого из умозрительных врагов < — дьявола>, избавляет нас от вечной муки и ходатайствует за нас о царстве небесном. Молю же, братья, всем собором вашим, всей силой души возопить к щедрому Богу о богохранимом городе нашем, и о всех христианах, и обо мне, и о ничтожестве моем, как о недоноске, о ниспослании мне благодати, ибо гражданина и помощника и в Боге владыки нашего преславного мученика Димитрия благо чудотворения я описал, хоть кратко, но истинно, и приятно слуху вашему, Христа ради Исуса, Господа нашего, истинного Бога, с ним же царствует над всеми Бог Отец с животворящим его Духом. Слава и честь и поклонение от всех сотворенных им возносятся искони, и ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.

20 октября / 2 ноября

О святом мученике Артемии древние сказания сообщают, что он был родом из знатного Римского семейства, имел звание сенатора и при императоре Констанции заведывал всем царским имуществом.

Артемий начал свою службу при Константине Великом в войсках этого благочестивого императора. Когда ему пришлось вместе с Константином, увидеть на небе чудесное знамение святого креста, то он утвердился в вере христианской и стал верным слугою императора Константина и его дома [1]. По смерти Константина, он все время пребывал при сыне его, Констанцие [2], как его лучший друг, и царь давал ему самые почетные поручения. Так, когда Констанций узнал от одного епископа, что тела апостолов Христовых Андрея и Луки погребены в Ахаии [3], то поручил Артемию перенести сии драгоценные сокровища в Константинополь. Артемий, исполняя царское повеление, с великими почестями перенес мощи святых апостолов в царствующий град и за сие получил от царя повышение, которого он был вполне достоин: именно царь сделал его дуксом и августалием [4] Египта, и Артемий жил там, благоугождая Богу. Распространяя честь и славу имени Иисуса Христа, он низвергнул и сокрушил много идолов в Египте.

Когда царь Констанций, сын Константина Великого, скончался, то власть над всею Римскою империей принял нечестивый отступник Юлиан [5], который прежде тайно, а теперь явно отвергся от Господа нашего Иисуса Христа и открыто стал покланяться идолам. Он разослал по всем странам своего царства, восточным и западным, указ о том, чтобы те храмы, которые в царствование Константина Великого христиане отняли у язычников, поставив в них свои алтари, снова были отданы язычникам; вместе с тем он повелел в этих храмах снова поставить кумиры и совершать жертвоприношения богам.

Сей нечестивый царь снова возстановил великое многобожие, которое пало при святом царе Константине, христиан же подверг сильным притеснениям, мучая и умерщвляя их, разграбляя их имущество, и изрыгая хуления на святое имя Иисуса Христа.

Чтобы унизить христианство, нечестивый Юлиан, взяв из раки кости святого пророка Елиссея и мощи святого Иоанна Крестителя — кроме честной его главы и правой руки, которые лежали в Севастии — и смешав их с костями животных и нечестивых людей, сжег их, а пепел рассеял по воздуху; христиане впрочем тот пепел и оставшияся от сожжения кости собрали и хранили в почетном месте.

Затем он узнал, что в городе Панеаде [6] находится изваяние Христа Спасителя, устроенное кровоточивою женщиною, исцелившеюся чрез прикосновение к краю риз Христовых (Мф. 9:20). Сие изваяние царь ниспровергнул и повелел влачить его по площади, доколе оно все ни разбилось; только голову сего изваяния один христианин похитил и сохранил. На месте же, где стояло это изваяние, царь повелел поставить свою статую, которая однако была разбита ударом молнии.

Собрав большое войско, нечестивец Юлиан решил идти против Персов и во время сего похода прибыв в Антиохию, воздвиг здесь по своему обычаю гонение на Церковь Христову, умерщвляя верующих.

В то время к нему приведены были два Антиохийских пресвитера Евгений и Макарий, — люди ученые. С ними Юлиан долго спорил о богах, приводя для доказательства нечестивых своих мыслей различные слова языческих греческих писателей, но не смог принудить к молчанию богоглаголивые уста мудрых старцев; напротив, он сам был ими поражен, посрамлен и обличен в нечестии. Не вынося своего посрамления, Юлиан повелел бить святых нещадно, предварительно обнажив их, и Евгению было дано пятьсот ударов, а Макарию — без числа.

Когда святые сии подвергнуты были тяжким мучениям, в то время на месте казни случилось быть великому Артемию. Услышав, что воцарился Юлиан и, что он идет в поход против Персов, — в виду чего и ему был послан указ о прибытии со всеми своими войсками в Антиохию, — Артемий пришел сюда с своими войсками, воздал Юлиану почтение, подобающее царю, предложив ему при сем подарки, и стоял около царя в то время, когда подвергаемы были мучению святые исповедники, Евгений и Макарий. Слыша, как нечестивый Юлиан хулит своими скверными устами Господа Иисуса Христа, Артемий исполнился ревности и, подойдя к царю, сказал:

Св. вмч. Артемий Антиохийский. Фрагмент фрески. Афон.— Зачем ты, государь, так бесчеловечно мучишь неповинных и посвященных Богу мужей и принуждаешь их отступить от православной веры? Знай, что и ты — человек немощный; если Бог и поставил тебя царем, то все таки ты можешь подвергнуться искушению от диавола; я думаю, что первый виновник зла — лукавый диавол, как некогда он испросил у Бога позволение искусить Иова [7] и получил оное, так и тебя он воздвиг против нас и навел на нас, чтобы твоими руками истребить Христову пшеницу и всеять свои плевелы. Но тщетны его старания и ничтожна его сила; ибо с тех пор, как пришел Господь и водружен был крест, на коем вознесен был Христос, пала бесовская гордыня и сокрушена сила бесовская. Итак, не обольщайся, царь, и не преследуй, в угодность демонам, Богом хранимый народ христианский. Знай, что крепость и сила Христова непобедимы и непреодолимы.

Услышав сие, Юлиан возгорелся гневом и закричал громким голосом:

— Кто и откуда сей нечестивец, который так дерзновенно обращается к нам и смеет в лицо оскорблять нас?

Предстоявшие царю отвечали:

— Царь! это дукс и августалий Александрийский.

— Как? — сказал царь, — это мерзкий Артемий, который участвовал в умерщвлении брата моего Галла [8].

— Да, державный царь, это — он, — отвечали предстоявшие.

Царь же сказал:

— Я должен благодарить безсмертных богов, а более всего Дафнийского Аполлона [9] за то, что они предали мне в руки сего врага, который сам пришел сюда. Итак пусть сей негодный будет лишен своего сана; пусть с него снимут пояс [10] и ныне же подвергнут его наказанию, а завтра, если угодно будет богам, я произнесу над ним приговор за убийство моего брата. Я отомщу на нем неповинную кровь и погублю его не одною казнию, но множеством казней, ибо он пролил кровь не простого человека, а царскую.

Когда царь сказал сие, оруженосцы его тотчас взяли Артемия и, сняв с него военачальнический пояс и другие знаки достоинства, поставили его обнаженным. И отдан был святый в руки палачей, которые, связав ему руки и ноги, растянули его в четыре стороны [11] и так долго били его по спине и чреву воловьими жилами, что от усталости сменились четыре пары палачей. Но святый проявил подлинно сверхчеловеческое терпение, и казался всем как бы совершенно бесчувственным: он не испустил ни одного звука, не застонал, не сделал ни одного движения и не выказал никакого знака страдания, как обыкновенно показывают люди, терпящие мучения. Земля напоялась его кровию, а он оставался непоколебим, так что удивлялись ему все и даже сам нечестивый Юлиан. Потом царь повелел перестать бить его и святый уведен был в темницу со святыми мучениками Евгением и Макарием. Страстотерпцы в сие время пели: "Ты испытал нас, Боже, переплавил нас, как переплавляют серебро. Ты ввел нас в сеть, положил оковы на чресла наши, посадил человека на главу нашу. Мы вошли в огонь и в воду, и Ты вывел нас на свободу" [12].

Окончив пение, Артемий сказал сам себе: — Артемий, вот язвы Христовы начертаны на твоем теле, — осталось тебе самую душу твою отдать за Христа с оставшеюся в тебе кровию; и вспоминал он пророческое слово, говоря: Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим [13].

Но разве потерпел я недостойный, — говорил он, — более, чем мой Владыка? Он по всему телу был покрыт ранами: от ног до главы не было в Нем здорового места, глава Его была пронзена тернием, руки и ноги были пригвождены ко кресту за грехи мои, тогда как Сам Он греха не знал и не сказал даже ни одного неправедного слова. О, как велики, по сравнению с моими, страдания моего Владыки и как далек я, жалкий человек, от Его терпения и незлобия! Радуюсь и веселюсь, потому что украшаюсь страданиями моего Владыки: сие облегчает мои мучения. Благодарю Тебя, Владыко, за то, что увенчал меня Твоими страданиями! Молю Тебя, доведи меня до конца по пути исповедничества; не дай мне оказаться недостойным сего предначатого мною подвига, ибо я возложил свое упование на Твои щедроты, преблагий Господи Человеколюбче! Так помолившись сам в себе, святый достиг темницы и, в течении целой ночи пребывать там вместе со святыми Евгением и Макарием, славословя Бога.

Когда наступило утро, Юлиан Отступник снова повелел мученикам явиться на судилище, и здесь, не подвергая допросу, разлучил их: Артемия оставил при себе, Евгения же и Макария послал в заточение в Оасим Аравийский [14]. Страна та — крайне нездоровая: там дуют гибельные ветры и никто из приходящих туда не может выжить более года, ибо непременно впадает в лютую болезнь, кончающуюся смертию. Итак святые Евгений и Макарий, будучи посланы туда, чрез несколько времени достигли блаженной кончины [15], а святый Артемий претерпел множество страданий. Но сначала Юлиан, как волк, надевший на себя овечью шкуру, кротко, как бы соболезнуя Артемию и жалея его, начал говорить так:

— Безрассудною своею дерзостью ты принудил меня, Артемий, обесчестить твою старость и повредить твое здоровье, о чем я и сожалею. Теперь прошу тебя, подойди и принеси жертву богам, прежде же всего Дафнийскому богу Аполлону, особенно чтимому мною. Если ты сие исполнишь, то я отпущу тебе преступление против брата моего и награжу тебя еще более славным и почетным саном: я сделаю тебя верховным жрецом [16] великих богов и начальником над жрецами всей вселенной; я назову тебя своим отцом и ты будешь вторым за мною лицом в моем царстве. Ты, Артемий, знаешь и сам, что брат мой, Галл, безвинно, из одной зависти, был умерщвлен Констанцием. На престол более прав имел наш род, чем род Константина, ибо отец мой, Констанций, родился у деда моего, Констанция, от дочери Максимиана, Константин же родился от Елены, женщины простого звания [17]. К тому же дед мой тогда еще не был кесарем, когда у него родился сын от Елены, а отец мой родился у него тогда, когда он уже вступил на престол. Но Константин дерзко похитил царскую власть. Сын его, Констанций, умертвил моего отца и братьев его, убил недавно и брата моего, Галла. Хотел он убить и меня, но меня спасли из его рук боги. В надежде на них, я отрекся от христианства и уклонился к Еллинской религии; я хорошо знаю, что вера Еллинская и Римская есть вера древнейшая, христианская же явилась недавно, и Константин принял ее, отвергши древние и добрые Римские правила жизни, только по своему невежеству и неразумию. И боги его возненавидели, как нечестивого, и недостойного доверия их. Боги возненавидели и отвергли его от себя, а его нечестивое потомство истребили от среды живущих [18]. Не правду ли я говорю, Артемий? Ты человек старый и разумный — рассуди же, правду ли я говорю? Итак, признай истину и будь нашим, ибо я хочу, что бы ты мне был другом и помощником по управлению царством.

Услышав сие и немного помедлив, святый Артемий начал так говорить:

— Прежде всего, относительно твоего брата скажу тебе, царь, что я неповинен в его смерти, — да и вообще я ни делом, ни словом никогда не сделал ему вреда; сколько ни расследывай — ты ничем не докажешь, что я был повинен в его смерти. Я знал, что он был настоящий христианин, благочестивый и послушный закону Христову. Да ведают небо и земля и весь лик святых ангелов и Господь мой Иисус Христос, Коему я служу, что я неповинен в убийстве твоего брата и ни в чем не содействовал его убийцам. Меня и не было с царем Констанцием в то время, когда было рассуждение о твоем брате: все время до сего года я оставался в Египте. А на твое предложение, чтобы я отрекся от Христа, моего Спасителя, — отвечу тебе словами трех отроков, которые были при Навуходоносоре (Дан. 3:18): да будет тебе, царь, известно, что богам твоим я не служу и золотому истукану тебе любезного Аполлона не поклонюсь никогда. Ты унизил блаженного Константина и его род, назвав его врагом богов и человеком безумным. Но он был обращен ко Христу от богов ваших, чрез особое призвание свыше. Об этом ты послушай меня, как свидетеля сего события. Когда мы шли на войну против лютого мучителя и кровожадного Максенция [19], около полудня явился на небе крест, сиявший ярче солнца, и на том кресте звездами были изображены латинские слова, обещавшие Константину победу. Все мы видели тот крест, явившийся на небе и прочитали написанное на нем. И ныне в войске есть еще много старых воинов, которые хорошо помнят то, что ясно видели своими глазами. Разузнай, если хочешь, и ты увидишь, что я говорю правду. Но зачем я говорю об этом? Христа еще за долго до Его пришествия предвозвестили пророки, как это и ты сам хорошо знаешь. Много есть свидетельств о том, что Он действительно приходил на землю, и даже самые ваши боги нередко прорицали о пришествии Христа, — говорили о том же Сивиллины книги и Виргилий [20].

И говорил далее святый о том, как нередко живущие в идолах бесы, будучи принуждаемы силою Божией, против своей воли, исповедывали Христа истинным Богом. Юлиан же, не, вынося правдивых речей Артемия, повелел обнажить мученика и раскаленными шилами проколоть бока его, а в спину вонзить; острые трезубцы. Артемий же, как и прежде, как бы не чувствуя: никакой боли, не закричал, и не испустил никакого стона, являясь дивно терпеливым в страдании. После сих истязаний Юлиан снова отослал его в темницу, повелев морить святого голодом и жаждой, сам же ушел на место, называемое Дафне, чтобы принести жертвы богу своему Аполлону и вопрошал его об исходе своей войны против Персов [21]. Там пробыл он довольно долго, всякий день принося в жертву скверному Аполлону большое количество животных, но все-таки не получил желаемого ответа. Ибо бес, находившийся в идоле Аполлона и дававший ответы людям, умолк с того времени, когда на то место перенесены были мощи святого Вавилы (епископа и мученика Антиохийскаго) вместе с останками трех младенцев, пострадавших с Вавилой [22]. Итак Аполлон ничего не ответил Юлиану. Когда царь узнал, после долгого расследования, что Аполлон онемел потому, что невдалеке от него были положены мощи Вавилы, то тотчас повелел христианам взять оттуда мощи; но лишь только святые мощи были взяты ее своего места, как на храм Аполлонов ниспал огонь с неба и сжег его вместе с находившимся в нем идолом.

Артемий же, находясь в темнице, был посещен Самим Господом и Его святыми ангелами. Когда Артемий молился, ему явился Христос и сказал:

Св. вмч. Артемий Антиохийский. Фрагемент фрески в монастыре Зица, Сербия. XIII век.— Мужайся Артемий! Я с тобою и избавлю тебя от всякой боли, какую причинили тебе мучители, и уже готовлю тебе венец славы. Ибо как ты исповедал Меня пред людьми на земле, так и Я исповедаю тебя пред Отцом Моим небесным. Итак будь мужествен и радуйся — ты будешь со Мною в Моем Царстве.

Услышав сие от Господа, мученик тотчас стал славословить Его; ни одной раны или язвы не осталось на его святом теле; душа его исполнилась Божественного утешения и он пел и благословлял Бога. А между тем, с тех пор как он был брошен в темницу, он ничего не вкушал и ничего не пил, и так продолжалось до самой его смерти. Питаем же был Артемий свыше. — благодатию Святого Духа.

Возвратившись со стыдом от своих жертвоприношений, Юлиан возложил вину в сожжении храма Аполлонова на христиан, — говоря, что его зажгли ночью именно они, — в отняв у христиан святые церкви, превратил их в идольские храмы и стал делать большие притеснения христианам. Приказав затем привести к себе Артемия из темницы, он сказал ему:

— Ты, конечно, слышал, что случилось в Дафне, — как нечестивые христиане зажгли храм великого бога Аполлона и уничтожили прекрасное его изображение. Но пусть не радуются сему беззаконные, пусть не смеются над нами, ибо я отплачу за сие в семьдесят раз в семеро, как у вас говорится [23].

Святый же Артемий отвечал:

— Слышал я, что, по попущению разгневанного Бога, сошедший огонь с неба, истребил твоего бога, и сжег его храм. Но если твой Аполлон был богом, то как он не избавил себя от огня?

Царь же сказал:

— И ты, несчастный, смеешься и радуешься сожжению Аполлона?

— Я смеюсь над вашим безумием, — отвечал Артемий, — что вы служите такому богу, который не мог сам себя спасти от огня. Как же он может вас избавить от огня вечного? Утешаюсь же я падением его и радуюсь всему тому, что чудодейственно совершает мой Христос. А если ты похваляешься отплатить в семьдесят раз в семеро неповинным и никакого тебе зла не сделавшим христианам, то ты получишь за сие тогда, когда будешь ввержен в неугасимый огонь и вечные мучения, что наступит для тебя скоро. Ибо погибель твоя — уже близка и скоро память твоя погибнет с шумом [24].

Мучитель, разгневавшись, повелел каменотесам рассечь один большой камень и потом столкнуть его сверху на Артемия, который был связан и положен на каменную же плиту под этим камнем. Когда это было исполнено, все тело мученика покрыл упавший на него камень и так придавил его, что сломал ему все кости; внутренности его выпали, составы тела переломились и глазные яблоки вышли из своих мест. И какое великое чудо! Будучи сплющен между камнями, святый остался живым и призывал Бога, своего Помощника, и говорил словами Давида:

— Возведи меня на скалу, для меня недосягаемую, ибо Ты прибежище мое, Ты крепкая защита от врага. [25] Поставил на камне ноги мои и утвердил стопы мои [26].

Прими же теперь, Единородный, дух мой, ибо Ты знаешь мое тяжкое положение, и не оставь меня в руках вражеских.

Так, будучи придавлен камнем, святый провел целые сутки. Потом Юлиан повелел снять камень, считая святого уже умершим, но святый, к общему удивлению, оказался жив и, встав, ходил. И было всем страшно смотреть на него: пред ними был обнаженный человек, вдавленный как доска, с раздробленными костями, с выпавшими внутренностями; лицо его было раздавлено, глаза вышли из орбит, но жизнь все еще держалась в нем, ноги могли двигаться и язык еще был способен ясно говорить. Сам мучитель, увидав такое чудо, ужаснулся и сказал своим приближенным: — Человек это или привидение? Не отвел ли глаза нам этот волшебник? Ибо пред нами зрелище страшное и выходящее за пределы природы. Кто ожидал, что он еще жив? А теперь, когда у него выпали внутренности и все суставы его разбиты и расслабли, он все-таки двигается, ходит и говорит. Но, видно, наши боги сохранили его живым для вразумления других, чтобы тот, кто не хотел признать их власть, оставался ужасным страшилищем для тех, кто на него смотрит. И сказал Юлиан мученику: — Вот ты, несчастный, уже лишился очей и все члены твоего тела окончательно испорчены — как можешь ты еще питать надежду на Того, на Кого ты доселе надеялся напрасно? Но проси милости у милосердых богов, чтобы они помиловали тебя и чтобы не предали тебя адским мучениям.

Мученик же Христов, услышав о мучениях, усмехнулся и сказал царю:

— Твои ли боги предадут меня мучениям? Они и сами не могут избежать уготованных им мучений, а с ними и ты, будучи брошен в вечный огонь, будешь вечно мучиться, ибо отрекся от Сына Божия и попрал ногами Его святую кровь, пролитую за нас, и поругался над благодатию Святого Духа, повинуясь губителъным бесам. Я же за незначительнуио боль, причиненную мне тобою, надеюсь у своего Господа, за Которого страдаю, иметь вечный покой в Его небесном чертоге.

Юлиан, услышав сие, изрек мученику такой приговор:

— Артемия, хулившего богов, поправшего Римские и наши законы, признавшего себя не римлянином, а христианином и нарекшего себя, вместо дукса и августалия, Галилеянином — предаем на смерть и повелеваем скверную его голову отсечь мечем.

После такого приговора святый был уведен на место казни и шествовал туда с несказанною радостию, желая разрешиться и быть
со Христом [27]. Придя же на место, где должна была совершиться над ним казнь, он испросил себе время для молитвы и, обратившись к востоку, трижды преклонил колена и долго молился. После сего он услышал с неба голос, который говорил:

— Войди со святыми принять уготованную тебе награду. И тотчас блаженный преклонил главу свою и был усечен одним воином, в двадцатый день октября месяца; день же, в который он совершил мученический подвиг, была пятница. Честное и святое тело его одна женщина, по имени Ариста, диаконисса Антиохийской церкви, выпросила у мучителя и, помазавши его драгоценными ароматами, вложила в ковчег и послала в Константинополь, где оно и было с почестями предано погребению. От мощей его совершались многие дивные чудеса и болящим подавались различные исцеления, которые и ныне подает святый Артемий всем, с верою к нему притекающим.

После же кончины Артемия вскоре сбылось то пророчество, которое он высказал Юлиану прямо в глаза относительно его смерти: тебе предстоит скорая погибель и недолго уже до того времени, когда память о тебе погибнет с шумом. Ибо Юлиан, умертвив святого Артемия, тронулся с своими войсками из Антиохии и пошел на Персов. Когда дошел он до города Ктезифона [28], ему встретился один перс, человек старый, уважаемый и очень рассудительный. Он обещал Юлиану предать Персидское царство и вызвался быть проводником в Персию беззаконному царю и всему его войску. Но это не послужило на пользу злому кровопийце, ибо тот перс обманул его и, показывая вид, что ведет его прямою настоящею дорогою, ввел злодея в Карманитскую пустыню [29], в места непроходимые, где постоянно встречались пропасти, где не было вовсе воды и никакой пищи, так что все воины истомились от голода и жажды, а кони и верблюды все пали. После сего проводник признался, что он с намерением завел Римлян в такие пустые и страшные места, чтобы ослабить их силу. Я для того сие сделал — сказал он, — чтобы не видеть отечество свое плененным врагами, и лучше здесь мне одному, чем всему моему отечеству, погибнуть от ваших рук. И тотчас после сего признания перс тот был рассечен воинами на части. Блуждая по пустыне, Греки и Римляне, против своей воли, столкнулись с Персидским войском и, во время происшедшего здесь сражения, многие Юлиановы воины пали. Возмездие Божественное постигло тут и самого Юлиана, ибо он был пронзен в бок невидимою рукою свыше и невидимым оружием, которое прошло вниз живота его. Он тяжко застонал и, схватив рукою горсть крови, бросил ее в воздух, и воскликнул:

— Ты победил, Христос, насыться, Галилеянин!

И тут извергнул он, умирая в муках, свою злодейскую и скверную душу и погиб с шумом, по пророчеству святого Артемия [30]. Войско же Римское, по смерти Юлиана, поставило царем Иовиана, который был христианином, и который, заключив с Персами мир, возвратился назад. Итак Юлиан мучится в аду с Иудою [31], Артемий же веселится на небе со святыми [32], предстоя Богу Единому в Троице, Отцу и Сыну и Святому Духу, Емуже слава во веки. Аминь.

[*] В отличие от источника (Димитрий Ростовский "Жития Святых". Т.2) цитаты из Писания приведены по Синодальному изданию Библии.

[1] Константин еще не был христианином, когда ему пришлось выступить против своего сильного соперника Максенция. Он не знал, кого ему молить о помощи и вот, когда солнце склонилось к западу, Константин увидел на небе сияющий крест и под ним надпись: "сим побеждай"; это знамение видели и войска его. Во сне ночью, Константину явился Сам Христос и повелел устроить знамя в виде креста и изобразить крест на щитах и шлемах своих воинов. Константин исполнил это — и вскоре совершенно разбил войска Максенция. После этого он открыто заявил о своем сочувствии христианству.

[2] Царствовал с 337 до 361 г.

[3] Провинция в Греции.

[4] Дукс — военачальник. Августалий — титул, равный современному титулу: Высочество.

[5] Юлиан, племянник Константина Великого, еще при жизни Констанция, был соправителем сего императора, управляя западными провинциями Римской империи.

[6] Город на севере Палестины (иначе — Кесария Филиппова).

[7] Иов — ветхозаветный великий праведник; хранитель истинного откровения и богопочтения в роде человеческом, во время усиления языческого суеверия после рассеяния народов; известен своим благочестием и непорочностию жизни; был испытан от Бога всеми несчастиями, среди которых однако остался непоколебимым в вере и добродетели. История Иова подробно изложена в книге его имени.

[8] Галл, брат Юлиана, был сделан императором Констанцием — не имевшим детей — наследником престола, но потом возбудил против себя гнев Констанция тем, что явно стал стремиться к ниспровержению с престола Констанция. Последний послал доверенных своих людей, чтобы лишить Галла власти над восточными провинциями, а эти посланные, из желания угодить своему государю, умертвили Галла.

[9] Дафне — пригород Антиохии. Это была чрезвычайно красивая местность, где росло иножество всяких деревьев, где повсюду струились прозрачные ручьи, и где стояло изображение бога солнца, Аполлона, которого Юлиан почитал больше всех других богов.

[10] Пояс — особое отличие военачальника.

[11] Руки и ноги истязуемых привязывали к четырем кольям, вбитым в землю, чтобы наказываемые не могли помешать наказанию.

[12] Пс. 65: 10-12. В этом месте идет речь об Евреях, для которых пребывание в плену Вавилонском было тем же, чем пребывание серебра в раскаленной печи или пребывание птицы в сети. Скорби на хребте — побои по спине. Человеки на главы — мучители, имеющие в своей власти нашу жизнь.

[13] Ис. 50:6. Пророк собственно говорит о будущих страданиях Спасителя, но его слова могут быть прилагаемы и к верующим, которые берут на себя иго страданий Христовых.

[14] Оасим — один из оазисов в Аравии. Оазисами в Аравийской пустыне называются места, снабженные растительностью в водою.

[15] Память их 19 февраля.

[16] Как важна была должность верховного жреца — видно из того, что название "верховный жрец" было одним из титулов Римского императора. Этот жрец имел право обрекать непослушных ему низших жрецов на смертную казнь. Жил он в старинном царском дворце Нумы.

[17] Император западной империи Максимиан Геркул царствовал с 284 до 305 г. по Р. Хр. — Констанций, прозванный Хлор (зеленый, — потому что любил зеленый цвет), его преемник, был женат сначала на Елене (св. равноапостольная Елена), потом, по требованию императора Диоклитиана, развелся с нею и женился на Феодоре, дочери Максимиана Геркула. Константин Великий, все-таки, как старший его сын, был сделан наследником престола.

[18] У Константина Великого было три сына: Константин, Констанций и Констанс. Старший взял себе верхние: Галлии, Вританию, Германию и Испанию, младший — нижние: Галлию и Италию, Иллирию и Африку, а средний — страны востока и Египет. Скоро Константин был убит на войне, а Констанс был умерщвлен своим приближенным, Магненцием, во время охоты.

[19] Этот военный поход против Римского императора Максенция был предпринят Константином в 312 году.

[20] Сивиллами назывались у Римлян в древности прорицательницы. Их предсказания были соединены в три книги, которые хранились в храме Юпитера Капитолийского, а потом в храме Аполлона на Палатинском холме. На их предсказания обращали внимание и христианские писатели, находя в них некоторые намеки на наступление Царства Христова. — Виргилий Марон — знаменитый Римский поэт (род. в 70-м г. до Р. Хр.), — Артемий имеет в виду здесь, очевидно, его стихотворения — "Букодики".

[21] Язычники думали, что боги, по своей заботливости о людях, желают открывать им свою волю. Поэтому они верили в сны, которые им будто бы посылали боги. Кроме того у язычников существовали особые оракулы — места и храмы, где говорили от лица богов жрецы или лица, способные приходить в особое состояние восторга и произносившие затем разные слова, из которых жрецы составляли более или менее связные изречения. Бог Аполлон по преимуществу считался руководителем этих оракулов.

[22] Память священномученика Вавилы празднуется 4-го сентября.

[23] Юлиан искажает смысл текста из еванг. (Мф. 18, 33). Здесь идет речь не о возмездии или каре, а о прощении согрешившего брата до седмижды семидесяти раз.

[24] Т. е. погибель твоя будет необыкновенная и произведет большие толки в людях.

[25] Пс. 60:3-4. Т. е. Ты, Господи, поставил меня на скалу, как на безопасное место; Ты сделался для меня крепким столпом или башней, где я мог найти спасение.

[26] Пс. 39:3. Утвердить стопы — поставить на настоящую, прямую дорогу.

[27] Флп.1:23. Разрешиться — отойти из земной жизни.

[28] Персидский город на левом берегу р. Тигра; во времена Римского владычества это была сильная крепость, которая несколько раз однако подпадала во власть Римлян.

[29] Кармания — нынешняя Персидская область Керман. Северная ее часть (степная Кармания) была почти вся бесплодною пустынею, а южная — очень песчана, хотя в последней и протекало несколько рек.

[30] Юлиан умер в 363-м г. по Р. Хр.

[31] Юлиан по смерти был похоронен в языческом капище, впоследствии же тело его было перенесено в Константинополь и положено в церкви св. апостолов рядом с телом его супруги, но без отпевания, как тело отступника.

[32] Кончина св. Артемия последовала 20 октября 363 г. Мощи его впоследствии были положены в храме св. Иоанна Предтечи, построенном императором Анастасием. который и стал называться храмом св. Артемия.

Текст приводится по изданию: Жития Святых на русском языке, изложенные по руководству четьих-миней Св. Димитрия Ростовского с дополнениями, примечаниями и изображениями святых. Кн. вторая (октябрь). — Православная книга, 1992. — С. 448–461. Репринтное воспроизведение издания, вышедшего в 1902 г.

Этот небольшой текст не является богословским трудом, но лишь тезисами к беседе, которая не состоялась, ибо еретики, убоявшись встречи с приехавшими их увещевать преосвященными митрополитами Павлом и Александром, позорно бежали с поля словесной брани, так и не пожелав проверить твердость своего стояния в заблуждениях. Тем не менее, желая хотя бы отчасти донести до верных мои скромные соображения о появившейся ереси, я спешно переделал тезисы к беседе в своего рода краткий конспект. Естественно, поспешность моей работы не способствовала её точности и качеству, посему не судите строго, и если заметите ошибки, то укажите мне на них в духе любви.

протоиерей Михаил Макеев

О том, что не существует «имяславия» и «имяборчества», а существует Православие, которое является целостным о боговдохновенным учением, и ересь, которая искажает доктрину Церкви.

• Православие никогда не зацикливается на одном богословском аспекте, но рассматривает учение Господа во всей совокупности и деталях.
• Православие всегда стремится к единомыслию в богословских вопросах, а потому Церковь основывает свое вероучение не на отдельных вырванных из контекста высказываниях Отцов, но стремится к определению того, в чём Отцы безусловно согласны между собой.
• Искажение православия и ересь всегда происходят по причине появления «сверхценных» догматических идей, которые опираются на высказывания одних и игнорировании высказываний других Отцов, а порой даже играют на противоречиях или ошибках в сочинениях одного и того же учителя Церкви.
• Имяславие — очевидная попытка некоторых людей найти преднамеренный способ особой самоидентификации, но не попытка выразить истину.
• Имяборчество — в большинстве случаев не более чем ярлык, который еретики готовы навесить на всех, кто почитает и прославляет Имя Божие, опираясь на Традицию Церкви, и не вводит новшеств.
• Имяславие в наши дни становится политически ориентированным, власти используют его для контроля за православием, особенно же за теми, кто им неподконтролен.
• Активное продвижение имяславческих идей в среде всех, не поминающих официальных псевдоиерархов, — часть программы по внесению смуты и разобщения в среду ИПХ, люди иногда могут даже не подозревать о том, что невольно работают на этот «проект» (Лурье, Сенина, Павловский, Рафаил… и др.).

Имяславцы занимаются сознательными подтасовками

• Осуществляют собственные «переводы» Отцов, в которых часто искажают смысл изначального текста (Лосев, Яшунский, Лурье, Сенина, Митренина, Павленко).
• Вешают на своих критиков ярлыки «имяборчества» или «варлаамизма», пытаясь утверждать, что именно Св. Григорий Палама сформулировал их доктрину.
• При этом полностью игнорируют замечания своих противников, которые обвиняют их в ошибках или сознательных подтасовках.
• Имяславцы готовы любой ценой «присвоить» себе подвижников благочестия и новомучеников, пытаясь выставить их сторонниками лжеучения (Иоанн Кронштадтский, Андрей Ухтомский и др.).

Имяславцы, утверждая, что живут молитвенной праведной жизнью, порой сами пребывают в прелести и духовном кризисе

• Занимаются охуждением христианского брака, пытаясь представить оный как «ветхозаветное установление» и утверждая, что все христиане призваны к безбрачному существованию, а брак - это «состояние второго сорта» (Григорий Лурье, книга “Призвание Авраама”).
• Многие лидеры имяславчества совершенно отпали от жизни церковной, потеряв любовь к Традиции и богослужению, ставя под сомнение необходимость Таинств, сваливаясь фактически (если не по убеждениям) в павликианство или катарство. (И действительно, если ты уже имеешь Бога в себе, произнося Его Имя, зачем тебе всё остальное?)
• имяславцы производят искусственные объединения (внося прежде разделения) различных паратакс, не состоящих в общении с МП, по признаку их отношения к своей ереси, игнорируют каноны и прочие особенности вероучения (вступая в общение с безнравственными прохвостами, выдающими себя за катакомбников), порой очень серьёзные, только ради формирования своего рода «имяславческой церкви».
• Всё это противоречит не только церковному богословию и Традиции, но полностью подрывает нравственность и экклезиологию, равно как и православное представление о молитве и Таинствах.

Почему проблема имяславчества не характерна для греков

• Богословие колливадов (строгие святоотеческие принципы).
• Хорошее знание языка святоотеческих произведений.
• Строго традиционный анализ Отцов.
• Не утрачена традиция понимания текстов.
• Современные имяславческие тенденции в отдельных паратаксах — результат влияния Лурье и других (преднамеренные действия политического характера).

Имяславцы часто делают много переводов Св. Отцов, которые неизменно стараются перетолковать на свой лад, пытаются доказать, что именно они являются последовательными сторонниками Св. Григория Паламы, а их оппоненты - еретиками-варлаамитами.

Типичный пример такой манипуляции — ложные переводы Яшунского, например здесь: https://rwmios-f.livejournal.com/322121.html. Это далеко не первый случай подобного подлога. О них преосв. Александр упоминает в своем обращении.

Божественная нетварная энергия одна и единая, но имеет многообразные результаты действия, которые отображаются в мире тварном.

Вопрос: Много ли энергий у Бога, или она одна? Когда мы именуем разные энергии, какое отношение сие имеет к действию Божества?

Св. Марк подвижник, “Добротолюбие”:

[115] Благодать Духа едина и неизменна, но действует в каждом, как хочет.

[118] Итак, когда услышишь слова Писания о Святом Духе, что Он «седе на едином коемждо из Апостолов» (Деян. 2, 3), или что Он «взыде на Пророка» (1 Цар. 10, 10), или что Он действует (1 Кор. 12, 11), бывает оскорбляем (Ефес. 4, 30), угашаем (1 Сол. 5, 19), раздражается (Деян. 17, 16), также, что одни имеют начаток Духа (Римл. 8, 23), другие же исполнены Духа Святого (Деян. 2, 4), то не думай так о Духе, будто в Нем бывает какое раздробление, или преложение, или изменение, но веруй, как прежде сказали мы, что Он непреложен, неизменен и всемогущ. Посему и в воздействиях Своих Он и пребывает одним и тем же, и всякому боголепно уделяет подобающее. Он, подобно солнцу, всецело излился на крещенных, но каждый из нас просвещается по той мере, как, возненавидев омрачающие его страсти, истребляет их в себе, а насколько оказывается любящим их, настолько помрачается.

Преподобный Иоанн Кассиан

Об этом же пишет и прп. Иоанн Кассиан Римлянин в 23 собеседовании в 9 главе, в “Собеседованиях египетских отцов”:

Те же (акробаты), с удивительным искусством шествуя в пустом пространстве, если с осторожным, заботливым равновесием не сохранят стезю, слишком узкую для ступни, то земля, которая для всех есть как бы природное основание и твердый, крепкий фундамент, бывает для них настоящая, явная гибель, не потому чтобы природа ее изменялась, а потому что они из-за тяжести тела стремглав падают на нее. Так и неистощимая благость Божия, при неизменном существе своем, никого не оскорбляет; но мы, уклоняясь от небесного и стремясь к земному, сами себя подвергаем смерти, даже само уклонение становится смертью уклоняющемуся.

Григория Паламы, о Божественных Энергиях и их причастии:

(О том, что божественная Энергия одна, но вызывает многие последствия, которые омонимично также называют энергиями)

[7] Мы же научились от отцов почитать нетварными все энергии Божии, если только кто не назовет омонимично(1) энергией дело (ενεργημα), сиречь результат (το απιτελεσμα). И когда мы говорим об одной единственной энергии у Бога, то подразумеваем ее объемлющей собой все их вместе. Ибо, согласно отцам, как солнце своим лучом и освещает, и согревает, и пробуждает, и взращивает, и оживотворяет, так и Бог посредством единой энергии совершает (ενεργει) все. Так что, как насчет солнца, если и собирательно назовешь действующим луч, то скажешь [тем самым] обо всех [его действиях], и если назовешь все их, то с другой стороны скажешь об одном, так и применительно к Богу. Поэтому-то и найдешь иногда одну и ту же божественную энергию приводимой в единственном числе, а иногда – в множественном: «Ибо Господня плоть, – говорит [Дамаскин], – обогатилась божественными энергиями по причине крайнейшего соединения со Словом, тогда как Слово через нее обнаруживало Свою энергию». Видишь, что одна и та же [энергия] является и многими, и одной? Как же ей разделиться на тварное и нетварное?

(1) Омонимами называют слова, разные по значению, но одинаковые по звучанию, таким образом Св. Григорий указывает: энергия как собственно божественное действие имеет одно значение и относится непосредственно к Богу, в то время как можно применить не строго слово “энергия” и к результату действия, т.е. к тому эффекту, которое действие Благодати вызывает в творении, а этот конечный эффект есть тварный и видимый или осязаемый нами феномен. Именно это он обозначает словом “дело”, или “ενεργημα”. Поскольку божественные энергии производят многоразличные последствия и дела, то наш разум вполне может рассматривать их как множественные, называя результаты “эергиями” во множественном числе, но по отношению к единой энергии Бога это уже омоним, имеющий иное значение.

По учению Св. Григория энергия Бога — одна, но она именуется разными именами и понятиями из-за разного производимого результата.

А если так, то Имя может восприниматься не как сама энергия, но как аспект, отнесенный к этой единой энергии Божества, т.е. как одно из её человеческих именований и средств призывания, а значит, тварное по природе, символическое по смыслу, но естественно причастное единой энергии божества, поскольку имеет происхождение от Откровения Бога человеку.

Имя энергии — не сама энергия, а имя результата её действия в тварном мире — тем более.

Как некогда совершенно справедливо писал некий А.С., ныне покойный, о значении греческого слова “энергия” и о смешении понятий “энергия” и “имя энергии”:

“…энергия – это такой труд, такая деятельность, которая совершается вовне, соответственно энергия Божия – это такая деятельность Божия, которая совершается Им вне Его Существа. В этом смысле деятельность Божия нами может быть именуема разными именами в меру нашего понимания – при том, что Существо Божие познать мы не можем, что бы ни воображали на этот счет. В этом смысле Имя Божие (имена Божии) для нас это действительно энергии Божии, т.е. разнообразная деятельность Бога, которую МЫ в меру своего осознавания так или иначе именуем, даем имена. Однако нео-имяславцев такая трактовка отнюдь не устраивает. Ведь имяславие – это”супер-удобное учение о кнопке в кармане по имени Бог“. Нажал кнопку и вот Он – Бог”и выскочил: слухаю и повинуюсь“…” (Выделения жирным в тексте сделаны мной, в некоторых местах расставил кавычки, для отделения иронических замечаний от основного текста).

Этот вопрос очень важен, поскольку еретики как раз мыслят в категории множественности энергий, пытаясь “разъять” энергию Божества, отделяя различные виды Благодати для того, чтобы особо выделить Имя.

Однако надо понимать, что, именуя энергии разными именами, мы даже близко не приближаемся к пониманию той единой нетварной Благодати, которая производит дела чудные и достославные.

Имена энергий — это те самые доски и краски, по подобию св. икон, которые дают нам символическое представление и возводят нас к созерцанию первообраза — единой нетварной Благодати.

Краткий вывод из рассуждений:

• Энергия Божия одна, как говорит об этом Св. Григорий Палама, у неё нет имени или названия, ибо она нетварна и непостижима.
• Мы не способны созерцать энергию Божества, ибо сами тварны, но энергия причастна тварной природе и вызывает в ней соответствующие чудесные результаты, изменения, дела — “энергимы”, которым мы даем имена.
• Эти имена косвенно и символически указывают нам на саму энергию Благодати, однако не делают её познаваемой нами.
• Любое произносимое Имя Боже есть следствие созерцаемого нами результата действия Божественной энергии, воспринятое нашим сознанием — т.е. наше, человеческое (хоть и раскрытое в нас Богом) именование энергии, но не её собственное имя.
• Имя Божие воспринимаемое нами через энергию Откровения — словесная икона, возводящая нас к Первообразу, но не сам Первообраз.

Именно в Таинствах Церкви христианин становится причастен энергии Божества, все иные средства лишь вторичны

Вопрос: Какая сама великая Святыня для христиана?

Я имею в виду именно в нашей реальности. Естественно, за пределами нашего восприятия такая святыня — это Сам Бог, как по сущности, так по действию Божества.

Если ваш ответ «Имя Божие», то ответьте еще на один вопрос: «Когда Сам Господь реально, хоть и незримо предстоит всем нам?»

Если же ваш ответ правильный: «Тело и Кровь Спасителя», то сразу переходим к следующему вопросу: «А как вы думаете, как хлеб и вино становятся Телом и Кровью?»

Классический ответ имяславца на этот вопрос: Они освящаются Именем Божьим!

Вопрос: Вы сами можете Именем Божиим совершить Евхаристию? Ведь если Имя Божие имеет свойство само по себе быть источником освящения, то в конечном итоге совершенно не важно, кто́ именно его произносит. Или, с вашей точки зрения, всесильное Имя действует только при условии его произнесения священником?

Но ведь именно Церкви Христовой дана Благодать совершения Таинств. И совершение Евхаристии не есть освящение хлеба и вина, но реальное наше участие в Тайной Вечери, которое является непосредственным действием и Даром Божьим.

Господь сказал нам: «Сие творите в Мое воспоминание», совершенно недвусмысленно дав нам понять, что нет для оного воспоминания иных путей и средств, по крайней мере столь же действенных и благоприятных.

Мало того, в совершительной молитве Литургии мы вообще не упоминаем прямо Имя Бога, но просто обращаемся к Нему на “Ты”, призывая Его совершить величайшее чудо преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Спасителя нашего. Просим Бога Отца о ниспослании Духа Святого, дабы он, а не мы, совершил великое страшное Таинство.

Вообще, для сведения всех, весь Евхаристический Канон обращен именно к Ипостаси Бога Отца, как источника бытия всяческих, хотя мы упоминаем Господа Иисуса Христа, как Ходатая нашего спасения и Искупителя, и Духа Святого, как совершителя всякого Таинства и источника Благодати. Так, через молитву Отцу, мы призываем всю Св. Троицу совокупно.

Евхаристия — не «освящение» в строгом смысле этого слова. Мы сами, незримо преодолевая пространство и время, оказываемся в Сионской горнице, в которой реально, а не мечтательно предстоит нам Христос и его ученики.

Мы получаем Хлеб и Чашу из Его рук, хоть и приносим для этого свои собственные субстанции хлеба и вина. Ибо никто кроме Самого Христа не может преподать нам Тело под видом и образом хлеба и Кровь под видом и образом вина.

А поскольку в Сионской горнице присутствовали лишь апостолы Христовы и Он Сам, для совершения сего Таинства нужен человек имеющий преемство от апостолов, — канонично избранный и рукоположенный епископ или, по икономии введенной издревле, тот кому этот преемник апостолов даровал такую власть — канонично рукоположенный пресвитер.

При совершении Евхаристии мы действительно многократно призываем Имя Божие. Взывая к Небесному Отцу, мы призываем Бога именно совершить сие великое Таинство для нас, сделать нас причастниками истинного, живого, действенного, ломимого, воскресшего и вознесшегося ко Отцу Тела Христова. И Господь даёт нам сие по собственному обетованию и в соответствии с оставленной нам Заповедью.

Не призывая Бога, невозможно совершить Евхаристию, ибо через это мы выражаем Ему своё желание и стремление, но само Таинство совершает Бог, точнее, Он совершил его уже единожды в Сионской горнице с апостолами и далее на Голгофе, а по нашей просьбе за Литургией Он делает и нас непосредственными участниками этой Жертвы.

Но независимо от нашей личной святости, от нашей веры, от нашей самой горячей молитвы, Таинство никогда не совершится, если мы не принадлежим к телу Его Церкви. Если наши действия незаконны, если пытаемся похитить право на священнодействие, если двери Сионской горницы перед нами затворены и Святая Церковь отторгла нас от общения, то сколько бы мы ни призывали Имя Божие над хлебом и вином, они останутся без преложения в Тело и Кровь Христовы. Значит, не только призыванием Имени Божьего совершается сие великое Таинство?

Вера же священника, призывающего Бога, может быть слаба и немощна, мысли его могут быть рассеянны, в уме его может и не быть искреннего стремления к Богу, но Господь, невзирая на его грехи и маловерие, Сам совершает Таинство по Своему неложному обетованию, ради веры Своей Церкви.

На самом деле Евхаристия является в Церкви источником вообще всякого освящения, ибо всё в Церкви бывает лишь с Ней и через Неё.

• Иконы и кресты освящаются Евхаристией, ибо для освящения полагаются просто (без всяких слов) на святой трапезе во время Литургии, и через богослужебное использование исполняются благодати.
• Молитва — это в любом случае подготовка к Евхаристии, ибо никакая молитва не сможет нам заменить сего Таинства единения с Самим Христом в причастии Тела и Крови. Молитва, не ведущая нас к Телу и Крови, не наполнена благодатным содержанием и стремлением к Богу.
• Священство существует для Её совершения, и поставление на все степени служения присходит во время совершения Евхаристии.
• Крещение — это вступление человека в круг тех, кому Она доступна, ибо омывает наши грехи, делая сынами и наследниками Царствия Христова
• Миропомазание — печать Даров Духа, без которых Евхаристия невозможна,
• Брак — совершается в контексте Евхаристии (ибо само последование взято из Литургии, но потом было изменено, поскольку некоторые вступающие в брак бывают недостойны Причастия) .
• Елеосвящение — всегда связано с Евхаристией, ибо дает прощение забытых грехов и невольных скверн.
• Исповедь — врата к Евхаристии для тех, кто пал во грехи, страсти и заблуждения.

Такова жизнь христианина, когда не он уже живёт, но живёт в нём Христос, через вкушение Тела и Крови живого и действующего Христа. В каком другом священнодействии найдёте вы бо́льшую высоту? В чём найдёте более тесное причастие Божеству? Где, как не на Тайной Вечере, встретите Христа? Через что иное исполнитесь энергией Божества?

Всё это говорит лишь об одном: нам не следует выискивать никаких иных путей к святости, кроме тех, что нам даны. Имя Божие свято и достохвально, но оно лишь икона и образ, а Таинство Тела и Крови — благодатная реальность Богообщения, которая дана нам Богом.

Имя Божие устремлено от нас к Богу, как наш немощный вопль о спасении, а ответ на сие призывание — Благодать, подаваемая в Таинствах Церкви.

В противном случае какой был смысл в Ветхом и Новом Заветах? Ибо призывать Имя Божие начали ещё до Потопа. Какой смысл в Пришествии Христа, если Имя Божие было открыто иудейским первосвященникам и они призывали его? Какой смысл в Таинствах, если Имя Божие, данное нам, “есть Сам Бог”, как вы говорите, ведь тогда ничего, кроме оного, и не нужно?.. Сделать подобные выводы из ваших убеждений очень легко и просто. И есть люди, которые делают подобные выводы в результате. Участь их незавидна.

Отторгаясь от Церкви, куда направите вы свои стопы?

Неужели вам непонятно, что решительно все паратаксы, принимающие имяславие, не имеют ничего общего с Церковью Христовой? К кому вы попадете в результате своих исканий?

К смутным раскольникам - осколкам РПЦЗ, которые несут на себе всё бремя канонических и вероучительных неправд расколовшейся буквально “на атомы” церкви-предшественницы? Многие из этих паратакс постепенно “объединяются” вокруг пресловутого “епископа” Григория Лурье, создающего своего рода “имяславческий интернационал”.

В паратаксу “Ламийского Синода” Макария, который откололся от флоринитов в результате очередного скандала на почве гомосексуализма?

Или под юрисдикцию HOCNA, которая образовалась подобным же образом, а потом ещё и раскололась еще раз на почве имяславия? (И к этому расколу приложил руку Григорий Лурье, как нам известно.)

Или под юрисдикцию самозванца Рафаила, бывшего офицера советских спецслужб, который занимается “целительством” (читай колдовством)? Григорий Лурье и с ним в общении, кстати.

Подобных паратакс множество, но они все невероятно похожи одна на другую, и вот чем:

Среди имяславческих паратакс нет ни одной каноничной и безупречной, все они — результат многочисленных расколов, произошедших по причине безнравственности духовенства, всевозможных заблуждений, а порой просто самозванцы, имеющие рукоположение от еретиков (как, например, Рафаил).

Всё это свидетельство того, что Господь не благоволит имяславцам и не сохраняет их в теле Церкви Своей, но с очевидностью дает нам понять — от них надо держаться подальше. Это ересь.

В этих сообществах вы лишитесь Таинств навсегда, и в первую очередь Таинства Евхаристии, а это значит, что лишитесь буквально всего, что дал нам Христос. И никакое имяславие вам не поможет. Где нет Благодати, там нет Таинств и быть не может.

Когда Евфимию было три года, умер его отец. Дионисия по совету своего брата пресвитера Евдоксия отдала сына на воспитание святителю Отрию (память 17 апреля), епископу Мелитинскому. Святитель Отрий поручил обучение Евфимия двум благочестивым и ученым юношам – Акакию и Синодию, впоследствии епископам Мелитинским.

Святой Евфимий с большой любовью и усердием изучал Священное Писание и старался подражать жизни упоминаемых в нем добродетельных мужей. С юных лет святой Евфимий приучил себя к воздержанию от праздных разговоров, от пресыщения в пище и питии; особенно он стремился сохранить целомудрие и телесную чистоту.

Епископ Отрий поставил святого Евфимия во чтеца Мелитинской Церкви, а мать его, блаженную Дионисию, посвятил в диаконисы. Затем святой Евфимий, пройдя все низшие церковные степени, был рукоположен во пресвитера и назначен управителем мелитинских монастырей.

Большую часть времени пресвитер Евфимий проводил в монастыре святого Полиевкта и в обители святых тридцати трех мучеников (†III в., память 7 ноября). В святую же Четыредесятницу он уходил на гору близ города и пребывал там в уединенных подвигах до дня Святой Пасхи.

В 406 году святой Евфимий тайно оставил Мелитину и отправился в Иерусалим. Поклонившись святым местам и посетив многих пустынников, живших около Иерусалима, он поселился в отшельнической келье близ Фаранской Лавры (около 10 километров к востоку от Иерусалима, по пути в Иерихон). Чтобы обеспечить себе средства к пропитанию, святой Евфимий научился плести корзины и этим трудом не только кормил себя, но и помогал нуждавшимся.

Недалеко от преподобного Евфимия жил преподобный Феоктист (†467, память 3 сентября). Оба подвижника ежегодно после Богоявления уходили в Кутиллийскую пустыню (к северо-востоку от Иерусалима) и пребывали там в молитвенном общении с Богом до праздника Ваий.

В то время преподобный Евфимий освободил себя от всякого земного попечения и достиг полного бесстрастия. Через 5 лет он вместе с преподобным Феоктистом поселился в Кутиллийской пустыне в труднодоступной пещере на обрыве утеса. Питались святые только травами.

Однажды пастухи из селения Лазария привели стада к потоку, находившемуся недалеко от пещеры. На краю утеса они увидели святых мужей, и таким образом место подвигов святых отшельников стало известно. К ним начали приходить за наставлениями жители Лазарии и иноки Фаранской Лавры. За короткое время слава о святых распространилась в окрестностях и привлекла в пустыню стремившихся подражать их подвигам. Первыми здесь поселились Марин и Лука, впоследствии известные подвижники и наставники преподобного Феодосия Великого (†529, память 11 января). Так возникла киновия (общежительный монастырь), где преподобный Евфимий был духовником братии, а преподобный Феоктист – игуменом.

Наставляя иноков, преподобный Евфимий учил их прежде всего отрекаться от своей воли и воспитывать в себе смиренномудрие и послушание. Он призывал их бодрствовать, всегда помнить о смертном часе и при внутреннем Богомыслии трудиться телесно, чтобы трудом поработить свою плоть духу. Святой Евфимий строго запретил разговаривать во время Богослужения и трапезы, но наставлял внимать себе и блюсти сердце от страстей.

Господь наделил Своего угодника даром чудотворении: преподобный Евфимий исцелил от сухотки некоего юношу Теревана – сына знатного язычника Аспевета (во святом Крещении Петра). Аспевет, все его родственники и слуги приняли святое Крещение, а брат жены Аспевета Марин навсегда остался в монастыре святого Евфимия, все свое богатое имение отдав на благоустройство и расширение обители. С тех пор многие больные стали приходить к преподобному Евфимию, и все получали исцеление. Слава о святом Евфимий распространилась по всей Палестине.

Через некоторое время, желая безмолвного подвига в уединении, преподобный Евфимий взял с собой ученика Дометиана и ушел в пустыню Руву (у северо-западных берегов Мертвого моря). Подвижники поселились на горе Марде, питаясь травами. Преподобный Евфимий выстроил церковь, а затем ушел в пустыню Зиф. Здесь он подвизался в пещере, в которой, по преданию, святой пророк Давид скрывался от царя Саула.

У старейшины близлежащего селения был сын, одержимый нечистым духом. Юноша часто произносил имя преподобного Евфимия, Отец отыскал святого и привел к нему сына. Как только юноша увидел старца, бес вышел из него, и он стал здоров. Весть об этом чуде быстро распространилась по окрестностям, и жители в благодарность за исцеление сына старейшины помогли преподобному выстроить монастырь. Вскоре собрались братия и преподобный стал игуменом новой обители.

Некоторые жители Зифа впали в заблуждение, разделяя манихеискую ересь. Преподобный Евфимий просветил их светом истинной веры – они отреклись от своих заблуждений и вернулись в лоно Православной Церкви.

Через некоторое время преподобный Евфимий вместе с Дометианом вернулся в Кутиллийскую пустыню и поселился в уединенном и красивом месте недалеко от киновии преподобного Феоктиста. По воскресеньям он приходил в монастырь на службу.

В пустыне преподобный Евфимий просвещал светом Христовой веры многих сарацин (арабов). Когда число сарацин, принявших христианство, значительно умножилось, Патриарх Иерусалимский Ювеналий (420–458) по просьбе преподобного Евфимия рукоположил во епископа для сарацин Петра – отца исцеленного преподобным Теревона.

Приходивших к нему святой Евфимий наставлял, но, желая уединения, не позволял жить с собой, а направлял в Лавру к преподобному Феоктисту. Однажды в видении ему было велено принять трех братьев и впредь не отсылать от себя ищущих спасения. После этого преподобный Евфимий основал Лавру по образу Фарранской в 429 году, когда ему было 52 года. Лавра была освящена Патриархом Иерусалимским Ювеналием. Благодаря трудам святого Евфимия обитель вскоре благоустроилась и расцвела.

Преподобный Евфимий был ревностным защитником чистоты Православия. Он отвращался от всякой ереси, противной правому слову веры. Ученики преподобного Евфимия Великого – Стефан, епископ Иамнии (город в Палестине, близ Еффы), и Иоанн, епископ Сарацинский, – участвовали в работе IV Вселенского Собора в Халкидоне (451 г.), где был низложен еретик Диоскор, составлено Православное вероопределение и утвержден Никео-Цареградский символ веры. Преподобный Евфимий и насельники Лавры приняли единодушно изложенное на Соборе исповедание веры.

Господь прославил преподобного Евфимия Великого многими чудесами. По его молитве умножались скудные монастырские припасы, исцелялись больные, изгонялись бесы, изводились в пустыне водные источники и совершались многие другие чудеса.

За Божественной литургией преподобный Евфимий часто видел Ангелов, сослуживших ему. Он получил от Бога дар прозревать душевные движения и помыслы человека, а также провидеть будущее. Так, он предсказал патриаршее служение Церкви Иерусалимскому Патриарху Анастасию, когда тот был еще клириком.

О преподобном Евфимий сохранились свидетельства его учеников: «Не заставали мы его ядущим или беседующим с кем без великой необходимости, кроме субботы и воскресенья; не видели никогда спящим на боку, но иногда сидя урывающим немного сна».

Преподобный Евфимий Великий провидел и день своей кончины. В день памяти преподобного Антония Великого, 17 января, он последний раз совершил всенощное бдение. Утром преподобный Евфимий собрал братию для последней беседы и так поучал их: «Если любите меня, соблюдайте мои заповеди, приобретайте любовь, которая есть союз совершенства. Никакая добродетель невозможна без любви и смирения. Сам Господь ради любви к нам смирился и стал Человеком, как мы. Церковных служб никогда не оставляйте, предания и уставы монастырские тщательно сохраняйте. Присоединяю также и другую заповедь: пусть ворота обители никогда не будут заперты для странников и все, что имеете, предлагайте нуждающимся, бедствующим же в напастях по силе помогайте». Затем преподобный Евфимий затворился в алтаре, где и преставился ко Господу 20 января 473 года. Святые мощи преподобного Евфимия Великого прославились исцелением больных, изгнанием бесов из одержимых и многими другими чудесами. Об этом свидетельствует Житие преподобного Евфимия, составленное иноком Кириллом на основе воспоминаний преподобного Саввы Освященного и других учеников святого Евфимия.

Лития заупокойная, совершаемая мирянином дома и на кладбище

Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас. Аминь.

Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас. (Tрижды)

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Пресвятая Троице, помилуй нас; Господи, очисти грехи наша; Владыко, прости беззакония наша; Святый, посети и исцели немощи наша, имене Твоего ради.

Господи, помилуй. (Трижды)

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Яко Твое есть Царство, и Сила, и Слава во веки. Аминь.

Господи, помилуй. (12 раз)

Приидите, поклонимся Цареви нашему Богу. (Поклон) Приидите, поклонимся и припадем Христу, Цареви нашему Богу. (Поклон) Приидите, поклонимся и припадем Самому Христу, Цареви и Богу нашему. (Поклон)

Псалом 90 Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится, речет Господеви: заступник мой еси и прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Него. Яко Той избавит тя от сети ловчи и от словесе мятежна: плещма Своима осенит тя, и под криле Его надеешися: оружием обыдет тя истина Его. Не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни, от вещи во тме преходящия, от сряща и беса полуденнаго. Падет от страны твоея тысяща, и тма одесную тебе, к тебе же не приближится: обаче очима твоима смотриши и воздаяние грешников узриши. Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое. Не прииидет к тебе зло, и рана не приближится телеси твоему, яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою: на аспида и василиска наступиши, и попереши льва и змия. Яко на Мя упова, и избавлю и: покрыю и, яко позна имя Мое. Воззовет ко Мне, и услышу его: с ним есмь в скорби, изму его и прославлю его: долготою дний исполню его и явлю ему спасение Мое.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе, Боже (Трижды с тремя поклонами).

Тропарь, глас 4

Со духи праведных скончавшихся души раб Твоих, Спасе, упокой, сохраняя я во блаженной жизни, яже у Тебе, Человеколюбче. В покоищи Твоем, Господи, идеже вси святии Твои упокоеваются, упокой и души раб Твоих, яко Един еси Человеколюбец.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу: Ты еси Бог, сошедый во ад, и узы окованных разрешивый, Сам и души раб Твоих упокой.

И ныне и присно и во веки веков, аминь: Едина чистая и непорочная Дево, Бога без Семене рождшая, моли спастися душам их.

Седален, глас 5

Покой, Спасе наш, с праведными рабы Твоя, и сия всели во дворы Твоя, якоже есть писано, презирая, яко Благ, прегрешения их вольная и невольная, и вся яже в ведении и не в ведении, Человеколюбче.

МОЛИТВА ЗА УСОПШИХ

Помяни, Господи Боже наш, в вере и надежди живота вечнаго преставльшихся рабов Твоих, братьев и сестер наших [имярек], и яко Благ и Человеколюбец, отпущай грехи и потребляй неправды, ослаби, остави и прости вся вольная их согрешения и невольная, избави их вечныя муки и огня геенскаго, и даруй им причастие и наслаждение вечных Твоих благих, уготованных любящим Тя: аще бо и согрешили, но не отступили от Тебе и несумненно во Отца и Сына и Святаго Духа, Бога Тя в Троице славимаго, веровали, и Единицу в Троице и Троицу во Единстве православно даже до последняго своего издыхания исповедали. Темже милостив тем буди, и веру, яже в Тя, вместо дел вмени и со святыми Твоими яко Щедр упокой: несть бо человека, иже поживет и не согрешит. Но Ты Един еси кроме всякого греха, и правда Твоя - правда во веки, и Ты еси Един Бог милостей и щедрот, и человеколюбия, и Тебе славу возсылаем Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Кондак, глас 8

Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь безконечная.

Икос

Сам Един еси Безсмертный, сотворивый и создавый человека, земнии убо от земли создахомся, и в землю туюжде пойдем, якоже повелел еси, Создавый мя, и рекий ми: яко земля еси, и в землю отъидеши, аможе вси человецы пойдем, надгробное рыдание творяще песнь: аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.

Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим, без истления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу Тя величаем.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь. Господи, помилуй (трижды), благослови.

Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас, аминь.

Во блаженном успении вечный покой подаждь, Господи, усопшим рабам Твоим (имена), и сотвори ему вечную память.

Вечная память. (трижды) Души их во благих водворится, и память их в род и род.

Тропа́рь, гла́с 4:

К Богоро́дице приле́жно ны́не притеце́м, гре́шнии и смире́ннии, и припаде́м, в покая́нии зову́ще из глубины́ души́: Влады́чице, помози́, на ны́ милосе́рдовавши, потщи́ся, погиба́ем от мно́жества прегреше́ний, не отврати́ Твоя́ рабы́ тщи́, Тя́ бо и еди́ну наде́жду и́мамы. [Два́жды.]

Сла́ва, и ны́не, богоро́дичен:

Не умолчи́м никогда́, Богоро́дице, си́лы Твоя́ глаго́лати, недосто́йнии. Аще бо Ты́ не бы́ предстоя́ла, моля́щи, кто́ бы на́с изба́вил от толи́ких бе́д? Кто́ же бы сохрани́л до ны́не свобо́дны? Не отсту́пим, Влады́чице, от Тебе́, Твоя́ бо рабы́ спаса́еши при́сно от вся́ких лю́тых.

Кано́н Пресвяты́я Богоро́дицы. Творе́ние мона́ха Игна́тия, гла́с 4.

Пе́снь 1.

Ирмо́с: Отве́рзу уста́ моя́, и напо́лнятся Ду́ха, и сло́во отры́гну Цари́це Ма́тери, и явлю́ся, све́тло торжеству́я, и воспою́, ра́дуяся, Тоя́ чудеса́.

Ра́достно, Чи́стая, ны́не наста́вшее хвале́ние приноша́ю, ра́дуяся, и ти́хим гла́сом, Одиги́трие, вопию́ Ти: ра́дуйся и испо́лни мя́ ра́зума, пе́ти начина́юща.

Христа́ роди́вшая, ра́дость на́м ве́чную, о, ра́дуйся, Всепе́тая, правосла́вным наде́жда, Одиги́трие, всепе́тая Деви́це! Ра́дости испо́лни мя́ ми́рови жела́нныя.

Лику́ют вси́ челове́цы и Ангели, всегда́ согла́сно вопию́ще на небеси́ и на земли́, Одиги́трие: ра́дуйся, Деви́це, ра́дости бо Рождество́м Твои́м вся́ческая испо́лнила еси́.

Ра́дуйся, Одиги́трие, со стра́хом Ти́ вопию́щих ра́дости сподо́би, Ма́ти су́щия ра́дости, избавля́ющи скорбе́й вся́ческих, и все́х поми́луй, к Тебе́ прибега́ющих.

Пе́снь 3.

Ирмо́с: Твоя́ песносло́вцы, Богоро́дице, живы́й и незави́стный Исто́чниче, ли́к Себе́ совоку́пльшия, духо́вно утверди́, в боже́ственней Твое́й сла́ве, венце́в сла́вы сподо́би.

Христа́, Вы́шняго Царя́, о, ра́дуйся, непоколеби́мая чи́стая и одушевле́нная пала́то! Ра́дуйся, Одиги́трие: ра́дуйся, Тобо́ю неруши́мь на́ш гра́д сохраня́ется.

Вмести́ти Его́же не возмо́же тва́рь, во утро́бу неискусобра́чную, Одиги́трие Деви́це, теле́сно вмести́ла еси́, те́мже Ти́, ра́дуйся, пое́м, по до́лгу велича́юще.

Ра́дость многопе́тая ми́рови, ра́достно Ти́ пою́ще при́сно, ве́чнующия, Чи́стая, ра́дости сподобля́емся Твои́ми ма́терними моли́твами к Ро́ждшемуся из Тебе́, Одиги́трие.

Злату́ю Тя́ ста́мну, и све́щник, и же́зл, и трапе́зу, Чи́стая, призыва́ем, Одиги́трие, и гла́с е́же, ра́дуйся, Тебе́ при́сно привноша́ем с си́ми же имены́.

Конда́к, гла́с 6:

Не и́мамы ины́я по́мощи, не и́мамы ины́я наде́жды, ра́зве Тебе́, Влады́чице, Ты́ на́м помози́, на Тебе́ наде́емся и Тобо́ю хва́лимся, Твои́ бо есмы́ раби́, да не постыди́мся.

Седа́лен, гла́с 2:

Моле́ние те́плое и стена́ необори́мая, ми́лости исто́чниче, ми́рови прибе́жище, приле́жно вопие́м Ти́: Богоро́дице Влады́чице, предвари́, и от бе́д изба́ви на́с, Еди́на вско́ре предста́тельствующая.

Сла́ва, и ны́не, то́йже.

Пе́снь 4.

Ирмо́с: Седя́й в сла́ве на Престо́ле Божества́ во о́блаце ле́гце, при́иде Иису́с Пребоже́ственный, Нетле́нною Дла́нию и спасе́ зову́щия: сла́ва, Христе́, си́ле Твое́й.

Ра́дуйся, чу́до чудесе́м, Одиги́трие Влады́чице; ра́дуйся, все́м ра́досте градово́м, и ве́сем непобеди́мое христиа́нское в беда́х храни́лище, и предгра́дие, и на враги́ побежде́ние.

Ра́дуйся, ра́дуйся, царе́м правосла́вным похвало́, и христолюби́вым во́инством покро́в пребыва́еши все́м, Цари́це; ра́дуйся, Одиги́трие, прибе́жище все́м на́м и утвержде́ние.

Ра́дуйся, все́м ско́рое в беда́х избавле́ние; ра́дуйся, гото́вое все́м скорбя́щим утеше́ние; ра́дуйся, Всепе́тая; ра́дуйся, Одиги́трие Всеблагослове́нная, все́м немощны́м Цели́тельнице.

Ра́дуйся, Ея́же вели́чия вся́ тва́рь сла́вити у́бо спеши́т по достоя́нию, но не возмога́ет, Одиги́трие, и сего́ ра́ди зове́т Ти́: ра́дуйся, Влады́чице, Боговмести́мое жили́ще.

Пе́снь 5.

Ирмо́с: Ужасо́шася вся́ческая о Боже́ственней сла́ве Твое́й: Ты́ бо, неискусобра́чная Де́во, име́ла еси́ во утро́бе над все́ми Бо́га, и родила́ еси́ Безле́тнаго Сы́на, все́м, воспева́ющим Тя́, ми́р подава́ющая.

Благосты́ни бе́здно и щедро́там еси́, ра́дуйся, Одиги́трие Деви́це; ра́дуйся, все́м ра́дость творя́щи ве́рным; о, ра́дуйся, су́щим в беда́х и скорбя́щим пребы́страя засту́пнице!

Ра́дости, от исполне́ния вели́чия чуде́с Твои́х зря́ще, исполня́емся, вси́ незря́щии, слы́шаще же, ве́рнии. Те́мже, ра́дуйся, Тебе́ при́сно всю́ду и вси́, Одиги́трие, пое́м.

Христа́ Бо́га на́шего, о, ра́дуйся, Одиги́трие, жили́ще и до́м неизрече́нныя и Пребоже́ственныя, Де́во, сла́вы Его́! О, ра́дуйся, пала́то преукраше́нная! Ра́дуйся, гра́де одушевле́нный, при́сно ца́рствующий!

Ра́дость неоску́дную Тя́ разсмотря́юще, я́ко мо́ре, Отрокови́це, Одиги́трие Деви́це, ра́дующеся вси́, ра́дуйся, вопие́м Ти́, и пою́ще, Боже́ственных даро́в неви́димо при́сно от Тебе́ ожида́юще.

Пе́снь 6.

Ирмо́с: Боже́ственное сие́ и всечестно́е соверша́юще пра́зднество, богому́дрии, Богома́тере, прииди́те, рука́ми воспле́щим, от Нея́ ро́ждшагося Бо́га сла́вим.

Христа́, Чи́стая, прие́млющи, гла́с, е́же ра́дуйся, Одиги́трие Деви́це, слы́шаше, Его́же неизрече́нно ро́ждши, ра́дуйся, от все́х слы́шиши всегда́.

Ра́дости вся́ испо́лнила еси́, вы́шния и ни́жния Ты́ совокупи́ла еси́, Одиги́трие, те́мже ра́достно и согла́сно ны́не не́бо и вся́ земля́ зове́т Ти́.

Вдова́м, о, ра́дуйся, Всепе́тая, и все́м си́рым, Одиги́трие, утеше́ние; ра́дуйся, все́м источа́ющи ни́щим бога́тство неистощи́мое.

Зла́та вся́каго блиста́ема и у́тра со́лнечнаго светле́йши, жили́ще Христо́во; ра́дуйся, Одиги́трие, ра́дуйся, Деви́це, ра́дуйся, Неве́сто неневе́стная.

Конда́к, гла́с 6:

Предста́тельство христиа́н непосты́дное, хода́тайство ко Творцу́ непрело́жное, не пре́зри гре́шных моле́ний гла́сы, но предвари́, я́ко Блага́я, на по́мощь на́с, ве́рно зову́щих Ти́: ускори́ на моли́тву и потщи́ся на умоле́ние, предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя́.

Икос:

Простри́ дла́ни Твоя́, и́миже все́х Влады́ку я́ко младе́нца прия́ла еси́, за мно́жество бла́гости; не оста́ви на́с, всегда́ наде́ющихся на Тя́, бо́дренною Твое́ю моли́твою и неисче́тною просты́нею уще́дри на́с, и пода́ждь душа́м на́шим милосе́рдие Твое́, во ве́ки источа́ющи: Тебе́ бо и́мамы, гре́шнии, Засту́пницу от находя́щих на ны́ бе́д и зо́л. Но, я́ко иму́щи милосе́рдия щедро́ты, ускори́ на моли́тву, и потщи́ся на умоле́ние, предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя́.

Пе́снь 7.

Ирмо́с: Не послужи́ша тва́ри богому́дрии, па́че Созда́вшаго, но, о́гненное преще́ние му́жески попра́вше, ра́довахуся, пою́ще: препе́тый отце́в Госпо́дь и Бо́г, благослове́н еси́.

Ра́дуйся, ра́дуйся, Богоро́дице Одиги́трие, все́х и всегда́ наставля́ющи ве́рных ше́ствовати ко вся́кому пути́ спаси́тельному; ра́дуйся, Влады́чице, Тобо́ю бо при́сно избавля́емся настоя́щия ва́рварския беды́.

Ра́дуйся, ра́дуйся, Одиги́трие, бдя́щи и моля́щися о на́с к Бо́гу, и вся́кия зло́бы хода́тайством Твои́м, вся́ческих скорбе́й, Богороди́тельнице, все́х люде́й избавля́ющи.

Ра́дуйся, ра́дуйся, Пресвята́я Одиги́трие, Яже проше́ния на́ша к по́льзе на́м исполня́ющи, и хотя́щи все́м при́сно всегда любодру́жное благо́е еди́нство, спе́шное же во изя́щных.

Ра́дуйся, ра́дуйся, корабле́м, Одиги́трие, ну́ждно пла́вающим, избавля́ющи ве́рных и все́м избавле́ние от вся́кия ско́рби и неду́ги пестро́тныя и ме́дленныя разреша́ющи вско́ре.

Пе́снь 8.

Ирмо́с: Отроки благочести́выя в пещи́ Рождество́ Богоро́дичо спасло́ е́сть, тогда́ у́бо образу́емое, ны́не же де́йствуемое, вселе́нную всю́ воздвиза́ет пе́ти Тебе́: Го́спода по́йте, дела́, и превозноси́те Его́ во вся́ ве́ки.

Ра́дуйся, Всеблагослове́нная Мари́е, из Тебе́ бо Всеблагослове́нный Бо́г оде́яся во всего́ мя, челове́ка, и, оде́явся, соедини́ Своему́ Божеству́ неизрече́нным соедине́нием, Де́во Одиги́трие; ра́дуйся, Обра́дованная, ра́досте всего́ ми́ра.

Ра́дуйся, лука́вых духо́в Прогони́тельнице; ра́дуйся, Богоро́дице Одиги́трие; ра́дуйся, я́ко Тебе́ небе́сная неви́димая во́инства славосло́вят всегда́ и велича́ют я́ко Ма́терь Бо́жию бы́вшую; ра́дуйся, Яже ни́жняя сочта́вши с вы́шними.

Ра́дуйся, все́х небе́сных си́л без разсужде́ния превосходя́щая; ра́дуйся, Одиги́трие; ра́дуйся, вся́кия тва́ри Бо́га ро́ждшая, госпо́дствующи, е́й, Влады́чице Всепе́тая; ра́дуйся, я́ко пребыва́еши Де́вою, Чи́стая, и по рождестве́.

Ра́дуйся, жена́м все́м сла́во, хра́ме преосвяще́нный Бо́га на́шего; ра́дуйся, Одиги́трие; ра́дуйся, душеспаси́тельная все́й вселе́нней; ра́дуйся, покрыва́ющий о́блаче, небе́с ши́ршая; ра́дуйся, мирополо́жнице, Боже́ственнаго ми́ра полна́.

Пе́снь 9.

Ирмо́с: Вся́к земноро́дный да взыгра́ется, Ду́хом просвеща́емь, да торжеству́ет же безпло́тных умо́в естество́, почита́ющее свяще́нное торжество́ Богома́тере, и да вопие́т: ра́дуйся, Всеблаже́нная Богоро́дице, Чи́стая Присноде́во.

Ра́дуйся, свеще́, Све́т невече́рний поне́сшая, и в рождестве́ Твое́м многобо́жия тму́ разруши́вшая, и а́довы про́пасти изба́вльшая лю́ди; ра́дуйся, Одиги́трие Богоро́дице, добро́т все́х Предхода́таице.

Ра́дуйся, земле́, из нея́же кла́с прозя́бший небе́сный ве́рным, и ми́ра всего́ душегу́бнаго гла́да изба́ви, разу́мная и одушевле́нная; о, ра́дуйся, виногра́де, и́же гро́зд живо́тный ро́ждшая, Богоро́дице Чи́стая Одиги́трие!

Ра́дуйся, та́йных цвето́в прекра́сный су́щий раю́; ра́дуйся, Ма́ти Де́во, неви́димых ра́зум чистото́ю странноле́пно побе́ждши, Богороди́тельнице; ра́дуйся, Отрокови́це; ра́дуйся, Одиги́трие, всеми́рное чу́до и слы́шание.

Ле́то живота́ на́шего про́чее сохрани́ неврежде́но, поможе́нием Твои́м, Де́во Отрокови́це, и сподо́би коне́ц благи́й получи́ти на́м, воспева́ющим Тя́ и взыва́ющим: ра́дуйся, Всеблаже́нная Богоро́дице, Чи́стая Одиги́трие.

Свети́лен:

Да почти́тся Всепе́тая Ма́ти Бо́жия, жи́знь су́щую ро́ждшая — Христа́ Бо́га на́шего, ра́йских двере́й отверзе́ние, всего́ ми́ра очище́ние, к животу́ возведе́ние. Се́й е́сть проро́ки глаго́ланный, Тому́ поклони́мся, Бо́гу и Спа́су ду́ш на́ших.

Сла́ва, и ны́не:

Прииди́те, ве́рнии, с чи́стою со́вестию, возвели́чим Ма́терь Бо́га на́шего, носи́вшую во чре́ве Боже́ственнаго Младе́нца Спа́са Христа́, к Нему́же ма́тернее дерзнове́ние иму́щи, непреста́нно мо́лит за ны́ и подае́т рабо́м Свои́м бога́тыя ми́лости.