На фотографии вы видите грязовика (Limicola falcinellus) — это такой мелкий кулик. Один из 9 видов куликов, которых я видел сегодня утром.

Вообще у меня сейчас рабочая неделя. Я ненавижу работать вне офиса, потому что а) это неудобно б) меня всегда одолевает чувство вины. Но сейчас я в Латвии, так что перед началом рабочего дня могу гулять не в парке, а на море. Сегодня я ездил в Рагациемс — довольно большой поселок, известный своим рыбным рынком (по рижским меркам микроскопическим). Там продают крутейшую копченую рыбу. Ближе к осени у берега тут скапливается куча водорослей, которые образуют целый слой вроде ила — пахнет не очень, но для куликов просто рай. Так что они здесь останавливаются небольшими стайкам во время осенней миграции.

Чаще всего в это время на море можно встретить чернозобиков (Calidris aplina). Проще всего их определить по черному прямоугольнику на животе, но только он бывает не у всех птиц. Например, у чернозобика на фотографии прямоугольника нет. Определить его проще всего по длине и форме клюва и по общему размеру. Куликов довольно трудно различать между собой, особенно если они относятся к одному роду — например, песочники. Но если много видов тусуются вместе — это очень на руку наблюдателю! Их можно сравнивать между собой и сразу понимать, где кто. Когда смотришь на разных куликов вместе, особые приметы сразу бросаются в глаза и их проще запоминать.

А вот краснозобик (Calidris ferruginea). В таком окрасе не очень ясно, почему он так называется, но на самом деле он и правда бывает красным. Краснозобик заметно крупнее чернозобика — ближе к турухтану. Я не часто их вижу, поэтому с определением пришлось немного повозиться.

Раз уж мы заговорили о турухтане (Philomachus pugnax): в толпе других куликов была парочка турухтанов в скромном осеннем наряде (в весеннем они выглядят как чуваки с бразильского карнавала). Фотография так себе, но видно, насколько турухтан больше чернозобика (на заднем плане).

Та-дам, приятная встреча! Исландские песочники (Calidris canutus). Почему-то в некоторых справочниках его размер сравнивают с размером скворца, но все-таки песочники покрупнее. Фанфакт: в Исландии, насколько я знаю, исландские песочники не гнездятся, а только останавливаются.

Если исландские песочники — едва ли не самые крупные представители рода Calidris, то кулик-воробей (Calidris minuta) — самый мелкий. На заднем плане, как это часто бывает, оказался чернозобик. Так вот чернозобик куда больше кулика-воробья. Я сначала было подумал, что мне попался редкий белохвостый песочник (Calidris temminckii), но потом посмотрел повнимательнее в определитель и взял себя в руки.

Галстучников (Charadrius hiaticula) в таких осенних прибрежных тусовках иногда чуть ли не больше, чем чернозобиков. Перепутать их можно только с малыми зуйками (Charadrius dubius), если, конечно, дело происходит в Латвии. Но черная точка на оранжевом клюве моментально снимает сомнения — это галстучник.

Изящный длинноногий кулик с выраженной белой бровкой — фифи (Tringa glareola). Род — улиты. Фотография плохая совсем, но определить птицу можно.

Вот родственник фифи — травник (Tringa totanus). У травника желто-оранжевые ноги (смешно это писать, учитывая, что у меня нарушение цветоощущения, но я читал об этом!), бровь совсем маленькая — не как у фифи. Нос прямой, а не загнутый кверху, как у большого улита, например. Еще в справочнике пишут, что травник — единственный из семейства бекасовых, у которого есть на крыле белая полоса, заметная в полете. Кажется, что это какая-то дикая подробность, которая едва ли кому-то когда-то понадобится, но на самом деле именно такие знания помогают в поле. Например, ты уже понял по разным признакам, что летит кто-то из бекасовых (по размеру, форме тела и пр.), а белая полоса позволяет немедленно определить вид.

Кроме куликов я видел кучу чаек, но никого особенно интересного не встретил. Мимо пролетали две чегравы (Hydroprogne caspia) — я определил их по (не самому благозвучному) голосу, чем очень доволен.

Еще одно интересное наблюдение — люди, которые ходят мимо тебя по пляжу, и не отвечают, когда с ними здороваешься. Попалось сразу несколько таких. Почему-то меня это задело!

UPD: Забыл еще кое-что: я видел двух свиязей (это такие утки; Anas penelope) и самку чирка-свистунка (это тоже такие утки: Anas crecca). Свиязь ни с кем не спутать, а вот со свистунками чуууть-чуть сложнее — они похоже на самок крякв. Вот только меньше раза эдак в полтора. Так что уж если рядом есть кряквы, то все сразу ясно.

18-19 мая в Латвии прошли традиционные соревнования по бердвотчингу — Torņu cīņas (Битва башен). Всякий раз, когда я рассказываю про правила этих соревнований, все удивляются, что от участников не требуют подтверждать результаты фотографиями. Обычный вопрос звучит так: «Получается, можно просто написать, что видел попугая?»

А что за правила?

Основные правила довольно простые. Есть несколько команд (в этот раз их было 16 — рекорд!) по четыре человека. Каждой команде случайным образом достается одна из орнитологических вышек, раскиданных более или менее по всей Латвии. Нам, к примеру, досталась вышка возле Лиепаи — в 176 километров от места жеребьевки. Команда проводит на соревнованиях ровно 24 часа и старается за это время зарегистрировать как можно больше видов птиц. Определять вид можно не только по виду, но и по голосу.

По голосу?

Да, большинство видов надежно отличается друг от друга по голосам; на прогулке весной и летом, как все деревня в листве и ничего не видно, около 70% (а то и больше) регистраций происходит именно по звуку. Орнитологи и опытные бердвотчеры легко определяют десятки видов по песням и позывкам. Более того, иногда виды так похожи друг на друга внешне, что голос — едва ли не единственный надежный способ правильно правильно идентифицировать птицу. Вот, например, черноголовая гаичка (Poecile palustris) и пухляк (Poecile montanus).

А если кому-то померещится что-то он увидел или услышал какой-то вид?

Да, это важный вопрос. Есть правило: вид полноценно засчитывается только в том случае, если его видели или слышали минимум три участника. Такое правило введено как раз для того, чтобы избежать ошибок и (сознательного или не совсем сознательного) обмана. Часто так бывает, что птицу видели или слышали только двое — например, у нас так было с турухтаном (Philomachus pugnax). Андрис и Микс заметили птицу, а мы с Даной нет. Обидный случай был у команды M-ērgļi — мимо их башни пролетела редкая для Латвии горлица (Streptopelia turtur), но ее разглядели только два человека. Впрочем, редкость вида не влияет на подсчет баллов — и какой-нибудь зяблик (Fringilla coelebs; самый распространенный вид в Латвии) здесь равнозначен сизоворонке (Coracias garrulus; около 10 пар в Латвии).

Кстати про подсчет баллов. Кто встретил больше видов, тот и побеждает?

И да, и нет. Побеждает та команда, которая зарегистрирует больше всего видов относительно среднего результата своей башни. Соревнования проводятся уже много лет и организаторы копят данные по каждой башне — где и сколько видов удалось зарегистрировать. Из этих данных формируется средний результат за все годы наблюдений — по числу видов. Например, команда Naktsputni наблюдала на башне на озере Kanieris и встретила 92 вида. Средний результат всех команд, которым доставалась эта башня с 2005-го по 2018 год — 78 видов. За каждый вид больше среднего команда получает 1 балл. Так что Naktsputni получили 14 баллов. Башни стоят в очень разных местах — где-то птиц больше, где-то меньше, так что измерять все просто по количеству видов было бы неправильно.

Все-таки странно. Команда же может схитрить и добавить к своему списку парочку видов!

Да, может. У меня нет железного доказательства, что все соревнуются честно. Но по своему опыту я совершенно уверен, что никто никого не обманывает. Во-первых, в соревнованиях участвует очень небольшое комьюнити, где все друг друга знают — в таких условиях цена репутации крайне высока и жулить просто западло. Во-вторых, цена репутации тем более высока в ситуации, когда все на доверии. В-третьих, здесь нет никаких дорогих призов и даже кубков с медалями: победили получают кружки с птицей года, календарики и тому подобные сувениры.

То есть все хорошо и прозрачно?

Так тоже нельзя сказать. На мой взгляд, у регламента соревнований есть недостатки.

Представьте себе ситуацию: башня, 17-й час соревнования, уже два часа команда не может зарегистрировать ни одного вида и все напряженно вслушиваются в тишину и вглядываются в горизонт. Вдруг двое участников переглядываются: кто-то коротко пропел в кустах и вроде бы это пеночка-теньковка (Phylloscopus collybita), которой до сих пор нет в списке. Как назло один из участников в этот момент увлекся бутербродом, а для регистрации нужен третий, так что все обращаются к тебе: а ты слышал?! Ты ведь слышал, что там пела теньковка?!

А ты вроде как и слышал, но не очень четко. Что-то такое пищало, но точно ли это была именно теньковка? Ведь иногда ее голос можно перепутать с большой синицей (Parus major). Ты смотришь в глаза своих одноклубников и понимаешь, что тебе очень не хочется их огорчать — ведь на этой стадии соревнований любой вид в протоколе очень ценен. А еще тебе немного стыдно: ведь голос пеночки-теньковки знает любой ребенок. И в этой ситуации очень сложно разобраться: ты и правда слышал нужный вид или просто убедил себя в этом?

Так что я уверен, что в протоколах даже самых честных команд иногда появляются не самые надежные наблюдения.

И что с этим делать?

Мне кажется, ничего не надо делать. Команды находятся в равных условиях, и я не думаю, что нынешний регламент особенно влияет на итоговое распределение мест в таблице. Да, можно брать в зачет только те виды, которых участники смогли сфотографировать, но это плохая идея. Одна из важных задач соревнований вроде «Битвы башен», как мне кажется, мотивировать людей прокачивать навыки, которые потом помогут им участвовать в разных волонтерских проектах по сбору данных о птицах. Определение птиц по голосу — один из важнейших навыков. Конечно, можно было бы записывать голоса на диктофон и предъявлять судьям, но записывать с башни крайне сложно. И еще одна мысль: очень не хотелось бы превращать популярные и доступные соревнования в битву дорогих объективов и микрофонов.

Ладно, не кипятись. Кто победил-то?

Вот итоговая таблица. В этом году произошло сразу две сенсации. Впервые за долгое время легендарные Himantopus himantopus с двумя профессиональными орнитологами в составе не смогли взять первое место. Кроме того, они уступили одну позицию собственному фармклубу (и по этому поводу было много шуток).

Но самое интересное, что на распределение призовых мест невольно повлияла команда из России — Tired Woodpeckers. Они уже участвовали в соревнованиях в прошлом году — на башне Mērsrags-pļava . Для команды это было первое выступление, участников набралось всего трое, там был сильный ветер и в целом все сложилось не очень удачно. В итоге команда зарегистрировала всего 47 видов, а так как башня впервые участвовала в соревнованиях, этот результат и стал считаться средним. Так что Saldus&Co, которым в «Битве башен» 2019 года досталась та самая башня, было очень легко сильно улучшить средний показатель и оказаться на первом месте. И это при том, что они зарегистрировали 97 видов, а Himantopus himantopus — аж 121!

А как ваша команда выступила?

Наша команда с простым и понятным названием Ar Mums Atkal Runā Kaijas, как видно из таблицы, заняла 10-е место с 84 видами. Наша башня на озере Durbes до этого не участвовала в соревнованиях, поэтому средним результатом считался средний результат всех остальных башен — 76 видов.

Башня нам понравилась, хотя, конечно, ее не назвать простой. Хорошо, когда вокруг башни пересекаются сразу несколько биотопов — например, озеро, лес, поле и сад. В нашем случае лес был очень далеко, поле было такое, что там совсем не было коньков (Anthus), а берега озера не особенно подходили куликам. Рядом с башней было только одно большое дерево, так что банальную большую синицу мы расслышали только незадолго до финала соревнований, а, к примеру, лазоревку (Cyanistes caeruleus) и вовсе не нашли.

Зато мы встретили красного коршуна (Milvus milvus) — для Латвии не самая частая птичка, я тут их раньше не встречал. Фотография — Miks Stūrītis.

А еще мы встретили вот такого дядьку — и он принес дикую грозу.

А собой ты доволен?

Да, вполне. Я по-прежнему различаю гораздо хуже, чем хотел бы, но все-таки принес какую-то пользу команде, потому что хорошо замечал птиц глазами и быстро обращал на них внимание одноклубников.

Бонус! Видео о нашей башне, которое Микс снял с дрона (и еще там есть фотографии птиц)

Варакушка (Luscinia svecica). Фотография, как обычно, так себе, но главное видно: яркая голубая грудка. Такая бывает только у самцов. Раньше я не видел варакушек, потому что в Латвии их мало.

У варакушки есть несколько разных рас, которые отличаются окраской — белозвездная, беззвездная, краснозвездная, двухзвездная. В Подмосковье встречается беззвездная (кажется, я как раз такую встретил) и краснозвездные формы. Вот здесь можно посмотреть хорошую, подробную лекцию о варакушках Саратовской области.

Варакушка относится к роду соловьев и очень красиво поет:

Как часто бывает с лайферами, как только я встретил первую в своей жизни варакушки, мне немедленно попалась и вторая, и третья. И что особенно приятно все это произошло во время моего первого путешествия на квадрат в Одинцовском районе, который я должен обследовать в рамках проекта «Атлас гнездящихся птиц Московской области». В субботу утром я выехал туда в первый раз.

По методике, в апреле нужно обследовать квадрат хотя бы один раз, так что я еле успел — до этого как-то не получалось. И даже в субботу я проспал, чего со мной обычно не случается. Приехал на намеченное поле только в 8:45 — что, конечно, поздновато. Я боялся, что в районе Рублевки все застроено, машину поставить негде, а все поля распроданы и под охраной, но все оказалось не так страшно.

Вот моя прогулка по первому биотопу — по полю вдоль узкого участка леса и потом немного по берегу реки. 75 регистраций, 27 видов птиц. Я очень обрадовался, когда почти в самом начале прогулки заметил двух вьюрков (Fringilla montifringilla) — они считаются редкими в Подмосковье, хотя в последнее время их часто встречают.

И вот еще очень приятная встреча — зеленый дятел (Picus viridis). Сейчас немного жалею, что не понаблюдал дольше — может, доказал бы гнездование. А так присвоил ему категорию B — вероятное гнездование.

Очень красиво пел певчий дрозд (Turdus philomelos). Как это часто бывает, за зиму я подзабыл кое-какие голоса, и хотя был совершенно уверен, что поет именно певчий дрозд, предпочел все-таки найти саму птицу и убедиться.

Встретил нескольких камышовых овсянок (Emberiza schoeniclus). Собственно, я так и нашел варакушку — наблюдал за камышовой освянкой, и вдруг рядом уселась какая-то другая птичка. Я перевел бинокль и чуть не заорал — варакушка. А вот камышовая овсянка:

Я бродил по этому полю около 2 часов, а потом поехал в Одинцовский парк. Там встретил сразу четыре вида дроздов — кроме рябинников и певчих, там еще был черный (Turdus pilaris) и белобровик (Turdus iliacus). До этого белобровиков я почти толком и не встречал, только слышал. Фотография дурацкая, но бровку хорошо видно:

В целом я очень доволен поездкой, хотя видов насчитал не так уж и много — всего 33 штуки. Кое-каких мелких птичек я не смог определить, потому что они быстро летели мимо, а позывки я знаю плоховато. Видел вяхиря и перепелятника, но из машины на скорости, так что не стал регистрировать — испугался ошибки.

Теперь мне нужно рассчитать плотность для каждого вида: для этого нужно определенным образом экстраполировать полученные данные для всего квадрата. Честно говоря, эта работа меня слегка пугает, но я надеюсь, что нигде не совру.

Рано утром 27 марта я отправился посмотреть птиц около дома. Сначала решил посчитать, сколько домовых воробьев гнездится во дворе. Насчитал пять штук. Пока считал, произошло два приятных события: во-первых, я увидел рябинника. В нашем дворе я раньше видел его только один раз много лет назад. Во-вторых, я услышал снегиря. Это было особенно приятно, потому что снегирей я тут никогда не встречал. После всех этих радостей я отправился на Ростовскую набережную и пошел вдоль реки к Лужникам, методично считая всех встреченных по пути птиц. Приятно, что мне попадались не только кряквы, но и хохлатые чернети. Еще все время встречались серебристые чайки (Larus argentatus), хотя, честно говоря, телескопа у меня с собой не было, и я не до конца уверен в определении вида — возможно, это были хохотуньи (Larus cachinnans). Еще приятно: огари! (Tadorna ferruginea). Московская экзотика, — в Латвии таких не найти. Огари, как известно, не московские птички, но популяция из зоопарка успешно расплодилась и теперь они встречаются в разных частях города.

Огарь что-то ищет у берега

Огарей я встретил много — несколько пар. Хотя, конечно, это не называется много, если сравнить с кряквами.

Я дошел до Лужников. Возле ТТК есть интересная точка — отмель рядом с местом впадения реки Сетунь. На этой отмели тусило очень много птиц: в том числе озерных чаек. Они уже все летают в своих летних масках.

Все наблюдения я вносил в базу «Онлайн дневники наблюдений птиц» с помощью приложения для iOS. Приложение отлично работает, удобное. Чем больше там будет наблюдений, тем лучше.

После обследования реки я отправился в парк у Новодевичьего монастыря. Мы часто там гуляли с детьми, но тогда я не так обращал внимания на птиц. А их там довольно много. И сейчас за ними особенно интересно наблюдать, потому что все занимаются гнездами.

Два скворца при мне все время залезали в дупло. В базе нужно отмечать гнездовой статус: посещает вероятное место гнездования. Потом эти скворцы уселись на ветку и стали божественно петь. Жаль, я не записал видео, но вот эмбед с xeno-canto.

Скворечники тоже заняты

Полевые воробьи тоже занимают дупла, и большие синицы, и лазоревки. Вороны летают с ветками в клюве. Все поют. Видел зяблика, который пел, но пока как-то неуверенно. Зато очень уверенно пел щегол. И зеленушек слышно.

Зяблик. Фотография, конечно, не огонь, но полоски на крыле видны.

А это щегол. Фотография еще более не огонь.

Зимой щеглы летают стайкам вроде той, что мы встретили в январе в Коломенском. А сейчас они сидели по одному три штуки и пели на верхушках деревьях. А вот чижи летали стайкой, но довольно тихо себя вели.

Рябинников в Москве много. Сейчас они очень громко трещат.

Большая синица

Этот кусок хлеба ворона мастерски запихала в щель между веткой и стволом — про запас, видимо.

Итак, список встреченных за утро 27 марта видов:

Сизый голубь

Серая ворона

Галка

Полевой воробей

Домовый воробей

Снегирь

Щегол

Зяблик

Большая синица

Лазоревка

Скворец

Рябинник

Зеленушка

Пищуха

Чиж

Кряква

Хохлатая чернеть

Огарь

Серебристая чайка

Озерная чайка

Главный координационный центр бердвотчинга в Москве — Зоомузей МГУ. С 1999 года при музее действует программа «Птицы Москвы и Подмосковья», которую курируют Михаил Владимирович Калякин и Ольга Викторовна Волцит. В рамках этой программы в 2014 году вышел Атлас птиц Москвы: город поделили на 242 квадрата площадью 2x2 километра и в течение шести лет собирали наблюдения профессионалов и любителей. С тех пор Атлас обновляется и пополняется новыми видами. Можно открыть карту, тыкнуть на квадрат и посмотреть, какие птицы там гнездятся, какие зимуют, а какие иногда пролетают мимо. После этого музей координировал сбор данных для Атласа гнездящихся птиц Европейской России. Но Подмосковье до сих пор изучено плохо.

Так что теперь у программы новый проект — нужно собрать данные для Атласа гнездящихся птиц Московской области. Регион поделили на квадраты 10x10 километров, их примерно 480 штук. Каждый может попросить закрепить за собой один или несколько квадратов и обследовать его по определенной методике. Собирать данные будут до 2023 года. Все подробности вот тут.

Я уже связался с координаторами проекта и теперь буду обследовать квадрат в Одинцовском районе — там у нас дача, где в детстве я жил каждое лето, а в последнее время почти не езжу. В каком-то смысле именно там я стал интересоваться птицами — вслед за братом. С тех пор этот район очень сильно застроили. Раньше можно было за пять минут дойти до леса и выйти в поле, но теперь везде частные территории и заборы.

Вот этот квадрат я собираюсь обследовать. Там почти везде частная собственность и заборы. Для смеха даже посмотрел по кадастровой карте — земель общего пользования почти нет. Но ничего, я надеюсь, что все-таки найду, где погулять с биноклем. Я очень вдохновлен, потому что таких данных по птицам в Подмосковье мало. Так что я чувствую себя настоящим исследователем, а квадрат c романтическим названием 37UCB3_14 — terra incognita. В базе «Онлайн дневники наблюдений птиц» можно посмотреть, какие есть регистрации из этого квадрата с 2014 года. И там всего 21 наблюдение — 17 видов:

1. Кряква
2. Канюк
3. Чибис
4. Вяхирь
5. Голубь сизый
6. Рябинник
7. Мухоловка серая
8. Лазоревка
9. Синица большая
10. Поползень
11. Жулан
12. Иволга
13. Сойка
14. Сорока
15. Ворона
16. Скворец
17. Снегирь

Так что каждая новая находка (особенно с подтвержденным гнездованием) будет ценной.

Вчера коротко побывал на Мангальсале и встретил вот такую птичку. Это тростниковая овсянка (Emberiza schoeniclus). По черному капюшону легко узнать самца. Вот пример песенки, но они у тростниковых овсянок звучат по-разному.

Это никакая не редкость, обычный гнездящийся вид Латвии, но я очень обрадовался встрече. И наблюдение даже попало в список интересных встреч за день на сайте DabasDati.lv. Дело в том, что тростниковая овсянка мигрирующий вид, и они как раз только-только возвращаются в Латвию. Видимо, вчера был массовый пролет, потому что я видел целых четыре регистрации тростниковых овсянок, причем Эдгар Смыслов встретил стайку, где было несколько десятков особей: тростниковая овсянка не стайный вид, а толпой летает, насколько я понимаю, только при миграции.

Эту фотографию сделала Илона Гайле 8 марта. Встретить целую стайку тростниковых овсянок, сидящих на одном кусте, можно только при миграции. Игорь Денисов встретил тростниковую овсянку еще 14 февраля. Тростниковые овсянки из Северной Европы обычно мигрируют в пределах континента и зимуют в Великобритании, Испании и других странах. Некоторые особи остаются на зиму в Латвии — например, Валтс Яунземис зарегистрировал тростниковую овсянку 13 января.

Тростниковая овсянка размером с воробья. Самца, как я уже говорил, можно узнать по черному капюшону и белым усам.

А вот это самка — у нее нет такой черной шапки, зато есть две белые пестрины на голове. Фотография — Яниса Янсонса.

Вот самец и самка рядом — скриншот из Коллинза.

Тростниковые овсянки устраивают гнезда на земле — в сырах местах: зарослях тростника, кустарниках, на берегах озер. Иногда выбирают места посуше — например, в молодой поросли хвойных деревьях и рапсовых полях (так учит Коллинз!). Яйца очень красивые (фотография с HBW):

Кроме овсянок мы видели стаю из 22 чибисов (Vanellus vanellus) — тоже мигранты, но они уже давно летят. И сфотографировали морянку (Clangula hyemalis):

Теперь в моем списке за год уже 54 вида.

Видите маленькие белые точки возле верхнего берега? Так выглядят лебеди-шипуны, если снимать их их космоса.

Съездили с Арнисом в Болдераю, вот список встреченных видов (их было 28):

Серая ворона

Ворон

Галка

Грач

Сойка

Сорока

Полевой воробей

Домовый воробей

Большая синица

Лазоревка

Снегирь

Зеленушка

Сизый голубь

Большой баклан

Серебристая чайка

Морская чайка

Сизая чайка

Озерная чайка

Серая цапля

Кряква

Гоголь

Хохлатая чернеть

Большой крохаль

Лысуха

Малая поганка

Белолобый гусь

Лебедь-шипун

Перепелятник

На этой фотографии я кормлю уток и лебедей хлебом, хотя «Северный глупыш» не раз призывал так не делать. Действительно, все время кормить водплавающих хлебом не стоит: считается, что для птиц это как junk food. Но если чуть-чуть покормили, ничего страшного. Конечно, болдерайские жители наверняка в основном кормят местных птиц хлебом, но мы видели женщину с какими-то специальными прессованными таблетками.

Осенью (или зимой, мы не знаем точно) к стае уток и лебедей прибился белолобый гусь. Почему-то он не улетел вместе с остальными. Арнис зарегистрировал его в январе, когда в Риге были морозы. С тех пор он регулярно подкармливал гуся. Наверное, местные жители его тоже на забывали, потому что гусь, кажется, чувствует себя совершенно нормально.

С кряквами и лебедями конфликтов вроде бы не возникает. Белолобые гуси бывают в Латвии только на пролете (зато тысячами), но некоторые остаются зимовать небольшими стаями. А встречаются вот такие птицы-одиночки, которые живут рядом с людьми — это не такая и редкость.

Это Арнис сфотографировал меня с гусем. Вот лебеди. Приятно рассматривать их вблизи.

В 2019 году я видел 51 вид птиц. Это, конечно, совсем мало, так что надо больше ездить. Жаль, что в России маловато бердеров: я почти никуда не ездил и никого не видел, а все равно сейчас занимаю 15-е место среди участников Большого года по Северной Евразии.

Хочу рассказать и показать, что я обычно беру с собой в поездку за птицами.

Это что-то вроде обеда. Банка рыбных консервов и латышский хлеб. Такой рацион я перенял у Арниса.

Кажется, единственная вещь, которую действительно нельзя забыть. Очень многие крутые бердеры обходятся без телескопа, но без бинокля в поле особо нечего делать. Это Nikon Monarch 5 8x42— очень хороший бинокль.

Когда я покупал телескоп, я надеялся, что он полностью изменит мою бердерскую жизнь. И он изменил! Vanguard Spotting Scope Endeavor HD 65A. Увеличение — от 15 до 45. Когда-то я потерял колечко от входной линзы и до сих пор не удосужился заказать новое. В целом это много говорит о моем [постыдном] отношении к оптике.

Выбор штатива, помнится, отнял у меня больше времени и нервов, чем выбор телескопа. Меня все напугали, что если штатив будет слишком легким и неустойчивым, даже самый крутой телескоп не даст нормальной картинки — любое колебание ветра все испортит. Кажется, я выбрал удачный.

Модель фотоаппарата писать не буду — и так видно. Объектив EFS 55-250mm—это, мягко говоря, не лучший объектив для бердера. Но все-таки он выполняет главную свою функцию: позволяет прикладывать пруфы к тем наблюдениям, которые могут вызвать у кого-то сомнения. И стоил всего 100 евро или около того. Раньше я иногда ленился брать с собой фотоаппарат: довольно трудно бродить по пересеченной местности и постоянно делать пометки в блокноте, если на тебе висит бинокль, телескоп, фотоаппарат, а за спиной рюкзак. Но после того, как я встретил в Италии кого-то очень похожего на славку Мольтони, пообещал себе, что исправлюсь.

Мой старый коллинз. Он уже совсем разваливается, но я все никак не куплю себе новое издание. Наверное, все из-за того, что эту книгу подарил мне мой друг, и мне жалко менять ее на другую. Я всегда предпочитаю пользоваться бумажными определителями, потому что в поле мне с ними удобнее, чем с телефоном.

И последнее: блокнот для записей. Иногда мне удобнее сразу регистировать птиц через приложение, но совсем не всегда. Свой старый полевой дневник я куда-то задевал (и меня это уже беспокоит), но, надеюсь, что скоро его найду. Вот и все.