🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/saylor/status/2062853047991103638

Введение

Биткоин больше не является узким техническим экспериментом или нишевым монетарным протестом. Он превратился в доминирующую цифровую денежную сеть и глобальный актив, оказывающий глубокое влияние на отдельных людей, институты, корпорации, банки, рынки капитала и целые государства.

По мере роста Биткоина окружающее его сообщество естественным образом дифференцируется на отдельные школы мысли. Эти группы разделяют общую веру в значимость Биткоина, но расходятся во мнениях относительно того, как он должен развиваться, интегрироваться, масштабироваться и защищаться.

В данной работе описаны четыре основные идеологии Биткоина:

• Биткоин-максималисты
• Биткоин-капиталисты
• Биткоин-технологи
• Биткоин-фундаменталисты

Каждая идеография отражает свой приоритет. Максималист видит в Биткоине доминирующую монетарную сеть. Капиталист рассматривает его как открытый экономический фундамент для интеграции в глобальные рынки. Технолог видит в нем протокол, который обязан непрерывно совершенствоваться. Фундаменталист же воспринимает Биткоин как священный монетарный прорыв, который необходимо защищать от коррупции, поглощения регуляторами и компромиссов.

Эти группы не обязательно исключают друг друга. Многие биткоинеры разделяют элементы сразу нескольких взглядов. Однако эти различия полезны, поскольку они вносят ясность в дискуссии, формирующие будущее Биткоина сегодня.

1. Биткоин-максималист (Bitcoin Maximalist)

Ключевая вера

Биткоин — это доминирующая цифровая монетарная сеть: этический, технический и экономический прорыв, а также инструмент расширения экономических прав и возможностей. Он обеспечивает превосходные права собственности, монетарную честность и дает надежду тем, кто столкнулся с экономическими бедствиями.

Мировоззрение

Биткоин-максималист убежден, что Биткоин — это не просто один из множества криптоактивов. Это и есть тот самый прорыв. Это сеть, которая решила проблему цифрового дефицита, установила надежное фиксированное денежное предложение и создала децентрализованный протокол для хранения и передачи ценности без зависимости от какого-либо правительства, банка, корпорации или посредника.

Для максималиста Биткоин важен потому, что он дает миру то, в чем тот отчаянно нуждается: некоррумпируемые деньги. Он предлагает защиту от инфляции, конфискации, обесценивания валют, контроля за движением капитала, институциональных крахов и монетарного хаоса.

Максималисты склонны рассматривать Биткоин как моральный и цивилизационный прогресс, а не просто как инструмент для спекуляций. Они верят, что более совершенные деньги улучшают человеческое поведение, вознаграждают низкое временное предпочтение, защищают сбережения и открывают людям путь к спасению от экономического угнетения.

На чем они делают акцент:

• Биткоин как доминирующая цифровая монетарная сеть
• Биткоин как единственный по-настоящему децентрализованный криптоактив
• Биткоин как превосходная форма прав собственности
• Биткоин как решение проблемы обесценивания фиатных денег
• Биткоин как надежда для людей, оказавшихся в тяжелых экономических условиях
• Биткоин как долгосрочное средство сохранения ценности
• Биткоин как фундамент для более справедливой монетарной системы

Естественные сильные стороны

Позиция максималистов сильна своей моральной ясностью. Она четко определяет высшую цель Биткоина: дать людям экономическую свободу через твердые деньги. Эта позиция устойчива к отвлекающим факторам, размыванию смыслов и ложному приравниванию Биткоина к конкурирующим токенам или проектам.

Максимализм дает Биткоину его самую мощную идентичность: «второго лучшего не существует».

Естественный риск

Риск заключается в том, что максимализм может потерять точность, если перестанет разделять Биткоин как победившую монетарную сеть и те различные пути, которыми мир будет его внедрять. Максималист может свято верить, что Биткоин уже победил, но ему все еще нужно ответить на вопрос: как именно Биткоин будет интегрироваться с банками, компаниями, рынками капитала, правительствами и миллиардами обычных людей.

Максимализм определяет конечную точку назначения. Другие идеологии спорят о самом маршруте.

2. Биткоин-капиталист (Bitcoin Capitalist)

Ключевая вера

Биткоин полностью раскроет свой потенциал только через интеграцию в глобальную экономику: фиатные валюты, кредитование, ценные бумаги, корпорации, банки, институты, правительства, семьи и частных лиц. Биткоин — это открытая монетарная сеть, созданная для каждого.

Мировоззрение

Биткоин-капиталист убежден, что Биткоин принадлежит всем. Он не должен оставаться изолированным внутри замкнутой экосистемы. Его необходимо внедрять в каждый инвестиционный портфель, на каждый корпоративный баланс, в любые продукты, услуги, ценные бумаги, кредитные инструменты и структуры капитала, где он способен генерировать ценность.

Для капиталиста Биткоин — это цифровой капитал. Как сталь, электричество, нефть, интернет или мобильные технологии, он раскрывает свою истинную ценность лишь тогда, когда становится неотъемлемой частью мировой экономики.

Биткоину вовсе не обязательно уничтожать или заменять собой каждый существующий институт, чтобы изменить мир. Он может укрепить позиции отдельных людей, компаний, банков, страховщиков, управляющих активами, суверенных государств, семейных офисов и рынков капитала, предоставив им доступ к более совершенной форме капитала.

Капиталист абсолютно нормально относится к институциональному принятию. Компании могут держать Биткоин на балансе. Банки — предоставлять услуги по его кастодиальному хранению. Рынки капитала — финансировать его аккумуляцию. На базе Биткоина можно строить кредитные инструменты, повышать ценность акционерного капитала, а также укреплять национальные валюты и платежные системы.

На чем они делают акцент:

• Биткоин как цифровой капитал
• Интеграция с глобальными рынками капитала
• Кредитование под залог Биткоина
• Ценные бумаги, обеспеченные Биткоином
• Стратегии формирования корпоративных казначейских резервов в Биткоине
• Институциональная кастодия и кредитование
• Банки, брокеры, страховщики и управляющие активами как каналы массового принятия
• Инновации на уровнях L2 и L3 для масштабируемости и расширения функционала
• Рыночные стимулы как главная движущая сила защиты и роста Биткоина

Капиталисты часто верят, что многие ограничения базового уровня (L1) можно обойти за счет инноваций на более высоких уровнях протокола или благодаря действиям самих институциональных держателей, преследующих собственные экономические интересы. Если крупные компании, банки, фонды и целые государства станут зависимы от Биткоина, у них появятся мощнейшие стимулы защищать эту сеть, развивать сопутствующую инфраструктуру и гарантировать её долгосрочную безопасность.

Естественные сильные стороны

Позиция капиталистов сильна тем, что она прагматично объясняет, как именно Биткоин масштабируется и встраивается в уже существующий мир. Этот подход инклюзивен и нацелен на экспансию: он приветствует участие частных лиц, семей, корпораций, институтов и правительств в сети Биткоина.

Капиталисты прекрасно понимают, что мировая экономика держится на капитале, кредитах, залогах, кастодии, ликвидности, ценных бумагах, аудите, регуляторике, налогообложении и институциональной инфраструктуре. Если Биткоин претендует на роль глобального цифрового капитала, он обязан взаимодействовать с этими системами.

Кроме того, взгляд капиталистов оптимистичен. Они верят, что Биткоин сделает мир лучше не за счет принуждения всех к какому-то одному узкому сценарию использования, а за счет предоставления свободным рынкам возможности создавать самые разнообразные формы адаптации Биткоина.

Естественный риск

Риск заключается в том, что капиталистическая интеграция тянет за собой усложнение системы, кредитные плечи (леверидж), кастодиальные риски, зависимость от регуляторов и институциональное давление. При неграмотном проектировании финансовые продукты на базе Биткоина могут воссоздать ту самую хрупкость традиционной системы, ради уничтожения которой Биткоин изначально и создавался.

Поэтому капиталист обязан четко проводить грань между продуктивной интеграцией и безрассудной финансовизацией. Цель должна заключаться в распространении преимуществ Биткоина без подрыва его фундаментальных, базовых свойств.

3. Биткоин-технолог (Bitcoin Technologist)

Ключевая вера

Биткоин полностью раскроет свой потенциал только через непрерывное совершенствование базового уровня (L1). Это необходимо для повышения масштабируемости, удобства использования, приватности, функциональности, безопасности, целостности и совместимости по мере того, как меняются потребности пользователей и эволюционируют внешние угрозы.

Мировоззрение

Биткоин-технолог видит в Биткоине выдающийся протокол, но не считает его завершенным продуктом. Технолог убежден, что технологии не стоят на месте, угрозы видоизменяются, запросы пользователей растут, а значит, и сам Биткоин должен продолжать эволюционировать.

Для технолога ответственная модернизация протокола — это не порча или искажение его сути, а грамотное управление активом. Долгосрочный успех Биткоина может потребовать более высокого уровня приватности, улучшенной масштабируемости, продвинутых возможностей скриптования, повышенной безопасности, более совершенной архитектуры кошельков, интероперабельности (совместимости), гибких моделей кастодии, качественной поддержки решений второго уровня (L2) и, в конечном счете, защиты от принципиально новых вызовов, таких как появление квантовых компьютеров.

Технологи, как правило, сосредоточены на том, чем Биткоин способен стать, если модернизировать его базовый уровень. Они всерьез опасаются, что чрезмерный консерватизм со временем может сделать Биткоин менее полезным, менее приватным, трудномасштабируемым и в итоге неконкурентоспособным.

На чем они делают акцент:

• Модернизация базового уровня (L1)
• Масштабируемость
• Конфиденциальность и приватность
• Безопасность
• Функциональность
• Удобство использования (Usability)
• Целостность протокола
• Совместимость с системами более высоких уровней
• Подготовка к будущим техническим угрозам
• Расширение возможностей для разработчиков, строящих решения на Биткоине

Естественные сильные стороны

Позиция технологов сильна пониманием того, что ни одна технология не способна выжить в долгосрочной перспективе, если она игнорирует меняющиеся внешние условия. Технический прогресс имеет значение. Безопасность имеет значение. Пользовательский опыт, приватность и масштабирование — все это критически важно.

Технологи привносят в экосистему инженерную дисциплину, системное воображение и чувство дедлайна. Они помогают выявлять проблемы задолго до того, как те перерастут в полномасштабный кризис, и предлагают архитектурные улучшения, способные укрепить сеть. Без технологов Биткоин рискует столкнуться со стагнацией перед лицом реальных технических вызовов.

Естественный риск

Риск заключается в том, что масштабные изменения протокола могут повлечь за собой непредвиденные и опасные последствия. Главная сила Биткоина — в его абсолютной надежности. К любым изменениям базового уровня необходимо подходить с экстремальной осторожностью, поскольку малейшая ошибка может поставить под удар безопасность, децентрализацию, монетарную честность или социальный консенсус в сообществе.

Технологические амбиции становятся опасными, если недооценивается ценность стабильности. В медицине существует понятие ятрогении — вреда, нанесенного самому пациенту в процессе лечения. Биткоин сталкивается с аналогичным риском: изменения протокола, призванные улучшить систему, могут непреднамеренно её ослабить.

Поэтому технолог обязан уважать здоровый консерватизм Биткоина. Бремя доказывания необходимости любых изменений на базовом уровне должно оставаться чрезвычайно высоким.

4. Биткоин-фундаменталист (Bitcoin Fundamentalist)

Ключевая вера

Биткоин полностью раскроет свой потенциал, только если останется верен своим базовым принципам: самостоятельному хранению (self-custody), запуску персональных нод, децентрализации, неизменяемости кода и использованию непосредственно в качестве денег. Фундаменталисты стремятся защитить Биткоин от коррупции, поглощения регуляторами и любых компромиссов.

Мировоззрение

Биткоин-фундаменталист видит в Биткоине монетарную революцию, которую необходимо защищать от размывания смыслов со стороны институтов, правительств, финансовых инженеров и чрезмерных экспериментов с протоколом.

Для фундаменталиста чистота Биткоина — это и есть самое главное. Биткоин ценен тем, что он дефицитен, децентрализован, общедоступен (permissionless), устойчив к цензуре и суверенен. Эти свойства крайне хрупки. Их могут ослабить концентрация активов у кастодианов, регуляторный захват, использование кредитных плеч, перезалог (регипотекация), зависимость от институтов или плохо продуманные обновления протокола.

Фундаменталисты с наибольшим энтузиазмом относятся к индивидуальному суверенитету. Они убеждены, что каждый человек должен сам владеть своими приватными ключами, запускать собственную ноду, самостоятельно верифицировать свои транзакции и использовать Биткоин именно как деньги: средство сохранения ценности, средство обмена и расчетную единицу.

Их главная тревога заключается в том, что успех Биткоина может привлечь силы, которые попытаются перекроить его под себя. Правительства захотят контроля. Банки захотят кастодии. Компании захотят финансовой инженерии. Технологи захотят обновлений. Фундаменталисты стремятся сохранить первозданную монетарную целостность Биткоина наперекор любому подобному давлению.

На чем они делают акцент:

• Самостоятельное хранение (Self-custody)
• Запуск персональных нод
• Децентрализация
• Неизменяемость (Immutability)
• Свободный, беспрепятственный доступ (Permissionless)
• Устойчивость к цензуре
• Биткоин как платежное средство и деньги
• Низкое временное предпочтение
• Скептицизм по отношению к кастодианам и посредникам
• Сопротивление изменениям на базовом уровне (L1), способным подорвать протокол

Естественные сильные стороны

Позиция фундаменталистов сильна тем, что она защищает саму душу Биткоина. Она напоминает миру о том, ради чего Биткоин вообще был создан. Она отстаивает свойства, делающие Биткоин уникальным, и не позволяет сети превратиться в очередной финансовый продукт, контролируемый традиционными институтами.

Фундаменталисты — это стражи базовых принципов (first principles) Биткоина. Они оберегают культуру личной верификации («не верь, проверяй»), суверенитета и недоверия к централизованной власти. Без фундаменталистов Биткоин рискует оказаться захваченным, избыточно финансовизированным, зарегулированным или измененным до такой степени, что его ключевое ценностное предложение будет утрачено.

Естественный риск

Риск заключается в том, что фундаментализм может стать слишком закрытым и изолированным. Если Биткоин будет признаваться правильным только при одном узком сценарии использования, то миллиарды людей, компаний и институтов окажутся отрезаны от его преимуществ.

В мире с населением 8 миллиардов человек далеко не все будут использовать Биткоин одинаково. Кто-то выберет self-custody. Кто-то доверится банкам. Кто-то станет покупать ценные бумаги. Кто-то предпочтет держать Биткоин через акции компаний. Кто-то начнет брать кредиты под его залог. А кто-то будет строить поверх него новые кредитные инструменты, валюты и рынки капитала.

Если фундаменталисты будут категорически отвергать любую институциональную интеграцию и любые технические улучшения, они, возможно, и сохранят чистоту Биткоина, но при этом ограничат масштаб его глобального охвата.

Главный вызов для них — защитить протокол, не препятствуя его массовому принятию.

Главное противоречие

Эти четыре идеологии можно понять через вопрос, который задает каждая из них:

• Максималист спрашивает: Что Биткоин уже доказал?
• Капиталист спрашивает: Как Биткоин интегрируется в глобальную экономику?
• Технолог спрашивает: Как Биткоин должен совершенствоваться?
• Фундаменталист спрашивает: Как нам защитить базовые принципы Биткоина?

Каждая группа отвечает на реальную потребность системы.

• Биткоину нужны Максималисты, чтобы сохранять убежденность.
• Биткоину нужны Капиталисты, чтобы стимулировать массовое принятие.
• Биткоину нужны Технологи, чтобы решать технические вызовы.
• Биткоину нужны Фундаменталисты, чтобы защищать протокол.

Опасность возникает тогда, когда какая-то одна идеология возводится в абсолют.

• Максималисты могут стать высокомерными и пренебрежительными.
• Капиталисты могут стать безрассудными.
• Технологи могут стать склонными к избыточному вмешательству.
• Фундаменталисты могут стать изоляционистами.

Здоровая экосистема Биткоина нуждается в убежденности, интеграции, инновациях и сохранении традиций.

Дальнейший путь Биткоина

Успех Биткоина, скорее всего, потребует синтеза этих точек зрения.

Биткоин должен оставаться децентрализованным, дефицитным, безопасным и неизменяемым на своем базовом уровне. В этом заключается суть позиции Фундаменталистов.

Биткоин должен быть признан доминирующей цифровой монетарной сетью и прорывом в области прав собственности и монетарной честности. В этом заключается суть позиции Максималистов.

Биткоин должен интегрироваться в мировую экономику через компании, банки, ценные бумаги, кредитование, фиатные валюты и рынки капитала. В этом заключается суть позиции Капиталистов.

Биткоин должен и впредь извлекать пользу из технических исследований, инноваций на более высоких уровнях протокола и тщательно продуманных улучшений, когда это необходимо для поддержания безопасности и полезности. В этом заключается суть позиции Технологов.

Самый надежный путь вперед — это не безрассудные изменения, не регуляторный захват институтами и не изоляционистская чистота. Это дисциплинированная экспансия.

Базовый уровень (L1) должен восприниматься как священная инфраструктура. Изменения в нем должны быть редкими, осторожными и приниматься исключительно на основе абсолютного консенсуса. Основная часть инноваций должна происходить на более высоких уровнях — в приложениях, кастодиальных системах, на рынках капитала, в кредитных инструментах и глобальной финансовой инфраструктуре. При этом за отдельными людьми всегда должно сохраняться право и физическая возможность самостоятельно хранить свои активы, запускать ноды и лично верифицировать сеть.

Сила Биткоина кроется в том, что он может служить интересам многих групп, не принадлежащих ни одной из них.

• Он может быть деньгами для частных лиц.
• Он может быть капиталом для компаний.
• Он может быть залогом для банков.
• Он может быть резервом для государств.
• Он может быть собственностью для семей.
• Он может быть инфраструктурой для рынков.
• Он может быть надеждой для каждого, кто столкнулся с экономическим угнетением.

Заключение

Будущее Биткоина будет формироваться в постоянном взаимодействии Максималистов, Капиталистов, Технологов и Фундаменталистов.

• Максималисты напоминают нам о том, что Биткоин — это доминирующая цифровая монетарная сеть и исторический прорыв для человечества.
• Капиталисты напоминают нам о том, что Биткоин должен интегрироваться в мировую экономику, чтобы полностью раскрыть свой потенциал.
• Технологи напоминают нам о том, что Биткоин должен оставаться безопасным, полезным и устойчивым по мере эволюции технологий и угроз.
• Фундаменталисты напоминают нам о том, что базовые принципы Биткоина никогда не должны идти на компромисс.

Эти идеологии — не просто фракции или лагеря. Это фундаментальные силы. Каждая из них защищает нечто жизненно важное. И каждая из них способна зайти слишком далеко.

Главный вызов для Биткоина — сохранить то, что делает его уникальным, позволив ему при этом стать полезным для каждого.

Миссия заключается не в том, чтобы выбирать между чистотой и массовым принятием или между инновациями и стабильностью. Миссия состоит в том, чтобы гарантировать, что Биткоин останется Биткоином, пока весь остальной мир строится поверх него.

Именно так Биткоин раскрывает свой истинный потенциал.

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/saylor/status/2062853047991103638

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://maybeltr.substack.com/p/the-tantalus-trade

Представьте себе: вы стоите по подбородок в озере с пресной водой. Вы умираете от жажды, но стоит вам наклониться, чтобы напиться, как вода отступает от ваших губ. Вы чахнете от голода. Озеро окружают прекрасные деревья, усыпанные спелыми гранатами, но стоит вам протянуть руку к плоду, как ветви испуганно взмывают вверх, оставаясь недосягаемыми.

Именно такая участь постигла сына Зевса, Тантала, наказанного в Тартаре. Древнегреческие источники расходятся в том, что именно совершил Тантал, дабы заслужить подобную кару: версии разнятся от испытания всеведения богов до попытки подать им на пиру неподобающее блюдо. Так или иначе, боги обрекли его вечно стоять в водоеме, из которого он не может напиться, среди плодов, которые он не может вкусить. Все, чего он мог бы желать, все, в чем он отчаянно нуждается, находится прямо перед ним, но ничто из этого невозможно взять. От его имени в английском языке произошло слово «tantalizing» (дразнящий, манящий, но недоступный).

Эссе Смака (0xSmac) «Let The Bubble Wash Over You» («Позвольте пузырю захлестнуть вас») — это потрясающий глубокий анализ того, как изменилась сама тектоника финансовых рынков.

Крипта и интернет в целом совершили много потрясающих вещей, и главным достижением среди них, пожалуй, стала демократизация доступа к финансам. Если конкретно, то крипта позволяет любому человеку инвестировать в новый класс активов без чьего-либо разрешения. В своей предыдущей статье об анбандлинге (разделении функций) банков я разбираю это более подробно — в частности то, как демократизация доступа подстегнула конкуренцию и привела к повышению доходности, улучшению пользовательского опыта и снижению цен для потребителей финансовых услуг. В этой же статье я намерен потянуть за ниточку теории заговора, оставленную Смаком.

Да, мы определенно демократизировали доступ самыми разными способами: через токенизированные активы, децентрализованные биржи и ончейн-доходность. На самом деле, на протяжении большей части нашей финансовой истории владение долей в компании было сродни членству в элитарном загородном клубе ради игры в поло — это было занятие для высшего общества. Вам нужны были хорошие отношения с брокером, телефон, чтобы до него дозвониться, минимальный баланс на счете и высокая толерантность к грабительским комиссиям. В 1942 году лишь около 4% американцев владели акциями; сегодня этот показатель превышает 58%. Серьезный перелом наступил в 2013 году с запуском Robinhood — торговой платформы без комиссий, которая вынудила всех остальных либо перейти на такую же модель, либо зафиксировать сокрушительное поражение. Как в классическом учебнике по экономике (ECON 101), это привело брокеров к состоянию совершенной конкуренции, заставив их опустить комиссии до нуля. С появлением дробных акций снизился и барьер для покупки одной бумаги, что породило лавину приложений для микроинвестиций вроде Acorn. Любой, кто читает эти строки, наверняка помнит, что произошло дальше: COVID, WallStreetBets, GameStop, DOGE, и толпы запертых дома людей, мечтающих сплотиться и утереть нос банкирам в дорогих костюмах. Частное озеро стало общественным достоянием, и каждый притащил туда свое каноэ или сапборд. И тем не менее, верхний 1% населения Америки по-прежнему владеет 54% всех публично торгуемых акций.

Эта демократизация была прекрасна и, по сути, отражала саму суть свободных рынков (привет Милтону Фридману). Однако старожилы рынка и «костюмы» не собирались так просто сдаваться после того, как получили пинок под зад от кучки работяг с 50 долларами в кармане и аккаунтом на Reddit. Исторический прецедент для этого есть: во времена гиперинфляции в Веймарской республике в 1921–1923 годах немецкое население массово скупало акции, пока богатые бумеры старой закалки сидели в облигациях. В мае 1927 года Рейхсбанк намеренно обрушил рынок, тем самым полностью уничтожив розничных инвесторов, пытавшихся спастись от инфляции. Веймарский опыт показывает: доступ к публичному рынку в целом становится скорее утешительным призом, нежели реальной победой. Сегодня на биржу выходит меньше компаний, чем когда-либо прежде. Медианная выручка компании при выходе на IPO в 1980 году (с поправкой на инфляцию) составляла около 64 миллионов долларов; в 2024 году она превысила 200 миллионов. С конца 90-х годов число публично торгуемых компаний сократилось вдвое — с 8 000 до примерно 4 000, а медианное количество IPO упало со 158 в год (показатель, державшийся 40 лет) до всего лишь 38 в 2022 году. Это просто переводит в цифры то, что большинство из нас и так чувствует: к моменту, когда компании становятся публичными, основной рост уже происходит на непубличной стадии. Вы могли поверить в Amazon, когда компания выходила на IPO с оценкой в 438 миллионов долларов, и сорвать куш. Но сейчас? Оценка в 438 миллионов — это типичный раунд серии B. Современные аналоги Nvidia, Microsoft и Amazon уже сделали свои 100x, будучи непубличными стартапами. С новыми закрытыми раундами, появляющимися каждый день, у нас скоро закончатся буквы алфавита (что идет после серии Z?). Это и есть график К-образной формы. Справедливости ради стоит отметить, что здесь частично присутствует ошибка выжившего: многие доткомы обнулились во время краха. Однако мой тезис в другом: в 1980-х годах компании оставались непубличными около 5 лет, тогда как сегодня этот срок составляет 12–14 лет.

Для тех, кто не знаком с этим понятием: К-образная экономика — это экономика, в которой все стартуют с одной точки, а затем расходятся в двух противоположных направлениях: одно идет вверх, другое — вниз. Изначально нам говорили, что демократизация доступа подобна приливу, который поднимает все лодки — ведь чем больше бабушек будут разгонять цены наших акций, тем лучше, верно? Но в реальности применительно к активам, которые имеют наибольшее значение, эта демократизация обернулась К-образной кривой. Верхние 10% населения владеют 93% акций, а нижние 50% — всего 1%. К-образное расслоение в экономике США на сегодняшний день обусловлено в первую очередь ростом стоимости финансовых активов (проблема доступа!), а не трудовыми доходами. Следовательно, бычий рынок по самой своей природе является событием К-образной формы. В этой К-модели верхнюю «доходную» ветвь (на самом деле речь идет о крупных держателях активов, а не о людях с высокими зарплатами) формируют фонды роста, институционалы, ранние сотрудники компаний и семейные офисы (family offices), в то время как нижняя ветвь — это, по сути, весь розничный сектор. Проще говоря: мы — Тантал, тянущийся за плодом. А ветка поднимается все выше.

При этом я хочу прояснить, что не выступаю против венчурного капитала или высоких оценок стоимости компаний (я сам работаю в венчурном фонде!). Многие из этих гигантских непубличных компаний создали массу положительных экстерналий (косвенных полезных эффектов) для общества. Например, Stripe помог множеству мелких семейных предприятий расширить бизнес и работать эффективнее. Anthropic вдохновил тонны новых соло-предпринимателей уйти в свободное плавание и запустить свои компании. Мне кажется, что многие наши социальные проблемы проистекают из менталитета «мы против них»; мы предпочитаем оставаться в рамках игры с нулевой суммой и просто меняться местами вместо того, чтобы вместе стремиться к игре с положительной суммой. Выражаясь языком первобытного человека: больше долларов у венчурных фондов (VC); VC более ревностно охраняют свою территорию; VC не сотрудничают; VC дерутся с другими VC за возможность дать компании доллар; меньше крупных побед для всего класса VC; еще больше драк между VC за эту возможность.

То есть, по правде говоря, никакой это не заговор; все лежит на поверхности, и это легко заметить. Это гораздо больше похоже на кризис стимулов, который засасывает всю прибыль в одну точку. Венчурные фонды панически боятся упустить следующего «единорога», способного окупить весь фонд, и поэтому охотно переплачивают за любой актив, демонстрирующий подобный потенциал. В результате оценка стоимости компаний стала почти абсолютно неэластичной. Но вокруг кризиса стимулов сложно собрать беснующуюся толпу, да и звучит это не так сексуально и таинственно, как «тайное мировое правительство». Поэтому мы предпочитаем этого не замечать, хватаясь вместо этого за факелы и вилы.

Правда же заключается в том, что компании все чаще остаются непубличными просто потому, что это элементарно выгоднее. Частного капитала сейчас больше, чем когда-либо; сотрудники могут легко получить ликвидность и без IPO; а математическое ожидание (EV) от сохранения статуса непубличной компании перевешивает издержки выхода на биржу. В 1996 году был принят Закон об улучшении национального рынка ценных бумаг (NSMIA), который открыл шлюзы для частного капитала, и, по совпадению, именно в это время число публичных компаний достигло своего исторического максимума. Дальнейшая история хорошо известна: Масаёси Сон и мегафонды SoftBank, интерес суверенных фондов благосостояния к венчуру, кроссовер-инвестирование и так далее. Широкое распространение получили вторичные рынки (secondaries), где сотрудники и инвесторы могут продавать свои акции без всякого IPO, что лишило компании последней веской причины для раннего выхода на биржу. Отсюда простая логика: если капитала в избытке и вам больше не нужно подвергать себя жесткому контролю со стороны общественности, то зачем это делать?

Еще одно возможное преимущество сохранения непубличного статуса заключается в том, что современные IPO превратились в исход талантов библейского масштаба. В 2024 году было опубликовано исследование Бабиной, Уимет и Заруцки под названием «IPO, человеческий капитал и перераспределение рабочей силы», где изучалось влияние IPO на человеческий капитал. Авторы обнаружили следующее: (а) успешные IPO выталкивают высокооплачиваемых сотрудников в новые стартапы; (б) этот исход вызван «богатственным шоком» (люди обналичивают колоссальные суммы, что позволяет им идти на риск и присоединяться к новым стартапам); и (в) более существенные прибавки к зарплате получают те, кого нанимают уже после IPO (вспомните пакеты вознаграждений Meta в 1 миллиард долларов для специалистов по ИИ). То есть люди, пришедшие в компанию, когда все риски уже были сняты, получают больше (в плане оклада), чем те, кто эти риски на себя брал. Ранее те же авторы опубликовали сопутствующую работу «Уход в предпринимательство», в которой утверждают, что спад количества IPO напрямую связан со спадом создания новых компаний. На уровне житейских примеров это вполне логично: меньше IPO — меньше богатственных шоков, а значит, меньше сотрудников, застрахованных от финансовых рисков и способных позволить себе уйти в какой-нибудь новый рискованный проект.

Более свежий пример — это IPO компании SpaceX. Около 30% акций было зарезервировано для широкой публики, и урвать свой кусок пытались абсолютно все (даже кассир в 7/11 расспрашивал меня об этом). Доступ-то был предоставлен, и весьма успешно, но доступ к чему конкретно? Львиная доля роста стоимости SpaceX до 1,8 триллиона долларов уже произошла на непубличной стадии (да, я знаю, что объем акций в свободном обращении мал). Получается, широкая публика получила доступ к самому горячему IPO при оценке, превышающей показатели Microsoft и Amazon в аналогичный период, хотя путь этих двух гигантов к триллионным оценкам проходил у всех на виду — на публичном рынке. Мы получили доступ, да, но если смотреть правде в глаза — доступ к их выходу в кэш (exit).

Конечно, можно возразить: если вы действительно хотите зайти в непубличную компанию, это можно сделать через SPV (специальные инвестиционные компании) и тому подобные инструменты. Но здесь мы упираемся в стену требований к аккредитованным инвесторам в США. Это значит, что если ваш доход не составляет 200 тысяч долларов в год или ваш чистый капитал меньше 1 миллиона долларов, вы не можете участвовать в закрытом раунде. Под эти критерии не подходит около 81% американских домохозяйств (согласно анализу SEC за 2022 год). Данные правила были установлены еще в 1982 году: государство решило, что многие из нас слишком «неискушенны», чтобы рисковать своей тысячей долларов в закрытом раунде Anthropic, даже если бы мы сами того захотели. Высшая степень иронии заключается в том, что те же самые регуляторы совершенно не против, если вы спустите месячную зарплату на ставки на спорт, экспрессы, опционы с нулевым днем до экспирации (0DTE) из рекомендаций на Reddit или бекон со вкусом коричных тостов. Вам разрешено глупо проигрывать деньги, но запрещено терять их, идя на более разумные риски. Стоит также отметить, что законы об аккредитованных инвесторах никогда не корректировались с учетом инфляции, так что расширение доступа для большего числа домохозяйств — это результат не доброй воли властей, а банальной халатности. Если бы эти цифры скорректировали, порог чистой стоимости капитала составил бы около 3,037 миллиона долларов, а доход — около 607 тысяч, что отсекло бы 95% домохозяйств. Поэтому не нужно называть неспособность правительства обновить законы «защитой доступа» — это не целенаправленный шаг в правильном направлении. Тем не менее, недавние события дают определенную надежду: Палата представителей одобрила законопроект «О справедливых инвестиционных возможностях для профессиональных экспертов», который расширит доступ для людей со специфическими лицензиями, образованием или профессией при условии, что SEC будет корректировать имущественные и доходные цензы с учетом инфляции каждые 5 лет.

Кроме того, большинство крупных частных компаний проводят тендерные предложения (tenders), позволяя сотрудникам продавать свои акции обратно компании или инвесторам ради ликвидности (SpaceX устраивала их примерно дважды в год). Таким образом, одна из последних причин для выхода на IPO была устранена за счет отделения ликвидности для ранних владельцев от публичного листинга. Ветка Тантала снова поднимается выше, потому что люди, у которых есть сила потянуть её вниз (сотрудники), теперь могут насытиться самостоятельно. Доступ для широкой публики вновь ослабевает под натиском частных интересов.

Многие возразят, что доступ не гарантирует более высокую доходность, и это абсолютная правда. Большинство венчурных фондов не могут переиграть индекс S&P 500 с поправкой на риск. Однако я не утверждаю, что доходность будет выше; я утверждаю, что на сегодняшний день людям не дают даже самой возможности. Обычный розничный инвестор, допущенный к закрытому раунду, чаще всего оказывается «последними деньгами» в SPV — то есть финальной ликвидностью для чужого выхода из актива. Более того, я согласен, что лучшие фаундеры не станут сидеть и ждать денег от ритейла: они и так могут выбирать среди топовых фондов первого эшелона (Tier-1). Классическая проблема ухудшающего отбора (adverse selection), когда розничные инвесторы получают доступ лишь к худшим непубличным рынкам, более чем реальна. На мой взгляд, это лишь доказывает мои предыдущие тезисы о К-образной модели и о муках нашего сегодняшнего иллюзорного доступа. Одного лишь доступа недостаточно; а попытки делать вид, будто его одного хватит, лишь глубже загоняют нас в яму.

Итак, мы имеем следующую картину: капитал больше не является ограничивающим фактором, компании больше не нуждаются в наших деньгах, весь рост происходит на непубличной стадии, а сотрудники и фаундеры могут выходить в кэш без нашего участия. При этом я согласен, что непубличные рынки по-прежнему более рискованны, чем публичные, раскрытие информации там скудное, вторичные рынки могут быть неликвидными, а оценки стоимости строятся скорее на нарративах и «вайбах», нежели у большинства публично торгуемых акций (хотя ситуация и меняется). Наличие определенных барьеров вполне логично, но в реальности это приводит лишь к тому, что люди обнуляют свои депозиты на скам-обертках в виде лихтенштейнских SPV с абсурдными комиссиями. Я не утверждаю, что у нас не должно быть механизмов защиты; я говорю о том, что наши механизмы безнадежно устарели. Оценка по чистому капиталу — это ужасный критерий для определения уровня финансовой грамотности (особенно теперь, в эпоху ИИ). Жажда широкой публики дотянуться до этих компаний стала настолько неистовой, что мы, по сути, выстроили целую индустрию вокруг мошенничества и «контрабанды» доступа к непубличному рынку: от токенизированных трекеров, не дающих никаких реальных прав на активы, до фондов из четырех букв, которые маскируют под «доступ» банальную об общую розницу ликвидность на выходе (уж извините, но как есть!). Тем не менее, этот ненасытный аппетит толпы уже перетер канаты, сдерживавшие нас перед красной дорожкой, и если поднажать еще немного, думаю, мы все сможем по ней пройти. Но мы еще очень далеки от этого, поскольку большинство современных инструментов доступа — это либо не настоящий доступ (а просто трекеры), либо активы с огромной наценкой, превышающей реальную стоимость компании (такие фонды часто торгуются с мультипликатором в 2-3 раза выше стоимости их непубличных портфелей). Если возвращаться к метафоре с Танталом, мы вроде как дотягиваемся до каких-то плодов и получаем немного воды, но это скорее приторный яблочный сок Mott’s и Gatorade, а не настоящая здоровая пища. Нам разрешают довольствоваться подделками или объедками, но не оригиналом.

Лучик надежды во всем этом кроется в том, что мучения Тантала были вечными. Наши же общественные мучения подстроены не пантеоном богов — мы стоим перед старыми, разрушающимися воротами, которые едва сдерживают натиск наших желаний. Однако мы не должны довольствоваться соком Mott’s и Gatorade; нужно стремиться к настоящим гранатам и чистой воде, которые от нас все еще прячут. Мы не можем идти здесь на паршивый компромисс, ведь это буквально разница между возможностью купить Amazon при оценке в 438 миллионов долларов или в 2,4 триллиона.

Когда мы думаем об отсутствии доступа как о каком-то заговоре иллюминатов, а не как о прозрачной структуре с неверными стимулами и устаревших законах об инвесторах, мы вредим сами себе. Мы теряем способность четко увидеть то, что нам нужно исправить, и вместо этого кричим в туман на монстра, которого не существует. Я бы сказал, что большинство людей сегодня уже гораздо более финансово грамотны, чем раньше, именно потому, что финансовые продукты буквально пихают нам в глотку на каждом шагу. Как я уже отмечал в своей предыдущей статье, я считаю, что одна из самых опасных позиций сегодня — это списывать молодые поколения со счетов как зомби-игроманов, вместо того чтобы видеть в них гиперинформированных, технологически грамотных людей, которые просто временно сбились с пути.

Я лично верю, что в ближайшие годы нас ждет безумное и увлекательное время в сфере финансов. Также я верю, что многие банально устали от того, что им постоянно указывают, на что тратить деньги. Люди сыты по горло агрессивной рекламой, устали от того, что абсолютно всё превращается в гипер-азартную игру, и задаются вопросом: почему они могут делать ставки на погоду, но не могут вложиться в стартап на ранней стадии, в который искренне верят? Там, где есть спрос, со временем обязательно появится предложение, и лично мне безумно интересно посмотреть, в какой именно форме оно придет. Если вы строите что-то в сфере обеспечения доступа — не стесняйтесь, пишите мне!

Конец связи.

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://maybeltr.substack.com/p/the-tantalus-trade

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/ksimback/status/2072752017186107866?s=52

TL;DR: Fable — крайне прожорливая до токенов модель. Если не принять меры, вы моментально исчерпаете лимиты или получите огромный счет за использование API. В этом руководстве собраны все советы по оптимизации вашей конфигурации. Вы научитесь использовать Fable стратегически, а не гонять её на задачах, где такая мощность избыточна.

Вы можете просто прочесть эту статью, но лучше скопировать её текст и отправить в Claude со следующим промптом:

Прочитай эту статью и помоги мне оптимизировать мою конфигурацию для стратегического использования Fable.

Обзор

Fable 5 возвращается. Но прежде чем загружать в неё все свои промпты подряд, учтите: она потребляет колоссальное количество токенов, а стоимость одного токена весьма высока. Поэтому лучше оптимизировать рабочее окружение и задействовать модель только там, где она раскрывается на максимум, оставив простые и быстрые задачи менее дорогим моделям.

Главный принцип — относиться к Fable как к ведущему инженеру (Senior Engineer): она планирует, принимает архитектурные решения, отлаживает сложные баги и проводит финальный ревью.

При этом она практически никогда не должна заниматься рутиной: грепать (искать через grep) файлы в репозитории, писать шаблонный код (boilerplate) или управлять браузером.

Всю объемную работу должны выполнять более дешевые модели (Sonnet, Opus или скоординированный Codex). Fable лишь оркеструет процесс и верифицирует результаты.

Эта статья построена на упомянутой философии и предлагает 7 конкретных рекомендаций (плюс бонус). Внедрите их, и ваш финансовый директор или бухгалтер позже скажут мне спасибо.

Фаза 1 — Аудит (сделайте это в первую очередь, до внесения изменений)

Изучи мою текущую конфигурацию и предоставь отчет по каждой рекомендации:

1. Прочитай файл ~/.claude/settings.json: обрати внимание на модель (используется ли версия с контекстом в 1 миллион токенов [1m]?), уровень вычислительных затрат (effortLevel) и глобально включенные плагины (enabledPlugins).
2. Прочитай файл ~/.claude/CLAUDE.md (если он существует): есть ли в нем правила маршрутизации моделей или делегирования задач субагентам?
3. Проверь директорию ~/.claude/agents/ на наличие кастомных конфигураций агентов с жестко закрепленными (pinned) моделями.
4. Проверь, установлен ли внешний CLI для работы с кодом (например, codex в переменной PATH) или навык (skill), который его оборачивает.

[!NOTE]Используй быстрые целевые проверки по конкретным путям, а не сканирование всей домашней директории, которое может упасть по таймауту.

Представь результаты аудита в виде краткой таблицы со столбцами: Рекомендация, Текущее состояние, Статус выполнения (Выполнено / Частично / Не выполнено).

Фаза 2 — Рекомендации

Для каждой нереализованной рекомендации объясни, что именно ты изменишь в МОЕЙ конкретной конфигурации, и спроси разрешения перед редактированием файлов. Применяй изменения строго поочередно.

1. Добавить раздел маршрутизации моделей в CLAUDE.md

• Что сделать: Добавить постоянную инструкцию, которая жестко закрепляет, какая модель отвечает за определенный класс задач при запуске субагентов или воркфлоу-агентов.
• Почему это экономит токены: По умолчанию субагенты наследуют модель основного цикла (main-loop). Если ваш основной цикл запущен на Fable, то каждый агент, созданный для поиска или реализации, будет втихую расходовать токены по тарифам Fable. Это главный источник скрытых расходов в конфигурациях с Fable.

Предлагаемый раздел для добавления в ~/.claude/CLAUDE.md:

Markdown

## Маршрутизация моделей и токенов
Fable (основной цикл) используется исключительно для: проектирования архитектуры, планирования, сложной отладки, финального ревью/синтеза и разбора неоднозначных задач. Все остальные задачи делегируются более дешевым моделям.

При запуске субагентов (инструмент Agent) или воркфлоу-агентов явно указывайте модель:
- **sonnet** (по умолчанию для любого поиска и анализа): поиск по файлам/коду, параллельный сбор информации (используйте тип агента Explore), анализ и суммаризация кодовой базы, сканирование логов, извлечение данных, стандартная реализация по четкому ТЗ, запуск QA-тестов, обновление документации. НЕ используйте haiku для исследовательских задач — поверхностный или неточный аналитический отчет субагента, принятый Fable за чистую монету, в итоге обойдется дороже, чем сэкономленные на токенах центы.
- **opus**: сложная реализация, глубокий код-ревью, нетривиальный рефакторинг.
- **без указания модели (наследование Fable)**: только для принятия архитектурных решений, экспертной верификации критически важных находок или синтеза результатов работы нескольких агентов.

Параметр Effort: используйте "low" для рутинных механических этапов, значение по умолчанию для обычной работы, и "high" / "xhigh" только для этапов верификации, оценки и проектирования.

Субагенты должны возвращать выводы со ссылками на конкретные строки файлов (file:line) — пересылать исходный код файлов целиком запрещено. Мы не должны платить по тарифам Fable за повторное чтение того, что дешевая модель уже прочитала; инструктируйте субагентов соответствующим образом в их промптах.

[!TIP]Примечание касательно исключения Haiku: Haiku отлично справляется с задачами в формате поиска совпадений («найди все места, где вызывается функция X»), но пасует перед задачами на понимание контекста («как здесь устроен флоу авторизации?»). Опасность в том, что она ошибается незаметно: выдает уверенный, правдоподобный, но слегка неверный отчет. Fable строит логику на его основе, и в итоге исправление «ложной карты» стоит гораздо больше, чем экономия на токенах. Поэтому Sonnet — это необходимый минимум для анализа кода. Если вы хотите выжать максимум оптимизации, попросите вернуть Haiku в пул задач, но строго для точечных поисковых операций.

2. Не используйте версию модели с контекстом 1M по умолчанию

• Что сделать: Если в settings.json прописано "model": "claude-fable-5[1m]", замените значение на обычную "claude-fable-5", за исключением случаев, когда вам регулярно необходим контекст всей кодовой базы в рамках одной сессии.
• Почему это экономит токены: На каждом шаге (turn) модель заново перечитывает весь накопленный контекст. Стоимость растет лавинообразно по мере удлинения сессии, а версия 1m позволяет раздувать историю чата гораздо сильнее, чем стандартная Fable.Описанная выше стратегия (когда субагенты сохраняют чистоту основного контекста) делает лимит в 1 млн токенов практически избыточным. Если вы все же решите оставить версию 1m, соблюдайте гигиену контекста: используйте команду /clear между несвязанными задачами, а также сохраняйте и восстанавливайте рабочее состояние вместо того, чтобы плодить бесконечные сессии.

3. Включайте ресурсоемкие плагины для конкретных проектов, а не глобально

• Что сделать: Перенесите специфичные для конкретных проектов плагины (инструменты для веб-разработки/деплоя, паки агентов для ревью и любые инструменты со множеством навыков) из глобального списка enabledPlugins в ~/.claude/settings.json в локальные конфигурационные файлы .claude/settings.json соответствующих проектов.
• Почему это экономит токены: Описание каждого навыка (skill) и агента из включенных плагинов загружается в контекст при старте любой сессии. Вы платите за их чтение из кэша по тарифу основной модели на каждом шаге. Например, более 60 навыков из тулкита для деплоя превращаются в чистые накладные расходы, если вы открыли проект, вообще не связанный с вебом. Оставляйте глобально только то, чем пользуетесь повсеместно.

4. Маршрутизируйте исследовательские задачи через явное переопределение моделей

• Что сделать: Когда Claude запускает субагентов для исследования или поиска, она должна явно передавать параметр "model": "sonnet" (как указано в инструкции для CLAUDE.md из пункта 1). Для гарантированного соблюдения этого правила (на уровне конфигурации, а не просто текстовой инструкции) создайте кастомные профили агентов в директории ~/.claude/agents/ (например, explorer.md), жестко закрепив модель во фронтметтере (frontmatter) файла. Тогда маршрутизация не будет зависеть от того, «забыл» оркестратор применить правило или нет.
• Почему это экономит токены: Исследовательская работа (exploration) — самый прожорливый процесс, так как параллельные поисковые агенты вычитывают десятки файлов. И Fable для этого абсолютно не нужна. Само чтение происходит по тарифу Sonnet, а в контекст Fable попадают уже готовые, сжатые выводы.
• Известное исключение: Субагенты, созданные через ветвление контекста ("fork"), всегда наследуют модель основного цикла, поскольку они полностью копируют контекст текущей беседы. Снизить стоимость их работы таким образом не получится.

5. Субагенты должны возвращать факты и аргументы, а не дампы кода

• Что сделать: Закрепить постоянное правило (оно уже включено в шаблон для CLAUDE.md в пункте 1): субагенты обязаны возвращать выводы со ссылками на файлы и строки (file:line), но никогда не прикреплять исходный код файлов целиком.
• Почему это экономит токены (двойной эффект): Во-первых, Fable не платит за повторное чтение кода, который уже обработала дешевая модель. Во-вторых, это позволяет легко верифицировать результаты работы дешевых моделей: чтобы проверить ключевое утверждение, Fable достаточно прочитать пять конкретных строк кода вместо повторного запуска поискового воркфлоу. Это тот самый защитный барьер, который делает делегирование безопасным.

6. Делегируйте реализацию задач с четким ТЗ внешней модели

• Что сделать: Если перед вами стоит задача по написанию большого объема кода с понятной спецификацией (создание каркаса приложения (scaffolding), написание миграций, CRUD-операций или автотестов), пусть Fable составит строгое и подробное ТЗ. Затем делегируйте саму рутинную генерацию кода внешнему управляемому CLI-инструменту (например, OpenAI Codex), после чего верните диффы (changesets) в Fable на финальный ревью.Добавьте соответствующее правило маршрутизации в CLAUDE.md, чтобы Claude самостоятельно использовала этот подход. Если внешний CLI не установлен или Codex не обнаружен, пропустите этот шаг (или предложите добавить поддержку CLI).
• Почему это экономит токены: Самые дорогие этапы — это проектирование спецификации и финальный ревью кода, где требуется экспертное суждение. Сама же генерация кода — это чисто механический объем. Fable контролирует только сложные начальный и конечный этапы пайплайна, полностью пропуская ресурсоемкую середину.

7. Распределяйте уровень вычислительных затрат (Effort) по уровням, не выжимайте максимум без необходимости

• Что сделать: Оставьте для сессии умеренный уровень затрат по умолчанию (effortLevel: medium или high). Режим xhigh приберегите для самых сложных стадий верификации, оценки или проектирования архитектуры, включая его точечно через переопределение настроек конкретного агента. Уровень max рассматривайте как инструмент для решения единичных тяжелых задач, а не для повседневной потоковой работы.
• Почему это экономит токены: Более высокий уровень effort (мыслительных усилий) кратно увеличивает количество «рассуждающих» токенов (thinking tokens) на абсолютно каждом шаге. В большинстве повседневных запросов это не требуется. Там, где это действительно необходимо, параметр можно передать точечно для конкретного этапа. Вызовы воркфлоу и субагентов поддерживают переопределение effort для каждого отдельного вызова, поэтому масштабировать затраты можно хирургически точно, а не глобально.

Бонус: разгрузите систему от прожорливых мультимодальных задач

Автоматизация действий в браузере на основе скриншотов экранных форм (computer use) потребляет колоссальное количество токенов.

Если у вас подключен навык headless-браузера (управление без графического интерфейса, по DOM-дереву), добавьте в CLAUDE.md правило использовать преимущественно его. Принцип тот же, что и везде: дорогая модель должна получать сухой остаток и результаты, а не выполнять механическую работу по распознаванию интерфейсов.

Если вы дочитали до этого места — отправляйте текст статьи в Claude. И не забудьте поделиться материалом с коллегами, чтобы помочь им оптимизировать свои расходы на API!

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/ksimback/status/2072752017186107866?s=52

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/yuan_han_li/status/2067629212018635024

Tether (USDT) ежедневно обрабатывает больший объем транзакций, чем большинство традиционных платежных сетей. Компания добилась этого, став тем, к чему не хотел прикасаться ни один банк: стабильным долларом, который живет в ончейне, перемещается в режиме 24/7 и не задает лишних вопросов.

Когда биржа Bitfinex запустила его в 2014 году, задача была проста — перемещать средства между биржами, не задействуя банковскую систему. Это сработало, и USDT стал доминирующей ликвидной парой для спотовой и фьючерсной (перпы) торговли на всех крупнейших централизованных биржах (CEX). Он настолько глубоко укоренился в биржевой инфраструктуре, что когда Binance попыталась заменить его собственным стейблкоином на своей же площадке, у нее ничего не вышло.

Затом появился блокчейн Tron. Дешевые переводы превратили USDT в доллар по умолчанию на территории Латинской Америки, стран Африки к югу от Сахары и Юго-Восточной Азии. Пользователями стали люди в экономиках с высокой инфляцией, которым был необходим рабочий цифровой доллар. Tether построил рельсы для одной аудитории, а обнаружил, что они обслуживают совершенно другую.

Сегодня компания является одним из крупнейших держателей физического золота на планете.

Технологии здесь были почти ни при чем. Что действительно имело значение — так это колоссальный разрыв между тем, что людям требовалось от доллара, и тем, что традиционная банковская система была готова позволить с ним делать. Крупнейшие криптокомпании находили подобные бреши и выстраивали поверх них циклы роста (growth loops) прежде, чем кто-либо успевал эти бреши закрыть.

Более точное название для этого процесса — арбитраж. Не в узком финансовом смысле, а в значении поиска разрыва между рынками или регуляторными режимами, который достаточно велик, существует достаточно долго для построения бизнеса и трудно поддается немедленному устранению со стороны традиционных игроков (инкумбентов). Использование этого разрыва позволяет запустить первичный цикл роста (бутстрэппинг), чтобы затем превратить временное преимущество во что-то устойчивое до того, как окно возможностей захлопнется.

Стратегия такого арбитража состоит из трех шагов: найти разрыв, построить цикл роста, капитализировать («окончить школу») преимущество. В крипте почти любая команда, обнаружившая разрыв, способна построить на нем цикл роста. Самая сложная часть — это шаг номер три.

Шаги один и два требуют глубокого понимания нативных крипторынков капитала: где сосредоточена ликвидность и какие продукты привлекают ее внимание. Шаг три требует совершенно иного лексикона: комплаенс, институциональное доверие, стандарты потребительских продуктов, партнерства с банками и финтех-компаниями. Фаундеры, которым удается реализовать все три шага, обладают «двуязычием»: они являются носителями языка криптокапитала, которые самостоятельно выучили язык мейнстримной индустрии. Такие люди встречаются редко, но именно они создают компании, которые остаются надолго.

Бутстрэппинг (Первичный запуск)

Первые два шага арбитража — поиск разрыва и построение цикла роста — держатся на нативном понимании крипты. Этого требует сам рынок. 76,9% объема криптотранзакций в Северной Америке в 2022–2023 годах приходилось на переводы от 1 миллиона долларов и выше. На Polymarket общего объема торгов за все время в размере более 50 000 долларов достаточно, чтобы войти в топ-5% всех пользователей.

Криптопользователи — это не просто клиентская база, это полноценный рынок капитала: киты, маркет-мейкеры и искушенные продвинутые пользователи (power users), которые относятся к этим платформам как к базовой экономической инфраструктуре. Как следствие, защитные барьеры (moats) здесь формируются позже, а разрушаются быстрее, чем в традиционном программном обеспечении. Те из них, которые действительно доказывают свою устойчивость (доверие, инфраструктурные рельсы, глубокие интеграции, глубина ликвидности, бренд), требуют лет для построения, и их невозможно скопировать, даже если исходный код проекта находится в открытом доступе.

Три источника бутстрэппинга

На раннем этапе у вас нет ни одного из этих защитных барьеров (moats) — есть только сообщество и тонкое, почти интуитивное понимание того, куда капитал двинется в следующий момент. Топливо для первичного запуска (бутстрэппинга) поступает из трех источников. Они часто пересекаются, но каждый из них тестирует определенное измерение вашего понимания нативных криптомеханик.

Спекуляция — это самый распространенный механизм бутстрэппинга в крипте. В криптодискуссиях существует тенденция либо слепо и некритично восхвалять спекуляции, либо читать о них морали. Оба подхода упускают суть, но морализаторство, пожалуй, хуже. Спекуляция, если говорить откровенно, была самым надежным механизмом первичного запуска за всю историю криптоиндустрии.

Бутстрэппинг самого проекта Tether был чистой воды биржевой инфраструктурой для спекулянтов.

Компания Circle поймала свой момент во время «лета DeFi» (DeFi Summer), когда доходным фермерам (yield farmers) понадобился надежный стейблкоин для перегона средств между пулами фарминга токенов управления. Хотя сами токены, которые они фармили, часто оказывались пустышками (о чем, справедливости ради, на тот момент все и так догадывались), спрос на надежный ончейн-доллар был самым что ни на есть настоящим. Circle не планировала DeFi Summer. Но у нее уже был готов продукт — регулируемый, прозрачный, скучный по криптомеркам, — который оказался под рукой как раз тогда, когда безумному рынку потребовался заслуживающий доверия доллар.

Проект Ethena привлек совершенно другую когорту. Искателей доходности привлек USDe — синтетический доллар, генерирующий прибыль за счет базиса между спотовым рынком и рынком бессрочных фьючерсов. Общий объем заблокированных средств (TVL) проекта достиг 14,5 миллиардов долларов, сделав его третьим по величине стейблкоином, а сгенерированные комиссии превысили 480 миллионов долларов. Этот первичный запуск (бутстрэппинг) был чистой воды нативным криптофинансовым инжинирингом, и он масштабировался быстрее, чем практически что-либо еще в истории DeFi.

Но далеко не каждый бутстрэппинг начинается со спекуляций.

Необходимость подталкивает к внедрению там, где существующие финансовые рельсы сломаны или недоступны. Условия высокой инфляции, дорогие коридоры денежных переводов, целые слои населения, отрезанные от сбережений в долларах США. Когда боль становится достаточно острой, люди переходят на новые инструменты без лишних убеждений. Им просто нужны работающие платежные рельсы. Хорошим примером здесь служит RedotPay — криптовалютная карточная компания, основанная в середине 2023 года, чья годовая выручка к концу 2025 года превысила 150 миллионов долларов. Платформа позволяет людям хранить сбережения в стейблкоинах и тратить их через интерфейс в стиле необанков.

Подобный продукт невозможно построить, сидя в башне из слоновой кости в Нью-Йорке или Лондоне, — необходимо понимать реальную ситуацию на местах. Тот же самый продукт, предложенный жителю Манхэттена, покажется лишь забавной новинкой. Но для человека, лишенного надежного доступа к долларовым сбережениям или работающей карте, это спасательный круг. В этом и заключается арбитраж. Преимущество RedotPay в том, что их понимание процессов уже охватывает обе стороны: и крипторельсы, и специфику дистрибуции на развивающихся рынках. При этом удержание пользователей (retention) здесь гораздо более устойчивое, поскольку они не гонятся за мимолетной доходностью — они решают проблему, которая никуда не исчезнет сама по себе.

Субсидирование (токен-инсентивы, программы поинтов, финансируемое венчурным капиталом привлечение пользователей) может заполнить разрыв до тех пор, пока не сформируется органический спрос. Субсидируемая активность выглядит в точности как реальная востребованность (traction) — ровно до тех пор, пока субсидии не прекратятся. Однако, если программы поощрения разработаны честно и тщательно измеряются, они могут ускорить обнаружение подлинного спроса, а не просто сфабриковать его видимость.

Hyperliquid — самый яркий недавний пример правильного субсидирования. Масштабная программа поинтов и аирдроп привлекли трейдеров на платформу, но продукт под капотом был действительно лучшим в своем классе: быстрое исполнение, глубокая ликвидность и торговый интерфейс, ничем не уступающий централизованным биржам. Субсидии помогли завлечь пользователей в дверь. Качество продукта дало им повод остаться. Активность на платформе не рухнула после окончания стимулов; она выросла.

Все три источника «топлива» на первых порах, как правило, привлекают нативных криптоучастников. Даже внедрение, продиктованное жесткой необходимостью на развивающихся рынках, сначала проходит через нативных криптопосредников (биржи, кошельки, ончейн-протоколы), прежде чем дойти до конечных пользователей. Ранний рост практически любой успешной криптокомпании требует глубокого понимания того, как функционируют нативные рынки криптокапитала. Без этого вы пытаетесь запуститься на рынке, специфику которого попросту не понимаете.

Но одного лишь понимания нативного крипторынка недостаточно для того, чтобы «окончить школу» и выйти на новый уровень.

Масштабирование («Окончание школы»)

Успешно провести бутстрэппинг — задача не из легких. Но куда сложнее (и именно здесь срезается большинство компаний) перейти от локального успеха на нативном крипторынке к долгосрочной жизнеспособности в мейнстриме. Каждая упомянутая в этой статье компания в какой-то момент сталкивалась с одним и тем же вопросом: работает ли продукт, когда нативные криптотрейдеры перестают быть его основной аудиторией?

Множество команд полностью доминировали на этапе бутстрэппинга, но в итоге все равно проигрывали.

Те инстинкты, которые приносят победу на старте (скорость, интуитивное понимание сообщества, молниеносные релизы), на следующем этапе могут начать активно вредить. Новые когорты пользователей приходят с ожиданиями клиентской поддержки потребительского уровня, интуитивно понятных интерфейсов и безупречного комплаенса в качестве базовых требований. Каналы роста смещаются со страниц крипто-твиттера (CT) и аирдроп-кампаний в сторону партнерств с банками, финтех-платформами и торговыми точками. Качество выручки становится важнее ее объема. Организация начинает нуждаться в предсказуемости, в которой раньше не было никакой необходимости.

Circle — отличный пример такого успешного масштабирования. Они годами инвестировали в комплаенс-инфраструктуру еще до того, как появилась внятная нормативно-правовая база, которой нужно было соответствовать. Они учили институциональный язык в то время, когда вся остальная крипта разговаривала исключительно сама с собой. Когда в июле 2025 года был принят закон GENIUS, создавший первую федеральную базу для регулирования стейблкоинов, ранняя ставка Circle стала выглядеть не просто как осторожность, а как стратегическая дальновидность. Они провели IPO на Нью-Йоркской фондовой бирже (NYSE), завершив год с выручкой в 2,7 миллиарда долларов и объемом USDC в обращении на уровне 75 миллиардов долларов. Спекулянты никуда не делись, просто теперь они перестали быть главным элементом их истории.

Ethena — это пример того, как процесс перехода на новый уровень выглядит в условиях полной неопределенности. Когда в конце 2025 года доходность Ethena упала, объем заблокированных средств (TVL) сократился почти вдвое. Первичный запуск держался на одном единственном механизме: базисной торговле (basis trade) между спотовым рынком и рынком бессрочных фьючерсов. Выход на новый уровень требует диверсификации и ухода от этой схемы.

Сейчас Ethena пробует всё и сразу: экспортирует доходность институциональным инвесторам через регулируемые обертки (wrappers); запускает стейблкоин USDtb, обеспеченный фондом BUIDL от BlackRock; строит биржу бессрочных фьючерсов HyENA поверх инфраструктуры Hyperliquid; разворачивает модель «стейблкоин как услуга» (Stablecoin-as-a-Service), позволяя другим экосистемам выпускать собственные стейблкоины на базе Ethena. Само обеспечение уже трансформировалось: доля бессрочных фьючерсов в коллатерале USDe упала с 93% до менее чем 5% к середине 2026 года. Сможет ли какая-то из этих новых инициатив заменить стартовый двигатель роста в промышленных масштабах — вопрос открытый. Но вектор очевиден: Ethena пытается стать «двуязычной» в режиме реального времени, и часы уже тикают.

Провалы «одноязычных» фаундеров предсказуемы. Команды принимают активность, подстегиваемую токен-инсентивами, за соответствие продукта рынку (Product-Market Fit). Фаундеры не могут упростить свой продукт для обычных пользователей. Комплаенс откладывается на «потом», а это «потом» внезапно приходит вместе с повесткой в суд. Организации забывают перестроить систему найма, KPI или дорожную карту, даже когда база пользователей под ними полностью выхолащивается.

Существует и более тонкая форма «одноязычия»: фаундеры, которые пытаются полностью пропустить этап нативного крипто-бутстрэппинга. Они выводят продукты на базе криптотехнологий напрямую на массовый рынок и искренне недоумевают, почему они никому не нужны. Бутстрэппинг — это система зажигания (ее невозможно пропустить), но команды, которые продолжают оптимизировать зажигание, когда двигателю уже пора работать на полную мощность, застревают точно так же. И те, и другие «одноязычны». Они просто говорят на разных языках.

К тому же, далеко не всё поддается арбитражу. Проекты токенизации коммерческой недвижимости на Манхэттене продолжают предлагаться и продолжают проваливаться — из цикла в цикл, без исключений. Этот продукт не апеллирует ни к нативным крипторынкам капитала (низкая ликвидность, отсутствие совместимости/композитности, невнятная доходность), ни к традиционным инвесторам (у которых и так есть прямой доступ к недвижимости). В какой-то момент стоит спросить: общались ли люди, продвигающие это, с теми, кто гипотетически должен это покупать? Это не арбитраж. Это продукт без рынка с обеих сторон.

Что делает этап масштабирования («окончания школы») особенно коварным — так это то, что сам арбитраж меняет форму. На этапе бутстрэппинга вы используете разрыв между нативным криптоспросом и неохваченным рынком. На этапе масштабирования вы работаете уже с другим разрывом: между созданной вами инфраструктурой и доверием к ней с одной стороны, и мейнстрим-каналами, которые хотят получить к ней доступ, — с другой. Дистанция сместилась, и те фаундеры, которые изначально были «двуязычными», — именно они и оказываются на другом берегу.

Двуязычный фаундер

В 1790-х годах Майер Амшель Ротшильд отправил пять своих сыновей в пять крупнейших городов: Лондон, Париж, Вену, Неаполь и Франкфурт. Каждый из них изучил местный язык и финансовые обычаи. Они координировали действия с помощью частного шифра, который посторонние не могли прочесть, а их курьерская сеть опережала правительственные депеши. У многих европейских банкирских домов был капитал, но именно Ротшильды могли видеть сквозь все границы одновременно. Они двигались быстрее всех, потому что инвестировали в понимание каждой стороны любого значимого разрыва.

Эта же структура применима и к крипте, однако «двуязычные» фаундеры бывают разных типов.

• Врожденное двуязычие. Некоторые фаундеры уже приходят с этим качеством. Они строили проекты на нативных рынках криптокапитала, но при этом понимают институциональный язык благодаря прошлому опыту или тяжело давшейся практике. Проект Circle был таким с самого начала. Это самые востребованные и редкие объекты для инвестиций.
• Второй язык как расширение. Более распространенный тип — фаундеры, для которых нативный крипторынок является родным, но их соответствие рынку (Founder-Market Fit) достаточно сильно, чтобы развитие институционального и мейнстрим-языка стало естественным продолжением, а не болезненной метаморфозой. RedotPay выглядит именно так: крипторельсы соединились с дистрибуцией на развивающихся рынках, а команда изначально понимала обе стороны этого разрыва. Им определенно пришлось учиться и адаптироваться, но им не пришлось полностью ломать себя.

И наконец, существуют фаундеры, которые никогда не адаптируются:

• Заложники первого успеха. Иногда это те, кто выиграл этап бутстрэппинга настолько убедительно, что не могут представить, что правила игры изменились. Первый язык сработал так хорошо, что изучение второго кажется излишним. Результат всегда один: окно для масштабирования закрывается, пока они продолжают оптимизировать процессы для фазы, в которой они уже победили.
• Теоретики из мейнстрима. Это обратная ситуация: фаундеры с безупречным языком традиционного бизнеса, но без нативных криптоинстинктов. На бумаге всё выглядит правильно, но на этап бутстрэппинга никто не приходит. Фаундер так и не научился говорить с рынком, который должен был вынести проект на плечах через первую фазу.

Способность распознать, какой именно тип фаундера перед вами, — это скорее интуиция и чутье, нежели жесткая методология. Вы развиваете это качество от цикла к циклу, подобно тому как Ротшильды развивали его из поколения в поколение; каждый новый цикл лишь обостряет распознавание паттернов.

Вопрос к любому фаундеру остается тем же, что определяет и любой арбитраж: какой разрыв вы используете, как масштабируется ваш цикл роста и как выглядит ваш выход на мейнстрим-рынок?

Арбитражные возможности не исчезнут по мере зрелости криптоиндустрии. Они просто станут тоньше, требовательнее к операционным процессам и незаметнее для тех, кто не владеет языками обоих миров. Преимущество Ротшильдов приумножалось поколениями, потому что понимание контекста имеет кумулятивный эффект — каждая пройденная граница облегчала понимание следующей. То же самое справедливо и здесь. Это самое устойчивое преимущество на данном рынке, и его невозможно подделать.

Дисклеймер: Предоставленные здесь материалы могут включать информацию о прошлых и/или текущих портфельных компаниях или инвестициях под управлением Blockchain Capital или ее аффилированных лиц и приводятся исключительно в иллюстративных целях. Мнения, выраженные в каждой публикации, являются личными взглядами автора и не обязательно отражают позицию Blockchain Capital. Прогнозы и заявления прогнозного характера основаны на ожиданиях, которые могут измениться под влиянием множества факторов.

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/yuan_han_li/status/2067629212018635024

Эта заметка о том, как вести игру на инвестиционном поле, учитывая происходящее сейчас. Представьте, что вы играете в игру — будь то бридж, покер, нарды или шахматы — и вам предстоит сделать ход. У вас есть компьютер, который вместе с вами оценивает обстоятельства и предлагает вариант хода. Именно так для меня выглядит инвестиционная игра. Вне зависимости от того, есть ли у вас компьютер-помощник или нет, я убежден, что вам следует:

Спросить себя: «Какой ход сделать, учитывая расстановку фигур на доске (т. е. учитывая текущие характеристики рынка и влияющие на него факторы)?»

Я занимаюсь инвестициями уже долгое время, и моя цель на данном этапе — передать свой подход к этой игре. Более того, я хочу создать платформу, которую самые разные люди смогут использовать для исследования инвестиционной игры так, как им захочется: учиться, смотреть, каких результатов они могли бы достичь, и делать это успешно. Я считаю, что существуют правильные и неправильные способы распоряжаться сданными вам картами. Поэтому, сталкиваясь с конфигурацией обстоятельств XYZ, вам следует спросить себя: «Какую ставку мне сделать при таком раскладе?» — и быть в состоянии дать верные ответы.

Я хочу поделиться тем, какими мне видятся существующие характеристики рынка, и тем, что, по моему мнению, следует делать (и что я фактически делаю) в свете этих условий.

Как играть в текущих обстоятельствах

Каковы наиболее важные обстоятельства сегодня и как следует размещать свои ставки с учетом них?

Мне, как и, вероятно, большинству остальных, представляется, что сейчас мы находимся в рыночной среде, где динамику рынка определяет крайне ограниченное число компаний в секторе, характеризующемся выдающимися новыми технологиями (преимущественно ИИ). Эти компании составляют высокий процент рыночной капитализации и оказывают огромное влияние на рынки и экономику. Как и всегда в такие времена, в секторе новых технологий сосредоточено огромное количество ажиотажа, неопределенности и волатильности, которые передаются на фондовые рынки по всему миру. Таким образом, колебания и неопределенности вокруг этого сектора имеют большое значение.

Существуют также и другие серьезные неопределенности, связанные с другими крупными, важными драйверами, которые я называю пятью великими силами: 1) происходящее с долгом и деньгами, 2) происходящее с политическими и социальными вопросами, которые могут оказать серьезное влияние на налоги (и другие политически обусловленные воздействия на рынки), 3) происходящее с геополитическими факторами влияния на рынки (такими как войны), 4) происходящее с природными явлениями и 5) происходящее с новыми технологиями. Я ввожу эти обстоятельства в свою инвестиционную систему, которая размышляет о том, как разместить мои ставки в свете этих условий, одновременно с тем как я самостоятельно размышляю о том, на что делать ставку.

При размышлении о том, как разместить свои ставки с учетом этих обстоятельств, самый важный вопрос, на который необходимо задать и найти ответ, заключается в том, хотите ли вы: а) сделать ставку на новую технологию даже в большей степени, чем это заложено в более широкий фондовый индекс (например, S&P 500), перевесив этот новый сектор или несколько компаний, которые вы считаете лучшими в этом секторе, б) сохранить свои позиции на уровне индексных весов или в) диверсифицировать портфель, отойдя от этой концентрации?

Хотя практически каждый хочет покупать лучшие инвестиционные активы и прилагает для этого максимум усилий, и хотя эта новая технология, по всей видимости, меняет практически всё. История показывает, что большинство терпели неудачу, ставя высокий процент своих фишек на несколько акций ведущих компаний, производящих эту технологию на данном этапе цикла. Это обусловлено логическими причинами, которые всегда срабатывали в прошлом. Хотя эта новая технология ИИ уникальна, в прошлом было много уникальных технологий, которые были аналогичны и которые можно использовать в качестве ориентира. Следует взглянуть на них и, если вы решите их проигнорировать, иметь веские объяснения того, почему в этот раз всё иначе.

Риски Безусловно Высоки

Все прошлые случаи внедрения прорывных новых технологий развивались по одному и тому же сценарию по тем же логическим причинам. Высокие риски с огромной неопределенностью — это неотъемлемая черта этих новых технологических компаний. Если мы посмотрим, как они вели себя в прошлом при такой конфигурации обстоятельств, то увидим, что даже лучшие, революционные новые технологические компании, которые преуспели в долгосрочной перспективе (например, Microsoft и Apple), подвергались аннигиляции в аналогичные периоды на своем пути. В то время, когда новые технологические компании только появлялись (а не оглядываясь назад), было непросто сказать, кто из них добьется успеха, а кто потерпит крах, как IBM. Взглянув на все те случаи, можно увидеть, что наличие крайне неопределенного будущего заложено в самой природе замечательных новых технологических компаний. К примеру, они либо слишком много инвестируют (переинвестируют), либо слишком мало (недоинвестируют). Так происходит потому, что они наверняка проиграют, если не проинвестируют достаточно хорошо, чтобы выиграть, и они не могут знать наверняка, что произойдет, с такой точностью, чтобы понять, переинвестируют ли они. И переинвестирование, и недоинвестирование обходятся дорого.

Кроме того, они никоим образом не могут точно предугадать все изменения во всех сферах — включая экзогенные факторы, такие как ужесточение монетарной политики, войны и серьезные изменения в налогах, — которые на них повлияют. Поэтому все они проходят через огромные волны подъемов и спадов, которые сначала вызывают ажиотаж, а затем пугают до смерти и "вытряхивают" слабых инвесторов, что приводит к утрированным рыночным колебаниям. Более того, так же как эти новые технологии и новые технологические компании стали разрушителями для тех, кто был до них, большинство из них со временем разрушаются более новыми технологиями и более новыми технологическими компаниями способами, которые невозможно даже представить. Поэтому нам следует рассматривать риск того, что то же самое может произойти и с этими новыми технологиями и технологическими компаниями. Последствия квантовых вычислений — это одни из "известных известных" факторов, которые можно было бы рассмотреть. А как насчет тех, о которых еще никто даже не догадывался?

А что насчет рисков, исходящих от конкурентов? Например, Китай производит и распространяет технологии ИИ, и китайские политики имеют совершенно иной взгляд на экономику и ИИ. Мы находимся в состоянии новой технологической войны, в которой лидеры считают, что они обязаны победить. Их взгляд на ИИ и его влияние на экономику и благосостояние людей заставляет их делать его доступным бесплатно или дешево, потому что технология обладает такой выгодой для производительности и может повысить стандарты жизни для всего общества. С их точки зрения, прибыль менее важна, чем комплексная выгода, которая проистекает из того, что множество людей используют эти новые технологии. Я полагаю, что они собираются конкурировать на международных рынках, как они это делают с автомобилями, солнечными панелями, батареями и многими другими продуктами.

Такая конфигурация обстоятельств очень похожа на многие случаи на протяжении всей истории, которые дают нам уроки. Я не могу не думать о том, как британцы обошли голландцев в кораблестроении и других важных отраслях промышленности в конце существования Голландской империи и в начале Британской. Также идет геополитическая война, связанная с Тайванем, которая должна заставить нас как минимум рассмотреть возможность того, что Китай может предотвратить экспорт чипов из Тайваня как инструмент геополитической войны. Существуют и другие риски для акций компаний, занимающихся ИИ, такие как растущий риск введения налогов на богатство и других налогов, которые заставят тех, кто держит значительную часть своего состояния в этих акциях, продавать их. Либо риск того, что растущие настроения против ИИ могут привести к ограничениям на прогресс компаний.

Я могу привести вам еще больше вещей, о которых стоит беспокоиться, и я могу дать вам столь же длинный список великих возможностей, которые ИИ принесет и на которые я хочу сделать ставку. Я не говорю о том, как эти риски сыграют или что не следует делать ставку на ИИ-компании. Я просто говорю о том, что неоспоримо то, что на рынке существует много концентрированного риска и что нужно знать, как вести себя в таких обстоятельствах. Исходя из моего изучения всех аналогичных случаев и по логическим причинам, я уверен, что риски высоки и что лучший способ вести игру при такой конфигурации обстоятельств — это:

Хорошо Диверсифицировать

Как вы, вероятно, знаете, моя мантра — это диверсификация, а мой "святой Грааль инвестирования" заключается в том, чтобы стремиться иметь 15 хороших нескоррелированных инвестиций, сбалансированных по риску. Или, говоря иначе:

Хорошо диверсифицированный портфель хороших ставок будет превосходить (иметь более высокое соотношение доходности к риску, которое может быть спроектировано так, чтобы иметь лучшую доходность при том же уровне риска) концентрированную ставку. И чем больше уровень риска концентрируется в одной области рынка, тем больше следует диверсифицировать, особенно если рынки движимы революционной новой технологией, которая по своей природе порождает огромную неопределенность.

Это не мнение; это математическая достоверность. Например, если я сравню одну ставку, у которой соотношение доходности к риску составляет 0,3 (скажем, 6% при стандартном отклонении 18%, что обычно принимается за стандарт для акций), с наличием 5, 10 или 15 нескоррелированных ставок, я получил бы ту же 6% доходность при рисках, измеренных стандартными отклонениями 8%, 6% и 5% соответственно. Таким образом, с 15 хорошими нескоррелированными инвестициями я улучшил бы соотношение доходности к риску в 4,3 раза (с коэффициента 0,3 до коэффициента 1,29). При желании вы могли бы использовать это с кредитным плечом и получить гораздо более высокую доходность при том же уровне риска. Это факт.

Я уверенно верю — благодаря моим бэк-тестам, благодаря тому, что я обеспечивал фактическую доходность, которую я обеспечивал на протяжении моих более чем 50 лет игры в инвестиционную игру, и благодаря вероятной логике, — что наличие превосходной диверсификации ставок и корректировка их под желаемую волатильность принесет гораздо лучшую доходность с течением времени, чем наличие концентрированных ставок, к которым склонны большинство инвесторов. Более конкретно, за счет хорошей диверсификации можно создать гораздо лучшее соотношение риска и вознаграждения, чем при наличии любой концентрированной ставки. А корректируя это под желаемый уровень риска, можно получить более высокую доходность при желаемом уровне риска, чем при следовании любому другому процессу.

Поскольку я передаю этот подход, это мой ныне "не такой уж секретный" способ достижения успеха в инвестициях. Тем не менее, мне крайне редко доводится встречать инвесторов, которые думают о своей инвестиционной стратегии таким образом — то есть, мне крайне редко доводится встречать инвесторов, которые думают о построении портфеля (то есть о том, как хорошо структурированный диверсифицированный портфель ставок сравнился бы по результатам с концентрированной позицией в акциях компаний в великой новой революционной отрасли). Большинство просто думают о том, будут ли эти акции и эта отрасль успешными и как сделать ставку на них. Существует огромная разница между результатами тех, кто думает о построении портфеля, и тех, кто этого не делает. Поэтому я обязательно передам мои более полные размышления о том, как делать это хорошо, в другой раз.

По всем этим причинам мне кажется, что размышление о том, как разыграть свою руку при такой конфигурации обстоятельств, должно заставить задуматься о том, насколько большой должна быть концентрированная ставка, а затем диверсифицировать.

Доходность Выглядит Низкой

Хотя неоспоримо то, что риски высоки, я сейчас поделюсь мнением, которое может быть ошибочным: перспективная доходность выглядит низкой. Эта оценка будущей доходности основана на моей аналитической работе, связанной с оценками стоимостей, и на показаниях моего индикатора пузыря: реальная доходность акций в следующие 5-10 лет выглядит примерно от -5 до -10%, хотя вокруг этих цифр существует значительная неопределенность. Мне представляется, что эти акции — активы с длительным сроком погашения (long duration assets), которые очень рискованны, потому что надежно заглядывать далеко в будущее крайне трудно, и они выглядят дорогими и находятся в слабых руках.

Вопрос от моей исследовательской группы по этой теме

На недавнем заседании один из сотрудников моей исследовательской группы спросил меня: «Почему вы считаете, что рынки ошибаются, формируя такую конфигурацию, как сегодня? Как вы можете быть уверены, что отсутствие диверсификации на современном рынке не обусловлено вескими причинами — например, тем, что некоторые инвесторы ожидают очень высокую доходность от акций ИИ; тем, что подобная концентрация в индексе происходит естественным образом, когда одна отрасль составляет столь высокий процент рыночной капитализации; или тем, что сильный ажиотаж вокруг индустрии побуждает множество инвесторов скупать эти акции, не утруждая себя разумными и надежными расчетами будущих доходов и того, как эти доходы должны быть заложены в цену акций?»

Мой ответ

Цены растут по самым разным причинам, и далеко не все из них обоснованны. Некоторые инвесторы анализируют стоимость и толкают котировки вверх, поскольку считают цены привлекательными относительно фундаментальных показателей. Другие держат длинные позиции в этих акциях просто потому, что видят в этом великую новую технологию, а рост цен воспринимают как подтверждение того, что это хорошие акции. Третьи же инвестируют через индексы, что автоматически ставит их в положение владельцев крупных долей в этих бумагах.

На мой взгляд, вы можете либо ломать голову над подобными вопросами в попытках решить, как вам поступить, либо признать, что вам вовсе не обязательно в это ввязываться, поскольку вы просто не знаете достаточно, чтобы сделать уверенную ставку. Вы можете просто сказать: «Я знаю недостаточно, чтобы сделать ставку», и не делать ее.

Люди попадают в неприятности из-за убеждения, будто они обязаны сформировать мнение и что их мнение чего-то стоит, тогда как в реальности они, скорее всего, не способны сформулировать достаточно надежное суждение для открытия позиции. (Примечание: Чтобы внести ясность — я не рекомендую полностью избегать ставок. К тому же, вы и не можете этого сделать, ведь вам в любом случае придется держать деньги либо в каких-то инвестиционных активах, либо в наличных, которые большинство считает наименее рискованным вложением, но которые совершенно точно являются худшей инвестицией на временной дистанции. Я рекомендую уметь хорошо диверсифицировать свои ставки, даже когда у вас нет тактического видения того, какие рынки хороши, а какие плохи. Способ сделать это — иметь хорошо сбалансированное стратегическое распределение активов (Asset Allocation), которого вы придерживаетесь, когда у вас нет уверенных тактических идей. Но это тема для другого разговора).

Поэтому я убежден, что знать, чего именно вы не знаете, чтобы решить, когда не стоит делать ставку, так же важно, как и знать то, что вы знаете, для совершения ставки.

Говоря проще, я верю в следующий принцип:

Поскольку в большинстве случаев слишком сложно знать достаточно для обоснования концентрированных ставок, лучше всего иметь диверсифицированный портфель, состоящий только из ваших самых надежных, нескоррелированных ставок, и настроить этот портфель под желаемый уровень риска. В этом и заключается мой «святой Грааль инвестирования».

На данный момент, учитывая текущую конфигурацию обстоятельств, я не думаю, что кто-либо знает достаточно хорошо, что произойдет на этом управляемом технологиями рынке, чтобы делать крупную концентрированную ставку. По моему мнению, избегание концентрации и поддержание диверсификации — лучший способ справиться с этим незнанием. Я понимаю, что это идет вразрез с теорией, которую вы можете прочесть в учебниках и которая по сути утверждает, что рынки эффективны, поэтому вам следует «просто доверять рынку».

В заключение: тот факт, что мы сейчас имеем необычайно концентрированный рынок, сосредоточенный вокруг революционной новой технологии, должен уберечь нас от того, чтобы путать наш восторг по поводу самой технологии с инвестиционной привлекательностью ее акций, терять осторожность и формировать концентрацию из высокорискованных, сильно коррелирующих ставок — особенно когда мы можем получить не менее привлекательную доходность с гораздо меньшим риском благодаря разумной диверсификации.

P.S. Хотя я не стану делиться с вами своими позициями или тактическими взглядами, поскольку не хочу быть вашим инвестиционным консультантом, вскоре я представлю вам несколько ключевых аналитических выкладок, которые за ними стоят, включая показания моих индикаторов пузыря и логику их расчета.

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/raydalio/status/2066542024661127260

Вот профессиональный, литературно выверенный перевод текста с сохранением оригинальной структуры, финансовой и криптотерминологии, а также авторского стиля.

Вы стоите на пороге крупнейших изменений в истории криптовалют. Если вы хотите остаться в этой индустрии, вам нужно очень внимательно следить за тем, что происходит прямо сейчас.

Сегодня перед индустрией стоят три фундаментальных вопроса:

1. Что делает токен ценным?
2. Как перенести передовые технологические рубежи на блокчейн?
3. Что произойдет, когда крипта перестанет быть просто классом активов и превратится в финансовую инфраструктуру для традиционных финансов (TradFi)?

О каждом из этих пунктов можно спорить абстрактно. Многие так и делают изо дня в день, но эти дискуссии никогда ни к чему не приводят.

Поэтому я поступлю иначе. Я распишу по периодам то, что, по моему мнению, произойдет в индустрии в период с сегодняшнего дня по 2029 год — с конкретными именами, цифрами и датами. Настолько предметно, чтобы через три года вы могли вернуться к этому тексту и проверить, был ли я прав. Это лишь один из множества сценариев будущего, и в чем-то он окажется ошибочным. Но расплывчатые прогнозы принципиально неопровержимы, а неопровержимые утверждения гроша ломаного не стоят. Я лучше ошибусь в конкретике, чем останусь в безопасности, отделавшись общими фразами.

Этот прогноз основан на моей личной позиции: я работаю на стыке криптостартапов, регуляторики и венчурного капитала, и каждую неделю общаюсь с управляющими альтернативными активами и аллокаторами капитала. Это не гарантирует мою правоту автоматически — разумеется. Но это значит, что мои предположения взвешены с учетом реальных жестких ограничений.

Середина 2026 года: Единственные стоящие активы — это не токены

На дворе середина 2026 года. Перспективный рынок бессрочных фьючерсов (перпов) на акции компаний до IPO находит свое соответствие рынку (Product-Market Fit) еще до того, как участники приходят к единому мнению о том, сколько вообще должен стоить токен.

Все начинается на Hyperliquid. Бессрочный контракт на акции SpaceX перед IPO, который изначально списали со счетов после масштабной манипуляции с ликвидацией со стороны фонда Ventuals, становится самым отслеживаемым ценовым потоком (прайс-фидом) как на частных, так и на публичных рынках. К июлю банки и хедж-фонды ссылаются на него при переоценке своих собственных частных позиций, а розничные приложения вроде Robinhood используют его для ориентира цены после IPO. За несколько недель до каждого крупного листинга цена перпа с поразительной точностью сходится с ценой открытия на бирже — к огромному стыду андеррайтеров, которые берут семизначные суммы за то, чтобы прийти к той же цифре. Перпы на OpenAI и Anthropic привлекают еще больший открытый интерес. На короткое время нативная криптобиржа становится для всего мира самым близким аналогом «живой» цены на акции важнейших частных компаний планеты.

Тем временем розничные инвесторы задаются более базовым вопросом: зачем вообще торговать чем-то еще в ончейне? Рынок альткоинов истекает кровью уже полтора года, фаундеры и фонды фиксируют убытки через механизмы динамического распределения активов (DAT) и TWAP-продажи, в то время как $HYPE — единственный токен с работающим циклом аккумуляции стоимости — обогнал по доходности абсолютно всё. Предлагались десятки механизмов удержания ценности, но большинство из них так и не достигли критической массы, поскольку у всех был один и тот же изъян: механика была привязана к компаниям-пустышкам. Индустрия решила задачу того, как токен может извлекать ценность, еще до того, как обзавелась активами, из которых эту ценность стоит извлекать.

Эта инверсия и стала невидимым двигателем бума pre-IPO. Спрос был не на сами перпы, а на качество. А единственным качественным продуктом в ончейне в середине 2026 года оказываются синтетические требования на компании, которые не имеют к крипте никакого отношения.

Конец 2026 года: ИИ не нужна крипта

Anthropic и OpenAI достигают технологического отрыва. Битва базовых моделей и скорое появление сильного ИИ (AGI) начинают закладываться в цены на раннем этапе. Одно из следствий этого — все, кто не является ядром разработчиков базовых моделей ИИ, а просто работает в этом секторе, начинают нести огромные убытки. Капитал начинает оценивать AGI как нечто, что компания держит на своем балансе, а не как общедоступный товар (commodity) для всех вокруг.

Концепция «ИИ х Крипта» в этих условиях тихо умирает. Не потому, что тезис был опровергнут, а потому, что ни у кого не было времени его опровергать. Платежные шлюзы на базе стандарта ERC-404 (или x402) запускаются, но не находят плательщиков; экономика агентов, которой якобы требовались ончейн-деньги, так и не масштабируется. А те агенты, что существуют, проводят расчеты в долларах через API — точно так же, как это всегда делало программное обеспечение. Честное мнение в венчурных кругах теперь сводится к тому, что ИИ не нуждался в крипте, и венчурный класс перестает притворяться.

Единственным продуктом на стыке ИИ и крипты с подлинным Product-Market Fit на данный момент остаются рынки предсказаний. Прогнозы базовых моделей выходят на пик популярности, поскольку они представляют собой наиболее точный финансовый инструмент для выражения того, что в одиночку двигает огромные массивы капитала: «У кого будет лучшая модель через 1 месяц».

Вдали от биржевых лент происходит нечто менее зрелищное. После того как большинство трейдеров сочли CLARITY ACT («Закон о прозрачности») пустышкой (поскольку после его прохождения через Сенат в середине 2026 года никакого немедленного ралли не последовало), к концу 2026 года программы токенизации резко ускоряются. Крупные управляющие активами переходят от пилотных проектов к коммерческой эксплуатации без лишнего шума. Ведь шум — это именно то, предотвращать что их комплаенс-отделам платят деньги. Токенизируются фонды денежного рынка, частное кредитование — непривлекательная и скучная середина баланса. Ничто из этого не торгуется. Здесь нет ценовых графиков, как нет и инфлюенсеров (KOL) в крипто-твиттере (CT), которые бы постили бычьи твиты о подаче документов регистратору.

К концу 2026 года в крипте существуют две экономики, которые едва замечают друг друга. Шумная оценивает гонку ИИ. Тихая поглощается финансовой системой — шаг за шагом, через каждую новую подачу документов. Почти все следят за первой.

Начало 2027 года: Фонды и блокчейн-экосистемы выбирают сторону

У блокчейнов общего назначения (L1/L2) заканчивается пространство для двусмысленности.

Годами каждый крупный фонд или блокчейн-фонд (foundation) рассказывал две истории одновременно: массовое внедрение пользователями (consumer adoption) — на сцене, и институциональная готовность — в комнатах данных для инвесторов. И эти истории никогда не должны были пересекаться. К началу 2027 года они пересекаются.

Пользовательская история на биржевых графиках выглядит крайне концентрированной: единственный розничный продукт, нашедший спрос (рынки предсказаний), сосредоточил свои объемы на горстке площадок. Институциональная же история, напротив, оказывается единственной, где есть платежеспособный клиент. Один за другим фонды определяются с вектором развития, и большинство движется в одном направлении: команды корпоративных продаж, помощь в соблюдении регуляторных норм, сетевые комплаенс-SDK для токенизированных трансфер-агентов и лицензирования брокер-дилеров, связи с Уолл-стрит и функции конфиденциальности.

СМИ и крипто-твиттер трактуют каждую такую смену курса одинаково: как выбор институционалов вместо розничных пользователей, выбор серьезного клиента вместо казино.

Внутри самих блокчейн-фондов в эту формулировку почти никто не верит. Внутренне они удваивают ставку на потребительскую крипту, просто под другим углом. Пороги аккредитации инвесторов снижались годами, и круг лиц, подпадающих под них, постоянно расширяется. Это означает, что «институциональные» продукты, для которых фонды строят инфраструктуру, с небольшой задержкой нацелены на розничных клиентов, которых просто пока так не называют. Люди, строящие эти рельсы, знают об этом. Просто об этом не пишут в официальных анонсах. Команды, создающие комплаенс-инфраструктуру, говорят о банках, потому что банки — это те, кто платит.

Но тихая экономика конца 2026 года только что обрела то, чего у нее никогда не было: будущего розничного клиента. Две экономики, которые едва признавали существование друг друга, теперь разделены мембраной, и эта мембрана — проверка на статус аккредитованного инвестора.

Середина 2027 – Конец 2027 года: Три потолка

Новое поколение компаний снова раздувает пузырь на частных рынках. Сферы «Биотехнологии х ИИ», физический ИИ, гуманоидная робототехника — раунды финансирования переподписаны, оценки растут вертикально, и каждая из этих компаний находится в годах от любого публичного листинга. Площадки бессрочных контрактов добавляют их в листинг в течение нескольких недель; синтетический открытый интерес к компаниям, у которых едва есть выручка, бьет рекорды. Сценарий 2026 года повторяется по более крупным ставкам: самые востребованные активы в мире являются частными, а единственная их версия, к которой можно прикоснуться, имеет 8-часовую ставку финансирования (фандинг).

Реальный сектор сейчас существует и растет так, как всегда росли частные рынки — через верифицированные каналы, увеличиваясь квартал к кварталу, невидимый для ленты новостей, которая фиксирует только вертикальные графики пампов. Разрыв в темпах роста с перпами имеет конкретную причину: частные ценные бумаги не могут быть объектом публичного предложения (general solicitation), поэтому единственный двигатель дистрибуции, который крипта когда-либо освоила («кто-то постит график — толпа набегает»), пока не может легально коснуться этого класса активов.

У перпов, между тем, есть свой собственный потолок, и он структурный: бессрочному контракту нужен катализатор, достаточно близкий во времени для формирования цены, что ограничивает синтетические активы компаниями на поздних стадиях (late-stage) с видимым горизонтом листинга. Все, что находится на более ранних этапах — например, раунды средних стадий, компании из сферы биотеха и робототехники, до выхода которых на биржу еще много лет, — вообще не имеет жизнеспособного синтетического выражения. Для большей части частного рынка регулируемое владение — это не медленная альтернатива; это единственный инструмент, который в принципе может существовать. Просто ему пока не разрешено публично заявить о себе.

Стейблкоины упираются в другой потолок. Предложение продолжает ползти вверх, этот рост не останавливается, но планы по экспансии незаметно сворачиваются. Промежуточные выборы изменили расклад сил в комитетах, формируется пул кандидатов на выборы 2028 года, и несколько самых громких голосов в нем выступают против частной эмиссии долларов. Законы, принятые в 2025 и 2026 годах, все еще действуют, но законы исполняются администрациями. И теперь каждый банковский казначей, моделирующий десятилетний план построения системы расчетов, вынужден закладывать в цену сценарий, при котором следующая администрация будет враждебной. Никто ничего не отменяет. Они продлевают сроки, сокращают пилотные проекты и ждут ноября 2028 года. Доллар движется в ончейн ровно со скоростью политической определенности, которая в середине 2027 года находится на низком уровне.

Та же осторожность распространяется и на остальную часть тихой экономики. Токенизированные фонды частного кредитования и доли в фондах продолжают запускаться и продолжают оказываться в одном и том же положении: промышленный масштаб, одобрение комплаенса и намеренно малые объемы. Никто не хочет стать темой для разбора на сенатских слушаниях в следующем году. Паттерн во всех трех направлениях идентичен, хотя причины и разнятся: продукты работают, спрос доказан, но ограничитель находится в руках чего-то, что лежит вне контроля индустрии.

На любом графике, кроме криптового, 2027 год выглядел бы сильным. Просто индустрия последнее десятилетие приучала себя воспринимать любой линейный рост как провал.

2028 год: Доступ перестает быть дефицитом

(Отсюда точность прогноза снижается. Более близкие периоды в этой статье прогнозировались по кварталам; оставшаяся часть прогнозируется по годам, и, соответственно, погрешность увеличивается. Одно допущение сделаем явным прямо сейчас: данный сценарий предполагает, что в ноябре 2028 года побеждает кандидат от Демократической партии. При альтернативном исходе сроки последующих событий сдвинутся, но структура в целом останется прежней).

Крипто-казино окончательно сдувается, и почти никто не замечает этой даты. Механизм извлечения прибыли стал слишком эффективным для собственного выживания: каждая новая волна ликвидности в 2026 и 2027 годах была меньше предыдущей и иссякала быстрее из-за действий всё меньшего числа более крупных и концентрированных игроков. Здесь нет явного краха, на который можно указать пальцем: штормы мемкоинов все еще случаются, графики все еще улетают в космос на пару часов, но где-то в первой половине 2028 года казино тихо перестает быть центром гравитации индустрии. Его объемы становятся просто статистикой, а не культурой. Часть трейдеров уходит на рынки предсказаний, которые наследуют эту энергию; часть остается в сжимающейся торговой яме; удивительно большая часть провела последний год за занятием, которого от них никто не ожидал в 2026 году — прохождением проверок на статус аккредитованного инвестора.

Политический страх отступает так же, как и пришел — в виде переоценки рисков, растянутой на весь год. Вероятные кандидаты берут деньги индустрии и произносят одну и ту же фразу с разными акцентами: «Регулировать, а не запрещать». Игроки, которые относились к предыдущей администрации как к окну для быстрой наживы, сталкиваются с расследованиями. Индустрия постепенно осознает, что очищение рынка — это бычий (bullish) сигнал, а не медвежий: способность правительства отличать спекулятивное извлечение прибыли от инфраструктуры — это именно то, что делает финансирование инфраструктуры безопасным. Банковские казначеи, свернувшие свои пилотные проекты в 2027 году, начинают разворачивать их обратно, без лишнего шума, еще до ноября. К моменту оглашения результатов выборов большая часть премии за страх уже заложена в цену.

Главный урок года преподносит рынок, который был у всех на виду. В начале 2028 года на одной из крупнейших площадок позиция, достаточно крупная для того, чтобы сдвинуть рынок, начинает принудительно закрываться через самые ликвидные pre-IPO перпы. Каскад ликвидаций, который сама структура рынка обещала еще со времен инцидента с Ventuals, наконец разворачивается в полную силу. Миллиарды долларов открытого интереса уничтожаются за считанные часы, позиции автоматически сокращаются с левериджем (auto-deleveraged), убытки обобществляются (socialized losses), а победители получают выплаты с дисконтом (haircuts). В ходе последующих разборов так и не удается установить, было ли это манипуляцией или случайностью. И сама эта двусмысленность становится главным выводом: на рынке, где нет базового актива (anchor), нет и истинной цены, от которой можно отклониться. Поэтому манипуляцию нельзя даже определить, не то что доказать.

Бессрочный контракт на публичную акцию дисциплинируется спотовым рынком, лежащим под ним. У pre-IPO перпов под ногами не было ничего. Реальные акции существовали, тихо торгуясь на регулируемых площадках, но они не могли распространяться публично или массово использоваться в качестве ориентира. Поэтому каждая котировка была лишь догадкой конкретной площадки, а догадку можно сдвинуть. Этот каскад не был крахом синтетического рынка. Это была работа синтетического рынка именно так, как он был спроектирован в отсутствие рынка реального.

На протяжении десятилетия запрет на публичное предложение защищался как мера защиты инвесторов. Крах продемонстрировал, что он защищал людей от юридически защищенной версии торговли, оставляя их один на один с торговлей маржинальной и ничем не подкрепленной. Разделяющая линия, которая имела значение, никогда не пролегала между «синтетическим» и «реальным». Она пролегала между «обеспеченным правоприменением» (enforceable) и нет.

Облегчение приходит сразу после этого и выглядит скорее как наладка рыночных механизмов, нежели реформа: выпускается руководство, разрешающее публичное предложение при перепродаже частных ценных бумаг (вторичные рынки, а не первичные раунды привлечения средств) верифицированным аккредитованным покупателям, ряды которых расширялись годами. Логика почти скучна: синтетическим рынкам нужен якорь, а самый дешевый якорь — это реальный рынок, о существовании которого людям разрешено знать. Правило публичных заявлений 90-летней давности сужается за один день ради исправления ситуации с деривативами.

Первая неделя похожа на бум запуска мемкоинов, за тем исключением, что за графиками стоят реальные компании. Объявления о перепродаже публикуются, шиллятся, разлетаются на скриншоты — легально, впервые в истории этого класса активов. Дискуссия в сети тут же раскалывается надвое: половина ленты называет это «новым примитивом», вторая половина спрашивает, не стала ли розница просто «выходной ликвидностью» (exit liquidity) для венчурных фондов. У второй половины правильное чутье, но они ошиблись десятилетием — этот вопрос был справедлив, когда активами были токены, не привязанные ни к чему. А это — права требования на компании, высокий спрос на которые перпы доказывали в течение двух лет.

Поток капитала, который разгорается первым, устремляется именно туда, куда указывали синтетические рынки: в компании поздних стадий, которые уже все знают. Затем — поскольку владение физическим активом не требует платы за финансирование и не зависит от наличия катализатора — капитал идет дальше, на рубежи средних стадий (mid-stage), до которых перпы никогда не могли дотянуться. Перпы не умирают; они становятся придатком для поздних стадий рынка, которому они больше не нужны в качестве основы.

К декабрю индустрия получает свой бычий рынок, и работает он на старейшем примитиве в сфере финансов, которому только что позволили официально представиться.

2029 год: Рынок — это всё, что осталось увидеть

Первый полный год бычьего рынка не похож на предыдущие, и в этом отличии заключается сама суть. Вертикально растущие активы принадлежат реальным компаниям, создающим реальные вещи, которые действительно приносят пользу человечеству. Новый примитив, которым торгуют обычные люди, — это частная компания. Биотехнологический стартап, прошедший три этапа клинических испытаний; робототехническая фирма, чье демо видели все; ИИ-лаборатория, чьим перпом они торговали в 2026 году и чьи акции они теперь действительно могут держать. Аккредитация, смягчавшаяся шагами на протяжении десятилетия, тихо сформировала класс розничных инвесторов, которые покупают то, к чему пять лет назад могли прикоснуться только институционалы. И большинство из них никогда не думают обо всем этом как о «крипте».

Комплекс токенов разделяется по линии, с которой начиналась эта статья. Сети, ставшие инфраструктурой расчетов и выпуска для нового рынка, забирают себе реальный поток капитала, и их токены торгуются как права требования на этот поток. Все остальное сталкивается с рынком, который стал брутально буквальным: токен без защищенного законом права требования или работающего цикла аккумуляции стоимости больше не истекает кровью в течение восемнадцати месяцев — он просто никогда не начинает торговаться. Дискуссия об аккумуляции стоимости 2026 года не была выиграна каким-то конкретным механизмом. Она потеряла актуальность с приходом активов, которым эта дискуссия изначально была не нужна.

Стейблкоины в 2029 году делают ровно то же самое, что они делали каждый год в этом сценарии: стабильно и значимо растут без резких скачков (hockey stick). К концу года предложение примерно удваивается по сравнению с уровнем середины 2027 года — назовем это стабильными 20% в год. Потолок, ограничивающий эти темпы, — это не провал рынка, а политический выбор, который обе партии, используя разную лексику, продолжают делать: эмиссия частного доллара растет с такой скоростью, которая позволяет ей оставаться полезной и не дает конкурировать с суверенным балансом государства. Доллар двигался на блокчейн со скоростью политической определенности, которая к 2029 году стала умеренной и постоянной.

Казино все еще существует. Оно работает в том углу, в который оно сдулось, время от времени штормит и имеет примерно такое же значение, как и любой другой сегмент индустрии развлечений. Его «выпускники» распределились между рынками предсказаний, новыми вторичными рынками и — то, чего никто не прогнозировал в 2026 году — оформлением документов на аккредитацию инвесторов.

А третий вопрос этой статьи — о том, что крипта станет финансовой инфраструктурой, — решается единственным способом, каким он только мог решиться: формулировка вопроса теряет смысл. Никакого эпохального события не происходит. Расчеты живут где-то внутри — на специально созданных рельсах, публичных чейнах, комбинациях, которые никто, кроме операционной команды, не смог бы изобразить на схеме. Обычный участник рынка этого не знает и знать не хочет, точно так же, как никто не знает, какая клиринговая палата стоит за его брокерским счетом. Поглощение, начавшееся с подачи документов в конце 2026 года, завершается тем, что этот процесс полностью исчезает из поля зрения. Инфраструктура победила, став скучной.

Единственное, что остается видимым, — это то, что индустрия всегда строила на самом деле, под каждым циклом притворства и спекуляций: Рынок.

Итак, три вопроса, отвеченные так, как на них ответил этот сценарий.

• Что делает токен ценным? То же самое, что и всегда: защищенное законом право требования на что-то реальное, подкрепленное теперь рынком, достаточно суровым, чтобы уничтожить всё, у чего такого права нет.
• Как технологические рубежи переносятся на блокчейн? Через частные рынки. Передовым компаниям никогда не нужны были токены — им нужны были площадки для торговли. И как только площадки смогли говорить публично, технологический сектор сам разместил себя на них.
• Что происходит, когда крипта становится инфраструктурой для традиционных финансов? Ничего не происходит. Она уходит в абстракцию, и вопрос перестает восприниматься.

Часть этого прогноза окажется ошибочной. Таков был уговор во введении. Весь каркас этого текста рухнет, если подтвердится одно наблюдение: если к концу 2028 года розничный спрос на частные компании так и не найдет легального канала, если не будет никаких послаблений и расширения доступа, а офшорные синтетические бессрочные контракты и обертки (wrappers) по-прежнему будут забирать весь этот поток на себя — тогда центральный тезис этой статьи о том, что узким горлышком был закон, а не технологии, окажется в корне неверным. И вам следует помножить на ноль всё, что на нем строилось.

Следите за этой одной переменной. Остальное оценим в 2029 году. Я лучше проиграю в конкретике, чем выиграю в общих словах.

(Стиль эссе вдохновлен AI 2027)

🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting
✍️ Перевод: https://x.com/miyahedge/status/2065421247580652029?s=52&t=I2aokJRYzRx4OZybYxOQ8g

Этот список основан на треде, который я опубликовал 4 июня. Кое-где я внес небольшие правки и дополнения. Несколько человек просили меня сделать этот тред более читабельным, так что вот он.

Интеллект

1. Я думаю, что люди окажутся совершенно не готовы к стремительному прогрессу в области алгоритмов. Весь мир — рынки, правительства, военные, компании, обычные люди и так далее — пытается осмыслить ИИ и его влияние, опираясь на показатели производственной эффективности и закономерности недавнего прошлого, а также на то, как дела обстоят прямо сейчас. Даже некоторые из передовых лабораторий, которые якобы «помешаны на ОИИ» (RSI, рекурсивном самосовершенствовании), похоже, думают, что все пойдет как обычно, просто в рабочий цикл добавятся агенты. Нет. Мое предположение: в процессе создания интеллекта нам еще предстоит преодолеть множество алгоритмических порядков величины (OOMs), возможно (только возможно) до десяти, хотя диапазон от четырех до семи кажется более вероятным. Шагнуть дальше десяти в принципе возможно, но это уже жестко упрется в то, что, по моим подозрениям, вселенная вообще позволит нам сделать. Маловероятно, но не невозможно. Если это правда, то на самом деле всё идет совсем не так, как кажется со стороны, и впереди нас ждет колоссальный скачок. Любое событие в этом духе сделает реальность гораздо более странной, чем сейчас закладывает в свои ожидания практически кто бы то ни было.
2. Мы находимся на этапе раннего технологического взлета (takeoff). То, что ИИ совершенствует ИИ, может в итоге стать одним из самых значимых шагов в истории. Это не гарантировано, поскольку мы не знаем, насколько далеко находимся от физических и вычислических пределов интеллекта. Хотя я бы поставил на то, что мы еще очень далеко от них (как я уже говорил выше, прирост эффективности интеллекта на единицу масштаба еще вполне может составить около 4–10 порядков величины).
3. Теперь, когда мы вошли в фазу взлета, алгоритмические исследования ускоряются. Вычислительные мощности (compute) по-прежнему остаются дефицитным ресурсом, но альтернативные издержки рабочего времени исследователей стали ниже: теперь вы можете отправить агента на поиски чего угодно или по заведомо ложному следу. И он вполне может вернуться с результатом. Все новые идеи теперь приносят с собой «оптимизационный долг», который можно закрыть за счет неконтролируемых трат токенов (unsupervised token spend). Будет пройдено огромное количество кривых масштабирования в исследованиях.
4. Модели ИИ, особенно на переднем крае (frontier models), будут становиться все лучше. Единственная настоящая стена — это физика. Модели становятся все более автономными, умными и совершенствуются с каждым днем. Математика и программирование уже капитулировали перед масштабированием и обучением с подкреплением (RL), на очереди все остальное. Смысловое различие между верифицируемыми и неверифицируемыми задачами начнет стираться. В будущем автоматизированные исследования в области ИИ и обучение самого ИИ будут выглядеть все более взаимосвязанными. Качественное обучение моделей тесно связано со способностью моделей учиться в целом. Эффективность выборки (sample efficiency), креативность и все остальные ограничения будут преодолены, после чего начнется приближение к алгоритмической оптимальности на любом масштабе.
5. Идея о том, что агентам с длинным горизонтом планирования всегда требуется обучение с эквивалентно длинным горизонтом, ошибочна, поскольку существует генерализация (обобщение) во времени. Длинные задачи не состоят из одной лишь «длинноты»! Это связано с заблуждением ЛеКуна о накоплении ошибок по формуле $(1-e)^n$. На самом же деле происходит исправление ошибок. Это случается на самых разных уровнях: от генерации отдельного токена до конкретных шагов в рамках длительной задачи. График METR (эффективности агентов) ползет вверх в том числе потому, что агенты начинают достигать «первой космической скорости» в исправлении собственных ошибок.
6. Создание глубокого обучения на уровне инженерной науки неизбежно. Это приведет нас к алгоритмической зрелости ИИ гораздо быстрее, чем ожидают люди, хотя, как я уже упоминал, неясно, как далеко это может зайти в принципе. К примеру, наука о масштабируемой инвариантности (scale-invariance) кардинально увеличивает масштабы и отдачу от полезных экспериментов: тесты на одном графическом процессоре (GPU) смогут подсказать вам, как эффективно использовать сто тысяч таких процессоров.
7. Нас ждут моменты в стиле «Хода 37» (Move 37) в каждой сфере технической деятельности человека, а затем, довольно быстро, сами эти «Ходы 37» начнут казаться чем-то банальным. Я имею в виду абсолютно всё.
8. Вычислительные мощности продолжат расти. Сегодняшние лучшие машины для матричного умножения (matmul) даже близко не подошли к физическим пределам ускорителей ИИ. В сфере цифрового кремния еще есть огромный потенциал для роста. Существует также множество кандидатов на роль новых субстратов (альтернативной компонентной базы), и алгоритмический долг, который за ними числится, будет автоматизирован до предела. Но мы пока не знаем, какой из них окажется оптимальным для ИИ с точки зрения пространства, энергии, времени, производительности и стоимости. Фотоника и стохастический кремний — крайне интересные кандидаты, но я также ожидаю, что сингулярность преподнесет нам сюрпризы.
9. То, насколько далеко лаборатории смогут вырваться вперед, частично зависит от отдачи от автоматизации и масштабирования, включая отдачу от большей алгоритмической глубины. Если практика (и теория) глубокого обучения навсегда останется «поверхностной», то в долгосрочной перспективе технологический барьер (moat) не будет алгоритмическим, поскольку секреты будет относительно дешево открывать. В конечном счете дистилляция, данные и время позволят догнать любые масштабы вычислительных мощностей, пусть даже и медленно. На данный момент кажется, что мы частично находимся именно в этой точке, но даже если так, нет никаких гарантий, что этот тренд сохранится.
10. Если же по мере масштабирования процессы станут менее поверхностными, то каждый новый шаг в автоматизации и масштабе будет приносить вам такие алгоритмические секреты, которые окажутся абсолютно недосягаемыми для всех остальных. И это тоже отчасти похоже на то, где мы находимся сейчас. Конечная точка в любом сценарии наступит тогда, когда предельная полезность от масштабирования и исследований достигнет насыщения. Мы не знаем, где она находится. До нее может быть как 2, так и 20 порядков величины от того уровня, имеющегося сегодня. Этого не знает никто.

Цепочка поставок интеллекта

1. Вычислительные мощности (compute) будут оставаться объектом жесткой конкуренции как минимум еще несколько лет. Но за это время они начнут превращаться в массовый товар (коммодитизироваться), и мы еще будем со смехом вспоминать «нищие» 2020-е годы. Масштабирование растет и дает результаты, а капитал идет следом, чтобы раскручивать это колесо снова и снова. Будет больше машин для матричного умножения, больше полупроводниковых фабрик (fabs) и больше энергии. Узкие места в производстве интеллекта — явление временное, даже несмотря на возможные экономические спады.
2. Природа цепочки поставок интеллекта меняется. Прямо сейчас она сильно централизована вокруг передовых лабораторий. Однако лаборатории автоматизируют то главное, что делает их сильными: исследователей и поиск алгоритмических преимуществ. Как только этот процесс запустится — при условии, что открытый код (open source) не будет сильно отставать, и особенно если лаборатории не заблокируют доступ к моделям-исследователям ИИ, — преимущества лабораторий сведутся к более простому доступу к капиталу, большему количеству вычислительных мощностей, уникальным данным, деловым связям и хорошим продуктам. Это, среди прочего, зависит от того, как разрешится упомянутый выше вопрос об алгоритмической глубине.
3. Распределенное обучение (distributed training) снизит потребность в строительстве монолитных дата-центров, что даст определенное преимущество компаниям, не являющимся гиперскейлерами. Впрочем, в плане масштаба одного отдельно взятого крупнейшего запуска они все равно не смогут перегнать гиперскейлеров.
4. Автоматизированные эксперименты с ИИ позволят повсеместно открывать алгоритмические секреты, поскольку такие эксперименты по своей природе легче распределять, чем полномасштабные запуски обучения моделей. Пока неясно, как далеко это может зайти, но я ожидаю, что довольно далеко. Как отмечалось выше, фундаментальная глубина глубокого обучения все еще неизвестна, и верхние границы в этом вопросе зависят именно от нее.
5. Возможно, что вопреки этим силам, которые, казалось бы, играют в его пользу, академический сектор и open source придут в упадок из-за стоимости и альтернативных издержек вычислительных мощностей. Например, что выгоднее: использовать чипы GB300 для обслуживания условной GLM 5.2 или для проекта Fable? Что ценнее: проводить исследования не на переднем крае науки в какой-нибудь университетской лаборатории или строить условный Mythos 2 внутри Anthropic? Рынок сам определит, где спрос выше, и прямо сейчас этим местом действительно кажутся ведущие лаборатории. Это означает, что open-source лаборатории могут столкнуться с еще большим дефицитом вычислительных мощностей, даже если у них будет капитал, если они не зарезервировали мощности заранее. Но даже в этом случае они будут просчитывать альтернативную стоимость своих исследований по сравнению со сдачей мощностей в аренду. Посмотрите на кейс Colossus и Anthropic.
6. Открытому коду также может прийтись несладко в социальном плане в условиях, когда возможности ИИ начнут становиться все более «острыми» (в ближайшие 0–18 месяцев) — особенно если учесть, что мы не спешим усиливать безопасность, как это происходит и по сей день.
7. Open source может начать увядать по мере того, как капитал устремляется в лаборатории. Здесь возникает проблема координации: никто не хочет монополии на токены, кроме самих лабораторий (и, возможно, правительства), но если эту проблему удастся решить, а регуляторная среда окажется благоприятной, то, возможно, все обойдется.

Робототехника

1. Нас ждет переломный момент для робототехники — сначала аналог «ноября 2022 года и релиза ChatGPT», а затем аналог «ноября 2025 года и релиза Opus 4.5». Ни того, ни другого еще не произошло, но они приближаются, и это случится быстрее, чем думают люди, — как следствие стремительного прогресса ИИ, включая проектирование физических систем с помощью искусственного интеллекта. Выглядит весьма вероятным, что разрыв между этими двумя вехами в робототехнике составит далеко не три года.
2. Впрочем, для того чтобы физически масштабировать количество роботов в мире, может потребоваться время до 2030 года или даже больше. Хотя мы производим около 100 миллионов автомобилей в год, а гуманоидные роботы намного меньше машин. Учитывая, что мы также выпускаем по 1 миллиарду смартфонов ежегодно, вполне разумно ожидать объемов порядка 100 миллионов роботов в год к 2030 году — при условии, что капитал и алгоритмы будут двигаться быстро. Показатель в 10 миллионов в год точно достижим, ведь мы уже делаем это на рынке беспилотников. Хорошее программное обеспечение, доказывающее ценность гуманоидов на малых масштабах, способно привлечь бесконечный капитал, пропорциональный качеству этого доказательства.
3. Вещи, которые сегодня кажутся жесткими ограничениями для робототехники, исчезнут. В их числе, например: низкая эффективность выборки (poor sample efficiency), относительный дефицит данных, дорогая и/или сложная конструкция кистей и двигателей, фрактальная сложность физического мира и скрытые, нигде не зафиксированные знания о том, как мы выполняем повседневные задачи (например, в сантехнике). Модели мира (world models) кажутся полезными, но конкретная технология не имеет значения. Законы масштабирования в исследованиях будут выжиматься до тех пор, пока полезность не пойдет на спад.
4. Мировой спрос на роботов легко исчисляется десятками миллиардов единиц, особенно если суммировать все форм-факторы. В мире существует огромное количество физической работы, которую стоит автоматизировать. Рынок попытается решить эту задачу, и люди, скорее всего, не станут этому препятствовать.

Прогресс

1. Наука автоматизируется и виртуализируется. Это означает, что большая часть необходимого нам мирового прогресса будет исходить из автоматизированных лабораторий и симуляций. Мы не знаем полных вычислительных пределов виртуализации, но такие роботизированные лаборатории для биологии, материаловедения и других сфер устранят огромное количество узких мест. Попутно они раздвинут границы валидированной виртуализации, чтобы повысить эффективность выборки и чистую отдачу от материального воплощения (reification). По сути, в каждой области мы получим комбинацию нейросетевых моделей, явных симуляций и реальных экспериментов — и всё это будет работать на повышение отдачи на каждый доллар и единицу времени в таких дисциплинах, как биология, материаловедение и им подобные.
2. Законы прогресса существуют везде. В глубоком обучении их называют законами масштабирования (scaling laws). Трудно сказать, когда произойдет насыщение S-образной кривой на каком-то конкретном направлении; трудно сказать, когда прямо за горизонтом появятся новые S-кривые. Здесь важно понять следующее: сам двигатель цивилизационного прогресса подчиняется закону прогресса. Вероятнее всего, наш прогресс будет затухающим (с насыщением), как и большинство наблюдаемых нами природных процессов, но на самом деле мы не знаем, где именно это произойдет. Технологическая и цивилизационная зрелость может быть как близко, так и далеко. Во-первых, (а) мы находимся в той точке истории, когда на прогресс почти не выделялось ресурсов, но ситуация стремительно меняется, и во-вторых, (b) мы автоматизируем саму машину, которая напрямую этот прогресс производит. Мы живем в интересное время.
3. Будущее с вертикальным масштабированием (scale up) против горизонтального (scale out). От нуля к единице против от единицы к $n$. Сколько прогресса в ширину и в глубину позволит нам иметь Вселенная — вопрос открытый. Прогресс в ширину оценить проще, ведь это что-то вроде: «Сколько всего вычислительных шагов позволят нам сделать законы физики с этого момента?». Насколько «глубокими» могут быть эти вычисления в самом широком смысле слова — неизвестно. Есть варианты будущего, где дерево технологий настолько глубокое, а достижимая вычислительная вселенная настолько богата, что мы будем просто продолжать изобретать, открывать и снова изобретать, пока нас не остановит физика — если это вообще когда-нибудь произойдет. Другие сценарии более плоские: мы довольно быстро упремся в потолок относительно неглубокого технологического дерева и сравнительно легко достигнем технологической зрелости, которую затем будем масштабировать вширь — опять же, пока не наступит удовлетворение или пока нас не остановит физика.

Капитал и производство

1. Больше капитала и больше интеллекта означают интенсификацию капитализма, а это значит, что мы будем быстрее приходить к рыночным равновесиям. Со временем это естественным образом должно привести к дефляции и конкуренции вплоть до эпсилон-предельных издержек (epsilon marginal cost — бесконечно малых затрат на производство следующей единицы товара) для большинства важнейших благ, включая ИИ, еду, жилье, медицину, электронику, развлечения и путешествия. Это при условии, что мы не позволим людям встать у нас на пути. В некоторых случаях они, вероятно, встанут.
2. Добыча полезных ископаемых будет автоматизирована. Логистика — наземная, морская и воздушная — будет автоматизирована. Заводы будут автоматизированы. Рабочие на заводах будут автоматизированы. Распределительные центры будут автоматизированы. Обслуживание, улучшение и масштабирование всей цепочки поставок будут автоматизированы.
3. Люди с работой будут существовать еще очень, очень долго. Какой процент человечества это будет — открытый вопрос. Те, кто заявляет, что этот показатель будет высоким, чересчур самоуверенны, равно как и те, кто утверждает, что он будет равен нулю. Действительно трудно представить, как люди смогут вносить предельный вклад именно в интеллектуальную (содержательную) часть интеллектуального труда еще хоть сколько-нибудь долго. Спрос на некоторые профессии, например на врачей, может сильно упасть, если мы получим сверхчеловеческих ИИ-докторов за $20 в месяц плюс оплата отдельных анализов по меню (а-ля карт) наряду со значительно улучшенным здоровьем за счет более совершенных медицинских технологий. Однако из-за того, что мы картелизируем врачей сейчас, мы можем продолжить делать это и впредь, так что профессия врача останется отличным делом. Спрос на развлечения, вероятно, вырастет, но стоимость производства снизится, а техническая потребность в людях в сфере развлечений уже значительно сократилась. Тем не менее мы очень сильно привязаны к другим людям, поэтому, возможно, мы продолжим ценить их, и профессия актера станет еще более прибыльной.Один из способов подумать о том, как всё это может сложиться, — посмотреть, сколько промежуточных слоев в цепочке поставок находится между сегодняшним работником и потребителем. Для ТикТок-блогера этих слоев ноль. Для врача — ноль. Для заводского рабочего — их много. Степень, в которой профессия может (а) избавиться от посредников (disintermediated), (b) оказаться вытесненной конкуренцией или (c) быть взаимозаменяемой (fungible), вероятно, во многом определит исход для нее. Этот анализ весьма глубок, и данный абзац не претендует на полноту, но последнее, о чем стоит упомянуть: все это предполагает, что у нас не произойдет стремительного коллапса на стороне спроса. А он может случиться, если слишком много людей останутся без работы, а производительность труда или эффективность государства окажутся недостаточными для введения безусловного базового дохода (UBI) / безусловного базового медицинского страхования (UHI).
4. Связанная с предыдущими пунктами, но не противоречащая им мысль: появление «перманентного низшего класса» (permanent underclass) может стать реальностью. В лучших мирах, где это произойдет, ситуация может выглядеть скорее как сильно ограниченная субъектность (agency), нежели как пагубно урезанный доход. Для большинства людей это в конечном счете будет нормально — наша субъектность и так сильно ограничена современным обществом, — но это потребует психологической адаптации, которая может занять время и оказаться болезненной.

Культура и психология

1. Человеческая психика сейчас развивается и адаптируется медленно, но это изменится. Главное — измениться в лучшую сторону, что для некоторых людей может оказаться непросто. В результате изобилия интеллекта и автоматизации мы научимся конструировать устойчивую психику гораздо лучше, чем тот неприспособленный к нашей среде эволюционный пережиток, который мы имеем сегодня. За какие-то десятилетия произойдет тысячелетний прорыв в инновациях в области психиатрии и психологии. Люди станут фундаментально здоровы. Примитивное, дегенеративное «подключение к аппарату удовольствия» (wireheading) как риск переоценено, поскольку нам будет доступна куда более искусная и разнообразная инженерия разума.
2. В мире крайней неопределенности люди будут бороться за власть, статус и богатство яростнее, чем когда-либо, и в процессе этой борьбы они с легкостью пойдут на предательство своего ближнего. Они будут придумывать всевозможные оправдания тому, почему их поведение является хорошим или даже великим. Оглянитесь вокруг.
3. Вы доживете до того, чтобы увидеть кринж, в который просто не сможете поверить.
4. Прямо сейчас происходит определенный очевидный феномен двоемыслия, когда те, кто имеет все шансы войти (или уже входит) в топ-0,01% самых богатых людей, говорят, что ИИ принесет пользу всем, не беспокойтесь о работе и так далее. Но при этом они ни за что не отказались бы от своего богатства, чтобы жить как случайный человек на Земле — или даже в Америке — через год, пять или двадцать лет. Люди видят это и уже начинают реагировать. Чтобы быть до конца честным: я бы тоже не отказался от своего положения, но я также не утверждаю, что все будет в полном порядке (и я, к слову, не вхожу в топ-0,01% богачей). В итоге мы рискуем построить несправедливый мир. Некоторых людей это волнует, и я считаю, что это следует обсуждать гораздо чаще. И чтобы выразиться предельно ясно: американская политика ничтожна в том, как она подходит к решению подобных проблем.
5. Илон, похоже, имеет все шансы стать первым квадриллионером. В широком смысле нетрудно представить рост спроса на чипы, роботов и космические корабли в масштабах значительно больше 1000х, и он, вероятно, сможет забрать себе огромную долю этого рынка.

Координация

1. Потребность в лучшей координации на всех уровнях общества очевидна. Существуют слабости и риски для более эффективной координации в том виде, в каком мы ее понимаем сейчас, но, похоже, мы едва прикоснулись к поверхности того, что возможно. Появится ли когда-нибудь Сатоши для победы над Молохом (Satoshi for defeating Moloch — анонимный создатель системы, способной победить координационные провалы и системное саморазрушение)?
2. По крайней мере некоторая международная координация в сфере ИИ, скорее всего, является хорошей идеей. Нам могут понадобиться договоры и учет графических процессоров (GPU counting). Это можно спроектировать так, чтобы: (а) замедлить раскручивание спирали соперничества в накоплении военной и государственной мощи и (б) оказать минимальное влияние на науку и другие важные сферы прогресса. Возможно, мы этого не получим, потому что графические процессоры обладают слишком универсальной и масштабной силой. С ядерным оружием у нас получилось договориться, потому что никто, кроме безумцев, на самом деле не хочет его использовать.
3. Скоординированная пауза или замедление производства ИИ со стороны ведущих лабораторий сейчас кажется более вероятной, чем в 2023 году. Здесь много компромиссов, но я думаю, что аргументированная ценность паузы сегодня немного выше, чем была в 2023 году. Довод о том, что эта пауза будет потрачена впустую, сложнее отстаивать, когда у нас есть автоматизированные исследования — которых у нас пока еще нет в полной мере (сейчас у нас есть автоматизированная инженерия). Как бы то ни было, лично я в настоящее время не сторонник паузы, главным образом потому, что она ломает слишком много других элементов в нашей ходьбе по канату через сингулярность, в дереве технологий могут водиться драконы, а геополитические противники вполне реальны.

Сила, насилие, безопасность, свобода

1. С прискорбием вынужден сообщить, что наша Вселенная может оказаться уязвимой в бостромовском смысле (концепция «Уязвимой Земли» Ника Бострома). Не исключено, что текущий мир обладает такими степенями свободы, контроль над которыми мы просто не успеем скоординировать, если одновременно попытаемся сохранить те нормы управления и свободы, что составляют саму суть привычного нам уклада, — и альтернативой этому может стать разве что тотальный паноптикум. Заметьте, что в таких мирах концентрация власти превращается в скользкий путь. Многие из подобных сценариев будущего, скорее всего, окажутся паршивыми для большинства людей. Было бы здорово, если бы это было не так, но это вполне может оказаться правдой.
2. Распространение (диффузия) ИИ будет происходить со скоростью выше нуля, невзирая на любые потенциальные сдерживающие факторы. В мире слишком много компьютеров, а «обменный курс» вычислительных мощностей (FLOPs) на единицу интеллекта сейчас находится на самой низкой отметке за всю историю и будет только падать. Не стоит делать ставку на то, что всё замрет на месте.
3. Идея перманентного низшего класса автоматически подразумевает существование перманентного высшего класса. А это предполагает наличие людей, наделенных большими правами по какой-то в достаточной степени необоснованной причине. Первопричиной здесь всегда является явное или скрытое доминирование, подкрепленное насилием. Однако, возможно, мир с развитым ИИ — это мир, где у людей вообще не останется никаких обоснованных прав на управление, никаких признанных заслуг или статуса, возвышающих одних над другими. Это вряд ли когда-либо станет правдой на все 100%, но об этом, пожалуй, стоит задуматься серьезнее. Подозреваю, что моральные принципы и практическая целесообразность здесь сильно разойдутся на деле, и, возможно, вполне обоснованно.
4. Институты власти окажутся под давлением со всех сторон, вынуждающим их трансформироваться, и эти силы вполне могут привести к тирании. Туда ведет множество путей: какие-то — под маской обеспечения безопасности, какие-то — через мягкое, незаметное расползание властных полномочий, где финальной точкой станут мощный ИИ, полностью автоматизированная цепочка военных поставок и полностью автономное оружие. Нам нужны более совершенные институты.
5. В мире может обнаружиться огромное количество уязвимостей нулевого дня (zero days). В киберсфере, биологии, инфраструктуре, нейротехнологиях, меметике, физике. Мы просто не понимаем, какова отдача от алгоритмической глубины и согласованности в этих областях — как со стороны защиты и устойчивости, так и со стороны разрушения. Алгоритмическая глубина ядерного оружия в свое время не оказалась недосягаемой для умнейших людей планеты. Завтра наши машины поднимутся на следующую ступень, а затем еще выше. Прямо сейчас мы кое-что знаем о частоте стохастических катастроф в условиях алгоритмически «поверхностной» цивилизации, но мы не знаем практически ничего о том, что происходит в цивилизации алгоритмически «глубокой».
6. Связанная с этим мысль: в дереве технологий могут скрываться по-настоящему жуткие вещи. Мы действительно этого не знаем.
7. Возможности робототехники на массовом масштабе несут в себе реальные риски захвата власти и переворотов, которые гораздо серьезнее угроз от чисто компьютерных моделей. Не говоря уже о более приземленных вещах вроде расширения площади и появления новых векторов для кибератак. Нам следует относиться к этим рискам со всей серьезностью и работать над их снижением.
8. Стратегия взаимного гарантированного уничтожения (MAD) базируется на технологиях XX и начала XXI веков. Нам же предстоит пережить стремительный технологический сдвиг, возможно, эквивалентный целому тысячелетию, причем за очень короткий промежуток времени. Это означает, что незыблемость концепции взаимного уничтожения больше не гарантирована. Эта проблема решаема, и данный слом не является абсолютно неизбежным или очевидным, поскольку предел допустимой погрешности для получения решающего преимущества крайне мал и потенциально недостижим. Некоторые люди в прошлом поднимали эту тему в довольно несерьезном ключе, и я считаю, что это было ошибкой и безответственностью. Это один из самых серьезных вопросов, которые мы вообще можем обсуждать. Люди обоснованно нервничают из-за этого, но я думаю, что время пришло.
9. Армия, полиция и ключевые механизмы государственного правопорядка будут автоматизированы и станут умнее людей. Думайте над этим что хотите.
10. И последнее: ИИ-лаборатории в итоге могут быть национализированы в самом жестком смысле этого слова. Как мне кажется, американская система не очень с этим совместима, но существует множество путей к национализации, которые не выглядят чем-то табуированным как в консервативной, так и в либеральной политической среде. В принципе, лаборатории могут поддерживать координацию с военными и разведывательными службами «на бэкенде», не устраивая из этого еще более громкого шоу, чем то, что мы уже наблюдаем. Получение федеральным правительством односторонней власти такого рода — это тоже колоссальный риск. С частными компаниями ситуация иная, поскольку они, говоря в общем, не будут напрямую применять насилие и не имеют на это законного права. Я не большой поклонник национализации, но этот мир сбивает с толку и, судя по всему, становится все более коварным.

✍️ Перевод: https://x.com/bayeslord/status/2072056960430789032
🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting

✍️ Перевод: https://x.com/ScottyBeamIO/status/2066885278451519590?s=20
🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting

Формируется новая категория инструментов искусственного интеллекта: агенты, которые живут не в окне чата, открываемом и закрываемом вами, а работают непрерывно в облаке и общаются с вами через мессенджер, подобно коллеге, который никогда не выходит из сети.

Hermes — одна из наиболее интересных реализаций этой идеи. От сопоставимых агентов, таких как OpenClaw, его отличает встроенный цикл самосовершенствования — система, которая отслеживает ваши диалоги, извлекает из них полезные паттерны и превращает эти паттерны в постоянные обновления для своей собственной памяти и набора навыков.

В данном материале подробно разбирается устройство Hermes, особенности его конфигурации и то, как этот цикл самосовершенствования функционирует под капотом на самом деле.

Что такое Hermes и чем он отличается от OpenClaw

Hermes — это размещенный в облаке ИИ-агент, конструктивно схожий с OpenClaw: он работает в режиме 24/7, а взаимодействие с ним происходит через приложение для обмена сообщениями, а не через терминал или вкладку браузера.

Существенные различия носят тройственный характер.

• Во-первых, Hermes поставляется с гораздо более обширной встроенной библиотекой готовых навыков «из коробки», благодаря чему вы тратите меньше времени на самостоятельную настройку интеграций.
• Во-вторых, процесс первоначальной настройки значительно более упрощен — управляемый текстовый пользовательский интерфейс (TUI) берет на себя практически всё.
• В-третьих, и это самое главное, Hermes спроектирован на основе концепции непрерывного самосовершенствования: он не просто выполняет задачи, а со временем накапливает процедурные знания о том, как выполнять их эффективнее.

Установка и первоначальная настройка

Запуск Hermes выполняется одной командой.

На Windows запустите следующую команду в PowerShell:

PowerShell

iex (irm https://hermes-agent.nousresearch.com/install.ps1)

На Linux, macOS или WSL эквивалентом является:

Bash

curl -fsSL https://hermes-agent.nousresearch.com/install.sh | bash

После завершения установки перезапуск терминала и выполнение команды hermes setup запускает пошаговый процесс конфигурации, который последовательно проводит пользователя через выбор модели, бэкенда терминала, шлюза обмена сообщениями и настройку инструментов.

Выбор и маршрутизация моделей

Первым реальным решением при настройке является выбор провайдера LLM (большой языковой модели), которая будет приводить в действие «мозг» агента. Аутентификация происходит через OAuth, а не с помощью чистых API-ключей, что в том числе дает возможность авторизоваться через существующую сессию Claude Code или Codex CLI вместо генерации отдельного API-ключа.

Что здесь действительно хорошо спроектировано, так это то, как Hermes разделяет модель, используемую для вашего основного диалога, и модели, применяемые для фоновых и вспомогательных задач. По умолчанию одна и та же модель обрабатывает и то, и другое, но каждая вспомогательная задача может быть независимо перенаправлена на другого провайдера.

К задачам, поддерживающим такой тип переопределения, относятся:

• vision — анализ и описание изображений
• web_extract — реферирование длинных веб-страниц
• compression — сжатие переполняющегося контекста беседы
• title_generation — генерация названий сессий
• curator — фоновый агент, отвечающий за самообучающийся цикл
• kanban_decomposer — разбиение крупных задач на подзадачи в режиме Канбан-доски
• goal_judge — агент, который проверяет, была ли на самом деле достигнута цель, заданная через команду /goal

Это настраивается непосредственно в файле config.yaml, например:

YAML

# Primary model for chat and complex reasoning
model:
  provider: "anthropic"
  default: "claude-4-8-sonnet"
  auxiliary:
    vision:
      provider: "gemini"
      model: "gemini-2.5-flash"
    compression:
      provider: "custom"
      base_url: "http://localhost:11434/v1"
      api_key: "none"
      model: "qwen2.5:32b"

Такой тип явной маршрутизации решает реальную проблему, возникающую при выборе OpenRouter в качестве варианта по умолчанию: одна и та же номинальная модель зачастую развертывается множеством разных провайдеров, нередко в разных квантованиях (вариантах сжатия), и OpenRouter будет незаметно перераспределять каждый новый запрос между примерно двадцатью из них.

Практический эффект заключается в том, что в рамках одной сессии вы общаетесь не с одной неизменной моделью — вы общаетесь со сменяющим друг друга составом по-разному настроенных экземпляров этой модели, некоторые из которых справляются с вызовами инструментов и шаблонами промптов более надежно, чем другие. Ручная маршрутизация внутри Hermes полностью этого избегает.

Стоит также отметить, что если вы хотите сэкономить на разговорной модели без ущерба для качества кодинга, Hermes поддерживает команды /claude_code и /codex. Они делегируют задачи по написанию кода напрямую этим CLI-инструментам (интерфейсам командной строки) вместо того, чтобы обрабатывать их с помощью настроенной чат-модели.

Терминальные бэкенды

Важной частью архитектуры является среда терминального бэкенда (Terminal Backend Environment), которая определяет, где и как на самом деле выполняются команды командной строки и сценарии Python, а также то, как агент взаимодействует с вашей файловой системой. Hermes поддерживает пять таких сред.

Local (локальная среда) используется по умолчанию. Команды выполняются прямо на вашей машине с теми же правами, что и у вашей учетной записи пользователя, — без какой-либо изоляции. Это правильный выбор для локальной разработки и доверенного личного использования, когда вам нужно, чтобы агент редактировал ваши реальные файлы проекта. Безопасность в данном случае полностью опирается на встроенную систему подтверждений, которая перехватывает деструктивные команды (например, rm -rf / или DROP TABLE) и запрашивает явное разрешение перед их запуском.

Docker запускает агента внутри изолированной песочницы, благодаря чему он не может затронуть вашу хост-систему.

SSH заставляет агента выполнять команды и работать с файлами на удаленном сервере через удаленное подключение.

Modal запускает всё в бессерверных облачных песочницах — по сути, вы арендуете вычислительные мощности с посекундной тарификацией, оплачивая только те секунды, в течение которых действительно работает ваш код.

Daytona представляет собой слой управления контейнерами, специально разработанный для ИИ-агентов кодинга; он работает быстрее, чем запуск Docker напрямую, и автоматически берет на себя настройку среды и установку зависимостей.

Для большинства сценариев личного использования среды Local действительно достаточно — остальные варианты имеют значение главным образом в том случае, если вы запускаете ненадежный код или работаете в масштабах команды.

Шлюз обмена сообщениями и конфигурация инструментов

После терминального бэкенда настройка переходит к выбору места, где вы будете непосредственно общаться с агентом, — при этом Telegram является наиболее отполированным вариантом. При его выборе вы получаете прямую ссылку, которая запускает предварительно настроенного бота; никакой ручной настройки токена бота для этого не требуется.

Оставшаяся часть настройки посвящена включению отдельных инструментов и выбору их соответствующих провайдеров — автоматизации браузера, генерации изображений, синтеза речи (text-to-speech) и веб-поиска. Что касается конкретно веб-поиска, то самостоятельно размещаемый (self-hosted) Firecrawl или Exa выделяются как отличные варианты для ориентированного на агентов скрапинга и извлечения данных.

Для включения поиска в X (Twitter) требуется подписка на Grok, о чем стоит знать до того, как вы начнете искать этот пункт в меню.

Команды со слешем (/), о которых стоит знать

Hermes поставляется с внушительным списком команд со слешем. Назначение большинства из них понятно по названию, но некоторые заслуживают особого упоминания.

• /background <промпт> запускает задачу в фоновом режиме, не прерывая вашу основную сессию.
• /goal задает долгосрочную цель, к которой агент упорно продвигается, и содержит подкоманды для приостановки, возобновления, очистки или проверки статуса.
• /subgoal управляет более мелкими задачами, вложенными в активную цель.
• /kanban координирует асинхронную, длительную работу силами нескольких независимых агентов — функционируя как настоящая Канбан-доска, где пул задач распределяется между агентами-исполнителями и перемещается по колонкам «к исполнению», «в работе» и «готово» по мере передачи задач от одного к другому.

Что касается разработки:

• /github_pr_workflow берет на себя полный цикл от создания ветки до слияния (merge), включая CI (непрерывную интеграцию).
• /github_code_review рецензирует пул-реквесты.
• /codebase_inspection анализирует кодовую базу репозитория, распределяя ее по языкам программирования и подсчитывая количество строк.
• /dogfood — это выделенный режим контроля качества (QA), который ищет баги в веб-приложении и формирует отчет, подкрепленный доказательствами.
• /spike запускает быстрый, одноразовый эксперимент для проверки идеи перед тем, как приступать к полноценной разработке.
• /systematic_debugging устраняет баги в четыре этапа, выявляя первопричину до попытки внедрения исправления.

Также присутствует группа команд для конкретных интеграций: /notion, /obsidian, /airtable, /google_workspace, /arxiv, /blogwatcher, /polymarket, /ocr_and_documents, /youtube_content — каждая из них инкапсулирует определенный внешний сервис или рабочий процесс. Кроме того, есть команда /bundles, которая объединяет несколько существующих навыков под одной командой со слешем с помощью небольших конфигурационных файлов YAML.

Задачи по расписанию (Cron-задачи) и вебхуки

Два примитива автоматизации заслуживают особого внимания.

Cron-задачи позволяют планировать запуск скрипта по таймеру. Если при создании такой задачи передать флаг -no-agent, Hermes выполнит обычный скрипт на Python или bash и просто перенаправит его вывод в ваш мессенджер, вообще не затрачивая токены LLM.

Вебхуки (Webhooks) представляют собой более мощный инструмент: они позволяют агенту реагировать на внешние события, а не на таймер. Вы можете настроить вебхук таким образом, чтобы, например, новый пул-реквест на GitHub автоматически активировал агента с определенным промптом и набором навыков. Это фактически развертывает дежурного агента-рецензента без необходимости какого-либо ручного вмешательства для каждого отдельного PR.

Движки контекста (Context Engines)

Движок контекста определяет, как Hermes сжимает и управляет историей диалога, когда она приближается к лимиту токенов модели. На выбор доступно два варианта.

Compressor (используется по умолчанию) применяет сжатие с потерями (lossy summarization) к средней части длинного диалога.

Альтернатива — LCM (Lossless Context Management) — использует принципиально иной подход: вместо создания текстового резюме этот движок строит направленный ациклический граф ключевых точек беседы. Это позволяет агенту переходить от высокоуровневого, сильно сжатого представления к конкретным исходным сообщениям, которые его подтверждают.

Движки памяти (Memory Engines)

Внешние провайдеры памяти работают параллельно со встроенными локальными файлами памяти Hermes — MEMORY.md и USER.md, добавляя такие возможности, как семантический поиск и графы знаний. Некоторые из них можно настроить напрямую через текстовый интерфейс (TUI) настройки.

• Honcho построен на моделировании детального профиля пользователя, используя фоновые вызовы LLM для синтеза наблюдений на двух уровнях: базовом уровне (резюме сессий и профили) и диалектическом уровне, который анализирует текущие потребности пользователя.
• OpenViking — это база данных контекста, которая выстраивает иерархию знаний по типу файловой системы. Она поддерживает многоуровневое извлечение контекста и автоматически сортирует извлеченные факты по шести категориям (события, паттерны, предпочтения и т. д.) в конце каждой сессии.
• Mem0 представляет собой полностью управляемый облачный сервис памяти. Извлечение фактов происходит на стороне сервера с помощью LLM; сервис включает семантический поиск, реранжирование (изменение порядка) результатов и автоматическое удаление дубликатов. Поскольку он размещается в облаке, это единственный вариант здесь с периодической (подписной) оплатой.
• Hindsight — более продвинутая система долговременной памяти, построенная на графе знаний в стиле GraphRAG. Она извлекает сущности из сессий, выстраивает связи между ними и сохраняет полные диалоговые реплики, включая вызовы инструментов. Память здесь разделена на четыре категории: факты о мире, собственный опыт агента, мнения и наблюдения.
• Holographic — это локальное хранилище фактов на базе SQLite без внешних зависимостей. Оно включает систему оценки достоверности сохраненных фактов и использует голографические сокращенные представления (Holographic Reduced Representations) для поддержки алгебраических, композиционных запросов с возможностью автоматического обнаружения противоречий в своей базе знаний.
• RetainDB — облачный API для командной памяти, предлагающий гибридный поиск, сочетающий векторный метод, алгоритм BM25 и методы реранжирования. Память разделена на семь различных типов и использует дельта-сжатие для эффективного хранения.
• ByteRover — портативная локальная система памяти, доступ к которой осуществляется через интерфейс командной строки (CLI). Она строит иерархическое дерево знаний и извлекает важные факты до того, как сжатие с потерями успеет удалить их из контекста.
• Supermemory предлагает семантическую долговременную память с API графов: система поглощает полные логи сессий после завершения разговора для построения своего графа знаний, периодически очищает извлеченные факты во избежание замусоривания текущими репликами и может изолировать память в отдельные контейнеры для каждого профиля агента.

Для повседневного использования стандартной локальной памяти действительно достаточно большинству людей — более тяжелые системы обменивают реальные ресурсы (особенно оперативную память для локально размещенных вариантов) на возможности, в которых большинство рабочих процессов пока не нуждается.

Самообучающийся цикл (The Self-Improving Loop)

Это функция, которая сильнее всего отличает Hermes от обычного агента: набор асинхронных фоновых процессов, которые непрерывно анализируют ваши диалоги, извлекают из них полезные паттерны, записывают эти паттерны в долговременную и процедурную память (навыки), а затем поддерживают эти накопленные знания, чтобы они не угасали со временем. Вся система работает параллельно с вашим основным чатом и состоит из трех компонентов: системы триггеров, фонового агента проверки и куратора.

Система триггеров (The Trigger System)

Hermes не анализирует каждое сообщение в режиме реального времени, так как это привело бы к пустой трате токенов. Вместо этого он полагается на два счетчика, которые запускают этап осмысления (pass), как только они пересекают определенный порог.

• Триггер памяти срабатывает каждые десять промптов пользователя, проверяя, появились ли в разговоре новые факты, заслуживающие сохранения.
• Триггер навыков срабатывает каждые десять итераций вызова инструментов в рамках одной реплики. Логика здесь в том, что если агент только что потратил столько шагов, пробиваясь через проблему методом проб и ошибок, то этот опыт стоит проанализировать и, возможно, превратить в многоразовый навык.

Как только любой из счетчиков достигает своего лимита, срабатывает внутренняя функция, передающая снимок (snapshot) текущего разговора фоновому процессу проверки.

Фоновый агент проверки (The Background Review Agent)

Этот снимок отправляется полностью отдельному, изолированному процессу агента, который работает параллельно, не прерывая вашу основную сессию. Его работа идет в двух направлениях:

• На декларативном уровне: если он замечает новые предпочтения пользователя или детали окружения (например, предпочтение Supabase или проект, привязанный к Python 3.12), он обновляет файл MEMORY.md или USER.md в зависимости от того, к какому файлу относится данный факт.
• На процедурном уровне: если он обнаруживает, что агент только что решил нетривиальную задачу или разработал сложный процесс, он может создать новый навык, отредактировать существующий, применить целевой патч или полностью удалить навык. Любой созданный им навык явно помечается как «сгенерированный агентом» (agent-generated), поэтому его происхождение всегда можно отследить.

Чтобы куратор мог в конечном итоге судить, какие из этих самостоятельно созданных навыков действительно стоит оставить, Hermes ведет скрытый лог использования. Для каждого навыка в нем отслеживается: сколько раз он был загружен в промпт, сколько раз агент открывал его для чтения, сколько раз он редактировался, а также временные метки создания, последнего использования и последнего редактирования.

Куратор (The Curator)

Если предоставить этот процесс самому себе, он может со временем создать сотни навыков, часть из которых будет избыточной, а часть — устаревшей.

Куратор существует как раз для того, чтобы не допустить деградации этой базы знаний. Он запускается только при одновременном выполнении двух условий: прошло достаточно времени с момента его последнего запуска (по умолчанию — семь дней), а основной агент простаивал достаточно долго (по умолчанию — два часа), чтобы масштабный сеанс обслуживания не мешал активной работе. Перед внесением каких-либо изменений он автоматически создает резервную копию всей директории навыков, поэтому любой неудовлетворительный результат можно откатить с помощью одной команды в терминале.

Работа куратора проходит в два этапа:

Первый этап носит чисто механический характер и вообще не включает вызовы LLM: он проверяет метрики использования, помечает любой созданный агентом навык, который не использовался более 30 дней, как устаревший (deprecated), и перемещает всё, что не использовалось более 90 дней, в архивную папку. Важные навыки можно явно закрепить (pin), чтобы защитить их от этого процесса.

Второй этап представляет собой полноценную проверку с помощью LLM, которая запускается через отдельный изолированный экземпляр агента с использованием той модели, которая настроена для вспомогательной задачи куратора. По умолчанию это та же модель, что и для основного диалога, хотя ее можно перенаправить на что-то более дешевое. Стоит проявлять осторожность и не выбирать здесь слишком дешевые варианты, поскольку качество этих решений оказывает реальное последующее влияние на библиотеку навыков.

Для каждого навыка куратор принимает одно из решений:

• оставить как есть, если он все еще точен и полезен;
• исправить, если он содержит ошибки или устаревшие методы;
• объединить с другим навыком, покрывающим практически ту же область (при этом корректно перенося все связанные скрипты, эвалы или справочные файлы и перезаписывая относительные пути в процессе);
• полностью заархивировать.

В конце цикла куратор формирует подробный отчет, включающий карту переименований, которая показывает, как именно старые названия навыков соотнеслись с новыми после проведения любых объединений, благодаря чему обоснование каждого решения полностью доступно для аудита.

Эффективное использование Hermes

Такие облачные агенты действительно ценны для любого процесса, который можно запускать в режиме 24/7 (заметным исключением здесь является написание кода), — при условии, что вы действительно тщательно оцифровали этот процесс и создали вокруг него надежный навык, включая тесты производительности (evaluations).

Рабочий процесс, который обычно приносит хорошие результаты, выглядит примерно так:

• Начните с подробной записи того, как вы сами проходите этот процесс от абсолютного начала до самого конца, в идеале используя инструмент диктовки, чтобы зафиксировать всё максимально точно. Этот шаг сработает только в том случае, если вы действительно понимаете процесс или должным образом его изучили.
• Возьмите эту запись или эти заметки и передайте их агенту кодинга, используя инструмент создания навыков, чтобы получить первый черновик. Для чего-то сложного он пока будет недостаточно хорош, чтобы сразу отдавать его в работу.
• Встройте эвалы (evals) — эталонные решения, представляющие собой правильный результат. Именно они позволяют вам реально измерить, насколько хорошо работает навык, а не гадать на кофейной гуще.
• Запустите навык в тестовой среде и доработайте как сами эвалы, так и содержание навыка на основе того, что вы наблюдаете, выполняя большую часть этого редактирования вручную, а не делегируя его.
• Только после того, как навык начнет вести себя стабильно и детерминировано, его следует передавать постоянно работающему агенту. Если процесс зависит от какого-то внешнего сервиса, перед созданием решения с нуля стоит проверить, не покрывает ли его уже существующий MCP-сервер (Model Context Protocol) или интерфейс командной строки (CLI).

Более широкий вывод заключается в том, что спектр задач, которые вы можете поручить такому агенту, ограничен главным образом тем, насколько хорошо вы способны специфицировать работу, а не базовыми возможностями самого агента.

Три принципа остаются верными для любых сценариев использования:

1. не отдавайте написание кода на аутсорс бесконтрольному облачному агенту, работающему 24/7;
2. сохраняйте человека в контуре управления (human-in-the-loop) для проверки того, что агент производит на самом деле;
3. относитесь к совершенствованию навыков как к непрерывному процессу, а не как к задаче, которую вы выполнили один раз и забыли.

Если этот материал был полезен — добавьте его в закладки. Вы захотите к нему вернуться.

Чтобы читать больше подобных разборов, подписывайтесь на @ScottyBeamIO

Никакой воды, только то, что действительно работает.

✍️ Перевод: https://x.com/ScottyBeamIO/status/2066885278451519590?s=20
🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting

Содержание

🚀 Концепция проекта SMT Bot: Математическое преимущество

SMT Bot — это высокотехнологичный торговый терминал, разработанный для профессионального сопровождения сделок на фьючерсных рынках.
Основная задача системы: Полное исключение эмоционального фактора из трейдинга и автоматизация сложных математических расчетов (объем позиции, динамический стоп-лосс, сетка тейков).

🔒 Безопасность и инфраструктура данных

Безопасность является фундаментом SMT Bot:
- Шифрование ключей: Все API-данные (Key/Secret) шифруются по промышленному стандарту AES-256 перед сохранением в базу данных.
- Ограничение доступа: Бот запрашивает только разрешения на торговлю (Trading) и чтение (Reading). Доступ к выводу средств (Withdrawal) невозможен технически.
- Circuit Breaker: Система защиты от сбоев бирж — если API площадки нестабильно, бот приостанавливает отправку запросов во избежание ошибок исполнения.

✅ Чек-лист перед запуском

Гайд по подключению и настройке

Перед началом работы убедитесь, что:
1. На бирже активирован фьючерсный аккаунт (USDT-M).
2. API-ключи имеют разрешения Enable Reading и Enable Futures.
3. В разделе 🛡️ Риски выбран режим расчета (рекомендуется Stop Risk).
4. На балансе фьючерсного кошелька есть свободные USDT.

🖥️ Мониторинг главного экрана

На главном экране отображаются текущие параметры системы в реальном времени:
- 📈 Real-time PnL: Суммарная нереализованная прибыль или убыток по всем активным позициям на всех подключенных биржах.
- 🟢 Статус API: Индикатор активного и стабильного соединения с сервером биржевой площадки.
- 💰 Бумажник: Текущий доступный баланс USDT на фьючерсном кошельке.
- 💳 Тип подписки: Указание вашего текущего тарифного плана и срока его действия.

👤 Режимы интерфейса (Novice / PRO)

Пользователь может переключать уровень сложности интерфейса в один клик:

- Режим Новичок (Novice): Скрывает сложные технические настройки (таймауты, перезаходы, тонкие коэффициенты). Оставляет только кнопки входа, стоп-лосса и тейков. Идеально для старта.
- Режим PRO: Открывает доступ ко всему арсеналу настроек, включая Trigger-SL, сложную сетку тейков, настройки Moonbag и фильтры источников.

🚧 Меню сброса (Reset)

Блок для экстренного и массового управления торговой активностью.

- 📊 Сброс по тикеру: Моментальное закрытие сделок и отмена ордеров только по одной конкретной монете (например, только BTC).
- 🟢 Сбросить все активные: Закрытие всех рыночных позиций (статусы Active и TP_Partial).
- ⏳ Сбросить все pending: Удаление всех лимитных ордеров на вход, которые еще не были исполнены ценой.
- 🛡️ Все в безубыток (BE): Корректировка стоп-лосса до цены входа для всех сделок, находящихся в прибыли.
- 🗑️ Сбросить все: Тотальная очистка терминала от всех активностей.

📊 Меню сделок (Trades)

Центр контроля текущей активности и анализа истории.

- 🟢 Активные: Список открытых позиций с кнопками быстрого управления:
- ❌ Закрыть: Моментальный выход из позиции по рынку.
- 🛡️ Перевести в БУ: Перенос стоп-лосса в точку безубыточности.
- ✅ Закрыть TP1: Ручная фиксация первой цели.
- ⏳ Ожидающие: Весь список лимитных ордеров на вход. Доступна кнопка 🗑️ Отменить.
- 📒 Дневник (Diary): Автоматическая система учета всех закрытых сделок.
- Состав отчета: Инструмент, PnL (USDT/проценты), комиссии, длительность сделки.
- Экспорт: Формирование 📋 Excel и CSV отчетов за выбранный период (Сегодня / Неделя / Месяц / Все время).

📊 Технический Анализатор

Раздел для глубокого сканирования рынка. Бот собирает данные с нескольких бирж и агрегаторов, чтобы выдать комплексную оценку монеты за считанные секунды.

• Поиск по тикеру: Введите любой символ (например, BTC или SOL), чтобы получить мгновенный отчет.
• Выбор таймфрейма: Анализ доступен на отрезках 15m, 1h, 4h и 1d.

Основные метрики отчета:

• ⚡️ ATR (Волатильность): Средний ход цены в долларах и процентах.
• 🔋 Энергия (Passed ATR): Показывает, сколько своего среднего хода монета уже прошла за сегодня. Если энергия > 80%, потенциал движения может быть исчерпан.
• 📐 RSI (14): Индикатор перекупленности или перепроданности.
• 📈 24h Δ Цена и Объем: Динамика изменения стоимости и ликвидности.
• 💎 Funding Rate (Фандинг): Настроение участников рынка (лонг/шорт перекос).
• 🌊 Open Interest (OI): Изменение открытого интереса (приток или отток капитала).
• 🔗 BTC Correlation: Коэффициент корреляции с биткоином.
• 📍 Ликвидации и Уровни: Бот подтягивает ближайшие зоны скопления ликвидности.

🤖 Искусственный интеллект (GPT-Вердикт): На основе всех собранных данных встроенная нейросеть формирует лаконичный вывод:

• Сильный бычий/медвежий контекст.
• Рекомендация по приоритетному направлению (Long/Short).
• Предупреждение о рисках при низкой волатильности или аномальных объемах.

🛠️ Ручная торговля (Manual Trade)

Профессиональные инструменты для исполнения персональных торговых идей.

- 🚀 Планировщик (Planner): Система проектирования сделки.
- ⚡️ По ATR: Расчет уровней тейка и стопа на основе волатильности монеты за последние 14 свечей.
- ✍️ Manual: Ручной ввод конкретных ценовых уровней.
- Текстовые команды: Мгновенное создание черновика сделки через чат (например: btc l 89500 — покупка биткоина со стопом на 89500).
- 📺 Источники: Верификация внешних Telegram-каналов. Сообщения из выбранных источников трансформируются в карточки сигнала с кнопками входа.

⏳ Модуль опционов (Options)

Раздел для настройки сложной многоуровневой фиксации профита.

- Сетка тейков: Конфигурация до 5 стадий закрытия позиции.
- Условия фиксации: Настройка процента отскока цены и процента реализуемого объема на каждом шаге.

🛡️ Риск-менеджмент (Risk Defense)

Программное ядро защиты вашего депозита от неконтролируемых потерь.

- 🛡️ Защита: Основной переключатель торговой активности. При активации Автоторговли защита блокируется в положении ВКЛ для безопасности.
- 🔴 Стопы на день: Автоматическая остановка торговли при достижении заданного числа убыточных сделок.
- 💸 Дневной убыток: Лимит просадки в долларах или процентах на торговые сутки.
- 📆 Недельный убыток: Лимит просадки на календарную неделю.
- 📉 Месячный убыток: Лимит просадки на календарный месяц.
- Сброс лимитов: Происходит строго в 00:00 UTC по расписанию.

⚙️ Технические настройки (Settings)

Параметры глубокой интеграции в поведение рыночных ордеров.

- ⚡️ Trigger-SL: Виртуальный (скрытый) стоп-лосс. Бот не выставляет ордер в стакан биржи, а следит за ценой в реальном времени, предотвращая «охоту на стопы».
- ⏰ Таймаут SL: Время проверки цены за уровнем стоп-лосса (от 1м до 4ч). Защита от импульсивных теней свечей.
- 🛡️ Стоп в БУ: Автоматический перенос SL в точку входа сразу после фиксации первой прибыли (TP1).
- 📈 Трейлинг-стоп: Алгоритм, подтягивающий уровень стопа вслед за ценой в сторону профита.
- 🔢 Макс сделок: Ограничение количества одновременно работающих позиций для контроля маржинального обеспечения.
- ♻️ Перезаход (Re-entry): Авто-возврат в сделку при возврате цены в валидную зону после вылета по стопу.
- 🌝 Мунбэг (Moonbag): Сохранение малой части объема (от 5% до 20%) на случай аномально сильного роста после достижения всех тейков.
- 🔔 Уведомления: Глобальный переключатель статусных сообщений о входах и выходах из сделок.

📈 Математика риск-моделей

Бот поддерживает две фундаментальные модели расчета лота:

1. Stop Risk (Рекомендуемый): Бот анализирует расстояние от Покупки до Стоп-Лосса и вычисляет объем (Quantity) так, чтобы в случае убытка вы потеряли ровно ту сумму риска, которую указали в настройках. Большое плечо не увеличивает ваш риск, а лишь снижает требования к марже.
2. Margin Risk: Вход на фиксированную сумму маржи. Риск на сделку при этом плавающий и зависит от волатильности монеты.

🛡️ Защита и восстановление ордеров

Бот оснащен системой интеллектуальной синхронизации для обеспечения непрерывности торгов:

- Smart Sync: Каждые 10-20 секунд бот сверяет состояние открытых позиций в базе данных и на бирже. Если вы закрыли позицию вручную в приложении биржи — бот мгновенно обновит свой статус, чтобы исключить ошибки в расчетах PnL.
- Система Heartbeat: Каждая активная сделка имеет «метку жизни» мониторинга. Если процесс слежения за конкретной парой прервется по программной причине, система самодиагностики обнаружит это и перезапустит мониторинг в течение 30 секунд.
- Восстановление при перезагрузке: При плановом или аварийном рестарте бот автоматически считывает все активные ордера и позиции с API бирж, восстанавливая полный контроль над торговым процессом без вашего участия (Cold Start Recovery).
- Безопасность API: Если API-ключи удалены пользователем, бот автоматически отменит все ожидающие (Pending) ордера, чтобы предотвратить неконтролируемые открытия.

🏦 Биржа и параметры API

Подключение к ликвидности мировых площадок.

- Поддерживаемые биржи: Binance (Futures), Bybit (UTA / Main / Demo), BingX (Futures).
- Маржинальный режим: Бот работает исключительно в режиме Изолированной маржи (Isolated) для защиты остальной части баланса.
- Менеджер ключей: 🔑 Централизованное управление доступами для каждой биржи в отдельности.

⚗️ Переключение режимов

Кнопка в главном меню, позволяющая мгновенно менять уровень сложности интерфейса (Novice / PRO). Весь функционал PRO-режима остается активным в фоновом режиме, даже если вы переключились на упрощенный вид.

👥 Доступ и реферальная система

Прозрачные условия использования экосистемы SMT.

- Реферальная система: При регистрации по партнерской ссылке статус MANUAL PRO предоставляется бесплатно. Активация происходит автоматически после верификации вашего UID биржи в базе бота.
- Кабинет: Раздел для отслеживания статуса подписки и подтверждения регистраций.

💳 Тарифные планы и цены

Для независимых пользователей доступны следующие планы подписки:

План MANUAL PRO (Инструментарий для личной торговли):
- 🗓️ 1 месяц: $-
- 🗓️ 3 месяца: $-
- 🗓️ 6 месяцев: $-
- 🗓️ 12 месяцев: $-

План AUTO (Полная автоматизация и копирование сигналов):
- 🗓️ 1 месяц: $-
- 🗓️ 3 месяца: $-
- 🗓️ 6 месяцев: $-
- 🗓️ 12 месяцев: $-

🌐 Язык интерфейса

Бот поддерживает полную локализацию всех системных сообщений, настроек и отчетов:
- Русский (RU)
- Английский (EN)

⚠️ Типичные ошибки и решения

- Ордер не открывается (Qty=0): Дистанция до стопа слишком мала или сумма риска недостаточна для минимального шага лота биржи. Увеличьте риск или проверьте настройки плеча.
- Error 10003 / 10004: Проблемы с аутентификацией. Проверьте правильность ввода API и Secret ключей.
- Статус ❌: Ключи не имеют разрешений на фьючерсную торговлю в настройках самой биржи.

💡 Профессиональные лайфхаки

- Стратегия «Новости»: Установите Таймаут SL на 1-5 минут за час до выхода данных по инфляции или ставке ФРС. Это убережет вашу позицию от резких ликвидационных «шпилек».
- Максимизация профита: Используйте Moonbag на уровне 10% в сочетании с Трейлингом. Это позволяет забирать «хвосты» трендов в 500-1000% профита.
- Управление тильтом: Установите Месячный лимит просадки. Если месяц не задался, бот принудительно заморозит торговлю, сохранив возможность вернуться в рынок после анализа ошибок.

Уведомление: Прошлые результаты не гарантируют будущую доходность. Фьючерсная торговля связана с риском полной потери капитала. Используйте SMT Bot ответственно.

Представьте, если бы Siri действительно работала.

Ну, знаете: помнила бы, что вы ей сказали. Выполняла реальные задачи. И сама писала ВАМ, когда случалось что-то важное.

Это и есть Clawdbot.

Люди ссутся по нему — скупают Mac Mini, собирают серверные стойки, и всё усложняют.

Вам ничего из этого не нужно. Давайте я объясню всё простыми словами.

Что такое Clawdbot?

Представьте это так:

ChatGPT и Claude живут на веб-сайте. Вы заходите к ним, печатаете что-то, получаете ответ, копируете и вставляете куда-то ещё.

Clawdbot живет в вашем телефоне.

Это ИИ-ассистент, который работает внутри приложений, которыми вы уже пользуетесь — WhatsApp, Telegram, iMessage, Slack, Discord. Вы пишете ему как другу. Он отвечает вам.

Один и тот же разговор, независимо от того, сидите ли вы на телефоне, ноутбуке или планшете. Он помнит всё, что вы когда-либо ему говорили.

Вот и всё. В этом и заключается основная идея.

Почему все о нем говорят?

Три причины:

1. Он действительно помнит вещи

Спросите Siri, что вы говорили ей вчера. Она понятия не имеет.

Clawdbot помнит ваш последний разговор. Ваши предпочтения. Ту случайную вещь, которую вы упомянули две недели назад. Он накапливает контекст со временем и становится лучше в помощи вам.

Это звучит как база. Но ни один массовый ассистент до сих пор этого не осилил.

2. Он пишет ВАМ первым

Это самое главное.

Обычный ИИ ждет, пока вы его откроете. Clawdbot может проявлять инициативу:

• «Эй, у тебя 3 срочных письма и встреча через 20 минут»
• «Та акция, за которой ты следишь, только что упала на 5%»
• «Завтра погода плохая — возможно, стоит перенести планы»

Это похоже на личного ассистента, который действительно внимателен.

3. Он может делать вещи на вашем компьютере

Не просто отвечать на вопросы. Реально делать дела.

• Заполнять формы
• Отправлять электронные письма
• Перемещать файлы
• Запускать программы
• Управлять вашим браузером
• Один человек полностью переделал свой веб-сайт, пока смотрел Netflix в кровати. Ни разу не открыл ноутбук. Просто написал Clawdbot, что нужно сделать.

Миф о Mac Mini

Вот где люди ошибаются.

Я видел конструкции с тремя Mac Mini, поставленными друг на друга на столах. Raspberry Pi повсюду. Люди относятся к этому так, будто им нужен дата-центр.

Вам это не нужно.

Clawdbot работает на сервере за 5 долларов в месяц. Это дешевле чашки кофе.

Технические требования:

• Дешевый облачный сервер (или ваш собственный компьютер)
• Установленный Node.js (бесплатное программное обеспечение)
• Подписка на Claude или ChatGPT

Вот и всё. Никакая ферма из Mac Mini не требуется.

Как это вообще работает?

Простая версия:

1. Clawdbot работает на компьютере (вашем или облачном сервере за 5$)
2. Он подключается к вашим приложениям для обмена сообщениями
3. Вы пишете ему, он отвечает
4. Он также может выполнять задачи на этом компьютере

Немного более техническая версия:

Существует «Шлюз» (Gateway), который работает в фоновом режиме. Представьте его как телефонистку на коммутаторе. Сообщения поступают из WhatsApp, Telegram, откуда угодно. Шлюз направляет их ИИ. ИИ обдумывает, отвечает и может также инициировать действия — например, открыть браузер или запустить скрипт.

Всё остается на вашей машине. Ваши данные не уходят на сервер какой-то компании (за исключением обращений к ИИ через Claude/ChatGPT).

Что с ним реально можно делать?

Реальные примеры от людей, которые им пользуются:

Утренние брифинги
Просыпаться с кратким обзором: ваши важные письма, расписание на день, задачи, которые нужно решить. Доставляется на телефон, прежде чем вы встанете с кровати.

Отслеживание здоровья
«Подключись к моему WHOOP и давай мне ежедневные сводки». Кому-то потребовалось 5 минут на настройку. Теперь они получают информацию о своем самочувствии автоматически.

Управление электронной почтой
«Отпиши меня от всех этих рассылок». Он входит в вашу почту, находит спам, разбирается с ним.

Исследовательский ассистент
«Найди мне 5 лучших ресторанов рядом с моим отелем в Токио». Он ищет, сравнивает, выдает вам варианты — и всё в одном чате.

Автоматизация задач
«Каждую пятницу в 17:00 присылай мне сводку того, чего я достиг на этой неделе». Настроил один раз — работает вечно.

Безумные вещи
Один пользователь заставляет Clawdbot писать персонализированные медитации, генерировать аудио с помощью голосов ИИ, добавлять фоновую музыку и доставлять их каждое утро. Полностью автоматизировано.

Кто это сделал?

Петер Штайнбергер — разработчик из Вены, который «вернулся из отставки, чтобы поиграться с ИИ».

Талисман — космический омар по имени Клод. Сообщество называет его «ранним AGI» (общим искусственным интеллектом). Андрей Карпатый (один из самых уважаемых исследователей ИИ) его одобрил.

Какие отличия от ChatGPT?

ChatGPT это окно с чатом. Clawbot — это ассистент, который присутствует в твоей жизни.

Какие отличия от Siri?

У Siri память как у рыбки. Clawbot имеет мозг

Нужно ли быть техническим специалистом?

Честно? Немного нужно.

Если вы умеете следовать инструкциям и копировать-вставлять команды, вы сможете это настроить. Это не "нажми кнопку и готово" — но и не ракетостроение.

Вот вся документация:

https://clawd.bot

Установка — это одна команда:
`curl -fsSL https://clawd.bot/install.sh | bash`

Затем вы следуете инструкциям мастера настройки, который проведет вас через подключение ваших приложений для обмена сообщениями.

Если это звучит пугающе, подождите несколько месяцев. Сообщество делает процесс проще с каждой неделей. Или найдите кого-то технически подкованного, кто поможет вам настроить один раз — после этого вы просто пользуетесь им как любым другим мессенджером.

Сколько это стоит?

• Программное обеспечение:** Бесплатно (открытый исходный код)
• Сервер: $5-50 в месяц, в зависимости от того, что вы используете
• VPS от Hetzner за $5/мес подходит большинству людей
• Или просто запустите его на своем собственном компьютере за $0
• ИИ: $20-100 в месяц
• Claude Pro: $20/мес
• Claude Max: $100/мес (для активных пользователей)
• Или используйте API-ключи (плата за использование)
  

Итого: $25-150 в месяц за личного ИИ-ассистента, который действительно работает.

Сравните это с «ИИ-консультантами», берущими $10 000 за настройку базового чат-бота.

Стоит ли вам его использовать?

Да, если:

• Вы хотите ИИ-ассистента, который вас помнит
• Вы устали копировать и вставлять между ChatGPT и всем остальным
• Вы хотите проактивных уведомлений и автоматизации
• Вы готовы к базовой технической настройке (или знаете кого-то, кто готов)

Возможно, стоит подождать, если:

• Вам нужно что-то, что работает идеально «из коробки»
• Вы не чувствуете себя уверенно, запуская команды в терминале
• Вам нужна поддержка и гарантии корпоративного уровня

Это ранний этап. Всё движется быстро. Баги исправляются за часы. Новые функции появляются еженедельно.

Но именно поэтому те, кто использует его сейчас, оказываются впереди.

Суть

Clawdbot — это тот самый ИИ-ассистент, который нам обещали десять лет назад.

Он живет в ваших мессенджерах. Он всё помнит. Он пишет вам первым. Он выполняет реальные задачи.

И вам не нужна комната, полная Mac Mini, чтобы запустить его.

Сервер за $5. Одна команда для установки. Готово.

Ассистент должен приходить к вам, а не наоборот.

Вот что такое Clawdbot.

✍️ Перевод: https://x.com/noahepstein_/status/2015073824799371370
🦧 Подпишись на канал: https://t.me/cryptomokakke
📚 Больше статей: https://t.me/smart_sorting