У некоторых врачей карьера рвётся ввысь: от больницы до мэрии, а кто-то падает из кабинета прямо в СИЗО. Сегодня мы расскажем вам о детском нейрохирурге Петре Литвиненко, ставшем “убийцей” девочки, которую никто так и не осмотрел до конца, и о смерти его мечты.

ФЕВРАЛЬ 2019

11 февраля 2019-го в кабинете молодого нейрохирурга Литвиненко раздался звонок. Звонили из Гусевской ЦРБ, сказали, у них есть пациентка, Ангелина Разинькова, специалисты подозревают опухоль в голове или спинном мозге. Педиатр, наблюдавший школьницу с детства, предлагает обратить внимание на её психическое здоровье и спросить у матери, не случилось ли в их семье чего-нибудь страшного.

Ангелина жаловалась на слабость в ногах. Уже три недели её периодически рвало, школьница потеряла 10 килограммов. Пётр назначил КТ спинного и головного мозга, чтобы исключить опухоли, — и ничего не нашёл. Дальше — анализы, УЗИ, консультации с другими врачами. Разиньковой назначили МРТ, но в Детской областной больнице аппарат оказался сломан. Конечно, можно было увезти пациентку в другую, но главврач заявил, что недельные квоты кончились. И всё же Пётр настоял… И МРТ патологий не показало. В теории всё указывало на кишечную непроходимость — однако этот вариант исключил хирург.

Тут Литвиненко снова позвонила педиатр из Гусева и рассказала, что больная разговаривает с собой вслух. Это уже вызвало большие вопросы, и мать Ангелины — Оксана Мартиновская — призналась Петру, что девочка недавно узнала один секрет. Нашла документы, что учится в школе по программе для детей с задержкой умственного развития, сильно переживала и поругалась с матерью.

Врачи решили, что девочку должен осмотреть спец. Оксану с Ангелиной направили в Психиатрическую больницу № 1 (такое направление выписал Пётр), но 21 февраля в 15:00 ему позвонили и сказали, что маленькая пациентка умерла в Прибрежном в приёмном покое больницы № 2.

Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье 238 "Ненадлежащее оказание медицинских услуг, приведшее к смерти больного".

“ЛУЧШЕ ВРАЧЕЙ НЕ БУДЕТ, ЧЕМ ТАКИЕ”

Начались бесконечные допросы. Петра вызывали в качестве свидетеля — всё это время он не знал, как идёт следствие и что затевают силовики. Один СКшник сказал ему:

Да лучше вообще врачей не будет в Калининградской области, чем будут такие, как ты.

Литвиненко готовился работать детским нейрохирургом долгих 8 лет — с тех пор, как поступил в ординатуру. Он трудился в педиатрической бригаде скорой ещё учась в питерском институте Поленова, мечтал работать с детьми, помогать им. Теперь эту мечту хотели отобрать.

И снова удар — статья с заголовком и его фото: “Врач убил девочку”. Выводы силовиков были основаны на доводах экспертов — для этого выбрали частную ноунейм-фирму “МБЭКС” из Новосибирска. Хотя для рассмотрения настолько серьёзного дела можно было привлечь и более авторитетную организацию. Например, институты Мечникова или Пирогова, расположенные гораздо ближе — в Питере. В заключении "МБЭКС" говорилось о том, что девочка умерла из-за сердечной недостаточности, потому что она жаловалась на одышку и боли в сердце. Однако в истории болезни ничего подобного не значилось.

“МЫ БЫ ВАС УЖЕ ДАВНО КИНУЛИ”

Следующий акт нашего кафкианского процесса. Петра с адвокатом приглашает к себе руководитель следственного отдела по Центральному району Владимир Поддубоцкий. Он говорит, потерпевшие везде ходят и жалуются, дёргают его, приходится постоянно отчитываться перед Бастрыкиным.

Литвиненко предъявляются две статьи: 238 (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности) и 327 (подделка документов). Якобы он сделал фальшивые бумаги о выписке Ангелины. Следователь предлагает решить вопрос быстро — признать вину. Тогда будет менее тяжкая 109-я, “Причинение смерти по неосторожности”.

Как рассказал Пётр, уважаемый человек был сильно недоволен поведением врача. Не будем грузить вас всем, просто приведём несколько цитат:

Там просто с мамаши крышняк съехал окончательно, крыша просто уехала. Она наняла безумную такую же представителя себе, у которой крыша ещё хуже едет, чем у этой мамаши, понимаете? Они жалуются, жалуются просто везде, понимаете?

Вы поймите одно, я как руководитель, нам крови не надо, у нас нет задачи вас посадить в тюрьму, понимаете? Если бы у нас была такая задача, мы давно бы вас уже кинули бы в СИЗО и вывели на арест, как Белую, да? Вы поймите, у нас такой задачи нет.

Я почему пригласил вас, понимаете? Потому что я уже устал отгребать по этому делу каждый день, понимаете. А у всех там всё хорошо. Я получаю транды, бл*дь, я, извините, пизд**ей получаю, просто говорю нормальным человеческим языком, за это дело каждый день, потому что они каждый день ходят жалуются.

Одно поймите, просто давайте придем к нормальному, сядем обговорим и придём к нормальному знаменателю. Либо оно уйдёт силами и средствами с кровью, мы вас задержим, кинем в ИВС. После этого мы вас выйдем арестуем в СИЗО, после этого вмешается губернатор Калининградской области с подачи Александра Михайловича, который пойдёт к министру здравоохранения, а министр здравоохранения пойдёт к губернатору Калининградской области, как это было по Белой.

У меня к вам только одна просьба, чтобы мы не шли путём 238-й [статьи] с задержаниями, стражами, ИВСами. Да, чтобы долго не затягивать время. Все документы на стадии предварительного следствия — сядьте, ознакомьтесь, прочитайте один-два дня, ну три, я думаю, вам хватит. Если вы будете [это] делать как можно дольше, то мы вас задержим, поместим в тюрьму и в тюрьме будем вас знакомить и ограничивать, — сидя в тюрьме, вы там читайте хоть [вечность]. Чем дольше вы будете читать, тем больше вы будете находиться в тюрьме.

*Елена Белая — главврач калининградского роддома, подозреваемая по делу о смерти новорождённого.

Пётр консультировался с хирургами, реаниматологами, судмедэкспертами, нейрохирургами. Все они, увидев результаты исследований, твердили одно: “кишечная непроходимость” (которую исключил хирург, когда девочке делали ФГДС). Всех этих свидетелей потом отклонит суд.

ПРОЦЕСС

Заседания начались в июле 2020-го и продлились чуть больше года, до сентября. Всё прошло в закрытом режиме. Суд вставлял палки в колёса: к Петру не пускали адвоката, запрещали задавать вопросы, он заявлял отводы — всё отклоняли. Как и обещал главный следователь, ему предъявили те самые две статьи. Но в августе 2021-го прокурор внезапно отказался от второй, а первую попросил переквалифицировать на “Причинение смерти по неосторожности”. Литвиненко не признал вину ни по одной из них.

1 сентября 2021 года Центральный районный суд Калининграда вынес приговор — Петр Литвиненко виновен в причинении смерти по неосторожности. Его наказание — ограничение свободы на срок в 2,5 года с лишением права заниматься медицинской деятельностью на 2 года и 11 месяцев.

С решением не согласилась ни одна из сторон. Потерпевшие считают приговор слишком мягким, а Пётр вину не признал. Он считает, что делал всё правильно и качественно. А вот в работе следствия видит нестыковки — некачественную диагностику, то, что никто не проверил работу гусевских врачей и педиатра, а главное — что силовики изначально отработали лишь одну версию — по которой виноват он.

После процесса руководство больницы вынудило Литвиненко уволиться из-за несогласия с решением суда: мол, рыпаешься ты, Петя, много, а проблем от этого только больше.

Из-за истечения срока давности Литвиненко освободили от наказания, но теперь он не сможет заниматься детской нейрохирургией. Возможно, какая-то больница возьмёт его работать со взрослыми пациентами. Но на пути между ним и мечтой жизни встал трудовой кодекс.