В контексте ускорившегося в последнее время "Разворота на Восток" и кризиса Болонской системы (у нас это итак была "натянутая на глобус сова"!)задумался о том, каким бы мне хотелось видеть востоковедное образование в современной России. Ниже мои некоторые размышления:

Принципиальная миссия востоковеда (в широком смысле): знать не столько язык, сколько культуру изучаемой страны/региона. Быть мостиком между своей и иной культурами. Уметь находить подходы.

И это казалось бы очевидно. Памятуя свой родной ИСАА скажу, что почти вся учеба там сводится во многом к овладению языком, все остальные страноведческие предметы находятся относительно языка на втором плане. Бесспорно, владение языком чрезвычайно важно, но в условиях стремительно развивающегося машинного перевода (гугл-перевод в пушту уже лет пять назад был очень даже хорош!) более актуальным становится глубинное понимание изучаемых культуры, ментальности народа.

Профессиональная задача востоковеда: быть и теоретиком, и практиком одновременно. Работать примерно это должно так: два-три года ты работаешь в каком-нибудь профильном ведомстве или же коммерческой компании, вовлеченным в дела той или иной страны, год-полтора сидишь в институте, "мозговом центре", да пускай даже в издании, пишешь статьи, какой-то анализ, набираешься теории.

Массовости я скажу и нет, и да! Порочную практику массового набора троечников и двоечников с богатыми родителями на платные отделения следовало бы прекратить. Не спорю, что среди таких могут оказаться вполне талантливые люди, а также я вовсе не противник платного образования. Я толкую о другом: забивать вузы до отказа и нехватки аудиторий немотивированными молодыми людьми, родители которых решили пристроить чадо в престижное место, отрасли в целом очень вредит.

С другой стороны отрасли очень нужна молодая кровь, нужны специалисты на разных уровнях: и переводчики, и ученые-теоретики, и бизнесмены, и журналисты, и управленцы и чиновники, понимающие суть социо-экономических, политических и культурных процессов на Востоке.

Что для этого нужно? Прежде всего, осознание российским государством своих интересов на Востоке и в Африке. Отсюда вытекает пре-задача: тотальный и глубинный анализ и мониторинг текущей ситуации на Востоке и в Африке на предмет своих интересов.

NB! Принципиально новых структур создавать под это дело не нужно. Будет разумнее наполнить новой молодой кровью уже существующие, естественно подняв престиж профессии востоковеда в самом широком смысле.

Как работает "престиж" на профессию? Последнее время чрезвычайно популярно было направление арабистики, причем с экономическим и политическим уклоном. Абитуриенты поступали и поступают с мечтами "уехать работать в Эмираты стричь бабло на нефтянке". Что это, как не отражение заинтересованности государства и крупного добывающего бизнеса несомненно с ним аффилированного в сырьевом секторе экономики арабских стран?

Отсюда видится актуальная необходимость резкого расширения российских интересов на Востоке и в Африке. Ведь эти регионы это "поля непаханные" с точки зрения не только ресурсов материальных, но и ресурсов людских, ресурсов культурных и идейных, ресурсов политических. По-настоящему престижно должно стать не только "стричь бабло" на нефтянке, но и участвовать в раскопках Бактрии и записывать почти вымершие языки Нуристана, строить новый Турксиб до Индии (Дисклеймер: приведенные мною примеры являются лишь моими фантазиями, но посыл, надеюсь, мой понят). И многая-многая еще, что предстоит выяснить в ходе вышеупомянутого анализа.

P. S. А всем востоковедам, а также просто неравнодушным я предлагаю подумать над сказанным, над тем, какие интересы могут быть у России в странах Вашего изучения. Буду рад, если этот текст пойдет куда-то дальше моего канала.

1. Безопасность.

Система международных отношений и основы международной безопасности входят в зону турбулентности все 2021-2022 гг. и пока не собираются ее покидать. Национальная безопасность различных держав в разных ее подвергнется суровому испытанию и Россия в этом плане не исключение.

Несмотря на то, что официально с 2015 г. движение Талибан (*запрещено в РФ) объявило войну "Исламскому государству" (*также запрещено в РФ), которое присутствовало в Афганистане под франшизой "ИГ-Хорасан", талибы, особенно наиболее радикальная их группировка в лице "сети Хаккани", очевидно, не прекращала своих контактов с игиловцами.

Поражение ИГ в Сирии и Ираке, которое случилось благодаря во многом военной операции российских ВКС, привело к тому, что много кто из данной группировки перебрался в Афганистан. После падения республиканского правительства Афганистана в августе 2021 г. ИГ в этой стране только укрепилось: во-первых, многие бывшие военные "вынуждено" примкнули к ним, боясь мести от талибов; во-вторых, в условиях гуманитарного кризиса служба в ИГ кажется многим афганцам более соблазнительной - очевидно, жалование там больше.

Тем временем, есть "хейтеры" России и среди окружения талибов. Да-да, из окружения, а не из их среды. Это так называемый "Джамаат Булгар", о котором я рассказывал раннее. Почитать о них можно здесь. Вполне свободно на русском языке они ведут каналы в Telegram, каждый заинтересованный может найти их.

Как с этим быть?

Американский совет по международным делам CFR предлагает следующую схему: использование отрядов антиталибской оппозиции в лице отрядов Ахмада Масуда-младшего (т. н. ФНСА) для сбора разведданных + использование ударных беспилотников для нанесения ударов по инфраструктуре террористических формирований. Актуальной задачей для американцев мыслится поиск аэродромов для беспилотников в регионе, что естественно может вызывать активное противодействие России, Ирана и Китая.

Очевидно, что и российские профильные ведомства могут реализовать такого рода проект, главное, чтобы был морально-волевой ресурс. О том, кого можно было бы набрать в "прокси-отряды" я писал ранее. Актуальной задачей для России является поиск оптимального варианта технического перевооружения и переоснащения: ударных беспилотников предприятия минобороны пока у нас не производят. Впрочем, удары могут наносится и регулярной авиацией и высокоточным уже испытанным оружием- инфраструктура ОДКБ это вполне позволяет.

Тратить же ресурсы на полноценную войсковую операцию бессмысленно - это будут те же грабли, на которые мы наступили в декабре 1979 г. и американцы в 2001 г. Да и масштаб сейчас другой, и количество ресурсов, которые может потратить на это дело любая хоть сколько-нибудь боеспособная держава.

2. Коммерческий интерес.

Для поддержки своего бюджета талибы активно выставляют на тендеры разного рода месторождения: мрамора, гранита, известняка, нефти, некоторых редкоземельных металлов. Самым известным месторождением стали медные залежи Мес-Айнак под Кабулом, которое в разработку получила Китайская Металлургическая Корпорация (MCC). Несмотря на очевидную коммерческую заинтересованность Поднебесной в разработке сырья в Афганистане, проблемы с с безопасностью не дают им этого полноценно начать. Большинство проектов сейчас простаивает, между тем роялти за пользование месторождениями талибы запрашивают высокие.

Помимо месторождений, Афганистан для Китая еще интересен как логистический узел. Тут впору бы вспомнить цитату пакистанского поэта Мохаммада Икбала: "Афганистан - сердце Азии". Для Китая он привлекателен в рамках инициативы "Один пояс - один путь" и в частности в рамках китайско-пакистанского и китайско-центральноазиатского экономических коридоров. Однако, до того момента, как не будет решен вопрос хотя бы с относительной безопасностью сотрудников и объектов - а целенаправленные нападения на граждан КНР и их убийства в Афганистане происходили уже неоднократно.

Что же для России?

Участие России в разработке сырья в Афганистане, на мой личный взгляд, сейчас неоправданно. А вот в контексте общего "разворота на Восток" вполне перспективным может оказаться участие российского государственного капитала в инфраструктурных проектах. Таковым является проект газопровода ТАПИ, существующий уже более 20 лет и появившийся (как иронично!) в период предыдущего нахождения талибов у власти. Труба предполагала поставки газа из Туркменистана через Афганистан в Пакистан и Индию, последняя, как сообщается, только увеличивает закупки российского сырья.

Еще большего внимания заслуживает проект трансафганской железной дороги по маршруту Термез (Узбекистан) - Мазари-Шариф - Кабул - Пешавар. В настоящий момент существует лишь первый участок дороги узбекско-афганский трансграничный. Также в 2020 г. была открыта железная дорога Хаф (Иран) - Герат длиной в 225 км. В целом же с железными дорогами у Афганистана было всегда тяжело. Вместе с тем, фактически являясь "Сердцем Азии", Афганистан уже долгое время выступает, как транспортный коридор из Китая в Иран и далее в Европу.

За соответствующий процент от прибылей РЖД могли бы поучаствовать в развитии проекта: не все же иранцам и китайцам оставлять. А просто перенаправлять сырьевые потоки лишь временное решение. "Разворот на Восток" в экономическом плане должен быть полноценным, решительными и громким.

Наличие железных дорог ускорит прохождение товаров по этому коридору. Я позволю себе быть мечтателем и скажу: было бы неплохо и России подключиться к этому товаропотоку, что существенно облегчит логистику в текущих геополитических условиях. Но, очевидно, помимо строительства трансафганской ж/д понадобится и Турксиб 2.0 (расширение модернизация путей и составов в том числе под скоростные) и сложные этапы взаимодействия со среднеазиатскими державами и еще более сложные с афганцами.

Кто-то бы сказал, что главное в текущих условиях это безопасность (смотри пункт выше!), но я бы сказал так: главное - морально-волевой ресурс, остальное при желании достигается.