— Ты опять без меня выходил, — голос Альфы прозвучал низко и напряжённо.

Омега вздрогнул, но не обернулся. — Всего на час… просто встретился с друзьями.

— Друзья? — в шаге от окна Альфа сжал кулаки. — Они слишком долго задерживали тебя. Слишком близко стояли. Я чувствую это на тебе.

Тогда Омега медленно повернулся, и в его глазах мелькнуло вызов и лёгкая насмешка.
— Ты ведь знаешь, что никакие запахи не смогут перебить твой. Даже если захочу.

Альфа шагнул ближе, упираясь ладонями в подоконник с обеих сторон от Омеги, склоняясь почти вплотную. Его ревность пульсировала в каждом движении, но вместе с ней — и отчаянная потребность держать его только для себя.

Альфа смотрел на него пристально, почти хищно. Его дыхание было тяжёлым, а в глазах полыхал огонь — смесь злости и страха потерять.

— Ты думаешь, я не замечаю? — его голос дрогнул, но оставался низким и угрожающим. — Каждый твой взгляд в сторону, каждую улыбку не мне…

Омега поднял подбородок, встречая его взгляд с упрямством.
— А если я просто хочу немного воздуха? Немного свободы?

Альфа резко оттолкнулся от подоконника и прошёлся по комнате, словно загнанный зверь.
— Свободы? — он почти усмехнулся. — Свобода — это когда ты рядом со мной. Всё остальное — угроза.

— Это твоя ревность говорит, не ты, — тихо бросил Омега, но его руки дрожали.

Альфа снова остановился перед ним, так близко, что воздух между ними стал густым, почти осязаемым. Его пальцы на мгновение сжались в кулак, но он удержал себя. В этом сдерживании было больше ярости, чем в крике.

— Ты даже не представляешь, до какой грани я могу дойти, если ещё раз увижу, как кто-то другой к тебе тянется, — прошипел он, и в голосе не было угрозы — только клятва.

Омега сглотнул, чувствуя, как сердце стучит слишком быстро. Он понимал: эта ревность могла разорвать их обоих. Но именно в этой опасной близости было что-то, от чего невозможно отказаться.

Омега отвёл взгляд в сторону, но Альфа заметил, как дрогнули его губы. В этом дрожании не было страха — только борьба.

— Ты сам не понимаешь, как это выглядит со стороны, — сказал Альфа, чуть мягче, но в голосе всё ещё звенела ревность. — Ты будто испытываешь меня.

Омега медленно поднял руку и положил её на его грудь, чувствуя, как под пальцами бешено колотится сердце.
— Может, я и правда испытываю, — шепнул он. — Но разве это не доказывает, что мне нужен только ты?

Альфа застыл, уставившись на него так, словно впервые слышал эти слова. Его плечи дрогнули, напряжение в глазах на мгновение сменилось уязвимостью.

Омега воспользовался этой паузой — потянулся ближе, позволив своим запахам переплестись, мягко, но решительно.
— Видишь? — он выдохнул почти в его губы. — Я мог бы уйти. Но я остаюсь. Всегда.

И тогда Альфа поддался. Его ревность не исчезла, но превратилась в другую жажду — удержать, прижать ближе, доказать, что Омега принадлежит только ему. И в этом движении больше не было угрозы, только отчаянное желание не отпускать.

Альфа прижал Омегу к подоконнику, будто боялся, что тот снова ускользнёт. Его пальцы скользнули по запястью, обхватили крепко, но не причиняя боли — скорее, чтобы доказать: «ты мой, и только мой».

Омега вскинул голову, бросая ему вызов глазами.
— Думаешь, я не вижу, как ты тонешь в своей ревности? — голос дрожал, но не от страха. — Но, может, именно это и держит нас рядом.

Альфа тяжело выдохнул, их дыхания смешались. В каждом его движении чувствовалось напряжение — то ли удержать, то ли разорвать преграды, то ли испытать, насколько далеко готов зайти Омега.

— Я не отпущу, — прошептал он, и в словах звучала не просьба, а приговор.

Омега закрыл глаза, позволяя этому признанию проникнуть в него глубже, чем любое прикосновение. И вместо того чтобы сопротивляться, он поддался этой силе, этой жгучей ревности, превращающей каждый взгляд и каждое слово в искру, от которой невозможно спрятаться.

Между ними повисло напряжение, не смягчённое ни лаской, ни покоем — только страстью, которая была опасной, но такой притягательной, что отказаться от неё означало бы предать самого себя.

Вечерний воздух был густым от запахов города, но среди сотен чужих ароматов Альфа улавливал только один — родной, сладкий, упрямо притягивающий его к себе. Омега сидел на подоконнике, обнимая колени, и задумчиво смотрел вниз на огни улицы.

— Ты опять без меня выходил, — голос Альфы прозвучал низко и напряжённо.

Омега вздрогнул, но не обернулся. — Всего на час… просто встретился с друзьями.

— Друзья? — в шаге от окна Альфа сжал кулаки. — Они слишком долго задерживали тебя. Слишком близко стояли. Я чувствую это на тебе.

Тогда Омега медленно повернулся, и в его глазах мелькнуло вызов и лёгкая насмешка.
— Ты ведь знаешь, что никакие запахи не смогут перебить твой. Даже если захочу.

Альфа шагнул ближе, упираясь ладонями в подоконник с обеих сторон от Омеги, склоняясь почти вплотную. Его ревность пульсировала в каждом движении, но вместе с ней — и отчаянная потребность держать его только для себя.

Альфа смотрел на него пристально, почти хищно. Его дыхание было тяжёлым, а в глазах полыхал огонь — смесь злости и страха потерять.

— Ты думаешь, я не замечаю? — его голос дрогнул, но оставался низким и угрожающим. — Каждый твой взгляд в сторону, каждую улыбку не мне…

Омега поднял подбородок, встречая его взгляд с упрямством.
— А если я просто хочу немного воздуха? Немного свободы?

Альфа резко оттолкнулся от подоконника и прошёлся по комнате, словно загнанный зверь.
— Свободы? — он почти усмехнулся. — Свобода — это когда ты рядом со мной. Всё остальное — угроза.

— Это твоя ревность говорит, не ты, — тихо бросил Омега, но его руки дрожали.

Альфа снова остановился перед ним, так близко, что воздух между ними стал густым, почти осязаемым. Его пальцы на мгновение сжались в кулак, но он удержал себя. В этом сдерживании было больше ярости, чем в крике.

— Ты даже не представляешь, до какой грани я могу дойти, если ещё раз увижу, как кто-то другой к тебе тянется, — прошипел он, и в голосе не было угрозы — только клятва.

Омега сглотнул, чувствуя, как сердце стучит слишком быстро. Он понимал: эта ревность могла разорвать их обоих. Но именно в этой опасной близости было что-то, от чего невозможно отказаться.

Омега отвёл взгляд в сторону, но Альфа заметил, как дрогнули его губы. В этом дрожании не было страха — только борьба.

— Ты сам не понимаешь, как это выглядит со стороны, — сказал Альфа, чуть мягче, но в голосе всё ещё звенела ревность. — Ты будто испытываешь меня.

Омега медленно поднял руку и положил её на его грудь, чувствуя, как под пальцами бешено колотится сердце.
— Может, я и правда испытываю, — шепнул он. — Но разве это не доказывает, что мне нужен только ты?

Альфа застыл, уставившись на него так, словно впервые слышал эти слова. Его плечи дрогнули, напряжение в глазах на мгновение сменилось уязвимостью.

Омега воспользовался этой паузой — потянулся ближе, позволив своим запахам переплестись, мягко, но решительно.
— Видишь? — он выдохнул почти в его губы. — Я мог бы уйти. Но я остаюсь. Всегда.

И тогда Альфа поддался. Его ревность не исчезла, но превратилась в другую жажду — удержать, прижать ближе, доказать, что Омега принадлежит только ему. И в этом движении больше не было угрозы, только отчаянное желание не отпускать.

Альфа прижал Омегу к подоконнику, будто боялся, что тот снова ускользнёт. Его пальцы скользнули по запястью, обхватили крепко, но не причиняя боли — скорее, чтобы доказать: «ты мой, и только мой».

Омега вскинул голову, бросая ему вызов глазами.
— Думаешь, я не вижу, как ты тонешь в своей ревности? — голос дрожал, но не от страха. — Но, может, именно это и держит нас рядом.

Альфа тяжело выдохнул, их дыхания смешались. В каждом его движении чувствовалось напряжение — то ли удержать, то ли разорвать преграды, то ли испытать, насколько далеко готов зайти Омега.

— Я не отпущу, — прошептал он, и в словах звучала не просьба, а приговор.

Омега закрыл глаза, позволяя этому признанию проникнуть в него глубже, чем любое прикосновение. И вместо того чтобы сопротивляться, он поддался этой силе, этой жгучей ревности, превращающей каждый взгляд и каждое слово в искру, от которой невозможно спрятаться.

Между ними повисло напряжение, не смягчённое ни лаской, ни покоем — только страстью, которая была опасной, но такой притягательной, что отказаться от неё означало бы предать самого себя.

- Хочешь что-то сказать? Зачем ты идёшь за мной?

Услышав высокий и неровный голос, Цезарь спросил с видом, не сильно отличающимся от своего обычного поведения:

- Как продвигается расследование?

Ивон на мгновение опешил. Внезапное чувство смущения обуяло его, мужчина быстро отвернулся и ответил:

- Как обычно.

- Хотелось бы знать поточнее.

Просьба Цезаря звучала вполне нормально для клиента. Адвокат шёл в сторону библиотеки, держа рот на замке. После того, как дверь в кабинет распахнулась, Цезарь остановился, внимательно изучая развернувшуюся перед ним картину. Он молча таращился на пол, не зная куда ступить, чтобы не задеть все эти кипы документов. Не обращая никакого внимания на высокую фигуру мужчины, Ивон шагнул вперёд, оставляя его позади.

Адвокат был знаком с каждым документом, и сделав шаг будто ступая по подвесному мосту, оглянулся посмотреть на мужчину. Цезарь стоял посреди завалов, нахмурившись. Стряхнув бумаги носком своего ботинка, он направился к Ивону. Сделав несколько нерешительных шагов, он столкнулся с ним лицом к лицу. На данный момент, мужчина был единственным в мире человеком, смотрящий на него с высоко поднятой головой и чувством отвращения в глазах. Ивон произнёс:

- Присядь. Стоит поговорить, - подвинув документы, мужчина устроился поудобнее.

Цезарь издал короткий возглас:

- Повезло. Я уже было думал, что ещё долго буду стоять на ногах.

Адвокат посмотрел на пол, указывая пальцем.

- Только попробуй наступить на эти бумаги, и я устрою тебе выходные в больничной палате.

Царь чудом увернулся, обходя на них, и наконец пробрался через завалы. Подойдя ближе к дивану, который ему освободили, он тяжело вздохнул и сел. Проигнорировав его вздох, Ивон протянул ему материалы.

- Я сейчас изучаю вот это.

Как только Цезарь принял документы из его рук, адвокат резко развернулся в поисках чего-то среди кипы разбросанных бумаг.

- Эти документы связаны. И этот тоже.

Без малейшего колебания, Ивон быстро нашёл все требуемые материалы и незамедлительно вручил их Цезарю.

- Прежде всего, наша основанная цель – это недвижимость. Как только по этому поводу будет подан иск, другие объекты недвижимости также будут рассматриваться на заседании позже. Хочешь заполучить их все?

Мужчина положил документы себе на колени и посмотрел на адвоката.

- Позже?

Ивон равнодушно ответил:

- Судебное разбирательство будет долгим, грязным и даже тяжелым.

Именно сейчас он внезапно почувствовал, что в словах Цезаря скрывался иной смысл.

С лёгкой улыбкой на губах, Царь спросил:

- Что, если не всё?

В этот раз адвокат отреагировал проще:

- Твои страдания будут короче, чем если бы ты хотел заполучить всё.

Цезарь какое-то время молчал. Ивон подумал, что он обдумывает принятие решения, но ошибся. Посмотрев на адвоката со странным блеском в глазах, мужчина ответил:

- Кажется, тебе не хватает уверенности для того, чтобы добиться всего.

Он внимательно смотрел на него, прикидывая в уме какой ответ тот может дать. Ивон молча нахмурил брови и произнёс:

- Да.

Услышав неожиданный ответ, Цезарь удивлённо проморгался. С безразличным видом, адвокат продолжил:

- Я не могу себе позволить тратить время на затягивание изнурительного процесса судебного разбирательства. Я буду работать ровно столько, сколько потребуется.

Царь сузил глаза и скривил губы в попытке понять.

- Ровно столько, сколько потребуется для продвижения слушанья Николая, верно?

- Да, - дав повторный ответ, Ивон отшвырнул документы ногой в сторону и вернулся на своё место, - Если нет никаких вопросов, то я продолжу работать.

Цезарь безучастно посмотрел в сторону и снял своё пальто. Сидя в своём роскошном костюме и копаясь в документах, ни у кого не возникло бы желания начинать с ним диалог.

Увиденное сильно огорчало Ивона. По какой-то неизвестной причине ему казалось, что он просто бессмысленно сидит тут. У него даже засосало под ложечкой от огорчения. Бездумно потирая живот, мужчина поздно осознал, что ничего толком сегодня не ел. От этого осознания он снова разозлился.

«Какого чёрта происходит?»

Он уже мог спокойной нежиться в своей собственной кровати в полном одиночестве. Несмотря на то, что кровать не была сильно удобной, она была его. В своих мыслях он уже во всю вырисовывал как погружается в приятные сновидения в своей постели. Мало того, что он рылся в этих стопках бумаг весь день напролёт, так ещё его мопед сломали и он застрял в доме этого мужика. Кроме того, он был так голоден, что казалось вот-вот грохнется в обморок. Мысли о еде сводили его с ума. Подошла бы даже маленькая шоколадка. Он, конечно, мог бы сказать об этом Цезарю, и тот бы точно о нём позаботился. Но Ивон стиснул зубы и решил сохранить остатки своей гордости. Просить что-то у него он не хотел, даже под угрозой смерти. Приложив усилие, адвокат прикрыл глаза.

Он закипал от клокочущего гнева.

На мгновение, адвокат замер в одном положение и звук переворачивания страниц, исходящий от Цезаря, тоже прекратился. Он почувствовал, как мужчина поднял голову и посмотрел на него. Ивон притворился будто всё в порядке, снял пальто и напряг мышцы пресса. Затаив дыхания, мужчина силился собраться с силами. Однако, реальность не оправдала его ожиданий.

Хотелось свернуться калачиком. Сдержать хоть как-то нарастающее чувство голода.

Раздалось последовательное урчание живота. Ивон осознал, что его желания – ничто по сравнению с базовыми потребностями. Цезарь поперхнулся, увидев нещадно искажённое лицо адвоката.

- Кстати, я проголодался.

Неожиданно для себя он затронул тему, которую обещал себе не поднимать. Без намёка на сарказм, Царь ответил:

- Подожди, попрошу повара что-нибудь приготовить.

Увидев, что мужчина уже собираться подняться с дивана, Ивон поспешно вскочил.

- Зачем тебе будить спящего человека?

Мужчина вновь удивлённо посмотрел на адвоката.

- Его работа – готовить мне еду по первой прихоти.

Ивон едва ли сумел подавить вырывающийся стон. Однако, урчание в животе продолжало раздаваться, игнорируя всякие его старания. Мужчина сердито произнёс, откидывая растрёпанные волосы со лба:

- Слушай, оставь его в покое. Я сам этим займусь.

- Ты? – спросил Цезарь, явно не ожидавший подобного ответа.

Вместо ответа, адвокат ответил вопросом на вопрос:

- Где здесь кухня?

Посмотрев на него, мужчина сделал знак рукой, чтобы тот следовал за ним. Ивон повиновался с раздражённым выражением на лице.

Как и ожидалось в подобном огромном особняке, расстояние до кухни было внушительным. Он уже было подумал, что умрёт голодной смертью, так и не добравшись до холодильника. Мысленно проклиная поместье, адвокат плёлся вслед за Цезарем. После продолжительного блуждания по дому, он из последних сил добрался до кухни. Помещение было настолько велико, что могло запросто вместить в себя весь дом, в котором он жил. Адвокат глубоко вздохнул. Царь, войдя первым, остановился и оглянулся.

- Можешь использовать, всё, что захочешь, - медленно, обводя кухню руками, проговорил мужчина.

Ивон перегнулся через стол и осмотрел помещение. Кухня была настолько роскошной, что и представить трудно. Невооружённым взглядом было видно, что вся кухонная утварь была французского или немецкого производства, а столовые приборы, сделанные под старину, были из серебра. Больше всего его впечатлил размер холодильника. Вернее – это было несколько холодильных камер, стоящих в ряд и занимающих целую стену. Одного лишь взгляда на них хватило, чтобы поразиться. Ивон сделал шаг вперёд и подошел к ним. Подошло бы всё, что можно было бы сразу употребить в пищу. Он вдруг вспомнил о корейского лапше быстрого приготовления, которую легко можно было заварить за пять минут и сразу же съесть. Однако, тут перед ним открылись врата рая.

Холодильник был забит до предела огромным количеством мяса и ветчины. Там было всё, чего душа пожелает – говядина, свинина, баранина и даже индейка. Но больше всего Ивона удивила стоимость этих продуктов. Каждый его поход в супермаркет сопровождался пусканием слюней на мясо высшего качества, которое он не мог себе позволить, и просто глядел на него восторженными глазами. Воспоминания о том, как он ходил по узкому проходу магазина, словно оголодавшая гиена в поисках падали, вспыхнули в его сознании. Мужчина на мгновение вовсе забыл, что застрял в доме у бандита. Сама возможность лицезреть на холодильник, заполненный мясом, делала его немного счастливее.

Увидев, как мужчина, открывший дверцу холодильника, без малейшего движения стоит и смотрит на всю эту груду мясных продуктов, Цезарь поперхнулся.

- Ищешь что-то конкретное?

Создавалось впечатление, что он мог достать ему всё, чего бы адвокат не пожелал. Ивон с трудом отвёл взгляд от раскинувшегося рая перед своим взором и посмотрел на мужчину. Впервые он посмотрел на Цезаря с такими сияющими, как звёзды глубокой ночью, глазами.

- Я… могу использовать это всё?

Царь оторопел. На лице Ивона раскинулась счастливая улыбка. Его глаза изогнулись в форме полумесяца, и улыбка, распустившаяся словно первый цветок весной, побуждали самые грязные мысли в голове мужчины. От раскинувшегося вида, он опешил и робко кивнул.

- Да…

Как только разрешение от хозяина дома было получено, Ивон радостно повернулся с сияющей улыбкой на губах. Цезарь всё ещё обескураженно смотрел на него с широко распахнутыми глазами. С пугающей скоростью адвокат принялся выбирать мясные продукты.

- Мне понадобится это, и вот это, а ещё это, ну и без этого никак…

Когда Царь пришёл в себя, вся кухонная тумба уже была завалена различными видами мяса. Напоследок, Ивон схватил огромный кусок ветчины и с довольным видом закрыл дверцу холодильника. Прижимая ветчину к себе обеими руками так, словно он держал что-то невероятно ценное, адвокат огляделся и найдя то, что искал, положил огромный кухонный нож прямо перед Цезарем. Мужчина с всё ещё счастливым видом посмотрел на острое серебренное лезвие, положил ветчину на тумбу и сразу же схватился за нож. Замахнувшись ножом так, чуть ли не попав себе в подбородок, адвокат воткнул лезвие прямо в середину окорока. Нож вонзился и остановился. Нахмурившись, Ивон приложил больше силы, прижимая другую часть ветчины рукой. Лезвие никак не поддавалось. Оно просто застряло в толстой плоти и не двигалось.

«Какого хрена?»

Мужчина уже успел расстроиться. Он уже было схватился за рукоять ножа обеими руками, как боковым зрением увидел, что сзади протянулась длинная сильная рука. Он невольно обернулся и обнаружил Цезаря, смотрящего на него с усмешливым видом. Мужчина, не произнеся ни слова, убрал его руку с ножа, и притянул окорок к себе поближе. Пока Ивон беспомощно наблюдал, Цезарь молча взял огромный кусок ветчины, и вложив её в ломтерезку, нажал на кнопку запуска.

Вжух, вжух, вжух.

Лезвие прибора начало вращаться по кругу, издавая монотонный звук. Вскоре образовалась целая стопка тонко нарезанных ломтиков ветчины. Цезарь снова нажал на кнопку, чтобы остановить работу ломтерезки. Открыв шкафчик, он достал оттуда тарелку, и положив на неё ветчину, подал это мужчине.

- Держи.

Адвокат смутился, неловко принял тарелку и произнёс как ни в чём не бывало:

- Я приготовлю только себе.

Царь равнодушно ответил, словно уже заранее знал, что он скажет:

- Как скажешь.

Бросив на него короткий взгляд, Ивон вновь вернулся к холодильнику и приступил искать новые ингредиенты для своего блюда. Покончив с этим, он обернулся и начал шарить все шкафы и выдвижные ящики в поиске нужных приборов. Цезарь отошёл поодаль, не произнеся ни слова, и безучастно наблюдал как медленно продвигается его процесс готовки.

«Возможно, я совершил ошибку…»

Царь, недолго думая, отрезал ломтик черного хлеба. Позади раздался глухой звук. Повернув голову в сторону откуда звук исходил, он обнаружил как адвокат в мгновение ока отрезал большой кусок мяса. К его удивлению, вместо того чтобы нарезать этот кусок помельче, Ивон просто кинул огромный ломоть на сковороду. Царь удивлённо моргнул от увиденного. Но на этом мужчина не остановился – он небрежно развернулся и отрезал очередной кусок. И так же бросил его на сковороду. Он был так поглощён готовкой, что то и дело носился по кухне, нарезая все виды мяса и кидая их, как есть, на сковороду. Протягивая ему нарезанные ломтики хлеба, Цезарь предложил:

- Добавь овощей.

- Сам разберусь.

Ивон просто отклонил предложение мужчины. Царь и не думал сдаваться. Передавая ему нарезанные помидоры, он снова заговорил:

- Добавь хотя бы их.

- Какой смысл? Моё блюдо уже почти готово.

Получив очередной отказ, мужчина нахмурился.

- Ты пожалеешь.

- И не подумаю, - процедив это сквозь зубы, адвокат отрезал очередной кусок и кинул на сковороду.

Цезарь оставил всякие попытки вразумить его, и переключил своё внимание на приготовление сэндвича.

Ивон осторожно подхватывал щипцами пережаренные куски мяса со сковороды один за другим. Оглянувшись, он наклонил голову поближе, чтобы вглядеться. Мясо выглядело сырым. Недолго думая, он вернул его на сковороду и снова включил плиту.

Вдруг он подумал о Цезаре. Не похоже, что на кухне хоть раз случался пожар… Хоть и плита выглядела надёжной, Ивон почему-то заволновался. Посмотрев в сторону мужчины, он неожиданно для себя обнаружил, что Цезарь был неплох в готовке. Он порвал голыми руками листья салат и отложил их в сторону. Размер ровно порванных листьев привлёк внимание Ивона, который невольно посмотрел на них. Тем временем, мужчина отрезал круглый ломтик ветчины и положил его на листья. Адвокат невольно восхитился тому, как Цезарь взял помидор и ловко нарезал его на тонкие слайсы. Для него это стало неожиданным открытием. Кто во всём мире мог бы представить, как искусно управляется Цезарь на кухне? Ко всему прочему он был ещё довольно умён.

Впервые Ивон разглядел в нём нечто большее, чем его устрашающий вид. Ощутив на себе пристальный взгляд, мужчина поднял голову. Когда их взгляды встретились, он с улыбкой произнёс:

- Я неплохо владею ножом.

Он продолжил быстрыми движениями нарезать помидоры. Мужчина поднял тонкий слайс красного помидора, который был не толще листа бумаги, и снова улыбнулся.

- Людей так тоже можно нарезать.

- Ага…, - с угрюмым выражением на лице, согласился Ивон.

Убедившись, что всё это ему только привиделось, он отвернулся и сосредоточился на готовке. Первоклассное мясо, томившиеся на сковороде, начало подгорать.

В удушающей тишине мужчина в дешёвеньком костюме снял шлем с головы. Со стороны раздался тихий вздох облегчения. Цезарь глядел на Ивона, который слез с мопеда, не проронив ни слова.

«Что, чёрт возьми, это за херня?»

Посмотрев на мужчину в ответ, адвокат произнёс:

- Уже девять.

И миновал его как ни в чём не бывало. Несмотря на повисшее напряжение и открытую неприязнь русских по отношению к чужакам, Ивон шёл с гордо поднятой головой, ни минуты не колеблясь. Он уж точно не собирался трястись и падать в обморок от страха. Остановившись перед входной дверью, он заметил мужчин, смотрящий на него свирепыми глазами, но выглядевшими довольно уставшими. Он повернул голову и спокойно взглянул на дворецкого.

- Проводите меня?

Мужчина растерянно переводил взгляд с Ивона на Цезаря. Создавалось впечатление, что он боялся пропустить момент отъезда хозяина. Царь отдал простой приказ:

- Сопроводи его.

- Слушаюсь, Царь.

Дворецкий мигом подбежал к адвокату, открыл дверь и проводил его внутрь. Всё это время Цезарь молча стоял и смотрел на Ивона. Неожиданно для всех, улыбка появилась на лице мужчины, наблюдавшим за адвокатом, который беспокойно шёл вслед за дворецким. Все, кто до сих пор стоял и затаил дыхание, не на шутку перепугались и вовсе перестали дышать.

Царь смеялся.

Дворецкий увидел впервые довольную улыбку на его лице и мягкий взгляд. Пока все изумлённо наблюдали за происходящим, Цезарь обернулся и сел в машину. Среди толпы людей только одному удалось прийти в себя, он быстро поклонился, и остальные незамедлительно проследовали его примеру. Седан бесшумно выехал из сада, оставив позади потных и побледневших мужчин. Царь, устроившись на сидение, не стал как обычно доставать свой хьюмидор. Он невозмутимо погрузился в собственные раздумья.

- Мопед… это раздражает.

Водитель, молчавший всю дорогу, удивлённо посмотрел на него через зеркало заднего вида. Царь больше не произнёс ни слова.

- Добро пожаловать, - дворецкий вежливо поприветствовал Ивона в очередной раз.

Адвокат уже несколько дней приходил и уходил в одно и то же время. В первый день своей работы мужчина лично убедился, что сказанное Цезарем было правдой. Материала было так много, что если бы его прислали к нему в дом, то даже коридора бы не хватило, и ему пришлось бы покидать этаж, чтобы поспать. Как выяснилось в ходе расследования, богатство покойного было прямо пропорционально его замешанности в коррупционных делишках. Это было просто отвратительно, и неожиданно для себя Ивон подумал, что бывший мэр заслуживает смерти. Вскоре, отбросив всякие эмоции, он погрузился в работу с холодной головой.

Цезарь уезжал на работу в одно и то же время, и возвращался, когда Ивон уже заканчивал. То, что беспокоило его, всё ещё не произошло. Он единожды столкнулся с ним в парадных дверях утром. Благодаря отсутствию Цезаря мужчина мог полностью сосредоточиться на работе.

- Вот и всё.

Следуя указаниям дворецкого, Ивон добрался самостоятельно. Узкоглазый дворецкий, как и все остальные в этом доме, выказывал признаки неприязни.

«Ну вроде немного во всём разобрался»

Все мужчины в доме открыто проявляли враждебность по отношению к Ивону. Каждое утро проходило одинаково.

«Интересно, этот мужик тоже русский?», - задумался адвокат.

В России было достаточно криминала и вооружённых конфликтов, и расовая проблема тоже была серьёзна. Исконно русские и русскоязычные люди из поссоветских стран часто дрались и ругались. Было бы чудом если бы все люди ладили между собой. Войдя в поместье впервые, Ивон ощутил всеми фибрами своей души открытую неприязнь.

«Более чем очевидно, что они группировка русских, которая полностью исключает чужаков в своём обществе»

Он не мог понять причин, по которым глава такой группировки пригласил его работать к себе домой. К счастью, он не чувствовал никакой угрозы по отношению к себе, но ему было крайне некомфортно входить и покидать поместье в компании враждебно настроенных лиц. Даже дворецкий, выказывая недовольство, давал понять всем своим видом, что делает это только по приказу, а не по собственной воле.

И вновь, в полной тишине следуя за ним, адвокат решил для себя побыстрее управиться с работёнкой и впредь более никогда не приближаться к этому дому.

- Если вам что-нибудь понадобится, дайте знать, - любезно сказал дворецкий, проводив Ивона до дверей кабинета.

Адвокат открыл дверь и вошёл в помещение. Накануне просторный кабинет находился в полном беспорядке после того, как мужчина работал с документами, но сегодня комната была вновь убрана. С трудом сняв пальто и положив его рядом с сумкой, он нашёл свободное место среди кипы бумаг и сел.

«Что ж, приступим»

Найдя стопку разбросанных документов, которые он изучал вчера, он сразу же сосредоточился на материале. Документ детально описывал процесс растрат богатства.

«Материала так много, что я изучаю его уже на протяжении трёх дней. Я обязан закончить сегодня»

Приняв это решение, Ивон нахмурился со всей серьёзностью.

Дворецкий взглянул вслед закрывающейся двери и двинулся дальше по коридору. Пришло время заняться делами, что поручил хозяин утром. С неодобрительным видом он отворил парадную дверь и покинул особняк. Недалеко от входной двери был припаркован мопед в ужасном состоянии. Мужчина с отвращением посмотрел на него.

- Ох, - адвокат глубоко вздохнул и закрыл последнюю страницу документа.

В глазах было сухо. Он уже было подумал, что начинает потихоньку сходить с ума, но сделав над собой усилие всё-таки закончил работу над этим материалом. Выделенная часть была не менее объёмной, но он получил всю необходимую информацию.

Вопрос заключался в том, как законно получить имущество, приобретённое в результате различных коррупционных действий.

Подняв голову, Ивон проморгался от раскинувшегося пейзажа за окном. Он начал работу, когда в комнату всё ещё проникал слабый солнечный свет, но сейчас на улице было совершенно темно. Озадаченный, он быстро посмотрел на время и замер. Он не ощущал времени за работой, так как люстра ярко освещала интерьер, но сейчас уже было за полночь.

«Поезд!»

При первой мысли об этом, адвокат аж подпрыгнул от тревоги, но результат оставался неизменным. Он аккуратно отбросил документы, и поспешно выходя из комнаты сильно столкнулся с кем-то в дверях.

- Тьфу!

- Держу тебя, - произнёс мужчина, прижимая Ивона к себе, который вот-вот собирался упасть от столкновения, - Ты вечно набрасываешься на меня всем своим телом.

Услышав голос с нотками насмешки, он поднял голову и увидел Цезаря, смотрящего на него с улыбкой. От внезапного удара адвокат не смог быстро среагировать должным образом. Вероятно, он был всё ещё озадачен неожиданной ситуацией. Он посмотрел на мужчину с удивлением на лице, но ничего не произнёс.

Улыбка резко исчезла с лица Цезаря. Его взгляд был прикован к полуоткрытым губам адвоката, который открыл их сам того не понимая. Взгляд потерял свой обычный острый блеск и ненадолго смягчился. Мужчины стояли так, ничего не говоря, какое-то время. Они продолжали смотреть друг на друга в повисшей тишине, в которой можно было услышать звук собственного моргания.

Цезарь склонил голову. Рука, державшая Ивона за талию, мягко притянула его ближе. Глаза, обрамлённые длинными серебристыми ресницами, были сфокусированы исключительно на взгляде адвоката. Его дыхание нежно коснулось приоткрытых влажных губ.

В этот момент, Ивон резко вернулся в реальность. Он рефлекторно толкнул его в плечо, и Цезарь отпустил руку. Они удивлённо посмотрели друг на друга. Конечно, причины этого удивления у обоих были весьма разными. Вдруг адвокат поспешно заговорил, смущённый испытываемым чувством пустоты на своей талии, возникшей после того, как рука, державшая его, отстранилась.

- Я… слишком поторопился…, - непроизвольно начав заикаться, мужчина снова замолчал.

Обычно дворецкий всегда оповещал его о конце рабочего дня. Но не сегодня.

«Неужто я был слишком поглощён работой, что прослушал это?»

Нахмурившись, Цезарь безмолвно смотрел на него. Ивон тоже нахмурился, но от нарастающего чувства неловкости. Рука повисла в воздухе после того, как он её оттолкнули. Опуская руку, Цезарь сказал:

- Да уж, выглядишь занятым. Что стряслось?

На его лице играла лёгкая улыбка, как и всегда. Ивон посмотрел на мужчину и на мгновение задумался, пытаясь успокоиться. Было понятно, что поезда уже не ходят. В глазах потемнело, когда он представил, как будет возвращаться домой на своём стареньком мопеде. Даже сегодня, мопед еле ехал и заглох пару раз в саду. Он сдержал непроизвольный вздох, пытавшийся вырваться из его груди.

Проблема разрешилась самым неожиданным образом.

Выбежав из особняка, он увидел припаркованный им мопед и остановился. Средства передвижения там больше не было. То, что раньше с горем пополам называлось мопедом, превратилось в груду мусора в аварийном состоянии. Создавалось впечатление, что транспорт прошёл ожесточённую борьбу за выживание и еле стоял на колёсах. Он был в таком плачевном состоянии, что его едва ли можно было узнать. Ивон потерял дар речи.

- О, похоже произошла небольшая авария, - произнёс Цезарь, медленно следовавший за ним по пятам.

Невзначай брошенная фраза лишь усилила подозрения Ивона. Мужчина незамедлительно обернулся.

- Может кошка теперь сможет на нём прокатиться. Что думаешь? – с озорной улыбкой спросил Цезарь, отыгрывая свою роль в спектакле.

- Мне придётся остаться здесь до тех пор, пока не приобрету новый мопед…

Адвокат злобно посмотрел на мужчину и сжал кулаки.

«Этот бесстыжий бандитский ублюдок!..»

Ивон почувствовал гнев из-за трагического конца своего единственного средства передвижения, купленное на последние сбережения. Он уже был готов пешком пойти до вокзала, но причина не делать этого была достаточно веской. Даже если бы он вышел из сада и дошёл до вокзала, поезда всё равно не ходят в такое время. Он оказался в ловушке этого дома. Мужчина мысленно считал до десяти, чтобы успокоить свой разбушевавшийся разум. Не разжимая кулаков, он досчитал до одного и обернулся. Встретившись взглядом с адвокатом, Цезарь моргнул. Он выглядел таким невинным, будто вовсе не был при делах. Выдержав очередной приступ ярости, Ивон поговорил, скрепя зубами:

- Переведи оплату за сверхурочные и мопед на мой счёт.

- Сколько?

- Мне и это тебе надо посчитать? Я думал, ты уже в курсе всего, вплоть до количества родинок на моём теле, - спросил Ивон с сарказмом.

Цезарь коротко улыбнулся и прищурил глаза.

- Нет, этого я не знаю.

Призадумавшись, адвокат мгновенно вернулся в поместье. Звук неспешных шагов Цезаря смешался со звуками быстрых шагов полных ярости.

В удушающей тишине мужчина в дешёвеньком костюме снял шлем с головы. Со стороны раздался тихий вздох облегчения. Цезарь глядел на Ивона, который слез с мопеда, не проронив ни слова.

«Что, чёрт возьми, это за херня?»

Посмотрев на мужчину в ответ, адвокат произнёс:

- Уже девять.

И миновал его как ни в чём не бывало. Несмотря на повисшее напряжение и открытую неприязнь русских по отношению к чужакам, Ивон шёл с гордо поднятой головой, ни минуты не колеблясь. Он уж точно не собирался трястись и падать в обморок от страха. Остановившись перед входной дверью, он заметил мужчин, смотрящий на него свирепыми глазами, но выглядевшими довольно уставшими. Он повернул голову и спокойно взглянул на дворецкого.

- Проводите меня?

Мужчина растерянно переводил взгляд с Ивона на Цезаря. Создавалось впечатление, что он боялся пропустить момент отъезда хозяина. Царь отдал простой приказ:

- Сопроводи его.

- Слушаюсь, Царь.

Дворецкий мигом подбежал к адвокату, открыл дверь и проводил его внутрь. Всё это время Цезарь молча стоял и смотрел на Ивона. Неожиданно для всех, улыбка появилась на лице мужчины, наблюдавшим за адвокатом, который беспокойно шёл вслед за дворецким. Все, кто до сих пор стоял и затаил дыхание, не на шутку перепугались и вовсе перестали дышать.

Царь смеялся.

Дворецкий увидел впервые довольную улыбку на его лице и мягкий взгляд. Пока все изумлённо наблюдали за происходящим, Цезарь обернулся и сел в машину. Среди толпы людей только одному удалось прийти в себя, он быстро поклонился, и остальные незамедлительно проследовали его примеру. Седан бесшумно выехал из сада, оставив позади потных и побледневших мужчин. Царь, устроившись на сидение, не стал как обычно доставать свой хьюмидор. Он невозмутимо погрузился в собственные раздумья.

- Мопед… это раздражает.

Водитель, молчавший всю дорогу, удивлённо посмотрел на него через зеркало заднего вида. Царь больше не произнёс ни слова.

- Добро пожаловать, - дворецкий вежливо поприветствовал Ивона в очередной раз.

Адвокат уже несколько дней приходил и уходил в одно и то же время. В первый день своей работы мужчина лично убедился, что сказанное Цезарем было правдой. Материала было так много, что если бы его прислали к нему в дом, то даже коридора бы не хватило, и ему пришлось бы покидать этаж, чтобы поспать. Как выяснилось в ходе расследования, богатство покойного было прямо пропорционально его замешанности в коррупционных делишках. Это было просто отвратительно, и неожиданно для себя Ивон подумал, что бывший мэр заслуживает смерти. Вскоре, отбросив всякие эмоции, он погрузился в работу с холодной головой.

Мужчина растерянно переводил взгляд с Ивона на Цезаря. Создавалось впечатление, что он боялся пропустить момент отъезда хозяина. Царь отдал простой приказ:

- Сопроводи его.

- Слушаюсь, Царь.

Дворецкий мигом подбежал к адвокату, открыл дверь и проводил его внутрь. Всё это время Цезарь молча стоял и смотрел на Ивона. Неожиданно для всех, улыбка появилась на лице мужчины, наблюдавшим за адвокатом, который беспокойно шёл вслед за дворецким. Все, кто до сих пор стоял и затаил дыхание, не на шутку перепугались и вовсе перестали дышать.

Царь смеялся.

Дворецкий увидел впервые довольную улыбку на его лице и мягкий взгляд. Пока все изумлённо наблюдали за происходящим, Цезарь обернулся и сел в машину. Среди толпы людей только одному удалось прийти в себя, он быстро поклонился, и остальные незамедлительно проследовали его примеру. Седан бесшумно выехал из сада, оставив позади потных и побледневших мужчин. Царь, устроившись на сидение, не стал как обычно доставать свой хьюмидор. Он невозмутимо погрузился в собственные раздумья.

- Мопед… это раздражает.

Водитель, молчавший всю дорогу, удивлённо посмотрел на него через зеркало заднего вида. Царь больше не произнёс ни слова.

- Добро пожаловать, - дворецкий вежливо поприветствовал Ивона в очередной раз.

Адвокат уже несколько дней приходил и уходил в одно и то же время. В первый день своей работы мужчина лично убедился, что сказанное Цезарем было правдой. Материала было так много, что если бы его прислали к нему в дом, то даже коридора бы не хватило, и ему пришлось бы покидать этаж, чтобы поспать. Как выяснилось в ходе расследования, богатство покойного было прямо пропорционально его замешанности в коррупционных делишках. Это было просто отвратительно, и неожиданно для себя Ивон подумал, что бывший мэр заслуживает смерти. Вскоре, отбросив всякие эмоции, он погрузился в работу с холодной головой.

Цезарь уезжал на работу в одно и то же время, и возвращался, когда Ивон уже заканчивал. То, что беспокоило его, всё ещё не произошло. Он единожды столкнулся с ним в парадных дверях утром. Благодаря отсутствию Цезаря мужчина мог полностью сосредоточиться на работе.

- Вот и всё.

Следуя указаниям дворецкого, Ивон добрался самостоятельно. Узкоглазый дворецкий, как и все остальные в этом доме, выказывал признаки неприязни.

«Ну вроде немного во всём разобрался»

Все мужчины в доме открыто проявляли враждебность по отношению к Ивону. Каждое утро проходило одинаково.

«Интересно, этот мужик тоже русский?», - задумался адвокат.

В России было достаточно криминала и вооружённых конфликтов, и расовая проблема тоже была серьёзна. Исконно русские и русскоязычные люди из поссоветских стран часто дрались и ругались. Было бы чудом если бы все люди ладили между собой. Войдя в поместье впервые, Ивон ощутил всеми фибрами своей души открытую неприязнь.

«Более чем очевидно, что они группировка русских, которая полностью исключает чужаков в своём обществе»

Он не мог понять причин, по которым глава такой группировки пригласил его работать к себе домой. К счастью, он не чувствовал никакой угрозы по отношению к себе, но ему было крайне некомфортно входить и покидать поместье в компании враждебно настроенных лиц. Даже дворецкий, выказывая недовольство, давал понять всем своим видом, что делает это только по приказу, а не по собственной воле.

И вновь, в полной тишине следуя за ним, адвокат решил для себя побыстрее управиться с работёнкой и впредь более никогда не приближаться к этому дому.

- Если вам что-нибудь понадобится, дайте знать, - любезно сказал дворецкий, проводив Ивона до дверей кабинета.

Адвокат открыл дверь и вошёл в помещение. Накануне просторный кабинет находился в полном беспорядке после того, как мужчина работал с документами, но сегодня комната была вновь убрана. С трудом сняв пальто и положив его рядом с сумкой, он нашёл свободное место среди кипы бумаг и сел.

«Что ж, приступим»

Найдя стопку разбросанных документов, которые он изучал вчера, он сразу же сосредоточился на материале. Документ детально описывал процесс растрат богатства.

«Материала так много, что я изучаю его уже на протяжении трёх дней. Я обязан закончить сегодня»

Приняв это решение, Ивон нахмурился со всей серьёзностью.

Дворецкий взглянул вслед закрывающейся двери и двинулся дальше по коридору. Пришло время заняться делами, что поручил хозяин утром. С неодобрительным видом он отворил парадную дверь и покинул особняк. Недалеко от входной двери был припаркован мопед в ужасном состоянии. Мужчина с отвращением посмотрел на него.

- Ох, - адвокат глубоко вздохнул и закрыл последнюю страницу документа.

В глазах было сухо. Он уже было подумал, что начинает потихоньку сходить с ума, но сделав над собой усилие всё-таки закончил работу над этим материалом. Выделенная часть была не менее объёмной, но он получил всю необходимую информацию.

Вопрос заключался в том, как законно получить имущество, приобретённое в результате различных коррупционных действий.

Подняв голову, Ивон проморгался от раскинувшегося пейзажа за окном. Он начал работу, когда в комнату всё ещё проникал слабый солнечный свет, но сейчас на улице было совершенно темно. Озадаченный, он быстро посмотрел на время и замер. Он не ощущал времени за работой, так как люстра ярко освещала интерьер, но сейчас уже было за полночь.

«Поезд!»

При первой мысли об этом, адвокат аж подпрыгнул от тревоги, но результат оставался неизменным. Он аккуратно отбросил документы, и поспешно выходя из комнаты сильно столкнулся с кем-то в дверях.

- Тьфу!

- Держу тебя, - произнёс мужчина, прижимая Ивона к себе, который вот-вот собирался упасть от столкновения, - Ты вечно набрасываешься на меня всем своим телом.

Услышав голос с нотками насмешки, он поднял голову и увидел Цезаря, смотрящего на него с улыбкой. От внезапного удара адвокат не смог быстро среагировать должным образом. Вероятно, он был всё ещё озадачен неожиданной ситуацией. Он посмотрел на мужчину с удивлением на лице, но ничего не произнёс.

Улыбка резко исчезла с лица Цезаря. Его взгляд был прикован к полуоткрытым губам адвоката, который открыл их сам того не понимая. Взгляд потерял свой обычный острый блеск и ненадолго смягчился. Мужчины стояли так, ничего не говоря, какое-то время. Они продолжали смотреть друг на друга в повисшей тишине, в которой можно было услышать звук собственного моргания.

Цезарь склонил голову. Рука, державшая Ивона за талию, мягко притянула его ближе. Глаза, обрамлённые длинными серебристыми ресницами, были сфокусированы исключительно на взгляде адвоката. Его дыхание нежно коснулось приоткрытых влажных губ.

В этот момент, Ивон резко вернулся в реальность. Он рефлекторно толкнул его в плечо, и Цезарь отпустил руку. Они удивлённо посмотрели друг на друга. Конечно, причины этого удивления у обоих были весьма разными. Вдруг адвокат поспешно заговорил, смущённый испытываемым чувством пустоты на своей талии, возникшей после того, как рука, державшая его, отстранилась.

- Я… слишком поторопился…, - непроизвольно начав заикаться, мужчина снова замолчал.

Обычно дворецкий всегда оповещал его о конце рабочего дня. Но не сегодня.

«Неужто я был слишком поглощён работой, что прослушал это?»

Нахмурившись, Цезарь безмолвно смотрел на него. Ивон тоже нахмурился, но от нарастающего чувства неловкости. Рука повисла в воздухе после того, как он её оттолкнули. Опуская руку, Цезарь сказал:

- Да уж, выглядишь занятым. Что стряслось?

На его лице играла лёгкая улыбка, как и всегда. Ивон посмотрел на мужчину и на мгновение задумался, пытаясь успокоиться. Было понятно, что поезда уже не ходят. В глазах потемнело, когда он представил, как будет возвращаться домой на своём стареньком мопеде. Даже сегодня, мопед еле ехал и заглох пару раз в саду. Он сдержал непроизвольный вздох, пытавшийся вырваться из его груди.

Проблема разрешилась самым неожиданным образом.

Выбежав из особняка, он увидел припаркованный им мопед и остановился. Средства передвижения там больше не было. То, что раньше с горем пополам называлось мопедом, превратилось в груду мусора в аварийном состоянии. Создавалось впечатление, что транспорт прошёл ожесточённую борьбу за выживание и еле стоял на колёсах. Он был в таком плачевном состоянии, что его едва ли можно было узнать. Ивон потерял дар речи.

- О, похоже произошла небольшая авария, - произнёс Цезарь, медленно следовавший за ним по пятам.

Невзначай брошенная фраза лишь усилила подозрения Ивона. Мужчина незамедлительно обернулся.

- Может кошка теперь сможет на нём прокатиться. Что думаешь? – с озорной улыбкой спросил Цезарь, отыгрывая свою роль в спектакле.

- Мне придётся остаться здесь до тех пор, пока не приобрету новый мопед…

Адвокат злобно посмотрел на мужчину и сжал кулаки.

«Этот бесстыжий бандитский ублюдок!..»

Ивон почувствовал гнев из-за трагического конца своего единственного средства передвижения, купленное на последние сбережения. Он уже был готов пешком пойти до вокзала, но причина не делать этого была достаточно веской. Даже если бы он вышел из сада и дошёл до вокзала, поезда всё равно не ходят в такое время. Он оказался в ловушке этого дома. Мужчина мысленно считал до десяти, чтобы успокоить свой разбушевавшийся разум. Не разжимая кулаков, он досчитал до одного и обернулся. Встретившись взглядом с адвокатом, Цезарь моргнул. Он выглядел таким невинным, будто вовсе не был при делах. Выдержав очередной приступ ярости, Ивон поговорил, скрепя зубами:

- Переведи оплату за сверхурочные и мопед на мой счёт.

- Сколько?

- Мне и это тебе надо посчитать? Я думал, ты уже в курсе всего, вплоть до количества родинок на моём теле, - спросил Ивон с сарказмом.

Цезарь коротко улыбнулся и прищурил глаза.

- Нет, этого я не знаю.

Призадумавшись, адвокат мгновенно вернулся в поместье. Звук неспешных шагов Цезаря смешался со звуками быстрых шагов полных ярости.

Притворяться больше не было смысла. Если личность агента раскрыли, то у него есть только два варианта: самоубийство с помощью специально заготовленного препарата или прорываться силой. Поскольку Шапочка не мог оставить с таким трудом добытую "вещь", ему оставалось только второе. Ри Чхоль Джин внезапно сунул руку в пальто, вызвав замешательство, а затем кинулся вперёд, схватив Квон Тхэк Джу за шею и с размаху впечатывая затылком в торговый автомат. Автомат пошатнулся с глухим стуком. Чхоль Джин не справился с отдачей и споткнулся, и в этот момент Тхэк Джу заломил ему руку, с лёгкостью доставая пистолет. Когда из ниоткуда появилась пушка, люди вокруг с коротким вскриком подались назад. Не задумываясь об этом, он изо всех сил пнул мужчину под зад, заставив его резко повалиться лицом вперёд. На какое-то время это вывело Ри Чхоль Джина из строя, что позволило Квон Тхэк Джу открыть крышку автомата и достать флешку. Та самая "вещь", которую любезно оставила женщина. По данным разведки там содержалась информация высокого уровня, эквивалентная государственной тайне.
— Пожалуйста, расступитесь! Подождите минутку.
В это время к ним подошёл член экипажа, которому, видимо, доложили о ситуации. Когда Тхэк Джу невольно обернулся к нему, то услышал мрачный голос позади:
— Мне ничто не помешает перевернуть здесь всё вверх дном.
Со зловещим предчувствием Тхэк Джу повернул голову на голос, сразу же встречаясь взглядом с Ри Чхоль Джином. Глаза мужчины зажглись странным фанатичном светом. Ох, твою мать. Естественно он не упустил возможности воспользоваться ситуацией, тут же вскочив и схватив члена экипажа, который не терял попыток дознаться, что здесь происходит.
— Агх..! Всё произошло в одно мгновение, Чхоль Джин схватил человека за шею и потянул за собой. В другой руке появилось холодное оружие.
— Ааааа!!
— Ыаагх!!
Пассажиры стали в панике разбегаться, увидев сверкнувшее лезвие ножа.
Квон Тхэк Джу был единственным, кто остался неподвижным, как обычно в предвкушении прикусив губу. Когда дело шло слишком гладко, он чувствовал себя не в своей тарелке. Если с самого начала всё складывается удачно, это трудно назвать везением, потому что зачастую послевкусие оставалось не из приятных. В этот раз всё складывалось иначе. Ри Чхоль Джин приставил нож к горлу заложника, обхватив его за шею и заставляя громко вскрикнуть. Квон Тхэк Джу потёр голову словно от боли.
— Отдай это мне, - потребовал Чхоль Джин, протягивая руку.
Остриё ножа сильнее прижалось к шее заложника. Тхэк Джу молча наблюдал за этой сценой, не проявляя никакой реакции. Тогда Чхоль Джин нервно махнул протянутой рукой.
— Живо! - крикнул он.

Джин замаскирован под гражданина Китая. Вероятно, он отправится в Китай, как только прибудет в Японию. Ким Ён Хи забронировала билет на "Перри" из Симоносэки на завтрашний вечер.]
— В таком случае, они должны будут связаться друг с другом до того, как мы причалим, - пробормотал себе под нос Квон Тхэк Джу и поспешно покинул балкон.

Лицо заложника бледнело и вздрагивало от каждого его движения, дыхание сбивалось, словно от всхлипов. Квон Тхэк Джу посмотрел на флешку в руке и без сожалений выбросил. Маленькая вещица попала в заложника и отскочила на пол. Ри Чхоль Джин хотел было наклониться за ней, но передумал. Вместо этого он заставил человека в своих руках сделать это. Заложник поднял флешку дрожащими руками, намочив штаны от страха и отчаяния. Ри Чхоль Джин заставил заложника подняться на нетвёрдых ногах и начал понемногу отступать. Квон Тхэк Джу медленно двинулся вперёд, сокращая между ними расстояние. Казалось, что Тхэк Джу было наплевать на безопасность заложника, и он готов на любой безрассудный поступок. Как только Ри Чхоль Джин делал шаг назад, Тхэк Джу делал шаг вперёд.
— Не смей преследовать меня! - в растерянности голос Чхоль Джина дал трещину.

Кодовое имя "Анастасия" (Новелла)Том 1 Глава 119:49. Международный порт в Пусане [1].
В сумерках вечера на причале в полном разгаре шла подготовка к отплытию. В мерцающем свете уличных фонарей "Адъютант Перри", водоизмещением в 5000 тон, показал свое величие. Этот лайнер, курсирующий один раз в день, прибудет в Симоносеки, Япония, завтра утром.
Двери закрылись, как только досрочная посадка закончилась. Кран, завершивший последнюю погрузочную операцию, тихо отошёл в сторону. Словно по сигналу все огни в терминале погасли, и округа погрузилась в ночную тишину. Только пришвартованный "Перри" качался на волнах черного моря. Внутри царила совершенно иная атмосфера. Единственным пассажиром, который сразу же зашёл в свою каюту и лег отдыхать, был контрабандист [2].
Большинство пассажиров были заняты осмотром лайнера с восторженными лицами. Они собирались по трое-четверо за простыми столиками в коридоре, чтобы выпить или запечатлеть интересные моменты на камеру. Отовсюду, где собирались люди, доносился смех, и даже на продуваемой холодным ветром палубе царила уютная обстановка. Волнение и предвкушение предстоящей поездки вызывали всеобщий переполох. И в таком вот шумном и людном месте оказался Квон Тхэк Джу. "Мустанг" не очень сочетался с повседневным костюмом контрабандиста, впрочем, его скучающее выражение лица вполне соответствовало.

Только человек, занявший самую дорогую каюту на корабле, навряд ли будет расхаживать с таким лицом.
Иногда он поддёргивал рукав, чтобы проверить время, и каждый раз в его взгляде на секундную стрелку чувствовалась какая-то странная вороватость. 20:00. Глухой гудок, возвестивший об отплытии, расколол воздух над морем. Мужчина вышел на улицу. Стоя на личном балконе, он мог видеть палубу внизу, где туристы всё ещё занимались фотографированием. За бортом стояла такая темень, что едва ли можно было получить хоть один нормальный снимок, но щёлканье затворов не прекращалось. Пока он наблюдал за суматохой, в левом ухе раздалось механическое пощёлкивание, а затем послышался голос:
[Ну и как Вам? Уже чувствуете наслаждение от романтической прогулки по ночному морю?]
— Пойдёт. Шумно, безумно и скучно одновременно. Из коммуникатора донёсся мягкий смех. Тем временем глаза Квон Тхэк Джу были прикованы к палубе, внимательно изучая каждого проходящего и не обнаруживая пока никого подозрительного.
— Отчёт.

[Офицер связи Ким Ён Хи и офицер национальной безопасности Ри Чхоль Джин - подтверждены на борту. Ри Чхоль Джин замаскирован под гражданина Китая. Вероятно, он отправится в Китай, как только прибудет в Японию. Ким Ён Хи забронировала билет на "Перри" из Симоносэки на завтрашний вечер.]
— В таком случае, они должны будут связаться друг с другом до того, как мы причалим, - пробормотал себе под нос Квон Тхэк Джу и поспешно покинул балкон.
Если по ту сторону коммуникатора не собираются шевелиться, тогда это сделает он. Мужчина вышел из комнаты и прошёл по коридору.
— Умеющие играть в прятки становятся довольно дерзки.
Если цели собираются связаться друг с другом, то самое время сделать это в таком хаосе, но как только людей станет меньше - они будут как на ладони. Квон Тхэк Джу перепрыгнул два лестничных пролёта один за другим. Группа людей собралась перед рестораном на втором этаже. Он прошёл мимо и проверил с каждой стороны толпы, но и в этот раз не было никого подозрительного.

— Позвони мне, - коротко приказал Тхэк Джу, спускаясь по лестнице, ведущей в вестибюль на первом этаже.
Тут же зазвонил мобильный, и Тхэк Джу позволил ему издать несколько вибраций. Достигнув середины лестницы, он поднял трубку, поздоровался и продолжил деловой разговор с молчаливым собеседником. Он бесцельно бродил во время бессмысленного разговора, ни у кого не вызывая подозрения. Вскоре позади него прошла женщина. Воротник прямого пальто выглядел неестественно поднятым. Квон Тхэк Джу молча проследил за ней тёмным взглядом. Миновав справочную стойку, женщина подошла к торговому автомату рядом с лифтом. Какое-то время она стояла перед ним, выбирая напиток, но когда к автомату подошёл другой человек, она пропустила свою очередь. Женщина достала купюру в 1000 иен, только когда вокруг стало тихо, и, несмотря на свои недавние мучения, выбрала простой зелёный чай. Посыпалась сдача и напиток упал с глухим звуком. Женщина спокойно взяла его, аккуратно собрала сдачу, а затем поднялась на второй этаж. Тхэк Джу сделал вид, что не видит её, а сама женщина не обращала на него никакого внимания. Когда женщина исчезла наверху, его внимание привлек голос в коммуникаторе.
[Цель приближается].
— Хорошо, до связи.

Попрощавшись, он нажал кнопку отбоя. Примерно в это же время из многоместной каюты в задней части вестибюля вышел мужчина. Надев ярко-синюю шапку, он направился к автомату. Роясь по карманам в поисках монет, он всё время оглядывался по сторонам, совсем не интересуясь напитками, и создавая впечатление очень настороженного человека. Затем мужчина достал монету в 100 иен и поднёс к купюроприемнику. В этот момент из-за его плеча внезапно вытянулась рука. Затем раздался легкий щелчок. Это был знакомый звук монетки скатывающейся по узкой канавке, но в руке у Ярко-синей-шапочки всё ещё была монета в 100 иен. Рука, сделавшая внезапный пассаж, непринужденно выбрала напиток и нажала кнопку.
— Что..? - наконец-то Ярко-синяя-шапочка обратил внимание на странную ситуацию. Тяжёлая баночка загремела и упала. Мужчина схватил Квон Тхэк Джу за руку, когда тот наклонился к слоту, чтобы забрать товар. На его лице появилось недоумение от такого нахальства.
— Что это ты только что сделал, сопляк?! - взревел мужчина.
— Мне показалось, что Вы настолько нерешительны, что никак не можете сделать выбор. Если Вы будете медлить до бесконечности, то проторчите здесь всю ночь, - нагло ответил Квон Тхэк Джу, всё ещё позволяя Ярко-синей-шапочкой держать себя за руку.

В его глубоком, полном сарказма голосе чувствовалось несоответствие сказанным словам, потому что на лице с тонкой улыбкой не было и тени раскаяния. Казалось, что ему не терпелось вступить в спор подобный этому. Что-то тут было не так. Появилось некомфортное чувство. Инстинкты среагировали на опасность раньше разума. Брови Шапочки дернулись, гнев сошёл с лица и сменился нервозностью, дыхание потяжелело, а на лбу выступил холодный пот.
— Твою мать! Мужчина моментально потянулся к торговому автомату, собираясь провернуть трюк, чтобы обезопасить "вещь". В следующую секунду он уже поднял крышку, чтобы достать то, что лежало внутри, но Тхэк Джу с лёгкостью наступил на эту крышку.
— Аагх!! - вырвался крик у мужчины, когда ему прижали руку.
У Тхэк Джу было совершенно беззаботное выражение лица, словно ничего такого не происходило.
— Ах ты больной ублюдок!
Задрожав от ярости, Ярко-синяя-шапочка наконец поддался на провокации и схватил за грудки своего обидчика, свирепо хрипя и пронизывая гневным взглядом. Однако Квон Тхэк Джу даже бровью не повёл, просто смотрел поочередно то на свою одежду, то на мужчину. Подобная расслабленность заставила мужчину нахмуриться ещё сильнее. Тхэк Джу схватил противника за руку, пронизывая каждым движением до самого основания.

Кожа под глазом Шапочки дёрнулась, взгляд переместился с лица Квон Тхэк Джу на руку. Даже при всём желании он не мог это проигнорировать. В то же время появилась уверенность, что не стоит ни на что надеяться. Тхэк Джу посмотрел на собравшихся вокруг зевак и ехидно прошептал:
— Вот досада. Терпеть не могу привлекать внимание. Вы же меня понимаете, господин Ри Чхоль Джин? В нашей сфере все такие.
Как только прозвучало его настоящее имя, мужчина тут же понял, кто перед ним. С его лица моментально сошли красные пятна гнева и сменились бледностью. Пассажиры всё продолжали прибывать и в итоге окружили их со всех сторон. Лучшее зрелище - это драка, поэтому на лицах собравшихся зрителей ощущалось странное предвкушение хаоса. Чем дольше они тянут время, тем хуже могут сложиться обстоятельства. Загнанная в угол мышь обязательно укусит кошку. Трудно было предугадать, на что отважится Ри Чхоль Джин, надави он на него ещё сильнее. Если будут жертвы среди гражданских, парой объяснительных он не отделается. Он крепко схватил Ри Чхоль Джина за руку и самодовольно рассмеялся.

— Что ж, ладно...
Притворяться больше не было смысла. Если личность агента раскрыли, то у него есть только два варианта: самоубийство с помощью специально заготовленного препарата или прорываться силой. Поскольку Шапочка не мог оставить с таким трудом добытую "вещь", ему оставалось только второе. Ри Чхоль Джин внезапно сунул руку в пальто, вызвав замешательство, а затем кинулся вперёд, схватив Квон Тхэк Джу за шею и с размаху впечатывая затылком в торговый автомат. Автомат пошатнулся с глухим стуком. Чхоль Джин не справился с отдачей и споткнулся, и в этот момент Тхэк Джу заломил ему руку, с лёгкостью доставая пистолет. Когда из ниоткуда появилась пушка, люди вокруг с коротким вскриком подались назад. Не задумываясь об этом, он изо всех сил пнул мужчину под зад, заставив его резко повалиться лицом вперёд. На какое-то время это вывело Ри Чхоль Джина из строя, что позволило Квон Тхэк Джу открыть крышку автомата и достать флешку. Та самая "вещь", которую любезно оставила женщина. По данным разведки там содержалась информация высокого уровня, эквивалентная государственной тайне.
— Пожалуйста, расступитесь! Подождите минутку.
В это время к ним подошёл член экипажа, которому, видимо, доложили о ситуации. Когда Тхэк Джу невольно обернулся к нему, то услышал мрачный голос позади:

— Мне ничто не помешает перевернуть здесь всё вверх дном.
Со зловещим предчувствием Тхэк Джу повернул голову на голос, сразу же встречаясь взглядом с Ри Чхоль Джином. Глаза мужчины зажглись странным фанатичном светом. Ох, твою мать. Естественно он не упустил возможности воспользоваться ситуацией, тут же вскочив и схватив члена экипажа, который не терял попыток дознаться, что здесь происходит.
— Агх..! Всё произошло в одно мгновение, Чхоль Джин схватил человека за шею и потянул за собой. В другой руке появилось холодное оружие.
— Ааааа!!
— Ыаагх!!
Пассажиры стали в панике разбегаться, увидев сверкнувшее лезвие ножа.
Квон Тхэк Джу был единственным, кто остался неподвижным, как обычно в предвкушении прикусив губу. Когда дело шло слишком гладко, он чувствовал себя не в своей тарелке. Если с самого начала всё складывается удачно, это трудно назвать везением, потому что зачастую послевкусие оставалось не из приятных. В этот раз всё складывалось иначе. Ри Чхоль Джин приставил нож к горлу заложника, обхватив его за шею и заставляя громко вскрикнуть. Квон Тхэк Джу потёр голову словно от боли.
— Отдай это мне, - потребовал Чхоль Джин, протягивая руку.
Остриё ножа сильнее прижалось к шее заложника. Тхэк Джу молча наблюдал за этой сценой, не проявляя никакой реакции. Тогда Чхоль Джин нервно махнул протянутой рукой.

— Живо! - крикнул он.
Лицо заложника бледнело и вздрагивало от каждого его движения, дыхание сбивалось, словно от всхлипов. Квон Тхэк Джу посмотрел на флешку в руке и без сожалений выбросил. Маленькая вещица попала в заложника и отскочила на пол. Ри Чхоль Джин хотел было наклониться за ней, но передумал. Вместо этого он заставил человека в своих руках сделать это. Заложник поднял флешку дрожащими руками, намочив штаны от страха и отчаяния. Ри Чхоль Джин заставил заложника подняться на нетвёрдых ногах и начал понемногу отступать. Квон Тхэк Джу медленно двинулся вперёд, сокращая между ними расстояние. Казалось, что Тхэк Джу было наплевать на безопасность заложника, и он готов на любой безрассудный поступок. Как только Ри Чхоль Джин делал шаг назад, Тхэк Джу делал шаг вперёд.
— Не смей преследовать меня! - в растерянности голос Чхоль Джина дал трещину.
Но угроза не сработала. Он делал шаг назад, и Тхэк Джу тут же сокращал расстояние на шаг. Между ними всё ещё сохранялась определенная дистанция, но нервозность преследуемого не знала границ.
— Ты не понял?! Остановись!
— С-спастите меня! - взмолился заложник, заламывая руки.
Моча, пропитавшая его штаны, стала капать на пол. Время будто замерло на мгновение, движение и шум стихли. Ри Чхоль Джин опять отступил, подтверждая свои намерения, но Тхэк Джу снова сделал шаг вперёд. Он казался безумным и напружиненным, словно подобрался для прыжка. Будто совершенно не замечая крови заложника.

— Ёбнутый ублюдок, ты не слышал? Я сказал - стой на месте!
Но изрыгать проклятия было бесполезно, на лице Квон Тхэк Джу не было места для компромисса. Даже если на карту поставлена жизнь заложника, он не собирался отступать. Для Ри Чхоль Джина было очевидно, что как только заложник перестанет дышать, он не сможет уйти живым. Всё это читалось в молчаливом, подавляющем его взгляде. Ри Чхоль Джин быстро отказался от противостояния, оттолкнул заложника и побежал вверх по лестнице, что была позади него. Квон Тхэк Джу положил упавшего заложника в сторону и погнался за ним. Когда он поднялся на второй этаж, из двери, ведущей на палубу, выскочили люди. Тхэк Джу развернулся и направился в ту сторону. В поле зрения появилась быстро удаляющаяся фигура Ри Чхоль Джина. Квон Тхэк Джу не бежал, его шаг стал немного шире и только слегка ускорился. Не было причин торопиться, в любом случае, корабль был на пути в открытое море. Ри Чхоль Джин был словно мышь в мышеловке.Тхэк Джу медленно следовал за удирающим в спешке Ри Чхоль Джином. Волосы Тхэк Чжу развевались на сильном морском ветру, вызывая иррациональное чувство страха.
- Что вы там делаете? - раздался из коммуникатора недавний голос.

— Потом поговорим. Похоже, у меня появились неотложные дела.
Квон Тэк Чжу посмотрел прямо на Ри Чхоль Джина, который наконец добрался до перил. Вскоре после этого из коммуникатора послышался неодобрительный звук, но связь без колебаний отключили. В итоге, на продуваемой сильном ветром палубе остались только Ри Чхоль Джин и Квон Тэк Чжу.Ри Чхоль Джин бросил взгляд в темноту открытого моря. Его рука, вцепившаяся в перила, напряглась. Тем временем Квон Тхэк Чжу неуклонно сокращал дистанцию. Прижатый к "стенке" Ри Чхоль Джин взмахнул оружием в воздухе. Это был ничего не значащий жест отчаяния. Как только Вы показываете своему противнику, что боитесь его, угроза теряет свою силу.
— Не подходи!
Квон Тхэк Джу шёл прямо на сопротивляющегося Ри Чхоль Джина. Он приближался очень быстро, и Чхоль Джин беспрерывно метавший взгляды то на море, то на врага, снова и снова разрезал воздух ножом.
— Я сказал, не подходи! - снова яростно крикнул он.
Уже совершенно с серьезным лицом Квон Тхэк Джу достал свой кольт. И в этот момент нож в руках Ри Чхоль Джина превратился в бесполезный кусок железа.Взволнованный взгляд Ри Чхоль Джина резко оторвался от Квон Тхэк Джу и метнулся куда-то за спину. В следующее мгновение дуло пистолета Тхэк Джу взорвалось пламенем. Пролетевшая пуля точно пробила цель. Однако с криком рухнул не Ри Чхоль Джин, а Ким Ён Хи, которая тихо подбиралась к Квон Тхэк Джу со спины.Пальто цвета слоновой кости окрасилось красной кровью. Женщина села, схватившись за раненую правую руку, её пистолет выпал и выстрелил в воздух. Было неизвестно, кто был её целью - Квон Тхэк Джу или Ри Чхоль Джин, которого раскрыли.
Квон Тхэк Джу снова повернулся вперёд. В этот момент Чхоль Джин бросил свой нож и развернулся к нему спиной. Держась за перила, он сделал глубокий вдох, его плечи поднялись, а спина раздалась в объеме. Как только в голове Тхэк Джу промелькнуло плохое предчувствие, тело Ри Чхоль Джина накренилось и выпало за борт.

— …!
Продолжение следует…

Скорее всего, он нарочно сделал вид, что «забыл», чтобы мужчина в панике ждал появления машины в любой момент. Однако, Ивон совершенно не собирался тратить время на лишние беспокойства.

Вернувшись из больницы с Николаем до рассвета, адвокат недолго вздремнул и спустился вниз в своё обычное время. После скорого завтрака со старушкой, он вернулся в свою комнату и с головой погрузился в подготовку с предстоящему слушанью Николая. Мужчина не имел ни малейшего понятия, что ему может предложить Цезарь, потому он должен был подготовить всё в лучшем виде. Пока он был погружён поиском прецендентов, дополнительных материалов и размышлениями о результатах предыдущего судебного разбирательства, время шло и уже наступил полдень.

- Ивон, - пожилая женщина нерешительно похлопала мужчину по плечу.

Он был настолько сосредоточен, что от внезапности у него спёрло дыхание. Старушка ласково улыбнулась ему, когда тот посмотрел на неё с распахнутыми от ужаса глазами.

- К тебе пришли.

- Ох, ладно, - адвокат кротко кивнул и пометил место, где остановился.

Накинув наспех пальто и спустившись вниз, адвокат обнаружил там людей Цезаря, с которыми уже встречался ранее.

- Даже не пообедаешь?

Только собираясь ответить на вопрос женщины, мужчину перебил подчинённый Царя, заговорив первым:

- Вас уже ждут.

В голосе отчётливо были слышны нотки нетерпения. Понятное дело, что мужчина спешил, боясь заставлять Цезаря ждать. Ивон улыбнулся старушке.

- Мне нужно встретиться с клиентом. Простите. Я вернусь к ужину.

Поцеловав женщину на прощанье, адвокат развернулся и покинул забегаловку. Подчинённый поспешил за ним, всем своим видом источая облегчение. Ивон сел в машину, которая ждала его на улице, не задавая лишних вопросов. Седан ловко нёсся по оживлённым дорогам, обгоняя другие автомобили и трамваи.

Он ненадолго задремал. Проснулся Ивон от того, что почувствовал сквозь сон, как авто замедляет ход. Первое, что он увидел, посмотрев в окно, был лес. Его что решили вывезти в лес? Глядя на пышный лес по обе стороны благоустроенной дороги, мужчина внезапно осознал, что это частная собственность. Когда водитель остановил машину, дворецкий, ожидавший их, открыл дверь пассажирского сидения.

- Добро пожаловать.

Вежливо поприветствовав его, адвокат поднял голову. Размер имения был невообразимым. В огромном поместье могло спокойной поместиться несколько квартир. Здание будто насмехалось над другими сооружениями и своими посетителями в том числе.

- Сюда.

Он обернулся. Дворецкий взял инициативу на себя и повёл его к поместью. Мужчины в чёрных костюмах по обе стороны от Ивона молча перевели взгляд друг на друга и последовали за ними к входной двери.

Повисла удушающая тишина. Внезапно адвокат ощутил странное напряжение. Прожив в России семь лет, где процветает расизм и этнические конфликты, он почувствовал это инстинктивно. То, как на него сейчас смотрели было открытой неприязнью.

Миновав главные ворота, Ивон обнаружил перед собой человека. Не сводя с мужчины пристального взгляда, адвокат двинулся дальше. Человек посмотрел прямо на него и нахмурился.

Бум.

Имитируя звук выстрела ртом, мужчина сложил руки в форме пистолета и сделал вид, что стреляет. Ивон невыразительно посмотрел на него и прошёл мимо.

Зал походил больше на оранжерею. Сквозь стены и потолок, сделанные полностью из стекла, струился солнечный свет. Из мебели были только антикварные диван, который казался удобным, стол и часы. Полы и часть стены были покрыты землёй, травой и растениями. Мужчина так же обнаружил там подвесное кресло, напоминающее кокон, которое парило в воздухе, закреплённое тросом к потолку и без единой ножки. Оно было овальной формы и, на первый взгляд, казалось, весьма удобным. Как только мужчина увидел свисающие длинные ноги под ним, дворецкий тут же извинился и отошёл. Он направился прямиком к креслу и тихо заговорил. Сидение, медленно раскачивающееся до сих пор, остановилось. Адвокат увидел сильную спину мужчины, вставшего с кресла.

- Привет, адвокат, - произнёс Цезарь с лёгкой улыбкой на губах.

Лучи золотого света засияли в серебристых волосах мужчины.

- Никаких проблем во время поездки не возникло? – спросил Царь, сопровождая Ивона в другую комнату и усаживаясь поудобнее.

- Нет.

Дворецкий, бесшумно исчезнувший пару минут назад, появился вновь с подносом. Он поставил чашки перед ними.

После краткого ответа Ивона, Цезарь лишь молчаливо улыбнулся и сделал глоток чая. Слегка нахмурившись, он продолжал молчать. Только после того, как дворецкий покинул комнату, адвокат понял почему мужчина не произнёс и слова.

- Как и ожидалось, никто не может сравниться с мастерством Людмилы.

Адвокат просто посмотрел на него, молча покачивая головой. Сегодня Цезарь был одет в удобный свитер и хлопковые брюки вместо своего обычного костюма. Даже его платиновые светлые волосы, которые он всегда тщательно укладывал, выглядели растрёпанными. Увидев могущественного мужчину в удобной одежде, выглядевшего по-домашнему, Ивон поперхнулся.

— Это твой дом? – спокойной спросил адвокат.

С расслабленным выражением лица Цезарь произнёс:

- Нравится?

- Отопление, должно быть, обходится безумно дорого, - честно ответил Ивон.

- Не настолько, чтобы я не мог себе позволить, - моргнув, сказал мужчина так, словно старался сдержать смех.

- Понимаю.

Посмотрев на ничего не выражающее лицо собеседника, адвокат перешёл сразу к главному:

- Так и что мне придётся делать?

Цезарь протянул руку. На мгновение Ивон занервничал, но мужчина потянулся к хьюмидору.

- Ничего особенного. Обычное дело с делёжкой имущества, - произнеся это, Царь открыл коробку с сигарами.

Адвокат нахмурился, но мужчина с равнодушным видом выбирал табачное изделие.

- Тебе знакома фамилия «Бердяев»?

Так звали бывшего мэра. Однако, сейчас он всего лишь хладный труп, который предан земле. Ивон сердито посмотрел на изящные руки мужчины, который всё ещё выбирал сигару, не произнося ни слова. Несмотря на прожигающий взгляд адвоката, Цезарь по-прежнему не обращал на него внимания и продолжал разглядывать сигару. Мужчина был просто в бешенстве от подобного поведения и точно не собирался с этим мириться. Царь даже не удостоил его взглядом.

Вытянув руку, Ивон вцепился в сильное запястье мужчины. Цезарь перевёл взгляд от неожиданности и посмотрел на него. Адвокат смотрел на него со сверкающими от ярости глазами, а затем сказал:

- Смотреть на собеседника во время разговора – это элементарные правила этикета!

Цезарь ничего не ответил. Он просто молча продолжил смотреть на Ивона. Мужчина чувствовал крепкую хватку на своём запястье. Серые глаза, обрамлённые серебристыми ресницами, смотрели на адвоката глубоким проникающим взглядом. Губы Цезаря приоткрылись, будто соблазняя его.

- Прости.

С лёгкой улыбкой на губах Ивон всё-таки отпустил руку, которая крепко держала запястье и откинулся на спинку дивана. Цезарь перестал старательно перебирать сигары и закрыл хьюмидор.

- Я говорю о наследстве.

Адвокат ответил:

Цезарь не уточнил времени. Ивон не стал звонить снова и спрашивать во сколько прибудет машина. Вряд ли такой дотошный человек как Царь просто мог «забыть и не сказать».

Скорее всего, он нарочно сделал вид, что «забыл», чтобы мужчина в панике ждал появления машины в любой момент. Однако, Ивон совершенно не собирался тратить время на лишние беспокойства.

Вернувшись из больницы с Николаем до рассвета, адвокат недолго вздремнул и спустился вниз в своё обычное время. После скорого завтрака со старушкой, он вернулся в свою комнату и с головой погрузился в подготовку с предстоящему слушанью Николая. Мужчина не имел ни малейшего понятия, что ему может предложить Цезарь, потому он должен был подготовить всё в лучшем виде. Пока он был погружён поиском прецендентов, дополнительных материалов и размышлениями о результатах предыдущего судебного разбирательства, время шло и уже наступил полдень.

- Ивон, - пожилая женщина нерешительно похлопала мужчину по плечу.

Он был настолько сосредоточен, что от внезапности у него спёрло дыхание. Старушка ласково улыбнулась ему, когда тот посмотрел на неё с распахнутыми от ужаса глазами.

- К тебе пришли.

- Ох, ладно, - адвокат кротко кивнул и пометил место, где остановился.

Накинув наспех пальто и спустившись вниз, адвокат обнаружил там людей Цезаря, с которыми уже встречался ранее.

- Даже не пообедаешь?

Только собираясь ответить на вопрос женщины, мужчину перебил подчинённый Царя, заговорив первым:

- Вас уже ждут.

В голосе отчётливо были слышны нотки нетерпения. Понятное дело, что мужчина спешил, боясь заставлять Цезаря ждать. Ивон улыбнулся старушке.

- Мне нужно встретиться с клиентом. Простите. Я вернусь к ужину.

Поцеловав женщину на прощанье, адвокат развернулся и покинул забегаловку. Подчинённый поспешил за ним, всем своим видом источая облегчение. Ивон сел в машину, которая ждала его на улице, не задавая лишних вопросов. Седан ловко нёсся по оживлённым дорогам, обгоняя другие автомобили и трамваи.

Он ненадолго задремал. Проснулся Ивон от того, что почувствовал сквозь сон, как авто замедляет ход. Первое, что он увидел, посмотрев в окно, был лес. Его что решили вывезти в лес? Глядя на пышный лес по обе стороны благоустроенной дороги, мужчина внезапно осознал, что это частная собственность. Когда водитель остановил машину, дворецкий, ожидавший их, открыл дверь пассажирского сидения.

- Добро пожаловать.

Вежливо поприветствовав его, адвокат поднял голову. Размер имения был невообразимым. В огромном поместье могло спокойной поместиться несколько квартир. Здание будто насмехалось над другими сооружениями и своими посетителями в том числе.

- Сюда.

Он обернулся. Дворецкий взял инициативу на себя и повёл его к поместью. Мужчины в чёрных костюмах по обе стороны от Ивона молча перевели взгляд друг на друга и последовали за ними к входной двери.

Повисла удушающая тишина. Внезапно адвокат ощутил странное напряжение. Прожив в России семь лет, где процветает расизм и этнические конфликты, он почувствовал это инстинктивно. То, как на него сейчас смотрели было открытой неприязнью.

Миновав главные ворота, Ивон обнаружил перед собой человека. Не сводя с мужчины пристального взгляда, адвокат двинулся дальше. Человек посмотрел прямо на него и нахмурился.

Бум.

Имитируя звук выстрела ртом, мужчина сложил руки в форме пистолета и сделал вид, что стреляет. Ивон невыразительно посмотрел на него и прошёл мимо.

Зал походил больше на оранжерею. Сквозь стены и потолок, сделанные полностью из стекла, струился солнечный свет. Из мебели были только антикварные диван, который казался удобным, стол и часы. Полы и часть стены были покрыты землёй, травой и растениями. Мужчина так же обнаружил там подвесное кресло, напоминающее кокон, которое парило в воздухе, закреплённое тросом к потолку и без единой ножки. Оно было овальной формы и, на первый взгляд, казалось, весьма удобным. Как только мужчина увидел свисающие длинные ноги под ним, дворецкий тут же извинился и отошёл. Он направился прямиком к креслу и тихо заговорил. Сидение, медленно раскачивающееся до сих пор, остановилось.

Адвокат увидел сильную спину мужчины, вставшего с кресла.

- Привет, адвокат, - произнёс Цезарь с лёгкой улыбкой на губах.

Лучи золотого света засияли в серебристых волосах мужчины.

- Никаких проблем во время поездки не возникло? – спросил Царь, сопровождая Ивона в другую комнату и усаживаясь поудобнее.

- Нет.

Дворецкий, бесшумно исчезнувший пару минут назад, появился вновь с подносом. Он поставил чашки перед ними.

После краткого ответа Ивона, Цезарь лишь молчаливо улыбнулся и сделал глоток чая. Слегка нахмурившись, он продолжал молчать. Только после того, как дворецкий покинул комнату, адвокат понял почему мужчина не произнёс и слова.

- Как и ожидалось, никто не может сравниться с мастерством Людмилы.

Адвокат просто посмотрел на него, молча покачивая головой. Сегодня Цезарь был одет в удобный свитер и хлопковые брюки вместо своего обычного костюма. Даже его платиновые светлые волосы, которые он всегда тщательно укладывал, выглядели растрёпанными. Увидев могущественного мужчину в удобной одежде, выглядевшего по-домашнему, Ивон поперхнулся.

— Это твой дом? – спокойной спросил адвокат.

С расслабленным выражением лица Цезарь произнёс:

- Нравится?

- Отопление, должно быть, обходится безумно дорого, - честно ответил Ивон.

- Не настолько, чтобы я не мог себе позволить, - моргнув, сказал мужчина так, словно старался сдержать смех.

- Понимаю.

Посмотрев на ничего не выражающее лицо собеседника, адвокат перешёл сразу к главному:

- Так и что мне придётся делать?

Цезарь протянул руку. На мгновение Ивон занервничал, но мужчина потянулся к хьюмидору.

- Ничего особенного. Обычное дело с делёжкой имущества, - произнеся это, Царь открыл коробку с сигарами.

Адвокат нахмурился, но мужчина с равнодушным видом выбирал табачное изделие.

- Тебе знакома фамилия «Бердяев»?

Так звали бывшего мэра. Однако, сейчас он всего лишь хладный труп, который предан земле. Ивон сердито посмотрел на изящные руки мужчины, который всё ещё выбирал сигару, не произнося ни слова. Несмотря на прожигающий взгляд адвоката, Цезарь по-прежнему не обращал на него внимания и продолжал разглядывать сигару. Мужчина был просто в бешенстве от подобного поведения и точно не собирался с этим мириться. Царь даже не удостоил его взглядом.

Вытянув руку, Ивон вцепился в сильное запястье мужчины. Цезарь перевёл взгляд от неожиданности и посмотрел на него. Адвокат смотрел на него со сверкающими от ярости глазами, а затем сказал:

- Смотреть на собеседника во время разговора – это элементарные правила этикета!

Цезарь ничего не ответил. Он просто молча продолжил смотреть на Ивона. Мужчина чувствовал крепкую хватку на своём запястье. Серые глаза, обрамлённые серебристыми ресницами, смотрели на адвоката глубоким проникающим взглядом. Губы Цезаря приоткрылись, будто соблазняя его.

- Прости.

С лёгкой улыбкой на губах Ивон всё-таки отпустил руку, которая крепко держала запястье и откинулся на спинку дивана. Цезарь перестал старательно перебирать сигары и закрыл хьюмидор.

- Я говорю о наследстве.

Адвокат ответил:

- Обстоятельства смерти мэра были подозрительными, - произнеся это с безразличием, он отвёл взгляд.

Цезарь усмехнулся.

- Всем людям суждено умереть.

Доля правды в этом была. Вопрос лишь «каким образом».

Под пристальным взглядом адвоката, который приподнял брови и смотрел на него с подозрением, мужчина продолжил:

- Знаешь, это уже твои предрассудки. Наивно полагать, что мафия занимается только незаконными делишками.

Не поспоришь. Но Ивон всё ещё не сводил своего подозрительного взгляда. Раскинув руки на спинку дивана, Цезарь сказал:

- У него были десятки женщин, но женат он никогда не был. У него нет ни семьи, ни детей, ни кого-либо ещё, - глаза мужчины сузились, - Всё, что осталось – кучу недвижимости и деньги.

Адвокат сразу понял к чему он клонит.

- И ты хочешь это всё получить?

- А почему нет? – спросил Цезарь, - Не я, так кто-то другой.

«Мне это совсем не по душе, но он прав». Ходили многочисленные слухи, что за верхушкой города стояла крупная мафиозная группировка. Каждый может вообразить какие распри начнутся между мафиями за это наследство.

- Какое это имеет отношение к моему делу? Я не вижу связи, - снова спросил Ивон.

Цезарь кротко рассмеялся.

- Коррупция не совершается в одиночку.

Мужчина невольно взглянул на свои пустые руки, перевёл взгляд на хьюмидор, пожал плечами и добавил:

- Насекомые всегда сбиваются в стаю.

Пазл сложился. Ивон удивлённо приподнял брови и медленно произнёс:

- Неужели бывший мэр замешан в коррупции вместе с депутатом Ждановым?..

Вместо ответа Цезарь задал вопрос:

- Теперь ты понимаешь, почему должен согласиться на моё предложение?

Адвокат размышлял с серьёзным видом: «На самом деле в этом есть смысл. Если коррупционные действия Жданова будут разоблачены в ходе этого разбирательства, для него это станет серьёзным ударом. Если при этом правильно использовать средства массовой информации, он может лишиться места члена парламента и даже попасть за решётку. Тогда мы выиграем суд Николая».

Ивон ни секунды не сомневался. Коррупция всегда была слабостью Жданова. Совместное хищение коррумпированных политиков обернётся бумерангом и вернётся к ним, ударив под дых. Цезарь, заметивший бурную мыслительную реакцию мужчины, улыбнулся и произнёс про себя:

- Тигрёнок клюнул на наживку.

Адвокат нахмурился. «О чём это он болтает?». Но Цезарь никак не отреагировал.

- Давай я провожу тебя в комнату.

- Комнату?

Удивлённый от услышанного Цезарь слегка кивнул и продолжил:

- Игорь, должно быть, оставил кое-какие важные документы в комнате. Всё остальное можно найти в библиотеке. Комната соединена с кабинетом, так что можешь ей пользоваться когда угодно.

- Погоди, - быстро прервал его Ивон, - У меня нет ни малейшего желания оставаться у тебя дома. Пришли документы ко мне домой, я изучу их и свяжусь с тобой.

На лице Цезаря появилось удивление, но адвокат сразу понял, что это был фарс.

- Ты, должно быть, шутишь? Если я пришлю тебе все материалы в твою крохотную комнатушку, ты будешь спать в коридоре.

По его тону создавалось впечатление, что он видел дом Ивона. А может быть, так оно и было. Внезапно подумав об этом, адвокат нахмурил брови. Хотелось надеяться, что Цезарь не продолжить разговор, который только подпитывал подозрительность мужчины.

- Поверить не могу, что ты живешь в подобной конуре уже семь лет. Почему ты не переедешь?

Несомненно, Ивон мог бы снять место получше за ту же арендную плату. Однако, у мужчины были свои на то причины.

- Потому что в каждом доме есть всего одна ванная комната.

Услышав ответ адвоката, Цезарь улыбнулся, хотя причина была просто нелепа.

- Разумеется.

«Большинство квартир имели совмещённые ванные комнаты с санузлами. Причина, по которой я ни разу не переезжал со своего прибытия в Россию, заключалась в том, что моё дружеское общение с бабушкой слишком дорого для моего сердца. Но и разделённая ванная с санузлом тоже была большим плюсом». Однако, Ивон точно не собирался объяснять это Цезарю.

- Разумеется нет.

Вместо подробного объяснения в ответ, Цезарь услышал лишь короткую фразу. Мужчина нахмурился.

- Нет?

В отличие от предыдущего раза, его удивление казалось реальным. Мужчина, который мог поспорить на любую тему, внезапно обнаружил, что есть то, чего он не знает. В то же время, Ивон не выглядел довольным. Может быть, Цезарь никогда бы об этом не узнал до конца своих дней. Испытывая горечь, адвокат вдруг вспомнил происшествие, случившееся пару лет назад. Тогда ванные в доме замёрзли от страшных морозов, и все жильцы ни на шутку запаниковали. Из-за этого старушке пришлось собрать деньги с арендаторов и построить ещё одну общую ванную с туалетом. Совмещённая ванная комната с санузлом, где поддерживалась стабильная температура круглый год, не замерзала в холодную погоду. Однако, когда наступали холода, все жильцы были вынуждены выстраиваться в очередь и ждать свой черёд. Вспоминая об этой ванной, где периодически случались несчастные случаи и поломки, Ивон призадумался: «Хорошо, что ещё не похолодало».

- Тогда я буду приезжать работать сюда. Оставь материалы.

- Собираешься ездить в такую даль?

Цезарь переспросил снова. Адвокат коротко кивнул и встал.

- Буду приезжать как на работу, с девяти до пяти. С тебя обед, - добавил Ивон, поставив простое условие, - Вернусь завтра. Всего хорошего.

После быстрого прощания, Цезарь посмотрел на него.

- Я не могу забирать тебя каждый день, - произнёс он с полуприкрытыми глазами.

Ивон ответил с невозмутимым видом:

- Не беда. Доеду на трамвае.

На мгновение на лице Царя промелькнуло странное выражение.

- Мне жаль, к моему порогу не ездит ни один трамвай. Если хочешь, распоряжусь установить станцию специально для тебя.

- Обойдусь. Сам разберусь, не переживай.

Пока Ивон говорил, мужчина слегка пожал плечами. Как будто всем своим видом он показывал, что для него нет ничего невозможного. Адвокат невыразительно взглянул на него, резко развернулся и вышел из комнаты. Дворецкий, дежуривший у входа, поспешно последовал за ним, мельком взглянув в закрывающуюся дверь.

Цезарь достал сигару из хьюмидора и слегка улыбнулся.

- Алло… что…?

- Ох, что-то происходит, приходите скорее! - сказал Николай в спешке.

Ивону показалось, что мужчина был готов разрыдаться в любой момент. Прежде чем он успел спросить в чём дело, в трубке послышался крик:

- Завод закрывают!

В мгновение ока все мускулы на теле мужчины напряглись.

- Завод закрывают? Что вы имеет ввиду?!

Ступор от услышанного долго не продлился. Понимая причину такого стечения обстоятельств, он быстрым движением руки снял пальто с вешалки и сказал:

- Уже бегу! – произнеся это, Ивон бросил трубку.

Ничего подобного не должно было произойти. Второпях сбегая по лестнице, перепрыгивая через две или же три ступеньки за раз, он молился, чтобы всё обошлось. Хотя он лучше других понимал, что сложившаяся ситуация не предвещала ничего хорошего. Интуиция ни разу его ещё не подводила. Возможно, такая сильная интуиция была связана с чутьём человека, который повидал больше горя нежели радости.

Затуманенным взглядом Ивон уставился на завод, где творилось невесть что, сопровождающееся криками людей и разразившимся гомоном. Ворота завода были плотно закрыты. Написанное крупными буквами красными чернилами слово «закрыто» никак не могло ускользнуть от внимания. Но времени на это сейчас совершенно не было. Мужчины в опрятных костюмах рассредоточились по всей территории, они что-то кричали и подбегали к Николаю и его работникам, нещадно толкая и нападая на них. Даже беременную жену Николая, которая стояла на охране кабинета, потащили в сторону и толкнули ко всем.

С самого утра Ивон не мог сосредоточиться из-за возникшего чувства тревоги. Мужчина заварил себе чай в надежде привести мысли в порядок, вышел из кухни, как в этот момент зазвонил телефон. Звонок был от Николая. Сейчас на заводе разгар рабочего дня, так что же могло случиться? Адвокат ответил на звонок, но дурное предчувствие не покидало его.

- Алло… что…?

- Ох, что-то происходит, приходите скорее! - сказал Николай в спешке.

Ивону показалось, что мужчина был готов разрыдаться в любой момент. Прежде чем он успел спросить в чём дело, в трубке послышался крик:

- Завод закрывают!

В мгновение ока все мускулы на теле мужчины напряглись.

- Завод закрывают? Что вы имеет ввиду?!

Ступор от услышанного долго не продлился. Понимая причину такого стечения обстоятельств, он быстрым движением руки снял пальто с вешалки и сказал:

- Уже бегу! – произнеся это, Ивон бросил трубку.

Ничего подобного не должно было произойти. Второпях сбегая по лестнице, перепрыгивая через две или же три ступеньки за раз, он молился, чтобы всё обошлось. Хотя он лучше других понимал, что сложившаяся ситуация не предвещала ничего хорошего. Интуиция ни разу его ещё не подводила. Возможно, такая сильная интуиция была связана с чутьём человека, который повидал больше горя нежели радости.

Затуманенным взглядом Ивон уставился на завод, где творилось невесть что, сопровождающееся криками людей и разразившимся гомоном. Ворота завода были плотно закрыты. Написанное крупными буквами красными чернилами слово «закрыто» никак не могло ускользнуть от внимания. Но времени на это сейчас совершенно не было. Мужчины в опрятных костюмах рассредоточились по всей территории, они что-то кричали и подбегали к Николаю и его работникам, нещадно толкая и нападая на них. Даже беременную жену Николая, которая стояла на охране кабинета, потащили в сторону и толкнули ко всем.

- Дядюшка Николай!

Ивон спешно приближался к нему, пока не увидел, как он вскрикнул и повалился оземь. Николая ударили по лицу и из носа потекла струйкой кровь. Мужчина сел, не в силах подняться. Адвокат незамедлительно запротестовал:

- Что вы творите?!

Мужик, ударивший Николая, всего лишь посмотрел на Ивона, и вместо того чтобы объясниться, попытался ударить и его. Среагировав в последнюю минуту, адвокату удалось увернуться от приближающегося удара. За ним тотчас последовал и следующий, но кулак так и не достиг своей цели. С какой стороны не посмотри, эти мужчины не выглядели как бандиты. Если, Ивон, не дай бог, ударит гражданского, его будут ожидать печальные последствия. Прежде всего, не мешало бы разобраться в ситуации до конца.

- Ты ещё кто, гадёныш? – мужчина громко прокричал Ивону, попутно выкрикивая оскорбления и собираясь снова его толкнуть.

- Я адвокат господина Николая. И что с того? Лучше скажите-ка мне, кто вы, чёрт подери, такие?

Говоря, что он адвокат, мужчина намеренно сделал паузу. Но на лице оппонента не было и тени стыда. Напротив, мужчина ясно показал выражение злобы на своём лице и сказал:

— Это приказ мэра. Немедленно закрывайте свой завод!

С запозданием до Ивона дошло, что люди перед ним являлись городскими чиновниками.

- Не думаю, что у депутата Жданова есть подобные полномочия. Разве это не настолько очевидно, что произвольно закрывать завод, находящийся всё ещё в стадии судебного разбирательства, незаконно? Я позвоню в полицию.

- Без понятия, это приказ. Так что, давай, свали по-быстрому! – прикрикнул мужчина, суя смятые документы адвокату.

Сделав шаг назад и пробегая глазами по содержимому документов, лицо Ивона непроизвольно исказилось.

- Ох, что там? Что там такое? Документ действителен?

На настойчивый вопрос Николая Ивон, бледнея, без колебания ответил:

- Да… - голос вышел хриплым, словно что-то застряло в голосовых связках, - Действительный…

Последовал скрежещущий звук отключения заводского оборудования. Повсюду начались драки между рабочими, которые пытались прорваться на территорию завода и мужчинами в костюмах. Эхом раскатывались крики, принадлежащие работникам. Ивон закусил губу, держа в руках злосчастный документ. Судебной ошибки быть не могло. Ивон был не в силах сделать что-либо в сложившийся ситуации.

С самого утра Ивон не мог сосредоточиться из-за возникшего чувства тревоги. Мужчина заварил себе чай в надежде привести мысли в порядок, вышел из кухни, как в этот момент зазвонил телефон. Звонок был от Николая. Сейчас на заводе разгар рабочего дня, так что же могло случиться? Адвокат ответил на звонок, но дурное предчувствие не покидало его.

- Алло… что…?

- Ох, что-то происходит, приходите скорее! - сказал Николай в спешке.

Ивону показалось, что мужчина был готов разрыдаться в любой момент. Прежде чем он успел спросить в чём дело, в трубке послышался крик:

- Завод закрывают!

В мгновение ока все мускулы на теле мужчины напряглись.

- Завод закрывают? Что вы имеет ввиду?!

Ступор от услышанного долго не продлился. Понимая причину такого стечения обстоятельств, он быстрым движением руки снял пальто с вешалки и сказал:

- Уже бегу! – произнеся это, Ивон бросил трубку.

Ничего подобного не должно было произойти. Второпях сбегая по лестнице, перепрыгивая через две или же три ступеньки за раз, он молился, чтобы всё обошлось. Хотя он лучше других понимал, что сложившаяся ситуация не предвещала ничего хорошего. Интуиция ни разу его ещё не подводила. Возможно, такая сильная интуиция была связана с чутьём человека, который повидал больше горя нежели радости.

Затуманенным взглядом Ивон уставился на завод, где творилось невесть что, сопровождающееся криками людей и разразившимся гомоном. Ворота завода были плотно закрыты. Написанное крупными буквами красными чернилами слово «закрыто» никак не могло ускользнуть от внимания. Но времени на это сейчас совершенно не было. Мужчины в опрятных костюмах рассредоточились по всей территории, они что-то кричали и подбегали к Николаю и его работникам, нещадно толкая и нападая на них. Даже беременную жену Николая, которая стояла на охране кабинета, потащили в сторону и толкнули ко всем.

- Дядюшка Николай!

Ивон спешно приближался к нему, пока не увидел, как он вскрикнул и повалился оземь. Николая ударили по лицу и из носа потекла струйкой кровь. Мужчина сел, не в силах подняться. Адвокат незамедлительно запротестовал:

- Что вы творите?!

Мужик, ударивший Николая, всего лишь посмотрел на Ивона, и вместо того чтобы объясниться, попытался ударить и его. Среагировав в последнюю минуту, адвокату удалось увернуться от приближающегося удара. За ним тотчас последовал и следующий, но кулак так и не достиг своей цели. С какой стороны не посмотри, эти мужчины не выглядели как бандиты. Если, Ивон, не дай бог, ударит гражданского, его будут ожидать печальные последствия. Прежде всего, не мешало бы разобраться в ситуации до конца.

- Ты ещё кто, гадёныш? – мужчина громко прокричал Ивону, попутно выкрикивая оскорбления и собираясь снова его толкнуть.

- Я адвокат господина Николая. И что с того? Лучше скажите-ка мне, кто вы, чёрт подери, такие?

Говоря, что он адвокат, мужчина намеренно сделал паузу. Но на лице оппонента не было и тени стыда. Напротив, мужчина ясно показал выражение злобы на своём лице и сказал:

— Это приказ мэра. Немедленно закрывайте свой завод!

С запозданием до Ивона дошло, что люди перед ним являлись городскими чиновниками.

- Не думаю, что у депутата Жданова есть подобные полномочия. Разве это не настолько очевидно, что произвольно закрывать завод, находящийся всё ещё в стадии судебного разбирательства, незаконно? Я позвоню в полицию.

- Без понятия, это приказ. Так что, давай, свали по-быстрому! – прикрикнул мужчина, суя смятые документы адвокату.

Сделав шаг назад и пробегая глазами по содержимому документов, лицо Ивона непроизвольно исказилось.

- Ох, что там? Что там такое? Документ действителен?

На настойчивый вопрос Николая Ивон, бледнея, без колебания ответил:

- Да… - голос вышел хриплым, словно что-то застряло в голосовых связках, - Действительный…

Последовал скрежещущий звук отключения заводского оборудования. Повсюду начались драки между рабочими, которые пытались прорваться на территорию завода и мужчинами в костюмах. Эхом раскатывались крики, принадлежащие работникам. Ивон закусил губу, держа в руках злосчастный документ. Судебной ошибки быть не могло.

Ивон был не в силах сделать что-либо в сложившийся ситуации.

- Ааа! – из толпы борющихся мужчин, раздался тонкий женский голосок.

Оглядевшись, адвокат увидел жену Николая, хватающуюся за живот. Успев только бросить взгляд на Николая, он увидел, как мужчина зажал свой кровоточащий нос и ринулся к ней.

- Анна, дорогая!..

- Анна, вы в порядке?!

Ивон поспешил в сторону женщины, заметив, как она моргала широко распахнутыми глазами на безжизненном лице. Создавалось ощущение, что женщина вот-вот потеряет сознание.

- Дорогой, малыш!..

В одно мгновение, и Ивон и Николай устремили свои взгляды на женщину. Только тогда Анна поняла, что её одежды промокли насквозь. У неё отошли воды!

(...)

Раздался плач новорождённого малыша, родившегося раньше срока. Николай продолжительное время вглядывался в крошечное тельце, которое едва ли умещалось в ладони взрослого мужчины.

- Вы большие молодцы.

Сопереживая больному виду своей жены, Николай осторожно взял её за руку. Ивон безмолвно наблюдал развернувшуюся картину со стороны. Покинув палату после поздравлений, Николай казался ещё более изнурённым чем когда-либо.

- Дядюшка.

Ивон взял мужчину за плечо, подбадривая его.

- Я проведу тщательное расследование, и мы подадим апелляцию. Судебное разбирательство всё ещё продолжается и такое поведение является прямым злоупотреблением власти со стороны законодательного органа. Если эту ситуацию придать огласке, это найдёт отклик у присяжных.

- Да, хорошо… - голос Николая всё ещё звучал слабо.

Только адвокат собирался заговорить, как Николай перебил его и заговорил первым:

- Я хорошо понимаю, что вы имеете ввиду. И прекрасно знаю, как вы усердно трудились всё это время. Без сомнений, я должен быть сильным. С появлением малыша на этот свет, я не могу просто так отсиживаться. Мы просто обязаны выстоять и победить, - произнёс Николай немного дрожащим голосом.

- Будет трудно.

Николай прикрыл глаза руками. Ивон задался вопросом как долго огрубевшие и шершавые ладони будут прикрывать влажные глаза. Он не знал, как вести себя в такой ситуации. Не зная каких слов подобрать, адвокат молча положил руку на плечо мужчины. В коридоре слышался звук приближающихся и отдаляющихся шагов. Ивон просто стоял неподвижно и наблюдал со стороны за отчаяньем Николая, и ничем не мог ему помочь.

В комнате воцарилась гробовая тишина. Адвокат сидел на кровати, не шевелясь, уже несколько часов к ряду. Сколько бы он не думал о возникшей проблеме, выход напрашивался лишь один. Сделав глубокий вдох, он встал, прежде чем бы успел передумать. Мужчина направился к мусорному ведру. Настроение оставляло желать лучшего. Не найдя другого выхода, кроме как обрыскать всё в ведре, он внезапно нахмурился. Ивон вспомнил, что выбросил мусор еще ранним утром. Лицо адвоката тут же помрачнело.

- Чтоб тебя!

Ивон со злостью пнул мусорное ведро. Какого хуя он натворил? Из горла вырвался крик полный боли. Закрыв глаза и испустив обжигающий вздох в потолок, он решил собраться с мыслями и придумать что-то другое.

С огромным трудом найдя визитку в стопке документов на столе, он набрал номер и нажал на кнопку вызова быстрее, чем успел посмотреть на экран телефона. На мгновение в голову пришла мысль, что номер может оказаться недействительным. К облегчению, на другом конце раздался голос:

- Да, спасибо, что звонок. Вы дозвонились в приёмную секретарю…

Недолго помолчав, Ивон сказал:

- Это адвокат, мы уже с вами встречались. Я хотел бы поговорить с господином Цезарем.

У Людмилы на мгновение спёрло дыхание, и позабыв все слова из своего скрипта, она в спешке нажала кнопку переключения на другую линию. Раздался монотонный звук, и через некоторое время в трубке послышался голос, который Ивон так ожидал услышать:

- Что случилось с номером, который я дал тебе? Я удивлён, что ты звонишь прямо в офис, - абсолютно не удивлённо произнёс Цезарь с сарказмом.

По его тону было понято, что он уже догадался, что Ивон избавился от записки. Адвокат повернулся на месте, ничего не ответив.

- Я приму твоё предложение. Но только если это не связано с убийством или же чьей-либо смертью.

Мужчина почувствовал сквозь телефон, как Цезарь тихо рассмеялся.

- Я пришлю за тобой машину завтра.

Только Ивон подумал, что разговор уже окончен, как Цезарь, спохватившись, добавил:

- Не волнуйся, в этом нет ничего противозаконного.

После этих слов, звонок действительно прервался. Ивон взглянул на экран своего мобильного телефона и испустил дрожащий вздох. Выбор был сделан. Теперь, всё, что оставалось – это начать действовать.

- Как бы то ни было, вы, единственные, кому надоест эта волокита.

Николай смотрел в след удаляющейся фигуре Жданова, и тогда Ивон сказал с весьма серьёзным видом:

- Вы, ни в коем случае, не должны сейчас сдаваться. Я не упоминал этого ранее, но суд – это затяжная борьба, чтобы посмотреть кто продержится дольше всех. Крепитесь! У вас ещё скоро родится сын.

Жена Николая на позднем сроке беременности с нетерпением дожидалась результатов дома. Ивон с радостью на сердце наблюдал, как после сказанных им слов, Николай, преодолевая трудности, вновь обретал уверенность духа, думая о своей любимой жене и нерождённом малыше.

- Не хотите поужинать с нами? Жена будет рада, если вы составите нам компанию.

На приглашение Николая, Ивон лишь замотал головой.

- Простите. Мне нужно разузнать кое-какие вещи к предстоящему слушанью.

- Из-за меня у вас столько хлопот. Мне правда жаль.

На безжизненном лице адвоката вспыхнула нарочитая улыбка.

- У адвокатов всегда много работы. Это не имеет к вам никакого отношения.

Слегка похлопав его по плечу, Ивон с Николаем покинули здание суда. Непроизвольно оглянувшись по сторонам, адвокат обнаружил нечто неожиданное. На краю тротуара был припаркован семейный седан. Мужчина заговорил, оборачиваясь на Николая:

- Дядюшка, не возражаете если я вернусь домой сам? У меня вдруг появились кое какие дела.

Николай одобрительно кивнул, не произнеся ни слова.

- Вы делаете неимоверную работу.

- Прошу, не говорите таких вещей.

Ивон с горькой улыбкой на губах обменялся с мужчиной лёгкими объятьями и направился прямиком к припаркованному седану. Тем временем, Николай развернулся к нему спиной и поспешил на трамвай. Не дожидаясь пока водитель седана выйдет, мужчина сам отворил дверь и проскользнул в салон машины. После этого, авто тут же тронулось с места. Запах табака, с которым Ивон был уже неплохо знаком, разносился по салону. Посмотрев в сторону, Ивон увидел, как Цезарь вынимает изо рта длинную сигару.

- Выглядишь уставшим.

- Это было долгое слушанье.

Ивон даже не помнил, как отключился на мгновение, когда заседание только началось. Он клевал носом почти целый день. Такова рода усталость была неизбежна для него. В отличии от Жданова, за спиной которого стояла огромная иностранная юридическая фирма, у Николая был только он. Конечно же, Николай тоже усердно трудился, помогая по хозяйству, но в конце концов большую часть работы выполняли лишь они двое. Вполне естественно чувствовать усталость при таком графике. Ивон непроизвольно вздохнул, устраиваясь поудобнее на кожаном сидении седана, которое было комфортнее нежели его собственная кровать.

- У меня есть к тебе просьба.

Закатив глаза, Ивон отвёл взгляд.

- Я щедро заплачу.

- Делами мафии не занимаюсь.

Цезарь удивлённо моргнул, будто ответ, незамедлительно последовавший без единого колебания, застал его врасплох.

- Сразу категоричный отказ. Разве даже не интересно?

Ивон уставился вперёд.

- Нет – значит нет.

Цезарь небрежно сунул сигару в рот. Табачное изделие медленно тлело по мере затяжки, выбрасывая красноватые язычки пламени. Неспешно смакуя сигару, мужчина продолжил:

- Судебный процесс, похоже, затягивается.

По салону автомобиля проплыла тонкая струйка дыма. Цезарь добавил:

- Разве не хочешь доказательства, что в миг закроют этот судебный процесс?

Услышав спокойно заданный вопрос, Ивон тотчас повернулся в сторону собеседника. Серебристо-серые глаза глядели на него из-под едва прикрытых век и казались уже до боли знакомыми. Этот взгляд так и выпрашивал сделку. Адвокат приподнял брови с подозрением. Цезарь оглядел его.

- Считай, всё, что было до этого – дробовик. Сейчас я предлагаю тебе базуку.

Мужчина намеренно сделал паузу, а затем неспеша добавил:

- Если примешь моё предложение, то выгода тебя стороной не обойдёт.

Теперь Ивону было трудно вымолвить и слово. Он просто смотрел на Цезаря, подозрительно нахмурившись. Цезарь дразнил его*. Адвокат закусил губу. Ему точно не хотелось врать, хотя бы самому себе. Благодаря доказательствам, которые предоставил Цезарь, судебный процесс еле продвинулся вперёд. И этим фактом были хорошо осведомлены обе стороны. И, судя по имеющемуся опыту, «базука», о которой ныне упоминал Цезарь, не шла ни в какое сравнение с тем, что он предоставлял ранее. Без того было ясно, что это доказательство станет решающим в судебном процессе. Но при нынешних обстоятельствах, Ивон все ещё держал рот на замке.

*Тут дословно «Цезарь размахивал огромным куском тунца перед оголодавшим котом».

Спокойно поднося сигару ко рту, Цезарь промолвил:

- Разве этот выбор не проще, чем быть съеденным львами либо же быть захороненным заживо?

Сквозь густой табачный дым, мужчины смотрели на друг друга, сохраняя молчание.

Вдруг машина подъехала к дому, в котором жил Ивон. Авто медленно притормозило и остановилось.

- Я подумаю.

Цезарь вытащил из кармана маленькую бумажку и вложил её в карман пальто Ивона. Дверь заднего сидения открылась со щелчком. Адвокат мгновение помедлил, затем тотчас взял свой портфель и развернулся.

- Погоди.

За спиной раздался голос, и Ивон невольно повернулся в его сторону. Улыбаясь, Цезарь сунул в рот тлеющую сигару.

- Даже не поцелуешь на прощание?

Ивон уставился с безразличным видом на Цезаря, который смотрел на него с распростёртыми объятьями.

- Не будь столь наивен, - произнеся это холодным тоном, мужчина незамедлительно покинул салон седана.

За спиной раздался хохот. Ивон достал записку из кармана и хотел было её демонстративно выбросить, но автомобиль уже успел уехать. Он нахмурил брови и посмотрел вслед уезжающей машины. Смятая бумажка всё ещё была у него в ладони. Адвокат хотел бросить её на землю, но только подумав об этом, он по непонятной причине заколебался. Простояв какое-то время неподвижно, Ивон вернул записку в карман и направился в сторону своего дома, испытывая до невообразимости смешанные чувства, чем когда-либо.

- Проходи.

Убирая со стола, старушка заметила его через окно и поспешила отворить ему дверь. Ивон привычно растянулся в улыбке и поцеловал женщину в обе щеки.

- Я вернулся.

- Хорошо. Уже время ужина. Иди мой руки и спускайся за стол. Сегодня будет плотный ужин.

Адвокат был хорошо осведомлён о финансовых трудностях и поэтому посмотрел на старушку заинтересовано. Женщина добавила:

- Жена Николая прислала тебе свинины в знак благодарности.

Ивон молча посмотрел на неё. Старушка продолжила печь хлеб, поглощённая полностью этим занятием.

- Николай сказал, что в случае проигрыша он останется на улице и не будет знать, как жить дальше. Я сказала ему, что он шибко сильно переживает. Ведь, Ивончик лучший адвокат в России, нет, в мире, поэтому вы обязательно выиграете этот суд. Разве я не права?

Женщина повернула голову и посмотрела прямо на Ивона. В её взгляде отчетливо читалась непоколебимая уверенность. Адвокат неловко улыбнулся, но ответить не смог.

Он неторопливо поднимался по скрипучей лестнице. Войдя в свою комнату, он сразу же уселся на кровать, не снимая пальто. Недолго поколебавшись, мужчина сунул руку в карман и достал записку. На бумаге был незнакомый номер. Посмотрев на него, он выбросил клочок бумаги в мусорное ведро.

- Отдохни маленько.

Старушка принесла домашнее печенье и чай и поприветствовала мужчину. Адвокат поспешно встал и взял в руки поднос, но ему было некуда его поставить. Озадаченно оглядев все поверхности, заваленные бумагами, канцелярскими принадлежностями и книгами, женщина цокнула. Предчувствуя, что недовольство старушки вот-вот просочится наружу, Ивон лишь пожал плечами. Но женщина только огляделась по сторонам и не проронила ни слова.

- Куда это поставить? - указывая на кровать, которая так же была завалена документами, спросила она.

Ивон уже запомнил местонахождение и содержание каждой бумажки, поэтому кротко кивнул.

- Да, можно сюда, если подвинуть бумаги.

Старушка аккуратнее чем обычно отодвинула стопки документов. С трудом найдя место для подноса, Ивон облегчённо вздохнул и посмотрел на неё.

- Спасибо.

Свежеиспечённое печенье было далеко не самой идеальной формы.

- Ещё много осталось? – спросила Ивона женщина, который взял печенье и кинул его в рот.

Адвокат отхлебнул горячего чая и сглотнул остатки печенья прежде, чем ответить.

- Процесс подготовки занимает довольно много времени. Тем не менее, я с нетерпением жду предстоящего заседания.

- Николай, должно быть тоже сильно устал.

В подтверждение слов старушки, мужчина кивнул.

- Большинство людей устают уже в процессе подготовки к слушанию и из-за этого проигрывают.

До вынесения судебного решения было ещё далеко. Жданов действительно мог сделать свой последний ход. Ивон попал в точку с очевидными доказательствами, предоставленными на заседание, но решение суда всё ещё оставалось непредсказуемым для обеих сторон.

«Мне нужно что-то, что убедит судью принять нашу сторону». Мужчина задумчиво жевал печенье с серьёзным видом. На ум пришёл лишь один человек. Цезарь.

В конце каждого слушанья, этот мужчина появлялся и предоставлял необходимые улики и неоспоримые доказательства. Каждый раз. Одно за другим. Его действия уже вошли в привычку и заставляли Ивона с нетерпением ждать следующего заседания. Несмотря на то, что это было действительно круто, факт оставался фактом. Только Цезарь мог привести веские подтверждения коррумпированности и некомпетентности Жданова.

Главная проблема заключалась в том, что это было не задарма.

«Всё в этом мире имеет свою цену. Осознание этого пришло ко мне с опытом бесчисленного повторения похожих ситуаций».

Ивон вновь принялся самостоятельно искать местонахождение уволенной секретарши Жданова, о которой упоминал Цезарь. Она уже успела уехать заграницу, но члены её семьи недвусмысленно дали понять, что между ней и Ждановым была какая-то договорённость. Только используя это, чтобы копнуть немного глубже, можно было бы получить обстоятельные доказательства взяточничества.

Однако…

Даже после того, как он бегал по всем возможно причастным свидетелям пока у него не подкосились ноги, он так и не смог найти решение по делу Николая, не прибегая к помощи извне. Говорят, чемпионов сбивают джебом*, но удар не работает сам по себе. Одним джебом бой не выиграешь.

* Джеб — один из основных видов ударов в профессиональном боксе. В отличие от классического прямого, джеб – «локтевой» удар, который имеет очень незначительный импульс силы и строится исключительно на скорости и точности движений. Он принадлежит к числу «дальнобойных» ударов и наносится из выпрямлённой стойки разгибанием локтя вытянутой вперёд левой руки.

«Мне нужно нанести последний удар», - подумав об этом, Ивон снова нахмурился.

Цезарь поднял голову, услышав стук в дверь. Людмила вошла со странным видом и доложила:

- К вам посетитель…

Мужчина вдруг вспомнил потрясённый смешок, прозвучавший накануне, и затихающий неуверенный голос. Посмотрев за спину женщины, Цезарь обнаружил гостя с сияющим лицом, который интенсивно ему замахал.

- Привет, братец.

Это был Дмитрий. Он подошёл прямо к Цезарю, который просто молча смотрел на него, и улыбнулся своей обычной улыбкой.

- Твой взгляд полон разочарования. Ожидал увидеть кого-то другого?

Людмила сделала шаг назад и взглянула на выражение лица Цезаря, но не смогла отметить, что оно отличалось от его обычного выражения. Как только женщина покинула кабинет и закрыла за собой дверь, Цезарь заговорил:

- В чём дело? Ты даже не предупредил.

- А я разве оповещал тебя когда-нибудь о своём приходе?

Расслабленно сидя на длинном диване и беря в руки сигарету, Дмитрий посмотрел на Цезаря. Как и у многих людей, его кабинет совмещал в себе и приёмную. Мало кто осмеливался заявиться к Царю вот так и рассесться перед ним.

Дмитрий всегда заваливался к Цезарю подобным образом, считая, что он для него «особенный». Он всегда заставлял мужчину хмуриться от своевольного поведения, но никогда не нёс за это наказание. Но сегодня всё было иначе.

- С этого момента назначай встречу. Как видишь, я занят.

- Если тебя не будет, то поразвлекаюсь с Людмилой.

- Тогда ей встречи и назначай.

Дмитрий уже было собирался затянуться сигаретой, как вдруг остановился и посмотрел на него. На лице Цезаря явно проступила некая озадаченность, но мужчина продолжал говорить с безразличием.

- У меня назначена встреча.

- Что? С каких пор? Ты же свободен сегодня.

Дмитрий махнул сигаретой в его сторону. Вместо ответа, Цезарь лишь скорчил гримасу, посмотрев на дверь.

- Это не Людмила.

Цезарь сразу же взглянул на телефон.

- Я же сказал тебе не подслушивать.

На спокойный голос Дмитрий отреагировал соответствующе:

- Шпионить за тобой – радость всей моей жизни.

Цезарь встал, не произнеся ни слова. Поиск и устранение подслушивающих устройств Дмитрия уже стало повседневной рутиной.

«Если уберу их, он установит их снова. Ничего не остаётся кроме как оставить всё как есть». Мужчина смирился, что КГБ проникло уже довольно глубоко, и молча накинул пиджак.

- Бросаешь меня? – миленько спросил мужчина ростом более 190 сантиметров.

Однако, это не прокатило. Цезарь невозмутимо погладил его по голове рукой и покинул кабинет. Дмитрий пожал плечами и дотронулся рукой до своих растрёпанных волос, но не последовал за ним.

Людмила смотрелась в зеркальце и аккуратно подкрашивала себе губы помадой, как вдруг резко подскочила, испугавшись неожиданного появления Цезаря, который выходил из своего кабинета. От резкого движения рука дёрнулась, и красная помада вышла за контур губ. Мужчина миновал её, не одарив и взглядом.

Юрий стоял возле седана, ожидая появления Царя. Только завидев его на горизонте, он подбежал к нему и что-то доложил, на что Цезарь кивнул. Лёгкая улыбка озарила лицо мужчины, как только он взглянул на часы у себя на запястье.

Пришло время кормёжки голодного тигрёнка.