В начале констатация: пространство, контролируемое Киевом – это пространство полного «социального обнуления». Там нет нормальных, что в нашем, российском, что в классическом западном понимании социальных институтов. Главный социальный лифт – нац/тербаты и связанные с ними политтусовки. Социальное раскассирование началось сразу после ПЕРВОГО майдана и, собственно, привело ко второму. Что такое социальная структура общества? Это, прежде всего, система социальной референтности. Проще говоря, «рамка», в который обычный человек соотносит наблюдаемую реальность с понятиями «добра» и «зла». Если нет «рамки», то….

Систему социальных институтов заменил всепоглощающий украинский «политикум», слава Богу, не состоявшийся в России. Но на Украине ондостиг совершенно феерических масштабов. С одним знакомым году в 2014 или 2015 пытались сосчитать, у нас получилось около 1,5 миллиона активных «голов» в политикуме на разных уровнях. Но 40-42 на тот момент миллиона населения. В России миллиона не насчитали.

А дальше начинается чистая политтехнология, когда естественная социально-этическая референтность, исторически обусловленная для данного общества или даже территории, как Украина (единая общность-общество, там так и не сложилась, об этом уже никто не спорит), заменяется системой «симулякров». У нас в России в симулякры тоже любят играться, но они при наличии каких-никаких реальных социальных и политических институтов, находятся в стороне от общества, слабо, в действительности, влияя на поведение людей. А что общество их терпит, то исключительно из нежелания расстраивать начальство.

На Украине симулякры заполняют все пространство жизни рядового украинца. И, что самое главное, - они не политические, они – социально-нравственные. Смотрите, просто задаем вопросы:

- А какая главная религия на Украине? Да, президенты там клянутся на ПересопницкоеЕвангелие - памятник украинской письменностиXVI века. Оставим в стороне вопрос о его подлинности. Просто скажем, что Евангелие это – православное. Является ли Православие, даже не в каноническом, но в классическом понимании главной религией Украины? Едва ли. Скорее, мы являемся свидетелями конструирования некоего новой религиозной структуре, - не просто нового униатства, но униатства с измененной теологической базой, в принципе, как минимум, допускающей сатанизм. Кстати, а какой религии сам Зеленский? Помнится «пассажир» этого поезда в Ад допускал странные шуточки про «секретики»….

Нет, Зеленский, конечно, не ересиарх (хотя, не удивлюсь, что хочет очень им быть). И Коломойский – не ересиарх. Он - «кошелек», причем тоже лишенный моральных ориентиров. Но нечто подобное на Украине точно есть. Поскольку в условиях разрушения нравственной рамки и на фоне традиционного украинского мистицизма, фактическое безбожие не могло не рождать запроса на Антихриста.

- А какая партия является правящей на Украине?Вообще смешной вопрос. Многопартийная система, где можно административным решением распустить любую партию, даже формально парламентскую, - не просто симулякр, но «король симулякров». И. вы будете смеяться, этот симулякр готовиться провести выборы. И они – в этом нет сомнений – будут признаны Западом как образцовые. Отмечу на полях: когда украинские политики говорят, что Украина для Запада полигон, то они не лукавят, но недоговаривают. Это не только полигон для испытания боевой техники, но и полигон для социальных технологий, которые потом вполне могут быть применены и в той же Европе.

- А какая на Украине экономическая база? До начала СВО это было относительно понятно – трофейная экономика с раздербаниванием или использованием на «износ» остатков созданной в советское время промышленности. Что тоже – большой «симулякр», причем очень, как выяснилось, дешевый. Проблема в том, что в условиях СВО он стал обременительным для Запада.

Кстати, если пользоваться методологией Л.Гумилева, то, что мы видим на пространстве все еще контролируемом киевским режимом, полностью соответствует его определению цивилизационной (этно-религиозной) химеры. Главная черта химеры - отсутствие потенциала развития, изменения. У химер не бывает будущего, даже если внутри присутствует некий пассионарный субстрат, который на Украине,очевидно, был – «днепровские» русскоязычные. И их Зеленский уничтожал в первой фазе конфликта с Россией с каким-то животным остервенением.

Собственно, если посмотреть на украинскую власть на данном этапе, то первый, почти эмоциональный вывод, приходящий в голову, - в рамках «тестового» социального конструирования происходит социально-политическая легализация не просто безответственности как формы поведения политического лидера, но возможности, чтобы у политического лидера полностью отсутствовали морально-этические принципы. Не то, чтобы в политике наличие таких принципов было критично, но все же…. Общество в нормальных условиях склонно соотносить не только «слова» и «дела», но и «дела» политика со своей «нравственной рамкой», с «добром» и «злом». Но это там, где эта «рамка» есть…..

Поэтому Зеленский, причем не только «биологический», тот самый, что играл причинным местом на рояле, но и «коллективной» лишивший Украину последних «обрезков» самостоятельности и самобытности, вполне себе политически успешен. Поэтому можно менять свою позицию хоть каждый день – от попыток выставить себя защитником русскоязычных до прямых гонений на них, когда мобилизационный потенциал пушечного мяса Восточной Украины был исчерпан.

Нынешний формат политической власти и политической системы на Украине можно было бы определить предварительно как морально-безответственный бонопартизм, но не в отношении внутренних сил и групп влияния (которые на сегодняшний день маргинализированы), а между внешними силами. Отсюда – и совершенно политически безумное стремление к «расславяниваю». И внешние кукловоды, и «коллективный Зеленский» понимают, что, если по окончанию военных действий, частью которых – это тоже уже очевидно – является внутриукраинская гражданская война, на остатках бывшей УССР сохранится хоть что-то реально славянское, то рано или поздно и традиционная для «славян» рамка «добра» и «зла» восстановится. Пусть даже и с «украинской» спецификой. Как это довольно быстро происходит на освобожденных и воссоединенных с Россией территориях.

Ну, и в завершении: ну, что мы все про Зеленского?

Посмотрим на Анну-Лену Бербок и попробуем найти десять отличий с Зеленским.

Почитал набирающую оборот истерику по поводу того, что это Газпром виноват в том, что на европейском рынке опять господствует ценовая» пила. Понятно, что это все устроил Путин, понятно, что Россия использует «газовое оружие» и т.п.Поправьте меня, если я не прав, но это уже третья подобная истерика, странным образом совпавшая с попыткой наших блистательных западных партнеров «взять паузу» после переговоров с Россией. То есть, просто «помахать руками после драки» оказалось мало. Отсюда два вывода:

- Во-первых, как грится, «удар прошел». Что делать с российской позицией американцы не очень понимают и как я говорил, «плана Б» у них не было. Спойлер: и пока не будет.

- Во-вторых, наиболее естественный ответ для американцев, - замутить очередную информационную манипуляцию. Потому, что так безопаснее, безответственнее и все под контролем. Нехай. Да, проиграем информационную войну, но дело не в этом.

Но дальше у меня начинаются крайне глупые вопросы. Вы знаете, я человек ленивый и дальше двух, ну, максимум, - трех кликов, если тема «не моя» не лезу. И ленивый профессор по должности в два с половиной клика выясняет следующее:

- В 2021 году «Газпром» поставил в Германию по контракту больше 50 млрд куб. м. Это почти на 5 млрд куб. м больше, чем в 2020 году? Который считался по уровню поставок, если не рекордным, то неплохим.

- Помимо ФРГ, «Газпром» поставил газа больше, чем за 2020 год в Италию, Турцию, Болгарию (этим-то за что?), Сербия (это – понятно, это – по делу), Дания, Финляндия, Польша (и даже так?! Удивленно спросил неугомонный профессор).

- Часть потребителей, в частности из Франции и Германии, по состоянию на декабрь 2021 года успели полностью выбрать все свои годовые контрактные объемы. Отмечу от себя – значит система долго- и среднесрочных контрактов вообще-то работает и работает неплохо.

Так, откуда же взялась «напряженность» на рынке?Опять же, но уже в полтора клика выясняется, что «Газпром» сократил спотовые продажи в Европу. Опять, поправьте меня, коллеги, если я неправ, но вся эта система перевода европейского газового рынка на спот – помимо естественного желания некоторых людей в Лондоне срубить по легкому немного денег – была изначально направлена на то, чтобы сократить долю Газпрома. А теперь выясняется, что Газпром должен, напротив, свою долю нарастить. Вычитал тут, не знаю, насколько точны цифры – не менее, чем на треть, увеличив уровень поставок в Европу. Это как понимать? Не просчитали возможный эффект? И в этом тоже Газпром виноват? В том числе в том, что в условиях кризиса «альтернативной энергетики» и спотовых поставок говорил о том, что одним из условий стабильного прохождения относительно (подчеркну! – относительно) холодной зимы будет запуск «Северного потока 2»? То есть, «Газпром» виноват в том, что честно и абсолютно на уровне экономической логики предупреждал европейцев? Я правильно понял? Иными словами, когда мама предупреждает сына «не есть каку», а сын ест и зарабатывает себе дизентуху, виновата мама, а не сын дебил?

Ух-ты! А что, так можно было?

Я предупреждал, я туплю.

И я даже сейчас не буду задавать глупый вопрос: куда делись танкера с американскими сланцевыми «молекулами свободы»? Понятно куда – в тоталитарный по мнению европейских правозащитников Китай и другие страны Азии, где и цены повыше, и покупатели повменяемее.

Задам два еще более глупых: а не кажется ли нашим европейским партнерам, что это и есть та самая «невидимая рука рынка», за торжество которой и демонополизацию рынка они так долго боролись?Просто зима оказалась холоднее, чем обычно.

И второй. А почему наши европейские партнеры думают, что они являются для России приоритетным рынком? В конечном счете, холодная зима – не только в Европе, но и в России. И нам наша рубашка точно ближе к телу. Особенно учитывая, что о холодной зиме предупреждали неоднократно. А еще намекали и тоже неоднократно, что на европейском рынке свет клином не сошелся. Ну, а «намекище» с программой газификации России не услышать мог только совсем слепоглухонемой. Опять – полтора клика и появляется цифра: на внутренний рынок «Газпром» в 2021 году поставил на 30 млрд куб. м газа больше, чем в 2020 м.

Может, нашим европейским партнерам надо было не играть в «борелевщину», основанную на простой уверенности, что Россия рано или поздно «прогнется», а просто просчитать все варианты обеспечения энергобезопасности, а не только те, которые политически нравятся?

Тем более, что вообще-то геоэкономическая ситуация складывается сильно не в пользу европейцев. Слишком много факторов неустойчивости рынка, если говорить серьезно. И главным из краткосрочных – становящийся слишком разросшегося и спекулятивного сегмента СПГ, борьба за который с азиатскими покупателями раскрутила маховик цен до астрономических уровней. А про долгосрочные и без меня много сказали.

Но Газпром-то здесь причем? Он-то цену держит.

И последний – контрольный – вопрос в голову. А кто сказал европейцам, что «Газпром» должен по первому требованию «на полусогнутых» бежать выправлять косяки самих европейцев в энергетике, особенно в условиях, когда европейцы даже в тяжелой для себя ситуации не способны отставить в сторону антироссийские настроения?

Я просто спросил.

Вот, к примеру, Петр Первый. Случайная фигура на троне, результат пресечения основной линии Романовых на Федоре Алексеевиче и интриг с объявлением его брата Ивана «дурачком». Но если отбросить это, то очевидно, что Петром Россия расплатилась за Раскол. Это же не просто вопрос о вере. Это была попытка модернизации, врезультате только обострившая вопрос о доверии общества, мiра к власти. Которая не захотела общество слушать. А как результат, - лютая во всех смыслах петровское ломание через колено страны. Потому, что власть уже не могла править страной, которая ей не верила. Власти понадобилась новая страна.

Цена петровской модернизации, и правда, была страшной. Целые области после Петра обезлюдели, народ в леса уходил, население податное сократилось. «Окно», конечно, прорубили, но элита перестала говорить (и понимать!!!) по-русски и более, чем на 80 лет воцарилась политическая нестабильность, а главными стали временщики.

Платой за «перелом» была и исключительно жесткая система крепостного права. Не рабство, но почти рабство. Который полностью противоречил укладу русской жизни и стал тормозом для экономического развития страны, заложив то отставание лет в 70, если не больше, когда не случилось пресловутого «первоначального накопления капитала». Но платой за петровский перелом была и пугачевщина, остановившая, к слову, натиск на Турцию и Австрию.

И – новый зигзаг, екатерининская «фальшь-модернизация» и новая попытка формирования меритократии. Ерунда, конечно. Заполнение вакуума, возникшего от деградации русско-немецкой постпетровской химеры, попытка выйти из нескончаемого кризиса власти. Та же самая власть временщиков, только доведенная до полного посинения (там династий больше осталось, но и они не стали аристократией – ко второй половине XIX века (меньше 70 лет) все эти роды аристократии «второго призыва» тоже выгорели (ну и упомянутые наполеоновские войны и здесь брешь пробили, но не это главное).

Деградация элитариев практически до первобытного состояния, превращение дворян в барчуков, неспособных даже на минимальное напряжение сил. Но и здесь важный момент: крестьяне окончательно стали вещью. Потому, что после Пугачевщины (а обделались элитарии тогда дюже крепко) разговаривать с общество стало окончательно невозможно. У элиты к обществу возникло явное отвращение. И пришлось делать людей вещами. А с вещами говорить и слышать их и вовсе необязательно.

Вот, где был цивилизацилонный перелом. С которым справится не смогли ни хитрец Александр Павлович (закон о вольных хлебопашцах от 1803 года), ни Николай Павлович, издавший в 1841 году Указ о запрете торговли крестьянами без земли, который игнорировали все, кому не лень. Элита уже отделяла себя не только от общества. Она хотела быть выше власти…

Екатерининская «фальшь-модернизация» замедлила отмену крепостного права лет на 30, а начальную фазу индустриализма – на 20 минимум. И расплатились мы, Россия, за нее не столько Крымской войной, хотя и ей тоже, сколько «разночинством». Вот это было страшно. Россия «сломалась» не на большевиках. Россия сломалась на разночинцах.

Если ценой меритократической модернизации является расширение социального раскола (вплоть до формирования «иной» культуры и «иного» языка, к чему, к слову, мы в «нулевые» были очень близки), то социально-экономическая модернизация перерастает в свою противоположность: в создание условий для раскола общества.

Успешная модернизация не бывает только экономической. Она бывает только социально-экономической, то есть предполагает вовлечение в процесс относительно широких масс людей. Даже если это модернизация «вширь», как модернизация Александра III, подарившая России 30 лет, которыми элита воспользоваться не смогла. Вот, действительно, где времени не хватило. Или модернизация Сталина, которая дала возможность выиграть Великую войну и шанс на ничью в «холодной». И, кстати, в тот момент, когда модернизация стала преимущественно технологической и экономической, утратив социальную направленность после Войны, советская власть почти сразу попала в системный кризис.

Меритократическая модернизация, даже если она и приводит к определенному движению вперед, всегда заканчивается расширением социального раскола и за нее приходится платить следующим поколениям.