В апреле 2026 года правительство России расширило программу ОМС: в неё включили несколько новых методов лечения онкологических заболеваний (Ведомости). Среди них — персонализированные мРНК-вакцины, пептидная вакцина «Онкопепт» для лечения колоректального рака, а также CAR-T-клеточная терапия.

Премьер-министр Михаил Мишустин заявил, что «речь идёт о препаратах, которые разрабатываются индивидуально под конкретного пациента и учат его иммунитет бороться с опухолью».

Новость вызвала волну публикаций с заголовками в духе «Россия победила рак». В реальности ситуация значительно сложнее. Чтобы в ней разобраться, нужно ответить на три вопроса: какие бывают «вакцины от рака», что из этого подтверждено доказательствами, и что реально можно сделать прямо сейчас.

Какие бывают «вакцины от рака»

Слово «вакцина» в контексте онкологии используется для двух принципиально разных вещей. Путаница между ними — главный источник недоразумений.

Вакцины, которые предотвращают рак (профилактические)

Это вакцины в классическом понимании: их вводят здоровым людям, чтобы предотвратить заболевание. Они направлены не против рака напрямую, а против вирусов, способных его вызывать.

• Вакцина от ВПЧ (например, Гардасил, Церварикс). Вирус папилломы человека (ВПЧ) вызывает подавляющее большинство случаев рака шейки матки. Вакцинация предотвращает заражение вирусом и, как следствие, развитие рака. Австралия запустила бесплатную школьную программу вакцинации в 2007 году. По данным 2024 Cervical Cancer Elimination Progress Report (опубликован в марте 2025), в 2021 году в стране не было зарегистрировано ни одного случая рака шейки матки среди женщин младше 25 лет. Страна движется к элиминации рака шейки матки к 2035 году.
• Вакцина от гепатита B. Хронический гепатит B может приводить к раку печени. Вакцинация снижает этот риск.

Что важно: обе эти вакцины одобрены FDA и EMA, входят в национальные календари прививок десятков стран. Если вы хотите защитить себя или своих детей от рака прямо сейчас доказанным способом — узнайте о вакцинации от ВПЧ.

Вакцины, которые лечат рак (терапевтические)

Это совершенно другой класс препаратов. Их вводят людям, у которых рак уже диагностирован. Цель — научить иммунную систему распознавать и уничтожать опухолевые клетки. Именно об этом типе идёт речь в российском инфоповоде.

Какие типы существуют: вакцины на основе дендритных клеток, пептидные вакцины, мРНК-вакцины (персонализированные), БЦЖ при раке мочевого пузыря (стандарт терапии >40 лет). Подробнее о каждом типе — в разделах ниже.

Provenge: единственная одобренная терапевтическая вакцина

FDA одобрила Sipuleucel-T (Provenge) в 2010 году для лечения метастатического кастрационно-резистентного рака простаты. В ключевом исследовании IMPACT (512 пациентов, фаза III) медианная общая выживаемость увеличилась на 4,1 месяца по сравнению с плацебо. Стоимость курса составляла $93 000.

Парадокс: препарат увеличивал выживаемость, но не уменьшал опухоль и не влиял на время до прогрессирования. В 2015 году компания-разработчик Dendreon обанкротилась. Вакцина была отозвана с европейского рынка по коммерческим причинам.

Что разрабатывается в мире

Moderna / Merck — mRNA-4157

Исследование KEYNOTE-942 (фаза IIb):157 пациентов с резецированной меланомой. мРНК-вакцина + пембролизумаб vs пембролизумаб.

При медиане наблюдения 5 лет (данные января 2026): снижение риска рецидива на 49%. Безрецидивная выживаемость 74,8% vs 55,6% при 2,5-летнем наблюдении.

Для специалистов: HR для RFS 0,510 (95% ДИ 0,294–0,887; p=0,0075). DMFS HR 0,384. Рандомизация против пембролизумаба позволяет оценить добавочный эффект вакцины к иммунотерапии; эффективность вне комбинации не изучена. Фазы III: меланома, НМРЛ.

BioNTech / Genentech — autogene cevumeran

Фаза I (Nature, 2025): 16 пациентов с раком поджелудочной железы. Иммунный ответ у 50%. У пациентов с ответом медиана безрецидивной выживаемости не достигнута при 3,2 годах наблюдения. 6 из 8 — без рецидива >3 лет.

Что происходит в России

Работы ведутся давно. НМИЦ онкологии им. Петрова занимается вакцинами более 25 лет. Две дендритные вакцины зарегистрированы как медицинские технологии с 2010 года. Но контролируемых рандомизированных исследований не проводилось.

При этом даже самые продвинутые международные программы находятся на стадии фазы III. Российские препараты включены в ОМС до завершения этого этапа: для них создан отдельный порядок регулирования, не совпадающий со стандартной схемой I–III. Клинические результаты не опубликованы.

Хронология

Более подробно обобщила данные по терапевтическим вакцинам в таблице.

Вакцины — не единственная надежда: что уже работает

Медийный шум создаёт впечатление, будто до «вакцин от рака» у онкологии не было эффективных современных методов. Это не так. За последние 15–20 лет произошла революция, и она уже применяется в клинической практике.

• Таргетная терапия. Иматиниб при ХМЛ превратил смертельный диагноз в хроническое заболевание. Трастузумаб при HER2+ раке молочной железы кардинально изменил прогноз. Осимертиниб при EGFR-мутантном раке лёгкого продлевает жизнь на годы.
• Ингибиторы контрольных точек. Пембролизумаб, ниволумаб, ипилимумаб — одобрены при десятках типов опухолей, сотни РКИ. Именно в комбинации с ними мРНК-вакцины показывают лучшие результаты. Важно: ингибиторы уже работают и без вакцины.
• CAR-T-терапия. Одобрена при некоторых лимфомах и лейкозах. Эффективность доказана в рандомизированных исследованиях.

Комбинации разных подходов.

Почему это так сложно

Каждая опухоль уникальна. Даже внутри одной опухоли есть клетки с разными мутациями. Вакцина может атаковать одну популяцию и не затронуть другую.

Опухоль подавляет иммунитет вокруг себя. Вакцина может «обучить» иммунитет, но обученные клетки будут подавлены в микроокружении опухоли.

Иммунный ответ ≠ клинический ответ. Многие вакцины вызывают T-клеточный ответ, но это не всегда означает уменьшение опухоли или увеличение продолжительности жизни.

Автор статьи: Полина Шило, врач-онколог, испольнительный директор Высшей школы онкологии

Телеграм-канал: https://t.me/clinresearch

Сайт: https://doc-shilo.ru/