Ксавье: С днём рождения тебя… С днём рождения тебя… С днём рождения… С днём рождения…

Ксавье: С днём рождения тебя.

Ксавье: Надеюсь… я не фальшивил? Я репетировал несколько дней подряд…

Ксавье: Хотя я уже сказал это, пока пел, всё равно хочу повторить. С днём рождения.

Ксавье: Судя по твоему лицу, у тебя сегодня хороший день?

Ксавье: …У меня что-то на лице?

Ксавье: А, это просто мука.

Ксавье: Наверное, попала на меня, когда я готовил твой подарок на день рождения.

Ксавье: Какой вообще может быть подарок с мукой…?

Ксавье: Думаю, тебе придётся открыть его, чтобы узнать.

Ксавье: Это свежевыпеченный хлебный колокольчик. Я сделал его сегодня утром.

Ксавье: Кстати, у вас с ним, выходит, день рождения в один день.

Ксавье: Да… На самом деле, мне удалось сделать только один, которым я сегодня остался доволен.

Ксавье: Я хотел подарить тебе самый большой хлеб. И он должен был быть идеальным.

Ксавье: И я хотел добавить к нему самый мелодичный колокольчик.

Ксавье: Так ты сможешь расслабиться каждый раз, когда увидишь или услышишь его.

Ксавье: …Что за остальные штуки на нём? Это друзья, которых я «пригласил», чтобы они тоже могли поздравить тебя с днём рождения.

Ксавье: Раз уж все уже здесь…

Ксавье: Надеюсь, твоё будущее будет наполнено всем, что тебе по душе.

Ксавье: С днём рождения.

Ксавье: Я также надеюсь… что смогу быть рядом на каждом твоём дне рождения.

Сайлус: Разумеется, я знаю, какой сегодня день, котёнок.

Сайлус: Ты столько раз мне об этом напоминала… несколько месяцев подряд. Я бы не смог забыть, даже если бы захотел.

Сайлус: В любом случае, остальные дни в году не такие важные, как твой день рождения.

Сайлус: И даже если представить, что ты бы не напоминала — я бы всё равно помнил.

Сайлус: Только не говори, что забыла, как это делается. Ты же должна сначала загадать желание в день рождения.

Сайлус: …У тебя слишком много желаний?

Сайлус: Ну и что. Это же твой день — можно быть немного жадной.

Сайлус: И не стоит переживать, сбудутся ли они. Это ведь просто желания, правда?

Сайлус: Хотя, я ведь всегда тебя слушаю, разве нет?

Сайлус: Всё, можешь вычеркнуть из сегодняшнего списка “получить подарок от Сайлуса”.

Сайлус: Я приготовил его специально для тебя.

Сайлус: Держи.

Сайлус: Не такое уж оно и волшебное, как в сказках, да? Разочаровалась?

Сайлус: Но если честно — тебе не нужно ничего у него спрашивать.

Сайлус: Твоё счастье — это само собой разумеющееся.

Сайлус: Я позабочусь о том, чтобы ты высыпалась и просыпалась тогда, когда захочешь.

Сайлус: И чтобы ты могла вырубать Странников одним ударом. Очень скоро ты получишь награду “Лучший Охотник”.

Сайлус: …Нам всё ещё нужен какой-то ритуал, чтобы всё это сбылось?

Сайлус: Первый раз слышу, чтобы “С днём рождения” считалось ритуалом.

Сайлус: С днём рождения тебя… С днём рождения тебя… С днём рождения тебя… С днём рождения… тебя…

Сайлус: Судя по твоей довольной мордашке, мои репетиции были не зря?

Сайлус: Найди местечко, куда повесить зеркало. Вот, так сойдёт.

Сайлус: А что насчёт оставшейся части твоего дня…

Сайлус: Не хочешь провести её со мной, котёнок? Тогда, может, все твои желания и правда сбудутся.

МС: Алло?

МС: …

МС: …

МС: Странно… Звонок прошёл, но я ничего не слышу.

МС: Телефон Рафаэля вроде упал в воду… Может, и с моим что-то не так?..

МС: Рафаэль, ты говоришь что-то сейчас?

Рафаэль: Я всё это время говорил! Ты меня слышишь?!

Рафаэль: …Похоже, нет. Прекрасно. Наверное, микрофон залило.

Рафаэль: Плата за спасение тонущего ребёнка — промокнуть до нитки и пожертвовать телефоном. Сегодня я кое-чему научился.

МС: Теперь слышу! Похоже, менять телефон всё-таки не придётся.

Рафаэль: Видимо, если как следует встряхнуть, вода выходит. Вот теперь я тебя снова слышу.

Рафаэль: Я просто позвонил сказать, что нашёл солнечное местечко, чтобы обсохнуть. Можешь спокойно стоять в очереди за напитками, не волнуясь за меня.

МС: Ты в порядке? Когда я уходила, с тебя вода ещё капала.

Рафаэль: Всё нормально. Мне с любой водой комфортно, ты же знаешь.

Рафаэль: А если бы в фонтан упал тот ребёнок — он бы наверняка наглотался воды.

МС: Получается, в итоге ребёнок остался сухим и невредимым, а вот щедрый мистер Рафаэль нырнул в фонтан вместо него.

МС: Кстати, я уже почти подошла к началу очереди. Апельсиновый сок или горячий шоколад?

Рафаэль: Хм… Апельсиновый сок.

МС: Принято, заказала два горячих шоколада и один охлаждённый апельсиновый сок.

Рафаэль: Второй шоколад — для испуганного ребёнка?

МС: Нет! Апельсиновый сок — для ребёнка. А Рафаэль, которого мы только что вытащили из фонтана, может пить только горячий шоколад.

Рафаэль: Ладно, пусть будет шоколад… Эй, малыш! Перестань бегать!

МС: Он всё ещё с тобой?

Рафаэль: Ага, родителей я пока не нашёл, так что мой маленький хвостик пока остаётся со мной.

Рафаэль: Но я уже давно греюсь на солнышке. Одежда почти высохла. Может, я всё-таки получу свой холодный апельсиновый со…

Рафаэль: Ап-чхи!

МС: Всё, забудь! Запрос отклонён!

МС: Ты даже не подумал о своём здоровье, когда бросился в воду.

Рафаэль: Подумал. Но я также подумал — если бы я не прыгнул первым, ты бы сама кинулась спасать этого ребёнка, верно?

Рафаэль: Так что, если выбирать между тем, чтобы смотреть, как Королева падает в фонтан, и загорать на солнышке — я определённо выбираю второе.

Рафаэль: И ждать, пока ты принесёшь горячий шоколад, конечно.

МС: Знаю-знаю, твой шоколад уже в пути!

МС: Стоп… Почему у фонтана толпа?

Рафаэль: Ты про людей в синих униформах?

Рафаэль: Это персонал, которого я вызвал. Думаю, они обсуждают установку ограждений вокруг фонтана.

МС: Как заботливо с твоей стороны, мистер Рафаэль.

МС: Я уже у фонтана. А вы где?

Рафаэль: Мы на шезлонгах у статуи. Я занял тебе местечко.

Рафаэль: Поверни направо — я тебя вижу.

МС: …

МС: Что это за место…?

Передо мной простирается бескрайняя пустошь. На горизонте, среди желтовато-серого неба, виднеются далёкие планеты.

Я опускаю взгляд и вдруг понимаю: я стала растением. Не уверена, каким именно.

Мой стебель — ярко-зелёный, а листья — мягкие и гибкие. Несмотря на то, что я укоренилась в бедной, почти бесплодной почве, я, похоже, прекрасно себя чувствую.

МС: Как я здесь оказалась? Нет, подожди… Почему я растение? Точнее…

МС: Не думаю, что раньше была такой… Я была выше, могла двигаться…

Мои воспоминания до пробуждения — словно следы на песке, которые тут же стирает ветер. Как бы я ни старалась вспомнить, всё, что я могу — это слабо шелестеть листьями.

МС: …Сейчас я уже ничего не могу изменить. Пожалуй, просто расслаблюсь.

Хотя эта пустынная планета выглядит совершенно безжизненной, солнце здесь тёплое, а запасы подземных вод — вполне достойные.

МС: Тут слишком тихо. И поговорить не с кем.

МС: Интересно, если я снова вздремну — изменится ли что-нибудь ещё?..

Я вытягиваю стебель, словно потягиваясь с утра. И тут же замечаю на горизонте незнакомую тень.

МС: Что это такое?

Тень приближается и поднимает клубы песка, образуя яростный вихрь, атакующий меня со всех сторон. Огромная чёрная масса металла заслоняет весь свет, падая прямо на меня.

МС: Не обязательно быть так близко!

??: Кхм-кхм…

Я отодвигаю защитные листья в сторону. Огромный металлический объект оказался всего в нескольких сантиметрах от меня, и его повреждённые части всё ещё искрят. Он едва не раздавил меня.

Я вытягиваю стебель, чтобы выглянуть, но вижу лишь кучу странных предметов, которых не узнаю.

МС: Никто из них не выглядит подходящим собеседником… Ох!

??: Прости. Ты в порядке?

Передо мной появляются два ярких, мягких глаза, напоминающие озёра. С извиняющимся выражением их владелец осторожно приподнимает кончики моих листьев.

МС: Не совсем. Немного больно… Но кто ты?

??: Ксавье.

МС: Ксавье… Никогда не слышала о твоём виде. Ты такой высокий и крупный. И даже умеешь ходить.

Ксавье: Я человек, а не растение.

МС: Тогда как ты вообще понимаешь, что я говорю? Ты даже не удивлён.

Ксавье: Я видел, как камни болтали друг с другом на одной из планет, где побывал.

МС: О, значит, ты с другой планеты. Привет, я…

МС: Я… не знаю, кто я.

Озадаченно я осматриваю себя. Понимаю, что понятия не имею, каким именно растением являюсь.

Ксавье: Хм… Возможно, мы узнаем, кто ты, когда ты распустишься.

Он указывает на крошечный бутон, спрятанный между моими листьями.

МС: Ты прав. Но пока что я не знаю, как цвести…

МС: И твоя огромная железяка заслоняет солнце. Ты можешь её убрать? Иначе я не просто не распущусь — я, может, вообще не выживу.

Ксавье: Мой корабль сломан. Мне нужно его починить, прежде чем я смогу его сдвинуть.

Ксавье: Если тебе нужен свет — это не проблема.

Он поворачивает ладонь вверх, создаёт у кончиков пальцев крошечный шарик золотого света и осторожно помещает его надо мной.

Ксавье: Так подойдет?

МС: Похоже на маленькое солнце… Только меньше.

Ксавье: Значит, мне нужно сделать ещё.

Надо мной появляется кольцо из маленьких солнц, они вращаются в воздухе. Довольная, я отодвигаю листья, чтобы получше разглядеть свой бутон.

МС: С таким количеством света… я ведь скоро смогу распуститься, да?

МС: Как бы тебя ни звали… Когда я распущусь, поможешь мне понять, какой я цветок?

Ксавье: …Меня зовут Ксавье. Но да, я могу это сделать.

Он слегка покачивает один из моих листьев, будто мы пожимаем друг другу руки.

Ксавье: Я побуду с тобой какое-то время.

Отдохнув день, Ксавье начинает чинить этот огромный металлический механизм, называемый «кораблём».

Внутри он как бесконечное хранилище сокровищ — полный удивительных вещей, которых я раньше никогда не видела.

МС: Что это у тебя в руках, Ксавье?

Ксавье: Электродрель. С ней я быстро вкручиваю винты туда, куда нужно.

МС: А вот эти две большие чёрные штуки? Что с ними?

Ксавье: Это датчики энергии и резервные блоки питания.

Сняв последнюю панель, он спускается по складной трёхступенчатой лестнице и стучит по обшивке корабля.

Ксавье: Без них никуда, если путешествуешь по космосу.

МС: Звучит круто. Но моя любимая штука — это всё равно музыкальная шкатулка.

Ксавье: После такого танца листьями ты, должно быть, хочешь пить?

МС: Ты видел меня?

Ксавье: Уж очень ярко ты двигалась.

Он снимает рабочие перчатки и достаёт с полки прозрачный бутылёк с распылителем.

Ксавье: Вспомнил, что покупал раньше удобрение для растений… А, вот и оно.

МС: Вау, этот туман такой приятный. И пахнет хорошо.

Пока я наслаждаюсь этим ощущением, Ксавье бережно приподнимает мои верхние листья, чтобы полить нижние.

МС: Твой мир, должно быть, удивителен, раз в нём есть столько всего…

Ксавье: Возможно, он не так прекрасен, как тебе кажется.

Ксавье: Например, чтобы устроить бал, нужно получить специальное разрешение. А танцы должны строго соответствовать протоколу…

Ксавье: Твой беззаботный танец, скорее всего, получил бы самую низкую оценку.

МС: Значит, у них просто нет вкуса.

Ксавье: Согласен.

МС: Ты путешествуешь по космосу, потому что дома тебе нельзя было танцевать?

Ксавье: …Наверное, это одна из причин.

МС: Хм, врёшь ты всё.

Ксавье: Почему ты так думаешь?

Я шевелю листьями, указывая на голубой куб, парящий внутри корабля.

Ксавье рассказывал мне, что он содержит записи о каждой планете, которую он посещал.

И среди бесконечного звёздного моря — ярко светящийся маркер.

МС: Все твои записи о путешествиях соединены линиями с этим маркером. Наверное, это твоя конечная цель и причина твоего пути.

Ксавье: Прошло всего несколько дней, а ты уже так много поняла.

МС: Может, я — Умноцвет.

Ксавье: …

Он ставит лейку и сдвигает один из маленьких светящихся шаров с одной стороны моей головы на другую. Он следит, чтобы на мою спину тоже падал свет.

Ксавье: Я ищу сокровище.

МС: В твоём мире столько удивительных вещей. Что тебе ещё нужно?

Ксавье: Верно. Все на моей планете живут привилегированно, с ощущением собственной важности. Они смотрят свысока на всё, что внизу.

Ксавье: Но им не хватает того, что по-настоящему важно: сокровища, которое может зажечь свет в глазах и подарить тепло сердцу.

МС: Тогда… Что ты ищешь на самом деле?

Ксавье: Я не знаю.

МС: Подожди… Ты отправился, ничего не зная об этом? А если ты не сможешь это найти?

Ксавье: Отправиться, ничего не зная, всё же лучше, чем оставаться на месте и ничего не делать.

Пока он говорит, Ксавье подвигает металлическую панель рядом со мной. Он сделал укрытие, чтобы защитить меня от ветра. Мне это нравится.

Ксавье: Ты всегда была такой любопытной?

МС: Не знаю… Раньше не было никого, кто бы по-настоящему слушал меня.

МС: Так что, хоть ты и другой вид растения, я рада, что ты со мной разговариваешь. То, что ты здесь, делает меня счастливой.

Ксавье: Я, вроде бы, говорил, что я не растение.

МС: Но у тебя есть прожилки. Они даже на руках. Я хорошо их вижу, когда ты чинишь корабль.

Ксавье: Эти прожилки другие.

МС: А как насчёт этих капелек? Ты всегда ими покрываешься, когда работаешь на корабле. Разве это не капли росы?

Ксавье: Это капли пота.

Ксавье: Ты наблюдательная, но сделала неправильные выводы.

МС: Что?

Ксавье: Я сказал, тебе стоит поспать.

Прежде чем я успела возразить, он быстро приглушает кольцо «маленьких солнц» над моей головой.

МС: Ксавье…

Ксавье: …

МС: Ксавье, я не могу уснуть.

Ксавье: …Просто скажи: «Я сонная. Очень сонная. Очень-очень-очень сонная» — сама себе. В конце концов ты задремлешь.

Складная кровать установлена неподалёку. Надев маску для сна, Ксавье ложится на неё.

МС: Ксавье, а ночи на твоей планете такие же тёмные, как эта?

Ксавье: …Да.

МС: Ты побывал на стольких планетах. Видел много разных растений? Есть среди них такие, как я?

Ксавье: …Не припоминаю.

МС: Ксавье, ты однажды исчезнешь, как песок на ветру?

Лёгкий ночной ветерок проскальзывает мимо. Как раз в тот момент, когда я думаю, что Ксавье мне не ответит…

Ксавье: Я не стану песком на ветру. Я просто буду человеком в космическом корабле.

МС: Ах, это хорошо… Но ты всё равно собираешься уйти.

Лёгкая нота разочарования отзывается в груди. Затем что-то мягкое и тёмное нежно накрывает мою голову.

Ксавье: Перестань блуждать в мыслях. Вот, возьми маску для сна. С ней ты быстрее уснёшь.

Ксавье: Если не выспишься, ты не сможешь расцвести.

Ксавье: По крайней мере, позволь мне увидеть, как ты расцветёшь, прежде чем я уйду.

День за днём повреждённый корабль медленно восстанавливается. Его изогнутые очертания серебром сверкают на фоне неба.

Чем больше я узнаю Ксавье, тем больше сторон в нём открываю. Например…

Ксавье: Доброе утро.

МС: Доброе утро.

Ксавье: Почему ты смеёшься? Твои листья дрожат.

МС: У тебя волосы торчат в разные стороны. Ты выглядишь так, будто у тебя на голове растут одуванчики.

Ксавье на секунду замирает, затем тянется рукой к своим растрёпанным волосам.

Ксавье: Это всё потому, что ты продолжаешь называть меня растением.

Ксавье: …Перестань обмахивать меня своими листьями.

МС: Пахнет вкусно. Что это?

Ксавье: Лапша быстрого приготовления.

Ксавье: Говорят, это не очень полезно. Если уж есть такое, то хотя бы с добавлением свежих фруктов и овощей…

Ксавье замолкает и медленно поворачивается ко мне.

Двигаясь, будто подчиняясь какому-то дикому инстинкту, я быстро сворачиваю свои листья в шар.

МС: …Даже не думай об этом. Мои листья горькие.

Ксавье: Я раньше читал, что растения лучше растут после небольшой обрезки. Хочешь попробовать?

МС: Эм… Ладно. Но только совсем немного.

Ксавье: Угх…

МС: Ксавье, моя чёлка…!

Время ускользает, как камешек, быстро погружающийся в зыбучие пески, пока ремонт корабля не подходит к концу.

Ксавье: Я уйду ненадолго. Так что оставлю тебе свой корабль на попечение.

МС: Что значит «ненадолго»? Ты ведь не собираешься уйти и не вернуться, правда?

Ксавье: Я не могу точно сказать, когда вернусь, но…

Ксавье: Когда твои маленькие солнышки начнут тускнеть, я вернусь, чтобы зарядить их.

Я и подумать не могла, что вскоре после того, как Ксавье ушёл, на эту местность обрушится огромная песчаная буря. Всё вокруг скрылось под слоями песка и обломков. Предупреждающая сигнализация корабля завыла с тревожным гудением. Я уже наполовину погребена под песком. Воды нигде не видно, и мне едва хватает сил поднять листья.

Ксавье…

Он тоже в опасности? Или…

Почему он до сих пор не вернулся?

Ксавье: Ты меня слышишь…?

Ксавье: Она должна быть жива…

МС: Я… жива!

Встревоженный взгляд сменяется облегчением. Я мягко касаюсь тыльной стороны его ладони своими листьями.

МС: А с тобой всё в порядке? Ты не попал в беду?

Ксавье: Сейчас в беде ты.

Прохладная вода непрерывно впитывается в почву и достигает моих корней. Когда я наклоняю стебель, понимаю, что нахожусь в другом месте.

МС: Почему я в… миске?

Ксавье: Песчаная буря испортила подземные воды. Твое прежнее место больше не подходит для роста.

Ксавье: Я не смог найти настоящий цветочный горшок, так что пока придётся обойтись этим.

Он мягко гладит мои листья и цветочную почку.

Ксавье: Если тебе неудобно, просто скажи.

МС: На самом деле, мне вполне хорошо… Но что насчёт моих маленьких солнц? Песчаная буря унесла их.

Ксавье: Не переживай, теперь ты можешь греться под настоящим солнцем.

Он осторожно поворачивает меня, и тёплый солнечный свет окутывает меня своим сиянием.

Нежный ветерок проносится по пустоши, пока огромное, ослепительное солнце медленно опускается. Облака над головой будто вспыхивают, а затем растворяются в оранжево-красном свете заката.

МС: Это прекрасно! Я никогда раньше не поднималась так высоко.

И тут я понимаю — Ксавье сидит на вершине космического корабля. Под нами…

МС: Почему корабль снова выглядит повреждённым? В нём огромная вмятина.

Ксавье: Я немного спешил по дороге обратно, и… из-за песчаной бури ровёр случайно врезался в него.

МС: …Жаль, что я не увидела Ксавье, когда он так спешил.

Ксавье: Удивлена? Похоже, ты не особо волновалась обо мне все эти дни.

МС: Как ты можешь так говорить? Первое, что я сделала, — это спросила о тебе.

Ксавье: Мм, теперь вспомнил.

Наблюдая за спокойным закатом, я чувствую, как его тёплое дыхание приближается.

Ксавье: Говорят, если кто-то дорог твоему сердцу, ты ощущаешь его присутствие, даже если он далеко.

Ксавье: Это чувство — знак нашей связи. Мы называем его “тоской”.

МС: То есть… как будто нас соединяет невидимая нить?

Ксавье: Да.

Ксавье: Может, именно из-за этой нити я думаю о тебе каждый день. Даже находясь на другом конце планеты.

Странно… У растений бывают сердцебиения? Что это я сейчас слышу?

Ксавье: Ты можешь считать её чем-то ценным.

Тонкая нить мягко колышется. Мои листья дрожат, и кончик пальца Ксавье тоже отзывается движением.

Во мне поднимается странное чувство. Я не знаю, что это, но оно подталкивает меня говорить.

МС: …Но всё же мне кажется, что самое ценное — это время, которое мы проводим вместе. Например, сейчас.

МС: «Тоска» ведь просто означает, что мы врозь. А мне это не нравится.

Ксавье: …

МС: Твой корабль снова сломался, так что тебе нужно больше времени на его починку, да? К тому же…

МС: Ты снова подрезал мои листья? Тогда тебе придётся меня компенсировать.

Ксавье: Эти листья начали желтеть из-за обезвоживания. Я подрезал их, чтобы помочь тебе.

МС: Мне всё равно.

Ксавье: У тебя и характер, конечно… Ладно, как именно мне загладить вину перед тобой?

МС: Ты должен… остаться со мной, пока мои листья не отрастут снова.

Ксавье: Хорошо.

Ксавье соглашается без малейших колебаний. Подняв взгляд, я замечаю, как в его глазах отражается свет заката, охватывающий дикую равнину.

Ксавье: Кроме того, я останусь, чтобы посмотреть с тобой сорок четыре заката.

Но мои листья отрастают слишком быстро. Я снова в листве, даже не успев заметить.

Когда двигатель корабля оживает, сорок четвёртый закат медленно исчезает за горизонтом.

Ксавье: Здесь много подземных вод, а почва лучше. Тебе не придётся волноваться о выживании после моего отлёта.

Ксавье: И хотя у тебя, скорее всего, не возникнет проблем с солнечным светом, я оставлю тебе этот светильник для роста.

Ксавье: Он надёжнее, чем маленькие солнца раньше. Даже если случится что-то неожиданное — у тебя всегда будет свет рядом.

Ксавье: Ну как?

Я следую за его взглядом к лампе рядом со мной. Она направлена прямо на меня.

МС: Он больше, ярче и не будет неожиданно мерцать… Думаю, лампа для роста лучше, чем светящиеся шары.

Ксавье: Их легко заменить.

МС: Конечно. Это ведь нечто, что может исчезнуть в любой момент.

Ксавье: …

Он не отвечает. Вместо этого он мягко прикасается к моему бутону.

Ксавье: Когда ты распустишься, не забудь рассказать мне, как это будет выглядеть.

МС: …Хорошо.

Но вселенная так велика… Как я смогу найти тебя, чтобы описать это тебе?

Твоё бесконечное путешествие не имеет пункта назначения. Ты не остановишься ради какого-то безымянного растения.

Ксавье: Мы ещё увидимся однажды.

Когда Ксавье скрывается за люком космического корабля, я вспоминаю день, когда мы впервые встретились.

Это был самый обычный день. Сильные ветры проносились над безжизненной пустошью, поднимая за собой песчаную бурю.

Я и представить не могла, что наша случайная встреча закончится такой болезненной прощальной сценой.

МС: Я не хочу прощаться…

Может, наша встреча и была незначительной случайностью во всей этой вселенной, но…

Для меня это было самое дорогое сокровище.

МС: Ксавье!

Тонкая нить золотого света начинает мерцать вокруг моих листьев. Это знак, что Ксавье скучает по мне.

МС: Ксаааавье!

Нить света тянется к герметичному шлюзу. Становясь всё ярче и ярче, она дрожит в ответ на мой голос.

Когда шлюз медленно открывается, Ксавье поднимает маску. После короткого удивления его лицо смягчается. Я вижу ту самую улыбку, которую так хорошо знаю.

Ксавье: Я услышал тебя на этот раз.

Ксавье: Хочешь пойти со мной?

МС: Да!

Он сходит с корабля и поднимает меня на руки.

В его ясном, светлом взгляде я вижу, как мой первый бутон медленно раскрывается. Он обнажает хрупкие лепестки синевато-фиолетового оттенка.

Ксавье: Твой цветок ещё красивее, чем я представлял.

Гудение космического корабля стихает, и пейзаж задерживается на мгновение — звёзды низко висят в ночи, а потом медленно растворяются, как размытая акварель.

Внутри голографической капсулы загорается мягкий свет, но я всё ещё ощущаю прохладу ночной пустоши и аромат песка в воздухе.

Субтитры мягко всплывают, сменяя голографическое изображение. Я на мгновение замираю, прежде чем, наконец, снять шлем и сесть.

На лбу всё ещё ощущается слабое тепло — там, где мягкие волосы Ксавье коснулись меня.

Я не могу удержаться и тянусь к этому месту, только через мгновение осознавая, что мои листья вновь обрели прежнюю подвижность.

Когда капсула открывается, свет из выставочного зала заливает всё вокруг. Я вижу Ксавье, он стоит прямо снаружи, всего в шаге от меня.

Наши взгляды встречаются. Его улыбка остаётся — она соединяет память о только что пережитом с реальностью передо мной. Всё кажется нереальным. И всё же… почему-то мне спокойно.

Сотрудник: Благодарим вас за участие в нашей иммерсивной интерактивной выставке «А что если: Жизнь на другой планете?»

Сотрудник: Всё, что вы вдвоём испытали на Безжизненной планете, было сгенерировано на основе активности вашего мозга в реальном времени и тех решений, что вы принимали во время взаимодействия.

Сотрудник: Уникальная история была создана специально для вас!

Сотрудник: Теперь вы можете пройти в Выставочный зал B. Там вы сможете превратить свою историю в иллюстрированную книгу и получить памятный сувенир.

Ксавье: Спасибо.

МС: Ксавье, а что бы ты сделал, если бы я не окликнула тебя прямо перед взлётом?

Ксавье: Ничего радикального.

Ксавье: Я бы просто устроил неисправность корабля.

МС: Теперь ты можешь быть эгоистичнее.

Ксавье: Что?

МС: Ты мог бы забрать меня с собой. Тебе не нужно было ждать моего разрешения.

МС: На какой бы планете или в какой бы временной линии мы ни были, я всегда буду доверять Ксавье.

Ксавье: Вот и славно.

Ксавье: Я умею ждать. На какой бы планете или в какой бы временной линии мы ни были — я подожду, пока ты будешь готова мне довериться.

Сквозь листву пробивается солнечный свет. Его пятна ложатся на наши тени, будто крошечные рассыпанные планеты.

МС: Если бы та история продолжилась… Мы бы пошли искать сокровища?

Ксавье: Может, занялись бы чем-то поинтереснее.

Ксавье: Например, вернулись бы на одну из других планет и поздоровались с говорящими камнями.

МС: Ты больше не хочешь найти своё сокровище?

Ксавье: Ну…

Ксавье берёт у меня брошюру и захватывает мою руку. Наши пальцы переплетаются.

Ксавье: Теперь я знаю, какое сокровище приносит свет моим глазам и тепло — моему сердцу.

Калеб: Я только что прибыл на станцию Линкон. Хочешь услышать, как я спас стрекозу?

Калеб: Когда встретимся, будет что обсудить. Боюсь, что к тому моменту я уже забуду всё в деталях.

Калеб: Одна стрекоза выбралась из паутины и чуть не попала под колёса, так что я «сопроводил» её к ветку дерева.

Калеб: …Ты же не думала, что я с рождения умею организовывать аварийную посадку для стрекоз, правда? Такому нужно учиться.

Калеб: Конечно, ты и не подозревала, сколько часов я тайком на это потратил.

Калеб: Ты тогда была слишком занята, защищая своё звание «Чемпионки по бамбуковым вертолётикам» и ни о чём другом даже не думала.

Калеб: Ты никогда не задумывалась, почему твой бамбуковый вертолётик всегда взлетал выше и дальше всех? Иногда он даже исчезал в небе.

Калеб: В те времена все удивлялись, почему я не участвую в конкурсах. Как бы я мог — я ведь был занят тем, чтобы за кулисами сопровождать твой вертолётик.

Калеб: И спасение стрекозы сейчас — это было что-то вроде мышечной памяти.

Калеб: Ты и не подозревала, что у меня в детстве была такая сильная жажда победы?

Калеб: Ну вот, сама не ожидала. А теперь давай, спрашивай меня про всё остальное, что ты никогда бы не подумала, что я способен сделать. Раз и навсегда?

Калеб: …Нечестно выходит. С тобой я как открытая книга. Никаких секретов.

Калеб: На самом деле, меня не особо беспокоило само соревнование. Мне было важнее, что ты при этом чувствовала.

Калеб: К тому же, вертолётик, который ты запускала, всегда был полон твоих маленьких желаний.

Калеб: «Если вертолётик перелетит через деревья, Калеб будет смотреть со мной телевизор ещё тридцать минут»… ничего не напоминает?

Калеб: После такого… как бы я мог позволить ему упасть на землю?

Калеб: «Надёжный капитан по сопровождению стрекоз»? Если бы только та МС, что тогда выиграла конкурс, умела уговаривать так же ловко, как ты сейчас.

Калеб: По сравнению с Флотом Дальнего Космоса, эта команда мне подходит куда больше.

Калеб: Ладно, остальное приберегу до нашей встречи. Со стрекозой я уже закончил, теперь пришло время сопровождать тебя.

Калеб: Впрочем, моё любимое звание — это все еще «Сопровождающий МС».

Ксавье: Ты не спишь. Что делаешь?

Ксавье: О… Уже почти время ежегодного Экзамена охотников.

Ксавье: Но я звоню не из-за экзамена. Я хотел сказать тебе, что…

Ксавье: Я ухожу в глубокую зону без охоты. Там может не быть сигнала.

Ксавье: Не переживай, если не сможешь со мной связаться.

Ксавье: …Я ухожу не для того, чтобы сбежать от экзамена. В любом случае он не должен быть слишком сложным.

Ксавье: Конечно… Я уже давно его сдал. У меня есть лицензия охотника.

Ксавье: Ну давай, задавай.

Ксавье: Какое первое действие при встрече с особо опасным Странником?

Ксавье: …Атаковать.

Ксавье: Нет? Надо эвакуировать всех поблизости?

Ксавье: Звучит логично. Спрашивай следующее.

Ксавье: А если тебя победит чрезвычайно сильный Странник?

Ксавье: …Атаковать снова.

Ксавье: Опять? Может, всё-таки стоило бы звать подкрепление?

Ксавье: Ладно, признаю, возможно, я слегка самоуверен… Почему вообще столько правил?

Ксавье: Тсс.

Ксавье: Ладно, мне пора.

Ксавье: Учту. Без грубой силы — будь хорошим охотником.

Ксавье: Готовься. Я сам тебе буду задавать вопросы, когда вернусь.

Рафаэль: Что делаешь?

Рафаэль: Я просто хотел сказать тебе… я уезжаю.

Рафаэль: Потому что на самом деле… я из другого мира, который лежит на краю необъятного океана.

Рафаэль: Мы, жители того мира, прокляты…

Рафаэль: Если не вернёмся до заката, то превращаемся в пузырьки и исчезаем в море.

Рафаэль: Ты же понимаешь, что я всё это выдумал, чтобы тебя подразнить, да? Могла бы хоть немного живее отреагировать.

Рафаэль: Ладно, ты меня раскусила. Я просто не хотел, чтобы тебе было грустно из-за моего отъезда, вот и решил немного разрядить обстановку.

Рафаэль: Ах… правда, совсем не хочется ехать в эту зарубежную выставочную поездку.

Рафаэль: Разве того, что там будут мои картины, недостаточно? Зачем я им вообще нужен…

Рафаэль: Раньше я бы уже с азартом планировал, где погулять, что порисовать.

Рафаэль: А сейчас — странно. Я не хочу уезжать, хотя здесь, по сути, ничего особенного и нет.

Рафаэль: Как думаешь, почему так?

Рафаэль: Ну, одно точно можно исключить — дело явно не в «захватывающих» видах Линкон-Сити.

Рафаэль: Но не переживай. Представь, что я просто ненадолго вышел прогуляться. Я не заставлю тебя ждать слишком долго.

Рафаэль: Может, в следующий раз, когда мы увидимся, я привезу с собой сюрприз.

Зейн: График зарубежной миссии уже утверждён. На этот раз меня не будет дольше.

Зейн: Все твои обследования я уже организовал. Позже пришлю тебе детали. Постарайся не опаздывать.

Зейн: Я сообщу тебе, если нужно будет внести изменения в план лечения.

Зейн: Ты поняла?

Зейн: Не халатничай. Анализ крови не врёт.

Зейн: Это всё.

Зейн: Завтра утром. Я уже почти всё собрал.

Зейн: Паспорт, ноутбук, туалетные принадлежности, одеяло…

Зейн: Никогда не знаешь, когда в тропиках пригодится одеяло.

Зейн: Я использовал твой список сборов как ориентир.

Зейн: Но если бы я взял всё, мои коллеги подумали бы, что я переезжаю туда насовсем.

Зейн: Оборудование для больницы уже отправлено. Всё остальное доставят позже.

Зейн: Уровень жизни в том районе не так уж плох, как ты думаешь.

Зейн: Не нужно так переживать.

Зейн: Давай заключим сделку, хорошо?

Зейн: Если ты пообещаешь ходить на обследования, пока меня не будет, и заботиться о себе…

Зейн: Когда я вернусь, сможешь осмотреть каждую частичку меня. Договорились?

Зейн: …Я знаю. Вернусь целым и невредимым.

Сайлус: Тебе, похоже, правда нравится командовать моими людьми.

Сайлус: Да, я говорил, что можешь делать это, когда захочешь.

Сайлус: Но у меня через час дела. Ты настаиваешь, чтобы я шёл один?

Сайлус: Люк и Киран сказали, что у тебя для них что-то срочное. Иными словами, я спрашиваю, можно ли я “одолжу” этих двоих ненадолго.

Сайлус: Пожилой человек потерял сумку?

Сайлус: Я же уже говорил тебе — не верь никому в Зоне N109.

Сайлус: Люди здесь не особо-то заслуживают доверия, милая. Будь осторожна. Не дай себя обмануть и не теряй все деньги из-за какой-нибудь аферы.

Сайлус: Что, если это случится — ты просто обвинишь меня?

Сайлус: В последнее время у меня полно дел, особенно под твоим присмотром. Мне совсем некогда усиливать безопасность в Зоне N109.

Сайлус: Ладно, где в последний раз видели сумку?

Сайлус: Это место… Что ж, ладно.

Сайлус: Что я собираюсь сделать? Точно не строить пункт находок и потеряшек.

Сайлус: Ты очень переживаешь за пожилых.

Сайлус: Да-да, знаю. Ты лучшая из лучших среди охотников Линкона.

Сайлус: Но как бы там ни было, первое, что ты должна сделать — найти меня, если что-то случится в Зоне N109.

Сайлус: Ладно, всё, что хотел — сказал. Ухожу. Принесу сумку обратно, когда закончу.

Сайлус: И да, я не работаю бесплатно.

Сайлус: И раз я кому-то помогаю, хочу ещё раз это подчеркнуть.

Сайлус: Что касается оплаты… “Если что-то случится, я пойду к Сайлусу.” Повтори это три раза.

Сайлус: Я добавил кое-что новое к тому бейджу на день рождения Lil S, который ты нарисовала. Позволь показать тебе.

Сайлус: Не притворяйся, будто не понимаешь, о чём я. Эта мультяшная фигурка рядом со мной — это явно ты.

Сайлус: Я нарисовал это, потому что скучаю? Да, скучаю. И что ты с этим сделаешь, котёнок?

Сайлус: Посмотри на себя, смеёшься вот так. Я думал, ты уже привыкла к моей прямоте.

Сайлус: Помимо бейджа, я хотел сказать тебе кое-что ещё…

Сайлус: В следующую субботу в 22:00. Приходи ко мне, посмотрим вместе "Земля: Животные".

Сайлус: И что это за взгляд? Ты ожидала, что я скажу что-то другое?

Сайлус: Некоторые считают, что я чересчур откровенен, но они ничем не лучше.

Сайлус: Ты всё выражаешь лицом: радость, разочарование, злость, усталость. Но мне это нравится.

Сайлус: Разве не потому, что я знаю тебя так хорошо, я читаю тебя как открытую книгу?

Сайлус: Думаю, это хорошо.

Сайлус: Кроме того, тебе нечего от меня скрывать.

Сайлус: Помнишь, в парке дикой природы ты сказала, что хочешь безопасное место, где я смогу показать своё уязвимое брюшко? Я хочу того же для тебя.

Сайлус: Охотник должен сохранять спокойствие, защищать всех, быть сильным и выносливым.

Сайлус: Но со мной тебе не нужно всё это. Просто будь собой.

Сайлус: Я могу быть тем, кто утешит тебя, когда тебе это нужно.

Сайлус: Да, завтра я снова стану самым разыскиваемым преступником Ассоциации и “большим плохим боссом” с наибольшим числом врагов в Зоне N109…

Сайлус: Но даже тогда я всё равно буду “твоим”.