Тяжесть атмосферы палаты не исчезала и за её дверьми: в коридоре стоял Кейл, переживавший не меньше учителя. Мысли возвращали его к их последнему разговору с Джереми... если это вообще можно было назвать разговором. Он метался в смятении, не находя себе места. Роксана же действовала иначе — не тратя время, она уже вышла на след злоумышленников. Объединившись со всеми, с кем только можно было объединиться, они выследили цель. Дальше всё пошло быстрее: установили личности преступников, узнали, чем они промышляют. Лумашу. Банда, идущая по стопам жестокого серийного убийцы по прозвищу «Зодиак», создавшая свой «клуб подражателей»...

Вязкий, влажный воздух, перемешанный с затхлостью, тянулся в лёгкие, мутил рассудок, искажая ощущения. Сырость давила на сознание, усиливая тревогу и гоня прочь рациональные мысли. Глаза Джубелиан были закрыты плотной повязкой, и потому она не могла понять, где именно находится. Неизвестность подогревала страх. Казалось, что ещё миг — и она перестанет существовать.

Сильные пульсации в затылке, мутнеющий даже под тканью взгляд, тяжёлый пыльный воздух — всё это превращало её пребывание в что-то среднее между пыльным, влажным чистилищем и адской пыткой. Сознание то проваливалось в туман, то возвращалось, цепляясь за слабое покалывание остывающих конечностей. Иногда ей казалось, что где-то вдалеке слышатся детские голоса… или это уже галлюцинации?

Дверь вдруг открылась, выпустив скрип, мерзкий, как ржавый нож по стеклу. Вошёл кто-то с тяжёлыми, неровными шагами. Он хрустел костяшками, суставами... и, кажется, зубами. Дверь захлопнулась с такой силой, что лампочка под потолком закачалась из стороны в сторону. Детские голоса исчезли. Их место заняли другие звуки — болезненные, пронзительные. Крики, плач, стоны, удары... Но вскоре и они стихли.

Нью-Браунсуикк утонул в темноте. Тело Джубелиан не нашли даже через несколько месяцев. У крыльца большого дома у реки лишь появилась картонная коробка, из-под которой сочилась тёмная, застывающая кровь.

Джереми не пришёл в себя. Его состояние оставалось стабильным, пока внезапно сердце не остановилось. И он навсегда забыл, что значит дышать. Узнав об этом, Рант сорвался — устроил переполох в школе, кричал, ломал м обвинял всех подряд. Пэк Хёнун, не выдержав давления и порицания в обществе, оставил предсмертную записку и повесился

Медея и Диана продолжали охоту на подражателей Зодиака. В их команде были Анастасиус, Диабель и Сончжо. Поиски заняли ровно три месяца после похорон Джубелиан и Джереми. Ведь главный штаб замял данное дело, из-за чего они действовали самостоятельно.

Кейл всё это время жил с постоянным чувством вины. Роксана — тоже. Отец семейства окончательно спился, так и не собравшись, чтобы отомстить за сына и жену. Вместе с Рувией, Ианом и Деоном Роксана решила действовать сама...

Хийка встретился с Лумашу. Разговор быстро перешёл на крик:

— Мы не об этом договаривались! Зачем вы добили того пацана? И зачем... зачем вы её… — он не смог закончить.

— Мы проверяем всех женщин на «чистоту».

— Её гематомы!.. Вы не только… — договорить он ему не дали: перед ним бросили тело Деррека, его друга. Хийка поднял глаза на лидера — Магнуса, мужчину с золотыми глазами и тёмными прядями на лице.

— Ты идёшь против нас, — сказал тот, направив на него пистолет. — Ты с нами?

— Да пошёл ты... — Пуля оборвала его фразу.

— Собаки давненько не ели. Покормите, — бросил Магнус и ушёл в глубину своего логова.

Медея с отрядом окружили убежище. Но связь с главным штабом оборвалась, а офицеры исчезали один за другим. Лумашу было слишком много. Всё превратилось в кровавую бойню.

Под шум боя дети пробрались внутрь. Диабель попытался их остановить, но увидел Роксану с банкой золотых локонов в руках и телами друзей у её ног. Над ней стояла незнакомая голубоглазая блондинка с ножом.

Погоня, запертая комната, запах крови, приступ рвоты... И взвизг бензопилы. Рудвекия лишила Роксану ноги. Но её смех резко оборвался выстрелом — за спиной стоял бледный, дрожащий Кейл.

Диабель подоспел, перевязал рану, но кровь всё равно хлестала. Сончжо прикрывал их, пока они добирались до машины. В больнице Роксану сразу увели в операционную, Кейла усыпили, так как он словил сильную паническую атаку.

Анастасиус нашёл часть пропавших детей, и даже с простреленным плечом до последнего пытался спасти их. Увы, снайпер стрелял на результат....

Аэропорт. Толпа, спешка. Магнус встречает Диона. Их взгляды пересеклись — золотые глаза и красные, словно из одного кошмара. Они молча пожали руки и направились в мотель.

— Ну, и? Как ты? — Магнус массировал плечи Диона, уставшего после перелёта.

— Нормально, хочу проведать семью перед... — Дион замолчал и зажмурил глаза.

— После твоего отсутствия во время похорон младшего брата, думаешь тебе будут рады?

— Не важно будут рады они или нет. Зачем ты устроил переполох? — красные глаза встретились с золотыми и смотрели пристально.

— Не я начинал. Я лишь отбивался, сладкий. — Нежно целуя за уши ответил Магнус. Одежда была хаотично сброшена на пол. Разговоры, полунамеки, а потом и ночь без сна.

Утро. Запах больницы. Диабель сидит, опустив голову, вся одежда пропитана кровью. Сончжо хлопает его по плечу:

— Хочешь шутку?

— ...ты серьёзно? Валяй.

— Это будет самая смешная шутка.

Они подняли глаза к небу. И оба замерли. Диабель до последнего ждал шутки, но вместо этого заметил что-то странное в небе. Приглядевшись, он ахуел.

На горизонте летели тысячи метеоритов. Конец света. Конец Теленио.

спасибо, что были с нами 💗

В ролях:

Кейл - Деля (@Xanikis)

Джереми - Тамерлан (eptvaumattt)

Роксана - Ариана (@LibYug)

Рувия - Ника (@VERON0i)

Иан - Ханс (@hnns_0)

Деон - Кичо (@cimvolov_5)

Медея - Меринда (@floxwukill)

Диана - Утютю ( )

Сончжо - Хуа (@weiyuui)

Анастасиус - Моро (@M0ROkm)

Диабель - Хару (@k1fxx)

Хийка - Чеча (@kirtyuaa)

Джубелиан - Суа (@thusthu)

Хёнун - Zhun (@Cirrus17)

Рудвекия/Карсель - Сода (@vvarvj)

Далия - Далли (@de_alge)

Магнус - Люкс (@leilo0w)

Дион - Куки (@dzksb)

Картейн - Картейн ()

Деррек - Дилан ()

Еленика - Еля()

Фиона - Рона (@ronaxc)

Ван И - Риан (@WuYuechka)

Президент - Енот(@werix5)

— Дети, *ик*, похищают... Для выгоды! Больших шишек... Тут всё не так просто! *Ик*— не успев договорить, полицейская тушка распласталась рядом с опустошённым бокалом красненького.
В полуполёте головы офицерши Сончжо подхватил её и осторожно опустил на барную стойку . Повисла минута молчания. Несмотря на необычную картину прямо «у бара», никто из посетителей бара на них даже не оглянулся. Таково правило. Мужчины по обе стороны стойки переглянулись. Спустя пару многозначительных обменов взглядами, снова настигла эдакая неловкость.
— Эх, бедолажка... — блондин вновь опёрся локтем об стол, в этот раз уже одним, но уже как-то искреннее и сочувственно что-ли... — Споили, информацию выкачали, небось ещё накачали чем-то, ну не негодяи ли? — возвращаюсь к театрально драматичному тону покачал головой Сончжо, поглаживая голову на столе.
— Бармен до меня следил за ней в оба с самого входа, её напитки чисты. Я заранее предупредил персонал и сам примчался как только смог. И зачем ты вообще пришёл? — тон Ана пестрил недовольством, но он всё-таки продолжал разговор.
— Да ну? Ну и ну, — почти рассмеявшись выдал собеседник, — раз так, то, что она пила?
— Сплошь красные сорта вин... Она быстро повышала градус, и когда я пришёл она уже почти добралась до высокоградусных, но остановилась на том же напитке. — Ан вздохнул. — Неужели она так быстро всё поняла? Или смена бармена заставила её насторожиться? Чёрт, тот чувак не должен был так переигрывать... — Анастасиус снова взялся протирать стаканы, дабы скрыть накатывающее раздражение. Когда дело касалось «большого дела», он вправду был раздражительным, хотя в «обычной» жизни источал ауру абсолютной невозмутимости. Столько накатилось в один момент...
— Аха-ха, умеешь ты настроиться на худшее... — златовласка переминал между указательным и большим пальцами какие-то специи, собранные одним движением с зоны возле пустого бокала, ещё отливающегося внутри цветом тёмно-фиолетового вина. — Говоришь, она пила это вино с тех пор, как ты сменил того бармена со смазливым личиком?
— Говори уже что хотел, пародия на детектива... — раздражение брюнета сменилась на показную удручённость от длинного отступления и распирающее любопытство.
— Коктейль из пинотажа, так ведь?
— Слушай, даже если ты увидел бутылку рядом со мной...
— Тсс. А тут, — уже более явно перебирая песчинки специй, — кардамон, мускатный орех, шафран, и, скорее всего, пряности. Угадал? — голубоглазый скорчил рожицу а-ля всех провёл. Но его собеседник не показал ожидаемой им реакции. Если быть точнее, лицо Анастасиуса не выражало каких-либо ярких эмоций. Следы предыдущей палитры эмоций сошли на нет, а абсолютно спокойное лицо исказила лишь вопросительно приподнятая бровь.
— Допустим, но вообще ты был близок. Тут мускат и чёрный перец. Весьма извращённый вкус для питья вина. И как угадал? Твой любимый напиток? — По широким речевым оборотам дружка по ту сторону барной стойки Ан понял, что такая комбинация вина и специй отнюдь не случайный набор, выдуманный на пьяную голову следовательницы. — Ха, или тут есть какой-то посыл?
— Увы, друг мой, но обе твои догадки выстрелили мимо. — Офисное кресло куда-то испарилось, и теперь блондин драматично восседал на барном стуле. И когда только успел? — Несмотря на это, ты был близок. Любимый напиток мисс офицер.
— Ха. Решил поделиться информацией в такой момент? — Ан даже дёрнулся на том, как прозвучало «мисс офицер», смакуя это в уме. Выходит, она военный офицер. Но не проще ли было сказать «офицерша»?
— О, не беспокойся о моей грамотности и осторожности в словах. «Мисс офицер» — шуточное прозвище.
— Вот ведь...
— Аха-ха, да ладно тебе, главное, что основную информацию ты всё-таки из неё выудил. Детишки Флойен и Агриче, так? Какова умора...
— Они решились идти на крупный улов. Не к добру это...
— Совсем страх потеряли, — бросил Сончжо. Он не многозначительно посмотрел на Ана, а потом на следовательницу с фиолетовой головой на барной стойке. — Отвлекись ненадолго от своего странного хобби. Будь другом, помоги дотащить её до кресла, а там на колёсах я уже докачу её.

Выкатиться собирались глаза Анастасиуса из орбит. Всё-таки, кресло значит было принесено не просто так... Делать было нечего, потащили к чёрному выходу, где их ждало это «тронное кресло». Однако, уже усадив мисс Белиал на ездовой трон, их остановила, по всей видимости, такая же стражница закона.
— Эй! Куда вы её тащите?!
Сончжо и Ан обернулись, и первый улыбнулся:
— В участок.
— Что?
— Ну а кто ещё, как не добрые полицейские, приютит буйную пьянчужку? — Осознав излишнюю точность первого ответа, блонди ловко откосил в дурачка... Не палиться ведь на ровном месте?

— Она... Буянит?.. — Диана задумалась. Она никогда не видела Медею в таком состоянии. — Я её отнесу.
— А вы у нас, собственно-? — не дав черноволосому закончить фразу, Диана полезла во внутренний карман и достала полицейское удостоверение.
В итоге они втроём покатили кресло в участок, в дороге напевая «жили у бабуси, два весёлых гуся...». Им даже довелось побывать в кабинете следовательницы Медеи Белиал. Ну как — им? Диана, как представилась обворожительная блондинка из полиции, являющаяся непосредственно ассистенткой бессознательной офицерши, позволила войти только одному из них: во имя соблюдения порядка в полицейском участке. Как менее подозрительная личность, в недра служителей закона отправился Сончжо. И не потому, что Настя чёрный, нет. Возвращаясь к кабинету следовательницы... Закатывая кресло ровно рядом со столиком у диванчика, блондинчик спешно оценил обстановку и интерьер. Обычная комната в коричневых тонах, по большей части завалена стопками и папками бумаг, безжалостно закрывающим нормальный проход в изначально просторной комнате. Пара рабочих столов, стеллаж на манер книжной полки с картотекой в нижнем отсеке, заполненный пронумерованными папками, уютный диванчик, тумбочка около него и журнальный столик. Из примечательного — доска размышлений на колёсиках, увешанная фотографиями, соединёнными между собой разноцветными нитями. Что удивительно, кнопки для закрепления всего этого были однотонные — светлого, почти белого пурпурного оттенка. Оставив кресло с офицершей в кабинете и взяв некоторые детали на заметку, Сончжо упорхнул из «душного мусорского обиталища». Хотя на самом деле, если не смотреть на горы бумаг, интерьер в кабинете его даже зацепил...
Диана мало понимала их стимул быстро смыться, но и задерживать гостей не стала. Уже снаружи она поблагодарила их и скрылась внутри. Загадочные мужчины в чёрном стали сливаться с городским пейзажем...

Спустя какое-то время Анастасиус вернулся в «Обелию» и готовил коктейли для клиентов, с усмешкой наблюдая, как его брат разбирается с надоедливыми парнями. Ван И, несмотря заметную разницу в росте с «амбальным» братом, был нисколько не низким и выглядел довольно внушительно. Способность запугивать была его очевиднейшим плюсом при такой работе. Как только младший брат выпроводил буйного пьяницу, он подошёл к барной стойке.
— Следующего бери на себя или сплавляй на новенького. Задолбал, — пробурчал он, опираясь на стойку.
— Хэй, ты же не хочешь угробить нашего бармена-белоснежку в первые дни работы? Смотри, как он нравится посетителям. — Ан слегка кивнул в сторону центральной барной стойки, где Кассис впахивал засучив рукава, заметно напрягшись от такого количества внимания со стороны клиентов.
Анастасиус тихо усмехнулся, как вдруг на его телефон пришло сообщение. Слова на экране были сродни приговору. Мама. Ан хмуро открыл СМС полностью, надеясь, что этого ему почудилось. Ван И, не теряя времени, положил подбородок ему на плечо и заглянул в экран.
— Матушка приезжает? Надо же было выбрать такое время, когда и без того неспокойно в округе... — страдальчески протянул он.
Анастасиус уже подумывал отказать, но тут же на телефон пришла фотография: мать сфотографировалась в аэропорту Шейдьяка. Она уже близко. Братья синхронно вздохнули.

— Мама делает всё, что взбредёт ей в голову. — почти простонал Ван И.— Ничего не поделать, кто поедет за ней?
Они переглянулись. Со стороны могло показаться, что между ними идёт важный тактический спор. Но противостояние быстро сошло на нет: они одновременно вытянули руки и начали играть в камень, ножницы, бумага...
...
...
...
Резная оконная рама в гостиной усадьбы Агриче предательски заскрипела, словно предзнаменовывая приближающуюся сцену из ужастика. Плотные стеклянные ставни распахнулись, впуская порыв влажного ночного воздуха. Уличные порывы ветра сталкивались с плотным, отчасти душным воздухом в доме. В окне виднелись ветви старого дуба, по которым карачился Сончжо, пролезая в застаревшие окна по еле живым карнизам здания. Несколько мгновений он просто стоял, ловя взглядом отблески огня от камина. В кресле у очага сидел Диабель — не шевелясь, будто слился с мрачным интерьером в комнате. Его силуэт казался вырезанным из бумаги, а видимая картина — сценой из сказочной книжки.
— Джереми скоро собираются перевозить обратно в Теленио, — произнёс Диабель, не отрывая взгляда от пламени. Голос звучал глухо, будто тот до этого долго молчал, или наоборот, сорвал голос. — Его нужно доставить домой в целости и сохранности. Сумеешь?
— Серьёзно? — Голос блондина запестрил возмущённостью, но не агрессивной или злой. Тон скорее демонстрировал нарочито простое негодование. Не похоже, чтобы он собирался спорить, только высказать свою точку зрения, заведомо соглашаясь с поручением. — Перетаскивать раненого больного ребёнка в другой город, где и больницы нормальной нет?
— В Шейдьяке небезопасно, дубовая башка. Ты и сам это знаешь. Забыл, из-за чего это всё? — Диабель парировал в ответ на его возмущения, но его голос отчего-то звучал серьёзно и отчаянно. В начале фразы его голос звучал едва не надрываясь. После последнего предложения несерьёзный мгновением ранее Сончжо слегка похолодел. Мурашки пробрали его, не то от прохладного ветра, не то от отчаянности в словах Диабеля. В его словах сквозило что-то, так и говоря, что он до сих пор помнил тот день, как сегодняшний. Он тоже помнил, и поэтому вмиг замолчал. Не стоило развивать эту тему дальше.
— Я понял. Детали дела отправишь как обычно, но у меня есть ещё миссии перед этим, так что давай без накладок. — Сончжо был краток, и в следующий миг скользнул на подоконник, оставляя ноги на весу за окном.
— То дело с милым парнишей, увивающимся за Роксаной? — Диабель заметно повеселел, переключаясь на другую тему. Посплетничать со старым приятелем всегда поднимает настроение. Особенно, когда тема касается чужих отношений ;)
— Да, тот мутный чувак... Я замечал некоторые странности в последнее время. После этого водоворота событий в Шейдьяке, я уверен, что он тоже замешан в этом. — Сончжо повязал ботинки на шнурках к ветвям и внешнему декору здания, а сам наконец перелез внутрь дома полностью, затворив окно.
— Да ты что? А мне кажется, он тут не причём. Вполне безобидный мальчишка, просто влюблённый по уши. Неужели у тебя комплекс старшего брата? — Брюнет ухищрился посмотрел в сторону закрывающихся ставней окон, не поворачивая голову. Ехидничать друг над другом было их излюбленным делом. Даже их работодатель, лелеющий их едва не как приёмных детей, называл их двумя разноцветными ехиднами. Впрочем, они эти прозвища оправдывали всем своим существованием.
— Ну, если смотреть в один прикрытый глаз с огромным минусом, то конечноо... — лицо Сончжо украсила саркастичная усмешка. Ну вот, и вторая ехидна вылезла... — Отец дилер, брат мошенник и заядлый азартный игрок. Оба были зависимыми, старший мотает срок, а младший в бегах. Обычная белая-пушистая семейка, да?
— Да ну, малой давно оборвал связи со старшим, а его отец проходит реабилитацию. — Казалось, тема исчерпала себя, и оба, потеряв интерес, притихли. — Проехали. Где ты был?

— Нужно было сделать кое-что для поручения, связанного с расследованием. Информацию изложу на собрании, а сейчас мне нужно отмыться от запаха той обители пьяниц. — Сончжо мелодично скользнул в коридор, в последний раз оглядев гостиную.
Широкую залу с тремя широкими окнами освещал в полумраке лишь горящий камин, тихо похрустывающий в ночи. Высокие потолки, открытый второй этаж, резные деревянные перила — всё напоминало о прошлом. Комната казалась старомодной и одинокой. Он вспомнил первый день своего приезда — следы подростковой деятельности, беспорядочно тут и там спящие подростки и какое-то необъяснимое тепло. Сейчас атмосфера в этой комнате ощущалась совершенно по-другому: мертвецки чисто убранный зал, тревожный полумрак. Особо слабонервный от одного вида расплакался бы, ей-богу. После заметания следов своего увлекательного путешествия по пути из полицейского участка, стало быть пора навестить трудного подростка и её уже наверняка пропиртованного отца.
Коридор более не освещался огнём из камина — посвежевший от водички и похорошевшего настроения Сончжо забрёл в дальнюю часть дома, прямо к главной спальне, что была на пути к комнатам Роксаны и Джереми. Там он в полумраке лунного света разглядел рыдающего Ранта. Портрет в его руках сжимался крепко, ровно настолько, чтобы не повредить. Старую деревянную рамку окропило уже бессчётное количество его слёз. Если бы это помогло ему... Однако, в этом и было нечто завораживающее — старая фотография, мрак, и лунный свет, создающий чарующие блики, отражаясь от огромного количества стеклянных бутылок сзади. Снова запил, чёрт... Нет, ему нужно в комнату дальше через дверь.
Добравшись до обиталища юной Агриче, Сончжо постучал в дверь. Тишина. Тогда он начал скрупулёзно выстукивать мелодии, и дверь наконец отворилась
Перед ним стояла Роксана: светлые волосы были собраны в небрежный пучок, рубиновые глаза смотрели снизу вверх.
Сончжо погладил её по голове и спросил:
— Я зайду?
Она кивнула. Пройдя внутрь, парень подметил, что атмосфера тут схожа с той, что он почувствовал в гостиной. Семейные причуды?Или, с тех пор, как они переехали полгода назад, о ремонте никто даже не думал. Может, первоначальная стилистика и подразумевают что-то такое, а он просто не ценитель?
— Как ты? — с порога перешёл к сути тот.
— Отставь любезности, говори по делу. — резко ответила она. Глаза намекали на то, что недавно ей пришлось неплохо так пострессовать.
Сончжо наигранно надул губы и закатил глаза:
— Я правда тут за тем, чтобы узнать твоё самочувствие. Не хочешь говорить — выпытывать не буду. С вами и поговорить по-человечески никак, тц-тц.
Сончжо плюхнулся на кресло мешок и принялся разглядывать плюшевые тапочки с единорогами, в которых он притопал сюда. Действительно очаровательная вещица. Вероятно, она пригодится ему и потом. Роксана, не дожидаясь развития диалога, потянула его за руку к выходу, бормоча:
— Да, я беспокоюсь о Джереми. Но мне сказали, что он уже в больнице и скоро придёт в сознание. Так что я просто подожду. Глупостей делать не собираюсь. Всё, отчёт окончен? Спокойной ночи. Остальным того же. — Она вытолкала блондина за дверь и захлопнула её перед его носом.
Сончжо остался в коридоре один. Отвлёкшись на милашность единороговых тапочек, он пребывал в прострации перед разговором и не был готов к такому развитию событий. Что ж, видимо, его задание усложняется. Он так и замер за дверью, погрузившись в мысли. Тишину нарушали лишь приглушённые всхлипы и сопли Ранта из одной из соседних комнат. Что ж, раз дело сделано, надо бы и рёве-корове салфеток принести что-ли...

Луна потихоньку готовилась уступать место на небе солнцу, а это значит, что близилось утро.
Спровадив брата в лагерь подальше от событий в Теленио, Роксана взялась за дело решительнее, без страха. Она вновь отправиться к тому самому домику.

— Ты уверена, что это нормально? Твой брат разве не... Расстроиться? — с беспокойством спросил Деон. Он не особо понимал динамику отношений между братом и сестрой в этой семье.
— Всё в порядке, — коротко ответила Роксана, не отрывая взгляда от фотографий, которые раскладывала по полу. Её мысли были где-то далеко отсюда. Они вместе перекладывали какие-то знаки, то и дело поглядывая с одного изображения на другое.
К четырём утра они вышли из дома и направились к мосту. Улицы были безлюдны, город ещё спал. Проходя мимо бара «Обелия», они столкнулись с кем-то, казавшимся Роксане подозрительно знакомым. Она смутно помнит его розовую макушку и слегка причитающий тон... Он стоял у машины, по всей видимости, барахлящей. Заметив школьников, он ничего не сказал. Его молчание и предосудительный взгляд ясно давали понять: ему побоку, чем занимаются ученики на рассвете, пока они не мешают ему. Не говоря ни слова, он пнул в районе между передним колесом и бампером, и машина издала какие-то звуки.
Ребята двинулись дальше. Они уже почти подошли к роковому мосту. Деревья, кусты, шум воды — всё напоминало Роксане ту самую ночь, когда они с братом прятались здесь. Солнце ещё не взошло, улицы оставались тёмными и безмолвными. Деон вышел вперёд, направляясь к домику, но Роксана остановила его, придержав за плечо и пододвигая к себе.
— Давай сначала понаблюдаем. Мало ли кто находится внутри.
Он кивнул, соглашаясь с доводом. Они устроились в тени на земле, скрытые деревьями и растительностью. Роксана широко зевнула. Деон вкрадчиво посмотрел на неё.
— Как ты?
Роксана улыбнулась и потёрла глаза:
— Всё отлично. Просто спать охота.
Деон долго смотрел на неё, потом серьёзно спросил:
— Ты не спала этой ночью, так?
Роксана виновато потупила взгляд и повернулась, возвращаясь глазами к разведке. Он вздохнул, снял кожаную куртку, сложил её как подушку и подложил ей под затылок. Роксана села ближе. Она разглядела его руки, ключицы, белую футболку... При слабом утреннем свете он выглядел как-то особенно глубоко и красиво. За его спиной поднималось солнце, медленно окрашивая небо в тёплые тона. Её сердце заколотилось в быстром темпе, а щеки вспыхнули багрянцем. Она поймала его взгляд. Их лица приближались друг к другу, и между ними оставались считанные миллиметры. В следующий миг дверь дома распахнулась.
Оттуда вышли трое карикатурных персонажей: один «лысая башка, дай пирожка», второй страшненький гном, а третий — ну точно иностранец, длинноволосый и с пидорковатым вайбом. Роксана, не теряя ни секунды, достала телефон и сфотографировала их настолько чётко, насколько могла.
Мужчины направились в ту же сторону, куда в прошлый раз убегали она с Джереми. В руках у них были большие мешки и какие-то вещи.
Когда они ушли достаточно далеко, парочка двинулась ближе к дому. Дверь была заперта. Пришлось заглядывать в окна, но те были настолько грязными, что разобрать что-либо было невозможно.
За их спинами раздался голос:
— И что же вы тут делаете? — Они резко обернулись. За ними стоял Хийка, смотрящий на них хищным взглядом. В их головах пронеслась общая мысль: "Что тут забыл Хийка, который должен быть в Шейдьяке?"

Он зыркнул на них с подозрением, н. Роксана открыла рот, но:
— У нас было свидание, — перебилеё Деон и встал перед девушкой. — А ты всё портишь.
Хийка не отводил от него взгляда.
— А дом чего разглядываете?
Заинтересовались? — спросил он, словно невзначай, но с явным намёком.
Деон молчал.
— Не думаю, что планы парочек —это чья-то забота. Мы не любим групповых секретов, — с лёгкой усмешкой сказала Роксана и шагнула вперёд.
Оба парня смутились: её фраза прозвучала слишком двусмысленно.
— А ты чего тут забыл? — она перевела внимание на Хийку.
— Бегаю. По утрам. Предпочитаю вдоль реки, иногда вокруг: так меньше шансов столкнуться с кем-то. Город оживает уже совсем скоро, ранние пташки спешат по делам. Я не люблю попадаться на глаза.
— Ну, мы тогда пойдём. Раз нас застукали за непристойностями, не стоит продолжать, — отрезала Роксана и развернулась.
— Да, правильно... Уходите, —хмыкнул Хийка.
Роксана резко обернулась. Он
стоял с улыбкой, глаза сияли — не радостью, а чем-то иным. Холодным. Коварным.
И она поняла.
Он один из них.
Так же, как и он понял, чего на самом деле хотела она.

Тем временем в баре «Обелия» разворачивалась не менее интересная сцена. Несмотря на то, что в пятом часу утра он был уже закрыт, внутри было не так уж и тихо. В полумрак помещения ворвалась задорная женщина средних лет и словно осветила мрачную пещеру. Вообще-то, она включила основное освещение, которое в обычное время в баре не включалось. Бар стал смахивать на семейное кантри кафе, учитывая, какая сцена там развернулась... Невысокая женщина на удушающий обнимала двух мужчин, удивительно похожих и непохожих на неё одновременно.
— Мои сыночки выросли такими богатырями! — с радостным материнским восторгом воскликнула она и по очереди поцеловала их в лоб, сжимая щёки. Ситуация была поистине умилительной.
Сыновья не смущались: напротив, они мягко улыбнулись в ответ. В её объятиях они всё ещё чувствовали тепло дома.
Мария, несмотря на возраст, выглядела весьма привлекательно. Но в данный момент в ней по-настоящему пестрили материнские чувства — спустя столько времени навестить любимых сынишек, ещё и с благими вестями...

— Одиннадцатые классы, прошу, садитесь по своим автобусам, ваши учителя будут проверять по спискам... Да, класс учителя Хёнуна это в автобус с-31... — миниатюрная учительница с серьёзным видом координировала потеряшек, то и дело помечая что-то на планшете. В лучах апрельского солнца её волосы разливались самым нежным золотым оттенком, а рубиновые глаза то и дело жмурились от странной погоды. Когда текучка учеников приуспокоилась, её плечи заметно расслабились, и под уставший выдох она наконец потянулась, дабы размять закоченевшую спину. Несмотря на апрель-месяц, в Нью-Браунсуике было весьма прохладно.

— Джереми, Иан, чтоб ваших матерей направо и налево, наденьте шапки, кому говорю?! — наша компания героев, тем временем, весело проходили в автобусы, и даже будучи в числе последних групп, были очень даже воодушевлены. Всё-таки нечасто удаётся выбраться в горы полным составом.

— Эй, вообще-то, это твоя мать тоже!! — крича это вслед старшей сестре, Джереми, на самом деле, уже был близок к тому, чтобы стать частью какого-нибудь классического флага-триколора: внутренняя обивка пушистого капюшона куртки-ветровки, блестящие тёмно-синие волосы, и сам Джереми, уже больше не пунцово-красный, а приближающийся к цвету томатов. Вместе с Ианом они убегали в сторону автобусов, пытаясь избежать лап Рувии и Роксаны. Алоглазые преследовательницы же лишь хотели обезопасить двух полудурков от обморожения ушей путём надевания на них шапок.

— Шапки для лохов!! — адамантовые глаза Иана ещё раз сверкнули, и показав язык красновласой подруге, он с довольной мордой забежал в автобус, напоследок показав неудавшимся гончим язык. Мысленно Рувия прокляла всё то, что благословляло его на побег всю осень и зиму. Зеленоглазый чёрт действительно не надевал шапку все морозные сезоны и остался жив. 1:1.

— У тебя уши отмёрзнут, идиота кусок, иди сюда пока я тебя!- — клич старшей сестры, кажется, был всё ближе и ближе, но не поспевавший за своим товарищем-паркурщиком, Джереми только подходил к месту и заприметил до боли знакомую красную копну волос, выглядывающую из под шапки. Шаг сам по себе замедлился, когда младший Агриче заметил на себе его взгляд. Как долго он так смотрел на него? Сердце забилось так, что отдавало уже и в ушах. Уже по наитию, сбавляя скорость он неспешным шагом оказался около Кейла, всё так же смотрящего на него непроницаемым взглядом. Чёрт, стыдно, стыдно, стыдно... Как долго он так провожал его взглядом? А как они кричали, пока бежали сюда... Да и сам запыхавшийся, как с паралимпийки... Взгляд огненно-рыжего друга, на самом деле, выражал лишь любопытство и лёгкое беспокойство за „товарища“, цвет лица которого близился к тому же огненно-рыжему оттенку, что и его собственные локоны.

„Ахвхх, каков чудак...“ — любуясь остолбеневшим и красным как розы Джереми, Кейл не мог думать ни о чём другом, и неожиданно даже для самого себя пропустил смешок. Не насмехательский, а добрый, почти нежный, как над самим собой и своими мыслями...Наверное он чувствовал себя чутка виноватым перед ним, за то что ушел не поблагодарив ранее. Лицо Джереми предательски горело алым, глаза расширились и задрожали от беготни, а сердце не хотело успокаиваться. Кейл так беззаботно стоит рядом с ним, и кажется, ему весело? Увидев его улыбку при смехе, он бы готов поклясться, что отдаст что угодно, лишь бы запечатлеть этот момент. Кто же знал, что почти сразу же после этого он приблизиться и потянется к его лицу. Если бы сердце Джереми могло, оно бы повесилось. К сожалению, Кейл лишь помог надеть и завязать капюшон на непоседу.

— Я не лезу, но холодно ведь. Ты и сам это знаешь. — завязав дежурный бантик, Хенитьюз понял, что он только что сделал, и тоже потихоньку принимал окрас своей шевелюры. — Просто не простудись, лады?

А Джереми в этот момент готов был умереть. За Родину, за орду, за нацию, неважно-то и в общем. Каким голосом ОН это сказал, как близко были его руки, как он чувствовал его дыхание, Кейл, что был краснее обычного от прохладного воздуха... Резко отстранившись, Кейл поспешно удалился в их автобус, почти убегая. Джереми тем временем быстро очухался от сестринского подзатыльника, прилетевшего сзади. Его сердце сделало мёртвое сальто, и прямо сейчас он пребывал в огромнейшем шоке. Подзатыльник был как жест прощания. Так как она не идет в поход. Всего мгновенье подождав Рувию, они в безмолвии прошли в тот же автобус. И как же им свезло, ага...

... В то же время около автобусов мило болтали темноволосая следовательница и светловолосая учительница. Волосы их развевались ветром, а глаза были наполнены нежностью. Прикрыв губы ладонью, мисс Эйверин хихикнула. Что-то в их диалоге смешило её. Посмотрев на время, она помахала рукой и поспешила удалиться в автобус с-32... В тот момент три автобуса начали издавать звуки, и школьники наконец готовились отправится в путь.

— Хорошо, что мы успели заглянуть в магазин перед отъездом. Чувствую, путь будет неблизким. — Рувия резво нашла Иана и села вместе с ним, готовясь болтать и дурачиться с ним всю дорогу, обсудив весь свет. Сначала, конечно, Иан отхватил по голове от Рувии, но в целом, они практически никогда серьёзно не ссорятся. Когда они только вошли, Джереми уже было хотел сесть рядом с Кейлом, неподалёку от них, но завидев, что тот уже сидит с Карселем и вовсю болтает с ним, ретировался на свободное кресло у окна. После таких игр вверх-низ он уже даже не думал, кто к нему может подсесть. Автобус был уже почти полон, и ничего неожиданного не предвещалось. Ну, кроме подсевшей к нему Джубелиан. В принципе, больше ничего.

— Приветики! — не слишком радостно улыбнулась она. Джереми удивился: он был уверен, что она вообще не пойдёт в поход, учитывая её характер и статус. — Да у тебя все мысли на лице написаны! — сказала она, снимая перчатки. — Я люблю походы и часто хожу с семьёй. — предрассудки по отношению к ней явно были слишком преувеличены. Джуби говорила искренне и без капельки зла.

— Надеюсь, что мы хорошо проведём время вместе.

— Конечно, — ответил Джереми, пожав ей руку. Им предстояла интересная поездка.

... Длительная дорога немного-немало отнимала силы, и после длительной беседы с Джубелиан, спокойно уснувшей рядом с ним, Джереми решил осмотреться. Занятый интересным разговором с Джу, он не заметил как пролетело больше 2 часов, и его конечности слегка отекли. Размяв руки и ноги настолько, насколько это было возможно в пределах его сидения, он оглянулся на 270° — Джубелиан мирно спала, ребята на соседних местах занимались кто чем: кто-то так же спал, кто-то слушал музыку, кто-то залипал в гаджетах. Рувия и Иан, вдвоём занявшие последний ряд, удобно устроились в обнимку, мирно посапывая рядом с пачкой снеков и какими-то напитками. Решив не поворачиваться настолько, чтобы увидеть его, Джереми принялся рефлексировать про себя, закинув в рот одну из оставшихся в пачке конфет. Как оказалось, леденцы, которые он взял перед поездкой, были одними из любимых сладостей Джубелиан, поэтому они на пару умяли штук десять за то время, пока сплетничали.

Оказалось, что у них и вкус в музыке похож — послушали вместе любимые альбомы и подчерпнули по паре треков из плейлистов друг-друга. В ходе их разговора Джереми узнал о Джубелиан гораздо больше, чем ожидал.

Оказалось, быть единственным ребёнком в семье — скучно. Когда-то у неё было два близких друга, с которыми они дружили годами, пока один из них не исчез два года назад, оборвав все связи. Для Джубелиан это было настоящей потерей: она словно лишилась брата.

С тех пор рядом с ней остался лишь Хийка, который заботился о ней, словно старший брат, несмотря на отсутствие кровного родства и особой разницы в возрасте. Джубелиан призналась, что её друг детства был чем-то похож на него и его сестру, поэтому она специфически отнеслась к их появлению. Судя по описанию, он был иностранцем, и Джереми так и не удалось нормально запомнить его имя — Рикардо, Эрнст или как его там?

Джереми выплыл из мыслей и продолжил наблюдение. В основном его внимание привлекло сборище ребят на последних сидениях. На его памяти, когда они только выехали там происходило избиение Иана Рувией. Иана на месте не видно, а Рувия вместо игры со всеми пялится в окно и непонятно жестикулирует. Чудаковато, но в этом вся она. По левую сторону сидел вихрь из старшеклассников, и где-то там было видно кусок головы учителя Хёнуна. Они его там толпой завалить решили, что-ли? Столпотворение не внушало доверия, но и лезть в эту кучку выглядело не очень безопасно. Проскользнув через спящую Джубелиан, Джереми переметнулся поближе к Рувии, дабы спросить, что вообще произошло, пока он спал... После рассказа он удивился.

— И что ты всё-таки высматриваешь в окне?

— А ты сам погляди...

В окне Джереми увидел только автобус других классов, который едет по эту сторону окна. Кажется, в нём находились медбрат и та учительница, помогавшая с организацией... И зачем автобусы поехали параллельно? Ох уж эти канадские дороги...

— ₽#@$€π×`§_#&@!! — хотел бы Джереми возмутится, но разбудить остальных было бы плохой идеей. Рувия тем временем тоже заметила появление связи и стала очень агрессивно тыкать что-то в телефоне. Пресвятые помидоры, ну за что же им это...

Наконец автобусы прибыли в Шейдьяк — город был больше, чем Теленио, но всё ещё казался компактным. Величественные деревья с толстыми корнями, свежий воздух и плотная земля под ногами создавали особую атмосферу. В общей сумме дорога заняла четыре часа, так что уже скоро они были на месте. Кемпинг оказался довольно весёлым. Ребята пели песни, играли, танцевали — школьный совет постарался, чтобы никому не было скучно, а учителя и пионер-вожатые с энтузиазмом поддерживали общее веселье. Ну да...

Учителя сразу распределили ребят в группы. Поскольку в поход отправилось несколько классов, решили не делить всех строго по списку — так у учеников было больше шансов познакомиться ближе. Каждую группу составляли из шести человек, и распределение проходило с помощью жеребьёвки. Джереми оказался в одной группе с Рувией, Карселем и незнакомыми ему ребятами. Кейл, к его разочарованию, попал к Джубелиан. Не то чтобы это радовало Кейла — у него было довольно нейтральное мнение о девушке.

Ребята приступили к работе. Сначала все занялись установкой палаток и гамаков, обустраивая временный лагерь. Затем их разделили на группы: одни собирали грибы и ягоды — хоть еды было достаточно, такие занятия сближают и помогают весело провести время; другие собирали дрова; третьи готовили еду. Поначалу последняя группа отдыхала, но позже им предстояло убрать лагерь и вымыть посуду.

Джереми с группой отправился собирать ягоды, в то время как Кейл с Джубелиан заготавливали дрова, а Иан со своими ребятами готовил обед. Учителя следили за процессом и при необходимости помогали. В кемпинге многое казалось новым и интересным — необычная природа, экскурсия по растениям, интересные игры. К удивлению Кейла, Джубелиан не оказалась заносчивой или грубой. С ней было легко и интересно. Он, возможно, даже насладился бы их общением, если бы не постоянно спотыкался об ямы.

... Когда команда Джереми была уже около зоны леса, выбранной ими методом голосования для сбора ягод, они были заворожены видом: не зря Рувия внимательно слушала, когда рассказывали о окружающей их природе. Она даже взяла один из скучных буклетиков о местных растениях, которые раздавал вожатый.

Пусть это не было энциклопедией, но какую-то часть ядовитых растений они смогут избежать. Чарующий вид зелёных крон окружающих их деревьев захватывал дух, а невероятная растительность и её разнообразие были настоящим пейзажем — неужели только они заприметили это место? Рувия ведь точно говорила, что об этой зоне очень хорошо отзывался тот вожатый...

— Лес просто волшебен, не правда ли? — Рувия подошла поближе к Джереми.

— Да, вид и вправду завораживающий. Не так часто бываю в таких местах, — признался он. Вид озера за деревьями поодаль манил его, словно заколдованного.

— В Калифорнии ведь есть леса и ботанические сады? — удивилась она.

— Есть, — Джереми улыбнулся, — но меня это особо не интересовало. Старший брат любил. Он часто ходил в походы с друзьями.

— Какой он?

— Кто?

— Твой брат. Вы с Роксаной редко о нём говорите.

Джереми замолчал, подбирая слова.

— Ну… мы с ним одного роста. А! Он — копия отца. Ты же видела его?

Рувия кивнула.

— Представь его в молодости — это и есть мой брат. Мама как-то показывала фотографии с папой со времён их знакомства. Я будто на брата в устаревшей коллекции посмотрел. В её воображении начал складываться образ: рубиновые глаза, тёмные волосы, бледная кожа, внушительный рост и привлекательная внешность.

— А по характеру?

— Он добрый. Ну, к своим и к тем, кого любит. Ещё он честный и очень ответственный. Если он влюбится, то это до конца жизни — тут он тоже похож на отца, — Джереми тихо усмехнулся. В его голосе чувствовалась горечь, и он притих.

Пока они разговаривали, корзина становилась тяжелее, а атмосфера легче. Такими темпами они собрали всю малину, что нашли поблизости — дальше в лес было идти небезопасно. Тогда они взяли путь обратно до лагеря, и по дороге к ним подошёл Карсель с фотоаппаратом, снимая всё вокруг. Дойдя поближе к лагерю, он уже успел запечатлеть их с Рувией, затем — группу, собирающую дрова, и тех, кто готовил. Группа Кейла пересекся с группой Джереми. Кейл, нагруженный дровами, с трудом видел, что перед ним. Джубелиан с неожиданной ловкостью собирала ветки и укладывала их ему в руки.

— Джубелиан, глядя на тебя, так и хочется сказать: «Не суди книгу по обложке», — с улыбкой заметила Рувия, не желая её задеть.

— Сочту это за комплимент, — доброжелательно ответила Джубелиан, вовлекая Рувию в разговор. Они быстро нашли общие темы и вскоре ушли вперёд, оставив остальных позади.

Джереми же краем глаза следил за Кейлом, который осторожно ступал, пытаясь не угодить в яму. Не решаясь начать разговор первым, он просто ненавязчиво следовал за ним. Время в лагере шли своим чередом: подростки играли, работали, веселились. Вожатые следили за ними в восемь глаз, однако переживать было не о чем. Пока в лагере не прервали крики...

— ПОЖАР!!

Джереми резко обернулся, но не успел — Кейл, не заметив неровности, подвернул ногу и рухнул в неглубокую яму. Дрова рассыпались, некоторые задели его, оставив на коже царапины.

— Чёрт… — простонал Кейл от боли. Джереми тут же подбежал и помог ему подняться.

— Давай в лагерь. Медбрат осмотрит ногу. Сможешь идти? Кейл попытался наступить, но поморщился и посмотрел на дрова, которые лежали на земле. Джереми нахмурился и повернулся к его группе:

— Эй, ребята! Заберите дрова. Кейл повредил ногу.

Не дожидаясь ответа, он поднял парня на руки.

— Эй! — выдохнул Кейл, рефлекторно обнимая его за шею.

— Без паники, — коротко бросил Джереми, направляясь к лагерю. Щёки Кейла вспыхнули. Такая близость смущала до ужаса. Он наклонился к уху Джереми и тихо прошептал:

— Это… моя нога не так уж болит, чтобы нести меня вот так…

От его голоса уши Джереми моментально покраснели. Он молча усадил Кейла на ближайший камень, развернулся спиной и развёл руки.

— Давай на спину. Так будет… менее смущающе, — сказал он, избегая взгляда Кейла. Широкие плечи Джереми выглядели надёжно. Кейл, поколебавшись, молча взобрался на его спину.

Не без труда добравшись до лагеря, они нашли учителя Хёнуна.

— Да что с вами, чёрт возьми, такое?! — раздражённо спросил он, осматривая парней.

— Я в яму упал, — спокойно ответил Кейл. Учителю оставалось только тяжело вздохнуть.

— Идите к медбрату. Разберутся.

По пути к шалашу мед брата они заметили обгоревший участок земли — к счастью, пожар удалось быстро потушить.

В шалаше медбрата было шумно. Иан сидел на стуле, лицо его было покрыто чёрными разводами от угля, а на руке красовался небольшой ожог. Медбрат Картейн с суровым лицом, выражающим весь абсурд этой ситуации, обрабатывал рану, параллельно читая Иану нотации едва не сквозь зубы. Учительница Эйверин старалась не так показательно смеяться, но умора такого конфуза была сильнее неё.

Заметив подошедших Джереми и Кейла, Иан весело помахал им:

— А с вами что случилось?

— Я, в общем-то, в яму упал, но это не так трагично, как твои ожоги. Что произошло? — Иан засмеялся, но тут же получил щелбан по голове от Картейна.

— Сам поджог, сам обжёгся, сам и ржёт. И сам всё будет убирать, — фыркнул медбрат, не скрывая раздражения.

— Какой я самостоятельный, — с довольной улыбкой протянул Иан, будто не он минуту назад чуть не получил серьёзную травму. Кейл, заметив, что Джереми всё ещё держит его на руках, шепнул:

— Может, ты меня уже опустишь?

Джереми мелко вздрогнул от его голоса у самого уха, и затылок его стал ещё краснее. Он молча опустил Кейла на стул и остался стоять рядом. Как только Картейн закончил с Ианом, он развернулся к Кейлу и тяжело вздохнул, осматривая его ногу и руки.

— Какие вы там дрова собирали, что они в кожу впитались? — проворчал он, обрабатывая царапины. — С ногой не всё так плохо. Перелома нет, значит, успел смягчить падение. Молодец.

С каждым новым замечанием лицо Джереми всё менялось в эмоции, и это не ускользнуло от внимания Иана.

— Дже~ереми, — протянул он с притворной обидой, — а когда я обжёгся, тебе было полностью параллельно. А тут прям будто дифференциация всего живого на одном твоём лице.

— Потому что ты идиот, — усмехнулся Джереми и легонько толкнул его локтём.

— Так, на выход, оба. Не мешайте мне работать, — не выдержал Картейн. Джереми взглянул на Кейла, и тот молча кивнул. Иан, как всегда, не упустил момента подшутить:

— А как выходить, если дверей нет?

Джереми отчаянно сдерживал смех, но в конце концов не выдержал и рассмеялся. Картейн выглядел так, будто готов был выгнать их пинком.

— Я понимаю, что травмы могут влиять на состояние, но не думала, что ожог испортит твоё чувство юмора, дорогой — раздался весёлый голос Рувии, которая как раз подошла к шалашу.

— Рувия! — радостно воскликнул Иан и, забыв про ругань, бросился к ней и едва не вцепился. Когда ребята ушли, оставив Картейна и Далию наедине с Кейлом, атмосфера в шалаше резко сменилась.

— Какие у тебя ловкие пальцы, Картейн... И вне рабочего времени лежат без дела, какая утрата. — Далия ехидничала, наблюдая за работой медбрата. Кейл почувствовал огромный вес неловкости, и от безысходности сжался на стуле, не зная, куда девать глаза. Картейн, казалось, был готов испепелить её взглядом.

— Выйди. Позже поговорю с тобой, — ледяным тоном сказал он.

— Мне нравится, когда он злится, — с довольной улыбкой прошептала Далия Кейлу и, подмигнув, вышла. Хенитьюз поёжился и вспомнил старшую Агриче. Страшно.

— Прости её, — вздохнул Картейн, закончив с обработкой ран...

Тем временем Джубелиан, ловко собрав оставшиеся дрова, сидела на большом камне и любовалась лесом. К ней подошёл Карсель с фотоаппаратом на шее.

— Не думал, что ты любишь походы, — заметил он, наводя объектив на неё.

— Я сбилась со счета! Ты как минимум седьмой, кто сказал мне это. Что с вами не так?— наигранно недовольно вскинула руки Джубелиан, а после хихикнула. К этому моменту большинство дел были закончены. Одни ребята играли в мяч, другие дремали в тени деревьев, а кто-то отправился бродить по лесу.

Джубелиан, устав сидеть на месте, решила прогуляться по ближайшей тропинке. За ней, после очередного отказа Кейла, направился Джереми.

...После того как медбрат обработал раны Кейла, тот вернулся в лагерь. Вокруг кипела жизнь — ребята сидели у костра, болтали и смеялись, но внимание Кейла постоянно возвращалось к Джереми, кружащего над ним, словно курица-наседка. Тот не отходил от него ни на шаг и буквально кружил вокруг, одержимый заботой.

— Тебе не холодно? Принести плед? Может, воды? — в очередной раз спросил Джереми, склонившись к нему. Кейл поморщился, а один из парней, перехватив их перепалку, фыркнул:

— Эй, Джереми, а мне плед не принесёшь? Мне тоже холодно! — переигрывая, он обнял самого себя и играючи изобразил трепетание. Ребята засмеялись, и только объекту этой всеобъемлющей заботы было не до шуток. Где-то рядом раздался матерный комментарий, но Кейл был с ним полностью согласен. Он резко схватил Джереми за руку и повёл подальше от чужих глаз.

— Я понимаю, что ты беспокоишься, — начал он, глядя в землю, — но, пожалуйста, прекрати. Мне не нравится, когда парень так ведёт себя по отношению к другому парню.

Джереми застыл, в груди неприятно кольнуло.

— Мы друзья, — продолжил Кейл холодно, — давай не будем переходить черту.

В его взгляде Джереми прочитал не только решимость, но и нечто более болезненное — стыд. Это было как удар под дых.

— Ну блин, — с натянутой улыбкой бросил он, пытаясь скрыть горечь. — Чувствую, что меня только что отвергли. Не переживай, я больше не буду тебя беспокоить по таким поводам!

Похлопав Кейла по плечу, он развернулся и ушёл к Карселю и Джубелиан, пытаясь скрыть дрожь в пальцах.

Карсель, размахивая фотоаппаратом, показывал снимки с пожара, и Джубелиан заливалась смехом.

— О, Джереми! — весело окликнула она. — Смотри, Карсель поймал идеальный момент с Ианом!

Наблюдая за их беззаботностью, Джереми почувствовал, как напряжение чуть отпустило. Он рассмеялся вместе с ними, стараясь не думать о недавнем разговоре.

Когда Карселя позвал Хёнун, Джубелиан ненадолго задумалась, а затем вдруг вскочила.

— Джер, ты ведь не видел этот город! Пошли, я покажу тебе кое-что интересное.

— Но нас не отпустят, — напомнил он, хотя идея казалась заманчивой.

— Не беспокойся. Пока все отвлечены, никто не заметит, — хищно улыбнулась она. Доверившись её уверенности, Джереми пошёл следом.

Горы Шейдьяка открывались во всей своей неописуемой красоте, и чем ближе они подходили к городу, тем яснее становилась перемена в атмосфере.

— …но, по-моему, герой поступил эгоистично, — сказала Джубелиан, но её уверенность исчезла, как только она поняла, что они углубились в незнакомую часть города. Старые, полуразрушенные дома сжались по обе стороны дороги, словно забытые призраки прошлого. В центре, как тёмная, угрожающая фигура, стояла церковь, забытая временем и людьми. Собак почти не было видно — только пара измождённых псов скользила между развалинами.

— Теленио выглядит гораздо лучше, чем Шейдьяк, — пробормотал Джереми, но, оглянувшись, понял, что он шёл один. Джубелиан осталась позади, пристально изучая старые дома. — Что случилось? — спросил он, возвращаясь к ней.

— Я видела это место… — ответила она тихо.

— Конечно, видела, — пожал он плечами. — Ты же собиралась всё мне показать.

— Нет, не вживую. В кабинете моего отца.

Джереми ничего не понял. Но не успел спросить, как Джубелиан резко схватила его за руку.

— Уходим, — её голос был жёстким, холодным.

— Почему?

Прежде чем она успела ответить, дверь одного из домов скрипнула, и из-за неё появились трое мужчин — высоких, мрачных, с холодными взглядами. Они молча следили за ними. Джубелиан крепче сжала руку Джереми и ускорила шаг.

Когда они вернулись в лагерь, никто не заметил их отсутствия. Всё шло своим чередом — учителя пересчитывали учеников, а костёр догорал, потрескивая в вечерней тишине. Но Джереми всё не мог выбросить из головы образ тех мужчин и взгляд Джубелиан. Что-то было не так.

...

— Я не знаю! — раздражённо повторила Джубелиан, наконец сдавшись под напором Джереми. — Когда я была маленькой, родители почти не отпускали меня от себя. Да и сейчас, если честно. Не удивлюсь, если за нами следит мой телохранитель. Думают, я их не замечаю? Только недавно убедила родителей убрать охрану.

Джереми слушал её молча, не перебивая, а Джубелиан нервно теребила орешек в руках.

— Однажды в наш дом пришёл какой-то мужчина, — продолжила она, тихо, как бы вспоминая. — Я плохо помню его лицо, но он всё время улыбался. После этого начались визиты детективов и полиции. Не знаю почему, но с тех пор мама и отец стали ещё сильнее меня оберегать. Тогда же появились Хийка и Эрно. С тех пор я никогда не ходила одна.

Она замолчала, словно сомневаясь, стоит ли продолжать, но, заметив заинтересованный взгляд Джереми, добавила:

— Раньше отец не запрещал заходить в свой кабинет, но после того случая запретил. Я однажды пробралась туда и увидела фотографию. Это всё.

Джубелиан уставилась на орешек в ладони, её губы сжались в тонкую линию. Джереми не стал давить дальше, хотя вопросы роились в его голове.

Настала ночь, и весь лагерь собрался у костра. Жаркий свет освещал весёлые лица — ребята смеялись, пугали друг друга тараканами, жарили маршмеллоу и обменивались историями.

Джереми подсел к Кейлу и протянул ему пластиковый стакан с напитком. Тот поднял на него недовольный взгляд, но Джереми, не давая ему заговорить, протянул второй стакан Карселю, сидящему рядом.

— Расслабься, — усмехнулся он, как ни в чём не бывало.

Карсель быстро опустошил стакан и вскоре ушёл фотографировать ребят, а Кейл остался с Джереми наедине. Несколько минут они молчали, вслушиваясь в ночной шум и далёкий смех.

— Прости, что заставил тебя чувствовать себя неловко, — неожиданно произнёс Джереми, уставившись в землю.

Кейл повернулся к нему, и некоторое время не произносил ни слова.

— Я перегнул палку, — сказал он наконец. — Мне не стоило быть таким грубым. На самом деле я благодарен тебе за заботу.

Лёгкая, немного смущённая улыбка появилась на губах Джереми. Он протянул руку:

— Давай забудем об этом?

Кейл сжал его ладонь и кивнул. Напряжение, которое было между ними, наконец растворилось. Костёр потрескивал, разгоняя ночную прохладу. Учителя танцевали с учениками, наслаждаясь беззаботной атмосферой. Но, как и в любом походе, у всех были обязанности — и вскоре настал черёд ночного дежурства.

Учителя распределили парней по группам, назначив каждому взрослому по четыре человека. Когда пришла смена Кейла, он оказался в одной группе с Ианом и Джереми.

Часы показывали 4 утра — самое тёмное и тихое время. Учитель и четвёртый парень ушли по нужде, оставив троих одних. Лагерь погрузился в тишину, нарушаемую лишь шорохами ночного леса.

— Пожалуй, это самый скучный момент всего похода, — зевнул Иан, потирая глаза.

— Лучше скучно, чем снова тушить пожар, — усмехнулся Кейл, грея руки над костром.

Джереми сидел немного в стороне, внимательно следя за лесом. Он уловил их разговор и, бросив взгляд, сказал:

— Не расслабляйтесь. Ночью в таких местах всегда могут быть сюрпризы.

Иан фыркнул:
— Ты говоришь, как главный герой дешёвого ужастика.

— Ну да, а ты — как тот, кого съедят первым.

Кейл тихо засмеялся, но вдруг, где-то вдали, за пределами лагеря, раздался странный звук — как будто кто-то наступил на сухую ветку. Троица мгновенно замолчала.

— Слышали? — напряжённо прошептал Джереми, вставая на ноги.
Кейл и Иан переглянулись, надеясь, что им просто показалось. Но звук повторился — на этот раз ближе. Иан нервно сглотнул и шёпотом сказал:

— Может, это учитель с тем парнем возвращаются?

— Нет, они ушли в другую сторону, — коротко ответил Кейл, вглядываясь в темноту.

Кейл встал, игнорируя тревогу в груди. Лес больше не казался спокойным. Тишина давила на уши, и каждый шорох заставлял сердце биться быстрее.

— Ладно, — сказал Кейл, стараясь не выдать волнения. — Давайте не паникуем. Может, это зверь или кто-то из наших.

— Ага, — хмыкнул Иан, — только вот какой зверь ходит на двух ногах?

Джереми вздохнул, сдерживая желание сказать что-то язвительное, и шагнул вперёд, проверяя, что скрывается за ближайшими деревьями.

— Оставайтесь здесь, я посмотрю, — тихо бросил он через плечо.

— Ты серьёзно? — Кейл попытался схватить его за руку, но тот уже исчез в темноте. — Дурак…

Они с Ианом остались у костра, и огонь освещал только маленький участок вокруг, оставляя всё за его пределами в мраке. Минуты тянулись бесконечно.

— Если нас тут кто-то сожрёт, я буду жаловаться, — попытался пошутить Иан, но его голос предательски дрогнул. Кейл не ответил, напряжённо вслушиваясь в звуки. И вдруг — шаги. Тяжёлые и медленные, они звучали оттуда, куда ушёл Джереми.

— Джер? — позвал Кейл, делая шаг вперёд.

Ответа не было.

— Нам стоит… — начал Иан, но замер, когда между деревьями мелькнула тёмная фигура.

Кейл почувствовал, как всё внутри сжалось. Это точно был не Джереми. Слишком высокий, слишком широкий силуэт. И двигался он… странно.

— Пошли за ним, — тихо, но твёрдо сказал Кейл, не дожидаясь возражений. Иан сдавленно выругался, но последовал за ним. Лес окутывала пугающая тишина. С каждым шагом напряжение росло. Когда они услышали резкий треск, оба рефлекторно замерли.

— Джереми? — снова позвал Кейл, но его голос дрогнул.

— Я тут, — раздалось впереди, и Кейл с облегчением выдохнул.

Через несколько секунд из-за деревьев появился Джереми — с окровавленным лицом и вырезанной улыбкой. Его глаза потемнели, и он резко бросился в сторону ребят.

С криком Иан вскочил и оглянулся. Кейл и Джереми смотрели на него, а Иан, тяжело дыша, не мог поверить, что всё это — просто сон. Он твёрдо решил больше не смотреть ужастики.

Огонь трещал, кузнечики стрекотали, светлячки мелькали в темноте, а лёгкий ветерок касался кожи. В уютной компании Кейл чувствовал себя спокойно, но вот из палатки вышла Джубелиан.

— Мне в туалет, — сказала она. — Телефон разрядился, дайте фонарик.

— Давай я с тобой пойду, — предложил Джереми, поднимаясь с места.

Джубелиан нахмурилась.

— Чтобы пойти со мной в туалет, тебе нужно отрезать свои причиндалы и прикрепить матку. Понял? Хотя даже так, я бы не позволила тебе пойти со мной. — недовольно буркнула она, её голос был усталым и раздражённым.

— Да не переживай! Он всё равно по парням, — хмыкнул Иан.

В лагере воцарилась тишина. Джереми замер, затем медленно повернулся к Кейлу. Его лицо стало холодным, и он опустил взгляд.

— Отвратительно.., — едва слышно произнёс Кейл.

Иан осознал свою глупость и хлопнул себя по нижней части лица. Джубелиан быстро сориентировалась и, схватив Джереми за руку, потянула его за собой.

— Пошли уже.

Джереми молча последовал за ней.

Когда они углубились в лес, Джубелиан остановилась и взяла фонарик.

— Дальше я сама. Жди здесь.

Она исчезла в темноте, оставив Джереми наедине с мыслями.

“Отвратительно. Отвратительно. Отвратительно.”

Слово звучало в его голове, как приговор, врезавшийся в сознание вместе с холодным взглядом Кейла.

Что он скажет, когда вернётся? Что скажет Кейл? Что теперь между ними?

Пока Джереми пытался найти ответы, Джубелиан уже направлялась обратно. Из темноты позади неё появилась большая фигура. Незнакомец закрыл нижнюю часть лица платком. Девушка не успела среагировать — её тело обмякло и рухнуло на землю.

— Джубелиан! — сорвался с места Джереми.

Он не успел понять, что происходит, как сильный удар по затылку сбил его с ног. Последнее, что он успел увидеть — дубина в руке с татуировкой в форме круга.

Потом наступила тьма.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, его лучи разрезали туманную серость утреннего неба, наполняя мир мягким золотистым светом. Тёмные силуэты деревьев начали плавно вырисовываться на фоне этой восходящей светилы, как будто пробуждаясь от ночного сна, а ребят нет. Учитель нервничал.

— Я пойду проверю, где они. Кейл, пройдись, ты слишком долго сидишь. Дай ноге размяться.

Кейл молча поднялся и пошёл с ним в лес. Мысли о Джереми и отце не давали ему покоя. “Он ведь совсем не такой, как он…” . Кейл стиснул зубы, снова вспомнив его лицо. Никогда он не видел Джереми таким мрачным. Вдруг учитель вскрикнул. Кейл вскинул голову и увидел, куда он смотрит. На земле лежал Джереми. Джубелиан нигде не было.

Кейл почувствовал, как холод сковал его тело. Он не сразу понял, что происходит, но интуиция подсказывала, что что-то ужасное случилось. Он бросился к Джереми, несмотря на тревогу, охватившую его.

— Джереми! — крикнул он, пытаясь перевести дыхание.

Учитель замер, не решаясь подойти ближе. Кейл опустился на колени, проверяя пульс у Джереми. Тот был в сознании, хотя его лицо было бледным, а дыхание тяжёлым.

— Он жив, — произнёс Кейл с облегчением, но голос его звучал глухо, как будто он ещё не осознавал, что на самом деле произошло.

Он снова огляделся. Где же Джубелиан? На месте её следов не было. Только тёмные пятна на земле и шершавые следы, ведущие вглубь леса.

— Мы должны найти её, — сказал учитель, дрожащим голосом, но Кейл понимал, что это не просто случайность.

— Это не совпадение, — тихо произнёс он, уже вставая на ноги. Он огляделся по сторонам и шагнул вперёд. Он знал, что этот лес скрывает больше, чем просто диких зверей. И Джубелиан, как оказалось, попала в нечто гораздо более опасное.

Это были дела минувших четырёх лет тому назад — каждый родитель переживал за своего ребёнка в Нью-Браунсуике. Власти провинции и местные полицейские так и не смогли разыскать преступников, дабы покарать их во имя каждого невинного ребёнка, пропавшего навсегда. Или они не хотели предавать их общественности? Дети продолжали пропадать, семьи уезжали в страхе, жители были в ужасе. Все дети какое-то время учились дистанционно. Но это не останавливало похитителей. Бывало и так, когда дети пропадали под покровом ночи прямо из своих постелей. Когда общественная паника, казалось, достигла пика — всё прекратилось.Так, словно и не было никаких похищений вовсе. Но пропавшие дети так и не вернулись. Полиция Нью-Браунсуика замяла дело, и всем полицейским в его городах был отдан приказ закончить расследование. Всем служащим оставалось лишь покорно выполнять приказ, но только не мисс Белиал.

Молодая следовательница в офицерском звании, переведённая из другого штата по обмену опытом. Какие-то там приказы не могли унять молодую горячую кровь расследователя. В один момент она решила раз и навсегда — она вернётся лишь тогда, когда закроет это дело, доказав, что она достойна своего звания. Кто, если не она? «Дело ведь не закрыто! Как можно просто взять и закрывать глаза на подобное? Невинные дети пропадали день ото дня, а как только всё прекратилось все забыли об этом?» — подобные мысли тревожили её каждый день. Она просыпалась с ними, засыпала с ними, ела, ходила на работу, выполняла свои обязанности, таская с собой груз размышлений, разделяя горе потери каждого пострадавшего родителя в Нью-Браунсуике.

Диана Бенкью — верная ассистентка офицера Белиал, чьё чувство справедливости не уступало таланту Медеи загонять себя и других. Пышные золотые волосы зачастую скрывали взор хитрый взор малиновых глаз, выворачивающий всю подноготную одним шальным огоньком. Идеальный «второй коп» на допросе, всюду следующий за своим следователем. Это дуо пока не провёл ни один преступник в Канаде. Пусть полиция слепа, но не эти двое.

— В Доктауне были похищены трое детей. Мальчик и две девочки. Лет восьми и девяти.

— Я так и знала! Чёрт. — ударив по столу, произнесла Медея.

— О чём вы? — пусть Диана и нечасто могла уловить ход мыслей Медеи, ибо её ум гениального следователя было тяжело постичь, она понимала её как никто другой. Столько лет бок о бок.

— Пока тебя не было, я провела частное расследование, и обнаружила несколько фактов. — Медея встала с места, открыла шкаф и достала оттуда документы. Положив их на пол из-за их большого количества, она начала:

— Самое первое похищение было совершено в Перт-Андовере. Этот город больше, чем Теленио, он находится почти у границы Канады и США. — Диана слушала внимательно, в то время как пазл всей ситуации был разбросан в её голове. — Я начала догадываться об этом год назад. И я уверена, что мы близки к разгадке.

— Хорошо, что там дальше? — перебила её Диана. Медея продолжила рассказывать…

В это время школа Ликорис была в расцвете сил. Олимпиады, соревнования между школами Нью-Браунсуика не давали и минуты отдыха. Ученики становились вялыми и встревоженными вследствие последних новостей, из-за чего школа решила отправиться в поход. С такими новостями учитель Хёнун направлялся в класс, ожидая реакции учеников. Вот он уже спустился на нужный этаж, и на весь коридор слышались звуки смеха, разбивающихся вещей и прочего шума. Хенун понял, что это его ребята постарались над фоновым звуком второго этажа. Он потянул дверь, и та распахнулась. Ребята быстро сели по местам, и учитель начал урок с объявления новости.

— Добрый день, ребята. Оно доброе, потому что у меня есть неплохая новость. — класс впал в ожидание. — На этой неделе все одиннадцатые классы отправляются в поход! — не медля произнёс Хенун.

Класс быстро заполнился радостными визгами, и вскоре начался урок, оставляя подробности похода на многострадального старосту класса.

Урок прошёл быстро для Иана, который проспал его. Парня разбудили радостные голоса вокруг его стола. Это были его друзья, не дожидаясь пробуждения друга, они бурно обсуждали предстоящий поход.

— Давно я не ходил в походы! — с улыбкой произнёс Джереми. Рувия сидела рядом с ним и что-то искала в телефоне.

— Если поход запланирован на этой неделе, значит, нужно готовиться уже сейчас, да? — крутя баскетбольный мяч, спросил Кейл.

— Интересно, куда мы отправимся? — Роксана знала Теленио не так хорошо, как его жители. Ей было интересно, насколько далеко они отправятся. Вскоре в класс вошёл староста и рассказал про детали похода.

— Поход состоится в пятницу. В пять утра собираемся перед школой и отправляемся в горы соседнего города, так что увидим новые места. Мы проведём там две ночи. Обратно уезжаем в воскресенье утром, чтобы к вечеру быть уже дома. Палатки предоставит школа, но если у вас есть свои, можете взять их с собой. Вот список вещей, которые обязательно должны быть у вас с собой. — он показал стопку бумаг, и ребята по одному взяли. Там были базовые вещи для похода. Пока многие знакомились с содержимым на бумаге, из класса раздался голос.

— Надеюсь, отказаться можно? Не переношу походы. На этот вопрос староста кивнул и добавил: — Кто не поедет, прошу оповестить меня до завтра. Завтра я сдам список тех, кто останется.

После этих слов старосту позвали, и он вышел из класса. Ребята продолжили строить планы на поход.

Проходит четвёртый урок, и Иан задумывается о побеге. Он учил только те предметы, которые, по его мнению, достойны его внимания, а те, что ему не симпатичны, удачно игнорировал. Пятый и шестой уроки были самыми скучными, и с каждой минутой пребывания в школе он хотел поскорее уйти.

Перед ним сидел Кейл. В последнее время он скатился по учёбе и усердно собирал хорошие оценки. Слева от него сидел Карсель. Он с кем-то переписывался и резко встал с места. Собрав вещи, он подошёл к учителю.

— У меня дома срочное дело, могу я уйти? Классного руководителя я уже предупредил.

Учитель кивнул и продолжил урок. Иан только что упустил свой шанс, из-за чего ударился о парту. “Надо было уйти вместе с ним,” — думал он.

Потом он поднял взгляд на Роксану. Вырвав небольшой кусочек края тетради, он сделал бумажный шарик и кинул его в блондинку. Та раздражённо повернулась. Иан, чуть побаиваясь спросить, шепнул:

— Хэй, не против сбежать после этого урока?

Роксана помотала головой и продолжила что-то писать в тетради. Иан вздохнул и направил своё внимание на Джереми, который сидел рядом с ним, позади Роксаны. Его взгляд был прикован к Кейлу. Казалось, будто он совсем не слушал учителя, а изучал тыл Кейла с такой внимательностью, что Иан, наверное, не был так внимателен ни на одном уроке. Было понятно, что Джереми уйдёт только с Кейлом.

Сзади Иан услышал, как чья-то голова снова упала на стол. Он повернулся и увидел Рувию, засыпающую на уроке. Было очевидно, что ей этот предмет так же безразличен, как и ему. Глаза Иана лукаво заблестели, и он дал ей лёгкий щелчок по лбу. Рувия резко проснулась и вопросительно посмотрела на него.

— Сбежим с уроков? — предложил он. Рувия энергично закивала. Идея явно ей понравилась. Они попытались вернуться к теме занятия, но не заметили, как прозвенел звонок.

Театрально притворившись больными, они удачно ушли с последних уроков. Домой было рано, поэтому они отправились гулять по Теленио. Заглянули в кофейню «Харт», прошлись по пустым улочкам, зашли в магазины, а потом направились к реке — просто посидеть и поболтать. Они шли вдоль воды, горячо о чём-то споря, пока не заметили мост. Хотели было сесть на него, но их внимание привлёк домик неподалёку.

— Он всегда тут был? — удивлённо спросил Иан. — Что-то не припомню.

— Был, сколько себя помню, он всегда стоял заброшенным. Но вот только… этой штуки на двери не было, — прищурилась Рувия. Она указала на кельтский крест, выгравированный на двери. Иан со своим плохим зрением ничего не разглядел и предложил подойти ближе. Когда они приблизились, то заметили двух мужчин. Не зная почему, они инстинктивно присели за кустами, будто прятались. Мужчины спокойно направились к дому, не подозревая о посторонних наблюдателях. В их руках были пакеты из единственного супермаркета Теленио. Они открыли дверь и скрылись внутри.

— Е-ма, аж вспотел, — выдохнул Иан. — Никогда их не видел тут. Или видел? Нет, ну точно не видел...

Рувия покачала головой:

— Ты заметил их татуировки?

— Какие ещё татуировки?! Я голову боялся поднять! Ты видела этого лысого?!

— У них была та же татуировка, что и знак на двери, — спокойно заметила Рувия, не сводя глаз с домика.

Уроки подошли к концу. Кейл собирал вещи, стремясь скорее уйти домой. Роксана за ручку Деона ушла раньше, и он решил, что Джереми последовал за ними. Но когда обернулся, тот стоял позади с рюкзаком наготове.

— Может, вместе пойдём? — с надеждой в голосе спросил он. — Роксана променяла меня на Деона! Как она могла?!

Они вышли из школы, и Джереми продолжал болтать: — Боюсь, она снова влюбится не в того парня…

— «Снова»? — Кейл удивлённо взглянул на него. — У неё был неудачный опыт?

— В старом городе она встречалась с одним парнем. Оказался последним мудаком, — стиснув зубы, сказал Джереми. — После него она никого не подпускала.

Кейл слегка улыбнулся. Джереми тут же оживился:

— Что?

— Ты говоришь так, будто это тебя бросили.

— Меня некому было бросать, — пожал плечами Джереми. — Но я переживал за неё, как за себя.

Фраза «Меня некому было бросать» зацепила Кейла. Значит ли это, что у Джереми никого не было? Или это он бросал? И почему он вообще об этом думает? Кейл раздражённо отогнал лишние мысли, пока Джереми не умолкал ни на секунду. Так они дошли до дома Кейла.

Джереми распахнул руки, готовый к прощальному объятию — он всегда так прощался с близкими. Но Кейл остановился. Он не был тем, кто приветствует подобную близость. Догадываясь о чувствах Джереми, он не хотел давать ложных надежд. И не собирался отвечать на этот жест. Джереми опустил руки. Послышалось, как что-то внутри него дало трещину. Он обнял самого себя, будто так и планировал, и чтобы заполнить тягостную тишину, натянуто улыбнулся:

— Что ж… я и не заметил, как мы дошли…

— Да. Удачной дороги, — ровным голосом ответил Кейл. Джереми сжал губы, махнул ему на прощание и пошёл прочь. Кейл смотрел ему вслед с грустным выражением, пока тот не исчез за поворотом.

На дереве неподалёку кто-то тяжело вздохнул.

— Жаль, что я не взял попкорн…

По пути домой Джереми пинал камень, утопая в мыслях. Вдруг его выдернул из раздумий резкий женский голос. Он пошёл на звук и увидел полицейскую, которая крепко держала ребёнка. Рядом стоял мужчина в маске. На первый взгляд — самый обычный человек, ни высокий, ни низкий, ни сильный, ни слабый. Но он дёрнулся, вырвался и побежал. Полицейская крикнула ему остановиться вслед, но не могла бросить мальчика. Тогда Джереми рванул за беглецом. Он вспомнил недавние новости о пропавших детях и отчаянно хотел поймать преступника. Но тот свернул за угол и исчез.

— Чёрт! — тяжело дыша, Джереми пнул мусорный бак.

Вернувшись к полицейской и ребёнку, он покачал головой. Полицейская с розовыми глазами и светлыми волосами разочарованно вздохнула, но поблагодарила его. Взяв мальчика за руку, она повела его домой. Она не могла выкинуть из головы слова Медеии. Место. Время. Методы. Главный вопрос — зачем? Медея не ошиблась. Они действительно пришли за этим ребёнком.

Утро. Кабинет офицера Медеи.

— Эти * ** **! Чёрт, они, скорее всего, прибыли из Америки. Там такие похищения детей не редкость. Но, видимо, полиция начала работать внимательнее, раз они решили расшириться. Или же всё идёт настолько гладко, что они почувствовали безнаказанность. Нью-Браунсуик находится далеко от крупных городов Канады, и если тут исчезнет пара детей, власти вряд ли обратят на это внимание. К тому же, он близко к границе, а значит, есть множество мест, где можно спрятаться или скрыться. Поэтому наша провинция считается одной из самых удобных для таких преступлений. Помнишь, я недавно ездила в командировку? Я обошла несколько соседних городов и поняла: они действуют не ночью, а в основном утром или днём. В то время, когда люди ещё не проснулись или заняты работой. Многие дети ходят в школу и возвращаются домой одни. Сначала этих ублюдков не отличишь от обычных прохожих, но как только они берут ребёнка на руки — всё становится ясно. Иногда похищения происходили на машинах, но чаще детей усыпляли и уносили на руках. Их единственная примета — татуировка. Многие прячут её под одеждой, но если ткань тонкая, она может просвечиваться.

Диана слушала внимательно. Всё, что говорила Медея, оказалось правдой. Теперь ей нужно быть начеку.

Уже стемнело. Джереми сидел дома, ожидая Роксану. Она пришла довольно поздно, но, похоже, кроме него этого никто не заметил.

Когда сестра вошла, он внимательно её осмотрел.

— Алкоголем не пахнешь, парфюмом Деона тоже, вся одежда на месте. Где ты была, чёрт возьми? — недовольно спросил он.

Роксана в ответ ударила его по голове — ровно так, чтобы он свернулся от боли.

— Дурень, я похожа на тех, кто пьёт и спит с парнями? Отвратительно! Даже не смей так думать, — фыркнула она, проходя дальше в дом. — Я с новостями. Похоже, в домике с кельтским крестом пополнение.

Разуваясь, она мельком взглянула на брата. Джереми сразу вспомнил того мужчину и поспешил рассказать сестре:

— После уроков я видел мужчину, который собирался украсть ребёнка. Думаешь, «они» связаны с пропажами детей?

Роксана задумалась, но их разговор прервал голос.

— Советую вам не вмешиваться, — спокойно произнёс он. — Ваш отец расстроится, если узнает, что вы подвергаете себя опасности.

— Твою мать! Ты всегда был здесь? — Джереми, кажется, неплохо встряхнуло от такой неожиданности. — Что за чертовщина, чувак?

Роксана усмехнулась.

— Да он беспокоится только о своей мести. Не надо тут заливать.

От её слов лицо Диабеля дрогнуло, но он не ответил сразу.

— Он, на самом деле, очень сильно переживает за вас.

Роксана только цокнула языком и ушла, а Джереми последовал за ней, оставив Диабеля одного в гостиной.

— Рокс, что будем делать? — спросил он уже на кухне. Она задумалась, а потом ответила:

— Ты поедешь в поход. Говорили, что отправляются в горы. Узнаешь, что там происходит. А я останусь и прослежу за загадочным домиком.

Джереми нахмурился. Ему не понравилось это разделение — его роль казалась незначительной, словно его просто убирали с дороги. Он хотел возразить, но Роксана перебила:

— Будет подозрительно, если мы оба останемся. Езжай. Тем более тебе нужно соблазнить Кейла, — подмигнула она. Джереми смутился. Ему не хотелось оставлять сестру одну, но после пары ласковых слов с её стороны он всё же согласился.

Пятница. 05:30.

Сонные ученики стояли перед школой. В поход отправлялась половина одиннадцатиклассников. Учитель Хенун находился рядом с коллегами. Когда они пересчитали ребят, началась вводная речь.

— Те, кто меня не знают, я — учитель Пак Хёнун. Можете обращаться ко мне как «учитель Хёнун». Я отвечаю за этот поход. Если есть вопросы, обращайтесь к мисс Далии.

Джереми видел её пару раз в школе. Кажется, она преподавала труды. По рассказам одноклассниц, была довольно... Колоритной личностью.

Учитель представил остальных сопровождающих и начал говорить о правилах безопасности. Большинство слушать не стали — кто-то зевал, кто-то даже дремал стоя.

Но Джереми не спал и не слушал. Он искал взглядом Кейла.

Тот стоял в стороне, явно ещё не до конца проснувшийся. Его клонило в сон, он покачивался, едва удерживаясь на ногах. Джереми двинулся к нему, собираясь встать рядом.

Но не успел он встать рядом с ним как — Кейл резко наклонился и чуть не упал.

Джереми подхватил его, не давая рухнуть. Кейл дёрнулся и резко огляделся. Увидев, что Джереми держит его за руку, он нервно осмотрелся по сторонам, проверяя, не смотрит ли кто-нибудь. Затем рывком выдернул руку и, ни разу не взглянув на парня, поспешил к Иану и Рувии.

Оставив Джереми одного среди толпы.

Снова.

Снова этот треск.

.

.

.

спасибо, что дочитали до конца!

Мужчины двинулись в недра бара молча, неспеша оглядываясь, словно искали кого-то. Дверь бара затворилась под гром молнии и нарастающий ливень, а взгляд одного из виновников тишины остановился у дальнего угла барной стойки. Присутствие столь угрожающей компании не осталось незамеченным, однако стоило им присесть, атмосфера стала возвращаться в прежнее русло: стихшие разговоры стали набирать прежние обороты, а настороженные посетители, кажется, уловили, что сегодня их появление не предвещает беды.

Злосчастная четвёрка в этот вечер совсем не были похожи ни на себя обычных, ни на любых других искателей быстрого удовольствия в пучине крепкого алкоголя и развлечений. Несмотря на то, как они держали головы, их тела выдавали некое напряжение — плечи держались насупленно, кулаки инстинктивно сжимались, а глаза выглядели так, будто они готовы кого-то убить.

В противовес им у стойки сидел элегантный черноволосый мужчина. Он сидел почти у края бара, когда свая «дикарей» прижали его с противоположной стороны. Тот, в свою очередь, был максимально расслаблен — припущенные плечи, руки на столе, покачивающие тяжёлую тару с плескающимся дорогим алкоголем и крупным шаром льда, нарастающая ухмылка и шальной огонёк в глазах, когда те подсели к нему. Он словно был написан на картине этого бара самим дьяволом — одет с иголочки, в тон интерьера, так, будто его возвели здесь вместе с самим баром. Он одновременно и был, и его не было. Будто он был с ним одним целым. Он был этим местом, и это место было им самим. Его взгляд лишь на мгновение скользнул по вошедшим, после чего он неторопливо поставил гранёный стакан на стойку и поднес массивную сигару к губам, выдыхая дым в направлении уже подготовленных посетителей.

— Вам что-то подсказать, господа? Музыка, алкоголь, прекрасные девицы... Или вы тут не за этим? — голос его прозвучал спокойно, почти безразлично, но издевательская улыбка, простирающаяся до ушей, выдавала его настрой.

— Этот паршивый пёс, что, изд-! — лысого, уже готового лезть с кулаками, быстро осадили его же дружки.

— Спокойствие, якк-вак, спокойствие. — Один из головорезов, стоявший ближе всего к «паршивому чёрному псу, держащему заветную кость», сделал многозначительный сайд-ай на «Ана». Они уже виделись ранее, так что в секретных кодах не было особой нужды. — К чему эти церемонии, mon ami? Pendant un moment, j'ai cru qu'on avait un problème.* — Этот головорез выглядел приличнее всякого, но в его голосе чувствовался особый акцент.

— Кто-то копает под нас, — в разговор подключился его товарищ пониже. Длинноволосый «дикарь» выглядел изящнее своих товарищей, но одновременно с этим был взбудоражен побольше их — и нам нужно узнать, кто. Nous sommes déjà en difficulté.

Ан слегка наклонил голову, как бы оценивая собеседников. Качок-молчун, дипломат-подражатель, язва-евродива и низкорослый придурок. Его взгляд медленно спускался и поднимался, особенно останавливаясь на тех двух, что говорили на ином языке. Скользнув по ним вверх-вниз, он отвёл глаза в противоположную сторону, едва не закатывая их. Ан пустил ещё затяжку, выдыхая кольцо дыма подальше от собеседников, показывая, что открыт для диалога. При всём этом, он пусть и не внушал страх, но сквозило в воздухе вокруг него что-то, заставляющее поджилки леденеть, а коленки дрожать...

— Информация такого рода дорогого будет стоит, да и вам ли не знать... — небрежно напомнил он, стряхивая пепел в пепельницу. — Возможно, кому-то придётся поплатиться не только деньгами...

— Я и не сомневался в тебе, Ан. — мужчина-дипломат вытащил из кармана пару купюр и по-свойски перекинул их брюнету. — А ты не изменяешь своим принципам. За услугу платят, и мы готовы платить твою цену.

Ан не торопился забирать деньги. Он чуть презрительно оглядел смятые купюры и усмехнулся, словно их разговор его забавлял.

— Вы даже не спросили, сколько. — произнес он, словно ему было уже жаль этих бедолаг. — Но кое-что я скажу: вы задели кое-кого. — В этот момент Ан уже переминал денежку в ладонях и рассматривал её на свету.

Мужчины не дрогнули, но было видно, что внутри они всполошились.

— «Кое-кого»?

Ан в ответ лишь покачала головой, испытывая их терпение.

— Кое-кто с очень широким кошельком. — Анастасиус откинулся на барном стуле, и насмешливо оттопырив руку с парой купюр назад, и одними губами, медленно, измываясь: «Кто-то, намного щедрее вас».

... И, судя по всему, кто-то предельно осторожный.

По виду головорезов было видно, что прочитать по губам сумел только «дипломатишка».

До сего момента молчавший качок, что стоял позади, прищурился и поддался вперёд.

— Что ты знаешь?

Ан сделал новую затяжку, и, наклонившись вперёд, прошептал тому на ухо:

— Кто-то прощупывает вас, но делает это не своими руками. Точную личность довольно сложно установить, но я могу заверить, что это... — Квартет бандитов внимательно слушал, и взгляд Ана прошёлся по каждому из них, вновь остановившись на симпатичном длинноволосом французе. После недолгой паузы, он хлопнул в ладоши перед собой, и наигранно-глуповато воскликнул — Ох! Ваши деньги закончились, большего я не могу сказать. — чёрный пёс улыбался, наблюдая за их реакцией. Низкий мужчина от ярости едва ли не взорвался, мужчина с длинными волосами собирался уже кричать и ругаться, а высокий лысый мужчина сжал руки в кулак. Лишь головорезовский дипломат с раздосадованным взглядом полез проверять карманы, и обречённо вздохнув, кивнул.

— Этого достаточно, — резюмировал их дипломат, и они направились к выходу. Лишь мужчина с длинными волосами повернулся, и Ан дружелюбно ему помахал ладонью. Тот в ответ зыркнул так, словно круглый круассан увидел, — и в ужасе одёрнув самого себя, кинулся к выходу.

Ан остался у стойки, наблюдая, как они уходят, затем медленно затушил сигарету в пепельнице и поднял взгляд на часы. Не прошло и мгновения, как кто-то резко накинул на его глаза ленту, перекрывающую весь обзор. Не успев словесно-матерно выразить своё неизмеримое негодование, прямо у его ухо раздался бархатистый голос, а шею защекотали чужие локоны.

— Угадаешь, кто? — голос «незнакомца» был слишком знаком, чтобы гадать и мешкать, а фраза была произнесена на вполовину родном им обоим языке, и даже мурчащие согласные не помешали установить личность прибывшего дебошира.

— А не пойти ли тебе на художника, чтоб тебя три-поезда-проездом? — Черновласка был не из робкого десятка, а потому на последней фразе вторженец в личное пространство едва не был отправлен в полёт на прогиб.

— Уоу-уоу, Настенька, обойди лошадей и не ешь овса, — в полуприлёте блондин десантировался на барную стойку по иную плоскость, и комфортно умостившись поодаль агрессивного одноглавого воплощения цербера, принялся крутить локон передних волос да приговаривать, — Неужели потасовка стоит свеч и папируса? Между прочим, сегодня очень интересные инстанции... Где же малиновые тарталетки? Отчего же у стола лишь нудные шоколадные пончики? Ох, mon cher, ты же знаешь, как я не люблю тёмный шоколад~

Это был Сончжо. Его светлые локоны мелко сверкали в огнях барных ламп, а нежные глаза отливали бирюзой и застилались розмарином. Его страдальчески наклонённая голова и раскинутая поза открывали вид на влажные ключицы, медленно вздымающиеся от отдышки. Кажется, он почти не попал под дождь?

Они встретились взглядами. Вновь. И если в прошлый раз Ан мог позволить себе равнодушие, то теперь ощущение было иным — этот паршивец пришёл сюда не случайно.

— Ван И задерживается где-то. Довольно твоих шуточек, выкладывай, что хотел. — выдохнув, Ан протёр бокал и расселся поудобнее.

— Что ж, так будет даже быстрее. — Сончжо подался вперёд, и пересев с другой стороны того же угла, взялся поглаживать каёмку только протёртого бокала. Проведя полкруга, он ещё раз перевёл взгляд на Ана, как бы вопрошая, готов ли тот. — У меня уйма новостей.

— Так не тяни же осла за хвост, дурень. Выкладывай как есть на душу, мне есть, чем отплатить. Расценки ты знаешь. — терпение брюнета было не резиновым, и по ту сторону танцпола он уже завидел охранников брата, поэтому им стоило уложиться в срок, пока две бестии не столкнулись в эпицентре хаоса.

— Ну чего же ты, mon cher, я бы не взял с тебя твоих кровных~ — блондин опустил тёмные очки к глазам, продувая последние слова. Поманив ладонью к себе, он продолжил. — Ты знаешь, что мне нужно~~ Не подведи меня, cher ami. — Вместе с этой фразой в воротник Анастасиуса приземлилась аккуратная бумажка, сложенная несколько раз.

— Посмотрим, насколько важной будет твоя информация, shhu cat*... — Анастасиус уже собирался сделать затяжку, как перед ним на столе растянулся его собеседник. Вернее, пол собеседника? Они сидели достаточно близко, но теперь ручищи назойливого гостя слишком решительно нарушали его личное пространство, то и дело мельтеша у лица...

Текло время, тёк алкоголь, и уж ежели не вусмерть пьяные, то наподдатые в края, они уже собирались расходится...

— Да пошёл ты... НАХУЙ пошёл... Иди нахуй... Нахуй идм сука... — в пьяных полубреднях Анастасиус всё-таки нащупал сигару, и уже зажигал чтобы прикурить...

— Cher amiiii... Настюша, mon cher amiii... Не кури, mon cher, а то ацетилхолинчик скажет досвидулиии... И всё, Настенька-— бзебзебзебзе...

... Дождь, слякоть, день чудесный, а у Ваньки — интересный... В обычный, казалось бы, непогожий денёк в Теленио (а тут бывают погожие дни?), наш розовый коммунистический ахтунг направлялся прямиком на свою работу. Ну, работу брата. Ну, единоутробного. Ну, не совсем работу. Не шибко важно-то и куда шёл, а то, что в итоге нашёл...

— Шоколадные пончики, эу, шоколадные пончики! — какая-то школьница кричала прямо у чёрного входа в бар. Ван И только спешился с картежа, но всё равно обратил внимание на странную картину у дверей. Он-то ладушки, ясное дело почему с черного заходит, а это-то что такое, чтобы дети кричали на охранников и ломились через... Погодите, что она кричала? Шоколадные пончики? Эу-эу-эу, а это уже совсем другое дело...

— А дело становится интереснее... Хэй, Ифуртити, Си Юн!! — была не была, так ведь? Если она идёт к братцу, то он будет рад, если он ей поможет? Если не изменяет память, он действительно готовился к сегодняшней сделке... Да, старший братец точно будет рад. — Пропустите её, не слышите что-ли? Она же пришла по поставкам шоколадных пончиков... — моложавый гангстер положил одну руку на плечо к леди, и принялся рассматривать гостью. Струящиеся длинные волосы, подобные жидкому золоту , глаза — кровавые рубины, налитые кровью простых смертных, бессмертная бледность, тонкие руки, словно сошедшая с картины про вампиров... — Оу-оу, и малиновых тарталеток тоже, я надеюсь, юная леди? — Ах, чёрт. «Юная леди». Тяжело живётся людям... Погодите-ка едрить вашу матушку за ногу... Рубиновые глаза, золотые волосы, бледная старшеклассница... Ну нет, такую особу в Теленио он не мог перепутать. Кого угодно, даже родную мать, но не ту, чьё дело буквально лежит в его портфеле, который лениво весит через плечо... Дело, которое он нёс на встречу с древнейшим приятелем, приехавшим спустя такое время. Этот случай стоит небольшой задержки, не так ли? Сегодня он угодит сразу двум привратникам ущелья, — и церберу-брату, и тому-чьих-имён-он-сам-не-сочтёт...

— О милейшая, не соизволите пройти за мной? Поставки шоколадных пончиков, безусловно, важны, однако ситуация с малиновыми тарталетками не терпит отлагательств... И полагаю, будет не менее ценной как для вас, так и для нас, м? Вы ничегошеньки не теряете, я вас уверяю~~... — последнее, что можно было разглядеть, это лишь блеск нефритовых глаз, засиявших томным малахитом... Малахитовый змей ещё не упускал ни одну жертву, и сегодняшний день — не исключение... Какой дебил оставил мотоцикл прямо у чёрного входа под карнизом? Пройти негде, тьфу ты...

... Дом был полон тишины, да и только. Такой затянувшейся, что казалось, будто она вот-вот даст трещину и пойдёт по швам. Ветер лениво колыхал занавески. Он знал, что следовало бы лечь спать, но в голове царил беспорядок.

Кейл сидел у окна, глядя на улицу. Фонари освещали мокрый асфальт, отражая тусклый свет в лужах. Ветер лениво колыхал занавески. Он знал, что следовало бы лечь спать, но в голове царил беспорядок. Позади раздался слабый звук — тихий, едва уловимый кашель. Он обернулся. Пенелопа. Она спала, её дыхание было прерывистым, лицо пунцовело и багровело от жара. Кейл нахмурился и подошёл ближе, поправил одеяло, прикоснулся тыльной стороной ладони к её лбу. Горит не хуже керосина.

Мать оставила их одних, уехав за лекарствами. Она упросила его проследить за сестрой, и он, конечно, не мог не согласиться. Но легче от этого не становилось. Кейл снова сел у окна, и опустив подбородок на сцепленные пальцы, погрузился в раздумья. Мысли возвращались туда, куда он не хотел...

Отец...

Они никогда не говорили об этом. Ни он, ни мать. Никто не осмеливался назвать его имя. Никто не объяснил, почему так случилось. Но он знал.

Кейл прикрыл глаза, сцепив пальцы крепче. Он ненавидел эту пустоту, этот безмолвный вопрос внутри. Ту же самую неопределённость, что он сейчас чувствовал, думая о Джереми. Он знал, что чувствует что-то. Но что? Слишком рано, чтобы давать определения. Чересчур сложно, чтобы это игнорировать. Кейл провёл ладонью по лицу и поднялся.

В кухне горела слабая лампа, отбрасывая тёплый свет на стол. Он налил себе воды, сделал глоток, но не почувствовал удовлетворения жажды. Всё внутри оставалось таким же тягучим, как этот вечер. На секунду ему захотелось набрать Джереми. Услышать его голос, сказать хоть что-то. Но что? Кейл медленно положил телефон на стол, даже не разблокировав экран. Он вернулся в комнату. Пенелопа слегка зашевелилась, слабо пробормотав что-то во сне. Кейл молча сел рядом, прислонился спиной к кровати. Сегодня он останется здесь. Чтобы не быть одному.

... И лишь в тени дерева под домом ощущался невесомый вздох отчаяния, всю тягость которого поймёт лишь дуб да птицы, стихнувшие с ним в один момент. Такие задания, пожалуй, любит всякий, но точно не он...

На утро день в усадьбе Джереми и Роксаны царила оживлённая атмосфера. Высокие окна наполняли комнату мягким дневным светом, отбрасывая тени на полированные деревянные полы. Стол в гостиной, рядом с МАССИВНЫМ камином, был заставлен картами, фишками, случайными стаканами с недопитым чаем и недоеденными турмалиновыми тарталетками.

Они играли в «Бункер» — игру, в которой каждый из участников получал случайную роль, профессию и набор характеристик, а затем начиналась дискуссия: кого стоит оставить в воображаемом убежище, а кого безжалостно выгнать за дверь.

— Ты правда считаешь,что биолог полезнее, чем инженер? — Роксана скрестила руки на груди, её волосы слегка растрепались после очередного бурного спора.

— Конечно, — Джереми небрежно вытянул ноги под столом, лениво перебирая карты. — Ты же не хочешь заболеть в бункере и умереть от какой-нибудь странной инфекции?

— А ты не хочешь остаться без крыши над головой? — фыркнул Иан, выпрямляясь на своём месте. — Если у нас не будет инженера, никто не починит вентиляцию или систему водоснабжения.

Спор разгорался. Рувия покачала головой, делая записи в блокноте, будто судья на важном процессе. Кейл рассеянно крутил в руках фишку, выжидая момента вставить своё слово. Фиона пила чай, наблюдая за разгорающейся дискуссией с едва заметной улыбкой. Деон который даже не был в этой компаний друзей до сего времени, приятно наблюдал за игрой, так как его с ролью грабителя давно вышвырнули из бункера(на самом деле, у него в багаже был чемоданчик фельдшера, но из-за растерянности он не успел об этом сказать).

Снаружи всё было иначе. Недавно отрезвевший Сончжо парковался у особняка. Много мыслей терзало его. О головорезах, встреченных в «Обелии», о детях, порученных ему Рантом, о жизни... Алкоголь заносит разум в романтику, и его рука уже потянулась в карман узких брюк, доставая чуть помятую сигарету, отнятую у его «шоколадно-пончикового» приятеля. Дорогая, наверно? У этой вороны всякая мелочь что ни хлеб, то культурное достояние Ватикана...

— Дуб... — Взгляд Сончжо упал на зажигалку, вынутую уже из куртки. Великолепная композиция: красный дракон с золотыми вставками обрамлял подобие старого дворца чжурчжэньской Цзинь. Огнеупорный материал и настоящее золото. Если приглядеться, то у дракона были зелёные усики из натурального необлагороженного нефрита и тёмные-тёмные зёнки, кажется, из обсидиана. Настоящий раритет. Кажется, в тот мрачный день стояла похожая погода?...

У только построенной усадьбы стоял дуб. Вероятно, в десять раз старше берёз, посаженных специально вокруг дома, он был в десять раз толще и в два раза выше каждой из них. Это был огромный в два обхвата дуб с обломанными, давно видно, суками и с обломанной корой, заросшей старыми болячками. С огромными своими неуклюжими, несимметрично-растопыренными корявыми ветвями и стволом, он старым, сердитым и презрительным уродцем стоял между улыбающимися молоденькими берёзами. Только он один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца. Молодой блондин мог только восхищаться. Его начальник, господин Рант, какой-то-там-хрен-дядя-тётя его, как он сам считал, некровного, но почти брата по жизни — Диабеля, отстроил целый особняк в Канаде ради своей жены, которая собиралась рожать второго ребёнка. Молодой господин Деон Агриче, их старший ребёнок, был их с Диабелем ровесником — хотя, может и старше. Младший Агриче был мрачноватого вида ребёнком, пусть и непередаваемо гениальным во всех проявлениях. Первый ребёнок уже с пелёнок рос как наследник развивающейся компании отца, а потому и знал себе цену. «Ребёнок с золотой ложкой в жопе», как казалось Сончжо. И тот был прав, потому что на той же неделе Диабель засунул эту самую золотую ложку Деону прямо в ж... Впрочем, на тот момент очень даже заслуженно. После этого они втроём очень сильно сдружились.

"Весна, и любовь, и счастие!" - как будто говорил этот дуб. - И как не надоест вам все один и тот же глупый и бессмысленный обман. Все одно и то же, и все обман! Нет ни весны, ни солнца, ни счастья. Вон смотрите, сидят задавленные мертвые ели, всегда одинокие, и вон и я растопырил свои обломанные, ободранные пальцы, где ни выросли они - из спины, из боков; как выросли - так и стою, и не верю вашим надеждам и обманам".

Чха Сончжо несколько раз оглянулся на этот дуб, проезжая мимо усадьбы, как будто он чего-то ждал от него. Цветы и трава были и под дубом, но дуб все так же, хмурясь, неподвижно, уродливо и упорно, стоял посреди их.

"Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, - думал Сончжо тогда, - пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь, — наша жизнь никогда не бывает хорошей!" Целый новый ряд мыслей безнадежных, но грустно-приятных в связи с этим дубом, возник в душе юнца. Во время этого путешествия он как будто вновь обдумал всю свою жизнь, и пришел к тому же прежнему успокоительному и безнадежному заключению, что ему начинать ничего было не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая...

Много воды утекло с той поры, а мощный дуб стоит на том же месте — уже здоровый, зелёный и цветущий.

— Да, здесь, именно на этом месте был этот дуб, с которым я тогда согласился,- Сончжо пустил свои мысли вволю. — Когда то ты был моим духовным символом серости жизни и отчаяния...

Старый дуб, весь преображенный, раскинувшись шатром сочной, темной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого недоверия и горя - ничего не было видно. Сквозь жесткую, столетнюю кору пробились без сучков сочные, молодые листья, так что верить нельзя было, что этот старик произвел их. "Да это тот самый дуб", - подумал блондин, и на него вдруг нашло беспричинное весеннее чувство радости и обновления. Все лучшие минуты его жизни вдруг в одно и то же время вспомнились ему. И осознание себя, и турмалиновое небо, и цветочные поля, и берёзовые луга, и шумный город, и подсобка гамблеров — и все это вдруг вспомнилось ему.

"Нет, жизнь не кончается к тридцати, — вдруг окончательно, беспеременно решил он. — Наслаждаться жизнью можно бесконечно долго..."

Спрятав зажигалку восвояси в карман брюк, Сончжо заприметил возню в окне у одной из ветвей дуба. То же самое окно, в которое он пролез днями ранее... Что ж, одежду конечно было жалко, но любопытство берёт верх... И пока он карабкался, шестое чувство так огрело его по голове, что тот сразу понял: он здесь не один. Далеко на другой стороне улицы, в конце аллеи, стояла женщина. Высокая, с собранными в хвост тёмно-фиолетовыми волосами, она делала вид, что листает телефон, но взгляд её время от времени скользил в его сторону. Следователь Медея Белиал. Полицейская в звании, которая прилипла к нему как банный лист с момента с мотоциклом. Теперь следили не только за подростками. Теперь следили за ним. Игра выходила на новый уровень.

спасибо за прочтение 🤍

— Ах, Сон, ты как всегда, — кое-как, да вовремя. — Диабель пожал плечами, и с выдохом расплылся в довольной улыбке. Что-что, а чувство времени у его друга всегда было необычайным. — Уж извини, в порту возникли накладки с перевозками... — до этого чересчур серьёзное лицо собеседника расслабилось, и подступила ехидная ухмылка — С «деталями сделки» ведь не возникло никаких проблем, так ведь, Диабель?

— Без сучка и задоринки, посредник уже ожидает тебя на месте встречи. Все нужные геолокации отправил тебе в мессенджере. — махнув головой в сторону грузчика катамарана, спустившего багаж с трапа, брюнет вопросительно повёл взглядом. — Ага... А с этим всем что ты планируешь делать?

— Пусть свои люди донесут это до особняка господина Ранта, — обводя взглядом несколько чемоданов, две дорожные сумки и сумочки поменьше: поясная сумка, барсетка, портфель, дорожный рюкзак... И раскладная авоська для продуктов на колёсиках? В общей картине багаж выглядел обычно, но приглядевшись напоминал кучу хлама. Пощурившись в сторону пары людей на берегу, стоящих в нескольких метрах от брюнета, Сончжо кивнул. — Думаю, они справятся и за один заход. Как с разведкой будет покончено, отправлюсь к вам. До завтрашнего дня нужно многое успеть. — от накатившей усталости зевнув, он потянулся и страдальчески протянул — Солнце только садиться, а я уже устал от этого всего.

— Поторопись, дела не ждут. — солидарно по-мученически кивнув, Диабель показательно посмотрел в сторону байка на парковке при порту и жестом подозвал трудяг, которым сегодня выпала доля тащить туеву хучу хлама. — Твой байк пригнали сегодня утром, его уже проверили. Вперёд и с песней, пока тот несчастный не помер от течения времени. — последняя фраза была сказана уже скорее дежурно, потому как адресат этой фразы уже надел шлем и запрыгнул на мотоцикл, и отдавшись веянию ветров, погнал в сторону отеля...

Безмолвная ночь, освежающий приморский бриз, яркие звёзды в небе, коробка пончиков со сладкой, как детские души, шоколадной глазурью и капучино небезызвестной марки SunEuro из супермаркета. Что это, если не идиллия для ночного патруля? Полный штиль. Здесь-то и днём не бывает происшествий, а ночью так вообще — тишь да гладь, одно лишь море да погода свирепствуют и днём, и ночью. В общем-то жаловаться ей было не на что — в любом другом месте следователи вроде мисс Белиал упахивались бы днём и ночью в поисках улик и на допросах подозреваемых, а в Теленио и преступников никаких нет — расследовать нечего, арестовывать некого. Последней надеждой на интересное дело была подозрительная семейка, поселившаяся в особняке на холме — но и те чисты, как младенцы. Обычная семья бизнесменов из Штатов, глава семейства тяжело переживает смерть жены, и оставив семейное дело на старшего сына уезжает с младшими детьми к морю. По документам — пусто, а пока ассистент зачитывала дело, ей даже показалось, что это сюжет какого-то романа.

— Аха, не работа, а отпуск какой-то... — Медея лишь вздыхала у своего поста, как вдруг послышался рёв мотора, и перед ней пронёсся кто-то на безумной скорости. — Ашалеть... — едва успев осознать ситуацию, она погналась вдогонку...

— ... Да, всё в лучшем виде. Копия документов с собой?... Да, сэр... Отлично, всё прекрасно... Утро... Встретимся... — чёрные силуэты в темноте едва можно было различить — тот, что повыше — подозрительный мужчина, проехавший на безумной скорости, и поменьше — кажется, с белыми волосами и странными вещами при себе. От одних только отрывков разговора и подобной ситуации офицерше стало не по себе. Что ночью забыли неизвестный безумец и какой-то школьник в капюшоне в этом районе? Поблизости находился только отель и лес... Что ж, это выглядит как интересное дело для следователя, поэтому мисс Белиал отправляется на расследование...

... Утро после дождя было удивительно свежим и прохладным, чего не скажешь о удушающей гостиной, в которой расположились школьники. За окном усадьбы всё цвело и трепетало, воздух струился ароматами мокрой травы и распускающихся бутонов, а ласковые лучи солнца отсвечивали от капель росы на деревьях и попадали прямо в окно, вид с которого падает прямо на диваны, послужившие спальным местом для кучки школьников, что уместились на них словно котята — клубочками, вразвалочку или даже полусидя. В воздухе над ними витала атмосфера канцелярии после сверхурочных — запах бумаги, кофе и страданий. С подъёмом светила солнечные лучи стали пробиваться через занавески, и уже многозначительно падали ребятам прямо в лица. Первой проснулась Рувия — она же и первой не выдержала напора со стороны солнца. 1:0 в пользу природы. Пожмурив глаза, она потянулась и стала искать глазами свой телефон, но не успела она прийти в себя, как её взгляд зацепило странное зрелище — витражное окно гостиной отворяется, и из него появляется человек в чёрной рубашке и брюках.

— Так, стоп... — она ещё раз зажмурила глаза и посмотрела заново. Незнакомец уже залез через окно и отряхивался от листьев. Она уставилась на светловолосого нарушителя спокойствия их утра. Её глаза округлились от шока. Убедившись, что на дерево не зацепило одежду, вторженец заметил, что за ним наблюдают. Его глаза тоже слегка округлились.

— ...Здравствуйте?... — состояние Рувии было не описать словами, а логический анализ ситуации задерживался в виду сонного состояния, но интуиция подсказывала ей, что сначала надо поздороваться. На вид, он, кажется, был сильно старше их...

— Ох... — турмалиново-небесные глаза незнакомца провели спешный взгляд по комнате, оценивая обстановку, и вернулись к проснувшейся Рувии. — Привет?

Сказать, что в комнате повисла неловкость — просто констатация факта, но степень ахуевания не описать никакими эпитетами. Рой мыслей заполнил голову Рувии, и она уже высматривала предмет потяжелее, чтобы огреть подозрительного незнакомца. Тот тем временем взялся раздвигать занавески, чтобы разбудить школьников, которые явно должны были уже собираться к урокам.

— Хмм... — чуть поморщившись от запаха ночного кофе, блондин открыл пару окон и снова окинул взглядом кучки тут и там лежащих подростков. Под влиянием света и подступившего ветерка, многие из них уже потягивались или раздражённо жмурились, зевая после изнурительной ночной работы.

— Хэй, ребят, вы видели время? Сдаётся мне, что вы можете опоздать в школу... — последние пару слов окончательно дали проснуться остальным и вывели Рувию из транса.

— О нет, мы опаздываем! — вскрикнула она, завидев на экране своего уже найденного телефона время. Цепная реакция не заставила себя ждать, и подростки шумно засуетились в сборах. Спустя пару мгновений, когда их сны полностью покинули головы, некоторые из них заметили кое-что странное...

— Эй, а это ещё кто? — первым повисшую тишину разбавил Иан, сидящий в непосредственной близости от этого «кто».

— Эээ... — к размышлениям присоединился Джереми, пытающийся понять, что за некто оказался посреди их гостиной в такой час. Заметив, что старшая сестра, занятая сборами, ещё не обратила внимания, он легонько потянул её за рукав, сдавленно вопрошая — Эмм, Рокс?...

— А, что? — Поскольку девушка смотрела в абсолютно другую сторону комнаты, она развернулась, чтобы посмотреть, что же её брату опять понадобилось. — Что такое, Дже... — не успела она закончить, как столкнулась взглядом с человеком, что до этого момента как туповатый манекен разглядывал компашку собирающихся подростков.

— Роксана? — её снова окликнули, но в этот раз уже не младший брат, а подозрительно знакомый блондин в чёрной рубахе, заправленной в классические брюки и нараспашку расстёгнутой сверху. Разделяющийся воротник открывал вид на крупный кулон на тонкой фигурной цепочке, сделанный в том же стиле, что и запонки на манжетах рукавов.

— Чего застыли-то?

Неловкую паузу нарушила открывающаяся дверь, из-за которой в комнату вошёл Диабель, отцовский секретарь Агриче. Он же в свою очередь был одет в строгую тёмно-серую рубашку из струящейся ткани, идеально обволакивающую его по фигуре, словно тот персонаж, сошедший со страниц книжки про принцесс. Поверх неё его опоясывал и очерчивал плечи чёрный жилет, который добавлял ему пущей элегантности и строгости образа. Брюки тёмные, с аккуратной посадкой, подчёркивают его стройную фигуру, но при этом не стесняют движений. Его волосы темны как глубинная ночь без луны, не слишком длинные, местами растрёпанные, а глаза — точно точёные шпинели, сверкающие фиолетовым светом, а взгляд словно вытаскивает все мысли наружу. Внешне он выглядит спокойно и уверенно, словно всегда знает, что и когда нужно делать, и никогда не торопится. По выражению его лица было ясно: он был не в духе.

— Ты чего через окно лезешь, ополоумевший?! — гневался и сердился секретарь-загадка, ударив блондина по затылку. Сончжо лишь лениво повёл плечами и жестом показал «минус вайб», намекая, что Диабель ничего не понимает, ведь подобные выходки были для него в порядке вещей. Со вздохом Диабель оглядел присутствующих, ещё тяжело вздохнул и, поняв, что от него ждут разъяснений по ситуации, поспешил объясниться: — Это мой старый товарищ по учёбе, мы вместе начинали работать у вашего отца. — начал рассказ он, обращаясь к Джереми и Роксане.

— У персонала, обслуживающего особняк, проблемы с визой, поэтому они были вынуждены уехать обратно. Сон заканчивал дела неподалёку и уже собирался обратно, в Лас-Вегас, но мы в срочном порядке перевели его сюда до тех пор, пока не найдётся новый персонал. — уже обречённо пожимая плечами, Диабель константировал события как факт. — К тому же, всегда надёжнее свои люди, а не кто-то со стороны. — подав это как вывод, брюнет закончил разъяснение.

— Говоришь как старикан, Диабель — закатывая глаза, вклинился блэкстар на минималках. Опустив тёмные очки, тот принял позу греческого мыслителя, наигранно разочарованно покачивая головой.

— Завалился бы ты, клоунада на колёсах... — Диабель, поворачиваясь в сторону ребят — Извините, я не ожидал, что он снова полезет через окно.

По взгляду Сончжо, скользящему по кивающим ребятам, казалось, что ему вообще на всё параллельно.

— По вашему виду заметно, что вас ждёт интересное будущее, — усмехнулся он, доставая из кармана записную книжку и ручку. Быстро начиркав на маленьком листочке что-то длинное и неразборчивое, он вырвал страницу и одним движением руки смял его в «мячик». Посмотрев одновременно на Джереми, Роксану и Кейла, сидящих к нему ближе всего, он кинул листок в красноволосого, одновременно утаскивая телефоны младших Агриче. Обеими руками одновременно набирая в них что-то, он едва похихикал над уже возмущёнными подростками, а затем всучил их телефоны обратно. — Будем на связи, маленькие герои. — рассмеялся он, хлопнув обоих Агриче по плечам, и подмигнув недоумевающему кареглазому.

— Если буду нужен, я всегда недалеко~ — сразу после этой фразы горе-фокусник вытащил пару визиток, которые в два движения руки оказались у ярко-красной леди и юноши с изумрудными глазами.

Иан тихо хихикнул, а Рувия, удивлённо посмотрев на визитку, на которой красовалась контактная информация, соцсети и фото 4:3 в необычной обстановке. Атмосфера в комнате слегка разрядилась. Джереми и Роксана переглянулись и почти одновременно кивнули Диабелю. Учитывая, что он был с ними рядом особенно последние два года, сопровождал их повсюду и всегда выручал, его словам определённо можно было доверять. Внимательно наблюдая за действиями Сончжо, Роксана прищурилась, словно пытаясь что-то вспомнить.

— Кстати, ваш первый урок начнётся через 30 минут. — добавил Диабель. После этих слов в комнате словно ударила молния. Подростки, осознав серьёзность ситуации, с шумом кинулись к своим вещам, продолжая спешные сборы. Гостиную снова заполнил топот ног, перешёптывания и стук падающих предметов. Сончжо с улыбкой наблюдал за суетой, которая вновь охватила ребят. Его взгляд мягко скользил по каждому из них, и он не мог сдержать весёлый смешок, вспомнив свои школьные годы — как он когда-то точно так же торопился и метался по коридорам. Вскоре подростки поспешили покинуть дом, оставив мужчин одних. Диабель, стоявший рядом с Сончжо, наблюдал за их быстрыми шагами, когда вдруг Сончжо свистнул, привлекая его внимание.

— Ты же мог их подвезти, — сказал он с лёгкой насмешкой, глядя, как ребята мчались к уроку. Диабель лишь усмехнулся и пожал плечами.

— Едва ли на Киу поместились бы Рокс с Реми, зачем лишать детей удовольствия побегать с друзьями? — провожая толпу взглядом, они оба усмехнулись, словно вспоминая о чём-то...

Ребята успели к первому уроку и, едва переведя дыхание, вошли в класс. Они расселись по своим местам, кто-то устало опустил голову на парту, а кто-то пытался пригладить взъерошенные волосы. В воздухе ещё витало лёгкое напряжение после утреннего переполоха, но теперь, когда они наконец добрались до урока, это казалось забавным.

Джереми бросил взгляд на Роксану, та в ответ хихикнула, вспоминая, как они в панике искали учебники. Иан тихо фыркнул, а Рувия, опершись на ладонь, улыбнулась уголками губ. Даже Кейл, слегка качнул головой, словно признавая, что утро выдалось слишком уж хаотичным. Они обменялись короткими взглядами, и в их глазах читалось одно — этот день точно запомнится. Вскоре к ребятам подошёл Деррек, небрежно закинув рюкзак на плечо.

— У вас что, утро началось с погони? — с ухмылкой спросил он, глядя на их взъерошенные прически и слегка запыхавшиеся лица.

— Почти, — фыркнул Иан, перекидывая ногу через ножку стула.

— Скорее с хаоса, — уточнила Рувия, закатив глаза.

Деррек усмехнулся, переглянувшись с остальными, и, пожав плечами, сел рядом. Несколько быстрых реплик, пара дружеских подначек — и разговор плавно перешёл в обсуждение предстоящего урока.

Ребята сидели на первом уроке, когда вдруг до них дошло, что они забыли важный макет, который нужно было защитить на третьем уроке.

— Эй, подождите, мы же макет забыли! — заметил Иан, хлопнув себя по лбу.

— Ну да, конечно, как обычно, — усмехнулась Рувия, качая головой. — Всегда что-то забываем.

— Не переживайте, всё наверное наладится, — сказал Кейл с лёгкой усмешкой, чуть развалившись в кресле. Который просто скрывал досаду. Роксана посмотрела на своих друзей и засмеялась от настолько глупой ситуации. Кейл достал бумагу из своего кармана и посмотрел на неё, словно на какой-то несуразный вопрос по соцэкономике.

— Эй, ребят, как насчёт позвонить... Как, чёрт возьми, это читать? — Казалось, Кейла посетила гениальная разгадка их положения, но подсказка оказалась нерабочей.

— Дай посмотрю — Джереми, поняв замысел друга, собирался прочитать номер на бумажке, но столкнулся с той же проблемой. — Как он, чёрт возьми, писал это? — на бумажке красовались каракули в две строки, которые выглядят так, будто там номер и подпись внизу, но на деле они были больше похожи на каракули кота.

— Дайте я посмотрю у себя, он же забивал свой номер нам с Джереми... — Роксана, смекнув, что их расследование бумажки далеко не пойдёт, стала рыться в контактах, ища того, кто им сейчас поможет. — Сон, Сон... Ребят, как пишется его имя? Не могу найти. — уже взявшись за простое листание в поисках нового контакта, на всякий случай спросила красноглазая.

— Что-то на корейском... Он что, кореец? В его визитке написано что-то на хангыле и транскрипт...— Рувия протянула визитку ближе к Роксане, сама пробивая по указанным соцсетям.

— Ага, Чха... — Теперь уже с продуктивными поисками, Роксана находит контакт «Дядя Чха». — Писец... — тут же переименовывая в «криповый чел».

— Гудки пошли! — а вот Джереми с Кейло, видимо, общими усилиями дошли до этого быстрее. На экране синеглазого красовался звонок контакту «Чача»...

Наступила большая перемена после второго урока, и ребята в предвкушении и волнении собрались на втором этаже, ожидая Сончжо. Выслушав на первом уроке кое-как да вразумительные объяснения Роксаны и Джереми, где что лежит, тот пообещал успеть до сдачи проекта.

— Да где его носит?! — под давлением атмосферы Роксана нервно глядит в окно, куда предположительно должен был приехать Сончжо с их макетом. Словно по велению судьбы, во дворе школы послышался громкий звук мотора мотоцикла и скрежет дрифтующих колёс. Снявший шлем оказался их новым знакомым, успевшим как раз вовремя. Осмотревшись вокруг, тот громко свистнул двумя пальцами, привлекая внимание.

— Мы тут, здесь!! — Иан и Джереми с энтузиазмом махали и кричали с окна, а Рувия, Кейл и Роксана тем временем уже спускались на первый этаж, чтобы забрать макет у входа. Заметив это, они широкими жестами показали старшему в сторону входа, на что получили знак ok.

Отведя байк в сторону, Сончжо с макетом отправился ко входу, где его ожидала встреча с охранником.

— Чего вы тут забыли, мужчина? — «охранником» оказалась старенькая вахтёрша, одним взглядом останавливающая всех проходящих.

— Извините, это нам! — ребята уже приближались, и благополучно получив свой макет, объяснились перед вахтёршей.

— Ну, тогда я пойду. Встретимся вечером. — отсалютовав, блондин в черном отправился восвояси...

После того как ребята успешно защитили свой проект, все отправились перекусить. Иан и Рувия продолжали свою привычную борьбу за последний батончик, а Роксана, тихо и незаметно, пошла в кофейню Харт, наслаждаться моментом проведенным за чашечку кофе.

Карсель же пошёл заниматься важным делом – искать президента, а Джереми остался сидеть с Кейлом, пытаясь скрыть беспокойство, которое не покидало его со вчерашнего вечера. Внутри всё переживало, но Джереми старался выглядеть спокойным. Он понимал, что чувства, которые он начал испытывать к Кейлу, становятся всё сильнее, и это заставляло его нервничать. Его сердце билось быстрее, когда он смотрел на своего друга, пытаясь скрыть свою влюблённость.

Кейл, в свою очередь, сидел с полным спокойствием, даже не подозревая, что его близкий друг испытывает нечто большее, чем дружеские чувства. Для него это казалось чем-то далеким, и, несмотря на их тесную дружбу, всё, что касалось партнёров своего пола, было чуждо и непонимаемо.

— Ты как? Что-то молчишь, — спросил Кейл, заметив, что Джереми кажется немного отстранённым. — Всё нормально, или просто скучно?

Джереми почувствовал, как его сердце сжимается, но решил всё-таки спросить, не зная, как иначе поступить. Он слегка наклонился вперёд и сдержанно, но решительно произнёс:

— Слушай... твои слова вчера… ты говорил, что целоваться с парнем противно. Почему?

Кейл, не ожидавший такого вопроса, немного напрягся, будто пытаясь скрыть что-то внутри себя. Он замолчал, его глаза немного потускнели, когда он понял, что Джереми, кажется, всё же не отступит от вопроса. Джереми чувствовал, как его сердце забилось быстрее, ожидание как будто наполнило комнату, но Кейл всё молчал. Он сжал кулаки и будто уткнулся взглядом в пол, пытаясь собраться с мыслями.

— Ты можешь не отвечать, если не хочешь, — сказал Джереми, но его голос был слегка напряжённым. Он знал, что раз он уже спросил, то должен быть готов услышать ответ. Но это молчание, которое повисло между ними, стало душным и тяжёлым.

Кейл на мгновение взглянул на него, но быстро отвёл взгляд, как будто слов не хватало, чтобы выразить всё, что накопилось внутри. Он открыл рот, но только вздохнул, и снова не сказал ничего. Джереми понял, что Кейл просто не может говорить об этом, что его слова словно застряли где-то внутри, в том месте, где ещё жила неприятная боль.

— Ты же говорил... что это... — начал Джереми, пытаясь снова найти слова, чтобы снять тяжесть из атмосферы. Но его голос вдруг оборвался, как будто он сам не знал, о чём хочет говорить. Он почувствовал, как в груди появляется неприятное ощущение, как если бы что-то сдавливало его внутри.

Кейл замолчал, отвернувшись, и Джереми увидел, как его лицо стало жестким, будто бы все чувства, которые Кейл не мог выразить словами, выдавала его мимика. Он же только кивнул, словно пытаясь убедить себя, что это нормально, что ему не нужно говорить об этом. Но его взгляд был далеким и тусклым.

Джереми почувствовал, как внутри что-то ломается. Он пытался себя убедить, что Кейл просто не готов говорить о таких вещах, что всё нормально. Но боль от невысказанных слов, от того, что он не может понять своего друга, закралась в сердце и затмевала его мысли. Вдруг всё казалось намного сложнее, чем просто непонимание. От взгляда Кейла, который не мог сказать ни слова, Джереми упал в уныние, но молча наблюдал, как тот пытается скрыть свои чувства.

В то же время победив Иана в поединке за последний батончик, Рувия сидела довольная, с лёгкой улыбкой на губах. Её волосы, рыжие и немного растрёпанные, упали ей на глаза, скрывая взгляд. она невольно смахнула их рукой, но они снова упали, зацепив её лицо. Иан, заметив это, мягко прикоснулся к её волосам, убирая их с её глаз. Его взгляд задержался на ней, в глазах читалось восхищение и какая-то мягкость, которую он обычно скрывал...

День близился к вечеру, а это значило лишь одно — настало время снимать маски. Хийка шагал к старому мосту с привычным спокойствием, не торопясь, скрытый сумеречным светом. Небо затянули тяжёлые серые тучи, и казалось, что скоро опустится ночь, глухая и беззвёздная. Вскоре он подошёл к небольшому полуразвалившемуся дому, на двери которого темнел выцветший знак кельтского креста. Дерево вокруг него было потрескавшимся, как будто его жгли, но не дали сгореть до конца.

Хийка постучал тыльной стороной ладони по двери. Тишина в ответ тянулась несколько секунд, прежде чем туго скрипнувшая дверь чуть приоткрылась. В узком проёме показался высокий мускулистый мужчина с тяжёлым взглядом. Он медленно открыл дверь шире, пропуская Хийку внутрь.

В помещении царил полумрак. Единственная тусклая лампа, болтавшаяся под низким потолком, мерцала, заливая пространство дрожащим жёлтым светом. Воздух был тяжёлым — пахло сыростью, несвежей выпивкой и затхлым деревом. Обшарпанные стены будто впитали чужие секреты, а потрескавшийся пол скрипнул под шагами.

В комнате, помимо мускулистого мужчины, находились ещё трое. Один — долговязый мужчина с длинными, спутанными волосами и крючковатым носом — рассеянно тасовал карты, его тени скользили по стенам, искажённые колеблющимся светом. Рядом с ним сидел низкий, неприятного вида человек с нечистым лицом, словно вымазанный копотью. Оба выглядели измождёнными, будто давно не выходили отсюда. На единственной кровати в углу, заброшенной и продавленной, неподвижно лежал человек с чёрными волосами и глазами цвета камня.

Хийка молча уселся на шатающийся стул, скрестил руки на груди и медленно окинул взглядом присутствующих.

— Я пришёл сказать вам кое-что, — его голос прозвучал ровно, но в этом спокойствии было что-то зловещее.

Мужчины переглянулись. В комнате снова повисла тишина, только лампа продолжала нервно потрескивать.

— Но информация стоит жизней. Так что вам придётся заплатить.

Мускулистый мужчина резко ударил по столу, заставив пустую бутылку покатиться к краю.

— У нас сделка! Как ты смеешь... — он почти сорвался на крик, но Хийка даже не дёрнулся.

— Сделка была таковой: я вас прикрываю, а вы помогаете мне в моём плане, — спокойно продолжил он. — Но информация не входила в условия. Если вам не хочется знать...

Он медленно поднялся, будто собираясь уйти.

— Вот школота мелкая, — злобно процедил низкий мужчина.

— Сдохнуть хочешь, да?! — злобно хмыкнул его напарник.

Хийка лишь усмехнулся, не обращая на них внимания, и повернулся к выходу.

— Эй, сколько нужно? — внезапно раздался голос из угла.

Хийка замер. Мужчина на кровати лениво приподнялся, его каменные глаза смотрели в упор.

— Учитывая ваше положение, требовать деньги с вас было бы... бесчеловечно, — его голос прозвучал с лёгким оттенком насмешки. — Так что у меня есть к вам поручение. Ну так?

Небольшая пауза, наполненная напряжением. Мужчина медленно кивнул.

— Договорились. Итак, информация?

Хийка развернулся, чуть склонив голову набок.

— Вы оставили слишком длинный хвост. Скоро кто-то на него наступит. Советую хотя бы убрать этот знак с двери.

Он лениво указал пальцем на кельтский крест, тускло поблёскивающий в неверном свете.

— Как ты смеешь?! — вскрикнул долговязый. — Это не просто знак, ты сам зна...

— Если хотите, чтобы вас поймали, мне всё равно, — бесстрастно перебил его Хийка. — Мне легко заменить вас, а вот вам меня.. не думаю.

Не дожидаясь ответа, он шагнул к выходу и, хлопнув за собой старую дверь, растворился в сгущающейся темноте так же тихо, как и появился, оставив мужчин одних со своими мыслями.

.

.

.

спасибо за прочтения!

— Сегодня у нас особое задание, — начал он, слегка приподнимая бровь. — Вы будете работать в группах. Цель — создать модель экосистемы. Эта модель будет влиять на вашу итоговую оценку.

Кейл оказался в группе с Джереми, Роксаной, Рувией, Ианом и одноклассником Дерреком.

— Не забывайте, что работа в команде — сблизит вас, — добавил Хёнун, глядя на них пристально.

Урок закончился, и ребята начали решать, где они будут делать макет.

— Может, в кафе "Харт"? — предложил Иан. Он был склонен к лёгкости и общению, но тут же понял, что это не лучший вариант: пространство слишком открытое, им не хватит свободы для работы.

— Как насчёт школы? — предложил Деррек. Но с ограничением по времени и возможной суетой это тоже не подходило.

— Может, соберёмся у нас? — предложил Джереми, крутя ручку в руках. Его голос был немного ленивым, но в нём звучала уверенность. — Места хватит, да и никто не помешает.

Идея быстро нашла одобрение, и после уроков компания направилась в сторону усадьбы Агриче. По пути ребята забежали под начинающийся дождь в кофейню "Харт".

Посетителей не было. За стойкой стоял Деон, который подрабатывал в семейном бизнесе после уроков.

— Добро пожаловать, — сказал он, заметив компанию.

— К чему эти формальности, — ответила Роксана с лёгкой улыбкой, подходя к стойке.

— Что будете заказывать? — спросил он, опираясь локтями на стойку.

— Пиццу, пончики… и, может, твоё профессиональное мнение? — с улыбкой ответила Роксана.

— Малиновые тарталетки, — тихо предложил Деон, словно это был секрет.

— Ты меня подкупил, — засмеялась она, кивая.

Деон, занятый упаковкой заказа, украдкой взглянул на Роксану. Она смотрела на витрину, делая вид, что решает, чего бы ещё взять, но он заметил её игривую улыбку.

— Не думал, что ты вообще ешь сладкое, — прокомментировал он, передавая ей пакет с пончиками.

— Ем, но только если их готовишь ты, — бросила Роксана, взяв пакет.

Деррек, стоявший рядом, тихо засмеялся.

— Вот это комплимент. Осталось только понять, искренний ли, — ответил Деон с лёгкой усмешкой, его глаза чуть прищурились.

— Искреннее некуда, — Роксана посмотрела на него так, словно это было очевидно.

— Ладно, если что, могу испечь что-нибудь специально для тебя, — сказал он чуть тише, прежде чем добавить: — Если пообещаешь оставить немного остальным.

Роксана рассмеялась и, подхватив заказ, направилась к выходу.

— Он что, флиртовал с тобой? — оплатив заказ, язвительно спросил Джереми, догоняя её.

— А тебе завидно? — не осталась в долгу Роксана, бросив ему многозначительный взгляд.

— Просто любопытно, что ты ему пообещала взамен, — подколол он, а затем добавил: — Надеюсь, эти пончики стоят твоего внимания.

— Стоят, — с притворной серьёзностью кивнула она. — А вот твоё чувство юмора, Джер, стоит переосмыслить.

Деррек, наблюдавший за этой сценой, сдержанно улыбнулся, но тут же услышал в свой адрес:

— А ты чего лыбишься? Неужели считаешь, что у тебя хватило бы смелости так шутить?

— Ты так уверена? — приподнял бровь Деррек, но Роксана лишь отмахнулась, словно это было не достойно обсуждения.

Дойдя до усадьбы Агриче, компания остановилась перед внушительным домом. Его массивные колонны и окна, увитые плющом, производили впечатление старинной роскоши.

— Вот это да, — пробормотал Деррек, запрокинув голову, чтобы лучше разглядеть верхние этажи.

— Что, никогда не видел больших домов? — бросила Роксана, открывая дверь.

— Видел, но не таких… готических, — ответил он с ухмылкой.

Внутри их встретила просторная гостиная с высокими потолками, мягкими креслами и массивным камином, в котором едва тлели угли.

— Ладно, осмотреться у вас будет ещё время, давайте быстро закончим, — поторопил всех Джереми, но его голос звучал скорее лениво, чем строго.

Рувия, всегда полная энтузиазма и склонности к анализу, сразу принялась изучать те материалы, которые они принесли для проекта.

— Мы могли бы, например, показать в своей экосистеме взаимодействие растений и животных. Какие виды лучше выбрать для симбиоза? — предложила она, беря в руки блокнот.

Иан покачал головой и уселся рядом с ней.

— Прежде чем углубляться в такие детали, нам надо определиться, какой будет наша экосистема в целом. Это будет водная, лесная или что-то совсем нестандартное?

Джереми поднял глаза.

— Почему бы нам не попробовать что-то вроде городской экосистемы? Тут мы можем показать, как растения и животные могут адаптироваться к жизни в мегаполисе.

Роксана, не теряя времени, сразу вмешалась в разговор, кидая взгляд на своих одноклассников.

— Я за! Это будет оригинально и точно привлечёт внимание, — сказала она с азартом.

Деррек, который до этого молчал, наконец выдал свою мысль:

— А что, если мы добавим не только растения и животных, но и, скажем, человеческие элементы? Как города влияют на экосистему? Может, какой-то органический симбиоз с урбанизацией?

Иан задумался на секунду.

— Это уже интересно. Получается, что мы должны показать взаимосвязь между природой и культурой. Но это будет сложнее, чем просто строить лес или океан.

Роксана усмехнулась.

— Зато результат будет удивительным. Главное — не зацикливаться на деталях, а воплотить идею в жизнь.

Компания принялась за работу. Кейл и Джереми собрались строить основу модели, а Рувия с Ианом взяли на себя детали. Деррек и Роксана занялись вырезкой из картона, не переставая подкалывать друг друга.

— Ну и руки у тебя, — заметила Роксана, наблюдая, как Деррек неуклюже разрезает бумагу.

— Ты точно ножницы не в первый раз держишь?

— У меня просто руки слишком мужские для таких мелочей, — огрызнулся он.

— А ты-то, похоже, всю жизнь этим занималась.

— Конечно, ведь кто-то должен компенсировать твою бесполезность, — невинно ответила Роксана, подмигнув. Они продолжили работать, но тишина продлилась недолго.

— Может, ты перестанешь крошить всё подряд и начнёшь вырезать что-то полезное? — спросила она, заметив, как он случайно порвал картон.

— О, прошу прощения, ваша светлость, — ответил он с притворным почтением.

— Видимо, мне нужен мастер-класс от великой Роксаны. — Ну, конечно! Без моих уроков ты, кажется, даже ножницы держать не умеешь. В другом углу комнаты Кейл и Джереми работали в паре.

— Держи, я приклею, — сказал Кейл, передавая Джереми детали модели. Их пальцы случайно соприкоснулись, и Джереми почувствовал, как кровь приливает к лицу.

— Спасибо, — спокойно ответил Кейл, но в его взгляде мелькнула тень смущения. Рувия и Иан тоже не избежали неловких моментов. Когда Иан протянул ей фломастер, их руки столкнулись.

— Ой, извини, — пробормотал Иан, а Рувия только кивнула, отводя глаза.

— Что-то все такие напряжённые, — заметила Роксана, поднимая голову от своей работы.

— Вы что, воду перепутали с валерьянкой? Что вы такие пассивные?

Иан бросил в её сторону мимолётный взгляд, полный сарказма.

— А ты, наверное, от кофе вообще не отходишь, судя по твоей энергии.

— Что поделать, хоть кому-то надо быть бодрым, — ответила она с наигранным вздохом. Её замечание вызвало общий смех, и напряжение немного спало.

Внезапно дверь усадьбы открылась с лёгким скрипом, впуская холодный воздух с улицы. На пороге стоял Рант — отец Джереми и Роксаны. Его мокрый плащ тёмным пятном выделялся на фоне светлого пола. Рант выглядел усталым, с глубокими морщинами на лбу.

— Добрый вечер, — произнёс он низким голосом, слегка кивая в сторону собравшихся.

— Добрый, — хором ответили ребята, хотя их голоса прозвучали немного неуверенно. Рант посмотрел на своих детей с молчаливым одобрением, после чего прошёл в кабинет, оставив после себя лужу воды.

— Ваш отец выглядит… напряжённым, — тихо заметил Кейл, когда тот удалился в конец коридора второго этажа.

— У него всегда так, — Джереми пожал плечами, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Не обращай внимания. Спустя несколько часов работы ребята решили сделать перерыв. Кто-то подтягивался, кто-то отправился за водой, а Джереми предложил Кейлу посмотреть дом.

— Ты ведь всё равно первый раз здесь, — сказал он, жестом приглашая Кейла следовать за ним.

— Здесь действительно огромно, — признался Кейл, оглядываясь по сторонам.

— Здесь проще, чем кажется, — ответил Джереми с улыбкой. Они гуляли по длинным коридорам, разговаривая о мелочах, пока Роксана не позвала Джереми

— Я отойду, скоро вернусь, — бросил Джереми, прежде чем исчезнуть за углом. Кейл продолжил осмотр дома и случайно наткнулся на кабинет Ранта. Дверь была приоткрыта, и любопытство взяло верх. На диване лежал хозяин кабинета, видимо, спал. Бумаги и документы лежали на столе, будто их в спешке бросили. На полу тоже были разбросаны всякие бумаги. На стене висела доска, а на ней несколько заметок и знак, напоминающий кельтский крест. Его взгляд упал на фотографию мужчины — строгого, сурового, с холодным взглядом.

— Кейл! — раздался голос Джереми, и он подбежал к нему. Увидев, на что смотрел Кейл, он закрыл дверь кабинета и с улыбкой продолжил.

— Идём к остальным, или без перекуса останемся. Кейл почувствовал себя, будто его спалили на месте преступления. Но они вернулись к остальным в полной тишине. Кейл постарался сосредоточиться на работе, но мысль о кабинете Ранта не покидала его. Он продолжал мельком поглядывать на Джереми, который, казалось, не заметил его неловкости, А вот Роксана заметила — она с улыбкой наблюдала за его реакцией.

— Ну что, продолжим? — сказала она, возвращаясь к столу с тарелкой фруктов и чашкой кофе.

— Или всё-таки ты заскучал по секретам взрослого мира?

Кейл заметил её насмешливый взгляд, но не ответил, просто кивнув и приступив к сбору оставшихся деталей для модели. Атмосфера немного разрядилась, и все вернулись к работе, хотя тени недосказанных слов всё равно висели в воздухе. Работа шла быстрее, когда напряжение немного ушло. С каждым приклеиванием деталей и вырезом они приближались к завершению своей модели экосистемы. Иан и Рувия уже занимались растительностью, высаживая миниатюрные деревья и кустарники. Роксана продолжала подшучивать над Дерреком, который теперь аккуратно вырезал и складывал бумагу с удивительным вниманием. Дождь почти не утихал, и наступил вечер. Ребята закончили экосистему и отдыхали. Так как проект нужно было сдать на следующий день, экосистема осталась дома у Агриче, так же как и все ребята.

— Слушайте, почему бы вам не переночевать у нас? Всё равно поздно, мы можем поужинать и отдохнуть от проделанной работы, — предложила Роксана, которой было приятно проводить время с ребятами. Ребята не долго думая согласились.

— Всё равно дома мне нечего делать, — с поддерживающим тоном сказал Иан. Ребята убрали ненужные материалы и подготовили место для ночлега. Решили просто поселиться в гостинной, где они и собственно делали макет.

— Эм, я, пожалуй, пойду, — после уборки сказал Деррек. Все посмотрели на него вопросительно, вроде бы все общались нормально, если ему некомфортно.

— Мы не друзья. Мы всего лишь одноклассники, да и тем более у меня дела есть,— отводя взгляд, произнёс он. Всем было ясно. Деррек — не тот человек, который будет подпускать к себе людей, и он не будет с ними сближаться, если сам этого не захочет.

— Ладно… — Пока Роксана была занята распределением мест для ребят, Джереми пошёл провожать Деррека до ворот. Их мать всегда провожала гостей до ворот или до ближайшего поворота. Так что это привычка, которая осталась от матери. Джереми достал синий зонт из корзинки, пока Деррек обувался. И они вместе вышли на улицу. Джереми открыл зонт, и под ним они вместе с Дерреком дошли до ворот дома.

— Славно сегодня поработали, — с приветливой улыбкой сказал Джереми. Деррек посмотрел на него и улыбнулся.

— Пожалуй, да, ты прав, — Джереми протянул ему зонт и продолжил:

— Жаль, что не сможешь остаться. Мы могли бы узнать друг друга получше. — Деррек заметил лёгкую грусть на лице Джереми и похлопал того по плечу.

— В другой раз, спасибо за зонт, — слегка потрясав зонт, разворачивался Деррек, чтобы уйти.

— До скорой встречи, — оставшись под дождём, в след Деррека произнёс Джереми. Наблюдая, как фигура Деррека исчезает за поворотом, Джереми поймал себя на мысли, что этот парень до боли знаком ему. Но он не стал придавать этому особого значения. Дождь усиливался, и Джереми почти весь промок, из-за чего он поспешил войти в дом. Открыв главную дверь, он увидел, как ребята уже всё подготовили. Пока он разувался, за его спиной появился парень. Джереми вздрогнул, и Роксана вскликнула:

— Деон! Наконец-то ты пришёл! Господи, ты весь промок! Заходи быстрее, а то простудишься! — с заботой потянула она Деона, который в спешке снял обувь. Он держал несколько коробок с пиццей и другой едой, влетев внутрь и случайно толкнув Джереми, из-за чего тот потерял равновесие и упал.

— Ты чего под ногами мешаешься? Живей давай! — не обращая особого внимания, сказала Роксана, обнимая руку Деона.

— Вау… самая заботливая сестра, — пробормотал младший, поднимаясь с пола. К двери подошла Рувия, прислонившись к дверному проему между прихожей и гостиной. Она улыбнулась с лёгким сарказмом.

— Кое-кто весь промок, я вижу, — начала она, но Джереми перебил её.

— Как не промокнуть, когда я смотрю на тебя… — с улыбкой приблизился он к её лицу. Рувия слегка смутилась, а сзади появился Иан.

— Вот почему я всегда мокрый, когда тебя вижу, Руви, — прислонившись локтем к её плечу, с ухмылкой произнёс Иан. У Рувии появились румяна, и она, не теряя ни секунды, схватила Иана за талию и притянула к дверному проему, вторую руку при этом поставив так, чтобы не дать ему возможности отступить. Иан слегка замешкался, удивлённый её решительностью. Оставив жалкие сантиметры между их губами, Рувия с доминирующей улыбкой произнесла:

— Так давай проверим, — её рука, которая держала талию Иана, подскользнулась под его кофту, начинав изучать его спину. Иан вздрогнул от неожиданного прикосновения и схватил Рувию за плечи.

— Я не поверю… пока не проверю, милый, — не сдавалась Рувия, пока Иан, от смущения, чуть не взорвался.

— Рувия… мы же… — её руки прошлись по передней части его тела, дойдя до груди. Она внимательно наблюдала за его реакцией. Иан весь раскраснелся и забыл, на каком языке говорил. Пока они продолжали этот весьма интересный диалог, лицо Джереми скривилось, и он довольно громко произнёс:

— Ну, ребята! Ну не при мне же, постыдились бы! — с наигранным возмущением скрестил он руки.

— А что? Тоже хочешь, раз всё это время молчал и смотрел? — с лёгким раздражением посмотрела на него Рувия.

— Конечно смотрел, вы же дверь заблокировали своей… ммм… — не находя подходящих слов, Джереми замолчал, а Рувия вздохнула и отпустила Иана из своих объятий. Из уборной вышел Кейл, тряся мокрыми руками, и остановился, глядя на ребят.

— Вы что тут стоите? — спросил Кейл, и Джереми, подбежав к нему, обнял за руку, изображая жертву.

— Они творили безобразие передо мной! Ох, мои глаза! — театрально убирая слёзы, воскликнул Джереми. Рувия вздохнула и скрестила руки.

— Джери, тебе явно не хватает поцелуев и прикосновений, — с усмешкой сказала она, слегка нахмурив брови. Иан, опомнившись от смущения, присоединился к разговору.

— Кейл, помоги Джереми с этой темой, — слегка хихикая, сказал Иан, и Рувия сразу поняла его посыл. Они оба засмеялись во весь голос.

— Что? — Джереми не понимал, о чём они, а Кейл лишь смущённо повернул голову в сторону.

— Боже мой… это когда было, а вы всё ещё помните… — прикрывая лицо рукой, вздохнул Кейл.

— Я уж точно никогда это не забуду, — не останавливаясь от смеха, добавил Иан.

— Кто-нибудь расскажет мне, о чём вы? — теряя терпение, спросил Джереми. Рувия, слегка успокоившись от смеха, начала:

— Когда мы учились в младшей школе, мы однажды пошли на открытый вечерний кинотеатр.

— Тайком! — добавил Иан, и Рувия продолжила:

— Взрослые не разрешали нам, потому что под вечер там показывают фильмы для более взрослых людей. Ну, мы дети, и решили нарушить правила. Мы не понимали, что там может быть, нам просто хотелось сделать что-то запретное. Так вот, в один вечер мы пришли посмотреть этот фильм, и всё было нормально до тех пор, пока главные герои не начали целоваться. Из нас троих только невинный Кейл не знал, что такое поцелуй… — Рувия остановилась, чтобы ещё раз посмеяться, и похлопала Иана по плечу, чтобы тот продолжил.

— Мы вскоре ушли, потому что фильм был скучным, и пошли домой. На следующий день в комнате Кейла мы с Рувией нашли баскетбольный мяч, на котором было нарисовано лицо. Мы тогда ничего не поняли, но вскоре застали Кейла, когда он целовал этот мяч — и они снова залились смехом вместе с Джереми. Кейл поспешил удалиться к более серьёзным лицам.

Тем временем Роксана и Деон сидели возле камина, который разожгли ребята перед уходом Деррека. Мокрые белоснежные волосы Деона падали ему на глаза. Роксана положила его промокший жакет перед камином, а его самого укутала в тёплое одеяло.

— Скоро чайник закипит, нужно было хотя бы зонт взять, — обеспокоенно сказала Роксана.

— Я взял зонт, но по пути встретил младшеклассника, который стоял перед школой, видимо, ожидая, пока дождь не закончится. Но дождь только усиливался, — его взгляд был прикован к огню в камине.

— Он младше, ему проще заболеть, так что я отдал ему свой зонт. Роксана улыбнулась и защипала его щёку. — Какой ты заботливый! Милашка, — Деон слегка смутился и поднял глаза, как будто что-то вспомнил. — Кстати, еда не намокла? — обеспокоенно спросил он. Роксана покачала головой. — Конечно, не намокнет. Ты столько слоёв ткани на него намотал, что он даже тёплый.

Позже все ребята уже оказались в гостиной и аппетитно ужинали. Разговор был приятным и затягивающим.

— Пожалуйста, дайте Джереми кого-то, чтобы он больше не завидовал нашим тактильностям с Ианом, — в шутку сказала Рувия.

— Я-то завидую?? — возмутился Джереми, подхватывая шутку.

— Я говорю, Кейл, утихомирь его! У тебя же есть опыт, — засмеялся Иан, вспомнив свою любимую шутку про Кейла.

— Да хватит вам, тем более делать подобное с парнем… Это же противно, — поддавшись атмосфере, с улыбкой сказал Кейл. Все замолчали, особенно Джереми, который сидел рядом. Слова Кейла почему-то задели его. Атмосфера стала неловкой, и Иан попытался её разбавить.

— А с мячом целоваться тебе не противно?

— Это было в детстве, прекрати об этом вспоминать… — смутился Кейл, и Рувия подключилась.

— Мне не было противно, когда я поцеловала Иана.

— Но ты же девушка… Ты же не будешь целовать девушку? — Рувия подняла бровь, как бы спрашивая: «Действительно, ты так думаешь?» и повернулась к Роксане. Роксана сидела между Рувией и Деоном, и, как только она поняла намерение Рувии, начала отодвигаться к Деону. Рувия продолжала приближаться, а Роксана, повернувшись к Деону спиной, начала отодвигаться ещё активнее, качая головой.

— Рувия, не смей… — та лишь улыбнулась, но остановилась, когда вдруг Деон обнял Роксану сзади и прикрыл её губы своей ладонью, будто бы «защищая» Роксану от поцелуя Рувии. Рувия лишь вздохнула, но Иан сказал:

— Вы похожи на пару, ей Богу — Деон и Роксана посмотрели друг на друга, как будто задали друг-другу вопрос: «А мы встречаемся?»

— Деон! Падла ты такая, убери руки! — прокричал Джереми, который сидел напротив них. Все засмеялись, атмосфера стала легче, и ребята забыли слова Кейла, кроме Джереми.

Синий зонт закончил своё дело и был удачно оставлен в углу около двери. Парень опустился в подвал. Это был небольшой дом — старый, но очень компактный. Подвал был не сильно сырым, там хранились множество вещей и секретов.

— Ну, наконец-то! Вернулся наш агент! — голубые глаза заблестели, увидев фигуру, которая опустилась в к нему. Хийка поднялся с места и подошёл поближе к Дерреку, открывая свои объятия, чтобы обнять его, но тот увернулся. Из-за этого беловолосый обнял себя, слегка раскачиваясь.

— Что нашёл? Я уверен, что ты что-то нашёл! Покажи! — Хийка крутился вокруг Деррека, будто ребёнок, который с нетерпением ждал родителей после магазина. — Мы были правы. Они пришли сюда по делу. Вот, — он протянул телефон. Хийка начал листать картинки и злорадно улыбнулся. После он засмеялся.

— Серьёзно? Кельтский крест? Ах, кажется, наши друзья в беде. — Обратно вручив телефон его хозяину, жалостливо произнёс Хийка.

— Это не наши проблемы. Эти люди сами виноваты, что оставили такой большой хвост. Утечка информации не от нас, — холодно сказал Деррек, открыв холодильник в поисках еды.

— Ты прав, — протянул буквы Хийка, усевшись на диван и глядя в потолок. — Нам никакой разницы, если «они» будут разоблачены. Но мне как-то жаль их, хаха, — прокручивая в руках бумагу, сказал Хийка.

.

.

.

.

Кто ответит на 4 вопроса правильно, тому Роксана даст 100 рдно.

1) Как каплю превратить в цаплю?

2) Не живое, а на всех языках говорит?

3) На какой вопрос нельзя ответить «Да» и не солгать?

4) Чем кончаются как день, так и ночь?

.

.

спасибо за внимание!

— Вы меня искали? — повторил он, делая шаг вперёд. Роксана прищурилась, её руки невольно сжались в кулаки. Она знала, что этот человек поможет им. Ан был одним из тех, кто всегда знал больше, чем говорил.

— Мы ищем ответы, — спокойно, но твёрдо произнесла она. Ан рассмеялся — сухо, без намёка на веселье.

— Ответы? Ответы всегда дороги.

Джереми сделал шаг вперёд, вставая рядом с сестрой. Его голос прозвучал твёрдо:

— Мы готовы заплатить.

Ан смерил его долгим взглядом, после чего его губы изогнулись в кривой ухмылке.

— Деньги? Или что-то другое?

—А ты бы хотел что-то помимо денег? — с саркастичной улыбкой произнес Джереми. Из-за чего Ан лишь сухо засмеялся.

Анастасиус достал сигарету, зажёг её зажигалкой, прикрыв ладонью пламя. Он сделал глубокую затяжку, затем медленно выдохнул, позволяя дыму окутать его лицо. Этот момент был наполнен напряжением — его взгляд оставался холодным и сосредоточенным. Роксана выдержала паузу, а затем, сунула руки в сумку и кинула на барную стойку конверт с деньгами. Ан поднял бровь, будто это то действие которое он привык видеть на постоянной основе.

— Хорошо, — наконец произнёс он. — И что же вы хотите узнать?

—Вы знаете кто мы и почему приехали в Теленио? — спросила Роксана.

—Я узнал про это ещё за месяц вашего прибытия. Соболезную вашей утрате. — произнес Анастасиус не проявляя интереса, сделав ещё одну затяжку. Роксана стиснула зубы, но её голос остался спокойным:

— Вы знаете, что в Нью-Браунсуик есть те, кто связан с этим проишествием? Отец не собирается нам говорить, но мы бы сюда не приехали, если бы он не нашёл что-то тут.

— Знаю.— Тянув буквы лениво произнес Анастасиус. Он осматривал помещение и посетителей в нем, будто ему наскучил этот разговор.

— Идите к мосту у Старой реки, а дальше....сами всё помёте. — закончил он.

Роксана кивнула, её глаза горели решимостью. Джереми хотел задать ещё один вопрос, но Ан жестом остановил его.

— Уходите, нам больше не о чем говорить, — бросил он. Брат с сестрой вышли из бара, оставляя за спиной затхлый воздух и тяжёлую атмосферу. Вечером было холодно, и лёгкий ветер трепал волосы Роксаны.

—Какой неприятный тип — фыркнул в сторону бара Джереми. Роксана лишь улыбнулась погружаясь в свой смартфон.

—Да ты просто злишься, что твою шутку не оценили. Кстати, я от стыда сквозь землю хотела провалиться. Больше так не позорься. — открывая чат с Деоном произнесла Роксана. Деон быстро ответил, как только Роксана написала ему. Его сообщения были лаконичными, но содержательными.

Деон: «Ан – тот ещё манипулятор, но если он упомянул Старую реку, это неспроста. Убедитесь, что готовы ко всему».
Роксана: «Уже выдвигаемся. Спасибо за поддержку».

Дорога к мосту заняла около полтора часа. Вечернее небо постепенно темнело, окрашиваясь в глубокие синие и серые оттенки. Луна едва пробивалась сквозь плотные облака.

Мост у старой реки был заброшен, заросший мхом и облепленный ржавчиной. Он тянулся над мутной водой, казавшейся неприветливой даже в спокойном состоянии. Вдалеке раздавался гул течения, словно сама река предупреждала их о чём-то.

— Уютное местечко, — с сарказмом заметил Джереми, рассматривая мост.
Роксана проигнорировала его комментарий, сосредоточившись на том, что их окружало. Она заметила следы на влажной земле у входа на мост.
— Кто-то здесь был недавно, — сказала она, указывая на отпечатки ботинок. Джереми прищурился.
— Не нравится мне это, Рокси. Мы даже не знаем, кого ищем.

Роксана и Джереми, стараясь как можно тише, двигались вдоль реки. Тусклый свет фонарей едва пробивался сквозь густой туман, окутывавший всё вокруг. Когда они приблизились к мосту, Роксана вдруг замерла. Её взгляд зацепился за небольшой домик, скрытый за густыми зарослями кустарника. Он выглядел старым, почти заброшенным, но из окна пробивался слабый свет. Джереми который шел за ней и не видел ничего кроме её спины заметил её реакцию и тоже остановился.

— Что там? — шёпотом спросил он. Роксана не ответила сразу, лишь указала на дом. Её глаза были полны интереса. Они подошли ближе. Джереми всмотрелся в темноту и заметил знак на двери. Это был — кельтский крест, вырезанный грубо, словно ножом.

— Это же.. — прошептала она, и Джереми понял, что они подумали об одном и том же.

— Приблизимся? — спросил Джереми, хватая сестру за руку. Из-за окна доносились голоса, глухие и неразборчивые, словно люди внутри что-то обсуждали. На мгновение один из голосов стал громче, и Джереми уловил несколько слов:

— …вскоре уедем… пока…на дно…

Его сердце сжалось. Оба Агриче понимали, что нужно запомнить или сделать снимок людей внутри. Но окно было таким грязным, что особо разглядеть было нечего. Внутри слышались шорохи, будто кто-то ходил кругами. И если они заглянут в окно, то двух нарушителей поймают. Джереми тянул руку сестры, пытаясь жестом показать, что нужно уходить. Но Роксана медлила и всё всматривалась в окно.

— Роксана, сейчас не время играть в героев. Мы ничего не добьёмся, если нас поймают, — тихо, но настойчиво сказал он. Наконец она кивнула. Но когда они начали отходить, скрипнула дверь. Что заставило ребят дрогнуть и на секунду остановиться. Из домика вышел человек. Он был высокий, в длинном тёмном пальто, а его лицо скрывала тень. Свет из дома распространялся по спине этого человека, и Джереми разглядел недлинную косу белого цвета. Человек осмотрелся, словно что-то искал, но ребята успели спрятаться за деревьями.

— Пошли, — едва слышно прошептал Джереми, и они бросились прочь, стараясь двигаться как можно тише.

Голубые глаза которые виднелись в темноте этой ночью, забежали по округе, прислушиваясь к шуму вокруг, ведь вокруг домика до сего момента было совершенно тихо.

Бег был мучительным, ноги тонули в сырой земле, а сердце стучало так громко, что казалось, его могли услышать даже за мостом. Земля была неровной, и ребята постоянно спотыкались и падали на землю. Только когда домик остался далеко позади, они остановились, чтобы перевести дыхание. Но тут раздался вскрик Роксаны. Она схватилась за ногу, её лицо скривилось.
— Что случилось? — Джереми подскочил к ней.
— Походу поранилась, — прошептала она. — Когда упала, зацепилась за что-то острое.
Джереми осторожно осмотрел ногу. На коже была не особо глубокая царапина, из которой сочилась кровь.
— Нужно что-то сделать, пока не стало хуже, — сказал он, поднимая Роксану и поддерживая её под колени и спину. В этот момент из-за дальнего конца донёсся странный звук — как будто кто-то скользнул по мокрой древесине. Роксана жестом показала брату замолчать(🤌🏻), а затем достала фонарик. Она направила свет в сторону звука, но ничего не увидела.

— Эй! Кто там? — крикнула она.

Тишина. Только шум воды и ветра. Но потом... голос. Тихий, почти шёпот:
— Уходите...

Роксана замерла, пытаясь понять, откуда это. Джереми сжал губы.
— Это было не эхо. Здесь кто-то есть, — прошептал он.

— Кто вы такие? — громко спросила Роксана, стараясь скрыть волнение.

Ответа не последовало. Незнакомец продолжал молча смотреть на них, а затем, как будто растворившись в воздухе, исчез в темноте.

Джереми то и дело оглядывался, словно боялся, что их преследуют. Туман сгущался, ночной воздух становился холоднее. Наконец, они шли по улицам где есть дома, но ни одной живой плоти. Вскоре перед ними возник силуэт. По телу прошел холодный пот. В голове крутился шёпот незнакомца. Из-за тумана было почти невозможно рассмотреть, кто это.
Это был Кейл. Он шел у края дороги, в руках держал пакет от супермаркета неподалёку. Заметив ребят, он дрогнул.
— Что с вами случилось? — обеспокоенно спросил он, подбегая к ним. Его взгляд тут же упал на ногу Роксаны.
— Промою и перевяжу, и всё будет хорошо, — сказала Роксана. Кейл кивнул, не задавая лишних вопросов.
— Пойдёмте ко мне. Это недалеко, а вот ваш дом находится дальше, — предложил он, и ребята не отказались. Оба хотели пить и передохнуть от постоянных гонок.
Дом Кейла оказался небольшим, но уютным. Внутри пахло свежим хлебом и травами. На кухне суетилась его мать — женщина с густыми рыжими волосами, собранными в пучок, и карими глазами, которые светились теплотой. Она была невысокой и полной, её руки двигались быстро и уверенно, когда она готовила лекарства и бинты для перевязки.
— Боже мой, бедняжка, — проговорила она, усаживая Роксану на стул.
— Это не серьёзно, но всё равно нужно быть осторожными. Кейл стоял рядом, подавая матери всё необходимое. Он был словно её отражение: те же рыжие волосы, карие глаза и добрый взгляд. Его лицо было напряжённым, но он старался скрыть волнение. Джереми молча наблюдал за этой сценой. Материнская забота женщины заставила его вспомнить собственную мать.
— Всё готово, — сказала женщина, аккуратно перевязав рану Роксаны.
— Ей нужно отдохнуть. Ночь уже, переночуйте у нас. Так будет лучше. Дайте номер ваших родителей, я их предупрежу.
Роксана хотела возразить, но женщина была настойчива.
— Спасибо, миссис… — начал Джереми, но женщина перебила его.
— Зови меня просто Эрин, дорогой.
— Эрин, спасибо. С вашего позволения мы останемся, но родителей предупредим сами. Спасибо. — На втором этаже слышались звуки кашля, из-за чего Эрин начала закругляться быстрее.
— Ох, чего это я, взрослые ребята, конечно, сами. Пойду принесу воды, моей девочке худо стало. — Эрин удалилась на кухню и, позже поднимаясь на второй этаж, вскрикнула Кейлу, чтобы тот постелил гостям. На что Кейл всего лишь кивнул. Он подготовил в гостиной место для сна для Роксаны и пошёл в свою комнату. Роксана что-то печатала в своём телефоне, из-за чего выпала из реальности. Джереми пошёл за Кейлом в соседнюю комнату. Тот разложил несколько одеял на полу, бросив на Джереми короткий взгляд.

— Вы понравились моей маме, — сказал Кейл, не поднимая головы.

— Спасибо, что помогли, — ответил Джереми, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Кейл улыбнулся, но не сказал больше ни слова. Они оба устали, но не хотели расходиться. Кейл присел, Джереми сел рядом, облокотившись на стену.

— Ты всегда так спокоен? — вдруг спросил он, не глядя на Кейла. Кейл пожал плечами.

— Не всегда. Но я словил себя на том, что с тобой я чувствую себя ещё спокойнее. — с улыбкой произнёс Кейл.

Эти слова застали Джереми врасплох. Он почувствовал тепло, которое пробежало по телу, но не знал, как ответить. Молчание между ними было спокойным, почти уютным. Но Джереми растерялся, и он понимал, что когда он теряется он чаще всего говорит и уж потом думает.

— Я пойду проверю Роксану — поднимаясь сказал Джереми, понимая что смущается. Джереми удалился в гостиную оставив Кейла наедине с собой.

Роксана прикрывала лицо тыльной стороной руки. Услышав шаги, опустила руки. Джереми присел на колени.

—Ты как?

—Всё хорошо, спасибо. — Роксана думала о чём-то. Джереми сразу понял что её беспокоит.

—Думаю будет лучше если мы отправимся к мосту ещё раз когда ты сможешь свободно передвигаться. Не думай об этом сейчас, Рокси.

—Символ на двери… ты ведь помнишь? — небольшой жёлтый свет от светильника осветили лицо Роксаны, и можно было заметить блеск в её красных глазах. Совсем как у отца. Джереми вздохнул и дал шалбан сестре.

—Не думай о таком на ночь, кошмары будут снится. — взгляд Джереми гулял где-то в комнате, но он помнил этот символ. Его клонило в сон, поэтому он поднимаясь бросил пару слов перед сном:

— Спи, и перестань думать об этом, мы подумаем об этом завтра. — Роксана кивнула и пожелала спокойной ночи и Джереми вошел в комнату Кейла оставив дверь слегка приоткрытой. Кейл торопливо передвигал вещи на столе, и поднял взгляд на Джереми.

Тишина...

— Хочешь пить? — заполняя тишину спросил хозяин комнаты. Джереми смотрел на него молча, из-за чего Кейлу стало неловко. Он было приоткрыл рот что бы сказать что-то, но Джереми подошел к нему и обнял. Из-за чего Кейл встал в ступор в недоумении, первую секунду, не зная, как реагировать. Объятие было неожиданным, но тёплым. Джереми молчал, просто держал его, будто искал утешения или хотел его дать.

Кейл, чувствуя, как напряжение в теле Джереми постепенно уходит, осторожно поднял руку и хлопнул его по спине, пробормотав:
— Эй, ты в порядке?

— Просто... спасибо, — глухо произнёс Джереми, отпуская Кейла и отступая на шаг назад. Его глаза опустились на пол, и он быстро добавил, — Это был тяжёлый день, вот и всё.

Кейл не стал задавать лишних вопросов. Он лишь кивнул, показывая, что всё понимает, и махнул рукой в сторону своей кровати.
— Ложись, если хочешь. Мне не жалко.

— А ты? — удивлённо спросил Джереми.

— Устроюсь на полу. Не переживай.

— Нет уж, — быстро перебил его Джереми. — Это твоя комната. Я и так уже чувствую себя виноватым.

— Тогда придётся делить, — ухмыльнулся Кейл, пожимая плечами. Его карие глаза весело блестели, и Джереми не смог удержаться от лёгкой улыбки в ответ.

Они легли на кровать, стараясь оставить между собой достаточно места. Сначала было неловко, но усталость быстро взяла своё. Кейл закрыл глаза, а Джереми долго смотрел в потолок, прислушиваясь к размеренному дыханию рядом.

В какой-то момент Кейл тихо пробормотал:
— Ты можешь говорить, если хочешь.. Я имею ввиду о том, что на душе.

Джереми усмехнулся, но в его голосе была нотка грусти.
— А если я не знаю, что сказать?

— Тогда просто молчи, — спокойно ответил Кейл, — но знай, что я здесь.

Эти слова успокоили Джереми больше, чем он ожидал. Его глаза начали закрываться, и последние мысли перед сном были о том, что, возможно, в этом чужом городе, среди всех опасностей и загадок, у них с сестрой появился кто-то, кому можно доверять.

Джереми проснулся от лёгкого щебета птиц за окном. В комнате царил тёплый, мягкий свет, скользящий по стенам и одеялам. Он не торопился открывать глаза, наслаждаясь покоем утреннего воздуха. Когда наконец поднял взгляд, то увидел, как Кейл, вытянувшись на кровати, медленно потягивается, просыпаясь. Легкая улыбка возникла на его губах, как будто утро приносило с собой безмятежность.

— Доброе утро, — сказал Джереми, его голос был низким и слегка хриплым от сна, будто он только что вернулся с какого-то далёкого путешествия в мир снов.

— Доброе утро, — ответил Кейл, открывая глаза. В его взгляде ещё играла лёгкая дремота, но настроение было явно хорошим.

Роксана, уснувшая на диване неподалёку, приподнялась на локте. Её лицо выглядело намного лучше, но боль всё ещё напоминала о себе. Джереми, почувствовав, как лёгкость в теле сменяется заботой, сразу подошёл к ней, мягко опускаясь на колени.

— Как ты? — спросил он с беспокойством, его тёплые руки аккуратно поправили одеяло на её плечах.

— Уже лучше, спасибо, — ответила она с лёгкой улыбкой, пытаясь скрыть остатки боли. — Ты переживал за меня всю ночь? — спросила она с улыбкой, подмигнув ему.

— Конечно, куда мне без этого, — ответил Джереми, с лёгким смущением поправив волосы на её лбу. — Всегда заходишь далеко..

Роксана усмехнулась, глядя на него с мягким взглядом, но её глаза всё ещё хранили шутливую искорку. Джереми пошел на кухню, что бы принести стакан воды сестре. Тем временем Роксана направила своё внимание к Кейлу, который стоял в дверном проёме, тихо наблюдая за ними.

— Ты ему нравишься, — сказала она вдруг, не отрывая взгляда от Кейла.

— Что? — Кейл вдруг покраснел, пытаясь сделать вид, что ничего не слышал, но напряжение в его теле выдавало его.

— Да-да, я вижу, как он на тебя смотрит, а ещё вчера ночью он подошёл ко мне весь залитый красным, как помидор, от смущения, — продолжила Роксана с игривой улыбкой. — Явно ты постарался, да?

Кейл хотел что-то ответить, но в этот момент Джереми вернулся с чашкой воды, и он замолк. Тишина, наполненная лёгким волнением, повисла в воздухе, но в её свете как будто можно было почувствовать, что между ними зарождается нечто важное.

Угадаете кто тот тёмный силуэт, Рокс даст вам 1000к рдно

спасибо что прочитали до конца💖

Любящий муж, который до безумия обожал её, возвращался домой после очередной конференции с букетом её любимых цветов и широкой искренней улыбкой на лице. За ним шёл их старший сын — копия отца, как внешне, так и по характеру. Он с гордостью следовал примеру отца, напоминая ей его в молодости. Оба трудолюбивых, оба заботливых, но часто отсутствующих из-за работы. Позже домой возвращались старшая дочь и младший сын. После тренировки младший сын заезжал за сестрой в клуб на мотоцикле.

Гостиная пропитывалась ароматом вкусного ужина, а дом наполнялся тёплой, восхитительной аурой. Все были счастливы, наслаждаясь обществом друг друга. Женщина шагала по улице с лёгким сердцем, утопая в красках своих фантазий, где всё казалось идеальным.

Она кормила по пути кошек, птиц, собак, подпрыгивала, напевая любимую мелодию. Для неё жизнь была светлым, бесконечным праздником. Но, повернув за угол, всего в нескольких шагах от дома, она даже не заметила, как за её спиной уже давно следовал мужчина. Две большие руки вынырнули из темноты. На одной был платок, пропитанный веществом, вызывающим мгновенный паралич. Доза оказалась смертельной. Женщина дёрнулась всего пару раз, прежде чем её тело обмякло. Собака которого эта женщина кормила, всцепилась в ноги мужчины, из-за чего собаку он застрелил. Мужчина поднял женщину на плечи и скрылся в переулке.

Прошло три дня. Тело всё ещё не найдено. Полиция изо всех сил пыталась найти преступника и жертву. Три бессонных ночи словно обрушились на семью женщины, сокрушив их привычный уклад жизни. Все соседи и знакомые были подавлены. На улице, где раньше царили улыбки, смех и уют, теперь повисла тяжёлая тишина. Погода словно разделяла их горе: тёплое солнце сменилось на холодные, непрерывные дожди.

Прошла неделя. Дождь прекратился, но поиски продолжались. Муж терял терпение. В приступе ярости он отправился в полицию, требуя объяснений, почему дело стоит на месте. Дети вместе с волонтёрами прочёсывали город, надеясь найти хоть какую-то зацепку.

В среду, в 17:37, перед домом семьи заметили коробку. Никого из жителей не было дома. О коробке сообщили дрожащая от ужаса соседка которая возвращалась домой после работы. Порог дома был залит кровью, из самой коробки она тоже сочилась, образуя пугающую лужу. Коробка была небольшой, квадратной. Первая, кто увидела это зрелище, миссис Поп, закричала так громко, что её голос разнёсся по всей улице. Но в этот момент почти все соседи либо помогали в поисках, либо были на работе.

Камеры видеонаблюдения показали: человек в маске и перчатках привёз коробку на синем «Жигули», оставил её у порога и уехал. Машину он сменил несколько раз, а затем скрылся через реку, уничтожив все следы. Позже найденный автомобиль оказался залит кровью и с прядями золотистых волос — её волос. В коробке было её тело. Она лежала, свернувшись в позе эмбриона. Её волосы, некогда золотистые, были грубо отрезаны и спутаны кровью. На ключицах вырезан кельтский крест — символ, оставленный остриём ножа.

Когда муж увидел тело жены в таком виде, он застыл. Всё вокруг словно замедлилось. Его сердце пронзила боль, такая сильная, что дыхание перехватило. Это было неправильно. Это было немыслимо. Она не заслуживала такой судьбы. Никто не заслуживал.

Злость вспыхнула мгновенно, как пожар. Он хотел кричать, разбивать всё вокруг, найти тех, кто сделал это, и заставить их заплатить. Его руки дрожали, ногти впивались в ладони до боли, но даже эта боль не могла перекрыть ту, что рвала его сердце. Отчаяние накрыло его ледяной волной, уничтожив остатки надежды. Он осознавал, что ничего уже не изменить, что её больше нет. Но разум отказывался это принимать. Как ему теперь жить,

жить, зная, что он не смог защитить её? Что её последние минуты были наполнены страданием?

А потом пришла грусть. Чёрная, удушающая. Он упал на колени перед её телом, его взгляд был прикован к изувеченному лицу, которое он когда-то так любил. Слёзы текли сами, но они не приносили облегчения. Только опустошение.

«Я обещал тебя защищать,» прошептал он, голос ломался на каждом слове. «Прости меня...»

Его плач был настолько пронзающим, что даже чужие сердца вокруг не выдерживали. Дети, которые никогда не видели отца в таком состоянии, в тот момент увидели его не как сильного и уверенного человека, а как беззащитного, потерянного мужчину. Тёплые дни закончились. Теперь этот дом окутал холод, словно природа тоже оплакивала её утрату. Хороший дождь — это тот дождь, который знает, когда идти.

Дни пролетели, и мы даже не заметили, как в Теленио, среди новых жителей, прошло два месяца. Ребята уже стали почти как родные друг другу, часто встречаясь и разговаривая. Теленио — маленький городок, где все живут близко друг к другу: в школе учатся в одном здании, а классы почти не отличаются. За этот короткий срок в жизни ребят произошли изменения, которые оставили след в их сердцах. Отец Еленики нашёл работу в Онтарио и переезжал туда с семьей. Это было тяжелое прощание для всех: они дружили с детства, и расставаться было нелегко. Но, преодолев грусть, яркая, розововолосая Еленика покинула свой любимый, уютный городок.

С каждым днём Кейл всё больше привыкал к общению с Джереми. Их забавные перепалки на уроках становились почти дружескими шутками, а случайные взгляды постепенно перерастали в долгие разговоры после школы. Каждый из них раскрывал для себя что-то новое в другом, и, казалось, между ними уже не было барьеров. Кейл удивился сам себе, когда откровенно сказал:

— Честно говоря, когда вы с сестрой только приехали в Теленио, я подумал, что ты будешь таким молчаливым, отстранённым типом, словно серый кардинал. — Его слова повисли в воздухе, и Джереми, явно удивлённый, тихо рассмеялся. Он был уверен, что его основная характеристика — "громкий", а не молчаливый.

2 месяца назад. Кофейня "Харт".

Семья Агриче только приехала в Теленио. Усадьба была старой и пыльной, и, несмотря на это, в доме царила гробовая тишина. Все были усталыми, после долгих перелетов. Всё это время Джереми и Роксана не могли найти передышки, устав от постоянных переездов и поручений отца, который всё ещё расследовал смерть их матери. После трагедии семья погрузилась в мрак, а отец, словно потеряв связь с реальностью, посвятил себя поискам убийцы. Два года они жили в постоянном стрессе, и только теперь, в Теленио, они могли надеяться на покой.

Когда Джереми и Роксана впервые встретились с местными ребятами в кофейне, они казались замкнутыми и немного грубыми.

— У нас дома было мрачно последнее время, — признался Джереми, перебирая пальцы. — Мы с Рокс вообще устали от всего этого. Нам просто нужен был свежий воздух.

— Спасибо тебе, — добавил он, глядя в глаза Кейлу. Его взгляд был полон искренности, и тот почувствовал, как между ними с каждым днём становилось всё больше доверия.

— В моём родном городе я был одним из самых активных людей, а теперь... похоже, я теряюсь. Но с этого момента ты увидишь меня с другой стороны! — С яркой улыбкой произнес Джереми. Кейл лишь улыбнулся в ответ, чувствуя, как между ними растёт близость.

Время шло, и, несмотря на всё, учёба продолжалась. В Ликорисе на днях готовилось мероприятие в честь Дня святого Валентина. Оно называлось "Тайные влюблённые". Это был способ развеять скучную атмосферу учебного времени, и президент Ликориса Саён предложил организовать его. Уже сейчас шкафчики ребят были переполнены открытками и сладкими угощениями, а это ещё до начала мероприятия! Несколько шкафчиков принадлежали Рувии и Иану, которые были популярны и в школе, и за её пределами. Никто не скрывал, что у них есть «фанаты», хотя они оба это игнорировали.

На большой перемене ребята собрались в спортивном зале, переговаривались и наслаждались вкусностями, пока Карсель вдруг не заметил странную фигуру за дверью. Он видел этого человека несколько раз и решил подловить момент, сделав снимок. Показав ребятам фото, он услышал вздох Иана:

— Блять, этот психопат снова следит за мной.

Все посмотрели на него с недоумением, и Иан пояснил:

— Я ему просто один раз помог, обработал рану, а теперь он не отстаёт. Я даже говорил ему мягко и грубо, чтобы отстал, но он меня не слышит.

Рувия нахмурилась, её золотистые глаза сверкнули решимостью. Она не могла стоять в стороне, когда друг оказался в такой ситуации. В её глазах мелькнула огненная искра, и, не дав Иану и слова сказать, она приблизилась к нему, стиснув зубы от решимости. Резко приблизившись, она схватила его за рубашку и притянула к себе, не позволяя даже мигу сомнений.

Её губы, горячие и уверенные, припали к его с такой силой, что Иан не сразу понял, что происходит. Он остался в шоке, но её настойчивость, её страсть заставили его растерянно сжать её талию, поддаваясь волнению. Поцелуй был ярким, без лишних слов, он был вызовом, ответом на весь страх и напряжение. Рувия не сдерживалась, её губы скользили по его, как если бы она пыталась вырвать у него все эмоции, скрывавшиеся за его мрачным взглядом. Она не только прижала его к себе, но и заставила его почувствовать всё — её силу, её желание, её уверенность.

Когда она оторвалась, Иан остался в оцепенении, но его руки все ещё обвивали её талию, как будто он не мог отпустить её. Его лицо было покрасневшим, а глаза полны удивления, но её взгляд не отпускал его. Она заметила, как сталкер, стоящий за дверью, побледнел, будто ему не хватало воздуха. Удовлетворение наполнило Рувию — она победила.

Поцелуй оставил на губах Иана следы её помады, но, видимо, это было последним аккордом для сталкера — он быстро развернулся и, спотыкаясь, убежал.

Рувия удовлетворённо отступила назад, чувствуя себя победительницей. Весь зал взорвался от удивления и радости.

— Хэй, почему вы не сказали, что встречаетесь? — спросил с улыбкой Кейл.

— Да, когда бы мы узнали, если бы не этот сталкер?! — подхватил Карсель.

Иан, поправляя свою рубашку, ответил:

— Мы не встречаемся.

— Пока не встречаемся, — с ухмылкой добавила Рувия.

Ребята начали смеяться и аплодировать, но их веселье прервал строгий голос президента, который внезапно появился у двери.

— Почему вы так шумите? В начальных классах ещё идут уроки, — сказал он, хмурясь.

Все сразу замолчали. Обычно президент был не таким строгим, но очевидно, что ругань преподавателей ему была не по душе. Карсель, заметив его, моментально вскочил и подбежал к президенту. Джереми шепнул Кейлу:

— Почему он побежал к нему?

— Да, президент.. ему нравится, — с улыбкой ответил Кейл.

— И, мне кажется, президент тоже не против, — добавил он, глядя на их разговор.

Карсель и президент обменялись парой слов. Вскоре президент на миг улыбнулся, но сразу снова нахмурился, а затем покраснел. После короткого обмена взглядами Карсель забрал вещи и пошёл за ним.

— Все кругом влюблены, — вздохнула Фиона.

— Это точно, — добавил Джереми.

Уроки завершились, и ребята, немного погуляв, разошлись по домам. Но Роксана вдруг потянула Джереми за руку, уводя его в сторону.

— Куда мы? — спросил он, удивлённо приподняв бровь.

Она посмотрела на него с загадочной улыбкой и ответила, чуть замедляя шаг:

— Я нашла человека, который знает всё о Нью-Браунсуике.

Джереми замедлил шаг, остановившись на мгновение, его взгляд стал настороженным.

— Чёрт. Это «Ан»? — выдохнул он, словно произнесённое имя было предвестием чего-то мрачного.

Роксана кивнула, её лицо оставалось скрытым в полумраке вечернего света. Она казалась ещё более загадочной, чем обычно.

— Да, я узнала о нём ещё неделю назад. Он всё время ездит по городам Браунсуика. А ты, балда, нашёл его только вчера! — её голос звучал с оттенком лёгкой насмешки, но в её глазах было что-то, что заставляло Джереми почувствовать, что он оказался на пороге чего-то важного.

Он вздохнул, почувствовав, как мрак старого города начинает пронизывать их, как его внимание полностью поглощает это место и это задание.

— Ладно, идём, — произнёс он с решимостью, стараясь не думать о том, что им предстоит.

Они подошли к бару под названием «Обелия». Местечко выглядело старым и знатно потрёпанным, как и вся эта часть города. Внутри было тускло, только несколько тусклых ламп освещали грязные стены, на которых висели фрагменты давно забытых постеров и желтоватых фотографий. Это место было наполнено запахом старого дерева, потертого металла и ароматом дешёвой сигареты. Бар был мал, и атмосфера в нём была удушающе интимной, как будто каждый посетитель здесь имел свою собственную историю, скрытую за пеленой дымки. Музыка из старого проигрывателя прерывалась только звуками поскрипывающих ступеней и приглушённых разговоров.

За барной стойкой стоял один из братьев — Ван И. Его взгляд был усталым, а движения — неторопливыми, как у человека, который слишком давно живёт в этом месте и знает, что в его стенах скрываются больше чем просто клиенты. Роксана подошла вперёд, словно она здесь бывала раньше, и её голос прозвучал с лёгким оттенком угрозы:

— Где Ан?

Ван И посмотрел на неё с интересом, но его взгляд был холодным и рассеянным. Он явно привык к этому месту, и любой внешний шум раздражал его.

— Зачем он вам? — спросил он, прислоняя лоб к руке, как будто эта просьба была в его глазах чем-то слишком будничным, чтобы вызывать удивление.

Роксана не ответила на вопрос напрямую, вместо этого она произнесла нечто, что прозвучало как кодовое слово. Словно каждый в этом баре знал, что за этим словом скрывается что-то важное, не для всех.

— **********.

И в этот момент, прямо за их спинами, появилась фигура. Высокий мужчина, с мощными плечами, казалось, что сам воздух вокруг него стал тяжелее. Он стоял, как будто в тени, и его появление не было случайным — он был частью этого места. Его лицо было скрыто полумраком, но улыбка, которая расползлась по его губам, была явно фальшивой, холодной.

— Вы меня ищете, дети? — его голос был глубоким, с едва заметной иронией, но в нём не было ни капли тепла. Он словно был частью этого мрачного пространства, и это казалось частью игры.

Роксана не отступила, но её взгляд стал более напряжённым, в её глазах сверкнула решимость. Каждое слово с его уст теперь значило больше, чем просто встреча — это был момент, когда тайна начала раскрываться, и, возможно, когда всё, о чём они думали, начнёт менять свой ход.

Бар поглотил их, и время словно остановилось, оставив только вопрос: что же будет дальше?

Если понравилась глава, поставьте лайк и реакции 🥺💖

— Ну и как вам Теленио? — спросила Рувия, поудобнее устраиваясь за столом и оглядывая Джереми и Роксану. Эти двое выглядели так, будто прибыли из иного мира. чёрная кожаная куртка Джереми с металлической фурнитурой, небрежно расстёгнутая рубашка — всё в его облике кричало о бунтарстве и независимости. Роксана же её элегантное чёрное платье, кожанная куртка, сапоги на высоких каблуках и выправка, напоминающая королевскую осанку, придавали образу аристократическую надменность. Манера речи, поведение и прочие мелочи в этих двоих подростках сильно отличались от местных.

Жители Теленио уже видели приезжих из Калифорнии — кто в их городе, кто в соседних. Многие приезжие были туристами и останавливались в отеле «Флойен», они через Теленио ехали на остров Принца Эдуарда, но эти ребята не были похожими на туристов. Они явно собирались жить здесь. Рувия подумала про себя, что количество приезжих из США в последнее время удивительно возросло, и все они были особо неразговорчивыми.

— Тихо… не как дома, — коротко ответил Джереми на вопрос Рувии, слегка опустив взгляд, будто воспоминания о доме нахлынули новой волной. Его голос был спокойным, но от этого ещё более притягательным.

— И это хорошо или плохо? — Рувия пыталась анализировать поведение новых ребят, поэтому ей хотелось услышать больше слов и развернутых ответов. С детства у Рувии было хорошо развито внутреннее чутье, которое она дополняла знаниями, из-за чего после своих «расследований» она почти никогда не ошибалась.

— Пока не решили, — вмешалась Роксана, её тон был дружелюбнее, чем у брата. Она быстро привыкала к новым лицам, в отличие от младшего.

— Но это место совсем не похоже на наш прежний дом. Здесь всё кажется… проще.

— В хорошем смысле? — спросил Карсель, не скрывая интереса и поддерживая вопрос Рувии, на который до сих пор не был получен достойный ответ.

— В том числе, — уклончиво ответила Роксана, её красные глаза задержались на нём чуть дольше, чем следовало. Кейл, до этого молчавший, наконец решился задать вопрос, который давно вертелся у него в голове.

— А где был ваш прежний дом?

Джереми посмотрел на него, чуть прищурившись, понимая, что вопросы про старый дом будут повторяться. От его взгляда у Кейла возникло ощущение, что его прочитали как открытую книгу.

— Мы из Сан-Франциско, хотя временами переезжали по всему штату, — коротко ответил Джереми.

— А почему переехали в Теленио? Не думаю, что наш маленький городок может сравниться с большими мегаполисами, — Карсель явно был заинтересован в новых жителях больше всех остальных, поэтому позволял себе быть немного наглым в вопросах.

— Не думаю, что это интересная история, — глаза Джереми были прикованы к его клубничному коктейлю. Он не часто поднимал взгляд. В отличие от сестры, у него была проблема, которую можно назвать «посмотрев на него, можно понять, о чём он думает». Одним словом, он не контролировал свои эмоции и мысли, так же как и слова.

— Но ведь можно попробовать? — с лёгкой улыбкой добавил Иан.

Роксана усмехнулась и собиралась ответить, но в этот момент зазвонил её телефон. Быстро взглянув на экран, она встала и извинилась:

— Простите, я отойду.

Когда она скрылась за дверью, ведущей на улицу, Деон проводил её взглядом, и в компании повисла лёгкая пауза. Фиона первой нарушила молчание:

— Ну и загадочная у вас семья.

— Лучше загадка, чем скука, не так ли? — спокойно ответил Джереми, отпивая кофе. Кейл продолжал наблюдать за ним. Его манеры, спокойствие и даже краткость в ответах говорили о том, что этот человек привык держать дистанцию. Но в то же время Кейл чувствовал, что за этим фасадом скрывается нечто большее. Что-то ему подсказывало, что это всего лишь образ человека, которому приходится действовать так, как он поступает сейчас. Джереми в свою очередь подглядывал за ребятами, но в особенности за Кейлом. Так как тот казался более интересным, чем остальные.

— Знаете, — вдруг сказал Джереми, обращаясь к компании, — смотрю на вас, и вы кажетесь счастливыми. Так ли это? Вы говорите, спрашиваете, смеётесь… но не задумываетесь, правда ли то, что слышите.

— Ну, с этим у нас проще, — подмигнула Еленика. — Здесь все друг друга знают, так что врать особо не получится.

Уголки губ Джереми слегка приподнялись.

— Забавно.

Рувия хотела что-то ответить, но в этот момент вернулась Роксана. На её лице мелькало что-то тревожное, и она не пыталась этого скрыть.

— Было приятно познакомиться, но нам пора, — сказала она, бросив взгляд на Джереми.

— Уже? — удивился Иан, не успевший насладиться компанией.

— У нас есть дела, — ответила она, не давая времени на возражения.

— Было приятно познакомиться, — сказал Джереми, поднимаясь. Его взгляд на мгновение задержался на Кейле.

— Ещё увидимся.

И они ушли, оставив компанию в некотором замешательстве.

— Ну и странные, — пробормотал Иан, наблюдая, как фигуры Джереми и Роксаны скрылись за углом.

— Это точно, — подтвердила Фиона.

— У них явно есть какой-то секрет, — прищурилась Еленика.

— И это делает их только интереснее, — сказал Карсель с улыбкой.

Кейл молчал. Он вдруг ощутил, что их появление в Теленио — это не просто случайность. В ту ночь, лёжа в своей комнате, он вспомнил проницательный взгляд Джереми и короткую фразу: «Лучше загадка, чем скука». Возможно, этот парень не хотел, чтобы его разгадали, но Кейл, который всегда отличался особой любознательностью, уже знал, что не сможет оставаться в стороне. Ему предстояло выяснить, кто они такие на самом деле.

Школа «Ликорис» была своеобразным сердцем Теленио. Величественное здание с высокими окнами и винтажными лестницами казалось сошедшим с открытки, но атмосфера внутри кипела от постоянных разговоров, шагов и смеха. Кейл сидел в своём классе у окна, наблюдая за школьным двором, где ученики толпились перед началом уроков.

В тетради, которую он держал, были сделаны несколько невнятных заметок — он был больше поглощён своими мыслями, чем учебным процессом.

— Ты опять летаешь в облаках, Кейл, — заметила Рувия, перебирая страницы учебника.

— Просто наблюдаю, — ответил он, слегка пожав плечами. Тишину прервал шум в коридоре. Новенькие снова привлекли внимание, едва переступив порог школы. Возможно, они бы и не привлекли его, если бы не клеймо криминалиста отца.

— Ну что, друзья, знакомьтесь: звезды дня, — усмехнулся Иан, наблюдая за их шествием.

— Ой, да брось, — фыркнула Фиона. — Они просто новые. Дай им немного времени — станут такими же, как все.

Кейл не мог удержаться от взгляда в их сторону.

— Интересно, куда их направят, — пробормотал Карсель. Ожидание длилось недолго. Через пару минут дверь их класса открылась, и учитель ввёл Джереми и Роксану.

— Класс, тишина! — дождавшись тишины, он продолжил.

—Это ваши новые одноклассники: Джереми и Роксана Агриче. Прошу, помогите им освоиться.

Роксана бегло оглядела аудиторию, будто за секунду пытаясь составить мнение обо всех, но ничего не сказала. Джереми, напротив, слегка кивнул, поздоровавшись с классом.

— Привет, — сухо бросила Роксана, прежде чем занять свободное место у окна.

— Отлично, — пробормотал Иан так, чтобы услышали только Рувия и Карсель.

— Давайте посмотрим, сколько они продержатся без проблем. Я ставлю на то, что и недели не пройдет.

В перерыве Кейл заметил, что Джереми стоит у окна в коридоре и смотрит на школьный двор. Это была весьма непривычная для него картина: все ученики обычно шумели или спешили на перекус, но Джереми просто стоял в одиночестве. Без сестры. Кейл не смог удержаться и подошёл ближе.

— Эй, — начал он, почувствовав неловкость.

— Как тебе школа? — Джереми откликнулся на голос Кейла, будучи слегка удавленным.

— Неплохая. Намного лучше, чем я ожидал.

— Правда? Обычно новенькие не так легко адаптируются.

Джереми улыбнулся.

— Ну, это вопрос привычки.

Молчание между ними длилось всего пару секунд, но для Кейла оно казалось вечностью. Его рассеянность и безразличие была слегка раздражающей.

— Хочешь, покажу, где можно поесть? — предложил Кейл, немного удивляясь собственной смелости.

— Ты читаешь мысли? — легко улыбнувшись, произнёс Джереми. Роксана, наблюдавшая за ними издалека, только улыбнулась. Но заметила знакомую белую макушку, которая скрылась за поворотом. Она его узнала сразу и пошла за ним.

Столовая Ликориса была шумной и хаотичной. Ученики суетились, перенося подносы с едой, переговаривались, смеялись. Джереми и Кейл, заняв столик в дальнем углу, наблюдали за этим миниатюрным хаосом.

— Удивительно, как быстро ты адаптируешься, — сказал Кейл, разламывая булочку.

— Обычно новенькие чувствуют себя неуютно.

Джереми только слегка улыбнулся, беря стакан сока.

— Уютность — не то, чего я жду от таких мест.

Кейл, на мгновение удивившись его ответу, чуть нахмурился.

— И что ты тогда ждёшь? Или может желаешь?

Джереми посмотрел на него с едва заметной тенью интереса в глазах.

— Пока сам не знаю. Может знания, может дружбы, а может красивого рыжего парня? — приблизившись к смущенному лицу Кейла, прошептал он.

Их разговор был прерван внезапным шумом у входа. В столовую вошла девушка с серебристыми волосами, которые блестели под солнечным светом, проникающим через высокие окна. Сиреневые глаза сканировали помещение с лёгкой насмешкой, будто ей заранее всё здесь надоело. Следом за ней шёл парень с белыми волосами, похожими на свежий снег. Его голубые глаза весело поблёскивали, а на лице играла улыбка, в которой читалась одновременно дружелюбие и издёвка.

— О, Джубелиан и её вечно токсичный друг, — пробормотала Рувия, сидевшая за другим столиком с ребятами.

— Это она вечно всех строит? — уточнил Карсель, отодвигая стакан с водой.

— Она самая. Слышала, её отец финансирует половину «Ликориса». — присоединились к ребятам Фиона вместе с Еленикой.

— Хух, жгучая девушка, да? А как звали того парня? Нечасто их увидишь тут, — спросил Иан.

— Хийка, её друг. Слишком остёр на язык, но, кажется, ему всё сходится с рук. На самом деле он чиловый парень, — произнесла Еленика, особо не придавая значения новым фигурам, поедая свой пудинг. Джубелиан и Хийка прошли через столовую, и каждый ученик — кто с интересом, кто с опаской — провожал их взглядом. Они устроились за центральным столиком, будто место было зарезервировано специально для них. Осматривая столовую, Джубелиан поднялась и направилась к Джереми и Кейлу. Хийка остался сидеть, лениво облокотившись на спинку стула, но его взгляд следил за Джубелиан с любопытством.
— Привет, ты ведь новенький?— спросила она с лёгкой улыбкой обращаясь к Джереми, остановившись возле их стола.
— Привет, — ответил Джереми нейтрально, глядя на неё снизу вверх.
— Я Джубелиан Флойен, — представилась она.
— Джереми Агриче, — дружелюбно кивнул он.
— Неплохо держишься для новенького. Здесь такое нечасто увидишь, — заметила она, садясь на свободный стул.
— Думаю, это зависит от того, как на всё смотреть.
— Весьма разумный подход, — Джубелиан слегка улыбнулась.
— У нас может быть интересная беседа.
Кейл молча наблюдал за их разговором, не понимая, как Джубелиан, обычно высокомерная и резкая, так легко общается с Джереми. Через несколько минут к их столу подошёл Хийка, держа чашку кофе.
— Надеюсь, ты не утомляешь его, Джуби, — лениво произнёс он. Джереми взглянул на него с доброжелательной улыбкой.
— Пока нет.
— Хорошо, — Хийка бросил взгляд на Джереми. — А где твоя сестра? Роксана, кажется?
Джереми пожал плечами.
— Нашла себе новое занятие под ароматом кофе.
Хийка прищурился, будто обдумывая ответ, но ничего не сказал. На телефон Джубелиан пришло сообщение, и она встала из-за стола.
— Ой! Приехали, — обратилась она к Хийке.
— Уже? — лениво спросил он, но послушно последовал за ней. Перед уходом Джубелиан бросила взгляд на Джереми:
— Думаю, мы ещё увидимся.
— Будет отлично, — спокойно ответил он, наблюдая, как она уходит. Кейл покачал головой.
— Ты только что подружился с Джубелиан Флойен. Это странно.
— Почему? — удивился Джереми.
— Она не из тех, кто просто так с кем-то дружит. У неё всегда есть мотивы. Или странные люди притягивают других странных людей.
Джереми усмехнулся.
— Что ж, посмотрим, какие у неё мотивы на этот раз.

Немного помолчав, он обратился к Кейлу.
— А у тебя? Есть ли свои тайные мотивы?
Кейл лишь слегка смутился, но не ответил на вопрос.

Через несколько дней, когда наступила ночь, Кейл не мог уснуть. Мысли о Джереми и Роксане не покидали его. Что-то в их поведении было слишком необычным, даже для тех, кто привык к странным людям. Но его интерес к ним не угасал. Взгляд Джереми, его слова — всё это казалось важным. Он ощущал, что эти двое скрывают что-то большее, чем просто личные переживания. Возможно, они даже не из этого города.

В комнате, где был почти полный порядок, Кейл стоял у окна, смотря на улицы Теленио, затянутые туманом. Местный свет фонарей расплывался, создавая мрак, и в этом тумане ему почудилось движение. Он присмотрелся, и в темноте различил фигуру, стоявшую возле кафе «Харт». Это была Роксана. Она стояла неподвижно, как будто чего-то ждала.

Кейл выскользнул из своей комнаты, тихо закрыв дверь, и направился в сторону кафе. Он не знал, что он собирался сделать, но интуиция подсказывала ему, что это важный момент.

Подойдя ближе, он заметил, как Роксана с кем-то разговаривает. Но не с кем-то обычным — фигура, с которой она стояла, была скрыта в тени, и голос был приглушённым. Кейл не мог разобрать слов, но ощущение было странным, как будто разговор касался чего-то важного, чего не должно было услышать никого. Внезапно Роксана обернулась, и их глаза встретились.

— Ты что здесь делаешь? — спросила она, не выражая удивления, как будто уже знала, что он придёт.

— Я… просто гулял, — Кейл почувствовал, как его голос дрогнул. Он не был готов к такой встрече.

— Ты слишком любопытен, — сказала она, её голос стал холодным. — Лучше вернись домой, пока не поздно.

Кейл не двинулся с места. Он чувствовал, что это было его шанс. Он должен был понять, что происходит.

— Я не могу просто так уйти. Я знаю, что ты и твой брат не обычные. Что вы скрываете?

Роксана замолчала. На мгновение она выглядела растерянной, как будто её кто-то поймал на месте преступления. Но тут же её лицо снова стало холодным и непроницаемым.

— Это не твоё дело. Не вмешивайся. — сказала она, не отводя взгляда.

— Я не могу просто игнорировать это, — продолжал Кейл, решив не отступать. — Я должен узнать правду.

Роксана подошла к нему ближе, и её голос стал почти шёпотом. Тем временем фигура исчезла в тумане.

— Ты не хочешь знать правду, Кейл. Потому что тебе не нужны лишние проблемы.

И прежде чем он успел ответить, она быстро развернулась и скрылась в ночной тени.

Кейл стоял в тумане, пытаясь осмыслить всё, что произошло. Его сердце колотилось быстрее, чем обычно. Он знал, что не сможет просто забыть о том, что увидел и услышал. Всё это было связано с его новыми знакомыми, и теперь он был уверен — эти двое не случайно оказались в Теленио.

Если понравилась глава, прошу поставьте лайк 💖