НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на радио, в приложении, а еще на нескольких ютуб-каналах. Например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Как всегда, начинаю с книги. Вы знаете, если бы мои учительницы по литературе знали, сколько писателей я буду знать лично, я думаю, они бы не поверили.

Е. ШУЛЬМАН: Они бы вами гордились еще больше, чем они гордились вами в реальной жизни.

М. КУРНИКОВ: В этот раз снова писатель, которого я, по крайней мере, знаю. Думаю, вы тоже. Это Михаил Калужский.

Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: «Легенда о Карагай».

Е. ШУЛЬМАН: Художественное произведение?

М. КУРНИКОВ: Это художественное произведение. Это роман в сорока некрологах. Вот такая экспериментальная форма романа. То есть это сорок некрологов, которые складываются в один роман. Пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Благодарю. Я автора помню еще с блаженных времен Живого Журнала. Я, честно говоря, даже не знала, что он романы пишет.

М. КУРНИКОВ: Вот так вот.

Е. ШУЛЬМАН: А вот пишет.

М. КУРНИКОВ: А вот пишет.

Е. ШУЛЬМАН: Эвона как.

М. КУРНИКОВ: Передаем, во-первых, Михаилу привет. Во-вторых, магазину «Бабель», который как раз и издал эту книгу, тоже передаем привет. И напоминаем, что все эти книги, вообще разные книги, издательства «Бабель» можно найти на сайте «Эхо Книги». Пожалуйста, пользуйтесь. Ну и, конечно же, для того чтобы в России можно было эту книжку купить, мы тоже придумаем какую-нибудь ссылку, чтобы она могла вам позволить это сделать. Ну, а мы переходим к первой рубрике. И спойлер-спойлер – она сегодня будет дольше, чем обычно.

Не новости, но события

Летний перерыв и новый сезон «Статуса»

М. КУРНИКОВ: Неужели много событий, Екатерина Михайловна?

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, настолько много событий, что сегодняшний и, подозреваю, следующий выпуск программы «Статус» мы вынуждены провести без привычных нам и полюбившихся зрителям рубрик «Отцы» и «Понятия». В следующий раз, может быть, вдруг мне захочется рассказать что-нибудь такое особенно философское и обобщающее, но сегодня совершенно точно приходится отдавать приоритет событиям. Это связано как с уплотнившимся их потоком, так и с тем, что сегодняшний выпуск у нас предпоследний, а следующий – последний – перед некоторым кратким, но необходимым летним перерывом.

М. КУРНИКОВ: И потом будет новый сезон.

Е. ШУЛЬМАН: Потом будет новый сезон, совершенно верно. Девятый сезон завершается, с надеждой скажем. И соответственно, с еще большей надеждой ждем сезон десятый, который у нас по традиции начинается в конце августа.

Казахстан: Конституционный суд и переизбрание Токаева

Итак, первое событие, о котором мы будем говорить сегодня, также вопреки традиции, происходит не в Российской Федерации, а в нашей второй любимой стране после Российской Федерации, а именно, в Казахстане. Событие это ожидавшееся и негативное одновременно. Вот бывает такое: ждешь, думаешь, вдруг да не случится, а оно берет и случается.

Итак, Казахстан идет путем всех автократий, в особенности всех автократий персоналистского типа, целью и смыслом существования которых является продление своей власти до бесконечности. Как мы с вами помним, мы следили за конституционным процессом в Казахстане, за изменениями Конституции, за ее новым текстом, за референдумом, который прошел в марте этого года, и отвечали на довольно часто поступавшие вопросы: а это вот демократизация или это авторитарный транзит, или это уплотнение и ужесточение той автократии, каковой Казахстан, безо всякого сомнения, был?

И мы говорили каждый раз одно и то же: авторитарная риторика не делает вас автократом, поминание традиционных ценностей не делает вас автократом. Даже, к сожалению, применение репрессивного инструментария и загадочные необъяснимые смерти журналистов тоже еще не делают вас автократом. Разные происшествия случаются в разных странах.

Но есть один признак, который никогда не подводит, – стремление не уходить с должности, когда истекают ваши сроки. Вот если этот признак мы видим, то тут уже двух мнений быть не может. Это такой совершенно однозначный диагностический признак.

Итак, Конституционный суд Казахстана в ответ на обращение самого президента, поданное некоторое время назад, принял постановление, согласно которому те правоотношения, которые начались и возникли до принятия новой версии Конституции Казахстана, которая (напомню) в марте 2026 года была одобрена на всенародном референдуме 87% голосов проголосовавших, не регулируются этой Конституцией. Таким образом, единственный президентский срок в семь лет, который президент Токаев обещал сохранить и обещал сделать единственным, он будет единственным, но только со следующего раза. Таким образом, действующий президент может принимать участие в следующих выборах.

Также, кстати говоря, это решение Конституционного суда снимает ограничение на переназначение председателя и судей Конституционного суда, председателя Верховного суда и генерального прокурора. То есть, таким образом, их сроки тоже обнуляются. Вот это вот обнуление, то слово, которое Российская Федерация услышала впервые в 2020 году и которое уже буквально через два года приобрело тот зловещий и страшный смысл, который за ним и останется, – вот это слово пришло и в Казахстан.

Мы всей душой желаем нашим казахским коллегам и слушателям, довольно многочисленным, которые у нас там есть, не повторить весь скорбный путь, который проходит, и продолжает проходить, Российская Федерация. Но, к сожалению, последовательность действий в основном такая. (Прим., о результатах референдума по принятию новой Конституции Казахстана подробно говорилось в выпуске "Статус" от 17.03.2026/S09E28).

М. КУРНИКОВ: Или Беларусь.

Е. ШУЛЬМАН: Или Беларусь. Или многие другие страны, в которых тоже укоренились и продолжают функционировать эти самые персоналистские автократии.

Что касается президентских выборов. Предыдущие президентские выборы у нас случились в 2019 году. В 2019 году Токаев стал президентом. Соответственно, в 2029 году его полномочия должны были бы истечь. Но теперь он может переизбираться до 2036 года. Это даже в некотором роде круче, чем у его российского коллеги.

Я также напомню, что у Казахстана как у автократии с электоральными процедурами есть своя славная электоральная традиция. Она состоит в том, чтобы никогда не проводить выборы вовремя. Вот Российская Федерация соблюдает религиозно свой электоральный календарь. У нас досрочные выборы, в общем, редко проводятся, у нас все в срок.

А вот в Казахстане единственные выборы, которые прошли в определенные законом сроки, это были выборы 2005 года. Все остальные были внеочередными. В 1995 году выборы были заменены референдумом. Потом были выборы 1999, 2011, 2015, 2019 и 2022 годов. Они все были досрочными или внеочередными. Это позволяет нам предположить, что, если президент Токаев пожелает воспользоваться тем разрешением, которое выдал ему Конституционный суд, то он тоже сделает это в какой-то обозримой политической перспективе.

Тут два соображения еще надо нам упомянуть. Во-первых, что касается Конституционного суда Казахстана или что касается Конституционного суда Российской Федерации. Вы знаете людей, так называемых простых, людей, лишенных ресурса, лишенных опыта, социального капитала, часто принято упрекать в том, что они не сопротивляются тирании, в том, что они кого-то не свергли, не воспротивились, терпели, позволили себе и так далее. Меж тем как люди, обладающие властью и ресурсом, сытые, образованные, живущие в безопасности, делают вот эти вещи, когда к ним поступают эти запросы, они выносят решения, написанные вот именно что языком рабства, их почему-то упрекать не принято. Про них говорят: «Ну а чего вы от них ожидали?»

Вы знаете, вот именно от них, от людей, которым, как было принято говорить при советской власти, родина образование дала, и которые знают, что они делают, совершенно точно знают, что они делают, и знают последствия, к которым это приведет, они тем не менее неизменно предпочитают привилегии праву, предпочитают лояльность своей профессиональной честности, предают свою профессию. Вот тут это слово чрезвычайно уместно, в отличие от многих других случаев, когда его употребляют.

Если вы юрист и правовед, и конституционалист, у вас есть долг, который вам должен быть дороже жизни. Это ваша профессиональная честность. Вы не можете идти поперек своих убеждений. Нельзя не видеть, что все подобного рода запросы имеют целью получить от вас индульгенцию на нарушение духа и буквы закона. Вы даете эту индульгенцию. Все дальнейшее, что с вашей родиной произойдет, будет в значительной степени на вашей совести.

И второе соображение. Оно такое совсем уже умозрительное, но тем не менее. Вдруг случится такое, что президент Токаев возьмет да и не воспользуется тем шансом, который предоставил ему Конституционный суд. Мы с трудом себе можем представить такую последовательность событий, но, как говорится, все, что возможно физически, возможно и политически. Это был бы мудрый шаг государственного деятеля, который заботится о благе своего народа. Еще раз повторю, это нам представляется крайне маловероятным, но не упомянуть такую возможность мы в рамках своей профессиональной честности не можем.

М. КУРНИКОВ: Я могу только добавить, что это надо осмыслить обязательно. У нас есть на это пара минут.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Так, на части каналов пошла реклама, на части каналов мы с вами можем продолжить говорить. Во-первых, чай еще есть?

Е. ШУЛЬМАН: Еще есть, да.

М. КУРНИКОВ: Давайте тогда я скажу за это время, что у нас есть окончательный список участников мероприятия 22 августа.

Е. ШУЛЬМАН: Список участников – в смысле выступающих?

М. КУРНИКОВ: Выступающих, поющих и так далее. Это кроме нас с вами. То есть понятно, что мы с вами там будем. Руслан Белый, Варвара Шмыкова, Алекс Юсупов, Армен Захарян, Татьяна Лазарева, прекрасные музыканты Николай Медведев и Миша Поляков.

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, как поет Варвара Шмыкова… Уж на что я не музыкальный человек, но даже я не могу не заслушаться этим дивным голосом.

М. КУРНИКОВ: У вас будет возможность даже подпеть, если вдруг вы захотите.

Е. ШУЛЬМАН: Я не хочу портить праздник.

М. КУРНИКОВ: В прошлом году мы попробовали такой интересный формат. Мы сели и рассказывали разные истории, пели вместе с залом. Были большие экраны, которые показывали этот текст в зал, и пел весь зал. Это было что-то невероятное.

Е. ШУЛЬМАН: И Захарян тоже будет?

М. КУРНИКОВ: И Захарян будет.

Е. ШУЛЬМАН: А что будет рассказывать? Или пока неизвестно? М. КУРНИКОВ: Захарян будет рассказывать про «Дон Кихота». Е. ШУЛЬМАН: А что может быть «тоже»? Тоже будет петь? М. КУРНИКОВ: А может быть, да. Почему бы и нет?

Е. ШУЛЬМАН: Неожиданные таланты открываются, казалось бы, у знакомых людей.

М. КУРНИКОВ: Не будем раскрывать всех сюрпризов, как принято говорить в таких случаях. 22 августа, билеты в описании, как всегда. Рекомендую.

Е. ШУЛЬМАН: Это какой день недели?

М. КУРНИКОВ: Суббота. То есть можно приехать в Берлин специально для этого дела, потому что мы начинаем в два, заканчиваем в десять.

Е. ШУЛЬМАН: Погода всегда хорошая в этот день, даже когда дождь. Это хороший дождь.

М. КУРНИКОВ: Мы продолжаем говорить о событиях.

ЦИК нашёл нарушения в документах партии «Яблоко»

Е. ШУЛЬМАН: Итак, мы возвращаемся в Российскую Федерацию, в которой тоже все не слава богу, и посмотрим, как развиваются дела вокруг нашего предстоящего электорального мероприятия, которое, напомню, состоится с 18 по 20 сентября.

Партия «Яблоко», за судьбой которой мы следим с тревогой, и у которой значительное количество ее руководителей и узнаваемых лиц, и региональных лидеров либо посажено напрямую, либо признано виновными в такого рода административных правонарушениях, которые закрывают им путь к баллотировке, лишают их пассивного избирательного права, стала предметом рассмотрения заседания Центральной избирательной комиссии.

Центральная избирательная комиссия нашла ряд нарушений в оформленных документах, которые партия «Яблоко» сдала.

Нарушения эти касаются девятнадцати кандидатов федерального списка и шести кандидатов по одномандатным округам.

Понятно, как воспринимается такого рода информация. Трудно, действительно, поверить, что в современной России в бюллетене сентябрьских выборов может остаться партия с лозунгом «За мир и свободу» и с тем отчаянным совершенно и очень кратким месседжем, который партия «Яблоко» опубликовала в качестве своей предвыборной программы. Кстати, почитайте, там буквально несколько абзацев. Кто-то из коллег весьма резонно сравнил этот текст с сообщением SOS от терпящих кораблекрушение. Я думаю, что в положении, в котором эти выборы проходят, в общем, это наиболее адекватный ответ, наиболее адекватная предвыборная программа.

Так вот, какой дальше у нас график? Партия «Яблоко» имеет время до 8 июля, то есть до завтрашнего дня, представить исправленные документы. Следующее заседание Центральной избирательной комиссии по этому вопросу будет 10 июля, еще через два дня. Там будет принято решение о заверении или об отказе в заверении федерального списка кандидатов, то есть партийного списка и списка по одномандатным округам. То есть 10 числа мы совершенно точно узнаем, допущена партия или не допущена. Хотя снята с выборов она может быть и позже. Избирательное законодательство недаром у нас менялось в течение последних, пожалуй, 10-15 лет. Оно, в общем, чрезвычайно гибкое и очень большую свободу рук дает Центральной избирательной комиссии.

Председатель Центральной избирательной комиссии Элла Памфилова выразила уверенность, что партия оперативно устранит выявленные технические замечания. Мы помним, как Элла Александровна и Навальному удачи желала. Она вообще ласковая такая женщина, всем желает всего наилучшего.

Есть судьи такие. Вот есть судьи, которые грубят во время судебного процесса, кричат на адвокатов подсудимых, на самих подсудимых и так далее. В общем, свирепствуют, что называется. А есть такие внимательные, которые выслушивают, переспрашивают: «Надо же… Да вы что!», а потом уходят, возвращаются и дают 15 лет. Это есть такая манера. Я думаю, что такого рода судьи скорее заключают некоторый пакт со своей собственной совестью: «Вот я же прилично себя вел. Я же все выслушал. Я всем дал возможность высказаться. Ну, а дальше уж, что уж…»

Коллега Кынев, который, наверное, лучше всех из ныне живущих разбирается в российской электоральной системе, пишет у себя, комментируя эти новости: «Это не означает, что на самом заседании затем не будет претензий, например, к самому порядку выдвижения». В общем, посмотрим, следим за этим чрезвычайно внимательно.

Новые законы: секретность, гособоронзаказ и доступ к данным ЗАГС

Далее. Мы с вами сообщаем неизменно дорогим слушателям о графике оставшегося времени до конца последней сессии этого созыва, потому что это время ускоренного принятия разных законодательных актов, за которыми обычно не успевают следить. 9 июля должно было быть заседание, его отменили. Напомним, что запланировано какое-то загадочное заседание 27 июля, внеочередное, в понедельник. Вроде как президента ждут, что он приедет в Думу и, возможно, благословит уходящий созыв… Кто кого, в гроб сходя, тут благословит, кто именно сходит в гроб. В общем, ожидания такие. Как оно получится, посмотрим. (Прим., «Старик Державин нас заметил / И, в гроб сходя, благословил». Цитата из стихотворения А.С.Пушкина «Воспоминания в Царском Селе», 1815 г.).

Что касается нашего собственного графика: если, дорогие слушатели, что произойдет эдакое, мы уж, наверное, в эфир выйдем так или иначе, с телефона, с тапка проведем трансляцию, что-нибудь придумаем, не оставим вас наедине с необъяснимой реальностью.

Сейчас мы скажем кратенько, что должны успеть принять, что вот прямо сейчас идет, на что имеет смысл обратить внимание. Вот уже принято во втором и третьем чтении исключение информации о режимных, оборонных и энергетических объектах из открытого доступа. Это засекречивание информации, которая в государственном кадастре до этого содержалась. Из-за значительно возросших угроз, сообщает нам пояснительная записка.

М. КУРНИКОВ: Интересно, что за угрозы?

Е. ШУЛЬМАН: Да, действительно. Ой, а что, как говорится, случилось? Это заблюривание на картах выглядит вообще довольно смешно, что чтобы если кто-то решит кого-нибудь побомбить, то точно знали, куда целиться. То есть вот где облачко, там наверняка что-то такое, что скрывают.

М. КУРНИКОВ: Хитрый безопасник заблюрит несколько на всякий случай.

Е. ШУЛЬМАН: А-а-а.

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Может быть, и так. Помните, как в советское время продавались карты для автомобилистов с намеренно искаженными дорогами. Автомобилисты очень ругались. Для того, чтобы Гудериан, когда пойдет опять на танке на Москву, чтобы он заблудился. Потому что он же купит карту в киоске «Союзпечати», откроет ее, да и заедет не туда.

М. КУРНИКОВ: А вы знаете, я здесь в музее видел карту Восточного Берлина, где исключен Западный и все, что может об этом сообщать. Это тоже впечатляющее зрелище. Белое пятно.

Е. ШУЛЬМАН: Судя по тому, что Гудериан так и не доехал, может быть, действительно в этой политике был какой-то свой смысл.

Итак, из кадастровой карты скрываются режимные, военные и энергетические объекты. Нужно подать заявку в Росреестр, он вас засекретит.

Кстати говоря, с 2023 года из этого же Единого реестра недвижимости у нас исключены персональные данные о собственниках недвижимости, они могут быть доступны только с личного согласия.

Далее. Что еще у нас успеют принять? Усиление ответственности за правонарушения в сфере гособоронзаказа – принято в первом чтении. Штрафы для должностных лиц, для юрлиц, все повышаются, для юрлиц – до 1 миллиона рублей. В общем, с гособоронзаказом, честно говоря, лучше дела не иметь. Штрафы по КоАПу – это наименьшее, что вы получите, дорогие слушатели, если вы свяжетесь с этим видом производственной деятельности. Мы тут регулярно зачитываем мартиролог, в котором подрядчики Минобороны занимают почетное красивое место и сроки такие все двузначные.

Далее. Вот еще есть одна штучка. Правительственный законопроект, который, я думаю, до конца сессии они успеют принять. Минимальная сумма долга по налогам, в результате которой может быть арестовано ваше имущество, у нас снижается. Теперь, даже если у вас задолженность по налогам, скажем, тысячу рублей, то по исполнительному производству смогут арестовать ваше имущество (например, машину или квартиру). Арест – это не конфискация.

М. КУРНИКОВ: Тысяча рублей всего лишь.

Е. ШУЛЬМАН: Да, да. Арест – это заморозка. Но приятного мало. Разработано Минюстом, внесено правительством. Это мера, которая направлена, естественно, на увеличение сбора налогов, чтобы люди боялись их не платить и быстрее-быстрее их платили. Это политика, довольно нам хорошо известная, в рамках соскребания по сусекам всяких-всяких-всяких денежек.

Далее. Что еще хорошего? В первом чтении принято, скоро будет второе и третье. Минобороны получает доступ к данным единого госреестра ЗАГС: данные о военнослужащих, о сотрудниках гражданского персонала, уволенных с военной службы (кстати, уже уволенных) и о членах их семей. Это очень будет полезно для формирования Единого реестра военнообязанных.

Итак, Минобороны читает ваши данные в ЗАГСе. Поэтому постарайтесь, чтобы ваших данных в ЗАГСе было как-нибудь поменьше, что ли. Поэтому, если вы, например, решили жениться или разводиться, наоборот, не надо этого делать. Попадете на радары, и ничего хорошего из этого не будет.

Далее. Единороссовский проект: внеочередное предоставление жилья участвующим в СВО сотрудникам МВД и Росгвардии. Не абы каким, не мобилизованным, не контрактникам, а сотрудникам МВД и Росгвардии, которые имеют звание Героя России или статус ветерана боевых действий (это они все имеют), воспитывают троих и более детей или ребенка-инвалида. Вот они будут у нас в рамках сохранения гражданского мира и улучшения отношения к ним со стороны других граждан, которое сейчас такое замечательное, – они будут внеочередным образом получать жилье.

Предвыборные подарки: гаражная амнистия, семейная ипотека и Roblox

Из хорошего. Предвыборный период – все-таки это период поблажек, плюшек и разных даров и приношений избирателям, чтобы они получше себя чувствовали. Сейчас расскажем, чем порадуют в эту суровую годину. Сразу хочу предупредить, не богато. Не богато, но тем не менее.

Продление гаражной амнистии аж до 1 сентября 2031 года. Гаражная амнистия – это упрощенный порядок регистрации прав собственности на гаражи, если гараж ваш одноэтажный, если вы не понастроили в нем жилых помещений, и если вы его построили до 30 декабря 2004 года. Уже довольно давно. То есть не так много народу смогут воспользоваться этой льготой, потому что с 2004 года уже, я думаю, все этот гараж себе зарегистрировали. Но тем не менее отмечаем такие замечательные шаги навстречу гражданам.

Марат Хуснуллин, вице-премьер, курирующий строительство, заявил нам, что не будет изменений условий семейной ипотеки с 1 июля, как грозились. Семейная ипотека остается какая была. Это тоже нынче надо рассматривать как подарок – сохранение действующих условий. Раньше в качестве подарка давали что-то новое, теперь не отбирают имеющееся – это вот уже подарок.

Еще в тех же рамках «не отбирания имеющегося». Подписан президентом закон о сохранении порога доходов, выше которого вы должны платить НДС, на уровне 20 миллионов рублей до 2029 года. Я напомню, до того у нас ожидалось 10 миллионов с 2028-го. То есть если вы 10 миллионов рублей в год зарабатываете (а это, учитывая уровень инфляции в нынешней России, вообще, честно говоря, нисколько). А теперь 20 миллионов можно зарабатывать и НДС не платить аж до 2029 года. Но это сейчас. Как вы понимаете, выборы пройдут, и соответственно, можно будет еще одну принять поправочку. Но пока так.

Далее. Перенос срока введения так называемого электронного сбора. Тут расщедрились не очень. Должен был вводиться с 1 сентября, теперь будет вводиться с 1 декабря. Чтобы все-таки выборы успеть провести.

Далее. Замглавы Минцифры, выступая в Госдуме, сказал, что «не будем брать деньги за зарубежный трафик». Был план: 150 рублей за 15 мегабайт любого трафика из-за пределов Российской Федерации. Теперь сказали, что отложим. Сколько отложим, на сколько – непонятно.

М. КУРНИКОВ: Аттракцион неслыханной щедрости.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Опять же, обратите внимание на этот паттерн. Еще раз повторю, в былые годы что-то давали, теперь выходят торжественно на Красное крыльцо и говорят: «Граждане, мы у вас не будем отбирать то, что у вас есть. Или, по крайней мере, будем отбирать не так поспешно, как мы это делали раньше». Например, вот еще из подарков: Roblox разблокировали. Все для вас, дорогие граждане. Все для вас. А вы совершенно какие-то неблагодарные, вероятно. Нет, может быть, наоборот, ваша душа наполнилась чувством благодарности теперь, когда вы нас послушали. Это, собственно говоря, и было нашей целью.

Что может измениться после выборов: мобилизация и новые ограничения

Теперь по поводу того, что может произойти уже после выборов. Как вы понимаете, все эти обязанности веселить, развлекать или, по крайней мере, не раздражать граждан заканчиваются немедленно 21 сентября – число довольно зловещее, ассоциируется с предыдущей активной волной мобилизации.

Мы не будем разводить панику в прямом эфире. Никогда этого не делали. Продолжаем считать, что российская государственная машина будет стараться избегать повторения опыта 2022 года, пока это будет возможно. Продолжаем считать, что разработаны альтернативные инструменты, начиная от того же Единого реестра военнообязанных и до многочисленных льгот и средств принуждения для подписания контракта. Пока работает хуже, чем раньше, по ряду объективных причин, но тем не менее работает. При этом исключать новой, фронтальной, более или менее массовой мобилизации мы тоже не можем. Поэтому мы смотрим признаки, указывающие и в одну, и в другую сторону.

И, вы знаете, анонимные сливы и разговоры о том, что все решено, все подписано… Да, мне тоже присылают всякие замечательные сообщения такого рода: «У свата кум работает в Генштабе. Вот он пришел и сказал: “Пакуйте чемоданы, решение принято. Вопрос только, 600 тысяч призывать или миллион двести”». Это мы с вами не рассматриваем в качестве признака чего бы то ни было, кроме повышенной тревожности, о которой нам уже рассказывают еженедельные рейтинги ФОМа. Мы с вами рассматриваем нормотворческую деятельность в качестве признака.

Минобороны отменяет медосвидетельствование для контрактников

Итак, нормотворческая деятельность. Министерство обороны на любимом нами сайте regulation.gov.ru вывешивает проект поправок в закон о воинской обязанности и военной службе.

Regulation.gov.ru – это база, на которой федеральные органы исполнительной власти обязаны публиковать проекты нормативных актов, которые они готовят, до внесения их куда бы то ни было. То есть это еще не внесено в Думу. Может быть, до конца этой сессии мы это увидим уже и принятыми. Мы знаем, как шустра бывает Государственная Дума, когда ее хорошо попросят. Поэтому не удивляемся ничему. Но пока это висит на regulation.

Итак, что там есть? Что предлагает Минобороны? Минобороны предлагает отменить обязательное медосвидетельствование для контрактников и мобилизованных. Вообще отменить. Отменить его как таковое.

М. КУРНИКОВ: От врачей ведь все только умирают. Понимаете, в чем дело…

Е. ШУЛЬМАН: Вот именно. Знаете, есть такое явление overdiagnosis. То есть когда человек вот начитался, как у Джерома К. Джерома… Помните, там герой романа «Трое в лодке».

М. КУРНИКОВ: Да. Нашел у себя все болезни.

Е. ШУЛЬМАН: Да, нашел у себя все болезни, потому что прочитал медицинскую энциклопедию. А вот не будете читать медицинскую энциклопедию – и без врачей дольше проживете. (Прим., цитата «Я добросовестно перебрал все буквы алфавита, и единственная болезнь, которой я у себя не обнаружил, была вода в колене». Дж.К.Джером, «Трое в лодке, не считая собаки»).

М. КУРНИКОВ: Убийцы в белых халатах.

Е. ШУЛЬМАН: Во-во, они самые. В период мобилизации, военного положения или в военное время медосвидетельствование для заключающих контракт и мобилизованных становится обязательным только в следующих случаях: при наличии увечий (ранений, травм, контузий; приходит на ум кандидат без головы) и при наличии заболеваний, входящих в перечень, по которому они подлежат признанию ограниченно годными или негодными. Возникает вопрос: а зачем вот этих людей, подходящих под эти три категории, вообще в военкомат пускать? Нельзя их сразу как-то отсеивать на ранних подступах? Но нет. Это единственные категории, которым положено медосвидетельствование. Все остальное не положено.

При этом выявление такого рода увечий и заболеваний будет проводиться в ходе медосмотра, порядок которого устанавливает Министерство обороны. То есть вот действительно без медосмотра какого бы то ни было.

Ну что? О чем нам это говорит? Я сказала, что это один из признаков, на который мы обращаем внимание. Но признак чего? Это точно так же можно видеть как признак того, что сейчас набор идет не очень хорошо, хочется его сделать как-то побыстрее, как-то поэффективнее за счет тех, кто на этом новом некроязе называются, по-моему, «каличи». Это всякие увечные, калики перехожие, на обилие которых в рядах мобилизованных и контрактников жалуются наши несчастные сетевые патриоты, что вот, мол, приходят люди, действительно, и без ноги, и без руки, а, в особенности, без головы (это прям массовое явление), с тяжелой алкоголизацией и всякими другими замечательными свойствами, которые делают их особенно неудержимыми на поле боя. То есть это не признак мобилизации как таковой. Это признак стремления подгрести всех, кого только можно.

Насчет периода мобилизации. Наши постоянные слушатели знают, разумеется, что вот сейчас то, в чем мы находимся, – это период мобилизации. Почему? Потому что был указ президента об объявлении частичной мобилизации в 2022 году, в сентябре. Не было указа президента об отмене предыдущего указа. Таким образом, мобилизационный период продолжается.

М. КУРНИКОВ: Есть у революции начало, нет у революции конца.

Е. ШУЛЬМАН: Нет у мобилизации конца. Именно по этой причине все контракты безотзывные, потому что мобилизационный период. Именно по этой причине те поправки в закон о воинской обязанности и военной службе, о которых мы сейчас с вами говорили, если будут приняты, то начнут действовать немедленно.

Инструктаж военных: как действовать при угрозе покушения

По поводу увечий и судеб мобилизованных в дальнейшем. Вот смотрите. На анонимные источники мы обещали не ссылаться, но вот есть, например, интересный такой документ. Он называется «Типовой инструктаж военнослужащему, гражданскому персоналу и членам его семьи по действиям при поступлении сведений о готовящемся покушении». Это инструктаж, который раздается в военных госпиталях сотрудникам, а также гражданскому персоналу Минобороны России и Росгвардии при поступлении информации об угрозе физической расправы над ними или членами их семей со стороны спецслужб Украины.

Я подозреваю, это одно из следствий вот этих серийных убийств в Балашихе. Было решено инструктировать, представляете себе кого? Людей, которые лечатся в госпитале. Дальше им говорят: «Вы знаете, когда вы отсюда выйдете, вас постараются убить. Вы в связи с этим должны вести себя так». Это занятный документ. Он абсолютно соответствует классическому принципу о спасении утопающих руками самих утопающих.

Тут только два раза упоминаются какие-то органы власти. В частности, говорится, что если к вам ломятся в квартиру, то сообщите в полицию, а контактные данные дежурного РОВД должны быть рядом с телефоном. И приготовьтесь к возможной самозащите. Это первое упоминание. Второе упоминание – в самом финале. Там так как-то задумчиво говорится: «Также необходимо определить порядок связи с оперативным сотрудником органов безопасности для незамедлительного доведения значимой информации в так называемых экстренных ситуациях». К кому это обращено? Кому необходимо определить этот порядок? Непонятно.

Все остальные рекомендации посвящены исключительно поведению самих потенциальных пострадавших. Им рекомендуется передвигаться нерегулярно, то есть не ходить одними и теми же маршрутами; смоделировать свои действия на случай нападения; осматривать днище автомобиля и колесные арки на случай чего; установить прочную входную дверь (очевидно, за свой счет), оборудовать ее глазком, цепочкой, задвижкой, желательно сделать дверь открывающейся наружу; в лифт не входить с незнакомыми, а если за вами вошел незнакомый, то лучше выйти быстро. То есть те советы, которые девочкам раньше давали: в лифт с незнакомым человеком не заходить.

Отказаться от использования служб доставки, приема в пищу продуктов питания и напитков, полученных из непроверенных источников. Друзьям, соседям тоже рассказать, чтобы не брали для вас никаких посылок. Отказаться от использования личного автотранспорта, хранить его на охраняемой стоянке либо на удалении от места проживания под камерами наружного наблюдения.

Также мне понравилось вот такое. Избегать безлюдных, непросматриваемых, неосвещенных мест, наиболее подходящих для нападения. Разработать различные варианты маршрутов на работу и по личным делам, чаще менять их. При их планировании избегать прохождения по одним и тем же местам. Использовать рваный темп перемещения с остановками для посещения различных мест. Или вот это: не допускать системно повторяющихся одинаковых действий (утренние пробежки, выгул собак, одинаковое убытие на работу и приезд обратно, поездки с детьми в школу, посещение одних и тех же магазинов, кафе, спортивных объектов). То есть все, из чего состоит жизнь человека, который детей в школу отвозит, сам ездит на работу, ходит в магазин, вообще живет дома, соответственно возвращается туда ночевать, – вот это все не рекомендуется.

Носить с собой газовой баллон и электрошокер, проявлять бдительность, запоминать разных людей, отказаться от использования ранее имевшихся номеров телефонов мобильной связи, сменить телефонные аппараты, удалить персональную информацию в социальных сетях.

Также рекомендовано изменить сложившийся ранее образ жизни и привычки. Как будто все, что выше – это не изменение образа жизни. Частично смените внешность: очки, борода, прическа. Использовать разную по стилю одежду. Это все советуют военнослужащим, как вы понимаете: очки, бороду, прическу… То есть в женское платье еще переодеваться, для того чтобы сбить с толку потенциального убийцу. Быть морально готовым к оказанию сопротивления.

А дальше вот такая фраза, которая должна внушать надежду: «Как правило, исполнителями являются непрофессионально подготовленные лица и при оказании активного сопротивления отказываются от своих намерений и сбегают».

В общем, дорогие слушатели, это, конечно, некоторый документ, характеризующий наше время чрезвычайно ярко и выпукло. Не то что так называемых простых граждан, не то что какие-нибудь НПЗ или автозаправки, или еще что-нибудь в этом роде, но и своих собственных военнослужащих, которые уже пострадали на службе Родине, защищать никто не собирается. Им предлагается готовиться морально, отрастить бороду, не жить дома, ходить рваными маршрутами и иными способами диверсантов поставить в тупик, оказывая им тем самым как активное, так и пассивное сопротивление. Нет, инструкция, кстати, полезная.

М. КУРНИКОВ: Полезная. При всем ужасе ситуации, это какие-то адекватные советы, что называется, для тех людей.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Но они исключительно рассчитаны на то, что эти люди каким-то манером защитят себя сами. И при этом, при исполнении они довольно дорогостоящие. То есть представьте себе, что вы обычный служащий Министерства обороны или Росгвардии. Во-первых, кто вам будет ставить дверь и цепочку, и глазочек? Если вы откажетесь от собственного автомобиля, то как вы попадете туда, куда вам надо? Кто будет отвозить ваших детей в школу? Кто купит вам новый телефон?

А, кстати, тут еще есть совет весьма резонный и тоже, видимо, основанный на предыдущем горьком опыте. Трекеры отключить обязательно. Вот всякие фитнес-браслеты, шагомеры, смарт-часы, приложения для бега – отказаться от их использования, потому что они фиксируют маршруты движения, а сервера у них размещены на территории иностранных государств. Это, я думаю, после истории с какими-то путинскими охранниками, которые, помните, фитнес-браслетами пользовались, а потом их таким образом и вычислили.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим это.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: А мы продолжаем. И вот теперь, я так понимаю, настал час чая.

Е. ШУЛЬМАН: Надо, надо. Две минуты чая.

М. КУРНИКОВ: Молока добавить еще?

Е. ШУЛЬМАН: Непременно.

М. КУРНИКОВ: А у нас производственное совещание, можно сказать, сейчас будет. Я хотел с вами посоветоваться, Екатерина Михайловна. Дело в том, что я прошлый выпуск подкаста «Что мы знаем» выпускал не из студии.

Е. ШУЛЬМАН: Да, я помню. Какой-то у вас был довольно такой симпатичный интерьер на заднем плане. Я слушала. Я всегда слушаю и всем советую.

М. КУРНИКОВ: Спасибо, очень приятно. Если что, по воскресеньям выходит на канале «Эхо». Да, и на Ютубе, естественно, тоже есть.

Е. ШУЛЬМАН: Слушать можно в любое время.

М. КУРНИКОВ: Да. И кто-то говорит, что так получается душевнее, что, типа, не из студии лучше, чем из студии.

Е. ШУЛЬМАН: Не из студии лучше, чем из студии?

М. КУРНИКОВ: Клевещут или нет?

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, я всегда думаю, надеюсь, льщу себя мыслью, что все-таки слушателей содержание интересует.

М. КУРНИКОВ: Ну да. Говорят, что содержание получается, видимо… Я не знаю.

Е. ШУЛЬМАН: Попробуйте на кухне.

М. КУРНИКОВ: Да. У вас хорошие видео на кухне получаются.

Е. ШУЛЬМАН: Между прочим, политолог Виноградов вечно вещает из машины. Вот у него такая манера. Он кружочки или свои целые даже рилсы, и даже не рилсы, а целые видео полноценные записывает всегда из машины. Как бы он всегда в пути. Не то что он сидит в кабинете, а он жизнь прозревает не из окна кабинета, а из окна автомобиля, что гораздо мобильнее.

М. КУРНИКОВ: Что, кстати, насколько я успел узнать от политолога Виноградова, соответствует реальности.

Е. ШУЛЬМАН: Вот, совершенно верно.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, мы возвращаемся. В общем, я в замешательстве.

Е. ШУЛЬМАН: Понимаю.

М. КУРНИКОВ: Продолжаем говорить о событиях еще минут семь.

Аресты в транспортном бизнесе: Трабер, Нерадько и Махов

Е. ШУЛЬМАН: Я думаю, да. У нас последний блок. Он, с одной стороны, традиционный, посвящен задержаниям и арестам. С другой стороны, он является непосредственным продолжением той темы, которая была у нас одной из первых в одном из недавних выпусков.

Помните Илью Трабера, большого деятеля петербургского коммерческого и, как некоторые говорят, организованного преступного мира? Может быть, эта сенсация для вас уже

как-то утекла и закрылась потоком других событий, которых меньше не становится, а становится только больше. Но на самом деле это действительно было, судя по всему, довольно значимое событие ровно по тому критерию, который мы с вами употребляем: новость – это то, что привлекает внимание; событие – это то, что имеет последствия. Последствия не заставили себя ждать. Мы сейчас о них расскажем. (Прим., о задержании И.Трабера подробно говорилось в выпуске «Статус» от 23.06.2026/S09E42).

Но сначала мы попробуем их обобщить, выражая надежду, что мы не слишком широкой кистью обобщаем. Во-первых, с точки зрения структурной начались обвальные неприятности у людей, связанных с портами и аэропортами. Это раз. Это с точки зрения структурной. С точки зрения персональной неприятности начались у людей, связанных с Ротенбергами. Хотя казалось еще совсем недавно, что это одни из тех могучих околопутинских кланов, с которыми уж точно никогда ничего дурного случиться не может. И вот оно случается.

Возможно, пока это наша рабочая гипотеза, Илья Трабер действительно был… Вы знаете, есть такой английский термин linchpin – это вот такой гвоздик, на котором все держится.

По-русски можно сказать, какой-нибудь краеугольный камень. Но это слишком торжественное и библейское выражение. А вот именно какой-то шурупчик.

М. КУРНИКОВ: Чекистский крюк, если помните такое выражение.

Е. ШУЛЬМАН: А это не чекистский, а какой-то другой крюк. В общем, какая-то гайка.

М. КУРНИКОВ: Просто, кстати, человек – автор этого выражения, из этой же компании.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Примерно так. Так вот, вывинтили эту гаечку – и что-то отвалилось.

Итак, подробнее к сути дела. Первая самая шумная, самая громкая новость в этом жанре – это задержание и последующий арест на месяц Александра Нерадько, человека, который 14 лет возглавлял Росавиацию. Росавиация – это такая главная служба, которая руководит в Российской Федерации всем гражданским авиатранспортом. Это человек с очень долгой карьерой в госорганах. Опять же, только Росавиацией он заведовал с 2009 по 2023 год (14 лет). Уже в 2000 году, когда Путин еще был маленький, практически с кудрявой головой, Нерадько руководил Государственной службой гражданской авиации. Он возглавлял Ространснадзор. Он возглавлял Федеральную аэронавигационную службу. Он один из старейших и, я бы сказала, наиболее профессиональных чиновников в этой сфере просто в силу своего стажа немереного.

В 2023 году он был освобожден от должности. Более того, в том же 2023 году незадолго до этого к нему высказывались претензии, в том числе публично, президентом на одном из совещаний. Знаете, какой, кстати, был повод для недовольства в 2023 году Росавиацией? Медленный ход интеграции беспилотников в единое воздушное пространство России. Вот не прошло и трех лет, и беспилотники…

М. КУРНИКОВ: Ворвались в это пространство.

Е. ШУЛЬМАН: Бесшовно интегрировались в единое воздушное пространство России. Но видите, Нерадько уже этим никак не заведовал.

Итак, вместе с ним задержан его бывший заместитель с 2008 по 2017 год Константин Махов.

Вот смотрите, при чем тут Ротенберги. Сейчас мы немножко уходим в темные воды борьбы башен и пашен, но тем не менее необходимо об этом сказать. Считается, считалось до последнего момента, что Аркадию Ротенбергу и его брату с их присными принадлежит кураторство всего, что связано с транспортом в России: от службы «Платон» по обложению дальнобойщиков данью до аэропортов, а также сама должность министра транспорта (должность, с которой последнее время тоже происходят события нехорошие совсем). Вот этот пост – это прямо новая нехорошая квартира.

Мы помним, что предшественник ныне действующего министра, бывшего губернатора Никитина, бывший губернатор Старовойт застрелился в своей машине. По крайней мере, такова официально опубликованная версия. Однако же, как Старовойт считался человеком Ротенбергов, так и его сменщик, усевшийся в еще не остывшее от свежей крови кресло, Никитин тоже человек Ротенбергов. То есть они сохранили за собой эту, как выражаются в соответствующих кругах, поляну.

Вот этот Константин Махов, возвращаемся к нему, зам Нерадько, он несколько лет был его замом. Достаточно тоже долгий срок, 9 лет. Но вообще, если мы посмотрим его биографию, то мы увидим значительный, длинный список разных коммерческих в основном структур, которые он возглавлял. И большей частью этих коммерческих структур владеет (или она входит в группу) «Национальная газовая группа». Тут уже безо всякой конспирологии, безо всяких слухов. Это просто основано Ротенбергом и его старым партнером Артемом Оболенским.

Соответственно, вот этот Махов работал в целом ряде предприятий: от Балтийского химического комплекса до, кстати говоря, управляющего компанией особой экономической зоны Усть-Луга. Помните это географическое название?

М. КУРНИКОВ: Конечно. Такое не забудешь.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Вот Трабер, вот порт. Вот это он тоже возглавлял. До этого он возглавлял «РусхимАльянс», который «Национальной газовой группой» тоже был основан совместно с «Газпромом», еще целый ряд компаний.

То есть это человек, который, переходя с места на место, руководил активами и предприятиями Ротенбергов, в которых Трабер имел долю или имел интерес. Вот порт Усть-Луга – это та точка, в которой все эти люди сходятся. Вот теперь благополучно он задержан вместе со своим бывшим начальником Нерадько.

Дело Сергея Тимошенко и судьба аэропорта Домодедово

Есть там еще один человек, который тоже был заместителем Нерадько, перестал им быть, стал вице-губернатором Брянской области и попал под уголовное дело уже в этом году. В марте этого, 2026, года местное Брянское управление Следственного комитета завершило расследование уголовного дела о взятке против этого самого человека. Зовут его Сергей Тимошенко. Это бывший зам Нерадько и бывший же уже после этого брянский вице-губернатор. Что за взятку он брал? Взятку он брал за распределение субподряда в рамках каких-то работ в аэропорту «Домодедово».

Что с аэропортом «Домодедово», мы с вами знаем. Его отжали у предыдущего владельца. Там довольно значительное количество уголовных дел разной степени экзотичности. В частности, по одному из этих уголовных дел арестована взлетно-посадочная полоса и приобщена к делу в качестве вещественного доказательства.

М. КУРНИКОВ: Красиво.

Е. ШУЛЬМАН: Это почти так же красиво, как персидский царь Ксеркс, который велел высечь море. (Прим., это историческое событие описано древнегреческим историком Геродотом в его фундаментальном труде «История» (Книга VII, 35). Согласно Геродоту, когда буря разрушила понтонный мост персов через пролив Геллеспонт (современные Дарданеллы), разгневанный царь Ксеркс приказал высечь море плетьми).

Высечь море и арестовать взлетно-посадочную полосу. То есть смотрите, вокруг Домодедово эти уголовные дела происходят с 2015 года. Там тоже некоторое количество народу садилось, выходило, Каменщик отбивался, вроде как. Очевидно, у него было впечатление, что он отбился. Но тем не менее, сейчас нам говорят, пишет, например, газета «Коммерсантъ», что вот нынешнее уголовное дело руководства Росавиации – это то самое дело, которое с 2015 года расследуется в связи с хищениями вокруг аэропорта Домодедово.

Там еще из экзотических деталей, между прочим, есть человек из сотрудников этого аэропорта по имени Александр Краев. А вместе с ним задержан генерал-лейтенант, представляете себе? Бывший начальник ВВС и ПВО Военно-морского флота России, который после ухода в отставку решил поработать в коммерческом секторе, а именно возглавил ФГУП (хотя это не такой уж коммерческий сектор, если это ФГУП)

«Администрация аэропорта Домодедово». То есть там тоже пересажали людей довольно-таки, я бы сказала, кучно.

Я напомню, что некоторое время тому назад у нас был задержан (что значит, некоторое время), в этом же месяце, в прошедшем, недавно закончившемся месяце июне, был арестован бывший гендиректор «Аэрофлота» Михаил Полубояринов.

Мурманский порт, Ротенберги и обвал гарантий в автократии

Значит, что мы в связи с этим хотим сказать? Значит, во-первых, нет. Прежде чем мы будем обобщать повторно, мы еще одного человека должны назвать, хотя я понимаю, что у нас тут уже немножко все запутались. Одновременно в Москве задерживается директор мурманского порта, порт называется «Лавна». Человека зовут Станислав Мультах. Его тоже связывают с Ротенбергами, понимаете ли, потому что этот замечательный порт курировал бывший министр транспорта Максим Соколов. А все министры транспорта считаются ротенберговскими людьми. И в этом специфическом мурманском порту, как пишут злые люди, практически вся управленческая команда сформирована выходцами из компаний Ротенберга и сына его Игоря. Там еще один человек уже находится под следствием, а теперь уже задержан непосредственно и сам руководитель этого порта.

Итак, что мы видим? Порты, транспортные узлы, аэропорты, Росавиация, все что вокруг нее – ротенберговские люди. Еще одно у меня возникло подозрение, когда я читала этот список…

М. КУРНИКОВ: Кораблей.

Е. ШУЛЬМАН: Кораблей, да, совершенно верно. Обычно о таком как-то не принято говорить вслух, потому что звучит это довольно неловко. Но не кажется ли вам, что некоторым особым вниманием в связи с этими важными инфраструктурными узлами, которые ныне рассматриваются как точка уязвимости, у ФСБ пользуются те люди, которых они считают этническими украинцами?

М. КУРНИКОВ: Ну, такое. Да.

Е. ШУЛЬМАН: Это просто вот такое впечатление. М. КУРНИКОВ: Если это так, то это совсем плохо.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, были после 2022 года какие-то сливы из числа тех, которых мы не любим, что вот ФСБ взяла себе на вооружение политику брать исключительно этнических русских, потому что они надежнее, а все остальные какие-то не такие

надежные. Примитивные формы этнического национализма свойственны этим службам, потому что нет такой дичи, которая не была бы им свойственна.

М. КУРНИКОВ: То есть тогда бы взялись не за братьев Ротенбергов, а за братьев Ковальчуков. Простите.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, вот эта поздняя фаза нашего авторитаризма характерна обвалом всех гарантий. Вот бывший гарант больше не гарант. Для чего мы вам рассказываем все эти истории? Опять же, не для того, чтобы пробудить в вас сочувствие, а для того, чтобы, во-первых, показать вам политические механизмы, которые пожирают изнутри ту систему, которую они же и составляли, они же и строили. Вы не хотите правил, потому что вы хотите исключений. Вы не хотите норм, потому что вы хотите привилегий. В конце концов, этим исключением станете вы. Но не в том смысле, в каком вы хотели.

Наша система в некотором роде худшая из возможных. Есть правовые системы, в которых есть закон. Даже если вас государство преследует, у вас может быть шанс отбиться. У вас есть адвокат. У вас есть состязательный судебный процесс. У вас есть инструменты публичности. И совершенно точно вы знаете, что даже если на вас обозлился действующий начальник, что вас не будут пытать в процессе следствия.

Поэтому когда говорят: «Ой, знаете, там в какой-то стране… Вот там Марин Ле Пен, знаете, тоже не дают баллотироваться. Чем это отличается от преследования Навального?» Вот этим и отличается. (Прим., 7 июля 2026 года апелляционный суд Парижа сохранил за Марин Ле Пен право баллотироваться на пост президента Франции. Весной прошлого года суд первой инстанции признал ее виновной в создании системы, позволявшей оплачивать из европейских фондов услуги сотрудников, фактически работавших на партию во Франции.

Марин Ле Пен получила наказание в виде пяти лет лишения права избираться, четырех лет лишения свободы (из них два года — условно, а оставшаяся часть могла быть отбыта с электронным браслетом), а также штраф в размере €100 тыс. Теперь Марин Ле Пен может принять участие в президентских выборах 2027 года). Это во-первых.

Так вот, у кого-то есть правовые гарантии. А в других системах домодерного типа есть наследственные привилегии. То есть вы принадлежите к какому-то сословию привилегированному, и даже если вы умерли молодым и осталась у вас вдова и беспомощный младенец, их не вытурят из замка, потому что у вас есть ваши верные вассалы, которые следуют за вашим именем, за вашим родом.

У нас ничего этого нет. Вся эта болтовня про новое дворянство – это абсолютная болтовня. Это не гарантирует никому ничего. То есть ни правовых гарантий нету, ни договоренностей, потому что вот они осыпаются, как осенние листья. Вот ваш человек, на которого вы все поставили и которому вы всем пожертвовали, он потерял к вам интерес. А может быть, он забыл о вашем существовании. А может быть, ему рассказывают что-то, а он слушает и кивает. Вот неизвестно. Тут уже начинаешь думать, как многие начали думать, когда Трабера задержали: а может, его и нет уже вовсе, и может, его одобрение уже не нужно?

Опять же, скорее всего, нет. Скорее всего, он уже такой великий, что старые воспоминания и старые обещания уже ничего для него не значат. Он там где-то на небесах геополитикой занимается. Но вам-то от этого не легче.

И второй завершающий тезис, который мы многократно повторяли и еще раз повторим. Уже в 2025 году заместителя Нерадько по фамилии, кстати говоря, Тимошенко задержали и вместе с ним посадили в СИЗО его сына, потому что, по версии следствия, они там вдвоем какие-то взятки распределяли. Вину, кстати, оба не признают.

Дело против зама – это дело против вас. Пожалуйста, помните об этом. Даже если вам кажется, что это вы сдали этого зама, чтобы его головой накормить несытого волка. Нет, не бывает исключений. Нет, ваш случай не особенный. Вы ничем не особенный. Вы такой же, как все. Взяли зама – придут за вами. Но у вас есть некоторое время.

М. КУРНИКОВ: Ух. Переходим к вопросам.

Вопросы от слушателей

Вопросы о росте насилия в армейских нравах

Е. ШУЛЬМАН: Надеюсь, вопросы будут такие: «Вот тут к моему заму пришли. Я не знаю, что мне делать. Может, обойдется?»

М. КУРНИКОВ: Очень много хороших вопросов сегодня, особенно в Патреоне «Эха», на который я призываю вас подписаться. Грег спрашивает: «Вы упоминали, что всеобщая гуманизация затронула даже традиционно связанные с насилием процессы. Например, процесс концентрации власти в автократиях, когда оппонентов предпочитают не убивать, а заключать в тюрьмы или иным образом изолировать либо изгонять. Однако с отношениями внутри воюющей армии будто происходит обратное. Там в рутинном порядке совершаются вещи, которые в иных войнах последнего столетия казались бы как минимум из ряда вон выходящими зверствами. А почему так? Исключительна ли эта война в данном отношении?»

Е. ШУЛЬМАН: Это вопрос, который ждет своего исследователя и найдет много исследователей. И некоторые уже нашлись. Смотрите, тут есть два возможных ответа.

Ответ первый. Всегда что-то в этом роде было, но на это никто не обращал внимания, потому что не было таких средств распространения информации и потому что были иные стандарты. Война – зверское дело. Это нам всегда рассказывали со времен Средневековья. Война худшее в человеке выявляет. Но это все скрывалось под неким общим названием «ужасы войны». Вот там Гойя нарисует серию гравюр, там будет черт-те что вообще: какие-то отрезанные головы, ходячие мертвецы и прочее. Но это считалось чем-то более-менее нормальным.

Я помню, как меня лично поразило. Я же читаю всякую маргинальную литературу. Вот есть такой писатель Загоскин. У него есть роман про 1612 год, которым он прославился, а есть роман про 1812 год «Рославлев, или Русские в 1812 году». Это такая романтическая история про несчастную любовь, про то, про се. Такой русский романтизм, подражание Вальтеру Скотту. Но там как-то вдруг мельком, когда описывается какой-то там город, подвергшийся осаде, говорится, что вот там ехал-ехал герой, и проезжал он мимо смерзшейся стены из трупов. То есть вот тела несчастных, которые зимой там замерзли, вот подобно забору окаймляли его дорогу. И все. Дальше он там поехал и продолжает думать о своей возлюбленной. То есть вот такое. Это один вариант. (Прим., это фраза описывает ужасающую картину, которую главный герой повествования увидел при въезде в Вильну (совр. Вильнюс) во время Отечественной войны 1812 года. "Нет! никогда не изгладится из моей памяти ужасная противуположность, поразившая мои взоры, когда я въехал в этот город; противуположность, которая могла только встретиться в эту народную войну, поглотившую целые поколения. За версту от городских ворот, по обеим сторонам дороги, начиналися, без всякого прибавления, две толстые стены, сложенные из замерзших трупов. Я не раз видел и привык уже видеть землю, устланную телами убитых на сражении; но эта улица показалась мне столь отвратительною, что я нехотя зажмурил глаза...". М.Н.Загоскин, "Рославлев, или Русские в 1812 году", 1830).

Вариант второй. Эта война действительно особенная по целому ряду причин. В частности, она построена таким образом, что командиры заинтересованы в максимизации своих собственных потерь, потому что это дает им материальную выгоду. То есть они заинтересованы не столько в территориальном продвижении, сколько в бесконечном продолжении того процесса, который дает им новых рекрутов с деньгами. Они избавляются от них как можно быстрее и забирают эти деньги. Приходят новые люди, они забирают у них новые деньги. Таким образом, смысл войны как бы выворачивается наизнанку.

Были в истории военной разные полководцы. Были кровавые, были кровавые и бездарные, были бравшие населенные пункты к дате, были уничтожавшие целые города. Был какой-нибудь там Иисус Навин, истребляющий всех к стене мочащихся, как нам пишут в Ветхом Завете. Все это было. Хорошо, были равнодушные к потерям среди мирного населения. Это тоже все воспринималось как данность довольно долго. Но такого, чтобы командир был заинтересован в истреблении своего войска, а не чужого и не соседней деревни, куда там пришли, всех изнасиловали, ограбили, съели и ушли, – это некоторая новость.

Может быть, произошла инфильтрация уголовными нравами. Потому что значительная доля первых воюющих – это были уголовники, которых привел покойный Пригожин. И вот они передали этот этос, характерный для тюрьмы, уже теперь и на войну.

Опять же, хорошо бы спросить профессиональных военных, которые разбираются в том, как вот эти механизмы начальствования внутри армии работают и где грань между командирской суровостью, которая нужна для того, чтобы люди в лиминальных ситуациях на грани смерти как-то выполняли приказы, и вот этим вот хаосом каннибализма. Это не хаос каннибализма, это каннибализм. Но он не хаотичный, он довольно системный, о котором у нас все больше и больше свидетельств из российской армии. Вот вам две рабочие гипотезы.

М. КУРНИКОВ: В некотором смысле, как раз исследование этого – это работа Александры Архиповой «Словарь войны».

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно, «Этнографический словарь войны». Да. Это вот оно.

Вопрос о пользе армий для демократий

М. КУРНИКОВ: Зайдите посмотрите. Это правда полезная вещь. Попликола спрашивает вас: «Вы часто упоминаете, что в автократических режимах армия лишается политической субъектности. Означает ли это, что субъектная армия скорее ведет к демократизации?»

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, есть вот такой парадокс. Действительно бывает в целом ряде стран, что армия, а именно офицерский корпус, является достаточно (а иногда и наиболее) образованной частью общества. Потому что какой бы вы ни были автократ, вы, наверное, хотите, чтобы армия у вас была настоящая, а не игрушечная. Поэтому вы должны будете их учить. А учить их – это значит учить их по западным образцам. Других, извините, человечество не выработало. Поэтому у вас образуются условные потенциальные декабристы или потенциальный Кемаль Ататюрк, или те люди, которые в целом ряде стран Северной Африки или Латинской Америки действительно устраивают военные перевороты против засидевшихся автократов.

Если мы посмотрим неоднократно цитировавшуюся режимную статистику (она действительно выразительная, поэтому мы ее и цитируем), довольно часто бывает, что вот персоналистская автократия, вроде нашей, состарилась, сгнила, на части разваливается, ей следует военный переворот. То есть военные свергают автократа, после чего эти военные передают власть кому-то, кто выигрывает на выборах. Иногда кому-то из своего числа, которого они выставляют кандидатом, иногда какому-нибудь гражданскому.

Но для того, чтобы этот сценарий, который в политологии нынче называется good coup («хороший переворот») или «переворот ради демократии» (да, было некоторое количество публикаций с такими заголовками), должно сойтись несколько условий. Во-первых, у вас должна быть эта образованная армия. Во-вторых, у вас должна быть такая страна, которая нуждается в легитимации своей власти, для того чтобы, например, получать международную помощь или быть частью международной торговли. Потому что с недавних пор ни Соединенные Штаты Америки, ни международные организации не могут, грубо говоря, давать деньги, давайте упростим, нелегитимному правительству. То есть вам нужно будет провести выборы.

Если эти условия не соблюдаются, если вы страна большая, сами себе хороши, если вы и так изолированы, то у вас либо не будет военного переворота, либо он будет и никуда не уйдет. Пример тому – это современная Мьянма (Бирма бывшая). Там военные пришли, уходить никуда не собираются.

Поэтому видеть в каждом Пригожине декабриста Лунина, который вам тут сейчас на своих освободительных штыках свергнет какого-нибудь гипотетического старого маразматика и принесет вам свободу, – это опрометчиво. Но вообще, конечно, лучше иметь образованное офицерство, чем его не иметь.

Вопрос о дискредитации ФСБ

М. КУРНИКОВ: Данила Гуров спрашивает: «Почему есть уголовная статья за дискредитацию армии, но нет за дискредитацию ФСБ?»

Е. ШУЛЬМАН: Боже мой. Есть уголовная статья за разжигание ненависти к социальной группе, каковая социальная группа понимается чрезвычайно широко.

М. КУРНИКОВ: Помните знаменитое дело про разжигание ментов?

Е. ШУЛЬМАН: Да. Во-первых, социальная группа «менты». Во-вторых, социальная группа «судебные эксперты». Социальная группа «чиновники». В общем, много всего. Если вы скажете что-то не то по поводу ФСБ, то вас будут судить не

за дискредитацию, не за оскорбление, а за государственную измену. Этим ребятам, поверьте, не нужны дополнительные законодательные акты для того, чтобы защитить то, что они считают своей честью и репутацией. Либо они вас сразу пристрелят, либо пойдете по госизмене, которая нынче у нас народная статья.

Хорошая новость — на этот раз из Венгрии

М. КУРНИКОВ: Скажу одну хорошую новость.

Е. ШУЛЬМАН: Вот давайте.

М. КУРНИКОВ: Успею. Венгерский государственный телеканал М1 попросил у зрителей прощения за ложь и временно приостановил вещание.

Е. ШУЛЬМАН: В водолазках были?

М. КУРНИКОВ: Нет. Вы знаете, вот буквально черный экран и белыми буквами написано…

Е. ШУЛЬМАН: «Простите нас»?

М. КУРНИКОВ: Да. «Общественные СМИ не могут лгать. Мы просим прощения за то, что долгие годы все же поступали именно так». И так далее.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, у них незадолго до этого было распущено ведомство, которое занималось администрированием законодательства об иностранных агентах.

М. КУРНИКОВ: Это продолжение того же всего.

Е. ШУЛЬМАН: Вот что выборы животворящие делают. Действительно хорошая новость. Приятно послушать.

М. КУРНИКОВ: Спасибо всем, кто смотрел нас. Не забудьте поставить лайк. А может быть, даже три лайка. Всем пока.

Е.ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит в приложении, на радио, а также сразу на нескольких ютуб-каналах. Например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Я в этот раз в легкий жанр. В легкий жанр, да.

Е. ШУЛЬМАН: Кулинарная книга?

М. КУРНИКОВ: Почти. Книга Юрия Векслера, который живет здесь, в Берлине, и который мне любезно прямо вот донес эту книгу. Мы даже успели пообщаться. Книга называется «Мы так смеялись». Как вы видите, это воспоминания о встречах с Жванецким, Гориным, здесь о Райкине, Никулине, Довлатове и так далее и так далее. В общем, все имена, которые мы знаем.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо большое. Надо сказать, что вообще советская юмористическая эстрада – это довольно интересное социально-политическое явление. Я не знаю, писал ли об этом кто-нибудь.

М. КУРНИКОВ: А вы знаете, именно так. Это как о социально-политическом явлении во многом и написано.

Е. ШУЛЬМАН: Почему это было позволено, что именно было позволено, что из этого вышло в результате, что думали цензоры и что получилось. Это любопытно.

М. КУРНИКОВ: И это вот как раз в духе и газет, и календарей даже 90-х с такими баечками, которые сопровождают все эти истории. Конечно же, на сайте «Эхо Книги» можно эту книгу заказать. И конечно же, ее можно заказать и в России, мы обязательно ссылку поставим. А теперь мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Предвыборная агитация: съезд «Единой России», плакаты, мемы и странные слоганы

М. КУРНИКОВ: С какого события вы начнете?

Е. ШУЛЬМАН: Начнем мы с вами с партийной жизни и жизни предвыборной. Не можем не обратить внимание на очередной съезд партии «Единая Россия». Напомню, что мы с вами находимся в предвыборном периоде. Не все об этом помнят, но тем не менее так оно и происходит. У нас будет избираться Государственная Дума девятого уже созыва – как время летит – 20 сентября 2026 года, в единый день голосования. И вот прошел партийный съезд «Единой России».

На что мы с вами обращаем внимание? Мы с вами обращаем внимание на те конфигурации списков, которые нам говорят о будущем составе парламента и вообще о ситуации в элитах, о том, кто попал, кто не попал, кто в фаворе, кто не в фаворе. Ну и также мы с вами должны будем сказать об ограничениях этого самого фавора и о том, как попадание в партийные списки и даже получение мандата совершенно не всегда гарантирует обладателю этого мандата хоть что-нибудь.

Итак, вопреки некоторым ожиданиям, какие-то слухи на эту тему ходили, президент список партии не возглавил. Он это делал только один раз в 2007 году. Тогда первой пятерки вообще не было. Мы с вами о первых пятерках пару слов тоже скажем. Видимо, не так сильно понравился ему этот опыт. Больше это уже не повторялось. Тем не менее он приехал на съезд, сказал речь, пожелал всем удачи. И образ его используется в партийной агитации.

Партийная агитация, представленная на съезде, надо сказать, немножко странная. Это не то чтобы наша специальность, но странность бросается в глаза. Во-первых, прославившийся плакат «Быть за Путина – базовый минимум». Что означает эта фраза, понять трудно. Это укоризна? То есть «мы понимаем, что вы все за Путина, этого мало, теперь еще что-то сделайте, типа, за нас тоже проголосуйте». Или это какая-то жалоба? Вот это вот минимум, а хочется чего-то большего.

М. КУРНИКОВ: Это отсылка к мему. На самом деле, это попытка с молодой аудиторией поговорить. Потому что это песня «Базовый минимум». Какие там рифмы? «Кольцо с моим именем» и так далее и так далее. Я думаю, что какой-нибудь хороший плакат можно было бы сделать «За деньги – Да!». Вот «Голосовать за «Единую Россию» за деньги – Да!».

Е. ШУЛЬМАН: Видимо, по этому же принципу КПРФ тоже печатает плакат с каким-то ушастым созданием, которое то ли заяц, то ли выдра, и написано, что «за КПРФ голосует даже черемша». Те, кто незнакомы с фольклорной основой этих текстов, могут подумать, что креативщик был пьян или вообще употреблял запрещенные вещества. Но кому надо, те, наверное, это считывают.

Вы знаете, вот это нишевое цитирование, цитирование нишевого контента – это рискованная довольно маркетинговая стратегия. Все-таки аудитория «Единой России» – это так называемый ядерный электорат, он во всех смыслах ядерный – это у нас социологически, как известно, пожилые женщины. Я вот что-то боюсь, что они могут весь этот тонкий юмор не считать.

Кроме того, картиночка, портрет Владимира Путина, который прилагается к этой листовке, тоже подозрительно напоминает криминальную ориентировку или, знаете, такие карандашные рисунки из разных криминологических учебников, в которых там представителей различных этносов изображают. Или что-то еще в этом роде. Но зато он там выглядит гораздо моложе, чем на самом деле.

Есть и второй плакат. На нем написано следующее: «Все помнят выплаты, не все – цену решения».

М. КУРНИКОВ: Я же говорю, «За деньги – Да», буквально это оно.

Е. ШУЛЬМАН: Там изображается часть портрета Путина, и там он такой изможденный. Далее мелким шрифтом написано нечто вроде, вот, мол, материнский капитал, вообще всякие МРОТы и прочее и прочее, подразумевается, что вы все – сволочи неблагодарные – вот это всё получали, но вы не помните, что «Единая Россия» шла на эти меры даже ценой падения собственного рейтинга и протестов. Кто именно протестовал против введения материнского капитала, нам не ясно. Минфин, что ли, выходил на какие-то протестные акции? Мы тоже этого как-то не заметили.

Но обращаться к избирателю с упреками – это немножко странно. «Мы для вас так стараемся, а вы – неблагодарные – нас не любите». Во-первых, в этом заложено осознание, что нас не любят. Это не очень хорошо политтехнологически. Мы тут не политтехнологи, но даже самому гражданскому человеку, в общем, заметно, что во всем этом ощущается какая-то неприятная неуверенность.

Федеральный список «Единой России»: первая пятёрка, губернаторы и участники войны

Итак, что касается федерального списка. Напомню для тех, кто забыл или никогда не знал: пять человек входят (или могут войти по решению партии) в федеральную часть списка и, соответственно, далее – региональные группы. Вообще в списках более 600 кандидатов. При том, что 450 у нас всего мест в Думе. Понятно, что часть этих кандидатов там просто для красоты. Из этих 600 кандидатов – 55 глав субъектов (это, соответственно, губернаторы) и 76 – участников СВО. 76 из 600 (больше 10%). Не знаем, на каких местах. Не знаем, что это за участники. Некоторых знаем, некоторых нет.

М. КУРНИКОВ: А там ведь тоже места не всегда…

Е. ШУЛЬМАН: Не всегда.

М. КУРНИКОВ: Да. То есть ты, может быть, на первом месте стоишь, а тебе скажут: «Ты напиши, товарищ, пожалуйста, отказ».

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Вот, кстати, о так называемых «паровозах», то есть о тех, кто стоит на первых местах в списках, но мандатов никогда не берет. Первая пятерка выглядит следующим образом: Сергей Лавров, министр иностранных дел. Сергей Собянин, мэр Москвы. Два Сергея – это сила.

М. КУРНИКОВ: «Сергей-парад» это называется.

Е. ШУЛЬМАН: Евгений Поддубный, это военный корреспондент. Львова-Белова Мария, это детский омбудсмен. И Владислав Головин, руководитель Юнармии. Вот он, судя по всему, натуральный участник СВО и даже, по официальной версии, потерял ногу где-то в Мариуполе.

Напомним, чтобы интересно было, какая была пятерка в прошлой парламентской кампании в 2021 году. Первым номером был, вы не поверите, министр обороны Сергей Шойгу. Вторым номером – тоже Сергей. А, то есть должны быть два Сергея.

М. КУРНИКОВ: Так я же говорю.

Е. ШУЛЬМАН: Да, вы абсолютно правы. Да, это, видимо, залог успеха. Сергей Шойгу, Сергей Лавров. Денис Проценко, главный врач больницы в Коммунарке. Елена Шмелева, это фонд «Сириус», такая образовательная инициатива, кажется, покровительствуемая президентом. И Анна Кузнецова, опять уполномоченный по правам ребенка.

К чему мы вам зачитываем этот список? Чтобы вы понимали, что из первой пятерки 2021 года только одна Анна Кузнецова стала депутатом. Все остальные не стали депутатами. Поэтому говорить о том, что Сергей Лавров у нас возьмет мандат и таким образом перестанет быть министром… Это возможно. Опять же, возможно, что и Сергей Семенович Собянин, утомившись руководить Москвой, тоже пойдет в депутаты. Ничего физически невозможного в этом нет, но предыдущие опыты как-то не подтверждают эту теорию.

Три раза – в 2016 году, в 2011 году и в 2007 году – не было никакой пятерки, а был один человек, который возглавлял, олицетворял собой, федеральный список. В 2016 году и в 2011 это был Медведев, соответственно, премьер и президент, если мы идем назад по нашему хронотопу. В 2007 году это был президент Путин.

Как менялись списки «Единой России»: Путин, Лужков и советский избирательный опыт

В 2003 году, первый раз когда «Единая Россия», собственно, как «Единая Россия» выступала, (кстати, там, по-моему, тоже был Сергей Лавров, но там были Шаймиев и Лужков), это был такой список региональных тяжеловесов. Они, в свою очередь, должны были символизировать слияние «Единства» и «Отечество – Вся Россия», соответственно, прекращение той политической конкуренции, которая составляла основу выборов 1999 года. (Прим., в 2003 году список по федеральному округу от партии «Единая Россия» возглавил Борис Грызлов. Помимо него в общефедеральную часть вошли: глава МЧС Сергей Шойгу, мэр Москвы Юрий Лужков и президент Татарстана Минтимер Шаймиев. В числе кандидатов также были руководители 27 субъектов РФ и министр промышленности, науки и технологий РФ Илья Клебанов).

Что касается участников этих самых списков, в особенности, что касается Сергея Шойгу, который был и в 2003 году, и, как мы видим, в 2021 году, а в 2026-м куда-то делся. Вы знаете, в декабре 1937 года, после принятия так называемой сталинской Конституции, советской Конституции 1936 года, прошли первые прямые выборы в Верховный Совет СССР. Это были первые выборы, на которых практиковалось всеобщее избирательное право, тайное голосование (до этого ничего подобного не было). И много депутатов было, соответственно, выбрано. Например, если взять только один отрезок властной вертикали, скажем, руководителя НКВД Украины, если нам, например, вздумается, целых два человека оттуда избрались в декабре 1937 года. У одного была фамилия Леплевский, у другого – фамилия Успенский. Они были предшественниками друг друга.

М. КУРНИКОВ: Успенский от Оренбургской области избирался.

Е. ШУЛЬМАН: Сначала да, но он был тем не менее руководителем НКВД по Украине, а соответственно, Леплевский был предыдущим руководителем НКВД Украины. В 1937 году, в декабре, напомню, они все избираются депутатами Верховного Совета. А вот уже в апреле 1938 года тот, который Леплевский, арестован, через несколько месяцев расстрелян. Тот, который Успенский, он там побольше побегал. Это отдельная довольно детективная история, Максим Владимирович любит ее рассказывать. Успенский расстрелян в 1940 году.

В общем, глядя на судьбу этих и многих других депутатов, избранных всенародным голосованием, и, скажем, на судьбу бывшего министра обороны Сергея Кужугетовича Шойгу, мы не можем не порадоваться гуманизации нравов и повышению цены человеческой жизни.

Списки для новых регионов, Кадыров вне списка, Картаполов и Гурулёв

Что еще обращает на себя внимание? Если вы любите прикладную политику, то можете прочесть на сайте «Единой России» состав всех 57 региональных групп. Мы с вами обратим внимание вот на что. Там нет такого, что у каждого субъекта федерации свой список. «Единая Россия» создает так называемые супергруппы. В частности, такая супергруппа объединяет четыре наши воображаемые субъекта Российской Федерации – Донецкую и Луганскую Народные Республики, Запорожскую и Херсонскую области. Первоначально предполагалось, что у них там будут свои списки. Но нет, у них будет одна супергруппа.

И, что интересно, в этой супергруппе практически только федеральные политики. В частности, ваша большая подруга Татьяна Москалькова тоже идет в Думу. Или, скажем, Вячеслав Никонов тоже идет от этой супергруппы из новых регионов. Так что местных тут особенно не продвигают. Это к вопросу об участниках СВО, опять же, реальных или воображаемых.

В чеченской части списка нет Рамзана Кадырова, который каждый раз возглавлял этот самый список, но в Думу, естественно, ни разу не пошел. На его месте мы видим первого зампреда Комитета по международным делам Шамсаила Саралиева, а Кадырова не видим по той или иной причине.

Еще раз повторю, это символическая позиция. Термин «паровозы» не просто так появился. Он означает тех глав регионов, которые должны своим именем сигнализировать административно зависимому электорату, что это правильный список, вот здесь начальство, вы же за начальство, вот за него и голосуйте. В Думу они потом не идут. Тут с Чечней, видимо, какой-то особый случай.

Из 17 председателей комитетов от «Единой России» 16 продолжают идти в Думу. Кто-то из них в списке, кто-то из них в одномандатном округе, кто-то и так и эдак. Но есть единственное исключение. Мы сейчас по этому поводу, скажем так, погрустим. Глава Комитета по обороне Андрей Картаполов не попал никуда, ни в какие совершенно списки.

М. КУРНИКОВ: В списках не значится.

Е. ШУЛЬМАН: Не значится в списках. Нет, вообще не значится. Другой яркий член Комитета Государственной Думы по обороне, правда, год назад переведенный в Комитет по региональной политике и местному самоуправлению, генерал-лейтенант в отставке Андрей Гурулев, один из наших любимых спикеров, я бы сказала, бесценных источников сведений, а также стилистических находок, тоже никуда, видимо, не попадает. Это не может нас всех не печалить.

М. КУРНИКОВ: Осмыслим?

Памфилова и военные на выборах

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, одно еще замечание сделаем, а потом осмыслим. Цитату хочу вам привести.

М. КУРНИКОВ: Это мы любим.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Не каждую же неделю нам зачитывать пресс-релизы от ЦОС ФСБ. Мы сегодня с вами зачитаем высказывание председателя Центральной избирательной комиссии Эллы Памфиловой. Она еще 18 июня на публичном мероприятии под названием заседание Всероссийского координационного совета уполномоченных по правам человека внезапно выступила с довольно такой развернутой репликой против участия военных в избирательных кампаниях. Более того, она сказала, что она обсуждала этот вопрос с президентом, потому что на предыдущих кампаниях возникал ряд проблем, связанных с участием участников СВО в избирательных кампаниях.

Далее цитата: «И тут, если честно, у меня радикальная позиция личная. Я скажу какая: подписал контракт – получил все, что нужно, все преференции, – отдаешь долг Родине. Закончилась [служба] – иди куда угодно, в том числе в депутаты. У меня такая радикальная позиция».

Далее цитата: «А представьте себе: сейчас все ринутся в депутаты. Подписали контракт, получили все [преференции] – и теперь все депутаты. Это тоже недопустимо»

М. КУРНИКОВ: Слушайте, глубина мысли, во-первых, честно говоря.

Е. ШУЛЬМАН: Вот тут действительно есть, что осмыслить. Во-первых, оригинальная трактовка пассивного избирательного права, то есть права избираться.

Во-вторых, несмотря на вот эти повторы и некоторую муть в формулировках, на самом деле, очень внятно выраженное представление о сословном характере российского общества и государственной власти. Значит, по мысли Памфиловой, те, кто подписали контракт, могут рассматривать эту свою службу как некий выкуп кровью, который переводит их из податного сословия – не будем забегать вперед, – но во властные уже круги.

А Элла Памфилова им говорит: «Все, что вам надо, вам уже выдали. Получил все, что нужно, все преференции, – два раза она повторяет это слово – преференции, а еще хотите и мандат». Значит, вы взяли деньгами, а хотите еще и власти. А вот это нехорошо, недопустимо. Подписали контракт, получили все, а теперь – все депутаты. Это тоже недопустимо.

М. КУРНИКОВ: Элла Александровна просто золотая рыбка, которая хочет наказать тех, кто хочет слишком многого.

Е. ШУЛЬМАН: Пожалуй, да. То есть выдали тебе корыто, сиди в своем корыте, а в эти самые бояре и дворяне, и тем более, в вольные царицы, не суйся.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Ну что, мы на одном из каналов не в рекламе.

Е. ШУЛЬМАН: Чай пьем.

М. КУРНИКОВ: Я, во-первых, налью чай. А во-вторых, я видел, что выскакивала рекламка 22 августа. И там уже есть весь список выступающих. И там такой список выступающих, что закачаешься.

Е. ШУЛЬМАН: А мы прямо его сразу рассказываем? А вдруг это сюрприз?

М. КУРНИКОВ: Нет, мы можем уже сказать, потому что это, во-первых, мы с Екатериной Михайловной. Во-вторых, Армен Захарян. В-третьих, Руслан Белый. В-четвертых, Татьяна Лазарева, Николай Медведев, Алекс Юсупов. Там просто, да, закачаешься.

Е. ШУЛЬМАН: Погода на этих мероприятиях всегда бывает хорошая.

Электронное голосование: где его применяют и почему

М. КУРНИКОВ: Надеюсь, что и в этот раз. А мы продолжаем, мы в эфире.

Е. ШУЛЬМАН: Итак, еще несколько значимых обстоятельств, касающихся грядущих выборов. ЦИКом опубликован список регионов, в которых будет применяться дистанционное электронное голосование. Их 33 штуки. Это, в общем, крупнейшие регионы России. Но, что интересно, если мы эту карту наложим на карту результатов парламентских выборов 2021 года, то мы увидим, что электронное голосование применяется в тех регионах, где были низшие результаты у «Единой России».

М. КУРНИКОВ: Совпадение?

Е. ШУЛЬМАН: Не думаем. А также те регионы, в которых была низкая явка. То есть электронные средства не тратятся (очень разумно) на так называемые электоральные султанаты, которые с простой бумагой дают нужный результат. А вот там, например, Москва, Московская область, всякие северные регионы, не забывшие Новгородскую республику, хочется прибавить, в общем, там, где не так дисциплинированно голосуют, у них будет электронное голосование. Напомню, техническим оператором системы электронного голосования является Федеральная служба безопасности, поэтому в ее результативности можно нисколько не сомневаться.

Но сам этот расклад, вот это разумное распределение ресурсов говорит о том, что политические менеджеры, в общем, представляют себе родную страну и на этот счет не обманываются.

Несколько слов о других партиях, участвующих в выборах.

КПРФ, ЛДПР, «Родина», «Справедливая Россия» и «Яблоко» на выборах

М. КУРНИКОВ: Что снова, кстати, их роднит с большевиками, коммунистами и прочими руководителями. Те понимали.

Е. ШУЛЬМАН: Это правда. Те никогда не шли на альтернативные выборы, ни разу, пока советская власть совсем уж не одряхлела и не потеряла чуйку, ненаучно выражаясь. То есть они с тех пор, как выборы в Учредительное собрание не очень хорошо для себя провели, больше народному волеизъявлению не доверялись никогда. И, судя по результатам, для себя правильно делали.

Итак, иные партии. КПРФ не только предложила изымать у граждан вклады, но тоже представила свой список. В нем нет тех людей, которые, например, как Рашкин, были неприятны для администрации президента своей избыточной активностью и даже готовностью солидаризироваться с активистами на земле, в том числе с навальновскими активистами. В кампании 2021 года это ставилось им в вину.

Но зато, кстати, то ли благодаря этим заявлениям, то ли благодаря еще чему, согласно данным медиамониторинга, КПРФ чуть ли не обходит «Единую Россию» по медиаохвату. Потому что скандальные заявления привлекают внимание. Та ли это медийность, которая нужна партии для электоральных результатов, поможет ли черемша и вот это ушастое какое-то существо, это мы увидим уже по результатам.

ЛДПР составляет свой список почти исключительно из уголовников. Если мы вспомним о генезисе и анамнезе этой партии, то она всегда была партией в этом смысле организованных народных таких групп и объединений. Поэтому там у нас Слуцкий, потом Виктор Бут, депутат-отравитель Луговой и, кстати, российский посол в Саудовской Аравии для солидности.

Если хотите совсем такую зверскую партию, в которой действительно одни участники СВО, то это у нас партия «Родина». Там прям вот у всех исключительно руки по уши в крови, не вылезают из окопов. Но, опять же, к вопросу о том, кого мы там не увидели, мы там Захара Прилепина не увидели. Хотя, казалось бы, депутатский мандат был бы ему буквально как родной. Но нет. Вот там какие-то командиры из ДНР, из ЛНР и какие-то еще такие же свирепые граждане.

М. КУРНИКОВ: А «Справедливая Россия» уже составила? Пока что-то я их не видел.

Е. ШУЛЬМАН: Они внесли законопроект о смертной казни за коррупционные преступления. На это я обратила внимание. Извините, дорогая партия «Справедливая Россия», если я пропустила что-то очень важное, присылайте свои списки в комментарии.

М. КУРНИКОВ: По идее, они тоже могут отметиться в направлении «Родины».

Е. ШУЛЬМАН: Пожалуй, да. Вот, кстати, посмотрим, насколько эти самые СВО-кандидаты привлекают широкие массы избирателей.

Героическая партия «Яблоко», подвергающаяся невероятному совершенно полицейскому прессингу, один из руководителей которой только что получил 7 лет лишения свободы за два поста про то, что убивать людей нехорошо, тем не менее представила список кандидатов. Там нет Явлинского, там нет, в общем, почти никаких известных людей. Это молодые, в основном региональные, партийцы. Они понимают, и мы все понимаем, что оказаться в этом списке – это как оказаться в списке на проверку. Люди берут на себя очень большие риски. Люди, которые в федеральные пятерки входят, тоже на себя риски берут, только они этого не осознают. А эти осознают.

Мы по-прежнему не вполне понимаем, увидим ли мы «Яблоко» в бюллетене, не снимут ли их с этой предвыборной гонки. Законодательные возможности для этого были прописаны в достаточном разнообразии за последние годы изменений электорального законодательства. Так что, в общем, ничего особенно удивительного мы в этом не видим. Но пока вот так. Пока список есть, список подан, в нем 412 кандидатов. Лозунг партии «Яблоко» – «За мир и свободу». За немедленное соглашение о прекращении огня. Опять же, посмотрим, решатся ли наши политические менеджеры и приставленные к ним кураторы-безопасники кого-то с таким лозунгом выпустить на избирательные участки в большой России.

М. КУРНИКОВ: Давайте напомним, что, кроме избирательных участков, еще и телевизионный эфир, по идее, должен предоставляться для дебатов.

Е. ШУЛЬМАН: Да, если партия зарегистрирована как баллотирующаяся, то им полагаются талоны на эфир.

М. КУРНИКОВ: И в некотором смысле это, наверное, и есть главное искушение.

Е. ШУЛЬМАН: Да, это правда. В общем, будем следить. Если вам казалось, что электоральное мероприятие совсем формальное, оно формальное по целому ряду параметров, мы об этом много раз говорили в наших эфирах, но оно тем не менее представляет интерес. Не по тем прямым причинам, по которым представляют интерес предвыборные кампании в странах с парламентаризмом, но по другим политическим причинам тем не менее.

Новые назначения, аресты и коррупционные дела недели

Далее – о карьерных траекториях. Бывший губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков. Помните, следили мы за его судьбой. Сняли, ушел в отставку, но не посадили. Довольно долго там шли разные размышления по поводу того, кто будет его преемником. Ходили слухи о том, что он станет послом в Абхазии. Вот действительно он стал послом в Абхазии. Мы могли бы вам об этом рассказать в прошлый вторник, потому что в прошлый вторник Комитет по делам СНГ рекомендовал его кандидатуру. Это прерогатива этого комитета. В общем, вот назначен он послом указом президента. Соответственно, до этого там был действующий посол, который там сидел с мая 2022 года.

М. КУРНИКОВ: Я прошу прощения, может быть, это глупый вопрос, но с какого перепугу Комитет по делам СНГ занимается Абхазией? Абхазия что, входит в СНГ?

Е. ШУЛЬМАН: Комитет Госдумы по делам СНГ рекомендует кандидатуры на должности послов.

М. КУРНИКОВ: Но Абхазия не входит в СНГ. Члены СНГ не признают Абхазию, я прошу прощения.

Е. ШУЛЬМАН: Это правда, да. Но вот так вот. Российская Федерация, к сожалению, имеет много нелегитимного внутри тех границ, которые она считает своими. В этом смысле у нас разные слои нелегитимности накладываются друг на друга. Ну, да, вот еще и этот.

Традиционная наша подрубрика «Аресты и задержания недели». Кратенько на этот раз. Там много всего интересного. Но вот из того, что привлекло внимание, два кейса. Во-первых, начальник управления Министерства промышленности и торговли задержан по подозрению в коррупционном преступлении. Управление сельскохозяйственного, пищевого и строительно-дорожного машиностроения. Тоже какое-то странное сочетание. Ну, ладно. Задержан на рабочем месте сотрудниками Следственного комитета. Все как мы любим.

И еще одно. Бывший депутат Государственной Думы созыва не вот этого, а предыдущего, который 2018-2021 год. Депутат по имени Руслан Бальбек.

М. КУРНИКОВ: О, седьмой созыв.

Е. ШУЛЬМАН: Седьмой созыв.

М. КУРНИКОВ: Это громкая история. Крымская история. Мы много о нем писали, ровно потому, что в этой базе, о которой мы много говорили, базе как раз уполномоченного по правам человека, были в том числе обращения. И потом мы много чего еще нашли. Там есть видео, как его брали. Это странная и мутная история.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Вот он был задержан еще в сентябре 2025 года. Неправомерный доступ к компьютерной информации и клевета, две статьи.

М. КУРНИКОВ: Депутату Госдумы.

Е. ШУЛЬМАН: Депутату Госдумы. Он к тому времени уже перестал быть депутатом Госдумы. Он им был до 2021 года. Он находился под стражей. И 10 дней тому назад он был выпущен под ограничительные меры (ограничение определенных действий). Через 10 дней после этого задержан опять.

М. КУРНИКОВ: Насколько я помню, у него личный конфликт с Аксеновым очень большой.

Е. ШУЛЬМАН: Похоже на то. Но Руслан Бальбек еще интересен тем, что это довольно редкий случай – крымский татарин за Россию.

М. КУРНИКОВ: Именно так, да.

Е. ШУЛЬМАН: Он вместе с Поклонской символизировал в эти годы местных крымских людей. Более того, даже тех местных крымских людей, которые вроде как должны быть либо за независимость, либо за Украину. А вот они поддержали Россию, они поддержали аннексию Крыма. Их за это много показывали по телевизору, и даже дали им по мандату. Но очень быстро это закончилось. Для Поклонской (не будем входить в подробности чужой жизни) это закончилось, фактически, забвением и домашним арестом на должности…

М. КУРНИКОВ: В Кабо-Верде.

Е. ШУЛЬМАН: Нет, в Кабо-Верде она не попала.

М. КУРНИКОВ: Не попала?

Е. ШУЛЬМАН: Не согласовали это назначение. Она советник генерального прокурора под условие полного молчания. Она иногда нарушает это условие, ее там ругают за это. В общем, это несчастная судьба. Вот, поверьте, если вы испытывали какое-то злорадство, то не надо его испытывать.

А этот товарищ, в качестве крымского татарина был очень ценен российской власти для демонстрации того, что, во-первых, не всех мы их тут обижаем, а некоторых, наоборот, всячески награждаем, а также для того, чтобы изображать какую-то поддержку со стороны этой этнической группы. Но вы видите, чем это все заканчивается. Там, кстати, еще две женщины проходят по этому же делу – его помощница и еще одна журналистка (тоже, судя по фамилии, из той же группы).

Вообще, люди из Крыма, которые поддержали аннексию, у российской власти пользуются глубоким недоверием. Это известно по целому набору признаков. Причем, как мне передавали формулировку, которая кажется мне прямо воплощением чекистского майндсета, «они предали свои власти, они и нас предадут». Против начальства возражать нельзя. Даже если мы воюем с этим начальством, оно все равно начальство. Это сословное мышление. Что называется, запомните этот твит. Это, на самом деле, очень характерный, очень значимый признак.

Или, например, приговоры. Мы упомянули приговор семь лет Максиму Круглову, тоже, кстати, бывшему депутату Государственной Думы от «Яблока». Ну вот, например, бывший председатель правительства Кемеровской области 12 лет получил. Вот так вот. Видите как. А жена губернатора – замминистра обороны. У него покамест, по крайней мере, все хорошо.

Антифрод-пакет: самозапрет на звонки, банковские карты и идентификаторы телефонов

Новое законодательство мы с вами отслеживаем. Помним, что сессия заканчивается. Это последняя сессия созыва. Поэтому там будет сейчас очень большая спешка, и много в суматохе понапримут такого, что потом покажется удивительным.

Сейчас мы сначала кратко скажем о том, что уже подписано президентом и, соответственно, вступит в действие в ближайшее время. Второй пакет по борьбе с мошенниками, так называемый правительственный антифрод-пакет. Не знаю, как насчет мошенников, но много-много интересных новаций, много-много радостей детишкам это все принесло.

Самозапрет на входящие международные звонки, который можно снять только лично явившись в МФЦ, не более 20 банковских карт на человека во всех банках и база индивидуальных идентификаторов телефонных аппаратов. Эта красотуся должна вступить в действие с 1 марта 2027 года.

С 1 марта 2027 года должна заработать база, включающая сведения о разрешенных и запрещенных идентификаторах пользовательского оборудования. Идентификаторы пользовательского оборудования – это вот эти самые IMEI и есть. Это такой индивидуальный номер, который прямо на заводе присваивается телефону как физическому объекту. То есть это не ваша сим-карта, а это вот сам кирпич. Соответственно, идея состоит в том, что вот этот номер будет вноситься в договор с абонентом. Соответственно, сим-карту переставить в другой телефон вы не сможете. Сим-карта и телефон теперь будут друг с другом неразрывно связаны.

Главная техническая новелла этого проекта – это вот эта единая база. Вот она должна заработать с 1 марта. Этим будет заниматься многострадальное Минцифры. Когда/если эта база заработает, если возникнет подозрение в том, что телефон используется для каких-то нехороших дел, его можно будет отключить дистанционно. То есть телефон превращается в кирпич буквально. Не отключить симку, а убить сам телефон. И сейчас эти данные есть у операторов. Но сейчас активация сим-карты в телефоне будет требовать от оператора в течение часа передачи этих сведений в государственную базу. То, что доступно Минцифры, будет доступно и нашим с вами жрецам безопасности. Таким образом, именно конкретный телефон можно будет отключить от сети.

Какие основания? Заявление об утере или краже, которое подали вы или, может, не вы. Незаконный ввоз (как определяется, непонятно). Решение суда о конфискации или ограничении оборота. Несоответствие требованиям безопасности.

М. КУРНИКОВ: Это широко.

Е. ШУЛЬМАН: Запрет на использование в России. Чей запрет?

М. КУРНИКОВ: Видимо, этого типа аппаратов. Например, Apple запрет.

Е. ШУЛЬМАН: Например, айфоны запретят, да. Таким образом думают бороться с серым импортом, с ввозом телефонов из-за рубежа. В общем, с какими-то еще такими нехорошими делами.

М. КУРНИКОВ: А вот интересно, если у вас стоит российская симка в телефоне, который работает за пределами России, сможет ли российская власть отключить телефон, находящийся за пределами России?

Е. ШУЛЬМАН: Нет. Если этот телефон куплен не в России, то, соответственно, его номера нет в этой базе. Что будет с иностранными телефонами, с которыми люди въезжают в Россию, мне тоже не вполне понятно. Вот въезжает человек с иностранным телефоном с иностранной симкой (турецкой, например) и роуминг включает себе, как мы все делаем, когда едем за границу. Что будет с его телефоном, на самом деле крайне мало понятно.

И также с 6 июля, обратите внимание, 2026 года, то есть уже через неделю, вступают в силу штрафы за иностранную авторизацию, за авторизацию на российских сайтах через какие-то иностранные идентификаторы (Facebook, Gmail и так далее).

Штраф 500 тысяч рублей за перепродажу, перекупку железнодорожных билетов на поезда дальнего следования. Ну вот что-то такое.

Зато вот транспарентность. Штраф должностным лицам от 15 до 30 тысяч (это для госучреждений) за неразмещение информации о деятельности на официальном сайте. Надеюсь, за необновление тоже будет штраф, потому что часто эти сайты ведутся халатно, спустя рукава ведутся. Информация на них неполная и устаревшая.

Закрытие статистики: безналичные платежи, цены на бензин и данные Росстата

По поводу неполной и устаревшей информации. Еще печальные новости о нашей любимой теме – закрытие данных. Первое. СберИндекс, это издание Сбербанка, закрыл доступ к данным о доле безналичных платежей в торговом обороте. Если пойдете на соответствующую страницу, там будет написано «Такой страницей нет». Неть такой страницы.

По тем данным, которые у нас еще имеются, по итогам марта доля безналичных платежей сократилась, упала ниже 70%. Надо сказать, что в 2025 году доля безналичных платежей в рознице составляла 88%. Архаизация своими руками. Как убить все достижения авторитарной модернизации за 12 простых шагов. Не пытайтесь повторить это дома. Выполнено профессионалами.

Россия была одним из мировых лидеров по росту безналичных платежей. Российские граждане платили даже не то что карточками, а телефончиками, а в некоторых местах даже биометрией, то есть прям вот своим прекрасным светлым лицом.

Опять же, по тем сведениям, которые у нас еще сохранились в открытом доступе, за один только май россияне сняли со своих банковских счетов 550 миллиардов рублей. Полтриллиона рублей. Соответственно, объем наличных в обращении вырос на 400 миллиардов. Примерно это вот оно и есть.  Соответственно, разницу, наверное, под подушку запрятали или в банку положили и в саду закопали. Не самый неразумный шаг.

М. КУРНИКОВ: Или просто теперь те процедуры, которые совершаются с помощью этих денег, просто не попадают в статистику. А потом еще не будут облагаться налогами. И так далее и так далее.

Е. ШУЛЬМАН: Действительно. Как пишут в соответствующих источниках, а минусы будут? Минусов пока не видно.

Еще данные, которые пока еще есть. На конец мая текущего года задолженность по зарплате в Российской Федерации составляет 2,96 миллиардов рублей. То есть практически 3 миллиарда за год. Она выросла на 78,1%. Это пока нам еще что не закрыли.

Теперь по поводу закрытия данных по розничным ценам на топливо. Эта информация прошла по многим информационным источникам. Откуда она взялась? Взялась она вот из чего. Росстат публикует так называемый «Федеральный план статистических работ». Там длинный перечень содержится разных статистических сборников и данных, которые подлежат публикации на ежегодной, ежемесячной, еженедельной основе.

В этот раз было сказано нам, что упраздняется ряд официальных статистических изданий, включая ежегодные основные характеристики и социально-экономические показатели регионов, позиции по доле современных вооружений в Арктике, оценка населением социально-экономической ситуации в моногородах (почему только в моногородах?), численность семей с детьми, охваченных мерами социальной поддержки (их-то за что?). В общем, это все не будет публиковаться. Объем пассажирских перевозок, минуя Москву. Тоже почему-то нельзя. Кстати, с грузовыми перевозками, например, РЖД некоторое время назад уже перестали это дело публиковать. И, соответственно, потребительские цены на нефтепродукты.

Росстат, озаботившись этими слухами, которые он называет беспочвенными, опубликовал разъяснение, в котором пишет буквально следующее: «Росстат регулярно актуализирует федеральный план статистических работ». Это вот, собственно, то, что мы тут с вами цитируем.

«Из плана были исключены позиции, которые ранее публиковались в различном формате на сайте Росстата, в том числе в составе статистических сборников. Цель изменений – оптимизация навигации по показателям и унификация представленной информации. Например, прекращена публикация сборников “Национальные счета России”, “Финансы России”, “Регионы России. Социально-экономические показатели”, “Регионы России. Основные характеристики субъектов”, а также информация о потребительских ценах на нефтепродукты. При этом данные, которые присутствовали в этих сборниках, будут далее публиковаться в полном объеме в соответствующих разделах на сайте Росстата в установленные сроки».

Оптимизация навигации и унификация представления. Ищите все в соответствующих разделах.

М. КУРНИКОВ: В установленные сроки.

Е. ШУЛЬМАН: В установленные сроки в соответствующих разделах. Ищи меня теперь у Кощея Бессмертного, как говорила Василиса Премудрая в аналогичной ситуации. Опять же, что это за такие разделы и что это за такие сроки, не разъясняется. А если вам стало спокойнее, ну вот, собственно, мы сделали все для того, чтобы вам стало спокойнее.

В завершение скажем, что действительно закрытие данных – это большая-большая наша беда. С 2022 года более 90 статистических сборников и баз данных (не каких-то отдельных показателей, а вот баз данных), которые публиковались государственными органами, перестали публиковаться государственными органами и/или государственными банками, такими как Сбер, которые тоже очень много информации публикуют.

Это, среди прочего, понятно, характеризует ту потерю последних остатков транспарентности, которыми тоже так гордилась российская власть в период с какого-нибудь 2008-го по, наверное, 2020-й год. Но это нам дает еще некоторую возможность ответить на вопрос, как тут можно изучать Россию, не находясь в России. Скажите, пожалуйста, как можно изучать Россию, находясь в России, когда у тебя отбирают данные, по которым ты только и можешь работать?

Но в отличие от нас, те люди, которые находятся внутри, еще даже не могут обсуждать эту проблему. Мы-то хоть пожаловаться можем вам в прямом эфире, дорогие слушатели, или какой-нибудь там круглый стол собрать и сказать: «Ну, что будем делать, дорогие коллеги? Как будем компенсировать этот недостаток данных?» А в России можно только зачитывать сводки Росстата в соответствующих разделах в установленные сроки.

М. КУРНИКОВ: Осмыслим это.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Но на некоторых каналах, я напомню…

Е. ШУЛЬМАН: На некоторых каналах чай продолжает литься рекой.

М. КУРНИКОВ: Чай льется рекой. Вы расскажите про свежую «Закладку». Я еще не слушал.

Е. ШУЛЬМАН: Я расскажу про свежую «Закладку». Она посвящена трилогии британского писателя Джеральда Даррелла, посвященной его детству и юности, проведенным на острове Корфу, в ходе которых – юности и детства – он увлекся животными и далее посвятил им всю свою жизнь. Это так называемая «Трилогия Корфу». Первый том называется «Моя семья и другие животные». И далее там есть еще вторая и третья части. Те люди, которые читали это в детстве, имеют особую привязанность к этим текстам. Вот поэтому им может быть интересен этот разговор. Так как у Галины Леонидовны эти книжки в детстве были, а у меня их в детстве не было, поэтому она рассказывает, а я больше там задаю вопросы.

М. КУРНИКОВ: Сколько вам нужно времени на понятие, которое у нас на доске? Примерно. Минут шесть-семь?

Е. ШУЛЬМАН: Столько, сколько требуется для раскрытия смысла этого понятия.

М. КУРНИКОВ: Окей. Вы смотрели сегодня Ходорковского?

Е. ШУЛЬМАН: Нет, я не смотрела, но я посмотрю, потому что ваши большие интервью с Ходорковским – это отдельный жанр. Я это всегда смотрю, это полезно.

М. КУРНИКОВ: А мы наливаем чай прямо в эфире. Смотрите, трюк.

Е. ШУЛЬМАН: Так что все у нас вправду. У нас не какая-то там крашеная вода и реквизиты.

М. КУРНИКОВ: Настоящий чай и настоящее молоко. Е. ШУЛЬМАН: Настоящий чай и настоящее молоко. М. КУРНИКОВ: Давайте к понятию.

Понятия — нобилитет и нобили

Е. ШУЛЬМАН: Я думаю, что бессмертный лозунг, который начертан на моей кружке, «Вся власть – никому», он особенно подходит для раскрытия содержания этого понятия. Мы сегодня поговорим с вами о том, кто такие нобили и что такое нобилитет. Это термин из куста различных терминов и понятий, которые описывают разные модификации политических элит. Элита – это наиболее общий термин. Это термин преимущественно социологический. Это понятие широкое. Те,

кто находятся на вершине какой-то иерархии. Если есть иерархия, то будет наверху ее элита. Это может быть экономическая иерархия, политическая иерархия, административная, криминальная, культурная и так далее.

Но поскольку термин «элита» несет в себе некоторый позитивный заряд, некоторую оценочность, то довольно часто, когда приходится говорить о политических, например, элитах в каких-нибудь деградирующих социальных системах (давайте так скажем), слушатели и читатели возмущаются и говорят: «Что это за элита такая? Посмотрите на их физиономии». Не в физиономиях, дорогие зрители, дело.

Но действительно, элитность эта предполагает не то чтобы отбор лучших, но она предполагает обладание ресурсом и, соответственно, влиянием. А политические формации бывают разные. И не всегда те, кто находятся на вершине этой пирамиды, одновременно обладают влиянием на то, как они туда попали, сколько им там оставаться, кто придет за ними. То есть на занятие этого властного места, на воспроизведение этой элитности и на условия пребывания в ней. Поэтому возникает ряд других терминов, которые пытаются описывать вот эти вот специфические ситуации расползающегося бесправия, каковыми автократии, диктатуры и тирании наделяют не только свое податное население, но и свое непосредственное окружение.

Например, вот есть термин, который был у нас в этой же рубрике. Внимательные слушатели, давние наши слушатели, может быть, вспомнят. Это понятие «селекторат». Тогда в придачу к нему был отец Брюс Буэно де Мескита, такой латиноамериканский политолог, автор «Настольной книги диктатора» (Dictator’s Playbook, или Handbook). (Прим., понятие «селекторат» рассматривалось в выпуске программы «Статус» 6 мая 2025 года / S08E35).

Так вот, что такое селекторат? Откуда взялось понятие «селекторат»? Электорат – это те, кто выбирают. Это, собственно, избиратели. А селекторат – это группа людей, от которых зависит удержание власти автократом. То есть в той ситуации, когда выборов нет либо они формальны, тем не менее есть некая группа акционеров этого режима. От них зависит его пребывание у власти и, вообще, удержание этой системы в целостности.

В системах с сильным олигархическим элементом понятие «селекторат» в особенности бывает актуально. Это те, кто действительно принимают решения, например, о том, кто станет следующим начальником, кто вообще будет начальниками. В том числе селекторат может принять решение о том, кто сменит их самих. То есть они могут передать свое положение по наследству либо своим потомкам в более архаичных структурах (хотя это случается не только в архаичных, мы тоже об этом много говорили), либо своим каким-то преемникам не по крови, а по должности или по какой-то идеологической близости.

Так вот, нобилитет – это понятие историческое и оригинально оно употреблялось для характеристики поздней Римской империи. Нобилитет – это те, кто пришли на смену патрициям. Нобилитет – это патриции на следующем историческом витке. Почему и в чем разница? Патриции – это родовая знать. Те, кто сидели в римском Сенате в силу своего происхождения.

По мере того, как знать эта потихонечку вырождалась, но, что гораздо важнее, тут дело не только в вырождении, не в том, что там кто-то впал в разврат и ничтожество и перестал рожать и таким образом воспроизводиться, дело в том, что власть Сената уменьшалась, увеличивалась власть императора. И, соответственно, возрастала власть императорского окружения, императорских любимцев, императорских вольноотпущенников, римской бюрократии.

Так вот, нобилитет – это служилое сословие. Это те, кто занимают высшие должности в республике, ну и далее уже в империи, и соответственно, в сенате находятся по должности, а не по праву рождения. А должности эти самые все больше и больше находятся в руке императора. Он назначает либо напрямую, либо косвенным образом.

Вот эта служилая знать – в противоположность знати родовой – это и есть нобилитет. Соответственно, члены ее – это нобили, единственное число – нобиль. Это из латинского nobilis («благородный»). Тоже звучит возвышенно, тоже звучит красиво. Это правящее сословие рабовладельческого класса. Патриции туда тоже входят. Но все больше и больше в этом нобилитете вот именно что назначенцев.

И таким удивительным образом это историческое явление смыкается с другим историческим явлением под названием «номенклатура». Номенклатура – это кто такие? Номенклатура – это просто список должностей. Согласно известному политологу, советологу Михаилу Восленскому, который написал одноименную книгу «Номенклатура», то вот все эти должности: не только депутаты Верховного Совета, секретари райкомов, горкомов и обкомов и министры, но и, например, директора музеев, главные режиссеры театров, вообще, что называется, все значимые люди. Это те, кто в этом списке. Соответственно, власть у того или у той группы, которая контролирует назначение на эти списки. (Прим., биография Михаила Восленского и его книга «Номенклатура» рассматривается в выпуске программы «Статус» от 18 декабря 2018 года / S02E16). Автор программы обращается к идеям Восленского и в других эфирах, например, в выпуске от 30 апреля 2024 года / S07E36, где подробно освещается арест замминистра обороны Тимура Иванова).

Таким образом, по мере того как вот эта центральная власть усиливается, а соответственно, власть Сената ли, парламента ли, какого-нибудь Верховного Совета или партии, если у вас правящая партия, уменьшается, уменьшаются и гарантии безопасности для нобилей. Их статус им дан в обмен на службу. Зловещая пауза в эфире. Соответственно, может быть и отнят. И само их имущество, их владение – это уже не имение (то, что ты имеешь), а скорее дача (то, что тебе дадено) или поместье (то, куда тебя поместили).

М. КУРНИКОВ: То есть у нобилей с передачей по наследству всего, чего они имеют, похуже.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Они об этом не очень еще догадываются, могут не догадываться, в особенности, если мы имеем дело с неким переходом, опять же, от патрициев к нобилям или от свободных граждан к нобилям (так тоже бывает).

Например, кстати, в Светлейшей Венецианской республике нобилитетом называлась та часть высшего дворянства, которая выбирала Большой совет. Они потом, соответственно, выбирали дожа. Там эти права избирательные были совершенно реальными. Когда-нибудь поинтересуйтесь, как дожа выбирали. Это сверхсложная система. Мне объясняли, я поняла не с первого раза. Она очень многоступенчатая. И там потрясающее сочетание голосования и жребия. Голосование, жребий. Соответственно, те, кто по жребию отобран, еще голосуют. Потом опять жребий. И так несколько раз. То есть они хотели совместить волю судьбы, фортуну и сознательный какой-то выбор.

Но нам с вами вот чего важно. Вместо собственности – дача и поместье, или квартира. Квартира – это то, где вы расквартированы. Это вообще термин из военной администрации, военного административного дела. Вот войска квартируют куда-то. Вот наши главные слова русские, означающие недвижимость, они все означают не то, что вам принадлежит, а то, что вам было дано. Почему? Потому что вас до этого назначили на какую-то должность. Снимут с должности – и все остальное тоже у вас отберут.

Вот наш с вами съезд «Единой России» и все это составление списков – это ровно фиксация вот этого списка нобилей. Но это им ничего особенного не гарантирует. Если ты в первой пятерке, то ты сейчас в фаворе. Но был еще один, который был в этой пятерке, и не один раз. А теперь, знаете, он как-то уже не в фаворе. Никто даже и не вспоминает про него. И никакие делегаты съезда не спросят: «А где же наш Сергей Кужугетович? Мы так его любили, так мы за него голосовали. Он такой популярный был».

Между прочим, много лет у нас в рейтингах доверия политикам была первая тройка великая: президент и потом на почтительном расстоянии от него два министра – обороны и иностранных дел. Вот это были наши самые популярные публичные политики. Даже этот рейтинг и тот – не твой, он твоей должности. Не будет должности – и дальше ничего не будет.

Советский нобилитет. Вот, пожалуйста, тебя партия выдвигает в Верховный Совет. Выбирают тебя в Верховный Совет. Да что там Верховный Совет? Ты занимаешь высшую должность в НКВД, которая круче любого Совета. Ты вообще можешь убить любого. А буквально через три месяца тебя уже самого забили ногами в подвале, и никто совершенно не возражает против такого положения вещей.

М. КУРНИКОВ: А я прошу прощения, а кто лидер партии «Единая Россия»? Напомните, пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Медведев, такой, Дмитрий Анатольевич. М. КУРНИКОВ: А он в пятерке?

Е. ШУЛЬМАН: Нет.

М. КУРНИКОВ: Он, видимо, шестой, я так понимаю, в этой конструкции.

Е. ШУЛЬМАН: Его номер шестой, да. Вы знаете, нет его тоже нигде совершенно нету.

М. КУРНИКОВ: Шестой-седьмой, как мне подсказывают.

Е. ШУЛЬМАН: Нету, да. Сейчас этот термин «нобили» популяризован коллегой Александрой Прокопенко, которая употребляет его в своей книге «Соучастники». Всем очень советую с ней ознакомиться. Мне ее в эфире дарили. Вот она тоже против термина «элиты» и одновременно против термина «номенклатура» по своим сложным научно-методологическим причинам, которые мы уважаем. Она называет вот эту всю публику несчастную нобилями. Поэтому, соответственно, мы решили обратить внимание на этот термин и рассказать дорогим зрителям, что, собственно говоря, это означает.

М. КУРНИКОВ: Давайте к вопросам от слушателей.

Вопросы слушателей

Вопрос о гражданском оружии как гаранте демократии

М. КУРНИКОВ: Давайте я начну с вопросов, которые пришли в Патреон «Эха». Я вам рекомендую на него подписываться просто для того, чтобы иногда вопросы прочитать. Все не помещаются. Но там что ни вопрос, просто не нарадуешься.

Например, Саша Баглай спрашивает вас: «Екатерина Михайловна, часто звучит тезис: при сложившейся вертикали госнасилия невооруженное население уже мало что может и реальные источники перемен – смерть автократа, военный переворот или внутриэлитный раскол. Следует ли из этой логики, что широкая легализация гражданского оружия снижает риски автократизации? Или связь обратная: право на оружие скорее следствие уже устойчивой демократии, а не ее охранитель?»

Е. ШУЛЬМАН: Знаете, вот, собственно, гарантия права пользования оружием для американских граждан, за которое американские граждане так твердо держатся и которое защищает и общественное мнение, и оружейное лобби, основано ровно на этом. Если вы посмотрите, что там в Конституции написано: народ имеет право свергнуть свое правительство; для того, чтобы это право могло быть реализовано, у них должно быть ружье.

Потому что если у них нет ружья, то это право остается сугубо гипотетическим. Гражданам нужно рассчитывать на добрую волю начальства, которое согласится уважать электоральные процедуры и уйти, если оно проиграет выборы. А если не согласится? А если засядет где-нибудь и скажет: «Выборы у вас какие-то неправильные. Я уходить не буду»? А если выборы вообще отменит, сказав: «У нас тут в воздухе зараза, поэтому мы еще тут с вами посидим»»? Что тогда делать? Как их оттуда выковыривать? Но американская ситуация является довольно уникальной. Американское право на оружие для граждан не является следствием развитой демократии. Оно является основой американской демократии. Джентльмены, вооруженные кольтом – это первые американские граждане и, во многом, и отцы-основатели.

М. КУРНИКОВ: Первые американские демократы.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Тогда еще не было кольта изобретено, но тем не менее другое оружие у них наличествовало. Поэтому это их традиционная ценность.

В других странах, например, в демократиях Европы, больше как-то рассчитывают на силу гражданского общества, которое не являет себя пулей, вилами и каким-то другим вооружением, а скорее на политическую культуру, на политическую систему сдержек и противовесов, на силу суда и на силу общественного мнения.

Но, конечно, роковой вопрос, что может невооруженный народ против вооруженного начальства, он встает. Я бы сказала, принадлежа все-таки скорее к европейской континентальной школе правовой и политической мысли, что надо не допускать, чтобы начальство вооружалось. Вот что. Надо силовые структуры, во-первых, расчленять. Помним главный демократический принцип – расчленять, расчленять и расчленять.

М. КУРНИКОВ: Вот на кружечке написано.

Е. ШУЛЬМАН: Вот, вот, вот. И в особенности это касается вооруженной бюрократии, хотя и гражданской тоже. Так вот, никакого суперведомства с оружием и никакой силовой вертикали, на вершине которой один человек. Даже собственная всякая президентская охрана может распухнуть в очень нехорошее подразделение, которое потом начнет иметь и политические амбиции, потому что очень широко понимает безопасность первого лица. Первое лицо, оно же такое важное, а безопасность, она такая всеобъемлющая, поэтому давайте мы выборы отменим. Вечно все сводится к этому. Или ограничение на сроки тоже поменяем.

В общем, проблема есть. Решить ее, раздав всем по ружью… Американский опыт нравится не всем. Вы посмотрите на их статистику насильственных преступлений.

М. КУРНИКОВ: Есть швейцарский опыт.

Е. ШУЛЬМАН: Есть швейцарский опыт.

М. КУРНИКОВ: Там тоже у всех.

Е. ШУЛЬМАН: Тоже у всех. И еще референдумы непрерывно проходят. Да, это правда. Для повторения швейцарского опыта не то, что там нужно бегать по горам 300 лет. Нет, это расистское объяснение. Нужен федерализм настоящий. Вот это да.

М. КУРНИКОВ: Обратите внимание, и Штаты, и Швейцария – федерации.

Е. ШУЛЬМАН: Да, федерации, настоящие федерации, с очень сильной региональной властью и с сильным местным самоуправлением. Вот это, кстати, надо не забывать. Мы всё говорим: федерализация, регионы, вся власть регионам. Нет. Во-первых, вся власть – никому. Во-вторых, без местного самоуправления региональная власть всегда сговорится с центральной властью, что и произошло в Российской Федерации в самом начале 2000-х. Нобилитет предпочтет принадлежать к привилегированному сословию и отдаст свои полномочия в обмен на привилегии. Потом пожалеет горько, но будет уже поздно. Поэтому нужно местное самоуправление.

Вообще, власть чем больше распылена, тем она безопаснее. Когда она собирается, она собирается не в атомный реактор, а в настоящую атомную бомбу.

Вопрос о культуре отмены как архаичной практике

М. КУРНИКОВ: Еще один вопрос, тоже из Патреона, куда я призываю подписаться. Это бесплатно, просто подписаться, если что. Имейте в виду. Павел спрашивает вас: «Можно ли сказать, что культура отмены возвращает современное общество от правовой логики ответственности к архаической логике стыда, где наказание определяется не процедурой, а интенсивностью коллективного возмущения? Где проходит граница между необходимым публичным осуждением социально-вредного поведения и превращением публичности в форму внесудебного наказания без срока давности, апелляции и возможности искупления?»

Е. ШУЛЬМАН: Великолепные формулировки, как всегда. М. КУРНИКОВ: Ну скажите, а!

Е. ШУЛЬМАН: Как-то хочется всем раздать дипломы. Или собрать у всех зачетки для начала. Прекрасно.

Насчет возвращения архаичных практик на новом техническом уровне. Есть такое дело. То, что мы называем культурой отмены и всеми другими нехорошими словами, это, можно сказать, некоторое возвращение института репутации, но при этом с отсутствием сословного разделения.

У каждой социальной группы в домодерне всегда был свой регулятор репутационный. В деревне загулявшую жену убивали оглоблей. В офицерском сообществе тот, кто был пойман на шулерстве в карты, стрелялся, потому что дальше делать ему было нечего. Самурай взрезает себе ножиком живот. Анну Каренину подвергают остракизму в театре. Это вот такие наказания/ограничители, но для каждого сословия.

При этом каждый жил в своем пузыре по своим известным ему нормам, которые были ему известны с детства, потому что он рос в этом окружении. Анну Каренину не судят крестьяне. Крестьянку не осуждают в столовой полка конногвардейского. Каждый со своими имеет дело и своих, соответственно, опасается. Это его регулятор.

Социальные сети и вообще современные средства связи сделали нам один большой пузырь или, что еще может быть хуже, систему пузырей, которые внезапно проникают друг в друга.

Жили вы своей мирной жизнью и писали в уютном бложике, как вы любите кушать или чем вы кормите своего ребенка. Вдруг ваше сообщение по причине алгоритмов, о которых вы не знаете, улетело в какие-то иные слои блогостратосферы, и вдруг вас пришли осуждать за то, чем вы своего ребенка кормите, какие-то неведомые вам люди с другого конца планеты, и их там тысячи: «Как можно вот это? Надо не так, надо не масло, а маргарин (или, наоборот, не маргарин, а масло). Да вас убить мало. Ребенка у вас надо отобрать». Бывали в такой ситуации? Бывали. В такой или похожей.

М. КУРНИКОВ: Согласны? Узнали?

Е. ШУЛЬМАН: Да. Вот это действительно институт репутации, но только в таком диком, искаженном виде, потому что нет иерархий. Будем ли мы оплакивать иерархии домодерна, в котором всех убивали оглоблей в той или иной форме? Нет, конечно, не будем. Не нужно нам этого совсем. Вся вот эта великая травля… Перелогиньтесь, и вам станет легче. Я понимаю, что есть иные ее формы, когда людей с работы увольняют, из фильмов вырезают и прочее-прочее.

Это, кстати, тоже, возвращаясь к странной Америке, о которой мы говорили в предыдущем вопросе, довольно американская штука, потому что в европейских странах государство гораздо больше регулирует публичную сферу. А американцы любят сами разбираться со своими путем суда Линча, налета ку-клукс-клана и их вот этой протестантской историей: соберемся всей деревней и поругаем плохого человека, наденем ему эту большую букву «А» (как в романе Готорна «Алая буква», за то, что там героиня мужу изменяла, или, по крайней мере, так про нее рассказывают). Это американские дела. (Прим., автор романа «Алая буква» (The Scarlet Letter) — американский писатель Натаниэль Готорн (Nathaniel Hawthorne). Произведение было опубликовано в 1850 году и стало классикой американской литературы).

Но любые дела локальные ужасно амплифицируются дьявольской лупой социальных сетей. Человечество еще не знает, как с этим быть.

Вопрос о несменяемости технократов

М. КУРНИКОВ: Последний вопрос. Коротко, если возможно. Человек с очень сложным ником, я поэтому сразу к вопросу. «Необходимость смены исполнительной и законодательной власти едва ли может оспариваться сейчас. Однако какой есть смысл в законодательных ограничениях чиновников типа председателя ЦБ? Разве не логичнее ли оставлять надолго грамотных специалистов, а не пытаться найти замену не хуже, просто потому что надо?»

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, эта логика опасная. А вот президент очень хороший попался. Так хорошо работает, замечательно, жутко всем нравится. А вот у него второй срок заканчивается. Что же ты будешь делать? Надо ли искать добра от добра? Давайте подкрутим немножко эту формальную законодательную норму, для того чтобы стране стало лучше. Вы знаете, нет никаких уникальных людей.

М. КУРНИКОВ: Нечего мудрить…

Е. ШУЛЬМАН: Да-да-да-да-да, вилять и что-то там еще делать. Нет ли каких-то людей, которые обладают уникальным гением, позволяющим им единственным из всего человечества быть председателем ЦБ? Если это нормальный председатель, у него будут нормальные замы. И любой из них не хуже справится, поверьте. Вред от несменяемости гораздо выше, стоимость несменяемости гораздо дороже, чем какие-то сложности при передаче полномочий и при том периоде, когда новый начальник будет входить в курс дела.

Ничего страшного. Не надо персонализировать ничего. Это же не симфонии писать. Ничего особенно сложного в этих управленческих делах нет. Если человека с улицы посадить, ему будет трудно первое время. А если человек из этой же системы… Опять же, был замом, стал начальником – это естественный процесс, в регулярной бюрократии происходящий.

Поэтому нет, пожалуйста, не надо. Не надо нам никаких вот этих вот несменяемых товарищей. И так будет стабильная часть аппарата, непубличные должности. Там и так будут люди десятилетиями сидеть и накапливать свою компетентность. А начальственные, вот первые, категории А – там должны быть ограничения.

М. КУРНИКОВ: Спасибо большое всем, кто смотрел нас. Не забудьте поставить лайк, а может быть, даже три лайка. И еще тем, кто ездит на мероприятия или живет в каких-то городах, где бывают мероприятия, обязательно зайдите в ссылку в описании. В том числе там есть страны, в которые безвизовый въезд. Обратите на это внимание.

Е. ШУЛЬМАН: Мы про это говорим уже?

М. КУРНИКОВ: Да, уже можно. Зайдите посмотрите. Правда это может быть вам полезно. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на радио, выходит на спутниковом вещании, выходит в интернете, то есть в Ютубе. Например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна!

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер!

М. КУРНИКОВ: Как всегда, в самом начале с удовольствием дарю вам книги от магазина «Эхо Книги». И в этот раз это книга Алексея Уминского и Ксении Лученко «Церковный автостоп» издательства Vidim Books. Пожалуйста, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, коллега Лученко просто серийный автор.

М. КУРНИКОВ: Серийный автор. Давайте напомним, что за предыдущую книгу Ксения Лученко получила премию «Просветитель» в номинации «ПолитПросвет». Кстати говоря, эту книжку тоже можно заказать. И, естественно, на одну и на другую книгу мы поставим такие ссылки, чтобы можно было заказать по всему миру, включая Россию. Но если вы за рубежом, точно заходите на сайт «Эхо Книги», там всегда много книжных новинок.

Е. ШУЛЬМАН: В общем, количество православной литературы в моей библиотеке возрастает.

М. КУРНИКОВ: Но нельзя сказать, что она прям православная. Она все-таки смотрит немножечко отстраняясь, по крайней мере в книге «Благими намерениями».

Е. ШУЛЬМАН: Да, но она о православии.

М. КУРНИКОВ: О православии. Это правда, да. Ну что ж, мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

ПМЭФ, Илья Трабер и Эльвира Набиуллина

М. КУРНИКОВ: С какого события начнете?

Е. ШУЛЬМАН: Начнем мы с события, которое завершилось некоторое время назад. Но только глядя ретроспективно, мы начинаем понимать, как много сюжетных линий сошлось в этом, казалось бы, не очень осмысленном и не очень содержательном мероприятии. Помните Петербургский международный экономический форум? Начался он эффектно, зрелищно – со столба черного дыма. И далее, опять же, теперь становится понятно, что те люди, которых там ожидали, там не появились, а те люди, которые туда приехали, пожалели об этом. Итак, давайте посмотрим на некоторые из этих сюжетных линий.

Именно во время Петербургского экономического форума началась та, может быть, не вполне обоснованная, но и не вполне безосновательная паника, которая выразилась во фразе «Путин, Герасимов, где Набиуллина?», – поиск отсутствующей главы Центрального банка. Если помните, Эльвира Сахипзадовна должна была присутствовать там на двух сессиях, значилась в программе, а потом не явилась.

М. КУРНИКОВ: Но нашлась.

Е. ШУЛЬМАН: Сначала это объяснили тем, что она уехала на похороны своего скончавшегося советника, а потом – тем, что она заболела. Мы с вами посвятили этому исчезновению, этим поискам некоторое время в наших прошлых выпусках, и говорили мы о том, что все эти события, не только, собственно, временное отсутствие, но и некоторые кадровые изменения, которые за это время произошли в Центральном банке, все они могут иметь естественные причины, и, скорее всего, эти естественные причины и имеют, и, скорее всего, вернется, найдется руководитель Центрального банка.

Но факт состоит в том, что действительно пошел последний год ее полномочий. Если не менять закон, то на следующий срок она претендовать уже не может. То есть либо закон надо будет менять, что не очень трудно в наше время, было бы желание, либо у нас появится какая-то другая кандидатура.

С тех пор Эльвира Набиуллина, по счастью, объявилась. Она публично была явлена народу при исполнении своих обязанностей, несколько снизила ключевую ставку. Мы не будем сейчас углубляться в экономическое содержание этого шага, в его эффективность или неэффективность, просто скажем, что относительно конспирологической части всех этих треволнений права была с самого начала коллега Александра Прокопенко, которая больше знает о делах Центробанка, чем кто-нибудь другой. В общем, вот как она говорила, так все и было.

Но тем не менее в системе с таким уровнем закрытости любой больничный превращается в политическую проблему. А кроме того, при всей нелюбви к народной мудрости типа «нет дыма без огня», действительно, если каждый отдельный факт не имеет в себе ничего сверхъестественного и, может быть, даже не имеет никакой политической подоплеки, тем хуже для фактов. Все вместе они все равно складываются в некую констелляцию, внутри которой люди беспокоятся о том, что политика Центрального банка может каким-то образом измениться, потому что на личности в персонализированных системах завязано очень многое.

И еще один участник Петербургского экономического форума или, по крайней мере, человек, который, как нам теперь рассказывают, на этот форум приехал, не был там совершенно публичен, но зато попал в фокус медиавнимания буквально несколько дней назад. Это Илья Трабер, которого принято называть в прессе авторитетным предпринимателем. Это варварская, какая-то совершенно дикая терминология, которая не очень понятно, что означает, или слишком хорошо понятно, что означает. Как бы то ни было, это один из основных владельцев порта в Усть-Луге. Это действительно крупный петербургский бизнесмен, который с начала 90-х годов там занимается разнообразными формами бизнеса.

Что нам с вами интересно в этой истории? Мы, опять же, не будем рассказывать вам все эпизоды этого сериала «Бандитский Петербург». Там, кажется, Антиквар назван Антибиотиком, если я не ошибаюсь.

М. КУРНИКОВ: Все так.

Е. ШУЛЬМАН: Если вам это интересно, а это действительно интересно, то достаточно материала вы можете найти онлайн и от петербургских журналистов в изгнании, и от Ольги Романовой. И вот кого я вам особенно посоветую, если вы в состоянии понимать быструю английскую речь с британским акцентом, коллега Марк Галеотти, бесценный специалист по российской организованной преступности, записал специальный подкаст на эту тему. У него есть такой регулярный подкаст, называется он In Moscow’s Shadows («В тенях Москвы»). Вот там он рассказывает все, что можно и нужно знать на эту тему.

М. КУРНИКОВ: Давайте я скажу, что у нас на канале «BILD на русском» был Кирилл Набутов, который в это время не просто был, но жил, видел и со многими участниками знаком.

Задержание Трабера: роль ФСБ и возможные кадровые перестановки

Е. ШУЛЬМАН: Под рубрику «Питерские журналисты в изгнании» он как раз и подходит. Нам с вами важна политическая рамка происходящего. Обратим внимание на два аспекта. Во-первых, задержание проходило с некоторой помпой: с перекрытием дорог в центре города, с перекрытием тех трасс, по которым арестованных везли. Там двое задержанных – Трабер и еще один близкий к нему человек. И, как сообщают, приехал руководить этой операцией первый заместитель директора Федеральной службы безопасности Сергей Королев.

Сергей Королев, наряду, например, с Иваном Ткачевым, это как раз один из тех людей, могущественных заместителей Бортникова, руководителей служб внутри ФСБ, кто может рассматриваться, и судя по всему, рассматривают самих себя, в качестве кандидатов на должность нового директора. Это довольно долгая история. Александр Бортников давно, как считается, болеет. И слухи о том, что его душу, наконец, отпустят на покаяние, тоже достаточно давно ходят.

Правда, мы с вами знаем, что такого рода тропы, в общем, годами, если не десятилетиями, повторяются относительно довольно большого количества путинских чиновников. Система наша кадровая консервативна, никого особенно не отпускает, поэтому все эти болезни и слабости здоровья могут длиться очень и очень долго.

Тем не менее мы говорили с вами о том, что если кто-то из вот этих могучих директоров служб внутри ФСБ станет директором, то это может означать грядущую перестройку этой первой среди равных российских специальных служб. Потому что нынешняя ФСБ не то чтобы представляет собой некое единое ведомство по образцу других силовых министерств. Это скорее такой конгломерат служб, каждая из которых имеет свою ресурсную базу, свое направление деятельности. И директора этих служб, что важно, могут общаться и общаются с президентом напрямую, а не посредством директора Службы. Легко себе представить, что если кто-то из них станет начальником, он захочет стать начальником для всех, то есть сцементировать ФСБ. Интересно, что из этого выйдет.

Мы с вами наблюдаем последние месяцы процесс усиления влияния двух этих специальных служб – ФСБ и ФСО: ФСО – в особенности на фронте аккумуляции ресурсов, собственности, которая отбирается у других собственников, а ФСБ – в направлении захвата тех сфер, например, регулирование интернета, которыми они раньше вроде бы не занимались.

Россия и Иран: усиление спецслужб в авторитарных режимах

Вообще, если сравнивать российскую ситуацию, например, с Ираном, интересно предположить, нет ли здесь некой тенденции в поведении авторитарных режимов, которые обнаруживают себя под внешней угрозой. То есть у них вся система власти начинает сжиматься до их же спецслужб. Опять же, не до армии, как можно было бы предположить, в ситуации войны, а именно до спецслужб.

М. КУРНИКОВ: Можно ли назвать этот процесс ксиризацией ФСБ?

Е. ШУЛЬМАН: Например. Или иранизацией. Иранизация – как-то не очень хорошо, двусмысленно.

М. КУРНИКОВ: Ксиризация, кажется, подходящий термин.

Е. ШУЛЬМАН: Ксиризация уже неплохо, да. Если мы говорили, что сейчас иранский политический режим, иранская политическая модель свелась практически исключительно к КСИР и уже даже роль религиозных лидеров кажется, насколько можно аккуратно предположить, несколько меньше, чем роль Корпуса стражей исламской революции, то можем ли мы ту же самую тенденцию прочертить и в Российской Федерации? Может быть, и можем.

Остальные властные группы… Опять же, мы сейчас не говорим о мифических либералах во власти или что-то в этом роде. Но там группа политических менеджеров и политтехнологов, и медийных управленцев, группа руководителей финансово-экономического блока, группа условных бывших олигархов, капитанов индустрий. Все они кажутся все менее и менее значимыми по сравнению с этими структурами силовыми.

Сергей Королёв, Илья Трабер и политическая логика 1990-х

Сергея Королева, возвращаясь к ситуации в Петербурге, связывало общее прошлое с Ильей Трабером. Это совершенно не мешает такого рода людям друг друга арестовывать, а если надо, и убивать. Но если все пройдет правильно и эта операция будет президентом одобрена, то Сергей Королев себе еще одну звездочку на фюзеляж нарисует.

Говоря о политических аспектах того, что происходит, мы с вами хотим обратить внимание вот на что. Когда это все происходило и продолжает происходить, многие говорили о том, что, смотрите, бывшие гарантии перестают действовать, даже старые друзья президента уже не являются неприкосновенными или, как говорят малограмотные люди, неприкасаемыми.

Неприкасаемые – это низшая каста в индийском кастовом обществе. То, что имеют в виду, когда это говорят, это неприкосновенные. Давайте иметь это в виду. И, кстати, уж если мы об этом заговорили, нелицеприятные – это не значит неприятные. Нелицеприятное – это невзирающее на лица, то есть объективно нейтральное, например, мнение или высказывание.

Так вот, возвращаясь к гарантиям и к истечению их срока годности. Смотрите, если мы сейчас обратимся мыслью к российской политической ситуации начала 90-х, то, в общем, довольно легко можно восстановить логику тех людей, которые тогда получили, до этого не имея ничего, деньги и собственность. Вот была страна, в которой денег ни у кого не было. У кого-то они были. Были какие-то цеховики, были какие-то номенклатурщики со своими несчастными дачами служебными. В общем, была страна нищих. И вот люди в свои индивидуальные руки получают большие объемы собственности.

Первая их забота – как уберечься от того, чтобы эту собственность у них кто-то отобрал. Откуда они видели угрозу в это время? Кто придет их раскулачивать? Коммунисты, понятное дело. Потому что коммунисты вообще всех раскулачивают. Мы с вами сейчас увидим через некоторое время, что и сейчас мысли эти не то чтобы покидают красные головы. «Красные головы» как-то не очень звучит. Хорошо, головы коммунистических лидеров. А тогда, когда Коммунистическая партия была еще свежа, молода и агрессивна, эти опасения, в общем, язык не поворачивается назвать необоснованными.

Таким образом, эти люди думали, что они не могут рисковать, подвергая себя и свои новоприобретенные богатства неожиданностям электорального цикла. Народ выберет кого-то, кто примет закон о том, чтобы у нас все отобрали. Это тем более звучало обоснованно, потому что только что была закончена борьба с Верховным Советом, который действительно понапринимал много всего. Таким образом, был страх перед непредсказуемым народным выбором. А народ не рад такому вновь образовавшемуся имущественному неравенству и легко и охотно проголосует за лозунг «Отнять и поделить», а полноценный, полноправный парламент примет такой закон.

Как же нам, людям, обретшим собственность, эту собственность уберечь от таких рисков? Давайте мы найдем себе сильного лидера, который будет гарантом. Гарантом чего? Гарантом нашей собственности. А парламентаризма и выборов нам не надо, потому что это риски. Логично? Логично. Имела право такая логика на существование в этот период? Иметь-то она имела. Но давайте теперь посмотрим, тридцать лет спустя, к чему это привело.

Выясняется, что электоральные риски были бы предпочтительны. Потому что, например, эти замечательные богатые люди могли бы свои партии завести, пока еще было не поздно (когда Михаил Борисович Ходорковский собрался это делать, было уже поздно), и как-то самим бороться хотя бы за часть мандатов.

Ну и вообще могли бы спросить у кого-то из представителей развитых, устойчивых демократий: «А скажите, а как вы предохраняетесь от того, что у вас вылезет какая-нибудь партия с лозунгами экспроприации и завоюет голоса недовольного электората? Всегда же есть какие-то недовольные. Вот как у вас вообще так устроено, чтобы нельзя было прийти в парламент и сказать: давайте примем закон о том, чтобы отобрать у всех их недвижимость, активы, порты, пароходы и прочие заводы?» Им бы могли рассказать много интересного.

Но единственная мысль, которая пришла в голову нашему новоимущему классу, – это завести себе своего собственного Пиночета, который будет охранять их от красной угрозы. И вот теперь выясняется, что эта угроза пришла, откуда не ждали. Нет препятствий к раскулачиванию, нет препятствий к отъему собственности, нет препятствий к отъему свободы и жизни. Вот к чему приводят близорукие политические расчеты.

М. КУРНИКОВ: Ну а теперь давайте мы осмыслим это. Тут много чего есть осмыслить.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Так, у нас пошла первая реклама. Самое время, во-первых, поставить лайки на тех каналах, где сейчас еще ничего не идет. А еще вы обратили внимание, что у вас новая кружка?

Е. ШУЛЬМАН: Нет, у меня с котиком. А у вас? «Вся власть никому». Боже мой! Слушайте, наши кружки становятся все мудрее и мудрее.

М. КУРНИКОВ: Вот, вот.

Е. ШУЛЬМАН: А это обезглавленный Мавзолей?

М. КУРНИКОВ: Каждый найдет свое. Может быть, это просто постамент какого-то памятника, да?

Е. ШУЛЬМАН: Или лестница в небо.

М. КУРНИКОВ: Может быть, да. Но «Вся власть никому».

Е. ШУЛЬМАН: Прекрасно.

М. КУРНИКОВ: Мудро.

Е. ШУЛЬМАН: Это истинно демократический лозунг. Это, я бы сказала, сердце демократического политического устройства.

М. КУРНИКОВ: Заходите в описание, там есть ссылка на мерч. И кажется, если я правильно помню, там сейчас 23 и 24 июня скидки большие, что-то процентов 20.

Е. ШУЛЬМАН: В честь чего же?

М. КУРНИКОВ: А просто вот.

Е. ШУЛЬМАН: В честь самых длинных дней в году.

М. КУРНИКОВ: Когда есть такая возможность.

Е. ШУЛЬМАН: Правильно.

М. КУРНИКОВ: Поэтому где вы – в Европе, в Азии, в Америке, в Северной, в Южной, в Австралии, в Северной или Южной – везде можно заказать.

Е. ШУЛЬМАН: В северном или южном полушарии, в западном или восточном полушарии. Везде вас настигнет вот этот мудрый мерч.

М. КУРНИКОВ: В общем, мне он прям понравился.

Е. ШУЛЬМАН: Да, мне тоже нравится.

М. КУРНИКОВ: Так, у нас 20 секунд до того, как мы вернемся. А как вы думаете, много еще событий у вас?

Е. ШУЛЬМАН: У нас еще некоторое количество событий.

М. КУРНИКОВ: Я просто хочу сказать, что сегодня вопросы какие-то космические. Вы знаете, я читаю эти вопросы, и у меня чувство неполноценности. Какие у нас умные зрители!

Е. ШУЛЬМАН: Для всех этих людей надо организовать семинар, а также научную конференцию.

М. КУРНИКОВ: Это что-то невероятное.

Е. ШУЛЬМАН: Вот, вот.

Петербургские бизнесмены: задержания, аресты и неожиданные освобождения

М. КУРНИКОВ: Продолжаем говорить о событиях.

Е. ШУЛЬМАН: Возвращаемся к нашим событиям. После того, как мы нагнали на вас тоски и ужаса, обратимся, возможно, и к светлой стороне происходящего. Я не знаю, правда, покажется ли она вам светлой стороной, но тем не менее. В наших условиях не надо делать поспешных выводов. Мы с вами регулярно рассказываем не только об арестах и приговорах, но и об изменениях мер пресечения, о выходах на свободу, о выходе по УДО и так далее.

Ну вот, например, даже если мы обратимся к делу Ильи Трабера, то там, например, такие маленькие неожиданности. Сначала пресс-служба московских судов… Кстати, у них прекрасный телеграм-канал, подпишитесь и будете знать многое первыми, а также найдете там знакомых. Главное, там не обнаружить самих себя. Я, кстати, обнаруживаю время от времени. Но ничего. Все, к чему приставлено слово «заочно», не имеет значения.

Так вот, эта самая объединенная пресс-служба московских судов пишет, что по делу об убийстве депутата из Петербурга, совершенного в 2020 году, задержаны два человека: один – это Илья Трабер, а другой – это некий спортсмен Алисултан Надирбегов, который считается исполнителем этого заказного убийства, убийства муниципального депутата из Выборга Петрова. Это такой по репутации хозяин Выборга, действительно был убит в 2020 году.

М. КУРНИКОВ: По крайней мере, как говорил Кирилл Набутов, одно время как минимум младший партнер Трабера.

Е. ШУЛЬМАН: Кстати, к вопросу о том, что партнеры убивают друг друга с легкостью и охотой. Действительно, какой резон убивать постороннего человека? А вот того, с кем были какие-то дела, конечно, иногда хочется и убить. Это бывает.

Так вот, после чего это сообщение берет и исчезает. Сначала там исчезает фотография Трабера, остается фотография только этого Надирбегова, а потом и само сообщение куда-то девается загадочным образом. Так что следите за обновлениями. Там много чего еще может произойти.

Помните ректора Запесоцкого, ректора Санкт-Петербургского университета профсоюзов? Вот тоже чего только не было. Его, правда, не арестовывали, врать не будем, но обыски у него проходили, имущество университета тоже было арестовано, и там был подан иск о его национализации, а потом раз – все это и отменилось.

Так что с питерскими, особенно теми, кто давно живет в этом прекрасном городе, с ними могут происходить разные неожиданности.

Вот опять же, чтобы разбавить нашу мрачную хронику, как я сказала, арестов, задержаний и приговоров, если помните, хотя, конечно, уже не помните, это уже было довольно давно, но был такой вице-премьер правительства Московской области Алексей Кузнецов. Он был в свое время задержан Интерполом в 2013 году на Лазурном берегу по запросу России.

М. КУРНИКОВ: Громкая была история.

Е. ШУЛЬМАН: А через некоторое время выдан Интерполом России. Представляете, какие были времена? Еще, между прочим, не так давно. Итак, этот самый Анатолий Кузнецов в 2019 году в России получает 14 лет. Это вот, кстати, к вопросу о сроках. Может быть, действительно есть некоторые в нашем глазу когнитивные искажения, известные как эвристика доступности. Мы стали очень внимательно следить за всеми преследованиями чиновников, и нам кажется, что их прям вот столько, сколько никогда не было, и сроки такие, которые не виданы. Вы знаете, реже, меньше. Статистика не обманет, в отличие от впечатлений. Но тем не менее было уже и такое.

Итак, в 2019 году он получает 14 лет. А вот на этой неделе он выходит на свободу. Если вам кажется, что 19 плюс 14 будет 33, то вам кажется неправильно. 19 плюс 14 будет 26.

Помните банкиршу Ольгу Миримскую, которую мы упоминали в одном из прошлых выпусков? Да, тоже ей дали 19 лет, а вот она сейчас уже и вышла.

Там своя арифметика. Опять же, коэффициент 1,5, полсрока и УДО, хорошее поведение, еще чего-нибудь. В общем, к чему я все это рассказываю? Лучше видеть свою фамилию в этих хрониках с припиской «заочно». Если все-таки вам это не удалось, не впадайте в отчаяние. Пока человек не умер, он все-таки может надеяться. Dum spiro, spero. (Прим., с лат. — «Пока дышу — надеюсь»).

М. КУРНИКОВ: Я подумал, что один срок, может, вычитается из другого, и, соответственно, разница остается.

Е. ШУЛЬМАН: Нет, у нас сроки не складываются, как в жестокой Америке.

М. КУРНИКОВ: Но и не вычитаются один из другого.

Е. ШУЛЬМАН: Но и не вычитаются. Тот, который больше, поглощает все остальные. Или вот, например, еще один человек вышел. Тоже наверняка вы порадуетесь за него. Василий Бойко-Великий. Помните? Мы про него рассказывали. Там еще более чудесная история. Человек получил 15 лет.

М. КУРНИКОВ: Так он не первый раз сел, не первый раз вышел.

Е. ШУЛЬМАН: Не первый раз сел, не первый раз вышел. Это правда. Приговорили к 15 годам. Потом обвинительный приговор в Мособлсуде засилили, как принято выражаться в этих кругах, но освободили его от наказания по истечению срока давности. Ему осталось 4 месяца отсидеть по предыдущему, можно сказать, пустяковому делу. И вот теперь, пожалуйста, вот он у нас выходит. А всего лишь в 2023 году он получает сначала 6,5 лет, а до этого получает вообще 15. Так что, «никогда не говори никогда».

М. КУРНИКОВ: В общем, на самом деле, вывод такой. В этой системе нельзя переставать бороться.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Во-первых, ни в коем случае не покушайтесь на свою жизнь. Это самое глупое, что можно себе представить. Во-вторых, не торопитесь признавать вину и оговаривать всех окружающих. Это вам никак не поможет, не снизит ваши сроки, несмотря на то, что бы там следователь ни говорил, но это закроет вам путь к апелляции и кассации. А вот апелляциями и кассациями надо заниматься непрерывно, доходить до Верховного суда. Когда вам там откажут, то начинайте сначала. Наша песня хороша, начинай сначала. Много чего может случиться: вашего следователя тоже посадят, как водится, наркома расстреляют следующие наркомы, сам начальник, может быть, куда-нибудь удалится в летейские сады, вот вы и выйдете. (Прим., в древнегреческой мифологии Лета — одна из пяти рек подземного царства Аида, воды которой давали забвение всем умершим. Упоминания о садах на берегах Леты встречаются в античной и поздней литературе как о месте, где души умерших отдыхают и освобождаются от земных воспоминаний и страстей).

Поэтому сопротивляйтесь, берегите свое здоровье, ментальное и физическое, и надейтесь на лучшее. Кстати говоря, тот же самый набор советов годится и для тех, кого еще не посадили.

М. КУРНИКОВ: Если я правильно помню, Василий Бойко-Великий был одно, по крайней мере, время самым крупным землевладельцем в Москве и Московской области.

Е. ШУЛЬМАН: Практически мог бы получить справедливый титул князя московского и коломенского.

М. КУРНИКОВ: Если помните, еще Дмитрий Медведев и Владимир Путин пили его «Рузское молоко».

Е. ШУЛЬМАН: И что-то чокались этими чашками. И на пресс-конференции президента какие-то специально нанятые люди махали флагами с символикой этой компании. Вот, кстати, еще один совет. Слишком близко к радиоактивному источнику власти не подходите, не надо вам этого.

Арест Михаила Полубояринова, бывшего главы «Аэрофлота»

Еще одно громкое задержание и уже арест мы с вами назовем. Это бывший гендиректор «Аэрофлота», человек по имени Михаил Полубояринов. Его везде называют бывшим гендиректором «Аэрофлота». Надо сказать, им он был недолго. Он стал им в 2020 году, уже в 2022 году он с этой должности ушел, потому что попал под персональные санкции. Тогда, видимо, было представление, что он таким образом как-то ограждает компанию от санкций. До этого он работал в корпорации ВЭБ.РФ (Внешэкономбанк), был там, на минуточку, вице-президентом по корпоративному управлению.

После того, как он пожертвовал собой ради блага Родины, ушел из «Аэрофлота», его пристроили в «Ростех» на какую-то не очень понятную должность. Его называют топ-менеджером «Ростеха», не уточняя, что за топ-менеджерская позиция такая у него была. По другим сведениям, в ТАССе, в частности, его называют советником Сергея Чемезова. Это, видимо, был какой-то способ человеку дать почетную, нестыдную должность.

Но сейчас мы видим, что он арестован. Обвинения там, как у нас водится, экономические. Если я не ошибаюсь, злоупотребление полномочиями. За некоторое время до этого, в апреле, зампред ВЭБ.РФ Артем Довлатов, который работал с этим Полубояриновым, когда он был в ВЭБе, был тоже арестован. Но почему-то он это как предупреждение не воспринял.

Есть всякие разговоры о том, что он близок к Белоусову, что это какие-то намеки на то, что Белоусовым тоже недовольны. Мы слухи распространять не будем, а просто отметим, что человек работал в трех государственных структурах, каждая из которых стратегическая компания и компания, которая не без резона считается тоже вотчиной тех же самых спецслужб. То есть это все не очень гражданские места.

ВЭБ чуть более гражданское из них, но тоже.

Внешнеэкономическая деятельность, по советской традиции, полностью контролируется либо ОГПУ, либо военной разведкой, а зачастую — обеими спецслужбами одновременно. А уж и «Аэрофлот», и «Ростех» – это высокопрофильные корпорации, в которых безопасность на первом месте. Безопасность в том специфическом ее понимании, которое нынче распространено в России. И вот, пожалуйста, даже такая карьера на таком высоком уровне тоже от ареста никого не защищает.

Как пройдут выборы: Госдума, партии, агитация и голосование

Про ложную политическую логику мы с вами поговорили. Это важный момент. Давайте на него обратим внимание. И давайте вспомним о том, о чем мы вспоминали в прошлый вторник: грядущие выборы, конец думской сессии и выборы, которые назначены и некоторые подробности относительно организации которых нам на прошедшей неделе стали известны.

Кстати, по поводу думских заседаний. Наша рубрика «Новости, которые не интересует никого, кроме автора программы». Тем не менее я об этом скажу. В прошлый раз я перечислила все оставшиеся дни, когда будут проходить думские сессии. Так вот, тут есть изменения. И я вам о них поведаю. Во-первых, заседание 25 июня отменено, но это ладно, и назначено дополнительное заседание 27 июля.

М. КУРНИКОВ: Ух ты!

Е. ШУЛЬМАН: Тут зловещая пауза в эфире. Обратите внимание вот на что. Предварительно предполагалось, что последнее заседание сессии будет 23 июля, после чего всех отпустят уже, наконец, в отпуск. Где нынче проводить отпуск невыездным депутатам, малопонятно. На Байкал. Пусть все едут на Байкал всем своим парламентским коллективом. И вот Дума принимает решение о том, что она проводит дополнительное заседание 27 июля. Это понедельник. То есть еще на пять дней их задерживают. И, как сообщают нам наши думские источники, может быть, ожидается, что глава государства приедет на завершение последней сессии созыва. Если так, то интересно.

Но я могу себе представить всю радость и трудовой энтузиазм депутатского корпуса, которых еще на неделю оставляют в дымной Москве, когда они, может, хотели уже расползтись куда-то, куда дроны прилетают не так часто.

Что касается порядка проведения грядущих выборов 20 сентября. 17 июня у нас состоялось заседание Центральной избирательной комиссии. И мы знаем теперь следующее. Выборы трехдневные по сложившемуся славному обычаю – три дня, с 18 по 20 сентября. Восемь приграничных регионов и четыре так называемых новых субъекта, они же аннексированные территории, получают право проводить голосование на придомовых территориях.

М. КУРНИКОВ: Как это?

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, что интересно? Элла Александровна Памфилова, говоря об этом обо всем, даже вспомнила: «Голосование на пеньках помните? Но сейчас мы живем в другое время (цитата). Российская избирательная система одна из самых прозрачных в мире». То есть в 2020 году это были пеньки, а сейчас время другое, система гораздо более прозрачная, чем в 2020 году, поэтому это просто голосование на придомовых территориях. Во дворах, значит, можно голосовать.

М. КУРНИКОВ: То есть просто приедет какая-то машина, автобус и…

Е. ШУЛЬМАН: Ну да, откинет капот, поставят ящичек и вот. Что за приграничные регионы? Крым, Краснодар, Брянская, Белгородская, Воронежская, Курская и Ростовская области, город Севастополь и вот эти самые четыре воображаемых субъекта Российской Федерации. Они впервые участвуют в выборах федерального уровня, в смысле в выборах в федеральный парламент.

Это, конечно, как и в случае с президентскими выборами, радикально делегитимизирует любой результат, потому что это территории, на которых неизвестно кто живет, на которых нет даже того подобия, как сказал бы Белинский, простого полицейского порядка, который еще сохраняется на территории так называемой материковой России. (Прим., «...страны, где, наконец, нет не только никаких гарантий для личности, чести и собственности, но нет даже и полицейского порядка, а есть только огромные корпорации разных служебных воров и грабителей». Цитата из письма В. Г. Белинского к Н. В. Гоголю от 15 июля 1847 года, в котором он высказывал свое мнение о гоголевской книге «Выбранные места из переписки с друзьями»).

Там воображаемые жители, воображаемые населенные пункты, килл-зоны, которые тоже, будьте уверены, проголосуют. И результаты этого голосования вольются отравленным потоком уже в не очень чистую и прозрачную бочку с остальными электоральными результатами. Это печальное соображение надо держать в голове в любых размышлениях относительно этих самых выборов.

Далее. 300 избирательных участков в 150 зарубежных странах будут открыты, в том числе впервые во многих странах Африки. Буркино-Фасо, Доминиканская республика, Мальдивы, Сьерра-Леоне, Южный Судан, Нигер, Экваториальная Гвинея – там тоже можно будет поучаствовать.

Что еще интересно? Минюст опубликовал список из 17 партий, которые имеют право принимать участие в выборах, 11 из них – без сбора подписей. Среди этих 11 партий, которые не собирают подписи и допущены к участию, есть партия «Яблоко». Пока она там есть. Учитывая объем и тяжесть преследований, которым подвергается эта партия и ее руководители региональные и федеральные, довольно трудно себе представить ее в бюллетене. Но давайте отметим, что пока в списке Минюста они присутствуют.

Пять парламентских партий всем известных и шесть политических партий, которые тоже могут участвовать в выборах без сбора подписей, потому что у них есть фракции в региональных законодательных собраниях.

16 августа должна закончиться регистрация кандидатов. Потом жеребьевка. 22 августа начинается предвыборная агитация и идет до 18 сентября. Очень короткая кампания, как любят в автократиях, чтобы никто ничего особенно не успел.

И, в завершение этого краткого обзора, цитата из Эллы Александровны Памфиловой, которая меня как-то заинтересовала: «В нынешних условиях, в отличие от 2021 года, многие наши партии, в том числе парламентские, системные, немножко подустали быть хорошими, я так мягко скажу». Что имела в виду Элла Александровна? Пишите свой вариант в комментариях, как говорят настоящие блогеры.

М. КУРНИКОВ: Только догадываться.

Е. ШУЛЬМАН: Подустали быть хорошими. В 2021 году они были хорошими, а теперь подустали. Интересно.

Также приходят сведения о том, что новые указания из администрации президента призывают организаторов выборов на местах поубавить свой административный пыл, прикрутить фитилек, не тащить явку вверх. Я не буду вас утомлять цифрами, что было 55 на 55, соответственно, явка и результат «Единой России», а будет там что-то 50 на 55. Это все мне представляется довольно малозначимыми поправочками. В любом случае установка на то, что «Единая Россия» должна иметь конституционное большинство, сохраняется.

Тем не менее, насколько я понимаю, и мы с вами об этом уже говорили, такие сигналы раздавались за некоторое время до сегодняшнего дня, велено народ не раздражать слишком агрессивной агитацией.

Поэтому, дорогие слушатели, если на вашем рабочем месте будут вас как-то очень сильно массовать к участию в предвыборных мероприятиях или в самих выборах, скажите, что это разжигание социальной напряженности и что Кириенко запретил так себя вести. Наверняка на вашего начальника это произведет охлаждающее впечатление.

Съезд КПРФ и предложение Зюганова об изъятии вкладов

К началу избирательной кампании, без сомнения, можно отнести прошедший на днях XIX съезд КПРФ, на котором руководитель партии Геннадий Андреевич Зюганов выступил с речью, очевидно, предвыборной и сказал там много всего интересного. Потом, правда, он сказал, что его интересные высказывания были вырваны из контекста, перевраны, искажены со специальными провокационными целями. Тем не менее интернет помнит все. Поэтому есть видеовариант и есть некоторые текстовые цитаты. Правда, не на основном сайте КПРФ, но на сайтах ее региональных отделений. Речь идет о прославившемся высказывании о вкладах граждан, которые лежат мертвым грузом на депозитах и совершенно не работают на экономику.

Что на самом деле сказал Геннадий Андреевич? Во избежание перевирания давайте посмотрим. Он излагал последовательность шагов, которые составляют предвыборную программу Коммунистической партии.

«Шаг десятый. Бюджет развития. Сильная армия, сильная страна. Власть жалуется на дефицит средств и урезает социальные расходы. Но существенное повышение доходов государства – отнюдь не фантастика. КПРФ предлагает Бюджет Развития. Минимум 30 триллионов рублей дополнительно мы изыщем без промедления. В банках лежат 67 триллионов рублей граждан и 63 триллиона – предприятий. В сумме – 130 триллионов. Три бюджета – это гигантские средства. Банки наживаются на них, не вкладывая в развитие страны. Это полное безобразие!».

Далее Геннадий Андреевич говорит, что он на месте президента решил бы эту проблему одним указом. «Он имеет на это право, – продолжает Геннадий Андреевич, – он верховный главнокомандующий во время войны».

М. КУРНИКОВ: Да, интересный это был пассаж.

Е. ШУЛЬМАН: Конечно, конечно. Далее он ссылается на депутата Николая Арефьева, упоминает его. А депутат Николай Арефьев, кстати сказать, с 2022 года непрерывно говорит о том, что вклады граждан должны быть изъяты и направлены на нужды фронта и победы.

Поэтому, давайте отдадим должное Геннадию Андреевичу, своим ртом фразу «изъятие вкладов» он не произносил. Тем не менее я не знаю, каким еще образом можно понять эти высказывания как буквально, вот если мы их цитируем как прямую речь, так и в контексте всего остального выступления Геннадия Андреевича.

Тем более это звучит интересно и увлекательно, если мы вспомним, а те, кто слушают наши выпуски регулярно, без сомнения об этом вспомнят, что это совершенно не первое упоминание такого рода креативных идей. И рассуждения о каких-то займах, не называя их военными, но каких-то займах на стратегические государственные интересы мы слышали из уст не политических даже лидеров, не престарелых глав партий, а одного из заместителей министра финансов.

Мы регулярно предупреждаем наших слушателей, чтобы они, с одной стороны, не поддавались панике и не бежали срочно выцарапывать свои вклады. Мы не можем давать такие рекомендации. Мы не можем запрещать вам это делать, но мы не можем вас к этому призывать. Но мы призываем вас к тому же, чем мы занимаемся и сами, а именно внимательно следить за разворачивающейся в этом направлении дискуссией.

Действительно, вклады граждан – рублевые депозиты, рублевые банковские счета – это источник больших денег. И государство смотрит несытым взором в сторону этих денег. Ситуация в федеральном бюджете и ситуация в бюджетах регионов подталкивает к поиску каких-то вариантов политического и правового оформления возможности воспользоваться этими деньгами.

Что касается именно Зюганова и именно XIX съезда КПРФ, то тут не оставляет мысль, что в глазах политтехнологов администрации президента КПРФ может опять захотеть стать бенефициаром протестных настроений, как она пыталась это сделать в 2021 году, поэтому им было велено сказать что-то, что гарантированно отпугнет избирателя. Раньше для этого нужно было выкопать Сталина и поцеловать его в уста его сахарные, а теперь и этого уже мало, надо просто сказать избирателям: «Голосуйте за нас. Мы отберем ваши деньги». Это тоже серьезный предвыборный мотив. Но Геннадий Андреевич не с потолка взял эту мысль, и не он один об этом разговаривает.

М. КУРНИКОВ: Осмыслим?

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим. Мы после этого к понятию идем? Еще? А сколько примерно, как вы думаете?

Е. ШУЛЬМАН: У нас как раз есть еще некоторые бюджетные новости. И у нас с вами облава в Пензе. И мы должны сказать людям, что в связи с этим делать. После этого у нас будет понятие.

М. КУРНИКОВ: То есть это все вместе минуты на четыре, да, где-то? Как думаете?

Е. ШУЛЬМАН: Пять.

М. КУРНИКОВ: Четыре-пять. Хорошо. Вы знаете, когда вы сказали про Петербургский международный экономический

форум, я вспомнил, как мы с вами придумали, что это такое. Корпоратив.

Е. ШУЛЬМАН: А, да. Всероссийский корпоратив.

М. КУРНИКОВ: Глобальный всероссийский корпоратив всего начальства.

Е. ШУЛЬМАН: Но, видите, вот не всем туда надо. Одних зовут, они не идут и правильно делают, а других зовут, они приезжают, а потом уехать не могут.

М. КУРНИКОВ: Ой, я так понял, что у вас «Закладка» новая готова.

Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: Про кого она в этот раз?

Е. ШУЛЬМАН: Сейчас же 20-е числа. В 20-х числах каждого месяца у нас с Галиной Леонидовной «Закладка» выходит.

М. КУРНИКОВ: На Патреоне уже есть.

Е. ШУЛЬМАН: Если вам не терпится, то можно посмотреть прямо сейчас. У нас про Джеральда Даррелла и его «Трилогию Корфу»: «Моя семья и другие животные» и, соответственно, две последующих книги о том же острове. Кто в детстве это читал, для того это произведение в значительной степени культовое. Мы его с Галиной Леонидовной обсудили.

М. КУРНИКОВ: А мы продолжаем говорить о событиях.

Е. ШУЛЬМАН: Мы продолжаем говорить о событиях и продолжаем говорить о деньгах или, точнее, об их недостатке. В прошлый раз мы говорили о том, что некоторые социальные выплаты задерживаются, как то декретные и иные, в том числе в таких регионах как Москва и Московская область. Мы продолжаем следить за этим развитием, есть ли там развитие, заплатят, не заплатят, будет ли это разово либо такого же рода задержки повторятся, например, в следующем месяце. Это важно. Еще раз повторю, распределительная система – это кровеносная система нашего политического режима.

Вот из нового и опять же из Москвы, что удивительно. Студенты Сеченовского университета в Москве жалуются на задержку президентской стипендии. В 2026 году им ни разу ее не выплатили.

М. КУРНИКОВ: Ничего себе.

Е. ШУЛЬМАН: Знаете, да. Вот там пишут, что они обратились с обращением, что более ста человек не получают эту стипендию, ждут ее с начала года. Задолженность перед некоторыми студентами достигает 180 тысяч рублей. ВУЗ говорит, что Минобрнауки не прислало денег. Минобрнауки объясняет это дефицитом бюджета.

М. КУРНИКОВ: Вау!

Е. ШУЛЬМАН: Да, прямо так. А когда появятся, говорят, неизвестно.

М. КУРНИКОВ: То есть у президента не хватает денег исполнять свои обязанности.

Е. ШУЛЬМАН: Получается, так.

М. КУРНИКОВ: Но это же президентская стипендия.

Е. ШУЛЬМАН: Студенты, которые особо хорошо учатся, получают так называемую президентскую стипендию за успеваемость. Им эту президентскую стипендию не платят. И ВУЗ говорит: «Нам не прислали». Минобрнауки говорит: «Мы не знаем, когда будет».

Смотрите, это не какая-то жуткая катастрофа, там Петроград без хлеба. Но это какой-то интересный звоночек. Не было такого раньше, а теперь есть. Наша наука политическая всегда смотрит на меняющуюся часть, на то, что трансформируется.

Дефицит бюджета в регионах. Мы с вами тоже за ним наблюдаем. Помните, в прошлый раз мы говорили о турбозаконе, который правительство протащило через Думу сразу в первом чтении в целом и который позволяет ему менять параметры бюджета, не спрашивая парламент, и который позволяет регионам обращаться за финансовой помощью к правительству в конце месяца, если у них в конце месяца дебет с кредитом не сводится. Мы с вами тогда это назвали микрокредитами для регионов и сказали, что это признак глубокого финансового нездоровья, что нужно вот так вот мелко перехватываться.

У нас получается, по имеющимся данным, по итогам первого квартала 2026 года 56 субъектов федерации показывают дефицит своих региональных бюджетов. За год до этого таких регионов было 46. Наименее бюджетно благополучные Еврейская автономная область, Кемеровская (шахтерам задерживают зарплату, помните, да?), Вологодская область, Коми. В Вологодской области все с пьянством борются. Вы знаете, вы бы лучше посмотрели, откуда у вас деньги брать. Ну и вот такие удивительные регионы, как ХМАО, Краснодарский край, Иркутская, Московская область – кассовые разрывы по итогам исполнения бюджета в первом квартале.

Нехватка денег в регионах и поиск контрактников

То есть это действительно как-то странно. Это не соответствует нашему привычному раскладу бедных и богатых регионов. Я не знаю, пусть экономисты скажут, специалисты по бюджету, о чем это говорит.

Может быть, объяснение следующее. Бедные регионы – это наиболее дотационные, а им эти дотации из центра пока еще, например, поступают. А вот богатые не добирают тех доходов, которые они привыкли получать. Может быть, в этом причина. называют еще падение поступлений от налога на прибыль. Экспортные и сырьевые компании получают меньше дохода, твердый рубль им мешает. В общем, много чего им мешает всякого разного – от санкций до собственного руководства. Вот поэтому у них доходы с расходами-то и не сходятся.

Это среди прочего, и об этом тоже мы говорили в прошлый раз, что регионы испытывают все большие трудности с поиском денег на выплаты контрактникам. Большие выплаты контрактникам, многомиллионные выплаты семьям – это все региональные расходы. Федеральная часть фиксированная и относительно общей массы невелика.

По этой причине неизбежно регионы начинают искать иные способы пополнения или, проще говоря, выполнения тех норм, которые им спущены. Я думаю, что этим объясняются нашумевшие новости прошедшей недели – облавы в Пензе и в городах Пензенской области. Там действительно душераздирающие совершенно кадры. Губернатором Пензенской области они были объявлены постановкой и результатом деятельности украинских спецслужб. Господи, как хорошо, что существуют украинские спецслужбы – на них можно буквально все свалить. Детали вы достаточно видите в интернете, можете посмотреть все эти записи и многочисленные комментарии к ним.

Но давайте посмотрим на тот управленческий механизм, на ту управленческую нужду, которая стоит за этими безобразиями. Даже за деньги людей становится все труднее набирать, потому что тот контингент, который охотно идет умирать за деньги, в общем, уже в значительной степени исчерпан, потому что информация о том, что на самом деле происходит на фронте, проникает во все более и более широкие слои населения.

Меня, кстати, заинтересовало, как один из вот этих людей, которого таким образом схватили, он рассказывает о своей беде и говорит: «У меня и намерения не было. Я не собирался никуда идти. У меня нормальная работа, нормальная зарплата. Я квартиру недавно купил». То есть он отговаривается тем, что «я не какой-то маргинал, чтобы контракт этот ваш подписывать, у меня все нормально». Туда идут только те, у кого все совсем ненормально – вот такое убеждение сложилось в народных массах.

Итак, контингент исчерпывается, аккуратно скажем, и денег все меньше. Поэтому какой был бы выход? Повысить еще цену. Если у вас люди не идут, то, соответственно, давайте больше денег. Но больше денег тоже нет.

Далее. Например, в Волгоградской области прошли учения, вроде бы регулярные, отработка мобилизационных мероприятий. Госслужащие в этом участвуют гражданские и представители силовых структур Южного федерального округа. Развертывание пунктов сбора, оповещения, работа штабов. Говорится, что это проходит регулярно, что это, в общем, не что-то чрезвычайное. Но эти уведомления об этом регулярном, совершенно штатном, абсолютно не чрезвычайном мероприятии администрация Волгоградской области из всех соцсетей потерла.

М. КУРНИКОВ: Штатно.

Е. ШУЛЬМАН: Штатно потерла? «Исключительно носит учебный характер. Проходит дважды в год». Вот это сначала они все назаявляли, а потом от греха подальше все-таки стерли.

В завершение, что мы с вами должны сказать, что важно. Опыт Пензенской области может распространиться на другие регионы, у которых недобор по людям и недобор по деньгам. Что в связи с этим необходимо иметь в виду? Мы дадим ссылки на те организации, которые помогают в таких ситуациях. Это Движение сознательных отказчиков, это движение «Идите лесом», «Призыв к совести», «Школа призывника».

Самое важное. Если вас хватают, тащат, сразу сообщайте вашим близким, адвокату, чей все-таки телефон должен быть у вас где-то близко записан, о том, что с вами случилось. Не подписывайте никаких бумаг, включая пустые листы. Есть случаи, когда людей просят расписаться на листе бумаги. Потом выясняется, что они подписали контракт. Заявляете громко, записывая это на свой телефон, что вы не имеете намерения заключать контракт. Можете написать прямо заявление: «Заключать контракт намерения нет».

К кому вы можете адресоваться? В военную прокуратуру, к омбудсмену по правам человека, в вышестоящий военкомат – с заявлением о том, что вы совершенно никуда не собираетесь и нет у вас никаких таких намерений. Говорите, что повестка у вас дома, вы вот сейчас домой придете и непременно адресуетесь. Потому что вам будут говорить, что это просто вас тащат на сверку документов, данных в реестре. Люди обнаруживали себя на следующий же день уже за ленточкой, там, откуда не возвращаются. Пожалуйста, берегите себя. Ситуация нехорошая.

М. КУРНИКОВ: Ну а теперь внимание на доску. Переходим к понятию.

Понятие — Революционная ситуация

М. КУРНИКОВ: Марксистско-ленинский дух сегодня в понятии.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, да. Вообще довольно много такого марксистско-ленинского, я бы сказала, красного.

М. КУРНИКОВ: Съезд КПРФ повлиял на вас.

Е. ШУЛЬМАН: Съезд КПРФ тоже повлиял. Вот эта вся цветовая гамма, может быть, как-то повлияла. Поэтому мы сегодня с вами поговорим о ленинском определении того, что такое революционная ситуация, и о том, как на эту же констелляцию политических факторов смотрит современная политическая наука. Казалось бы, напрашивается к этому понятию и соответствующий отец – Владимир Ильич Ленин.

М. КУРНИКОВ: Но времени нет.

Е. ШУЛЬМАН: Нет, дело не в этом. Его не будет, потому что это авторская программа. Авторская программа – это пространство произвола. Поэтому, дорогие слушатели, заведите себе тоже авторскую программу – будете говорить о тех, кто вам нравится, а тех, кто вам не нравится, игнорировать.

М. КУРНИКОВ: А я знаю. Да, мне подсказывает наш режиссер трансляции, почему нет Ленина.

Е. ШУЛЬМАН: Почему?

М. КУРНИКОВ: Прожил мало.

Е. ШУЛЬМАН: Вообще, да. Мы не любим таких. Прожил мало, ученой степени не имел. Написал, правда, много. В общем, нет, не такие у нас.

М. КУРНИКОВ: Но давайте уж скорее к понятию. Времени правда мало.

Е. ШУЛЬМАН: Мы его в отцы не возьмем, но мы его процитируем. О признаках революционной ситуации он писал несколько раз в разных, но схожих формулировках.

Итак, первый раз. Работа «Маевка революционного пролетариата», 1913 год: «Для революции недостаточно того, чтобы низы не хотели жить, как прежде. Для нее требуется еще, чтобы верхи не могли хозяйничать и управлять, как прежде».

Вторая формулировка 1915 года, работа «Крах II Интернационала»: «Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы “низы не хотели”, а требуется еще, чтобы “верхи не могли” жить по-старому».

И самая поздняя, развернутая формулировка, «Детская болезнь “левизны” в коммунизме», 1920 год: «Лишь тогда, когда низы не хотят старого и когда верхи не могут работать по-старому, тогда революция может победить. Не из всякой революционной ситуации возникает революция, а лишь когда к перечисленным выше объективным переменам присоединяется субъективная, а именно, присоединяется способность революционного класса на революционные массовые действия».

М. КУРНИКОВ: Последнее посложнее.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Итак, три признака революционной ситуации по Ленину. «Верхи не могут управлять». Это то, что мы называем административной дисфункцией, слабостью институтов или коллапсом институтов. «Низы не хотят, резкое обострение выше обычной нужды и бедствий угнетенных классов».

Обратите внимание, что Ленин раз за разом говорит: одной только нужды и бедствий недостаточно. Это к вопросу о том, когда же, наконец, люди начнут протестовать, когда переполнится чаша народного терпения.

Владимир Ильич Ленин знал, и тут мы с ним вынуждены соглашаться, что чаша народного терпения не переполнится никогда. И сама по себе эта чаша никакого особенного политического значения не имеет. Должна присоединяться к этому административная дисфункция, невозможность хозяйствования старыми методами, а также наличие – иногда он это называет революционным классом, готовым на революционные массовые действия, иногда он это называет возросшей политической активностью масс – наличие какой-то организующей силы. «Способность революционных классов к массовым действиям».

Надо сказать, что автократии века нашего очень заботятся о том, чтобы вот эта способность к организованным массовым действиям ни в коем случае у масс не возникла.

Современная политическая наука также рассматривает те ситуации, в которых какие-то разовые или даже серийные политические неприятности перерастают в тот кризис, который может привести не обязательно к революциям, этот термин несколько вышел из моды, но к режимным трансформациям.

Давайте посмотрим, как современная политология тут интерпретирует Ленина. Есть такой политолог, которого мы могли бы взять в отцы, но он еще жив, зовут его Джек Голдстоун. Надеюсь, проживет еще долго. Он один из таких видных современных теоретиков революции, книжки на эту тему писал. У него три признака, почти по Ленину и похожи. Первое – это фискальный кризис. Не хватает денег или трудности с их распределением. Государство делает долги или портит монету, как это называлось в средние века, то есть прибегает к инфляции, к удешевлению собственной национальной валюты. То есть недостаток денег или проблемы с их распределением. Это вот «верхи не могут» на нынешний лад.

Далее. Он называет признак – «элитное перепроизводство». Это, между прочим, имеет больше отношения к тому, что «низы не хотят». Что такое элитное перепроизводство? Больше людей, которые считают, что они имеют право на участие в делах управления, чем мест в системе управления. Голдстоун говорит: «Мы, западное общество, себе на голову понавыучили кучу народу, которые теперь считают, что они тоже должны в политике участвовать. Зачем нам столько политологов, юристов, экономистов?»

Этот призыв, между прочим, похоже, услышан российским правительством, которое именно вот эти специальности для начальства, специальности для власть имеющих сокращает и не дает народу этим заниматься, а гонит всех получать какие-нибудь там прикладные специальности столяра, плотника и работника станка.

Вот это вот элитное перепроизводство. Много людей, которые хотели бы поучаствовать, им не дают поучаствовать. А что же вы не даете поучаствовать? А пусть они все избираются в муниципальные депутаты. Как будет всем хорошо.

И третий признак – это потенциал массовой мобилизации. Тут есть демографические признаки. Например, хорошо или, наоборот, плохо, если у вас есть много молодежи, в особенности живущей в городах. Вот она всегда шебутная и готова как-то группироваться и выходить на протесты.

Вот наши три признака: проблемы с деньгами, народное недовольство (но не народное, массовое, а именно недовольство образованного сословия, а нынче все стали образованные более или менее, которым не хочется жить так, как раньше) и вот этот потенциал массовой мобилизации в виде либо демографического для него ресурса, либо (или и то, и другое) организаций, структур, которые способны этих самых людей смассовать.

Последнее, что скажем. Как отличить просто 33 несчастья, которые могут случиться со всякой политической системой? Везде бывают аварии, стихийные бедствия, какие-то крупные преступления или теракты, и часто власть реагирует глупо или не реагирует вообще и вызывает недовольство. В демократиях в таком месте обычно говорят: «Ой, у нас кризис, наша власть показала свою дисфункцию». На самом деле, ничего подобного. Какой-нибудь мэр уйдет в отставку, никакого кризиса не случится.

Тем не менее, если государственная машина теряет способность выполнять свои базовые функции и демонстрирует эту неспособность системно: приказы перестают выполняться на местах; ресурсы не аккумулируются или аккумулируемые ресурсы не распределяются так, как надо; аппарат насилия или, если хотите, правоохранительный аппарат, если он вам нравится, назовем его так, если не нравится, назовем его аппаратом насилия, либо раскалывается, либо тоже свои функции не выполняет, либо там грабит народ, вместо того чтобы его как-то репрессировать. То есть административная машина раз за разом демонстрирует свою дисфункциональность на базовом уровне.

Опять же, не чрезвычайная ситуация, на которую мы не смогли отреагировать, а цепочка сбоев в разных областях: бюджет не выполняется, коровы не доятся, выплаты не выплачиваются, публичные ритуалы нарушаются. Еще один, кстати, момент, о котором часто забывают, – разрушение рутины.

Далее. Процедуры заменяются исключениями, регулярное заменяется экстраординарным. Опять же, не в одну какую-то ситуацию, там у нас пандемия или даже, хорошо, война. Война становится рутиной, а рутина сменяется бесконечными чрезвычайными мерами, изъятиями, исключениями, особыми порядками.

Это все может быть преодолено. Опять же, никогда не недооценивайте силу инерции. Но если у вас некоторое количество из этого списка галочек поставлено, то, возможно, вы находитесь в ситуации, предшествующей режимным трансформациям.

М. КУРНИКОВ: Ну, а мы переходим к вопросам.

Е. ШУЛЬМАН: Переходим.

Вопросы слушателей

Вопрос о том, чем объясняются особые свойства поколения 50-ых г.р.

М. КУРНИКОВ: Начну с вопроса из ютуба Bild. Creepy Sign: «Екатерина Михайловна неоднократно говорила, что поколение людей, родившихся в 50-х, самое жуткое. Что сделало их такими? Эхо войны, сталинские репрессии, покалечившие их родителей? Как их жуткость проявляется в разных сферах жизни? Вот моя мама родилась в 1956-м. Мне кажется, я местами понимаю, о чем вы, но хочется узнать подробно».

Е. ШУЛЬМАН: Смотрите, конечно же, обобщения такого уровня очень сильно огрубляют. Люди разные. Поколение – это условная довольно общность. Все эти оговорки давайте с вами сделаем. Но если конкретизировать, то не просто поколение родившееся в 50-х, а вот та часть этого поколения, родившегося в 50-х, которая сейчас находится при власти в

России, действительно демонстрирует некие общие черты. Это люди, которых объединяют не только годы рождения, не просто годы рождения, а и обстоятельства их юности, зрелости, воспитания и образования. Это люди, которые выросли в недрах силовых иерархических структур.

В целом, говоря о поколении 50-х годов, мы можем резонно назвать его самым советским из всех. Это люди, которые родились после окончания Второй мировой войны, которая финально разорвала связь с исторической досоветской Россией, убив практически всех, кто ее мог помнить. Это люди, которые не просто сами были советскими, они уже воспитывались советскими людьми. Это люди, которые выросли в этой позднесоветской власти. Они не застали оттепель в сознательном возрасте. Вот этого кислорода им не досталось. Их formative years, года, когда формировались их представления о норме, о человеческих отношениях, об отношениях социальных, это 70-е годы – загнивающий социализм, зрелая и уже, в общем, такая довольно тухлая советская власть.

При этом к коллапсу этой советской власти они подошли людьми в достаточной степени сложившимися, чтобы рассматривать произошедшее не столько как открывшееся окно возможностей, из которого вот наконец-то подул какой-то свежий ветер, сколько как крах своих выстроенных карьерных стратегий.

Опять же, вот в этом месте давайте обратим внимание на то, что вот эти свойства максимально характерны для тех людей, которые при советской власти выбрали не образование и здравоохранение, не искусство и науку, не производство и сельское хозяйство, а служение государству в армии, правоохранительных органах и тем более в силовых структурах. Для того, чтобы сделать такой выбор, уже нужно было быть специфическим человеком. Чтобы продвинуться худо-бедно внутри этих жутковатых организаций, нужно было быть или стать еще более специфической личностью.

Поэтому, не пытаясь замазать одной краской целое очень многочисленное поколение… Это же советские бэби-бумеры. Это массовое поколение. Это как раз те люди, которые вот сейчас на протяжении последних лет, выходя на пенсию, обрушивают российскую пенсионную систему. В этом они совершенно не виноваты, в этом виновата пенсионная система, но тем не менее. Действительно, по ряду обстоятельств, субъективных и объективных, тех, которые можно поставить людям в вину, и тех, которые людям в вину поставить никак нельзя, как-то так вышло, что это поколение, которому суждено было сыграть довольно зловещую роль в истории России.

Вы знаете, вот эти 70-летние, они и в остальном мире представляют собой большинство нынешнего начальства и ведут себя своеобразно. Не знаю. Про советских я еще могу что-то рассказать, про, например, американских ничего не могу. Но они тоже какие-то особенные люди.

Вопрос о том, воюют ли поздние автократии, или это у нас искажение оптики

М. КУРНИКОВ: Очень коротко. Следующий вопрос. Никита Ковыль 8967: «Екатерина Михайловна, хочу уточнить, правильно ли я понимаю вашу текущую модель. До 2022 года вы считали полномасштабную войну менее вероятным сценарием, а потом признавали ошибку именно в оценке вероятности. Сейчас я все чаще слышу у вас мысль, что долгие персоналистские режимы со временем начинают рассматривать войну как способ продления жизни режима или легитимации, и выхода из политической скуки автократа.

Правильно ли я считываю этот сдвиг? И если да, как отличить здесь настоящий пересмотр модели от эффекта доступности? Не переоцениваем ли мы вероятность войны как естественного исхода долгой автократии просто потому, что российский кейс оказался настолько сильным и травматичным именно для нас?»

Е. ШУЛЬМАН: Великолепно сформулированный вопрос. Я могу сказать только следующее. Вы ставите очень правильно научную проблему. Ответить на ваш вопрос можно только путем научного анализа других авторитарных режимов. Не просто авторитарных режимов, а персоналистских. Не просто персоналистских, а с так называемыми долгими правлениями. И если мы посмотрим, выберем такое подмножество, поглядим, как они себя ведут в свои свинцовые семилетия, воюют ли, с какой вероятностью они воюют, и выстроим такую табличечку, мы сможем приблизиться хотя бы к ответу на ваш вопрос. Но вопрос поставлен абсолютно верно. Вот так и пишутся, дорогой слушатель, как бы вас там ни звали, научные работы.

Вопрос о том, как безопасно съездить в РФ

М. КУРНИКОВ: Последний вопрос – из Патреона «Эха». Тоня Павлюша, или Павлуша: «Здравствуйте. Какие риски нужно учесть при поездке в РФ уехавшим, но не активистам? Едем летом. Я опасаюсь».

Е. ШУЛЬМАН: Правильно делаете. Правильно опасаетесь. Если российский паспорт можно не показывать, а у вас есть какой-то другой, лучше его не показывать. Ей-богу, вот получите визу. Если у вас есть другое гражданство, то получите российскую визу, а российский свой паспорт спрячьте куда-нибудь. Если вам это кажется слишком хлопотным, то езжайте с российским паспортом. Да хранят вас боги старые и новые.

Не берите с собой свой настоящий телефон ни в коем случае. Купите новый телефон, новую симку. И аппарат, и сим-карту. На него вы устанавливаете службы Яндекса и мессенджер Макс. Нужные контакты вы записываете на бумажку.

Далее. Посмотрите внимательно, какие лекарства вы с собой берете, и лучше их не берите, чтобы они, не дай бог, не оказались наркотиками. Проверьте багаж свой и своего ребенка. Какие-нибудь мишки гамми с марихуаной, совершенно легально купленные вами в аптеке в Амстердаме, посадят вас на 15 лет и сделают вас частью обменного фонда. И это в лучшем случае.

Никакого телефона, как можно меньше лекарств. Посмотрите, какие книги вы везете. Посмотрите, не завалялась ли у вас какая-нибудь, не дай бог, наклеечка с украинским флагом или что-нибудь в этом роде. Но самое главное – телефон. Самый главный свидетель – это телефон. Одна из самых опасных вещей в телефоне – это ваш мессенджер и ваши банковские приложения, ваши переводы. Поэтому, как бы вам ни казалось это неудобным или даже небезопасным, никакого телефона в Российской Федерации.

М. КУРНИКОВ: Спасибо большое. Не успею хорошую новость, приберегу на следующий раз. Не забудьте, что в описании есть ссылки на мероприятия. Там очень много обновлений, там и Белград, и Рига, и чего там только нет. Загляните. А завтра, кстати говоря, у нас в Берлине показ фильма на музыку ДДТ. Тоже приходите. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит по радио, которая выходит в интернете, выходит в Ютубе, в конце концов, сразу на нескольких ютуб-каналах, например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна!

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер!

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, традиционно дарю вам книгу. «Меня не надо, а я есть». Это книга процессуального терапевта Ольги Прохоровой. Пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Благодарю. Не буду скрывать, знакома с автором. Более того, даже помню эту книгу еще эмбрионом, ибо прослушала семинар онлайн, посвященный этой теме. Книга про травму отвержения. Могу сказать, что знакома с автором. Не могу сказать, что тема мне непосредственно близка. Но в этой книге значительную часть составляет анализ романа «Анна Каренина» с точки зрения того, как герои переживают (или не переживают), не все переживают успешно вот эти самые различные эпизоды реального или воображаемого отвержения. Вот эти части могу рекомендовать от всей души как написанные культурным автором.

М. КУРНИКОВ: Я тоже знаком с автором. Открыл и прочитал выбранные какие-то части просто наугад. И вот это удивительно, сразу же узнал человека, который там дает интервью для этой книги. Это бывает прям так, открываешь и, вдруг, – а я знаю этого человека. Это довольно интересное ощущение.

Е. ШУЛЬМАН: Это был Константин Левин, разумеется. Или Стива Облонский.

М. КУРНИКОВ: Нет, это была одна знакомая в Берлине. Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.

М. КУРНИКОВ: Но самое главное, что эту книгу можно, естественно, купить в магазине «Эхо Книги». И, конечно же, мы поставим ссылку в России, тем более что в России ее купить вообще никаких проблем не составляет. Она там издается. Ну, а мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Выборы в Госдуму и финал думской сессии

М. КУРНИКОВ: С какого события начнете?

Е. ШУЛЬМАН: С документально подтвержденного, как мы с вами любим. Опубликован указ президента о назначении даты выборов Государственной Думы. 20 сентября 2026 года, в единый день голосования, состоятся в России парламентские выборы, или электоральное мероприятие, идентичное натуральному. Мы с вами сегодня не будем говорить о перспективах этих выборов, хотя об этом мы еще в следующих выпусках, наверное, как-то порассуждаем. Потому что действительно внутриполитическая ситуация в России любопытная и к любопытным электоральным последствиям может привести даже в столь контролируемых условиях, каковые на 2026 год в Российской Федерации установлены.

Мы с вами посмотрим на последние дни Государственной Думы, этой некоей Помпеи, поглядим, что ей осталось и что она за это время может успеть.

Конец весенней сессии – это всегда время скоростного законотворчества, потому что инициаторам, лоббистам нужно успеть пропихнуть свои инициативы до звонка, до ухода Думы на каникулы, потому что иначе все это откладывается на осень.

Последняя весенняя сессия в созыве – это абсолютно экстремальное время, проводящееся под лозунгом «хватай мешки – вокзал уходит», потому что если вы опоздаете, то вы опоздаете не просто на всю весеннюю сессию, но вы опоздаете на целый созыв, потому что при всей контролируемости вы –  инициатор, лоббист, интересант того или иного законопроекта – вы не можете быть уверены, что ваш прикормленный, пригретый, практически родной вам депутат останется, например, председателем того же комитета.

М. КУРНИКОВ: Вспомнился паровозик из Ромашково. Помните?

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Да, если сейчас не понюхать этот ландыш, то вы опоздаете на целую весну, а также лето и осень.

Итак, что у нас осталось? У нас были пленарные заседания 9 и 10 июня. Вот буквально в прошлом выпуске мы о некоторых законодательных инициативах говорили, об одной из них будем говорить и сегодня. Сейчас так называемый региональный период, то есть депутаты уехали в округа, надеемся, и встречаются там с избирателями. Далее у нас будет 23, 24, 25 июня и в июле 7, 8, 9, 21, 22, 23. То есть девять всего пленарных заседаний. Кто не успел, тот опоздал. Поэтому мы с вами увидим еще большее количество голосований в первом чтении и в целом.

Вот те два закона, о которых мы хотим поговорить сегодня, были приняты похожим ускоренным образом. Хотя первый, о котором мы сейчас с вами поговорим, имеет несколько замысловатую законотворческую судьбу. Объединяет эти законопроекты еще не только хронометраж, не только регламентные их признаки, но и целеполагание. Они раздают еще больше свободы и бесконтрольности органам исполнительной власти. Хотя, казалось бы, куда уж больше…

Законопроект об обороне: защита от воздушных угроз и новые полномочия власти

Итак, по-моему, достаточно незамеченным прошел закон, вносящий изменения в закон об обороне. Он внесен группой депутатов Государственной Думы. Среди них наши любимые депутаты-маячки Картаполов, Пискарев, Выборный, Саблин. Это вот те люди, которые просто так не подписываются. Подписываются они под проходными законопроектами и, скажем так, под законопроектами не то чтобы прямо в интересах граждан.

В чем регламентное своеобразие этого законопроекта? Он был внесен аж в 2025 году в июне, ровно год тому назад, и в июле 2025 года был принят в первом чтении. Вот, опять же, как опасно откладывать варку вашего варенья на самый последний день. В июле он принимается в первом чтении, после чего засыпает на целый год.

Но сейчас, как я подозреваю, и я думаю, что когда вы услышите о содержании этого законопроекта, вы со мной согласитесь,  во-первых, после ПМЭФа на фоне клубов дыма и всяких других налетов на внутрироссийские инфраструктурные и иные объекты этот законопроект вынимается, готовится экстренно ко второму чтению, туда напихивается всяких поправок, как мы любим, и он принимается во втором чтении и сразу в третьем и сразу отправляется в Совет Федерации.

Итак, цель законопроекта – снятие административных, финансовых и правовых барьеров для решения задач по пресечению угроз воздушного нападения.

М. КУРНИКОВ: Это удивительно. Начинается «снятие барьеров», а потом «нападение». Кажется, что это снятие барьеров для нападения буквально.

Е. ШУЛЬМАН: Для воздушного нападения. Ну да, такая мысль тоже может прийти. Итак, как сами вооруженные силы освобождаются в своей деятельности по защите от воздушных нападений от самых разнообразных ограничений, так и некие меры для оказания содействия вооруженным силам в борьбе с этими воздушными угрозами позволяют не осуществлять целый ряд правовых процедур, как то: «процедуры, обычно необходимые при строительстве капитальных сооружений и их сносе, при возведении сооружений некапитальных либо демонтаже этих самых некапитальных сооружений». Можно не оформлять документы о правах на земельный участок или часть территории, не оформлять градостроительные разрешения, проектные изыскания. Также можно не смотреть на ограничения, связанные с археологическими работами, с сохранностью зеленых насаждений и даже исторических памятников. Не нужно проводить процедуру согласования условий подключения к инженерно-технологическим сетям.

Задним числом информация об объектах недвижимости, которые будут использоваться или напрямую будут забраны Министерством обороны, будет отправляться в Роскадастр для сведения. Что-то мне подсказывает, что и эти сведения не будут открытыми.

Все это называется «реализация неотложных мероприятий, направленных на оказание содействия Вооруженным силам РФ в решении задач по пресечению угроз воздушного нападения на территории РФ».

Можно проводить госзакупки без конкурса, особо охраняемые территории использовать, как бы они были не особо охраняемые.

И, далее. «Допускается ввоз на территорию РФ любых товаров без соблюдения требований законодательства о техническом регулировании».

М. КУРНИКОВ: Красота.

Е. ШУЛЬМАН: «При реализации вот этих неотложных мероприятий использование ввезенных на территорию РФ товаров допускается до завершения установленных процедур таможенного оформления».

М. КУРНИКОВ: Можно было бы написать «опричь процедур».

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, да. Как называется, между прочим, такая правовая система, мы с вами поговорим в дальнейших рубриках нашей программы. Спойлер-алерт. Но, в общем, правда, интересно.

Например, в отношении систем активной и пассивной защиты иных объектов, создаваемых для реализации неотложных мероприятий, не проводятся контрольно-надзорные мероприятия. Например, налоговый контроль, контроль за исполнением гособоронзаказа и расходами госкорпораций. Допускается финансирование неотложных мероприятий за счет субсидий и грантов из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации без соответствующего увеличения доли в уставном капитале получателя. Про бюджетную систему Российской Федерации мы с вами тоже еще поговорим. Там вот это «заходи кто хочет, бери что хочешь» тоже оформлено законодательно.

М. КУРНИКОВ: И при этом, обратите внимание, никакого военного положения нет, никакой войны нет, ничего этого не нет.

Е. ШУЛЬМАН: Вообще. Что интересно в этом тексте? Такое ощущение, что авторы взяли статьи из закона о военном положении, засунули его в этот закон, для того чтобы военное положение не объявлять. Патологическое стремление никак не называть происходящее, которое с нами со времен ковида, по-прежнему с нами.

Помните режим повышенной готовности? Не чрезвычайное положение, не режим чрезвычайной ситуации. Помните, как мы учили всех разнице между этими двумя правовыми режимами? Но напрасно. У нас был только режим повышенной готовности, который, между прочим, относится не к гражданам, а к органам власти, и вообще не мог бы разрешать запирать людей дома и не давать им гулять в парке и садиться там на лавочку. (Прим., подробнее о разнице между режимом чрезвычайной ситуацией (ЧС) и чрезвычайным положением (ЧП) в контексте введения карантинных ограничений говорилось в выпуске программы «Статус» от 31 марта 2020 года / S03E27).

Вот так и тут. Закон о военном положении, мы тоже на него обращали внимание, начиная с 2022 года, он, в общем, вот такой военный. На время военного положения вот это все ваше мирное регулирование отменяется. Комендантский час можно вводить, можно имущество ваше забирать для целей обороны.

М. КУРНИКОВ: Цензуру.

Е. ШУЛЬМАН: Ну да. Но военное положение – это режим ограниченный и хронологически, и юридически. Должен быть указ президента о введении военного положения. Он утверждается Советом Федерации. Военное положение объявляется на некий срок, потом заканчивается. А тут у нас вот это вот «ничто не может быть более постоянным, чем временное». Что такое отражение вот этих нападений?

Вообще-то говоря, в случае агрессии против России, как написано в законе как раз о военном положении, в том числе бомбардировки вооруженными силами иностранного государства территории РФ или применения любого оружия иностранным государством (группой государств) против РФ – это основание для введения военного положения. Оно, однако же, не вводится. Напомню, что оно у нас на так называемых новых территориях благополучно введено.

Таким образом, без введения военного положения мы видим распространение его элементов на всю страну на совершенно неопределенный срок. Кстати, второй закон о вольной волюшке, о котором мы сейчас с вами поговорим, там хотя бы есть какие-то ограничения по времени. Тут ничего этого нету вообще.

Все это принимается очень быстро: 9-го – во втором, 10-го – в третьем чтении, уходит в Совет Федерации. И вступит в действие с момента подписания, если я не ошибаюсь. Да, да, кажется так. В общем, смотрите, дорогие граждане, что у нас тут на горизонте нарисовывается.

У меня, знаете, какое еще чувство возникло, когда я это все читала? В Министерстве обороны попересажали кучу народу за то, что они неправильно себя вели в связи с госзакупками, госзаказом. Подрядчиков Минобороны многих посадили. А вот смотрите, это закон, который позволяет, вообще говоря, воровать как не в себя. Вот буквально это закон о введении порядка «война все спишет». Не будет контроля, не будет контрольных закупок. Можно ввозить что угодно без процедуры таможенного оформления, без выполнения законодательства о техническом регулировании, просто сказав, что «нам это нужно для борьбы с дронами». А может, вы там наркотики ввозите, например.

Если совсем впадать в глухую конспирологию, то, конечно, очень хорошо ввести такую норму, дать людям повеселиться, а потом их всех пересажать. В общем, может быть, это не такая уж и конспирология. Не так уж это и сложно, вы знаете. Слушайте, а манера дать людям набрать себе собственности, находясь под впечатлением, что у них есть право частной собственности, а потом конфисковать, чтобы не ходить по всей стране, а прямо вот чтобы в одном месте у всех было собрано. Это как вам, не очень сложная схема? По-моему, вполне реализуемая.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: А на некоторых каналах мы можем продолжать говорить. У нас минутка буквально. Вы знаете, по поводу режима повышенной готовности почему-то вдруг подумалось, что повышенная готовность – это что-то скорее кулинарное.

Е. ШУЛЬМАН: Ага, то есть бывает просто готовность, а бывает повышенная.

М. КУРНИКОВ: Или, в принципе, знаете, такой ресторан повышенной готовности.

Е. ШУЛЬМАН: Как дом высокой культуры.

М. КУРНИКОВ: Да-да-да. Вообще, какое-нибудь кулинарное шоу могло бы так называться.

Е. ШУЛЬМАН: «Повышенная готовность».

М. КУРНИКОВ: Шоу «Повышенная готовность».

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, это неплохо. Это надо как-то запомнить. По-моему, это богатая идея для нейминга. Или так можно назвать телеграм-канал кулинарный.

М. КУРНИКОВ: Да. «Повышенная готовность».

Е. ШУЛЬМАН: «Повышенная готовность». Интересно. Запишите себе в свои молескины, дорогие слушатели, авось вам пригодится.

М. КУРНИКОВ: Надеюсь, что все узнали, что на доске.

Е. ШУЛЬМАН: А я одна не вижу никакую доску. Посмотрю потом. Я не могу так вытянуться. А если я попытаюсь это

сделать, то я упаду со стула. Она цветная, ух ты. Подождите, это вот эта штучка, которая… Ладно, я выскажу свои предположения позже.

М. КУРНИКОВ: В следующей рекламе.

Е. ШУЛЬМАН: Да.

«Бюджетная свобода рук»: изменения в бюджетный кодекс для правительства

М. КУРНИКОВ: Продолжаем говорить о событиях.

Е. ШУЛЬМАН: Продолжаем говорить о законотворчестве и о том, как Государственная Дума все больше и больше освобождает исполнительную власть от даже какой-то тени парламентского, гражданского контроля или хотя бы контроля со стороны других ведомств.

М. КУРНИКОВ: На жену цезаря не должна падать даже тень, да.

Е. ШУЛЬМАН: Ветер небесный не смел на нее дохнуть, как в «Гамлете». Не должен даже вообще дуть в эту сторону. (Прим., цитата из трагедии Шекспира «Гамлет» (Акт 1, сцена 2): «...so loving to my mother / That he might not beteem the winds of heaven / Visit her face too roughly». В переводе Б. Пастернака: «Он к матери так нежно относился, / Что ветру поднебесному в лицо / Дыхнуть не позволял»).

Итак, тот законопроект, о внесении которого мы с вами говорили на прошлой неделе, уже не просто принят, а уже отправлен в Совет Федерации.

М. КУРНИКОВ: Быстро у них там все.

Е. ШУЛЬМАН: Вот эта скорость, просто как мы любим.

М. КУРНИКОВ: Эффективность.

Е. ШУЛЬМАН: 8 июня в 9:19 внесен, то бишь направлен председателю. 10 июня принят в третьем окончательном чтении. Закон правительственный, между прочим, большой. Это довольно здоровый некий пакет. Кстати, предыдущий закон о поправке в закон об обороне тоже часть пакета. Там еще есть поправка в КоАП и, по-моему, в закон о госзакупках.

Итак, закон о бюджетной свободе рук. Ручки-то вот они. Внесение изменений в Бюджетный кодекс и отдельные законодательные акты (о совершенствовании бюджетного законодательства). Разумеется, о совершенствовании. О чем же еще…

Это тот самый закон, о котором председатель бюджетного комитета, депутат Макаров, говорил, что нужен он, так уж нужен, прям вот совершенно необходим. А заместитель министра финансов, которая представляла этот законопроект, вынуждена была отвечать на вопросы депутатов, что «это вы довели до бюджетного кризиса страну». Она сказала: «Как раз для того, чтобы не случилось у нас бюджетного кризиса…»

М. КУРНИКОВ: Это вы, говорит, еще кризиса не видели.

Е. ШУЛЬМАН: Вот именно. Если вы думаете, что это кризис, то это еще светлая полоса. Смотрите, что там у нас интересного. Часть норм вводится на 2026 год только. За это мы правительство все-таки хвалим, хотя, может, мы можем не разделять их оптимизма. Что-то мне подсказывает, придется продлевать это дело или принимать поправку, что 2026-й считать 2027-м, и так вплоть до 2030 года.

Итак, как мы уже говорили, правительство своим решением без согласования с Государственной Думой может увеличивать общий объем расходов федерального бюджета без внесения изменений в закон о бюджете. То есть, как мы говорили на прошлой неделе, поправки в закон мимо Государственной Думы. Вообще, это довольно серьезно. Федеральный бюджет – это федеральный закон. Это не какой-то минфиновский документ. Это не запись в бухгалтерской книге. Это федеральный закон. Он проходит три чтения, в одной палате одно чтение, в другой палате, и подписывается президентом. Теперь его можно править без парламента вообще.

Увеличенные расходы пойдут через резервный фонд правительства из двух источников: путем увеличения объема внутреннего финансирования (внутренние заимствования) и путем использования остатков средств федерального бюджета, образовавшихся на 1 января 2026 года.

Далее. Что еще меня заинтересовало? Я не буду входить в бюджетные глубины. Вот Александра Прокопенко придет к вам как-нибудь, она вам все это и расскажет. Если регионы сталкиваются с кассовым разрывом, то бишь, нашим гражданским языком говоря, находятся на грани дефолта… Кассовый разрыв – это когда вам платить надо, а платить нечем. Вот это называется таким термином. Они смогут просить у правительства кредит до следующего месяца.

М. КУРНИКОВ: До получки.

Е. ШУЛЬМАН: Да, буквально. Это разрешение микрокредитов регионам. Такое признание того, что денег-то у них нет. Правда, в отличие от касс микрокредитования, федеральное казначейство обещает давать кредит под символический процент – 0,1. Нам бы с вами такой процент по ипотеке, не правда ли?

До 2030 года треть суммы ранее набранных бюджетных кредитов регионам можно не возвращать, а две трети им уже списали.

С другой стороны, если вы думаете, что это какие-то сплошные послабления для регионов, то не вполне. У нас было ограничение в законе, согласно которому, если регионы экономят средства за счет списания или реструктуризации бюджетных кредитов (вот им списали – значит, они сэкономили), то не менее половины из этой сэкономленной суммы они должны были тратить на поддержание инфраструктуры ЖКХ. Теперь эту экономию можно будет направить на финансирование СВО. А что значит направить на финансирование СВО? Бонусы за контракты с армией смогут теперь заплатить из денег, которые раньше должны были по закону быть потрачены, например, на ремонт труб, на замену лифтов, на починку крыш и так далее и так далее.

Что это значит? Это значит, что регионы с коэффициентом обеспеченности ниже 0,9 (это бедные регионы, дотационные области и республики) таким образом смогут финансировать региональные доплаты контрактникам. Мы с вами неоднократно говорили в нашем эфире: вот эти сверхмиллионы, которые получают люди, подписывающие контракт с Минобороны, или, чаще, их командиры, они берутся из региональных бюджетов. Федеральная выплата, установленная указом президента, составляет 400 тысяч и не меняется. Это вот эта разовая выплата. Все остальное – доплаты ежемесячные, разовые подъемные, гробовые роковые – это все региональные бюджеты. И, судя по необходимости этих поправок, им с этим все труднее и труднее.

В общем, что мы имеем в этих обоих законопроектах? Признание того, что государственная машина осознает трудность своего положения. С одной стороны, дроны не ловятся, летают и летают. С другой стороны, денег не прибавляется, мягко говоря.

Задержки социальных выплат в регионах

М. КУРНИКОВ: А вот по поводу прибавляется – не прибавляется и как регионы сталкиваются с этим. Вы знаете, мне в программу воскресную приходили вопросы от людей из регионов, которые указывают: а вот знаете, в таком-то регионе начали бюджетникам задерживать зарплату, в таком-то регионе, в таком-то регионе. А вам такое пишут?

Е. ШУЛЬМАН: Сейчас я вам скажу, что мне пишут. Более того, это не только мне пишут. Я пошла смотреть, это не отрицается и самими Социальными фондами. У нас в российских регионах (из того, что я знаю) происходят задержки социальных выплат. Это декретные, это выплаты по материнскому капиталу. Начало это происходить еще в мае и продолжается вот сейчас. Детские пособия, которые должны были быть выплачены не позднее 8 июня, в целом ряде регионов не выплачиваются. Причем какие регионы? Москва, Санкт-Петербург, Свердловская, Тульская, Калужская области, Краснодарский край. Это вот из того, что мы сами знаем.

М. КУРНИКОВ: Мне писали из Московской области.

Е. ШУЛЬМАН: Да, Москва, Московская область. То есть не то чтобы Республика Тыва.

М. КУРНИКОВ: Не бедные.

Е. ШУЛЬМАН: Не самые нищие. Вот если бы я сейчас прочитала список тех, кто с этим коэффициентом 0,9 сможет все деньги отдавать контрактникам, то нет, там нет этих регионов. Там регионы – это либо нищие области Центральной России (почему, кстати, у нас такие нищие области, где проживает государствообразующий народ?), либо не менее нищие национальные республики.

Итак, декретные и выплаты на детей. Что нам говорит сам Социальный фонд? Я напомню тем, кто, может, отстал от жизни, что у нас Пенсионный фонд и Фонд социальных платежей теперь объединены в такую монструозную структуру – Социальный фонд. Они не отрицают этого, говорят, что, действительно, в системе произошел технический сбой, его вызвало обновление шифров безопасности.

М. КУРНИКОВ: Ах ты! И здесь ФСБ-шники.

Е. ШУЛЬМАН: В настоящее время специалисты уже устраняют проблему. Ну, что мы тут скажем? Верим ли мы в технический сбой? Ничего невероятного в этом нет, в особенности, по причине обновления шифров безопасности. Я не знаю, что это за шифр такой, зашифрованный чрезвычайно. Но то, что безопасники могли полезть своими ручонками шаловливыми куда не надо и все обрушить, это возможно. Что денег не хватает, а дальше говорится: «Ой, знаете, у нас тут что-то зависло. Я там на компьютере на кнопку какую-то нажала, оно зависло. Вот сейчас мы подождем, оно, может, развиснет», это тоже вполне возможно.

Кстати, больничные – тоже есть жалобы. Недовыплата больничных в Москве и Московской области. В Москве и Московской области! Это как вообще?

Мы надеемся всей душой, что это все будет быстро устранено, потому что, во-первых, люди должны получить свои деньги, на которые они имеют полное право. Во-вторых, это один из таких признаков, если это продлится или если там в одном починят, в Москве выплатят, в Свердловской области будут продолжать задерживать, или сейчас выплатят в середине месяца (вот она уже середина месяца), а потом в июле начнется та же самая история, это, в общем, дисфункциональность.

Я помню, как коллега Гаазе Константин Борисович, когда ему задали вопрос, как увидеть, что в системе проблемы, он сказал, что если распределительные механизмы денег начнут ломаться: задержки того, задержки сего, выдача чем-то, а не деньгами, какими-то суррогатами, вот это будет признак.

Опять же, мы еще не там, но мы с вами очень внимательно смотрим за признаками дисфункции. Не потому, что мы злорадные и хотим согражданам какой-то там беды. Не хотим ни разу. Но потому, что важно заметить это безобразие как можно раньше. Такие вещи, как стрелка на колготках… Хорошо, давайте более универсальный образ, как трещина в побелке, имеют свойство разбегаться.

НДС для малого бизнеса: фиксация порога до 2029 года

Еще одно законотворческое на этот раз в некотором роде даже улучшение жизни граждан. Мы всегда стараемся, как в известном стихотворении, уравновесить зло добром, отметить что-нибудь такое светлое и позитивное. Внесен, правда, пока не принят сразу в три дня, но вот обещают 23 июня рассмотреть. Инициатива внесена сенатором Якушевым и депутатами Василием Жуковым и Макаровым, тоже статусными депутатами. Поправки в Налоговый кодекс. Это уточнение снижения порога, после которого вы должны будете платить НДС.

Помните эту историю. Кто занимается каким-то малым бизнесом, тот, конечно, эту историю не забывает, я думаю, даже во сне, потому что это довольно тяжелый удар доской по голове для всех, кто в России занимается каким-то небольшим предпринимательством.

Помните, что у нас порог, после которого вы должны были начинать платить НДС, он был у нас 60 миллионов, и его резко снизили сначала до 20, а потом обещали снизить до 10.

Что делает этот законопроект? Порог 20 миллионов фиксируется до 2029 года. 20 миллионов, учитывая инфляцию, это не много совсем. Дорогие слушатели, я надеюсь, что вы не отрываетесь от реальности и наблюдаете за динамикой цен.

Итак, 20 миллионов – 2026-2029 год, 15 миллионов – 2030 год, 10 миллионов – 2031 год. Какая будет инфляция до 2031 года? Что такое будет 10 миллионов в 2031 году?

М. КУРНИКОВ: Может, каждый сможет позволить себе что-нибудь.

Е. ШУЛЬМАН: Можно ли на них будет купить шоколадку или две шоколадки, или еще что-нибудь такое интересное? Мы, естественно, не знаем, потому что мы не экономисты. Мы знаем немножко другое.

Понятно, что такого рода меры – «вот смотрите, не будет в следующем году прямо снижения этого порога, спите спокойно до 2029 года» – это типичная предвыборная мера. Когда выборы пройдут, ничего не стоит внести такую же поправку даже не отдельным законопроектом, а как во втором чтении к любому законопроекту, связанному с Налоговым кодексом или связанному с Воздушным кодексом. Мы видели и такие истории. Во втором чтении пропихиваете поправочку, – «прицепной вагончик» это называется в Думе, – и меняете 2029 год на 2027. И все у вас поехало обратно. Поэтому, кстати, дорогие слушатели, начинайте думать, как вы собираетесь вести себя на парламентских выборах.

Эта мера замечательная человеколюбивая вроде как разработана по итогам ПМЭФа, где тоже все плакали и говорили, что совсем малый бизнес, да и средний бизнес, в общем-то, пришибли. Ну вот, что называется, такое.

Новости государственных органов: Центробанк и администрация президента

Также некоторые новости из жизни государственных органов. В прошлый раз мы с вами горевали об отсутствии Эльвиры Набиуллиной. Но, перечисляя странные и удивительные происшествия, случающиеся вокруг Центрального банка и внутри него, мы также говорили, что каждое из этих происшествий может быть объяснено и естественными причинами, призывали граждан не паниковать.

Паникуем ли мы сами? Пока Центральный банк нам обещал, что 19 июня состоится пресс-конференция по ключевой ставке и проведет эту пресс-конференцию председатель Центробанка Эльвира Набиуллина. Поэтому ждем 19 июня, как именин сердца, надеемся увидеть Эльвиру Сахипзадовну живой, здоровой и исполняющей свои обязанности.

В администрации президента небольшая, но, может быть, характерная кадровая перестановочка – сменился руководитель канцелярии президента. Канцелярия – это такой довольно интимный орган в администрации президента. Он занимается непосредственно документооборотом. Вот эти зловещие папочки, для того чтобы лечь на стол президента, должны через канцелярию пройти. Там был начальник, который с 2020 года там сидел. Он уволен. Не знаю, куда делся. Новый начальник президентской канцелярии по имени Александр Матвеев до этого возглавлял секретариат руководителя администрации президента.

Антон Вайно наименее публичный, пожалуй, из всех высших чиновников России. Он иногда какую-нибудь статью про нооскоп опубликует в журнале, потом над ним все посмеются, и он, видимо, дальше стесняется появляться на публике, потому что больше его никогда никто не видел. При этом, кажется, достаточно влиятелен. Его влиятельность совершенно несоразмерна его публичности.

Вот смотрите, руководитель секретариата – при любом человеке это прям как жена и даже ближе. Помните, мы с вами отмечали, что Белоусову не дали сохранить своего руководителя аппарата, при том, что он бедный не так многого просил. У него есть один сотрудник, которого он везде с собой таскает. И того у него отобрали, посадили ему высокопоставленного полицейского на должность руководителя аппарата. (Прим., о кадровых перестановках в аппарате Минобороны РФ речь шла в выпуске программы «Статус» от 26 мая 2026 / S09E38). А Вайно оторвал от сердца своего руководителя секретариата и посадил его поближе к президенту присматривать за документооборотом.

Это все в рамках некой рутины, но, может быть, означает рост влияния главы администрации президента или сохранение им высокого уровня влияния, которым он заслуженно, разумеется, пользуется.

Сбои в рутине: отмена концерта на Красной площади и перенос Дня независимости

А вот про сбой рутины. Мы с вами такие вещи тоже отмечаем. Помните, как у нас было все непросто с парадом на 9 Мая.

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Сколько же было разговоров и сколько было и не разговоров, а всяких изменений в формате этого красочного зрелища.

М. КУРНИКОВ: Но потом все-таки Зеленский разрешил.

Е. ШУЛЬМАН: Зеленский разрешил, указ выпустил. Прошел парад. Слава богу, никого не убило. Мы все очень радовались этому обстоятельству, продолжаем в душе своей радоваться. Даже и мобильный интернет через некоторое время подключили, всем полегчало.

Так вот, 12 июня Российская Федерация отмечала День независимости. Должен был быть, всегда был, концерт на Красной площади. Он даже в ковид проводился, а в этот раз не проводился. Его перенесли на какую-то другую отдаленную площадку и сократили, насколько я могу понять, состав участников. Тут, видите, Зеленский не разрешил, поэтому не получилось.

Мы знаем, что наши граждане довольно чувствительны к такого рода вещам. Рутина им дорога. Это характерно для общества, лишенного права выбора, ну и для общества пожилого, стареющего, женского в основном. Такого рода люди, (может, мы и сами такие люди), тоже не любим изменений, когда вот у нас есть все в одно и то же время, в один и тот же день, мы так и привыкли, а если как-то убрать эту рутину, то мы будем волноваться и нервничать.

М. КУРНИКОВ: Сбоить.

Кого посадили: Роснано, армейский корпус и приговоры в военной отрасли

Е. ШУЛЬМАН: Да. Вот россияне тоже нервничают. Традиционная наша рубрика «Кого посадили на этот раз». Очередной сотрудник Роснано, не просто сотрудник, а директор по инвестиционной деятельности задержан в Москве, Иван Гончар. Вот у кого-то из высокопоставленных сотрудников Роснано уже приговор вышел, но заочно, а какие-то люди почему-то продолжают находиться в границах Российской Федерации, ждут. Не знаю вообще, чего они ждут.

М. КУРНИКОВ: Хотя, казалось бы, в Роснано вроде не самые глупые должны работать-то.

Е. ШУЛЬМАН: Ну вот Анатолий Борисович Чубайс, очевидно, не самый глупый человек в Российской Федерации, а теперь и за ее пределами. Чубайс умный, будьте, как Чубайс.

Высокопоставленный военный, командующий армейским корпусом Ленинградского военного округа, Александр Дембицкий задержан. Это может быть связано с какими-то делами с ЧВК. Только не ЧВК «Вагнер», а какого-то другого ЧВК.

Мы с вами, не погружаясь в военные дела, таинственные для всякого гражданского человека, говорили, что ЧВК «Вагнер» был самым публичным, но совершенно не единственным такого рода образованием. Вот, видимо, их продолжают подбирать под единую крышу. И тех людей, которые слишком были глубоко задействованы в этой вольнице околовоенной, околоармейской, их тоже постепенно подгребают.

Уже приговоры и тоже в военной отрасли. Чтобы вы просто знали, сколько нынче дают. Бывший начальник Главного военно-строительного управления Минобороны – 16 лет колонии строгого режима, штраф 45 миллионов рублей. Тоже все довольно серьезно.

М. КУРНИКОВ: Вау. Подождите, за что?

Е. ШУЛЬМАН: Взятки. 34 миллиона рублей взяток от коммерсантов, по версии обвинения. За это помогал предпринимателям в покупке у этого управления высвобождаемой дорожно-строительной техники. Похоже на правду? Похоже на правду.

М. КУРНИКОВ: Но 16 лет.

Е. ШУЛЬМАН: 16 лет строгого режима, да. Гособвинение просило 19 лет колонии. Вину не признал, между прочим. По его словам, все сделки согласовывал с начальством, не имел полномочия продавать технику.

М. КУРНИКОВ: Кстати, тоже похоже на правду.

Е. ШУЛЬМАН: Абсолютно. Кстати, за непризнание вины мы хвалим героев наших выпусков, потому что, признавая вину, вы никак не уменьшаете свой собственный приговор, но вы закрываете себе дорогу к апелляции. А что может сделать апелляция, мы с вами сейчас увидим. Сейчас еще один приговор зачитаем и расскажем, как хорошо может быть в апелляции.

Тоже Минобороны. Бывший начальник лечебно-диагностического центра Минобороны – 7,5 лет. Не знаю, за что, но тем не менее сам срок радует.

Дело Ольги Миримской: апелляция и снижение срока

Так вот чего можно, умеючи, добиться в вышестоящих судебных инстанциях. Помните ли вы самую богатую женщину России, банкиршу Ольгу Миримскую? Я узнала о ней, честно скажу, исключительно в связи с Яной Лантратовой, которую я помню по старым временам еще моей работы в СПЧ и ее работы в администрации президента. Она с этой Ольгой Миримской была знакома, на яхте ее каталась и помогала ей в этом фантастическом деле вывоза ее ребенка, который был рожден суррогатной матерью, а потом оказалось, что это ее одновременно дочь и внучка. В общем, этой суррогатной матерью была ее дочь.

Опять же, не спрашивайте. Если бы нам такое показали в сериале нашего детства типа «Дикая роза» или «Богатые тоже плачут», мы бы сказали, что сценарист объелся грибов. Но тем не менее.

М. КУРНИКОВ: Но жизнь богаче всегда любого сценария.

Е. ШУЛЬМАН: Это еще не самое поразительное, что есть в этой истории. Она довольно немного лет тому назад получила фантастический совершенно приговор за экономические преступления – 19 лет лишения свободы. Женщина, 19 лет, за ненасильственные преступления. Это просто можно лишиться ума. Такое можно давать только за убийство с расчленением, причем желательно больше двух человек. То есть нет, ничего желательно в этом нет, не надо так поступать.

Итак, что происходит дальше? Этот приговор привлек общественное внимание. Действительно, такая история, там много всякой драмы. Хотите подробностей, леденящих кровь, – послушайте Ольгу Евгеньевну Романову, которая знает эту публику лучше, чем кто бы то ни был другой. Вот она это все рассказывает. Там есть какой-то любовник, какие-то дети, вот это вот все, чеченцы, нынешний омбудсмен по правам человека. Кого там только нет. Опять же, яхты, похищение младенцев, разные подробности.

Так вот, 19 лет ей дают. После этого публика забывает о происходящем. Возможно, как бывает в такого рода громких делах, и заказчик удовлетворяется. А дальше можно применять оставшиеся инструменты самозащиты, ежели вы успели прикопать где-то какие-то деньги. И в апелляции ее срок в 19 лет сокращается до 8 лет и 9 месяцев, вдвое. Шаг номер раз. Шаг номер два – она выходит по УДО (условно-досрочному освобождению). То есть было 19, стало 8 и 9. Сколько-то она сидела в СИЗО.

М. КУРНИКОВ: Задачка для современного школьного учебника.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Подсудимой назначено наказание в 19 лет. При этом она арестована такого-то числа. Приговор вынесен такого-то числа. В апелляционной инстанции приговор снижен, отсиженный срок снижен до такого-то срока.

М. КУРНИКОВ: При этом срок в СИЗО считается таким-то образом.

Е. ШУЛЬМАН: По коэффициенту 1,5. Скажи, малыш, когда можно подавать на УДО? Разные есть нормы УДО для разных статей Уголовного кодекса. Но тем не менее в среднем, если вы отсидели половину… Я надеюсь, что никто из вас, из слушающих, не отсидел никакую половину и не собирается сидеть ни половину, ни 10%. Но тем не менее, когда у теоретического героя нашей задачки по арифметике для четвертого класса половина срока прошла, можно подаваться на УДО, на условно-досрочное освобождение.

УДО – это абсолютно произвольное решение. Оно зависит от доброй воли администрации колонии, например, не было ли у вас взысканий. Кстати, почему еще, например, политических прессуют в колонии, устраивают им какие-то провокации, якобы драки или вообще пишут, что они нецензурно ругались, не застегнули пуговицу, смотрели не в ту сторону и так далее и так далее? Для того, чтобы не дать им выйти на УДО.

А тут ничего подобного не было. В апелляционной инстанции, по-моему, говорилось, что она помогала Донбассу чрезвычайно. Это тоже было судом учтено. И вот она выходит на свободу благодаря институту условно-досрочного освобождения.

Мораль. Какую мораль из этого вывести? Пользуйтесь всеми процессуальными средствами для своей защиты. Даже если вас посадили на 19 лет, жизнь на этом не заканчивается. Младенцев не воруйте. Если вы омбудсмен, не связывайтесь с какими-то мутными женщинами и мужчинами и не привлекайте чеченцев для решения проблем. Вам это потом аукнется.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

Е. ШУЛЬМАН: Давайте еще чаю.

М. КУРНИКОВ: Да, давайте мы добавим чаю.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо. Еще молока надо.

М. КУРНИКОВ: Придется показать марку молока.

Е. ШУЛЬМАН: А-а-а. А мы ее не рекламируем. Надо в картонный пакет, как пиво в Соединенных Штатах положено прятать.

М. КУРНИКОВ: Или вы вот так сюда в эту чашечку.

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, это уже как-то…

М. КУРНИКОВ: Да я шучу.

Е. ШУЛЬМАН: Как будто мы стыдимся чего-то.

М. КУРНИКОВ: Нет.

Е. ШУЛЬМАН: Все, спасибо.

М. КУРНИКОВ: Мы гордимся.

Е. ШУЛЬМАН: Отлично. Ура, ура.

М. КУРНИКОВ: Кстати говоря, по поводу знакомой в этой книжечке. Представляете, открываю и вижу историю про немецкий язык и его изучение и про преподавательницу немецкого языка, которая рассказывает, что некоторые студенты воспринимают это буквально как барьер на пути в эту страну. И там имя и описание, где человек работает.

Е. ШУЛЬМАН: Все имена изменены.

М. КУРНИКОВ: Ну вот тут совпало. Может быть, как раз человек не скрывает. То есть она просто рассказывает как преподаватель, поэтому там не требует замены никакой. То есть там не то что какие-то секреты раскрываются. Наоборот, человек рассказывает о том, как студенты воспринимают…

Е. ШУЛЬМАН: Преподавателя зовут Люба.

М. КУРНИКОВ: Да. Вы тоже, может быть, знаете. Е. ШУЛЬМАН: Может быть.

М. КУРНИКОВ: Вот, вот, вот. Видите как. Я открыл буквально и тут же узнал и подумал, надо же, как бывает.

Е. ШУЛЬМАН: Опять же, даже если вы не знаете никого из этих людей, то «Анну Каренину» может прочесть каждый. И эта книга, может быть, даст вам повод прочесть ее еще раз.

М. КУРНИКОВ: Вдруг вы еще не поставили лайк, дорогие друзья. Поставьте лайк.

Е. ШУЛЬМАН: А чем вы заняты тогда вообще? Сидите там.

М. КУРНИКОВ: Самое время. Ну, а мы возвращаемся. Отец сначала?

Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: Давайте скорее переходить к следующей рубрике.

Отец — Эрнст Фрэнкель

М. КУРНИКОВ: Кто же отец сегодня?

Е. ШУЛЬМАН: Давайте начну с моего личного возмущения. Наш отец сегодня человек, у которого нет статьи в Википедии на русском языке. Это очень-очень стыдно. Я не знаю, кого я сейчас укоряю, глядя тяжелым взглядом в камеру.

М. КУРНИКОВ: Тем ценнее сегодняшняя рубрика.

Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. По-английски есть, по-немецки, естественно, как вы сейчас увидите, есть, на десятке других языков есть, а на русском нету.

Итак, наш сегодняшний герой – это Эрнст Френкель, немецкий юрист и политолог, автор книги «Двойное государство» (или «Дуалистическое государство»), книги, которая раскрывает нам целый ряд механизмов, проиллюстрированных событиями, описанными в нашей первой рубрике «События».

Наконец-то у нас отец, у которого есть биография, о которой стоит поговорить. В прошлый раз у нас был такой боевитый автор, но с ним ничего не происходило.

Эрнст Френкель родился в Германии в 1898 году, будучи евреем.

М. КУРНИКОВ: Начало биографии многих в этой рубрике.

Е. ШУЛЬМАН: Да. «В ненадежном году», как писал поэт, и «столетья окружают меня огнем». При этом умер он в 1975 году, что нетривиальное достижение. (Прим., цитата из стихотворения О.Э. Мандельштама "Стихи о неизвестном солдате", 1937. «Я шепчу обескровленным ртом: /— Я рожден в ночь с второго на третье / Января в девяносто одном / Ненадежном году — и столетья / Окружают меня огнем»).

М. КУРНИКОВ: Интрига.

Е. ШУЛЬМАН: Интрига. Между прочим, тоже в Германии. Но между этими двумя временными точками пролегла долгая дорога жизни, и дорога негладкая.

М. КУРНИКОВ: Надо думать.

Е. ШУЛЬМАН: Френкель наш Эрнст был юристом, был он адвокатом и правоведом, а также членом Социал-демократической партии, что потом доставило ему немало проблем. В общем, такой он был левых взглядов юрист.

М. КУРНИКОВ: Еще раз, Социал-демократической.

Е. ШУЛЬМАН: Социал-демократической. Не

Национал-социалистической. Был он евреем, родился он в Кельне, воевал в Первую мировую войну, потом вернулся, защитил диссертацию по праву, занимался трудовым правом, публиковал научные работы и выступал в качестве адвоката.

С 1933 года, с прихода нацистов к власти, евреям было запрещено выступать в качестве адвоката в судах. Кстати, одна из первых их мер. 1933 год. Нацистский режим трудно назвать вегетарианским в какой-то точке его бытования. Но зубки у них только-только прорезаются, а вот на это они сразу обратили внимание. Действительно, очень многие евреи были юристами. И нужно было вот эту базу подрезать.

Тут наш Френкель пользуется еще некоторой льготой как фронтовик, как участник Первой мировой войны. Поэтому он выступать в суде не может, но юристом работать еще каким-то образом все-таки может.

Он продолжает быть социалистом, он связан с социалистическими организациями, в том числе международными. Мы знаем, что социалистическое движение, вообще левое движение, тогда чрезвычайно интернационально. Вот Интернационал, например, Коминтерн, – это все вполне работающие структуры.

Однако в 1938 году он все-таки из Германии уезжает, чуя, что эта самая фронтовая льгота недолго его будет защищать. Едет он сначала в Великобританию, а потом в США, где он проведет довольно много времени, довольно много дней.

Но еще в Германии он работает над рукописью, которая первоначально называлась «Urdoppelstaat». Эта книга, о которой мы с вами будем говорить сегодня в рубрике «Понятие», называется Der Doppelstaat («Двойное государство»). Помните Doppelgänger? Двойник, буквально второй ходящий. Это такой зловещий термин, который по-немецки звучит гораздо выразительнее, чем на всех других языках. Вот Doppelstaat – это вот это двойное, второе государство, как бы двойник государства. Даже, может быть, так можно его назвать. А Urdoppelstaat, Ur – это прото, первоначальное двойное государство.

Он пишет эту работу на немецком, естественно, языке, понимая, что он ее в Германии никогда не опубликует, и увозит эту рукопись с собой, когда он эмигрирует. И дальше, думая, что текст на немецком лишен какого бы то ни было смысла, он ее переводит на английский язык. И в этом виде она публикуется в Соединенных Штатах в 1941 году.

М. КУРНИКОВ: А как он ее называет? Double State?

Е. ШУЛЬМАН: Он ее называет The Dual State (двойное государство). Там есть подзаголовок «Вклад в изучение диктатуры». Эта книга выйдет по-немецки. Более того, Френкель вернется в Германию. И эта книга, которая была написана по-немецки, переведена на английский, переведена на немецкий с английского.

М. КУРНИКОВ: Ах ты.

Е. ШУЛЬМАН: То есть там вот такая хитрая история. Он потом писал, что этот первоначальный набросок свой он не публиковал, но сохранил, поскольку испытывал к нему сентиментальную привязанность, он для него составлял сентиментальную ценность.

То есть вот представьте себе, в нацистской Германии вот этот вот полуподпольный такой еврей-юрист-правовед пишет книгу, в которой объясняет, как действует правовая система диктатуры. И он ее вывозит, и он ее публикует для американцев, которые потом будут оккупировать часть этой территории. То есть буквально «отшельник в темной келье уж на тебя донос ужасный пишет: и не уйдешь ты от суда мирского, как не уйдешь от божьего суда». (Прим., цитата из трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов», 1825. «Борис, Борис! всё пред тобой трепещет, / Никто тебе не смеет и напомнить / О жребии несчастного младенца, / – А между тем отшельник в тёмной келье / Здесь на тебя донос ужасный пишет: / И не уйдешь ты от суда мирского, / Как не уйдешь от божьего суда»).

Далее в Америке наш Френкель ведет довольно активную жизнь. В частности, он в 1944 году пишет книгу про оккупационное управление в Рейнской области после Первой мировой войны, для того чтобы показать, как правильно оккупировать, на примере того, как неправильно оккупировали раньше. Вооружась этими знаниями, он едет в качестве советника американского правительства в Корею, учить оккупировать. Но ему там не нравится. Видимо, его не слушают. И он возвращается оттуда. Он должен был по линии Организации Объединенных Наций в Корее организовывать выборы. Но американцы как-то не прониклись этой идеей и, в общем, выборы никакие не организовали. Вместо этого стали воевать. В общем, он уехал.

Тем не менее в 1951 году он возвращается в Германию. У нас с вами в голове в таких ситуациях есть две крайности: либо человек возвращается первым рейсом, либо никогда не возвращается и помирает на чужбине. Это вот такой подростковый дуализм.

Действительно, Карл Лёвенштайн, который, прям вот тень его присутствует над нашим рассказом, автор концепции воинствующей демократии или демократии, способной себя защитить, автор первой Конституции ФРГ, он вернулся сразу, в июне 1945 года, прям вот на дымящиеся руины Берлина. Он вот вернулся, еще и участвовал в кампании денацификации. А кто-то действительно никогда не вернулся. (Прим., о понятии «воинствующая демократия» и биографии Карла Лёвенштайна смотри «Статус» от 13 декабря 2022 г. / S06E17).

Но вот вам человек, который вернулся в 1951 году, шесть лет спустя после окончания войны. Преподавал, между прочим, в Свободном университете (Freie Universität) в Берлине. Работал, основал тут Институт изучения Америки имени Джона Кеннеди (благополучно действует до сих пор). И вот таким замечательным образом дожил он до 1975 года, таким образом прожив 77 лет. Очень неплохо.

М. КУРНИКОВ: Но давайте к понятию.

Е. ШУЛЬМАН: И теперь мы можем перейти к понятию.

Понятие — Двойное государство

М. КУРНИКОВ: Итак, двойное государство.

Е. ШУЛЬМАН: Двойное или дуалистическое государство. Теперь я задумываюсь в меру своего отсутствующего понимания немецкого языка над этим названием. Я думаю, действительно, что эту книгу можно назвать «Государство-двойник». Книга не переведена на русский язык. Еще один укоризненный взгляд в камеру. Граждане, вообще, кто о чем думает? Вот сидят и ничего не делают. Что это такое? Сначала, пожалуйста, статью в Википедии, потом книгу тоже.

М. КУРНИКОВ: Перевод.

Е. ШУЛЬМАН: Да, перевод. Она не большая. Опять же, я не хочу сказать, что я прям читала ее в оригинале. Нет, я ее не читала в оригинале. Но я знакома с ее содержанием.

Итак, в чем идея двойного государства Френкеля? Все любят и часто цитируют известный тезис Муссолини «Друзьям – все, врагам – закон». Вот Френкель в некотором роде описал нацистскую правовую и правоприменительную системы, наоборот, исходя из вывернутого принципа: всем –закон, а врагам – исключения. То есть его двойное государство – это как раз, опять же, чем-то похоже на земщину и опричнину. Поскольку он был социал-демократом, то он формулировал так: «Немецкий капитализм нуждался не в унитарном, а в двойном государстве: произвольном в политическом направлении и рациональном в экономическом».

То есть нацистская власть, в отличие от советской, не забирала себе всю собственность, хотя желала контролировать все что движется. Поэтому в сфере экономической деятельности должно было быть базово разумное законодательство и какая-то возможность для защиты своих прав. А вот в политической сфере должна быть возможность для полного произвола.

То есть гражданам, которые до поры до времени не вступают в конфликт с нацистским государством, им остается то, что он называл нормативным государством: повседневное управление, документооборот, налоги, контракты, бюджеты – та часть жизни, в которой должна быть предсказуемость.

А второе государство, вот это самое государство-двойник, он его называет прерогативным или государством мер. Или мы его назовем государством особого режима, государством особого порядка. Это бесконечное, на самом деле, пространство исключений и произвола. Один из главных принципов автократии: если ты не можешь в произвол, то ты не автократ.

Если ты можешь написать себе какие угодно законы, которые тебе позволяют много чего, но если ты не можешь действовать мимо закона, то с тем же успехом мог бы и выборы конкурентные проводить.

В этом пространстве прерогативного или вот этого государства мер, государства спецмер, государства спецправил закон формально не отменяется. Френкель, кстати, хорошо показывает, почему даже такое диковатое государство, как нацистское, которое вроде как там много чего поотменяло, в том числе права человека, не отменяет закон в целом и сохраняет рутину, сохраняет регулярность, более того, даже цепляется за эту регулярность. Но вот там, где у нас вот это политическое, там мы будем делать чего хотим.

И Френкель не просто это выставляет в качестве теоретического положения, он описывает, как это было. Он юристом в судах выступал. И он видит, что есть суды, в которых нормально судят, по писаной норме: где кто-то у кого-то украл там чего-то или даже любимое его трудовое право. Но если вдруг оказывается, что человек, которого там уволили, что он еврей или социалист, или гомосексуалист, или еще что-нибудь в этом роде, то тут весь этот закон немедленно исчезает. То есть противники действующей власти оказываются полностью лишены правовой защиты, в то время как другие группы населения благополучно ею пользуются.

Вывод, который делает Френкель, каждый из нас может сделать тоже на практике. Длительное сосуществование этих двух государств невозможно. Прерогативное государство пожирает нормативное. Двойник убьет оригинал. Тень будет властвовать над тем, кто ее отбрасывал. Нельзя выделить пространство беззакония и сказать: «Вот мы тут с врагами разбираемся. Мы тут основную задачу решаем. Вот тут мы рыбу заворачиваем, а тут у нас порядок. Смотрите, как у нас все хорошо. У нас законодательство такое разумное. У нас суды работают без проволочек. У нас вообще отлично все». Не будет этого. Ржа ест железо, а лжа – душу. Вот это второе государство будет разъедать все остальное. В общем, полезная книжка и полезное, на мой взгляд, знание о биографии автора.

Последнее, что скажу. Дорогие слушатели, скажу следующее. Конечно, поразительно, у какого количества людей в моей сфере, и не только в моей, мы видим вот этот биографический паттерн: еврей, не еврей из Германии, в Германии работал, в Америку уехал. Руками Гитлера Германия отдала Соединенным Штатам первенство во всех областях знания. Я не осознавала, пока я здесь не оказалась, до какой степени это было так. То есть знала: Германия – хорошая страна, Маркс, Вебер, то-сё, Фрейд.

М. КУРНИКОВ: Дело в том, что просто у немцев еще не принято сожалеть об этом вслух и заламывать руки. Они как-то принимают эту судьбу.

Е. ШУЛЬМАН: Ну да. Но, вообще говоря, просто вот так вот отдали первое место во всех науках от физики ядерной до юриспруденции и политологии. В социальных науках, просто потому что я это знаю, ну вот как только не. Многие люди были и теоретиками, и практиками. Вот посмотрите на нашего друга Френкеля или на нашего друга Лёвенштайна. Многие люди были исключительно практиками и потом играли очень большую роль в формировании американской внешней политики. Это тоже были люди, либо лично уехавшие из нацистской Германии, либо увезенные своими родителями.

М. КУРНИКОВ: К вопросам.

Вопросы от слушателей

Вопрос об опасностях прямой демократии

М. КУРНИКОВ: Павел спрашивает вас в Патреоне «Эха», куда я, естественно, призываю подписываться: «Если демократия исторически возникла не как механизм поиска самого правильного решения, а как способ ограничить господство одних людей над другими, то не ошибаются ли сторонники прямой демократии, когда думают, что главная задача – точнее узнать волю большинства? Не является ли главной задачей демократии, наоборот, ограничение любой власти, включая власть большинства?»

Е. ШУЛЬМАН: Абсолютно согласна с дорогим слушателем. Еще раз выражу свое восхищение проницательности и политической грамотности дорогих слушателей.

Люди многие до сих пор думают, что главное в демократии – это принятие решений большинством голосов. Это вам рассказал Владимир Ильич Ленин. Он это называл демократическим централизмом применительно к той партии, которую он устроил, для насильственного захвата власти. Централизм там состоял в том, что решения принимаются центральным комитетом, а демократизм состоял в том, что остальным было предоставлено священное право поднять ручку в одобрение этого решения. Вот это вот и есть демократия. Многие люди до сих пор полагают, что в этом и есть суть.

Демократический механизм заключается не в принятии решений большинством голосов, а в возможности смены власти мирным путем и защиты интересов меньшинства, и правомочности существования оппозиции, исходя из того, что она на следующем электоральном цикле, на следующем витке может стать властью.

Прямая демократия сейчас очень много обсуждается и в публичном дискурсе, и в научных кругах, потому что видно, как институты репрезентативной демократии, представительской демократии как-то трещат и гнутся. Парламентам люди не доверяют в самых разных странах, партиям не доверяют. Там популисты всякие – не люблю этот термин, но тем не менее – к власти приходят. Поэтому, да, разные люди и группы людей и институции пытаются придумать, как учесть мнение граждан в большей степени напрямую. Проводить ли референдумы все время, как в Швейцарии.

Вот, кстати, очередную, на мой взгляд, совершенно идиотскую меру отвергли швейцарцы на референдуме. Какое-то количественное ограничение на прием людей. Сейчас, когда депопуляция вообще уже катит в глаза человечеству, как зима. В общем, ладно, это я отвлеклась.

В общем, какие-то элементы прямой демократии или партиципаторной демократии – это совершенно не одно и то же, партиципаторная демократия (демократия участия), опять же, погуглите или «Статус» соответствующий послушайте – как-то должны быть встроены в демократический механизм. Мы пока не знаем как. Но абсолютная правда состоит в том, что дело абсолютно не в голосовании и не в том, чтобы выяснить мнение большинства. (Прим., о понятиях плебисцит, плебисцитарная демократия, прямая демократия и партиципаторная демократия можно ознакомиться, например,  в выпуске «Статуса» от 05 марта 2019 / S02E26).

Вопрос об обязательном голосовании

М. КУРНИКОВ: Один из вечных вопросов, который регулярно приходит, но мы не так часто его задаем. Шимерин 48 спрашивает: «А почему так мало демократий вводят обязательное голосование? Кажется, что такая мера способствует поддержанию демократии, поскольку она заставляет граждан принимать активное участие в управлении своей страной и задумываться о последствиях своего выбора, что выгодно и для самих граждан, и для политических партий».

Е. ШУЛЬМАН: Вопрос действительно возникает. Давайте начнем вот с чего. В некоторых странах есть символический, но все же какой-то штраф за неучастие в выборах. Например, в Австралии. Тем не менее давайте помнить, что и демократии, и тоталитарные режимы стоят на гражданском участии. И тем, и другим нужны люди. Им надо людей вовлекать. Автократии, наоборот, хотят, чтобы людей было поменьше, а лучше вообще бы не было, а если они есть, то они бы никуда не лезли, сидели бы дома.

Но демократическое участие – добровольное и вариативное. Понимаете, да? Разнообразие есть. Можете так поучаствовать, можете так, можете в одну партию вступить, можете в другую, а можете ни в какую не вступать. Тоталитарное участие – монополизированное и обязательное. Все ходят строем, все поют песню, все сидят на партсобрании, вступают в партию, а если не вступают в партию, то это сильно ограничивает их карьерные и гражданские возможности. Поэтому, если вы обязываете людей участвовать в демократических процедурах, вы делаете эти процедуры тоталитарными. Не надо так поступать.

Мы говорили с вами о том, что высокая явка желательна, но до определенного предела. Да, мы не хотим, чтобы приходило меньшинство и решало за всех остальных, которые почему-то не побеспокоились дойти до избирательного участка. Поэтому в большинстве демократических электоральных систем существует порог явки. Напомню, в Российской Федерации он отсутствует. Поэтому, кстати, бойкот выборов в России мало какой смысл имеет.

Но если у вас явка сверхвысокая… Что мы называем явкой сверхвысокой? К 70 и выше. То это как повышенная температура в теле. Может быть она полезна для изгнания вируса, который в теле завелся, как вот недавно на выборах в Венгрии, судя по всему, случилось. А может быть это признак какой-то поляризации, какого-то напряжения социального. В общем, это не так чтобы очень сильно здорово.

Если вы представите себе явку в 100%, во-первых, у вас сломаются избирательные участки, во-вторых, чем выше явка, тем менее предсказуем результат. Может, оно и хорошо, но не надо абсолютизировать приход всех как некий волшебный способ узнать священную народную волю. Народная воля – это конструкт.

М. КУРНИКОВ: Раз уж вы сказали про Австралию, я скажу, что через наш онлайн-магазин мерча можно и в Австралию заказывать, и в Америку заказывать, и в Европу заказывать, и в Азию заказывать. И есть обновление в магазине мерча.

Е. ШУЛЬМАН: Даже там, где вода в сливе закручивается в противоположную сторону, все равно есть мерч «Эха».

Вопрос о партии Мирная Россия

М. КУРНИКОВ: Еще один вопрос. Теплапус 8795 спрашивает: «Что вы думаете о партии “Мирная Россия”, основанной на прошлых выходных?»

Е. ШУЛЬМАН: Я, между прочим, хотела присутствовать на этом учредительном съезде, меня даже туда пригласили, но не успела. А зря, потому что, судя по отзывам тех, кого не пригласили, но они все равно пришли, было интересно. Мне бы тоже было интересно. Тем более я люблю демократические процедуры, как то прения, внесения поправок и голосования. По всем отзывам, было живенько.

Единицей политического процесса является организация, а не человек. При всем уважении к личному героизму и личному гению, все же действуют в политическом пространстве структуры, а не индивидуумы. А индивидуумы могут действовать только постольку, поскольку они опираются на структуры. Поэтому сама идея партийного строительства в высшей степени правильная идея.

Кроме того, в России дела идут таким удивительным образом, что действительно не знаешь, в какой момент откроется пресловутое окно возможностей для политического действия. И к этому моменту иметь какую-то организацию чрезвычайно кстати может оказаться.

Вообще, проведение партийного съезда за рубежом вызывает сразу целый ряд исторических ассоциаций. И ассоциации эти не то чтобы все очень убаюкивающего характера, но, по крайней мере, выразительные. Те партии, которые проводили съезды за границей, потом в Россию вернулись, а одна даже стала партией власти. Не всем понравилось, отметим справедливости ради, но тем не менее прецеденты такого рода, по крайней мере, случались.

Но, правда, надо сказать, что те партии, партии той поры за границей действовали скорее как фронт-офисы и центры сбора денег, и представительские центры для помощи той работе, которая велась в России, но не могла вестись в России гласно и легально.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, три вопроса прозвучали. Мы заканчиваем программу. Поставьте лайк обязательно, если еще не поставили. И мы с Екатериной Михайловной отправляемся в Испанию буквально практически из этой студии. И 20 июня в Малаге мы прочитаем лекцию «Смерть самодержца: поражения и реформы». Как говорится, пишите в комментариях, угадайте, кто тот самодержец. Естественно, мы обновляем объявления о следующих мероприятиях. Зайдите по ссылке, посмотрите. Там много всего интересного и для Германии, и для Чехии, и для Финляндии, и много еще для кого. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на радио, выходит в приложении, выходит сразу на нескольких ютуб-каналах, в частности на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, начинаю с книги и, как всегда, немножечко волнуюсь, особенно в такие моменты, когда знаешь, что книга очень крутая. Вроде хочется немножко потянуть интригу, но очень хочу увидеть вашу реакцию. Ага! Это Эппле.

Е. ШУЛЬМАН: Это Николай Эппле. Это «Волшебная страна». Это новое издание в твердой обложке с еще более прекрасной полиграфией, чем даже предыдущая.

М. КУРНИКОВ: Вы знаете, да. Это издательство Vidim Books. И, как говорится, смотришь и завидуешь и обладателю книги, и, в общем, издательству тоже. Я редко показываю то, что внутри, но внутри здесь просто какие-то невероятные красоты.

Е. ШУЛЬМАН: Цветные картинки, черно-белые картинки. Николай Эппле – дорогой коллега, филолог, философ, автор книги «Неудобное прошлое», лауреат премии «Просветитель».

М. КУРНИКОВ: Пишет про удобное прошлое, наоборот.

Е. ШУЛЬМАН: Пишет про максимально удобное прошлое. Эта книга про британскую литературу фэнтези или то, что называют «литературой Волшебной страны». Буквально от Льюиса Кэрролла и до Джоан Роулинг. Я знакома с этой книгой. Не буду

говорить, что она впервые попадает мне в руки. Поскольку коллега Эппле у нас тоже иноагент, то в России его публиковать затруднительно, поэтому это новое издание, которое вышло уже вне России, второе издание, исправленное, не подверженное цензуре, не подверженное дефициту краски, клеящих материалов, бензина и чего-то еще, что случается в Российской Федерации. Прям вот красота.

М. КУРНИКОВ: Я думаю, что вы видите, как радуется этой книге Екатерина Михайловна. Соответственно, напоминаю, что эта книга и многие другие книги, в том числе издательства Vidim Books, я вижу, даже в рекламе одна из книжек точно Vidimбуксовская, на сайте «Эхо Книги». Заходите, заказывайте. И таким образом еще и доброе дело сделаете. Естественно, если эту книгу можно купить как-то в Россию, то мы тоже ссылку поставим в описании. Ну, а теперь к первой рубрике.

Не новости, но события

Взрыв в Балашихе

М. КУРНИКОВ: С какого события начнете?

Е. ШУЛЬМАН: Жаль, что нельзя остаться в пределах «Волшебной страны». Наши с вами события совершенно не волшебные. Мы с вами будем продолжать говорить о войне и ее последствиях внутри России.

У нас сегодняшнего утра новость о взрыве автомобиля в Балашихе (это Московская область), гибели человека, который был за рулем этой машины. Имя его пока не называется, но говорится, что это высокопоставленный военный (по одним сведениям, генерал-майор, по другим, генерал-лейтенант), что ему было 62 года. И вот уже появляются претенденты на сомнительное звание пострадавшего. Из того, что я посмотрела: два основных кандидата. Оба довольно высокопоставленные.

Пожалуй, чаще всего пишут о том, что погибший – это был начальник Главного штаба, первый заместитель главнокомандующего Воздушно-космическими силами (ВКС) России, генерал-полковник Александр Максимцев. Он подходит по возрасту. Он 1963 года рождения. 20 августа ему бы исполнилось 63. Сейчас ему 62. Он был командующим авиационной группировки России в Сирии с 2015 года. Он с 2019 года заместитель главнокомандующего Воздушно-космическими силами по военно-политической работе и генерал-лейтенант.

Второй кандидат моложе, ему 57 лет. Его зовут Давыдов Дамир Рафаилович. Он начальник Главного ракетно-артиллерийского управления Минобороны РФ. Он тоже в Балашихе проживает. Эти кварталы вообще застроены домами для военных, поэтому среди тамошних жильцов непропорционально много сотрудников Министерства обороны.

Другие случаи гибели генералов

М. КУРНИКОВ: И давайте отметим, что в Балашихе не первый такой происходит эпизод.

Е. ШУЛЬМАН: Не первый. Прямо совершенно по соседству. Небезопасные это, видимо, кварталы. Вообще, давайте вспомним, какие генералы гибли у нас в Москве за время войны. То есть не возле линии фронта, не в красной зоне, не в желтой, не в зеленой зоне, не за ленточкой, не перед ленточкой, а вот прям непосредственно в самом тылу, в самой столице.

В декабре 2024 года генерал-лейтенант Кириллов в Москве погиб тоже от такого же взрыва.

В апреле 2025 года в Балашихе буквально, как сообщают журналисты, в 350 метрах от вот этого нового взрыва – еще один высокопоставленный сотрудник Генерального штаба, замначальника Главного оперативного управления Генштаба Ярослав Москалик.

В декабре 2025 года на парковке тоже возле своего дома – начальник Управления оперативной подготовки Вооруженных сил генерал-лейтенант Фанил Сарваров.

Публикации о государственном перевороте. Что пишут на Западе и в России

Также было покушение в феврале на замглавы Главного разведывательного управления (ГРУ) Министерства обороны генерал-лейтенанта Владимира Алексеева. Но он остался жив. Там сложная история со сложной драматургией. Он пришел в гости к своей знакомой, кто-то напал на него в подъезде. По одним сведениям, он там героически отбился, по другим, получил травмы. Но, в общем, тем не менее жив он совершенно точно остался.

Я вот на что обратила бы внимание. Некоторое время назад, в начале мая, вышла одновременно серия публикаций в ряде западных и российских эмигрантских СМИ, содержащих некоторые сведения из доклада неназванной европейской разведки. Мы с вами упоминали об этом. Все обратили внимание на то, что в этих публикациях говорится о кремлевских опасениях государственного переворота под руководством Шойгу. Эта информация была сочтена многими, в том числе и нами, несколько малодостоверной. Как-то трудно в это поверить. Трудно себе представить Сергея Кужугетовича в качестве Палена и Миниха, и, вообще, какого-то руководителя coup d'état. Поэтому и весь этот сюжет покрылся такой пленкой недостоверности.

Меж тем, если мы прочитаем эти сообщения, они публиковались в CNN, Financial Times. И первыми из русскоязычных медиа это опубликовали «Важные истории». Так вот, если прочитать все три, то, во-первых, можно увидеть пересекающиеся фрагменты, а можно увидеть и различия. Financial Times, например, не взяли пассаж про Шойгу, видимо, тоже сочтя его не вполне правдоподобным.

Тем не менее, в такого рода сообщениях всегда есть некое информационное зерно. Вокруг него накручивается то, что называется «аналитика» у неграмотных людей, то есть какие-то рассуждения на тему, для того чтобы приподнять немножко уровень своего сообщения, придать ему более общий, более глобальный характер, ну и вообще заинтересовать адресатов.

Спецслужбы работают точно так же. Если вы думаете, что кликбейтом занимаются только журналисты и видеоблогеры, то нет. Спецслужбы точно так же хотят привлечь внимание своих адресатов.

Так вот, на мой взгляд, прочитавши эти все три сообщения, можно выделить из них следующее повторяющееся и выглядящее вполне достоверно, по крайней мере на мои глаза, информационное зерно. Состоит оно в следующем. Вот как раз в декабре 2025 года убивают Фанила Сарварова; взрывают его машину, и он погибает. После этого собирается совещание у президента, на котором сидят руководители главных наших спецслужб: руководитель ФСБ, руководитель Росгвардии, руководитель ФСО и начальник Генштаба, у которого, как куропаток, стреляют буквально и взрывают генералов.

Дальше, по описаниям, начинается ровно та игра по перебрасыванию ответственности друг на друга, которая всегда происходит на таких совещаниях. Вы знаете, не обязательно ходить к президенту. Если вы работали хоть где-нибудь, вы всегда знаете, что если происходит какой-то прокол, собирают всех, кто к этому может быть причастен, и каждый начинает говорить: «За это отвечаю не я, а другой».

На вопрос, почему у нас генералов не первый раз в Москве уже убивают, ФСБ ответила: «Мы важным делом заняты. Не наше дело генералов охранять». Росгвардия сказала: «Мы протестующих должны гонять, а не диверсантов отлавливать». Генштаб сказал: «Я тут вообще главный пострадавший. Это у меня всех убили». ФСО сказала: «Их нет в списке охраняемых лиц».

В результате этой перебранки было поручено ФСО добавить 10 дополнительных генералов в список охраняемых лиц. Вот это сообщение показалось мне настолько похожим на правду, насколько это может быть. Более того, зная, как работает бюрократическая машина, этого не могло не случиться. Какой-то разбор полетов должен был произойти, и точно вот так его сюжетность должна была развиваться. Судя по некоторым деталям из этого рапорта неизвестной спецслужбы, это было где-то в начале 2026 года. Если в декабре произошло это самое последнее убийство, то, наверное, в начале года логично собраться и это обсудить.

Что интересно нам теперь? Нам интересно, в списке этих 10 охраняемых лиц был ли вот этот, кто бы он ни был, ныне подорванный генерал. Если был, то кто теперь виноват? Если не был, то расширится ли этот список до 20 лиц или до 25, соберется ли еще одно такое же совещание у президента на ту же самую тему, поскольку предыдущее, совершенно очевидно, не принесло никаких результатов?

Театр безопасности и расширение полномочий спецслужб

Мы помним, какой театр безопасности развернулся в Москве в марте и в апреле, и в начале мая этого года. Мы помним отключение мобильной связи и перекрытие улиц, и изгнание офисных работников из офисов, и панику вокруг парада. Мы с вами об этом говорили достаточно подробно, потому что это действительно важно, все, что происходит вокруг наших сакральных ритуалов.

Вот театр безопасности, она же секьюритизация, то есть превращение всего в проблему безопасности и отражение атаки врагов, как мы видим, не достигает своих заявленных целей. Но достигает своих других, не заявленных, но сущностных целей, а именно расширение полномочий спецслужб. Расширение их сферы влияния, расширение, наконец, их бюджетов, расширение их штатов, то, к чему они, собственно говоря, и стремятся.

Мы помним также главный закон аппаратной жизни последних лет: ФСБ виновата ни в чем никогда быть не может, что бы ни случилось. При этом у них есть и контрразведывательное подразделение, и антидиверсионное подразделение, и подразделение по работе с зарубежными странами (знаменитая Пятая служба, она у нас еще будет упомянута). Но они никогда не виноваты. Виноват всегда будет кто-нибудь другой. Вот и в этом случае, я думаю, будет все так же.

При этом надо еще заметить, что те сотрудники Министерства обороны, которых не взорвали, тоже не то чтобы очень хорошо себя чувствуют. За прошедший отчетный период у нас два новых высокоранговых достаточно задержания в Министерстве обороны: начальник продовольственного управления Департамента ресурсного обеспечения Минобороны и начальник Автотранспортного управления Главного автобронетанкового управления тоже Минобороны. В общем, два начальника управления у нас тоже вырваны из рядов Министерства обороны. То есть там работа продолжается. Но альтернативы, как видите, такие – либо так, либо эдак.

Еще на одно событие в той же силовой сфере обращу внимание. Не так часто это происходит. А может быть, мы еще реже об этом узнаем, чем это происходит. Спасибо «Медиазоне», которая внимательно смотрит за сообщениями от судов и также за базами судебных решений.

Арест офицера ФСБ

Мы узнали, что, оказывается, арестован в Москве офицер ФСБ по фамилии Сосонкин, Евгений Сосонкин, молодой человек, 37 лет. Он не просто абы какой офицер ФСБ, а он, судя по всему, человек, который курировал операции ФСБ в Ливии. Он возглавлял некий Деловой консультативный совет по Ливии. Структура, которая, как пишут профильные издания, в том числе «The Insider», была создана по инициативе ФСБ, чтобы, как они любят, иметь какую-то невоенного и негосударственного вида крышу для того, чтобы там трудоустраивать своих сотрудников.

Этот Сосонкин упоминался в целом ряде расследований о работе ГРУ и ФСБ в Африке. Он, судя по всему, был близок или, возможно, был одним из кураторов деятельности «Вагнера» в Африке. И кроме того, как офицер ФСБ, он связан с Пятой службой. Пятая служба – это та, которая курирует как раз международные отношения, как их понимают ФСБ. Это тоже служба примечательная, как и все они.

В частности, это то самое подразделение, которое рассказывало президенту Российской Федерации о положении дел в Украине, о состоянии украинской внутренней политики, о состоянии украинского общественного мнения. В общем, на основании их отчетов вторжение произошло в том формате, в каком оно произошло. Вот это те люди, которые обещали «Киев за три дня», встречающих с цветами, с хлеб-солью. Вот это вот они. В рамках того тезиса, о котором мы с вами говорили, ФСБ никогда ни в чем виновата быть не может.

Начальник этого управления на некоторое время, если вы помните 2022 год, далекий, исчез с глаз людских. Были разговоры, что он под домашним арестом, а может быть, даже уже и в «Лефортово». Потом его показали посещающим высокопрофильные похороны (характерный тоже сеттинг), для того чтобы продемонстрировать, что нет-нет-нет, с ним все хорошо.

Почему так происходит? Последнее, что скажем в рамках этого блока. Почему так важно любой ценой задабривать и закармливать именно ФСБ? Потому что в ситуации, когда все остальные опоры трона как-то трещат и шатаются, эти ребята представляются, видимо, единственной надежей, единственной опорой, оплотом. Поэтому у них все должно быть хорошо. Им надо показывать, что даже если они где-то накосячили, ответственности они нести в любом случае не будут.

М. КУРНИКОВ: Очень хочется осмыслить хотя бы даже словосочетание «высокоранговое задержание». Осмыслим, возьмем небольшую паузу.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Ну, а на некоторых каналах мы продолжаем быть в кадре. Ну, какая красота!

Е. ШУЛЬМАН: Да вообще! Вы знаете, я такое обращаю внимание на уровень полиграфии, потому что это, между прочим, важно. Конечно, книжка ценна содержанием, не красна изба углами, а красна пирогами, все понятно. Но то, что можно, вот смотрите, делать такое. Она роскошная, прям вот роскошная. И цвета, и краски. Какая четкость!

М. КУРНИКОВ: Четкая книжка.

Е. ШУЛЬМАН: Вообще! Резкая. Резкая такая. И разные шрифты, и разные иллюстрации.

М. КУРНИКОВ: В смысле так задумано, чтобы были разные.

Е. ШУЛЬМАН: Да, да, да. Игра со шрифтами, как это называется. В общем, какой молодец Николай Эппле. Это здорово.

М. КУРНИКОВ: И издательство Vidim Books.

Е. ШУЛЬМАН: В общем, лучший подарок, если там у кого-нибудь есть какие-то дети, сам кто-нибудь в душе дитя, как все мы.

М. КУРНИКОВ: Ну, почему дети-то? Эта книжка-то не детская.

Е. ШУЛЬМАН: Вообще, нет, книжка, конечно, не это самое. Но картинки. Вот кролик. Всякому же интересно посмотреть на кролика.

М. КУРНИКОВ: Давайте я вам добавлю чаю.

Е. ШУЛЬМАН: Да, пожалуйста.

М. КУРНИКОВ: И мы отправимся дальше в путешествие по волнам политологии.

Е. ШУЛЬМАН: Да, да, хорошо. Подкрепившись, вдохнув свежий воздух иных лугов.

М. КУРНИКОВ: Да, немножко отвлекшись. Ну что ж, дорогие друзья, возвращаемся. Тут обращают внимание, что у вас и кружка с красной вставкой. Да, особенно внимательные могут увидеть, что там даже написано. Или пройти и посмотреть – она есть у нас в мерче. Я думаю, что ссылка в описании есть.

Е. ШУЛЬМАН: И подставочка тоже с таким же вот. М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: У нас все продумано. Наш интерьер-дизайнер не спит.

М. КУРНИКОВ: И мы продолжаем говорить о событиях, продолжаем первую рубрику. Но перед этим я только должен сделать объявление, что мы прошлую программу выпускали из Брюсселя, следующая наша публичная встреча будет в Малаге. Если вы вдруг где-то там, в Испании, то ссылка в описании. Ну, а мы продолжаем.

Эльвира Набиуллина не выступила на Петербургском экономическом форуме

Е. ШУЛЬМАН: Итак, мы уходим от силовых ведомств и переходим к гражданским. Но, вы знаете, там тоже как-то неспокойно, не все здоровы, даже, более того, не все живы.

Нам с вами надо смотреть внимательно, что происходит вокруг Центрального банка Российской Федерации, автономного органа государственной власти согласно Конституции. Опять же, не разводим никакой конспирологии, не ставим диагнозов на расстоянии, но видим четыре подтвержденных официально события, следующих друг за другом и непосредственно связанных с Центральным банком и его руководством.

Петербургский злосчастный международный экономический форум лишился выступлений Эльвиры Сахипзадовны Набиуллиной, которая была заявлена на двух сессиях, но туда не приехала. Это первое публично известное, невыдуманное событие.

Второе. У председателя ЦБ скончался советник по имени Алексей Можин. Примечательный тоже в своем роде человек. Человек, который почти 30 лет был исполнительным директором МВФ от России, то есть представителем России в Международном валютном фонде. Когда-то это была крайне важная организация для Российской Федерации, потому что Российская Федерация оттуда деньги получала, которых ей не хватало. Может быть, еще придется, скажем мы, заглядывая в недалекое, но туманное будущее. Но последние годы, конечно, отношения были уже не те.

Можин ушел в отставку со своей должности в конце 2024 года. Его сменила, кстати, Ксения Юдаева. Как ни странно, представитель России в МВФ продолжает находиться. Я даже не знаю, правильно ли мы поступаем, привлекая внимание к этому факту. Пусть там дальше он присутствует. Присутствовать лучше, чем отсутствовать, я так скажу. В общем, это предшественник Юдаевой на этом самом посту. А он, уйдя с этой должности, стал советником главы Банка России. Вот он скончался, ему было 69 лет. И говорили, что Эльвира Сахипзадовна поехала как раз на его похороны. Состоялись они сегодня.

Я, между прочим, посмотрела на фотогалерею пришедших. Такая светская хроника новой России: кто на чьи похороны ходит. Это важно. Помните, у нас было несколько высокоранговых похорон в последнее время, и присутствие и отсутствие на них отмечалось. От Тиграна Кеосаяна до, например…

М. КУРНИКОВ: Юдашкин, помните?

Е. ШУЛЬМАН: Юдашкин, Старовойт. Так вот, я посмотрела галерею. Я увидела там Кудрина, увидела там Жукова, увидела других знакомых людей, не увидела Эльвиру Набиуллину. Может быть, просто ее не сфотографировали, или она не захотела быть сфотографированной. Это вот у нас следующее событие.

Еще одно мероприятие, на котором она должна была находиться, это конференция НАУФОР. Это такая Российская ассоциация участников фондового рынка. Конференция незатейливо называется «Российский фондовый рынок». 9 июня, то есть сегодня, она должна была там быть. Но ее там не будет. Пресс-служба ЦБ заявила, что она все еще находится на больничном. То есть мы знаем, что она не просто уехала на похороны своего сотрудника, но она сама болеет. Это событие номер три.

Событие номер четыре. У Набиуллиной появился новый заместитель. Зовут его Михаил Мамута. Это не то чтобы какое-то очень изумительное и привлекающее внимание назначение, потому что он работал там же, в Центральном банке. Он возглавлял службу по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг. Это подразделение реорганизуется, создаются два новых: служба по защите прав потребителей и департамент поведенческого надзора. Я так понимаю, что это что-то связанное с необходимостью бороться со всякими мошенниками, которые граждан обманывают, пользуясь их низкой финансовой грамотностью. В общем, реорганизация. И начальник подразделения, которое реорганизуется, повышается до зама. В общем, ничего особенного. Но тем не менее оно так у нас плотненько ложится.

Также мы должны с вами помнить о следующем обстоятельстве, прописанном в российском законодательстве, по крайней мере пока прописанном. Этот срок у Эльвиры Набиуллиной последний. По-моему, больше трех сроков подряд нельзя занимать эту должность. Напомню, что кандидатуру председателя Центрального банка представляет президент, утверждает Государственная Дума. Срок действующего председателя заканчивается чуть больше чем через год – 27 июня 2027 года. То есть, в любом случае, какие-то изменения в Центральном банке предстоят.

Критика политики ЦБ

Тут нет у меня никакого вывода. Я не уверена, что эти события, происходящие одновременно, вообще как-то сюжетно связаны между собой. Всякий может заболеть, всякий человек смертен. А вот это новое назначение действительно выглядит довольно заурядным фрагментом внутриаппаратной жизни Центрального банка.

Тем не менее единственное, что мы точно вам можем сказать, это то, что за этим надо следить. Тут в ближайший год что-то должно происходить. Либо будут внесены изменения в законодательство, которые позволят действующему председателю сохранить свою должность. Тогда вопрос, захочет ли этого она, являются ли все эти болезни способом не участвовать в том довольно балаганном мероприятии, в которое превратился Петербургский экономический форум.

Я напомню, что организатор этого форума – Росконгресс – выпустил доклад от своего имени, в котором критикуется политика ЦБ, как душащая экономический рост. Это старая тема, очень старая тема, еще со времен Глазьева. Нынешний, один из основных публичных оппонентов политики ЦБ, это Олег Дерипаска. В общем, тут много всего есть. Как вы понимаете, это важные чрезвычайно вопросы, которые касаются очень больших денег и очень серьезных интересов.

Минфин предлагает вносить изменения в федеральный бюджет без учёта Госдумы.

Мы с вами продолжаем тем временем говорить о деньгах и о том, как хорошо ими бесконтрольно распоряжаться. У нас с вами такие происходят изменения законодательные, которые позволяют все больше и больше правительству Российской Федерации, а конкретно Минфину, вносить изменения в федеральный бюджет без учета Государственной Думы, то есть без внесения поправок через изменение федерального законодательства.

Я напомню, что федеральный бюджет представляет собой федеральный закон. Это не какая-то бухгалтерская книга, которая хранится в Минфине. Это закон. Он проходит ровно ту же процедуру, что и все законопроекты. Он раньше в четырех чтениях принимался, потом он стал приниматься в трех чтениях, во втором чтении – поправки. То есть все как у всех. Соответственно, если вы хотите внести поправочку в бюджет государственный, вы должны опять идти в Государственную Думу и опять, соответственно, проводить новый законопроект через все три чтения. Можно в первом чтении и в целом, можно поскорее, но тем не менее делать это надо.

М. КУРНИКОВ: Решили не беспокоить депутатов?

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, да.

М. КУРНИКОВ: Что дергать их?

Е. ШУЛЬМАН: Очевидно, это смущает Минфин. Вот опять же, давайте обратим на это внимание. Сейчас я вам расскажу, в чем заключается предложение правительства на этот счет. Но вот это стремление освободить себе руки говорит нам о том, что до этого хоть какой-то ниточкой эти руки все-таки были связаны. При том, что Дума настолько лояльна, настолько имеет конституционное большинство, которое поддержит все, что угодно, включая изъятие у граждан всех их денег и нательного белья, все равно все-таки надо к ним ходить, какое-то время терять. Видимо, что-то Дума все-таки просит за пропускание поправок через свои фильтры, все-таки какую-то денежку отстегнуть.

Опять же, я сейчас не говорю даже о том, что депутаты в личном качестве просят взятку за голосование. Эти времена, на мой взгляд, прошли давно. После первых трех созывов это уже не принято. Например, в свои регионы, в те бизнесы, те сферы, отрасли, в которых они заинтересованы, что-то все-таки они захотят.

Как развивался сюжет? Сначала у нас было большое программное интервью министра Силуанова газете «Коммерсантъ», в котором он говорил, что да, что-то денег-то у нас стало не хватать. Расходы растут, доходы не растут. Вот думаем, откуда взять. И журналист его спрашивает: «Сейчас Минфин занят правкой действующего бюджета, и в этот раз без внесения поправок в Госдуму. Как изменятся основные параметры федерального бюджета – доходы, расходы, дефицит?»

«Действительно, – отвечает министр. – Весной поправок к закону о бюджете не планируется (это вот сейчас весенняя сессия). Тем не менее все вопросы исполнения бюджета, включая перераспределение ассигнований, приоритизация расходных обязательств отрабатываются с парламентской комиссией, членами которой являются депутаты Госдумы и сенаторы. То есть парламентский контроль работает в полной мере». Мы должны тут возразить министру Силуану.

М. КУРНИКОВ: Хотя бы «в полной мере» не говорили бы.

Е. ШУЛЬМАН: Это не парламентский контроль. Если вы людей приглашаете на совещания и в их присутствии рассказываете, что вы собираетесь делать, это не контроль. У них нет никакого контроля. Контроль – это когда они могут, например, против проголосовать. Или за не проголосовать. И не дать вам те 226 голосов, которые вам для этого необходимы, для принятия этого самого своего решения. Но это была заявка.

Сегодня правительство вносит законопроект в Государственную Думу, который позволит осуществлять государственные внутренние заимствования, то есть заимствовать на внутреннем рынке, с превышением предусмотренных действующим законом о бюджете показателей верхнего предела внутреннего госдолга без внесения соответствующего законопроекта в Государственную Думу. Это поправки в Бюджетный кодекс и некоторые другие.

М. КУРНИКОВ: Давайте обратим внимание, что один парламентарий метко назвал такого рода законы «сами себе всё отрезали».

Е. ШУЛЬМАН: Это еще было произнесено в 2001 году. А с тех пор, вы знаете, это выражение вспоминается только чаще. И истина, которая заключена в этих немногих, но веских словах, поражает со все большей силой.

М. КУРНИКОВ: Передаем привет Орловской области.

Е. ШУЛЬМАН: Я на что хочу обратить внимание? Я не знаю, велик или мал внутренний госдолг Российской Федерации. Я даже не знаю, чем отличается внутренний госдолг от госдолга внешнего. Я вижу, что правительство хочет избавиться от даже той тени не то что парламентского контроля, боже мой, каких-то согласований с парламентом, которые оставались на 2026 год. Это нам говорит о двух вещах. Во-первых, с бюджетом что-то не то. Его нужно кроить быстро и тихо.

Понимаете, в чем дело? Поход в Государственную Думу с поправочкой – это не только потерянное время и возможные уступки. Это еще и публичность. Как ни называй скучным названием, как ни проводи в одном чтении и в целом, и в три дня, как Киев хотели взять, все равно. Дума – публичное место. Там 450 депутатов, все хотят внимания, любви, медийности и цитирования. Там журналисты какие-то шныряют недобитые. Это будет известно. Профильные журналисты в Российской Федерации очень высококлассные ребята. Не всех посадили, не все уехали. Поэтому мимо них не пронесешь. Следовательно, хочется: а) быстро, б) тихо. Это не очень хорошо для граждан Российской Федерации, для получателей бюджетных средств и для налогоплательщиков, каковыми мы все до сих пор являемся, и с которых тоже три шкуры норовят сбыть.

Ну и кроме того, как человек, занимающийся парламентаризмом с древних дней, должна сказать следующее. Парламенты – первоначально – это органы сословного представительства, распоряжающиеся деньгами. Они для того, чтобы спорить с королями о бюджете и налогах. Сначала – о налогах, а потом – о бюджете, в который эти налоги вливаются. Если они этого не делают, то их действительно ни для чего не нужно. Это сердце парламентаризма – распоряжение бюджетом и распоряжение налоговыми вопросами. Пока не будет парламента, который может возразить правительству и к которому правительство ходит с просьбой о деньгах, а не наоборот, не видать нам, граждане, никакого вообще народовластия.

М. КУРНИКОВ: Интересно, что как раз по этому вопросу это теперь буквально совещательный орган. Как описал это Силуанов.

Е. ШУЛЬМАН: Законы совещательные. Когда всякие первые Думы планировалось вводить в Российской империи и как-то все-таки немножко нашу абсолютную монархию делать чуть более конституционной, но без конституции, а как-нибудь так, незаметненько, то много копий было сломано вокруг вот этого – законодательный орган или законосовещательный. Законодатель – это, конечно же, монарх. Но вот еще сидят какие-то непонятные люди на государственном довольствии и с ними совещаются. А что с ними совещаться-то, если они не могут остановить что-то, что им не понравится?

В общем, если Дума не распоряжается деньгами, то, по крайней мере, она занимается разными запретами. И на нее также можно переваливать политическую ответственность за очередные запреты.

Содержание второго пакета антимошеннических мер: ограничения и блокировки

Вот, пожалуйста, сегодня пленарное заседание, поэтому мы о Думе с особым удовольствием говорим. Во втором и третьем чтении принят второй пакет антимошеннических мер. Помните, мы с вами об этом говорили. Был первый пакет в предыдущей сессии. Это правительственные все инициативы. Пакет предполагает некий набор законопроектов. Каждый рассматривается сам по себе, но также и принимаются они солидарно. Мы с вами тогда говорили, что не так страшны, может быть, мошенники, как борьба с мошенниками.

Под этим предлогом у нас там ограничено количество симок, которые можно купить на одного человека. Сильно расширены возможности государственных органов и банков самолично блокировать счета гражданам и запрещать им операции по подозрению в том, что они действуют под влиянием мошенников. Ограничено количество денег, которые вы можете снять с банкомата. Кстати говоря, у нас российские граждане бьют рекорды по снятию наличных денег, несмотря на эти все ограничения. Россия возвращается в кэш, то есть буквально на 30 лет тому назад. Все достижения путинской стабильности одно за другим стайкою наискосок уходят, как запахи и звуки. (Прим., «Работу малую висок / Ещё вершит. Но пали руки, / И стайкою, наискосок, / Уходят запахи и звуки». Цитата из стихотворения Б. Ахмадулиной «Прощание», 1960).

То есть вот это не помогло. Тем не менее, вы теперь с большей вероятностью столкнетесь с тем, что какие-то операции по вашим счетам, по вашим картам, какое-то ваше поведение возле банкомата будет сочтено подозрительным. И, дальше, ходите, доказывайте, что вы сами не мошенник и мошенники не запудрили вам мозги.

Что во втором пакете? Замечательная норма – запрет на входящие международные звонки. Правда, не автоматический, но можно будет установить. Помните, мы с вами говорили, что Макрон больше не позвонит, потому что пенсионерам будут устанавливать запрет на международные звонки автоматически. А снять это ограничение можно только при визите в МФЦ. Самолично надо будет прийти.

Родители могут оформлять детскую сим-карту на детей, которая сама фильтрует контент. А потом будет такая же сим-карта для взрослых, которая тоже фильтрует контент. Собственно, к этому мы уже двигаемся.

М. КУРНИКОВ: А чем взрослый хуже ребенка, с другой стороны?

Е. ШУЛЬМАН: Вообще ничем. Их тоже надо защищать. Они же тоже, как дети малые, неразумные. Нефильтрованный контент потребляют, а потом их пучит.

Закрыть сим-карту можно только через 90 дней после ее активации. На Госуслугах появляется красная кнопка. На нее можно нажать и сообщить о мошеннических действиях. Количество банковских карт ограничивается двадцатью на одного человека. Ладно, хорошо. Единая база этих самых IMEI (уникальных идентификаторов) телефонов всех абонентов.

М. КУРНИКОВ: Ну, без базы, сами понимаете… Какой пакет без базы или реестра?

Е. ШУЛЬМАН: Конечно, базы и реестры – это просто наше все. С другой стороны, если будет установлено судом, что банки и операторы связи не в полной мере выполнили меры по противодействию мошенничеству, то можно будет попробовать с них снять какие-то суммы, которые мошенники у вас увели.

Штрафы за авторизацию через иностранные сервисы

В общем, я бы тут обратила внимание больше всего на эту самую единую базу данных уникальных идентификаторов телефонов. У нас уже симки, понятно, привязаны к паспорту.

Еще сегодня одна принята мера – штраф для физлиц, должностных лиц и юрлиц, владеющих сайтами. Если вы разрешаете авторизацию через иностранные сервисы, то есть если можно авторизироваться на сайте через, например, Gmail почту или через какую-то другую, Apple ID, например, то теперь это будет стоить 700 тысяч для владельца сайта, а для физлица – 20 тысяч, тоже, в общем, неплохо. Кстати, Microsoft ID тоже туда же входит.

В общем, теперь можно только через Госуслуги, Единую биометрическую систему. В общем, короче, через Госуслуги либо по номеру российского телефона.

Единая база данных и её последствия

М. КУРНИКОВ: То есть вот эта фраза «в интернет ходить будете по паспорту», она буквально…

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Она все ближе и ближе к реальности. Поэтому среди вот этого всего богатства мер антимошеннического пакета я обращу внимание на эту самую единую базу. То есть не просто ваш номер телефонный привязан к вашему паспорту, так еще и сам телефон физически тоже будет в этой базе. Как граждане, которые телефоны бьют или топят в унитазе, или вообще хотят новый купить? Надо будет перерегистрироваться, вероятно?

М. КУРНИКОВ: Я думаю, что со временем точно.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Это у нас уже в третьем чтении, уходит в Совет Федерации. Так что скоро, дорогие граждане, встречайте в каждом телефоне страны.

К хорошим новостям. Тоже про электронику, но хорошее. Помните так называемый электронный сбор, сбор на покупку любого электронного девайса? Должен был вступить в действие с 1 сентября 2026 года. Отложен на 1 декабря, сообщает нам об этом замглавы Минпромторга. Значит, врать не будет. Решение, по его словам, было принято по просьбе отрасли. Сбор будет взиматься с импортной и отечественной электроники. Календарь понятен более чем. После выборов, а не под выборы. Единый день голосования 20, если я не ошибаюсь, сентября. Парламентские выборы, многие другие выборы в регионах.

М. КУРНИКОВ: Ну, скажете тоже, выборы… Электоральные мероприятия.

Е. ШУЛЬМАН: Электоральные мероприятия. Хорошо. Видите, хоть и электоральные мероприятия, а с паршивой овцы хоть шерсти клок. Наша овца крайне паршива. Парша съела ее уже просто до костей. Но тем не менее какой-то клок, какой-то клочок с нее собрать еще можно. Например, второе за год повышение тарифов на услуги ЖКХ тоже откладывается на второе полугодие. И вот видите, этот самый электронный сбор.

Да, кстати, дорогие граждане, которые нас слушают, если вы подумали купить себе какую-то новую технику, пожалуйста, делайте это сейчас. Сейчас тут у нас рубль укрепляется на каких-то малопонятных надеждах, очевидно, связанных с ценами на нефть. Вот даже еще эти все антимошеннические меры, которые делают дороже и технику, и связь. Понятно же, кто заплатит за всю эту борьбу с мошенниками. Либо мошенникам платите, либо государственным органам. В рубрике «Отец» мы, кстати, еще поговорим об этой как раз логике.

Так вот, если вы мечтали о новом китайском смартфоне, как-то дальше свои мечты лучше не простирать, то самое время вот как раз до 1 сентября и уж точно до 1 декабря… Не, лучше вот прям не откладывая на завтра это все дело купить.

Конфискация имущества судьи Хахалевой

Еще о деньгах и о тех людях, у которых раньше эти деньги были, а теперь их уже нет. Наша традиционная рубрика «Задержания, аресты, конфискации и приговоры». Большая конфискация, связанная с очень долгим сюжетом, ярким сюжетом, красочным. Если вы смотрите всякие разные ютуб-каналы, вы, может быть, об этом тоже слышали и слышали всякие подробности, больше, чем мы можем вам подарить. Но тем не менее тоже это отметим.

Бывшая судья Елена Хахалева, ее родственники и аффилированные с ней лица, которые вообще не родственники, подверглись конфискации. Это у нас суд в Краснодаре. Это уже апелляция. Суд согласился с доводами Генеральной прокуратуры. А Генеральная прокуратура рассказывала о связях семейства Хахалевых с криминалитетом местным краснодарским. Судья Хахалева прогремела на всю страну еще в далеком мирном 2017 году, потому что она неосторожно выдала дочь замуж с излишней помпой по этому поводу.

М. КУРНИКОВ: В сравнительно уже мирном 2017-м.

Е. ШУЛЬМАН: В сравнении с тем, что потом получилось… Список изъятого, пожалуй, говорит о приоритетах жителей Краснодара. Не всех жителей Краснодара, а некоторых. Довольно мало денег относительно, 15 миллионов рублей всего, у нас там уже какие-то были миллиарды, но зато более 100 зданий жилых и коммерческих помещений, 73 участка, 4 коммерческие фирмы.

Так вот, Генпрокуратура говорила в суде, что обучение несовершеннолетних детей экс-судьи краевого суда было оплачено представителями криминального мира. Общая стоимость конфискованных активов даже в суде не называлась.

Еще два момента мы отметим. Во-первых, сама Елена Хахалева находится за пределами России. Мы не одобряем коррупцию, связи с криминалитетом и избыточно роскошные свадьбы, как в рассказе Бабеля про Беню Крика, но тем не менее заочный приговор всегда лучше очного. Это первое.

Второе. Давайте посмотрим на список затронутых, кроме нее самой. Бывший муж, мать, сестра, сын, доверенные лица. Доверенные лица – довольно длинный список. Вот это, кстати, нечто, по-моему, довольно новое. У нас были помощники водителей, жены, мужья таковых. Но вот у нас прям какие-то люди по фамилии Плетень, Шпак, Гилан и Михайлик, вообще никакие не родственники. Они обозначены именно в судебном решении как доверенные лица. Считается, что на них записано было имущество, которое им на самом деле не принадлежало. У них тоже все изъято.

Мы следим за развивающейся судебной практикой относительно конфискаций. Круг задействованных лиц все расширяется, расширяется и расширяется. Дальше у нас будут там какие-то соседи, еще какие-то, мимо проходил, не в ту сторону посмотрел. Судился в этом суде, в конце концов, – может, ты тоже доверенное лицо.

Арест вице-губернатора Новосибирской области

Далее. Еще один вице-губернатор. Это даже как-то скучно. Вице-губернаторы у нас как мухи выздоравливают, цитируя Гоголя. (Прим., «С тех пор как я принял начальство, — может быть, вам покажется даже невероятным, — все как мухи выздоравливают». Реплика Артемия Филипповича Земляники, попечителя богоугодных заведений, из комедии «Ревизор» Н.В.Гоголя). На этот раз – первый вице-губернатор Новосибирской области Юрий Петухов. Он памятен, может быть, постоянным слушателям тем, что он был председателем избирательной комиссии Новосибирской области и, в общем, многое сделал для того, чтобы там не регистрировать, в частности, кандидатов, которых поддерживал…

М. КУРНИКОВ: Дарья Тимурович, если помните, это его рук дело.

Е. ШУЛЬМАН: Это отец Дарьи Тимуровича. Да, совершенно верно. Олды помнят, как принято выражаться. Зумеры гуглят или спрашивают ChatGPT, как там зумеры обычно поступают.

Какая мораль этой истории? Если бы в Новосибирской области были бы в законодательных органах и, может быть, даже в органах исполнительной власти представители, поддержанные Навальным, вообще представители оппозиции, вообще партийное разнообразие, то, может быть, и Новосибирская область была бы иной. И Российская Федерация была бы иной. И, глядишь, не хватали бы людей почем зря с совершенно полной гарантией, что у них не будет возможности защитить себя в суде. Ее нет ни у коррупционера, ни у революционера, ни у оппозиционера, ни у лоялиста. Ни у кого ничего нет.

М. КУРНИКОВ: Ни у честного чиновника, давайте тоже скажем.

Е. ШУЛЬМАН: Ни у честного, ни у коррупционера. Тут уже не разберешь. Господь разберет своих, может быть, а мы уже разбирать этого не можем.

Какие сроки получают чиновники?

Про двух деятелей из Минобороны мы с вами уже говорили. Вот, кстати, например, какие бывают нынче сроки. Бывший управляющий отделением Пенсионного фонда России по Дагестану – пожизненное заключение. Бывший глава территориального управления Росимущества по Приморскому краю – 20 лет. Бывший замдиректора Роснано – 12 лет, правда заочно. Тоже мы всегда такое любим. Бывший депутат законодательного собрания Приморского края, некий Дмитрий Назарец – 11 лет, но тоже заочно.

С другой стороны, хочется закончить этот блок на хорошей новости. Помните, у нас был замгендиректора общества «Знание»?

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Молодой человек, кириенковский сокол буквально, лауреат конкурса «Лидеры России» и все такое. Тоже попал. Освобожден из СИЗО под подписку о невыезде. Мы такое одобряем, вне зависимости от того, одобряем ли мы кадровую политику Сергея Владиленовича Кириенко. (Прим., заместителя гендиректора общества «Знание» и бывшего директора центра знаний «Машук» Антона Серикова, обвиняемого в растрате в особо крупном размере, отпустили из-под стражи под подписку о невыезде, сообщили РБК два источника, знакомые с ходом расследования уголовного дела. По их словам, Сериков признал вину в инкриминируемом преступлении. Подробнее о деле, «Статус» от 24.03.2026 / S09E29).

Напомним дорогим слушателям нашу позицию, которая остается неизменной на протяжении всех последних лет: никакого предварительного заключения за подозрение в ненасильственных преступлениях. Никакого СИЗО, если человек не подозревается в убийстве, в вооруженном ограблении, изнасиловании, побоях и так далее. Все остальное – подписка, залог, который у нас почему-то вообще не применяется, ограничительные меры и так далее. Убегут? А вы получше сторожите.

М. КУРНИКОВ: Ну, а мы переходим к следующей рубрике, но сначала осмыслим.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Да, у нас есть чуть больше минуты на осмысление. А я добавлю вам чай с удовольствием. Я как раз ждал, скажете вы про Новосибирск или нет.

Е. ШУЛЬМАН: Ну как не сказать?

М. КУРНИКОВ: Там, на самом деле, слухи-то еще ходят, что его по наркотической статье задержали. И ехал он, на секундочку, с Петербургского международного экономического форума.

Е. ШУЛЬМАН: Не доел?

М. КУРНИКОВ: Не доехал.

Е. ШУЛЬМАН: Дома доем, как в анекдоте про моль.

М. КУРНИКОВ: В общем, не доехал.

Е. ШУЛЬМАН: Не доехал. Ну что ж… С другой стороны, нашли наркотики в машине – такая классика.

М. КУРНИКОВ: Так в том-то и дело. Нет, а кто ж спорит? Но его, говорят, в аэропорту там задержали. И могли подбросить, в конце-то концов. Тут все понятно. А может, и не эта статья, потому что до сих пор ничего не ясно. «Единая Россия» и эта вертикаль, она же своих не сдает.

Е. ШУЛЬМАН: Никогда. Оказывается, что они не свои. М. КУРНИКОВ: Да, оказывается, что они не свои.

Е. ШУЛЬМАН: Это вообще совершенно посторонние люди. Их никто не знает.

М. КУРНИКОВ: И еще даже новость не появилась о том, что он куда-то исчез, а с сайта регионального правительства и администрации губернатора его почистили, как будто и не было его там никогда.

Е. ШУЛЬМАН: «Исчезающие комиссары», как называется классический труд на эту тему. А вот борцы с коррупцией были за прозрачность, за транспарентность. Небось, безопаснее было бы с ними.

М. КУРНИКОВ: Возвращаемся. Ну, а мы теперь переходим к отцу.

Отец — Чарльз Тилли, социолог и теоретик насилия

М. КУРНИКОВ: Кто отец?

Е. ШУЛЬМАН: Отец наш сегодня много чего имеет сказать по поводу как раз такого рода брутальных новостей, которым была посвящена чуть более чем полностью вся наша предыдущая рубрика. Наш сегодняшний отец – это американский социолог и политолог Чарльз Тилли. Вот если вы любите максимально суровый подход к теории происхождения государства, то Тилли – это ваш человек.

Мы его пару раз упоминали, когда у нас было понятие «государственная монополия на легальное насилие» и когда мы с вами разбирали понятие «стационарный кочующий бандит» Мансура Олсона. Так вот, если вам казалось, что Олсен и его теория государства как бандита – это как-то сурово, непогосударственнически и, вообще, неблагодарно по отношению к отечеству, то сейчас послушайте про Тилли.

Чарльз Тилли – наш современник. Умер он в 2008 году в возрасте 78 лет. Мог бы еще протянуть. Мы вообще любим, когда ученые живут долго. Биография его достаточно мирная. Он в Америке родился в Иллинойсе, в Нью-Йорке умер. Учился в Оксфордском университете. Степень получал в Гарварде. Во время Корейской войны служил, между прочим, в военно-морском флоте. Правда, в качестве казначея в десантной эскадре. Потом вернулся, защитил в Гарварде PhD по социологии, преподавал, писал, был членом всяких академических ассоциаций. Автор многочисленных книг. Некоторые из них переведены на русский язык. Но его такая эпохальная работа вышла аж в 1985 году, то есть достаточно давно. Называется она «Война и строительство государства как организованная преступность».

Вообще, теория происхождения государства из организованного насилия не нова. Как вы знаете, если вы нас постоянно слушаете, есть разные подходы к тому, откуда вообще государство произошло. Есть теория общественного договора, есть теория, что это божья воля, есть теория завоевания, то есть другой этнос приходит на чью-то территорию, потом рассказывает, что «нас призвали, мы варяги, до нас тут порядка не было, мы пришли порядок навести». Вот есть теория, что из применения организованного насилия выросли государственные институты.

Тилли подходит к этому делу еще более, я бы сказала… Прям вот в корень смотрит. Или, я бы сказала, законтращивает. Общественный договор он отрицает. По его мнению, государство является плодом деятельности, по сути, полевых командиров, глав вооруженных банд, которые должны контролировать территорию и, соответственно, извлекать из этой территории ресурсы. Для чего? Для войны.

Главный тезис Тилли, которым он впечатался в мозг многих, это «война создает государство». War made the state and the state made war («Война создала государство, государство воюет»). Основное целеполагание государства – это подготовка к войне и дальше, соответственно, воевание.

В некотором роде это развитие идеи стационарного бандита. Но олсоновский стационарный бандит как бы сидит на своей территории и собирает дань за то, что он эту территорию охраняет от всех окружающих. По Тилли, этот бандит одновременно стационарный и кочующий. Он считает государство расширенной формой банды. И, вообще, государственное строительство расширенной формой деятельности организованной преступности.

Поэтому если вам приходили в голову мысли о том, что только народ они грабят, вот и весь их интерес, а все остальное – слова только для прикрытия, то Тилли – ваш автор.

М. КУРНИКОВ: Кто, вы говорите, он был, военный казначей? Е. ШУЛЬМАН: Казначей был.

М. КУРНИКОВ: Да, похоже.

Е. ШУЛЬМАН: Эти люди, может быть, имеют такой особо не то чтобы циничный, но вот какой-то такой обнажающий взгляд на то, что такое на самом деле государство.

Итак, наш стационарный бандит, наш вообще организованный преступник, глава банды не просто хочет контролировать свою территорию, он хочет ее расширить. Ну и отбиться от соседних, которые точно такие же, хотят на него напасть, а ему надо как-то защищаться. Для этого ему нужна армия. Армию надо как-то кормить, содержать и мотивировать. Откуда взять на это ресурсы? У податного населения, разумеется.

Понятие — Экстракция

Далее тут у нас появляется тот термин, то понятие, которое Тилли ввел в научный оборот. У нас эта рубрика комбинированная. Биография автора, который писал о таких драматических вещах, сама отличается довольно мирным течением, никаких бурь я, по крайней мере, про него не узнала, но вот зато пишет он сурово.

Так вот, понятие его – это «экстракция». Экстракция – это извлечение.

М. КУРНИКОВ: Внимание на доску.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Я доску не вижу, но я надеюсь, что я потом на нее посмотрю. Экстракция – это изъятие ресурсов. Нашему осевшему бандиту нужно ресурсы все время собирать. Какие ресурсы? Во-первых, в виде налогов. Во-вторых, в виде рекрутской повинности, она же всеобщая воинская обязанность. Либо, например, контрактники, либо студенты в БПЛА должны записываться. Иногда можно прям еду забирать напрямую: десятина или, скажем, продразверстка. Вот что-нибудь в этом роде. Для этого нужен аппарат, аппарат принуждения – налоговики и сборщики налогов, суды, тюрьмы, полиция. Перепись для этого. Для чего перепись? Чтобы знать, сколько у тебя голов, сколько ты можешь с них собрать денег. Для чего образование людям давать? Чтобы они потом были более грамотными солдатами.

Надо сказать, действительно, следует признать, что распространение всеобщего и обязательного, то есть государством оплаченного, начального и потом среднего образования в Европе шло рука об руку с созданием массовых армий.

В чем еще разница между концепцией Тилли и концепцией Мансура Олсона об оседлом бандите? Тилли видит государство как рэкетира, который не просто защищает от каких-то там других захватчиков или от диффузного насилия, которое граждане могут применять друг против друга. Он приходит к гражданину с предложением такого рода: плати мне, иначе у тебя дом сгорит. А почему он сгорит? Не потому, что на тебя враги нападут, а потому, что я сам-то его и подожгу. Вот это такая политическая проекция.

Когда совсем напрямую колотить граждан с целью выбить из них деньги, еду и беличьи шкурки стало затруднительно, в ход практически сразу пошла разного рода пропаганда. Вот эту историю про призвание варягов, которую мы упомянули мельком, можно отнести к тому же самому разряду инструментов. Государство говорит гражданам: «Кругом враги. Они вас тут всех побьют. Если я вас не побью, вас побьют солдаты НАТО. Вы же патриоты? Патриоты. Поэтому вы предпочтете быть ограбленными мною, не правда ли? Потому что в этом заключается патриотизм».

М. КУРНИКОВ: Народ, который не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую.

Е. ШУЛЬМАН: Да, народ может задуматься, а в чем, собственно говоря, разница.

М. КУРНИКОВ: Может, те меньше едят даже, в конце концов.

Е. ШУЛЬМАН: Да, вот именно. И, по крайней мере, дальше где-то располагаются. И, может, их кто-то еще кормит, а не только мы. Действительно, зачем кормить каждому свою армию? Можно на какую-то общую скинуться, что ли? Пусть они там упражняются.

Так вот, у Тилли есть и рассуждение на тему, что происходит, когда у граждан, податного сословия, деньги как-то начинают потихонечку заканчиваться. Вообще, Тилли считает, что все государства непрерывно хотят воевать, что вот эта экстракция должна расширяться. Экспансия действительно некоторый закон любой раковой опухоли. В том числе, например, бюрократия всегда создает работу для самой себя и всегда стремится к расширению.

Но Тилли описывает тот момент, когда экстракция из населения по каким-то причинам тормозится. Причины, кстати, могут быть разные. Может быть, вы уже содрали семь шкур, больше не сдирается. Опять же, Тилли не объясняет, каким образом вот в этом страшном мире оседлых бандитов может происходить какая-то демократизация, каким образом вот эта организованная преступность, которая, по его рассуждению, и есть государственная власть, может делиться какими-то полномочиями. Но, предположим, как-то они попали в это странное положение. В общем, граждане парламент себе завели, не хотят отдавать деньги просто так.

Так вот, на этом этапе экстракции начинают подвергаться собственные элиты. Так называемое раскулачивание элит происходит. Вот как нам наш нынешний автор открыл глаза. (Прим., подробнее о Мансуре Олсене, «Статус» от 19.02.2019 / S02E24. О теории оседлого (стационарного) бандита, «Статус» от 21.02.2023 / S06E26).

М. КУРНИКОВ: Мне кажется, на этом и надо заканчивать.

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, еще одно, последнее наблюдение интересное. У него есть еще одно понятие, называется оно «репертуар коллективного действия». От него не ускользнуло, что граждане не очень довольны тем, что с ними таким образом обращаются. Как можно сопротивляться этой самой экстракции? Согласны Тилли, у каждой эпохи есть свой репертуар вот этих самых протестных действий.

Например, скажем, если вы в XVIII веке живете, то, наверное, вы будете выдвигать самозванцев, поджигать усадьбы, бунтовать таким вот образом. Если вы в XIX веке находитесь, то с высокой долей вероятности вы будете организовывать забастовки. Если в XXI веке, то вы будете в интернете собирать петиции.

Или, например, он также упоминает в качестве этого репертуара бегство от рэкетира. Мир-то стал прозрачен. Вы, правда, если продолжать его логику, прибежите к другому рэкетиру незамедлительно, из объятий одного в объятия другого. Но, может быть, тот рэкетир как-то вам понравится несколько больше.

Мне чем понравилось это рассуждение? Мы тут довольно часто упрекаем современные общества в том, что они не могут организовать стачку, как рабочие Путиловского завода. А может быть, просто уже репертуар другой.

М. КУРНИКОВ: Репертуар.

Е. ШУЛЬМАН: И эффективен ли репертуар XXI века по сравнению с поджогом усадьбы века XVIII?

М. КУРНИКОВ: Оставим этот вопрос открытым. Напишите в комментариях.

Е. ШУЛЬМАН: Пишите свои варианты в комментариях. М. КУРНИКОВ: А мы переходим к вопросам от слушателей.

Вопросы слушателей

Вопрос об отношении общества к участникам СВО

М. КУРНИКОВ: Я начну с Патреона «Эха», где Аями Мурасаки спрашивает. Я не мог, сами понимаете, этот вопрос не задать.

Е. ШУЛЬМАН: От Мурасаки?

М. КУРНИКОВ: «Смотрела интервью про “Этнографический словарь войны” с Александрой Архиповой».

Е. ШУЛЬМАН: Все так делайте.

М. КУРНИКОВ: Да. И все читайте «Словарь войны», конечно. «Много страшных историй про судьбы мобилизованных, про обиду матерей и жен, часть из которых сетует, что они вроде как жены и матери героев, согласно пропаганде, и при этом вокруг все спрашивают только про то, сколько они получили денег. Получается, что не жена героя, а жена наемника. Хотя по телевизору, условно, говорят именно так. Может ли такой диссонанс в ощущениях людей между окружающей социальной реальностью и официальными лозунгами начальства изменить общество? Если да, то как именно?»

Е. ШУЛЬМАН: Да, мы действительно знаем по целому ряду социологических свидетельств, что героизация не встречает отклика на местах. Действительно, война рассматривается как опасная, но высокооплачиваемая работа. Идущие рассматриваются как идущие добровольно. Они знали, на что шли. Если деньги им выплатили, то больше никаких претензий у них и у их семей быть не может. Валидная претензия, с точки зрения российского общества, – это только претензии не доплатили, не оплатили, документ не выдали. Если с вами расплатились, то что еще вы можете этому государству предъявлять?

Мне кажется – это уже мое предположение, – что это некий способ для социума, ощущающего дискомфорт, немножко отстраниться от этой войны. То есть, смотрите, если они герои, значит, они нас защищали. Если они нас защищали, то мы их туда посылали нас защищать. А если они просто пошли деньги зарабатывать, как вот на вахту на Север поехал, а там замерз, ну, бывает. Зато семья будет пенсию получать. А тут как бы мы не несем ответственности. Мы – общество – не несем ответственности за эту войну. Это у начальства какое-то свое дело, оно готово за это дело платить. Есть люди, которые пошли, на эти деньги повелись.

Я думаю, что героизация действительно особо никому не комфортна. И как раз всякие меры по этой героизации являются попыткой понравиться лично президенту, потому что, кажется, ему это важно. Вот как только он либо отвлечется от этой темы, либо вообще успокоится уже наконец, вот это, я думаю, довольно быстро сойдет. Потому что никому неприятно об этом думать и говорить.

Опять же, это не из миролюбия, не из гуманизма. Российское общество атомизированное. Российское общество с низким уровнем доверия. Оно вообще неэмпатичное. Жалко у пчелки известно где. Кто не слышал эту фразу в тяжелые минуты жизни? Все слышали. Поэтому еще размазывать свои небольшие запасы эмпатии на каких-то вот этих вот…

Участники СВО смешались с теми, кто вышли из колоний, хотя это меньшинство. Вот эти возвращающиеся опять кого-то изнасиловали, зарезали. Это громко шумит. При том, что никто еще толком не возвращался. Это все цветочки-цветочки. То есть тут вот много причин, по которым никакой любви и сочувствия к ним никому не хочется особенно проявлять.

Я думаю, да, это себя проявит. Это может себя проявить в попытке, когда все закончится, очень быстро это дело затоптать, замести под ковер, вообще не видеть, не смотреть в сторону этих кладбищенских рядов бесконечных. И игнорировать вот эти все семьи: типа, деньги тебе дали, уйди отсюда, заткнись.

Я думаю, что те же самые губернаторы и региональные чиновники, которым сейчас надо как-то нянькаться с этими женами, вдовами героев, принимать их, выслушивать их жалобы, потому что иначе они разорутся, жалобы напишут, они с огромным удовольствием прекратят вот это все. У нас вообще не любят с народом разговаривать, а тут еще, когда у народа какие-то права появились или, по крайней мере, публичная претензия, с которой они могут с тобой разговаривать, с тобой,  власть предержащим, то это тем более неприятно.

Вопрос о злоупотреблении правом

М. КУРНИКОВ: Следующий вопрос – от Павла Качински: «Можно ли считать рокировку 2008-2012 года примером того, что формальное соблюдение буквы Конституции может в тот же момент быть нарушением ее политического смысла, то есть принципа сменяемости власти? Где в таком случае проходит граница между законной интерпретацией и злоупотреблением конституционной формой?»

Е. ШУЛЬМАН: Поскольку законы состоят из слов, то они действительно зависят от интерпретаций. Поэтому надо стремиться к тому, чтобы писать максимально недвусмысленные законодательные нормы. Ну вот я часто говорю, что идеальная формула закона – это вот то, что на будке электрической написано: «Не влезай – убьет!». Не влезай – убьет, влезай – убьет. Тут все понятно: диспозиция – санкция. Как писал молодой Пелевин, месседж был очевиден даже идиоту. (Прим., цитата из романа Пелевина «Generation „П“», 1999. В оригинале цитата звучит «Message был очевиден даже идиоту»). Вот так надо писать.

Но никакая формулировка сама себя не защитит. В нормально устроенном обществе и в нормально устроенной политической системе непрерывное трактование норм принадлежит обществу и его институтам, среди которых суд, парламент, пресса, общественные организации, экспертные институции, публичные площадки, на которых все время это обсуждается. И это обсуждение имеет значение, потому что оно отражает мнение каких-то секторов общества, каких-то его слоев, которые в свою очередь являются избирателями и налогоплательщиками, поэтому к ним приходится прислушиваться.

Вот что так возмутило людей в 2011 году? Вот эта манера «кручу-верчу, много выиграть хочу». Опа-опа-опа, а ручки-то вот они. Закон соблюли, был Медведев, нет Медведева, туда-сюда, раз, ага. И чувствуешь себя дураком. И правильно чувствуешь, потому что действительно надурили.

К тому моменту уже, видимо, инструменты, институты сдерживания были в достаточной степени поломаны, чтобы общество, даже попытавшись взбунтоваться, (а оно попыталось и бунтовало и в 2011, и в 2012 году), не сумело этого сделать. Да, это одна из печальных развилок российской истории. Я помню, когда я услышала про эту рокировку, первый раз написала в Фейсбуке у себя под замком, написала одну фразу – «Бедная Россия». Вот это было мое первое чувство. И много лет спустя, 15 лет спустя – да.

Вопрос о защите репродуктивных свобод от пожилых мужчин

М. КУРНИКОВ: Давайте похулиганю. Влада Ванкова 882 спрашивает: «Екатерина Михайловна, вы всегда поддерживали всеобщее избирательное право и были против, например, образовательного ценза. Но как насчет запрета для мужчин, в том числе членов Госдумы, голосовать за любые инициативы, касающиеся женского тела и здоровья?»

Е. ШУЛЬМАН: Нет, вы меня не собьете с моей демократической позиции. Всеобщее избирательное право – для всех. Избиратель делегировал депутатов в парламент, он голосует по любым вопросам.

А давайте пойдем проверять. А женщина тоже не может голосовать, если у нее, может, репродуктивный орган не в порядке. Не служил – не мужик, не рожала – не баба. Что это такое? Куда мы зайдем с этими ограничениями?

Счастье лежит не на пути ограничения, а на пути, наоборот, расширения прав. Для того, чтобы, собравшись вместе, компания пожилых мужиков не напринимала закон о контроле над яйцеклетками и создании Всероссийского реестра яйцеклеток, надо, чтобы в парламенте не было монополии, чтобы там были разные партии, в том числе и те, которые захотят въехать в эту Думу на женских голосах.

У нас давно известно, между прочим, по опросам и по фокус-группе, что несуществующая партия, типа Партия женщин, вот если ее называют, опрашивают, то она сразу получает 5%+ голосов. Вот так вот. Что называется, еще партии нету, ничего нету, ни одного лица, никаких там людей в ней, а вот если будет такая партия, больше 5% готовы за нее голосовать.

Опять же, при нормальном электоральном процессе это будет фактор, который будет учитываться. При нормальном электоральном процессе имеется Верховный суд и Конституционный суд, куда, наверное, не только один президент назначает своих друзей, знакомых, однокурсников, а делегируют туда парламентские фракции также своих представителей, соответственно, политические партии, которые подумают десять раз, прежде чем раздражать, не говоря уж о том, чтобы терроризировать большую часть электората.

М. КУРНИКОВ: Спасибо за ответ. Спасибо всем, кто смотрел. Не забудьте поставить лайк, дорогие друзья. Три лайка, в конце концов. Это тоже возможно. Подпишитесь на каналы, на которых идет «Статус». Ну и если вам интересны мероприятия, а там уже выложены на несколько месяцев вперед, зайдите по ссылке в описании. Если я правильно помню, в Берлине как минимум два ближайших. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на многих ютуб-каналах, в том числе на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер!

М. КУРНИКОВ: Естественно, в приложении «Эхо», по радио «Эхо». А еще она выходит сегодня для зрителей в Брюсселе. Здравствуйте, брюссельцы!

Надеюсь, что интернет не подведет, связь будет работать хорошо, и программа наша будет доступна в разных странах, включая Российскую Федерацию. Но, где бы мы ни находились, начинаем мы всегда с книги, которую я вам дарю. И надо сказать, что в этот раз дарю ее с особым чувством. Это книга, которую, я точно знаю, вы давно ждали. Это книга Елены Лукьяновой «Основной закон». Я не знаю, как вы, а у меня в голове сразу та самая песня «Веселая колхозная».

Е. ШУЛЬМАН: «Веселая колхозная».

М. КУРНИКОВ: Это внутренняя шутка, простите. Но, действительно, «Основной закон». Так вот, Екатерина Михайловна, книгу эту можно уже заказать на сайте «Эхо Книги». И, конечно, ее можно заказать в Россию в том числе, но не на этом сайте, а на других сайтах. И мы обязательно ссылки повесим в описании. Если что, на всякий случай, эта книга о Конституции или даже о Конституциях – о прошлых, нынешней и будущей. Давайте так это сформулируем. Я могу сказать, что Елена Лукьянова некоторые фрагменты этой книги читала в лекции в Гамбурге. Помните ли вы «Курс» в Гамбурге?

Е. ШУЛЬМАН: Конечно. Я сама там тоже выступала.

М. КУРНИКОВ: Обязательно найдите, посмотрите. Это правда очень интересные лекции и Елены Лукьяновой, и Екатерины Шульман. Кстати говоря, на следующей неделе мы записываем новый «Курс», в Берлине, и на него есть бесплатная регистрация. Успейте. Там число мест ограничено. Если вы будете в Берлине с 10 по 12 июня, ссылка будет в описании, запишитесь. Это бесплатно.

Е. ШУЛЬМАН: Это в Университете Гумбольдта будет происходить. Это серьезное научное мероприятие.

М. КУРНИКОВ: Именно так. Ну, а мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Контроль над интернетом и роль ФСБ

Е. ШУЛЬМАН: Итак, отложив в сторону книгу о Конституции, будем мы с вами говорить о некоторых внеконституционных практиках. Вот уже которую неделю мы наблюдаем за приключениями связи в Российской Федерации, за тем, как она отключается, появляется, кто ее регулирует, какая ведомственная борьба происходит вокруг контроля над интернетом. Мы с вами говорили о том, что в середине марта в Москве в течение почти 20 дней мобильный интернет, в общем, был отключен. Мы говорили с вами о том, как после этого, в общем, было зафиксировано новое ведомство, которое теперь у нас определяет, будет у граждан мобильный интернет или нет. И это ведомство – это ФСБ, а конкретно, его Вторая служба по защите конституционного строя. Сегодня мы с вами поглядим, что в этой области происходит в дальнейшем.

Предвыборные послабления: VPN, блокировки и иностранный трафик

Во-первых, надо сказать, что с точки зрения фактической, то есть с точки зрения доступности интернет-связи, похоже, некоторые предвыборные послабления мы наблюдаем. Тут у нас нет какого-то единого источника или какой-то официальной декларации. Мы ориентируемся в основном на донесения с мест. Но есть, например, сообщение анонимного, правда, источника, но в РБК о том, что до выборов не будут вводить плату за иностранный трафик. Если помните, такая идея анонимно, но тоже обсуждалась. Соответственно, дополнительная плата за пользование VPN тоже не вводится.

Блокировки VPN, кажется, несколько ослабли, насколько можно судить по поступающим сведениям. То есть дело не в том, что перестали блокировать или стали как-то слабее блокировать Вотсап или Телеграм. Речь о том, что российские платформы, такие как Wildberries или Ozon, или ВКонтакте, или Яндекс перестали тормозить или вовсе препятствовать входу пользователей с иностранными IP. Это, в общем, довольно очевидная предвыборная мера. То есть, видимо, связь между снижающимися рейтингами разных органов власти и интернет-блокировками была донесена до руководства.

Но, может быть, тут речь идет о том, чтобы, как это называется по-английски, выдавать необходимость за добродетель. Может, просто не получается блокировать VPN. Может быть, действительно многие не просто частные лица выходят с иностранных IP, но и российские сервисы и сайты тоже иностранные IP используют. Поэтому просто все не заблокируешь.

Тем не менее на официальном уровне у нас есть вот такое скупое на слова, но важное свидетельство. Опубликован перечень поручений президента по итогам совещания с членами правительства. Совещание было аж 23 апреля этого года. Соответственно, сейчас, 30 мая, вышел этот перечень поручений. Среди них есть такое.

Поручение президента о работе сервисов при ограничениях интернета

«Правительству Российской Федерации совместно с ФСБ России обеспечить бесперебойную работу важнейших сервисов, в том числе систем оказания медицинской помощи, федеральной государственной информационной системы «Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)» (Госуслуги), платежных систем, и доступ граждан к таким сервисам в период ограничения функционирования информационно-телекоммуникационной сети “Интернет”».

Что мы можем вычитать из этой новости? Во-первых, многие СМИ вычитали из этого следующий заголовок: президент поручил обеспечить доступность вообще интернета в России. Ничего подобного. Поручено следующее. Во-первых, «правительство Российской Федерации совместно с ФСБ». Таким образом, список поручений констатирует, что за работу интернета в России отвечают теперь на равных правительство и ФСБ. Кстати, ответственные за исполнение этого поручения – это Мишустин и Бортников, соответственно, премьер-министр и директор Службы. Доклад – до 1 июля. То есть до 1 июля они должны доложить, как они справляются.

Во-вторых, тут речь не идет о том, чтобы вообще интернет работал. Речь идет о том, чтобы важнейшие сервисы, а именно, государственные, оказание медицинской помощи, Госуслуги, платежные системы, бесперебойно работали. Когда? В период ограничения функционирования информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Что это за период ограничения функционирования? Не говорится, что это какой-то чрезвычайный период. Не называются его сроки. Просто вот какой-то такой период ограничения функционирования. Нанизывание родительных падежей – это один из родовых признаков канцелярского языка. В общем, теперь у нас официально установлено: за интернет отвечает ФСБ.

Пресс-релиз ФСБ о вредоносном ПО и иностранных спецслужбах

Как именно ФСБ собирается отвечать за интернет, мы с вами периодически узнаем из его собственных сообщений. Наша регулярная рубрика «Читаем пресс-релизы ФСБ вслух». Но, надо сказать, на этот раз действительно интересный, прям вот сегодняшним числом выпущен пресс-релиз. Он на сайте, если вы туда зайдете, выделен прям красным цветом.

Итак, «Федеральной службой безопасности вскрыта и задокументирована широкомасштабная акция иностранных спецслужб по внедрению и применению на мобильных средствах коммуникации высокопоставленных российских служащих вредоносного программного обеспечения, используемого для снятия имеющихся данных, прослушивания ведущихся переговоров, а также негласного акустического и видеоконтроля обстановки вблизи электронных устройств, направленная на получение чувствительной информации».

Итак, можно понять, что какой-то Pegasus оказался в мобильных средствах коммуникации высокопоставленных российских служащих. Дальше говорится, что это все было сделано с использованием технических возможностей крупных международных IT-корпораций посредством использования средств мобильной связи.

М. КУРНИКОВ: Посредством средств? Прям так и написано? Замечательно.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Посредством использования средств мобильной связи представителями иностранных спецслужб осуществлялось скрытое несанкционированное снятие различного рода информации с устройств объектов кибератаки.

И последний абзац, на который я обращу ваше особое внимание. «ФСБ России предупреждает о том, что спецслужбы иностранных государств в проводимой ими деструктивной деятельности применяют современные информационные технологии (в отличие от нас), в том числе с использованием мобильных средств связи. Обсуждение конфиденциальной информации по ним (это по мобильным средствам связи) и вблизи них недопустимо, так как содержание Ваших переговоров («Ваших» почему-то с большой буквы) может стать известно третьим лицам и повлечь наступление необратимых последствий».

М. КУРНИКОВ: Может быть, это к какому-то конкретному человеку обращаются, между прочим.

Е. ШУЛЬМАН: Правильно. Почему я вам зачитываю эту изящную прозу, дорогие слушатели? Может быть и те, кто сейчас слушает нас в Брюсселе, но в особенности те, кто наблюдает нас издалека. Что из этого следует?

Кибератаки и возможный запрет мобильных телефонов

Во-первых, вот эти высокопоставленные российские служащие, которые допустили установление на свои средства коммуникации вредоносного программного обеспечения, они имеют хороший шанс пойти по госизмене или, как минимум, конфиденциальному сотрудничеству с иностранными организациями.

Во-вторых, вас предупреждают, что недопустимо использовать современные информационные технологии, в том числе с использованием мобильных средств связи. Так делают только иностранные спецслужбы в проводимой ими деструктивной деятельности.

В общем, запрет высшим госслужащим пользоваться мобильными телефонами, по-моему, не за горами. Была ведь уже тема, что нельзя им пользоваться айфонами, потому что айфоны какие-то особенно зловредные. Потом, пока суд да дело, эти айфоны им дистанционно отключили, не дожидаясь, пока они проявят сознательность и перейдут на российские аналоги. Имеются российские аналоги?

М. КУРНИКОВ: Вы знаете, я еще думаю, что каждый современный автомобиль это тоже средство связи. И по большому счету пользоваться ими и разговаривать в автомобиле тоже должно быть запрещено.

Е. ШУЛЬМАН: По ним и вблизи них тоже.

М. КУРНИКОВ: По ним и вблизи них. Посредством средств.

Е. ШУЛЬМАН: Посредством средств с использованием. Итак, дорогие слушатели, находящиеся на госслужбе, недалек тот день, когда, как минимум, у вас будут собирать телефоны на проходной, а, как максимум, вообще запретят вам с ними, ими и на нем, – как в известной максиме про щит и спартанца, «с ним или на нем». Им или вблизи них тоже недопустимо. (Прим., со щитом или на щите – фразеологизм, означающий призыв победить, добиться цели или погибнуть со славой. Восходит к Древней Спарте, где павшего в бою воина, предположительно, несли с поля битвы на его щите).

Как здесь верно написано, недопустимо. Так что если кто-нибудь думает, что ограничения – это для простого народа, а у привилегированных слоев всегда будут какие-нибудь привилегированные средства доступа, то, с одной стороны, да, а с другой стороны, у привилегированных слоев и свои опасности. Например, деструктивные иностранные спецслужбы осуществляют скрытое и несанкционированное снятие с устройств объектов кибератаки.

В общем, ждем продолжение этого сюжета. Тут отдельным абзацем есть зловещая фраза «следствие продолжается». Клиффхэнгер. Ждем следующих эпизодов этого сезона. Но я бы действительно ожидала увидеть каких-то прям госслужащих, которые стали жертвой этой самой кибератаки. Ведь если ФСБ кого-то разоблачила, то этот кто-то должен быть предъявлен.

Кроме вот этих прикладных смыслов, в этом сообщении есть еще один смысл, и он знаком нашим постоянным слушателям. ФСБ продолжает свою войну с информационно-телекоммуникационной сетью, современными информационными технологиями и мобильными средствами связи. Все это для них инструменты для терроризма, для деструктивных иностранных спецслужб, для снятия и наступления необратимых последствий. Поэтому все это безобразие противоречит основам российской

государственности и традиционным ценностям и, соответственно, должно быть уничтожено.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим это.

Е. ШУЛЬМАН: Это надо осмыслить.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Отлично. У нас пошла первая реклама. Мы можем немножко выдохнуть, да. Я могу добавить чаю.

Е. ШУЛЬМАН: Да, пожалуйста.

М. КУРНИКОВ: Тут такой чайник, как будто бы Аладдин должен из него.

Е. ШУЛЬМАН: Или Джинн.

М. КУРНИКОВ: Или Джинн, я не знаю.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Пробовали потереть?

М. КУРНИКОВ: Нет. Я боюсь пока. Не в эфире, по крайней мере.

Е. ШУЛЬМАН: Не в эфире, хорошо.

М. КУРНИКОВ: Вот эфир закончится, и я его потру. Е. ШУЛЬМАН: Разрушить город или построить дворец.

М. КУРНИКОВ: Мне кажется, что «Статус», когда вы читаете пресс-релизы ФСБ, все больше похож на программу «Закладка». То есть вы обсуждаете литературные…

Е. ШУЛЬМАН: Да, мне тут надо себя сдерживать как-то.

М. КУРНИКОВ: Хотя, кстати говоря, название этого зала такое, что лучше бы подошло для «Закладки», чем для «Статуса».

Е. ШУЛЬМАН: А как называется?

М. КУРНИКОВ: «Будуар».

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.

М. КУРНИКОВ: Так, мне нужно поправить вам немножечко микрофон, чтобы было лучше слышно.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо. Я немножко его задеваю, время от времени. Надеюсь, что это не сказывается на звуке.

М. КУРНИКОВ: Так лучше? Напишите нам, пожалуйста, дорогие режиссеры трансляции.

Е. ШУЛЬМАН: Пишите в комментариях, дорогие режиссеры, стало ли лучше или нет.

М. КУРНИКОВ: Ну вот, вроде бы все хорошо. Надо поближе просто стараться говорить в него. И все будет замечательно.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо, мне еще надо видеть конспект. М. КУРНИКОВ: Вот сейчас совсем хорошо.

Е. ШУЛЬМАН: Сейчас совсем отлично?

М. КУРНИКОВ: Сейчас совсем отлично. Так, у нас осталось 20 секунд до рекламы.

Е. ШУЛЬМАН: А сколько сейчас точно времени?

М. КУРНИКОВ: 13 минут. Мы возвращаемся. Осталось меньше 10 секунд. Да, мы снова в эфире и продолжаем первую рубрику.

Александр Шохин как бизнес-омбудсмен и защита предприятий

Е. ШУЛЬМАН: Итак, небольшая кадровая новость последних дней, на которую мы, может быть, не обратили бы внимание, но с ней связан еще один сюжет, может быть, более значимый. Есть такая должность омбудсмена по правам предпринимателей. Ее занимал много лет Борис Титов, не очень привлекая внимание санитаров, не очень много привлекая внимания к себе. Но, видимо, устал он от этой должности. И теперь на нее назначен другой, я бы сказала, опытный царедворец – Александр Шохин. Он сохранит при этом должность главы РСПП (Российского союза промышленников и предпринимателей). Но вот одновременно как-то будет правами предпринимателей тоже заниматься.

Какой же более важный сюжет связан с этим не очень значимым назначением? Александр Шохин встречался с президентом и обсуждал с ним проблему резервистов, которые охраняют разные промышленные объекты и предприятия. Предложил он создать механизм финансирования защиты предприятий от терактов. Под терактами на официальном российском языке имеются в виду налеты дронов и БПЛА, от которых страдают в первую очередь НПЗ, но и разные другие промышленные предприятия и объекты тоже.

Как известно, есть светлая идея поручить самим утопающим спасение утопающих – поручить самим предприятиям оплачивать свою радиоэлектронную защиту, самим покупать свои ПВО и так далее. В такой мягкой форме, как обсуждение проблемы резервистов, этот вопрос был сделан публичным. То есть сказать напрямую, что у нас до такой степени обстреливают важные индустриальные объекты и при этом у нас настолько мало возможности их защитить от имени государства, что мы поручаем им это делать самим, чтобы этого не говорить, говорится, например, такое.

«Есть проблема, связанная с привлечением резервистов на охрану этих объектов. Соответствующее решение принято. Но часто бывает, что эти резервисты сегодня в одном месте, а завтра в другом. Только они объект начинают понимать, как уже возникают новые задачи, что вполне понятно», говорит Александр Шохин, как человек чрезвычайно опытный. А дальше начинает просить оружие буквально: «Вопросы требуют урегулирования. Связаны они с механизмами обеспечения вооружением – не только легкого вооружения, но и более крупного. Это и различные системы РЭБ, и лазерные установки, и калибры другие». Может, он танк тоже попросил, но это в стенограмме не зафиксировано.

Я напомню, что еще в конце 2025 года у нас появился закон о привлечении резервистов к охране стратегически важных объектов в мирное время. Вообще, резервисты в мирное время вроде как должны находиться в резерве. Но вот теперь можно их использовать для охраны стратегически значимых объектов. В регионах такие формирования образуются. И база правовая для этого есть. Также есть правовая база для того, чтобы вооружать охрану предприятий. То есть ЧОПы, которые работают на различных коммерческих объектах. Но теперь речь уже идет о том, чтобы не просто их вооружать каким-то легким оружием, но и огнестрельным, и более тяжелым.

Надо сказать, что – хотя это не очень публичная история, но тем не менее частично публичная – довольно многие российские корпорации уже обзавелись тем, что, наверное, нельзя называть ЧОПами, то есть частными охранными предприятиями, а можно вполне уже называть ЧВК, то есть такими небольшими приватными армиями. У «Газпрома» таких есть несколько, они носят поэтические названия «Факел», «Поток» и «Пламя». Есть такие, говорят, у «Роснефти», есть у «Транснефти». Ну вот, похоже, подводится какая-то более-менее легалистская, законная база под вооружение этих отрядов чем-то более серьезным.

С одной стороны, это выглядит оправданно, потому что если государство не может само обеспечить мирное небо над головой своим гражданам, то как-то граждане будут отстреливаться от дронов самостоятельно. С другой стороны, не может не приходить мысль, что к тому моменту, когда, например, будет происходить смена власти естественным путем и начнется борьба групп интересов, каждая из этих групп интересов будет чрезвычайно хорошо вооружена". (Прим., о том, что "утвержден механизм приобретения частными компаниями и предприятиями крупнокалиберного вооружения, в том числе турелей, зенитных артиллерийских комплексов, радиолокационных средств, автомобильного транспорта и комплексов РЭБ", рассказал РБК источник, близкий к Минобороны, и подтвердил источник в военном ведомстве. "Бизнес сможет закупать крупнокалиберное вооружение для ПВО", РБК, 28 мая 2026. https://www.rbc.ru/business/28/05/2026/6a1850ad9a79477349237757)

Помните, мы с вами говорили о внесении поправки в закон о воинской службе, согласно которой если призывник оспаривает факт своего призыва, то призывная комиссия может начать работу, не дожидаясь судебного решения. То есть сейчас в законе есть приостановка решения призывной комиссии на время его обжалования в суде. Вот этим законопроектом эта приостановка отменялась. То есть вы можете судиться, но вы будете судиться уже будучи призванным.

Так вот, с этим законопроектом интересная случилась история. Там было 12 соавторов, депутатов Государственной Думы во главе с Андреем Картаполовым. И знаете ли, что случилось? Дальше немножко происходит такая Агата Кристи. Один инициатор умер.

М. КУРНИКОВ: Ой.

Е. ШУЛЬМАН: Да, да, умер, в марте, буквально спустя две недели после внесения этого законопроекта. А остальные 11 депутатов отозвали свои подписи. Глава этого списка, депутат Картаполов, председатель Комитета по обороне, не участвовал в праймериз «Единой России», что, в общем, означает, что он не идет в следующий созыв. Разумеется, мы далеки от того, чтобы увязывать все вот эти разнонаправленные события в некую одну зловещую общность. Но тем не менее, если один инициатор скончался, а 11 написали заявление об отзыве своих подписей, это значит, что законопроект у нас отозван. Мелочь, что называется, а приятная. Это я сейчас об отзыве законопроекта, а не о каких-то других упомянутых событиях.

Потому что действительно, серьезно говоря, поправка эта совершенно зловредная. Вы судитесь, вас призвали, как вы считаете, незаконно, вы подали в суд, суд принял ваше заявление, идет судебное разбирательство, а вас в это время тащат уже куда-нибудь служить, не откладывая этого процесса на время судебного разбирательства. Конечно, никто не должен вообще даже думать вносить такого рода законопроекты.

Публикации Гурулёва, проблемы на фронте и риск новой мобилизации

Также о депутатах, связанных с военной службой, и об их перспективах в следующем созыве. Напомню дорогим слушателям, что парламентские выборы у нас, судя по всему, состоятся 20 сентября этого года. Мы об этом говорили и еще будем говорить.

Кроме депутата Картаполова, председателя комитета по обороне в Государственной Думе, есть у нас еще один любимец – это депутат Гурулев. Депутат Гурулев отличался пламенным красноречием, очень много и пылко комментировал всякие разные актуальные события. Потом, видимо, красноречие это его превысило некий допустимый порог, и его убрали из информационного поля. Мы по нему скучали. Даже я недавно писала это у себя, что вот, мол, где же депутат Гурулев, где же его выступления?

И вот смотрите, что происходит. Буквально сегодня происходит следующее. Депутат Гурулев имеет телеграм-канал. В телеграм-канале появляется довольно длинный и, что показалось мне подозрительным, когда я его прочитала, на редкость складный текст на ту тему, на которую довольно много и лоялистов, и военкоров, и псевдовоенкоров, и воюющих, и отвоевавших сейчас пишут. Не просто, что дела на фронте не очень сильно хороши, а что надо заканчивать, пока не стало совсем хуже; если будем продолжать, то сделаем себе хуже.

Эта тема пошла по информационному полю. На многих источниках мы это видим, совершенно не анонимных. Была, например, такая довольно хорошо аргументированная и серьезно написанная статья китаиста Василия Кашина в журнале «Россия в глобальной политике». Это крайне почтенное издание, издание Валдайского клуба, под руководством Федора Лукьянова. Это люди, которые с президентом встречаются регулярно, к МИДу чрезвычайно близки. В общем, это высокая платформа. Вот у него статья под названием «Чугунная правда реальности». В общем, говорит ровно о том же самом.

М. КУРНИКОВ: «Чугунная проза».

Е. ШУЛЬМАН: «Проза», прошу прощения. Да, «Правда реальности» был бы перебор. «Чугунная проза реальности». «Проза реальности» – тоже нелегко воспринять эту метафору. Похожие тексты писали такие разные люди, как, например, Олег Царев или, скажем, Алексей Чадаев. А вот теперь депутат Гурулев пишет: «Позитива мало. Зимне-весенняя кампания не дала тех результатов, на которые мы все рассчитывали».

Дальше, кстати, там следует пассаж, который многие СМИ, насколько я успела увидеть, восприняли как объявление или проговорку о предстоящей мобилизации. При том, что автор, кто бы он ни был, говорит совершенно не об этом. Он говорит следующее: «Многие тут рассуждают, в кулуарах и высоких кабинетах активно пошли разговоры о необходимости новой масштабной мобилизации. Более того, знающие люди говорят, что принципиальное решение на этот счет уже принято и она будет осенью».

Дальше он пишет то, что пишут многие авторы этого направления: «Новые люди на фронте при современном характере войны – это только новые потери. Мобилизация ничего не даст. Все эти (как он выражается) мужики будут просто убиты дронами. Мы просто получим кратное увеличение жертв».

Дальше там говорится, что надо как-то быть решительнее, принимать решения и неукоснительно их выполнять. Не уточняется, какие именно решения. Но тем не менее тренд понятен. Тут же речь идет о злосчастной трассе «Новороссия», которую бомбят, о Крыме: «Кому-то кажется, что Крым – просто курорт. Нет, сегодня это прифронтовой регион. И подходы к обеспечению его безопасности должны быть жесткими, военными». Опять же, что имеется в виду, не расшифровывается.

Депутат Гурулев поспешил заявить, что его Телеграм был взломан, более того, что у него нет никакого телеграм-канала и не было никогда.

М. КУРНИКОВ: Более того, он сказал, что его канал в мессенджере Макс взломан. При том, что пост был в Телеграме.

Е. ШУЛЬМАН: В Максе тоже?

М. КУРНИКОВ: Да. Сложная там конструкция.

Е. ШУЛЬМАН: Если его канал и был взломан или это не его канал, то он мог бы заявить об этом как-то заранее. Потому что канал он ведет уже достаточно давно. Там около 56 тысяч подписчиков. Я подумала сама, может, тоже подписаться на такой интересный источник. Но, в общем, тем не менее.

Мы будем скучать по депутату Гурулеву, если он не появится в следующем созыве. Но сейчас мы отмечаем это обстоятельство как показатель, как еще один маркер вот этого нового дискурса, который пока не особенно, кажется, влияет на решения, принимаемые политическим и военным руководством, но тем не менее захватывает все новые и новые слои тех спикеров, которые до того обычно просто поддерживали происходящее.

Ротация бюрократии, региональная номенклатура и уголовные дела

Еще одна тема наша с вами, за которой мы не устаем следить, это кадровые ротации в бюрократии, в том числе, ротации посредством арестов, конфискаций и посадок. Мы с вами перечисляем обычно то суммы конфискованного, то сроки полученные, то должности задержанных. Вот мне показалось важным как-то попытаться обобщить, наконец-то, этот опыт.

Александр Кынев, наш коллега-политолог и коллега-иноагент, выпустил доклад под названием «Региональная номенклатура в 2026 году: эволюция и адаптация в новых условиях» (Прим., доклад опубликован в телеграм-канале А.Кынева). Коллега Кынев ставит себе строгие методологические рамки. Он в этом своем докладе говорит только о региональных администрациях, больше ни о ком, то есть ни о муниципалитетах, ни, например, о представительствах федеральных ведомств, а только о региональных администрациях, начиная с определенного уровня, и смотрит, как у них дела обстоят с 1 января 2025 года по 1 января 2026 года.

Что там интересно? Он говорит, что сам уровень ротации, то есть кадровой смены, неважно по каким причинам, превышает 30%, и это является возвращением, по его подсчетам, на уровень до СВО. До начала войны приблизительно так же 30% менялись каждый год. Он говорит, что региональный чиновник высокого уровня обычно три года, не больше, сидит на своем месте. Это сознательная политика, чтобы люди не образовывали каких-то устойчивых связей с тем регионом, которым они должны управлять. Когда война началась, это все заморожено было, потому что необходимо было обеспечить стабильность системы, не пугая ее какими-то кадровыми новациями.

Мы с вами, кстати, говорили, что начался именно тогда и два года длился мораторий на репрессии против номенклатуры. То есть новых высокопрофильных дел, каких-то арестов и задержаний не происходило. С середины 2024 года все началось заново и в том, что касается репрессий, пошло превышать прежние параметры.

Что касается заведения уголовных дел среди этой категории граждан, то исследователь пишет, что это примерно тот уровень, который был в 2018-2019 гг., – чуть больше 2%. То есть чуть больше 2% высших региональных чиновников в год подвергается уголовному преследованию.

Цифра, кажется, невелика. Но давайте обратим внимание вот на что. Это только те, кто на 1 января был при должности, не под судом, т.е. здоров и благополучен. Вот среди этих людей 2% в течение года будут репрессированы. Когда мы с вами зачитываем наши списки, то, во-первых, речь там идет, например, о региональных депутатах или федеральных депутатах или сенаторах, которые не попадут в эту категорию. Но также там речь может идти о тех людях, которые за некоторое время до того ушли в отставку, а потом уже их посадили.

Ну вот, например, вице-губернатор Вологодской области задержан некоторое время назад. Что с ним случилось? Случилось с ним следующее. Он еще в прошлом году подрался в баре на Биржевой линии в Петербурге, после чего ушел в отставку. Он ушел в отставку, но это ему не помогло. И вот сейчас он задержан по так называемому «похоронному делу» (мошенничество в сфере ритуальных услуг).

То есть, о чем нам говорят эти подсчеты? О том, что, с одной стороны, поддерживается некоторая операционная стабильность. То есть вот эти 2% должны быть принесены в жертву, 30%+ должны быть ротированы из этой региональной группы. С другой стороны, то увеличение объема репрессий, которое мы видим, говорит о расширении таргетирования (прошу прощения за набор сложных терминов). То есть категории репрессируемых расширяются. Если раньше мы говорили, что самая опасная должность – это мэр города либо вице-губернатор, то теперь безопасных должностей практически уже не осталось.

Отмена иска о национализации здания Университета профсоюзов

Тем не менее мы должны с вами для того, чтобы как-то оттенить эту мрачную картину, рассказать и пару позитивных историй, историй с хорошим концом. Помните, мы сообщали с вами об отстранении от должности и иске о национализации имущества ректора Запесоцкого, ректора Петербургского университета профсоюзов?

М. КУРНИКОВ: Такого не забудешь. Очень яркий человек.

Е. ШУЛЬМАН: Яркий персонаж. Питерский старожил. Видимо, знаком с нашим президентом еще с давних-давних времен. Фотографировался в какой-то шубе лососевого цвета. А вы тоже сейчас видите перед глазами.

М. КУРНИКОВ: Я прям не могу развидеть.

Е. ШУЛЬМАН: Да. То есть это фотография человека в костюме ролла «Калифорния», я бы так это назвала. В общем, человек крайне колоритный. Тучи сгустились над ним некоторое время назад. В общем, осенью 2025 года это все произошло. Он был отстранен от должности. Генпрокуратура подала иск о национализации вуза. И это было явно связано с вообще раздербаниванием имущества профсоюзов.

После того, как Шмаков перестал быть главой Федерации независимых профсоюзов, у них стали забирать имущество. А имущества у них, еще унаследованного с советского времени, много. Это и санатории, всякие дома отдыха, дома культуры, это и земля. В общем, много чего там есть.

Запесоцкий, напомню, руководил Петербургским университетом профсоюзов. В его квартире прошли обыски. В общем, все ужасно. И вот, смотрите, спустя меньше чем год, мы видим по карточке на сайте суда, что по делу о национализации зданий Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов стоит пометочка «отменить обеспечение». Обеспечение в данном случае – это обеспечительные меры, то бишь арест этого имущества. Генпрокуратура требовала передать здание вуза и общежитие государству.

Более того, как следует из объяснений самого ректора, он теперь опять ректор. Юридически он вернулся на свою должность. Он говорит, что здоровье его было расшатано вот этими драматическими событиями, поэтому неизвестно, будет ли он снова заниматься административной работой. Но тем не менее.

В этом выпуске у нас много цитат. Еще немножко цитат. Как он сам рассказывает, что же произошло? На вопрос журналиста, что же это было, он отвечает следующее: «Когда правоохранительные органы начинают действовать, всегда есть внешние инициаторы. Сами по себе правоохранительные органы ничего не выдумывают, они получают сведения, которые надо проверить. Я знаю, кто инициировал проверку. Это серьезные и мною уважаемые люди, являющиеся частными лицами. Но они сами были введены в заблуждение. В силу большой загруженности правоохранительных органов была допущена поспешность при проверке. Я отношусь к этому с пониманием. Но для вуза это обернулось проблемами». Дальше он говорит, как его временно исполняющий обязанности вуза неправильно принимал решение, нанес вузу ущерб и так далее.

В общем, такая довольно феодальная история. Вот есть частные лица, они уважаемые люди. Тут тоже уважаемый человек. Правоохранительные органы сами ничего не выдумывают, получают сведения, которые надо проверить почему-то. Проверяют они их посредством обысков и ареста имущества. Но как-то вот уважаемые люди были сами введены в заблуждение, правоохранительные органы тоже правильно себя повели. В общем, я тебя уважаю, ты меня уважаешь, все кругом тут уважаемые люди.

Интересно, конечно, было бы узнать, каким образом… То есть понятно, что наезд такого уровня можно отменить, только дойдя непосредственно до президента. Как-то ему это удалось. Так что, видите, та правоохранительная машина, которая кажется нам такой беспощадной, не имеющей заднего хода и никогда не выплевывающей то, что она зажевала, иногда, в общем, даже и зажевывает.

Белгородская область: отставка губернатора и домашний арест экс-мэра

Или вот еще не такая светлая история, но тем не менее. У нас только что состоялась отставка губернатора Белгородской области. И буквально в это же самое время – хоть после не значит по причине, но тем не менее обратили на это внимание – бывший мэр города Белгорода, который еще с марта 2023 года сидит в СИЗО, вышел из СИЗО и находится под домашним арестом. Мы не знаем, есть ли тут какая-то связь со сменой руководства Белгородской области, но тем не менее.

Есть люди, конечно, которые на этой неделе и были приговорены к чему-нибудь, и задержаны, и конфискации у нас есть. Но не будем утомлять дорогих слушателей перечислением этих болей, бед и обид, как сказал бы поэт Маяковский, а обратим внимание на вот какое сообщение, которое, во-первых, касается одного из отслеживаемых нами сюжетов, во-вторых, имеет отношение к тем людям, которые совершенно даже не находятся на государственной службе. (Прим., цитата из предсмертного стихотворения

В.В.Маяковского - "Как говорят - «инцидент исперчен», // любовная лодка разбилась о быт. // Я с жизнью в расчёте и не к чему перечень // взаимных болей, бед и обид").

Изъятие земель в Подмосковье и риски для владельцев участков

Помните, мы следим с вами за новой нормой, которая позволяет изымать дачные участки и сельхозземли, если они заброшены, заросли чем-нибудь.

М. КУРНИКОВ: Или так показалось эксперту.

Е. ШУЛЬМАН: Или так показалось, например, экспертизе, совершенно верно. Министерство имущества Московской области публикует отчет о том, как они хорошо поработали в течение прошедшего года. Сообщают следующее: «У собственников изъяли 488 гектар неиспользуемых земель». Еще раз напомню, это не конфискации, не по каким-то другим причинам изъяли, а вот именно по одному этому направлению – неиспользованные земли. Причина конфискаций: владельцы этих сельхозземель несколько лет не обрабатывали их от сорных растений. Всего изъято 12 участков. Их уже реализовали на торгах за 907,5 миллионов рублей. Дальше перечень районов, в которых они расположены.

Поэтому, дорогие слушатели, даже если вы находитесь не в Московской области, а в какой-нибудь другой области, но у вас есть там земля или, например, дачный участок, имейте в виду, что понятие «сорное растение» крайне растяжимо, а также как вы их обрабатывали или не обрабатывали, является ли это сорным растением или это ваш любимый куст, например. В общем, обеспокойтесь ситуацией, возобновите связи с руководством вашего СНТ, если у вас есть СНТ.

Судя по тому, что публикуются такие победные реляции, это значит, дорогие слушатели, что есть KPI, которые спущены в каждое такое министерство имущества каждого региона, где вообще есть какая-нибудь земля. Может быть, например, в республике Саха (Якутия) будет поменьше этот KPI, а вот, например, в каких-нибудь более южных регионах могут они быть и повыше. Постарайтесь сделать так, чтобы не ваш земельный участочек стал поводом для такого отчета.

Напомню, что изъятие происходит все-таки по судебному решению. Муниципальный землеконтроль фиксирует нарушение, подает в суд – и дальше там штраф и изъятие. Но, как вы понимаете, все эти замечательные процессы могут происходить без вашего ведома. Вы можете об этом совершенно не знать. Это все происходит исключительно заочно. Поэтому обратите внимание на свою собственность, пока у вас ее не отобрали.

М. КУРНИКОВ: Мы можем переходить к следующей рубрике? Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: Тогда сначала осмыслим на рекламе и потом перейдем к ней.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Какая тишина! Просто с ума сойти. Спасибо большое. Да, у нас полторы минуты есть.

Е. ШУЛЬМАН: Прекрасно.

М. КУРНИКОВ: Я добавлю вам чай, во-первых. Во-вторых, спрошу. Екатерина Михайловна, а вы уже успели посмотреть «Этнографический словарь войны», который мы сделали вместе с Александрой Прокопенко и другими достойными учеными и исследователями?

Е. ШУЛЬМАН: Александрой Архиповой.

М. КУРНИКОВ: Я сказал Прокопенко? Вот видите, думаю об Александре Прокопенко тоже, это правда, особенно учитывая, что мы встретились с ней в Брюсселе. Александра Архипова, конечно.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Мне прислали этот труд вчера. Я начала его читать в аэропорту.

М. КУРНИКОВ: До официальной публикации.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Поделились со мной по дружбе. Я начала в аэропорту его читать. Я дочитала до буквы «З» включительно. Не буквы «Z», а буквы «З» русского алфавита. Это впечатляющее чтение. Что это такое? Это исследование базы обращений к омбудсмену, тогда еще Татьяне Москальковой, за определенный, недавний период, несколько месяцев 2025 года. Александра Архипова и муж ее, психолог, они исследовали этот корпус текстов, выделяя оттуда часто повторяющиеся и употребимые термины и анализируя контекст, в котором они употребляются, и их значение.

Это научная работа серьезная. Я дочитаю это до конца. Это производит довольно тяжелое впечатление, потому что, с одной стороны, это такой бесстрастный научный анализ, с другой стороны, там приводятся фрагменты этих писем, из которых лезет, конечно, непроглядная хтонь, свинцовые мерзости дикой русской жизни. В общем, это надо читать. Некоторые слова даже вообще новые для меня и незнакомые.

М. КУРНИКОВ: Возвращаемся в эфир. Мы говорили сейчас о том «Этнографическом словаре войны», который Александра Архипова составила для «Эха». Обязательно поставим ссылку в описании, посмотрите. (Прим., «Словарь войны», https://slovar-svo.online/).

Е. ШУЛЬМАН: Это уже опубликовано, уже можно читать?

М. КУРНИКОВ: Это уже опубликовано, в широком доступе. Это уже можно прочитать. Ну, а мы переходим к следующей рубрике.

Понятие — Секьюритизация

Е. ШУЛЬМАН: Понятие наше сегодня в некоторой степени объемлет практически все то, о чем мы говорили в предыдущей рубрике. В особенности то, о чем мы говорили в самом начале: новые основания для регулирования связи, для отключения связи, для лишения граждан тех привычных инструментов и услуг, которыми они раньше пользовались. Вот это как раз описывается тем термином, о котором мы сегодня поговорим.

Этот термин «секьюритизация». Происходит от английского слова security, то бишь, безопасность. Секьюритизация – это процесс, в ходе которого все новые и новые сферы жизни человеческой начинают рассматриваться через призму безопасности. Секьюритизация – это процесс, в ходе которого все явления нашей жизни становятся угрозами или вызовами, или их необходимо защищать от угроз.

Кто же придумал такое замечательное понятие? Если бы у нас сегодня была рубрика «Отцы»… Я думала над тем, чтобы ее ввести, потому что вот этот весь концепт разрабатывается определенными авторами. Во-первых, они еще живы. Мы обычно любим подождать, чтобы персонажи наши отлежались и тогда уже их в полной мере анализировать. Во-вторых, я подумала, что лучше мы расскажем о самом понятии, потому что создатели его ведут мирную жизнь академических ученых и составляют сердцевину и гордость так называемой Копенгагенской научной школы.

Копенгагенская научная школа названа по имени Копенгагенского института исследования мира, который, может быть, вам попадался на глаза, хотя Институт изучения войны сейчас более известен. Но тем не менее есть Институт изучения мира.

Так вот, Копенгагенская школа первоначально разрабатывала вопросы международных отношений и международной безопасности. И сотрудники института, исследователи задумались над тем, что вопросы безопасности, которые раньше концентрировались в военной сфере и в сферах, связанных с войной (например, международного какого-нибудь шпионажа или диверсионной деятельности), постепенно начинают занимать все большую и большую площадь в социальном пространстве. Теперь у нас есть экономическая безопасность, информационная безопасность, демографическая безопасность, кибербезопасность. Какой только безопасности у нас нет.

Парадоксальным образом, по мере того как человечество меньше воюет и дольше живет, а несмотря на новости в телевизоре и в новостной нашей ленте, действительно по сравнению с временами домодерна и раннего модерна человечество воюет меньше и умирает на войне реже, это тоже правда. Наша чувствительность к такого рода событиям выросла, и правильно, и должно ей вырасти, но тем не менее сама война перестала быть таким постоянным занятием государств, каким она была раньше.

Такое ощущение, что то пространство, которое в мыслях и управляющих, и управляемых занимала война, теперь занимают разнообразные вопросы безопасности.

Разработчики этой концепции и авторы этого термина – это родившийся в Британии, но американский политолог Барри Бьюзен и соавтор его Оле Вейвер. Они совместно написали книжку под названием «Люди, государство и страх». (Прим., первое издание фундаментального труда Барри Бьюзена вышло в 1983 году под названием «People, States and Fear: The National Security Problem in International Relations». Книга стала одним из главных текстов Копенгагенской школы. Многократно перерабатывалась и дополнялась в дальнейшем).

Вот там как раз говорится о том, что в политической борьбе побеждает тот, кто сумеет продать свою угрозу аудитории. Не в смысле угрозу, исходящую от себя. Это не теория происхождения власти из насилия, старая почтенная теория. Это теория о том, что весь современный политический процесс свелся к торговле угрозами. На административном рынке и на публичном политическом рынке самый выгодный и хорошо продающийся товар – это угрозы и вызовы. Соответственно, спекуляция на страхах.

По Бьюзену, компонентами процесса секьюритизации являются следующие три явления. Во-первых, это актор, который выдвигает какую-нибудь проблему. То есть это условная ФСБ, которая выходит и говорит: «Вы знаете, у вас из телефона вылезает вредоносное оборудование». Это угроза безопасности. Первый элемент – актор.

Второй элемент – это объект секьюритизации. Это то, чему угрожают. Вот интересно, что объект секьюритизации мог и не знать, что он вообще объект и что ему чего-то угрожает. Но в процессе этой торговли угрозами возникают, например, такие явления, как необходимость защиты детей. Всегда были у людей дети. Как-то их, да, защищали, потому что они маленькие и уязвимые. Но в качестве направления государственной политики защита детей, во имя которой чего только не запрещается, чего только не принимается и какие только не совершаются насильственные действия, появилась, в общем, относительно недавно. Вот это и есть объект секьюритизации.

В тех странах, в тех политических режимах, в которых службы безопасности совсем уж захватили всю полноту власти или близки к этому, сама страна, сама гражданская нация начинает понимать себя как объект угрозы. «Что ты такое? Что есть я? – спрашивает эта наша гипотетическая страна у самой себя. – Я есть то, чему угрожают. Вот это пересечение угроз образует меня». Если эти угрозы вдруг каким-то образом исчезнут, то этот объект, объект секьюритизации, рассыпается. Но, поскольку торговля угрозами крайне выгодна, то этим угрозам погаснуть никогда не дадут.

Третий элемент, необходимый для процесса секьюритизации, это аудитория. Это те, кому продают угрозу. В демократических странах эта аудитория, в основном, избиратели. Например, угроза – это мигранты. Они угрожают нашему образу жизни.

Вот смотрите, появился объект секьюритизации – образ жизни. Его еще, может, не было минуту назад. Жили себе люди и жили. А то, что у них есть какой-то образ жизни, которому можно угрожать… А как ему можно угрожать? Люди живут так, потом живут иначе. Жизнь их меняется разным образом. Им эти перемены могут нравиться, могут не нравиться. Но не было такой концептуализации, что есть вот этот образ жизни или наша цивилизация, или наши ценности. Вы же понимаете, что это не что-то, что можно пощупать, в отличие от детей. Их можно пощупать, хотя законом запрещено. Это сугубая концепция. Это такая игра ума.

Вот мы сформулировали, что у нас есть ценности, которым угрожают. Что им угрожает? Кальян на куличе, игра в Роблоксе, много чего. Ценности они такие, хрупкие. Образ жизни тоже очень хрупкий. Это всё какой-то набор детей, только воображаемых детей. Это всё объекты угрозы.

Так вот, в демократическом обществе аудитория, которой продают эту угрозу в процессе секьюритизации, это избиратель. Он должен напугаться, как следует. Или он должен услышать свой собственный страх, который у него был, но, может быть, не артикулировался, и проголосовать за того, кто обещает ему от этой угрозы защиту.

Также аудиторией продажи угроз являются – чаще всего они и являются – правительственные акторы. То есть сама власть. То есть к ней приходят и говорят: «Дорогой Пал Лаич, вам тут угрожают со страшной силой. Вы у нас угрожаемое лицо. Поэтому нужно запереться в подвале, расстрелять охрану, взять новую, опять же, отключить интернет, дать нам больше денег. Это обязательно».

Посредством этих элементов возникает у нас процесс секьюритизации. Начинается этот процесс с заявления, с артикуляции о наличии угрозы, и на втором этапе в случае успеха, если аудитория убедилась, аудитория купила эту самую угрозу, то, соответственно, ваша секьюритизация замечательным образом произошла.

Удивительно, что по мере того, как человечество действительно дольше живет и живет благополучнее, вот этот драйвер страха, пожалуй, становится ключевым в политическом процессе. Во всех странах апостолы безопасности, служащие по отражению угроз, которые на предыдущем этапе они сами и выдумали. То есть я не хочу сказать, что борцы с терроризмом взрывают бомбы сами. Нет. Но они расширяют понятие терроризма до такой степени, что, не будем показывать пальцем, уже взрывать ничего не надо, даже близко ни к чему не надо подходить.

В былые времена, когда были действительно теракты, террористы были люди, которые осуществляли массовое насилие, а экстремисты были люди, которые кого-нибудь резали по идеологическим соображениям или призывали других это сделать. В нынешние времена никого не надо вообще пальцем трогать или даже не надо говорить или писать «давай пойдем кого-нибудь зарежем и сожжем синагогу», для того чтобы сделаться террористом и экстремистом, а иногда и тем, и другим одновременно. Вот это секьюритизация.

К сожалению, Копенгагенский институт изучения мира не говорит нам, к чему вот это все приведет. При том, что процесс довольно зловещий.

М. КУРНИКОВ: Не хотят спойлерить просто.

Е. ШУЛЬМАН: Видимо, не хотят спойлерить. Сами знают и скрывают. Ученые, они такие, коварные. Хотя на самом деле их обязанность состоит в максимальной популяризации выводов своих исследований.

Возьмем, например, какую-нибудь демографическую угрозу. Угроза вымирания, угроза размывания нашей этнической основы. Что надо сделать, чтобы эту угрозу предотвратить? Ну хорошо, не пускать людей, которые рожают неправильно, рожают не тех. Хорошо бы еще, например, взять под контроль тех, которые рожают правильно, но, например, не хотят, воздерживаются, медлят, отвлекаются на какие-то посторонние занятия. А у нас же угроза, понимаете? Угроза-то не терпит отлагательств. Ее нужно непременно отражать.

Страх – очень архаичное чувство. Он зашит в наш рептильный мозг. Мы воспринимаем информацию, связанную с угрозами, как приоритетную. Наш мозг таким образом сортирует все внешние сигналы. Известны вот эти три маркера нашего внимания: «может ли это меня убить?», «могу ли я это съесть?», «могу ли я с этим вступить в половую связь?». Это закон, известный всем авторам заголовков. Так вот, «может ли это меня убить?» стоит на первом месте.

Противостоять этому трудно. Но, по крайней мере, опять же спасибо терминологической концептуализации, мы хотя бы можем знать о том, что такое явление существует и что вот эти угрозы вокруг нас множатся не просто так, а потому что кто-то их продает и за это получает бюджетные ассигнования, новые полномочия, штатные единицы, социальный статус, трибуну, ваше внимание посредством заголовков с большим количеством восклицательных знаков. Это тоже торговля угрозами в процессе секьюритизации.

Как с этим быть, на самом деле, вот видите, Бьюзен не рассказывает, и я тоже не знаю. Вернуться в состояние домодерна, в котором двум смертям не бывать, одной не миновать и нечего особенно волноваться, наверное, не получится. Новое человечество пожилое и при этом долгоживущее и живущее относительно мирной жизнью, оно пугливо. Выстроит ли оно вокруг себя вот этот мир бесконечного отражения угроз, в котором уже нет места ни свободе, ни развитию? Это тоже еще одна угроза, которую я не хочу вам продавать.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, мы переходим к вопросам.

Вопросы слушателей

Вопрос про национальное унижение как политический фактор

М. КУРНИКОВ: Давайте начнем с вопросов из Патреона. Сергей Нилов в Патреоне спрашивает: «Я неоднократно в отношении 90-х слышал словосочетание “национальное унижение”. Как вы считаете, применимы ли психологические термины в отношении политических систем? Потому что события десятых очень укладываются в симптомы нарциссической травмы».

Е. ШУЛЬМАН: Психологизация политических процессов и использование достижений психологии для политического анализа характерная черта наших дней. Мы тоже этим иногда грешим. Уж больно оно как-то подходит. Поэтому мы с вами говорили, например, о социопатах и о том, почему они довольно часто занимают высшие административные должности.

Но тут, отвечая на этот вопрос, я должна обратить внимание скорее вот на что. Такого рода концепты не произрастают из земли сами собой и не являются плодом какого-то коллективного запроса. Это кто-то должен был людям рассказать. И не один раз рассказать, а последовательно рассказывать.

Например, когда Советский Союз распался, то мы знаем по имевшимся тогда социологическим опросам, что это было воспринято гражданами с величайшим равнодушием. Их волновало много чего (дефицит продуктов, отсутствие денег, преступность), но отнюдь не величайшая геополитическая катастрофа. Им потом рассказали посредством самых разных инструментов (от официальных речей до каких-нибудь «Старых песен о главном»), что они, оказывается, страшно жалели о Советском Союзе и продолжают по нему ностальгировать.

Точно так же идея, что 90-е были не временем освобождения, новых возможностей и, в конце концов, тем временем, когда наше нынешнее начальство из нищих обитателей коммуналок стало миллионерами, а было, оказывается, временем национального унижения, это тоже кто-то должен был рассказать.

Как это происходит? Опять же, все как у Элмонда. Артикуляция и агломерация интересов. Сначала это формулируется. Потом выдвигаются на передний план публичности опыты и воспоминания тех групп, которые действительно испытывали дискомфорт в это время. Например, военнослужащих. Например, сотрудников правоохранительных органов. Например, работников предприятий ВПК, которые либо закрывались, либо перепрофилировались. Их опыт становится дефолтным, потому что о нем больше всего говорят.

Опыт других людей, которые в это время испытали освобождение, поехали первый раз за границу, увидели кино, прочитали книжку, начали зарабатывать, в конце концов, смогли купить себе квартиру и уехать из коммуналки, этот опыт нивелируется, его артикулировать становится стыдно.

Когда тебе рассказывают, как кто-то там голодал и ел какую-то крупу из лужи, то тебе рассказывают: «Вы знаете, а мы очень хорошо жили. Прям вот как только СССР закончился, так стали жить гораздо лучше», становится как-то нехорошо и подозрительно, как бы ты либо хвастаешься, либо ты вообще, наверное, в то время наживался на чужой беде. Весь народ голодал, надо было тоже голодать, почему же ты уклонялся? Вот что такое концептуализация в этом случае.

Такого рода успешные кампании, конечно, возможны при условии если не полной монополии в информационном пространстве, то близкой монополии. Потому что если у вас информационное пространство конкурентное, проще говоря, если у вас много медиа, которые будут говорить о разном, то произойдет то, что каждый из нас, наверное, наблюдал еще в относительно свободном пространстве соцсетей.

Когда вы что-то пишете, то, например, приходит много народу и начинают с вами соглашаться. Это первая волна. Говорят: «Боже, как прекрасно, как это замечательно, как верно. Вот у меня тоже так». Через некоторое время приходит вторая волна, которая говорит: «Да ну, все не так. Как вам не стыдно? Все было по-другому». Это естественная человеческая реакция: если все за, то кто-нибудь придет и будет против. Ну и дальше возникает здоровая публичная дискуссия на много-много комментов.

Так вот, в нормальной ситуации то же самое происходило бы в СМИ, когда одни говорили бы, что как ужасно, что распался Советский Союз, а другие говорили бы, что да нет, Советский Союз был тюрьмой народов. Понятно, что в поддержку и того, и другого тезиса можно кого-то проинтервьюировать, привести какой-нибудь мемуар, написать колонку, аналитическую статью, созвать конференцию, круглый стол и так далее.

Но если у вас нет такой возможности, то у вас есть одна идея истории. Через некоторое время, кстати, в процессе секьюритизации альтернативное мнение становится угрозой безопасности и появляется специальная статья в Уголовном кодексе «Фальсификация истории». То есть это у вас не дискуссия, это у вас не мнение, это у вас не критика, а это у вас фальсификация. И за это полагается в тюрьму сажать. И после этого уж, конечно, безо всякого психологического анализа у вас общество будет принимать то, что ему навязано, потому что больше ничего нет.

М. КУРНИКОВ: Раз уж мы сегодня вспомнили «Курс», я вспомнил, что у Виктора Вахштайна как раз в рамках «Курса» лекция «Миф о 1990-х». Она есть в открытом доступе в Ютубе. Посмотрите, она правда как раз в некотором смысле об этом.

Е. ШУЛЬМАН: Виктора Семеновича всегда очень интересно слушать.

Вопрос про Рудольфа фон Иеринга и право как продукт борьбы социальных групп

М. КУРНИКОВ: Итак, снова вопрос из Патреона «Эха», на который я теперь в два раза больше должен призывать подписываться: «Рудольф фон Иеринг видел в конфликте и столкновении интересов не патологию, а двигатель развития права. Он понимал право прежде всего как инструмент защиты социальных интересов и как продукт общественной борьбы. В российском контексте теория Иеринга заставляет поставить вопрос: является ли слабость права следствием плохих институтов или же более глубокой проблемой отсутствия устойчивой общественной практики борьбы за право, когда гражданин воспринимает закон не как пространство защиты своих интересов, а как внешнее распоряжение государства?»

Е. ШУЛЬМАН: Какие у нас слушатели, как формулируют! Я, знаете, о чем задумалась, что Иеринга надо взять в «Отцы». Не Геринга, а Иеринга. Он у меня в диссертации упоминается, между прочим. Надо про него рассказать.

Переходя к сердцевине этого прекрасно сформулированного вопроса, это вечная проблема с курицей и яйцом. У вас институты слабые либо вообще не укоренились, потому что у вас общество не привыкло себя институционально вести, или у вас общество не может привыкнуть себя вести институционально, то есть правильно, потому что ему негде практиковать этот полезный навык за отсутствием институтов.

Если мы слишком далеко уйдем в сторону ответа «это у нас общество не такое», то, сокращая путь рассуждений, мы придем к расистской теории. Извините, пожалуйста. Если у нас одни нации пригодны к демократии, другие непригодны, то у нас одни расы с одними черепами, а другие с другими, и ничего с этим не поделаешь. Если мы приписываем группам неизменные свойства, то, поздравляю вас, вы расист. Теория и, вообще, теоретизирование – очень опасное занятие. Многие люди думают, что это область фантазии.

М. КУРНИКОВ: Секьюритизация пошла.

Е. ШУЛЬМАН: Да, кстати говоря. Сейчас я вам угрозу продам, дорогие слушатели, а то что-то давно никто вам никакой угрозы не продавал. На самом деле, это сфера беспощадной казуальности и причинно-следственных связей, из цепи которых вам не вырваться. Поэтому, вступая на маковые поля теории, будьте осторожны.

Так вот, право как продукт борьбы групп за свои интересы. Да, это действительно теория Иеринга. Она, в общем, напоминает нам рождение государственной власти тоже из борьбы групп. В принципе, конечно, право – это замена мордобою. То есть если у вас есть разные группы интересов, они друг с другом хотят как-то побороться, они могут вызывать друг друга на кулачный бой, а могут встретиться в суде. Точно так же, как политическая борьба может осуществляться посредством конных набегов и тайных убийств, а может посредством выборов в парламент. Второе дешевле и для общества намного выгоднее.

Но никакое общество не научится никакой правовой культуре в отсутствие правовых институтов. А если нет институтов, то где же ему научиться? А если оно не научается, то откуда возьмутся институты? Вот таким образом у нас прокапывается та самая колея, из которой многие не видят выхода.

Какие решения этой тяжелой проблемы? Обычно говорят, что элиты должны как-то поднапрячься и все-таки начать сверху устанавливать и институты, и поведенческие практики. Такие случаи бывали, в том числе и в российской истории. Это и Великие реформы Александра II. Да и, собственно говоря, реформы 90-х годов – пример того же самого.

Плохо, когда элиты не доводят этот процесс до конца и вместо того, чтобы устанавливать правила для всех, устанавливают исключения для себя. Тогда, через некоторое время этой эволюции, они обнаруживают себя в том положении, в каком нынешние российские элиты себя обнаружили, когда их сажают и грабят все, кто ни попадя, деваться некуда, уехать нельзя, и вдруг они обнаружили в себе так называемый «запрос на правила».

Вот эта формулировка неизменно меня умиляет, потому что вот этот «запрос на правила» – это на самом деле осознание того, что хорошо бы закон какой-нибудь иметь. Конечно, здорово, когда ты можешь добежать до президента и сказать: «Не арестовывайте мое имущество, мой этот самый институт и его общежитие», и у тебя это получится. Но он один такой добежавший, а все остальные-то не добежали. А вот если бы был суд нормальный, состязательный судебный процесс, например, хорошая вещь такая, презумпция невиновности, тоже здорово, то не надо было бы ни до кого добегать.

Вопрос зарубежное влияние на выборы как новая необходимость

М. КУРНИКОВ: Вопрос забавный из ютуб-канала «BILD на русском». Лина Херц спрашивает: «Если судьба Гренландии, Венесуэлы, Ирана напрямую зависит от итогов выборов Соединенных Штатов, значит ли это, что гражданам этих стран нужно разрешить оказывать влияние на результаты этих выборов или, если не разрешить, то как минимум не преследовать за попытку влияния?»

Е. ШУЛЬМАН: Отличный вопрос. Просто отличный. Еще одна популярная угроза наших дней – это иностранное вмешательство в выборы. Если вы думаете, что это только российская фишка, то нет. В Соединенных Штатах был многолетний скандал, связанный с предполагаемым российским вмешательством. На несколько более серьезном уровне обнаруживается, что некоторые нефтяные монархии тоже любят кому-нибудь занести, с тем чтобы потом пользоваться преференциями со стороны этих самых избранных. Не избранных избранных, а избранных в смысле тех, кого выберут. В Европе тоже много по этому поводу всяких разных волнений.

С другой стороны, в глобальном мире, где не только сверхдержавы влияют на всех остальных, но где любая страна связана с любой другой страной множественными сложно устроенными нитями, не очень уже понятно, где начинается иностранное влияние, а где заканчиваются международные отношения.

Более того, множество стран, например, имеют довольно многочисленные диаспоры, которые тоже голосуют. В каких-то странах им можно голосовать за пределами своей страны, а в каких-то им говорят: «Нет, знаете, вы приезжайте домой, там и проголосуйте». Это, в общем, ограничивает права людей. Другая какая-нибудь страна говорит: «Опа, а на моей территории как раз есть много граждан вашей небольшой страны. Мы сейчас вам их всех привезем, чтобы они у вас проголосовали». Это рассматривается как попытка влияния. Хотя, с другой стороны, это же граждане, паспорта-то у них есть. Значит, проголосовать они имеют право.

Если какая-то страна является всемирным жандармом, то, конечно, чрезвычайно грустно всем остальным гражданам всех других стран мира беспомощно наблюдать за тем, как их судьба решается людьми, которые о них совершенно не думают.

С четвертой стороны, или это уже пятая сторона, я уже не помню, действительно, участвовать в выборах и влиять на их ход должны те, на ком непосредственно их результаты будут отражаться. На чем основаны запреты и всякие законодательные ограничения на иностранное влияние? Потому что этот иностранный влиятель повлияет на результат, а жить-то ему не там, поэтому он на себе не испытает все прелести тех кандидатов или партий, которым он помог выиграть.

В общем, эта проблематика является одним из многочисленных следствий глобализации. На нынешнем историческом этапе глобализация вызывает отторжение и страх у чуть ли не большинства правительств мира. Призывы к установлению безбарьерной экономики, к открытости, к отказу от тарифов и протекционизма как главному рецепту экономического процветания сменились политикой гораздо более протекционистской и националистической. Это, наверное, какая-то общая тема на сегодняшний день для довольно разных политических режимов.

Но глобализация-то от этого не остановится. Может быть, будут предприняты (и предпринимаются) какие-то попытки затормозить ее слишком поступательное движение. Но проблему все равно решать придется. Когда действительно люди живут гораздо более дисперсно, они живут в стране в одной, а являются гражданами страны другой, работают в одном месте, тратят в другом, налоги платят в третьем, не очень понятно, как это коррелирует с их политическими правами. Никак. Эти треки абсолютно расшиты, никак друг с другом не связаны.

С другой стороны, есть действительно страны, от результатов выборов в которых зависят другие страны, а повлиять они на это никак не могут.

В общем, сложное положение. Нет у меня ответа на вопрос дорогой слушательницы. Но могу сказать, что она смотрит в корень.

М. КУРНИКОВ: Спасибо большое всем, кто смотрел эту трансляцию здесь, в Брюсселе. Спасибо вам. Спасибо всем, кто смотрел в Ютубе. Поставьте лайк или даже три лайка, дорогие друзья. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

• Не новости, но события
• Электронные повестки, военкоматы и уговоры подписать контракт
• Кадровые перестановки и конфискации в Министерстве обороны
• Принудительное участие в праймериз «Единой России»
• Рейтинги, тревожность и попытки измерить общественные настроения
• Списание долгов участникам СВО и снижение выплат контрактникам
• Приватизация, РПЦ и новые исключения в законе
• Дело Галицкого
• Поправки в КоАП и расширение арестов имущества
• Вопросы от слушателей
• Вопрос о гуманизации силовиков
• Вопрос о христианстве на Руси
• Вопрос о дореволюционной политической эмиграции

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на радио, в приложении, в Ютюбе, на многих ютюб-каналах, в частности на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Как всегда, начинаю с книги. В этот раз – чешский писатель. Ну ладно, не буду я иронизировать. Пражский писатель Андрей Шарый, «История любви. Чешские романы». Издательство Vidim Books. Пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо. И город интересный, и про любовь, наверное, тоже интересно.

М. КУРНИКОВ: Кстати говоря, конечно же, книги, в том числе с автографами авторов, можно найти на сайте «Эхо Книги». И мы всегда в описании ставим какие-нибудь ссылки того, как книги можно найти в каких-нибудь российских магазинах. Ну, а мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Электронные повестки, военкоматы и уговоры подписать контракт

М. КУРНИКОВ: С какого события начнете?

Е. ШУЛЬМАН: Начнем мы с вами с двух форм государственного принуждения, о которых становится все чаще и чаще известно в последнее время. Обе формы довольно характерные. Первые связаны с потенциальной мобилизацией, вторые связаны с предстоящими парламентскими выборами. О чем идет речь? Во-первых, в последние недели действительно довольно много сообщений приходит о том, что граждане получают так называемые мобилизационные предписания, ищут, что это такое в еще не заблокированном интернете. Соответственно, в статистике поиска как Гугла, так и Яндекса эти словосочетания фиксируются как наиболее часто встречающиеся. Вот на основании этой аналитики было несколько публикаций, в частности в издании Moscow Times.

О чем может идти речь? Действительно, с начала 2026 года приходят сообщения через Госуслуги гражданам о том, что нужно посетить военкомат для уточнения сведений, или вообще приходят электронные повестки. Судя по всему, речь идет о том, что тот электронный реестр военнообязанных, о котором мы с вами говорили на протяжении долгих месяцев, сначала об этом замысле, потом о том, как он там запускался, с какими трудностями сталкивался этот запуск, как хакеры, помните, его взломали, как он потом чинился, вот кажется, это он постепенно начинает раскочегариваться.

Когда те люди, которые приходят в военкоматы с этими мобилизационными предписаниями, то там они сталкиваются с тем, что им в военный билет пытаются вклеить некое мобилизационное предписание и также уговаривают их прямо там, на месте, либо подписать заявление о вступлении в резерв, то есть стать резервистами (мы с вами помним о резервистах и о новых законодательных возможностях их использования), либо просто подписать контракт.

Что тут можно увидеть? Не похоже, аккуратно скажем, чтобы речь шла о даже ползучей мобилизации сейчас. Хотя, конечно, если пришедший уточнять сведения достаточно легкомысленен, чтобы контракт подписать, то в его случае мобилизация в этот самый момент и случится.

Но похоже, что вот этот самый электронный реестр пытается себя наполнить обновленными сведениями и возлагает эту обязанность на самих граждан: вот мы хотим про вас побольше знать. А мы помним, что единый реестр военнообязанных должен содержать очень большой набор информации, который, вообще-то, должны туда отправлять ведомства. Все ведомства, от Минсельхоза до Минспорта, должны сообщать разного рода сведения о людях, о спортсменах и о комбайнерах, о том, у кого какое здоровье, о том, у кого какие профессиональные навыки.

Но мы знаем, что ведомства не очень любят делиться своими данными, делают это крайне неохотно, потому что у них у всех есть собственные реестры, это их питательная база. Поэтому межведомственное взаимодействие налажено у нас не очень хорошо. Вот поэтому давайте лучше сами граждане сами придут, сами о себе все расскажут. Как в известном советском анекдоте: «Мыло и веревку с собой приносить либо выдадут прямо там, на производстве?» Это иногда единственный вопрос, который возникает.

Дорогие граждане, имеющие счастье быть нашими слушателями, не будьте такими. Если вам пришло письмо о том, что вам нужно явиться и уточнить какие-то сведения, у вас должен быть к тому моменту близкий человек, желательно женского пола (если у вас нет близких людей женского пола, обзаведитесь ими, пожалуйста, побеспокойтесь об этом), и доверенность. Доверенность тоже должна у вас быть выдана через нотариуса. И этот ваш доверенный человек женского пола с доверенностью приходит с вашими документами и все нужные сведения уточняет. Главное, там физически не появляться, потому что если вы действительно слабы душой, то вас там могут как-то окрутить.

Вообще, попадая в казенное учреждение, хоть в больницу, хоть в военкомат, человек теряет волю и начинает двигаться по некоему предписанному ему маршруту. А в конце этого маршрута, мы знаем с вами, что.

Кадровые перестановки и конфискации в Министерстве обороны

Вот по поводу маршрутов и их предписанных финалов, некоторой такой эквифинальности. В Министерстве обороны у нас продолжаются некоторые кадровые и уголовные передвижения. Помните, недели три, наверное, назад мы с вами говорили о том, что новый заместитель министра появился в Минобороны, Дмитрий Щербинин. (Прим., «Статус» от 12.05.2026). До этого он был советником у министра Белоусова, а еще до этого он был замруководителя секретариата у первого вице-премьера, того же Андрея Белоусова. Это было кадровое решение, о котором мы с вами уже знаем.

М. КУРНИКОВ: Это, в общем, как свой человек пришел.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. А буквально на днях случилось в Министерстве обороны другое кадровое решение, несколько менее очевидное. Андрей Белоусов – это не тот человек, у которого есть какая-то своя команда, он не славится образованием какой-то сплоченной команды, которая переходит за ним с места на место, есть такие начальники, он не такой. Но есть у него один сотрудник, который за ним всегда ходит и руководит его аппаратом или секретариатом. Это Олег Савельев. Вот как только Белоусов пришел в Министерство, он этого самого своего Савельева и со своей предыдущей должности с собой привел.

Кстати, когда мы тогда отмечали это назначение, мы говорили: вот смотрите, у него есть достаточная свобода кадровых решений. То есть, по крайней мере, хотя бы собственного руководителя секретариата он может себе назначить. Точнее говоря, в Министерстве обороны это руководитель аппарата.

И вот этот Олег Савельев уходит, неизвестно куда, просто уволен. И на эту должность приходит заместитель министра внутренних дел. Довольно нетипичный переход из МВД в Министерство обороны, не очень характерный. Виталий Шулика, человек, который работал до этого в "коррупционном" Управлении, прошу прощения, точнее, в Управлении по борьбе с коррупцией Министерства внутренних дел. А в этом управлении тоже были свои удивительные и прекрасные истории. В частности, дело Сугробова помните?

М. КУРНИКОВ: О, Господи, такое не забудешь.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. А помните того генерала милицейского, который выкинулся из окна в процессе следствия? (Прим., в ходе расследования дела генерала Дениса Сугробова (дело ГУЭБиПК) из окна шестого этажа здания Следственного комитета РФ 16 июня 2014 года выбросился бывший заместитель начальника антикоррупционного управления МВД Борис Колесников. Это произошло во время допроса, когда следователь вышел из кабинета).

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Вот он тоже работал в том же самом подразделении. Хорошее, кстати, и подробное изложение этого всего провенанса есть у Ольги Романовой, по-моему, в Breakfast Show она была у Александра Плющева. Можно там послушать вот эти все душераздирающие подробности. (Прим., выпуск Breakfast Show от 26.05.2026).

Нам с вами важно что? Был у бедного министра обороны один свой человек, один-единственный. Мы с вами следим за динамикой заместителей министра обороны, потому что с ними все время происходят очень интересные и драматичные сюжетные повороты. Вот был у него один свой родной человек, одно знакомое лицо. И его забрали. И вместо этого посадили ему какого-то надзирателя из МВД. Опять же, мы не знаем точно, надзиратель он или не надзиратель. У него тоже есть военное образование, у Виталия Шулики. В общем, он имеет какое-то смутное отношение к армии. Но тем не менее к Белоусову он отношения никакого не имеет. Будем смотреть, как там дальше дела будут происходить.

Те заместители министра обороны, которые бывшие заместители министра, продолжают переживать различные уголовные неприятности. Конфискация имущества у бывшего первого заместителя министра обороны Руслана Цаликова. Надо сказать, что одна из крупнейших сумм за историю наших наблюдений за конфискациями, а мы с вами давно и с интересом, пристально наблюдаем за конфискациями. У нас там есть свои чемпионы, которых мы помним. Вот адыгейский судья, помните, председатель областного суда Адыгеи. Кстати, судья Момотов. К нему еще вернемся. Но теперь у нас на рекорд идет Руслан Цаликов – 5,5 миллиардов рублей.

М. КУРНИКОВ: А вот об этом Ольга Романова сегодня говорила на «Эхе» у Татьяны Фельгенгауэр.

Е. ШУЛЬМАН: Вот, видите как. Мы отсылаемся к тем коллегам, которые знают об этом даже еще больше нас. Все очень быстро и красиво. Суд идет в закрытом режиме. Почему в закрытом режиме? Потому что персональные данные сотрудников Минобороны и сведения по гособоронзаказу. То есть никто ничего не узнает. В доход обращены недвижимость, дачные участки, коммерческие объекты, помещения в бизнес-центре, еще какие-то наличные деньги и так далее. Итого 5,5 миллиардов рублей. Сумма достойная. Опять же, адыгейские судьи и всякие другие судьи приветствуют.

М. КУРНИКОВ: Респектуют.

Е. ШУЛЬМАН: Респектуют, да, Руслану Цаликову. По поводу других людей, которые подверглись уголовным преследованиям, поскольку это тоже связано с войной. И еще по поводу эквифинальности. Помните Краснодарский край, в котором тоже пересажали огромное количество всякого народу? Вот был вице-губернатор Краснодарского края, ответственный там за строительство. Совершенно расстрельное направление. То есть можно много заработать на этом, но можно и всегда погореть.

Итак, вице-губернатор Краснодарского края еще в мае 2024 года, в первую волну внутриэлитных репрессий, задержан (290-я статья УК, взятка в особо крупном размере). Получает он по моде нынешнего времени 11 лет строгого режима. И, не желая сидеть эти самые 11 лет в колонии строгого режима, записывается на СВО. И на этом самом СВО погибает. Я хочу сказать, что этому Сергею Власову, так его зовут, 35 лет. Это очень молодой человек. То есть он успел сделать такую карьеру: стать вице-губернатором гигантской области, набрать взяток (или, по крайней мере, быть обвиненным в этом), сесть надолго, решить не сидеть, отправиться на СВО и там сложить свою буйную голову.

Из общего гуманизма мы бы надеялись, что это такая схема, которую мы видели исполняющейся в случае с некоторыми уголовными авторитетами, скажем так.

М. КУРНИКОВ: В «БАРС» какой-нибудь.

Е. ШУЛЬМАН: Я имею в виду вот что. В «БАРС» – это хорошо. В «БАРСах» никто не погибает никогда. А вот насчет уголовных авторитетов история следующая. Уходит человек из тюрьмы, из колонии на СВО, а потом внезапно гибнет, совершенно не оставляя никакого следа. После себя буквально один ботинок остался. А потом его видели в Турции.

Опять же, поскольку мы гуманисты, мы бы хотели, чтобы лучше так. Но что-то подсказывает, что в этом случае это все не понарошку, это все на самом деле так. Это грустная история по всем параметрам.

Если вам, дорогие граждане слушатели, кажется, что в тюрьме сидеть плохо, то госслужащие, осужденные на большие сроки, (кстати, вот Сугробов, которого мы только что упоминали), они выходят по УДО. Вы знаете, потом происходят уже без особенного публичного внимания, без медийного шума, например, апелляции, кассации. В каждой такой ступени снижается на сколько-то их срок. А потом, глядишь, уже и УДО. Поэтому быть лучше живым, чем мертвым. А переход на СВО – это почти действительно гарантированный билет в один конец. Поэтому, если вам кажется, что это хорошая опция, нет, это плохая опция.

М. КУРНИКОВ: Осмыслим?

Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: У нас есть целых две минуты для осмысления, но на некоторых каналах мы продолжаем говорить.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.

М. КУРНИКОВ: Хотите, я добавлю вам чаю?

Е. ШУЛЬМАН: Да, прям хочу.

М. КУРНИКОВ: И еще я знаете, что скажу? Мы в прошлый раз прорекламировали ранний доступ к покупке билетов на 22 августа. И надо сказать, что зрители отозвались. Самые дешевые кончились билеты. Но мы там сделали такими ступеньками – 25, 35, 45 и так далее. Буквально 25 по 25, 35 по 35 и так далее. Но мы так говорим про 22 августа, как будто и так все понятно, как будто все знают. Но мы так говорим, потому что три года уже проводим.

Е. ШУЛЬМАН: Есть люди, которые еще не знают?

М. КУРНИКОВ: Наверное, да. Как бы вы описали, что это такое?

Е. ШУЛЬМАН: Это такое массовое мероприятие на свежем воздухе, где граждане мешают проходу граждан. Это нечто похожее на тот день рождения «Эха» или открытие сезона «Эха», которое когда-то было в Москве, только на свежем воздухе.

М. КУРНИКОВ: Не, наоборот. Не похоже. То было для гостей и связанных и так далее. А здесь вот как раз наоборот, это все с людьми.

Е. ШУЛЬМАН: Вообще, да. Это правда. Это со зрителями. И тут не просто вы можете видеть любимых спикеров, которые ходят и выпивают с бокалом в руке, а они выступают. Мы пользовались этим случаем для того, чтобы в первый раз прочитать какую-нибудь новую лекцию. В этот раз мы будем читать, опять же, ежели доживем, тоже новую лекцию, которую мы надеемся докрутить до нужной степени совершенства.

М. КУРНИКОВ: Мы с Екатериной Михайловной традиционно выступаем. Но еще есть один традиционный спикер. Всегда, не было такого, чтобы его не было. Это Армен Захарян. И в этот раз он тоже будет, скажу вам по секрету.

Е. ШУЛЬМАН: О чем будет рассказывать? Пока секрет.

Принудительное участие в праймериз «Единой России»

М. КУРНИКОВ: Да. Тем более, что мы возвращаемся. Мы продолжаем первую рубрику. И, кстати, мы сейчас в студии в Берлине, а через неделю «Статус» будет выходить из Брюсселя. Если вы где-то в окрестностях Брюсселя или в Брюсселе – ссылка в описании. Но мы продолжаем.

Е. ШУЛЬМАН: Итак, мы с вами обещали рассмотреть две формы государственного принуждения: мобилизационные предписания и принудительное участие в праймериз, в праймериз «Единой России». Тоже очень много сообщений приходит о том, как требуют от людей в этих самых праймериз поучаствовать. Причем с разной степенью настойчивости, с разной степенью административного восторга. Иногда просто рассылают некие рекомендации: «Вот, голосуйте». Иногда пишут, что начальник стоит за спиной и требует, чтобы вот при нем это все происходило. Не просто присылают пожелания, что все должны поучаствовать в праймериз, а сообщают, за какого кандидата надо голосовать. Еще раз повторю, это праймериз «Единой России».

М. КУРНИКОВ: Это, значит, хорошо организованные праймериз.

Е. ШУЛЬМАН: Это правильно организованные праймериз, которые не оставляют ничего на произвол случая. Видите, никаких электоральных неожиданностей не должно быть даже внутри вот этого совершенно камерного, я бы сказала, интимного внутрипартийного мероприятия, где совершенно точно не может уже победить никакая другая партия.

Мы с вами говорили как-то в прошлых выпусках, что если к вам, дорогие слушатели, сильно приматываются с такого рода требованиями, то есть у вас два варианта ответа, можно их сочетать. Первое – говорить, что у вас нет интернета, вы не получили этого сообщения, а то, что было получено, все внезапно пропало, у вас в Максе исчезло, Макс все съел. А второе – говорить, что вы всегда голосуете за ЛДПР. А если вам скажут, что в прошлый раз вы как-то не сообщали о своих пристрастиях к ЛДПР, отвечайте, что вам явился во сне Владимир Вольфович Жириновский и велел обязательно голосовать за ЛДПР. Поверьте, от вас отстанут.

М. КУРНИКОВ: «Единая Россия» слишком слабо поддерживает курс президента.

Е. ШУЛЬМАН: Вот, совершенно верно. «Единая Россия» – это какая-то вялая, миролюбивая, бесхребетная партия. А вы хотите чего-то такого более решительного. При этом должна вам сказать вот еще что. Кроме сообщений о том как разные начальники приматываются к своим сотрудникам с совершенно незаконными, давайте все-таки об этом напоминать, требованиями, участие в праймериз, как и участие в выборах, есть личное дело каждого гражданина. Никого ни на каком предприятии, учреждении, организации не могут принуждать к выражению своей гражданской позиции. Это какой-то совершеннейший бред. Поэтому, если, например, вы человек решительный, говорите, что вы на них на всех напишите заявление в прокуратуру.

Чем мы еще хотим подкрепить такого рода позицию? У нас есть и другие сведения. Сведения состоят вот в чем. В частности, сообщение из Нижнего Новгорода: «Донесли позицию через ОНФ (Общероссийский народный фронт) не агитировать сотрудников голосовать за конкретные партии, тем более что в этом году от АП задание только на обеспечение явки 60%». Еще цитата: «ОНФ просит не перегнуть, так как в обществе очень большое напряжение и много негатива от блокировок интернета и прочих многочисленных проблем. Не нужно быть лучшим учеником. Позиция такая – делаем, что можем».

Также информатор сообщает, что в прошлый раз, в 2024 году, перед выборами президентскими была уже истерика и супердавление, а в этот раз просят не передавить.

Поэтому, если ваш начальник слишком старается, говорите, что он отстал от жизни, что вышло уже новое указание, что те, кто будут приматываться очень сильно к своим сотрудникам, они повышают социальную напряженность, а администрация президента велела не разжигать и социальную напряженность не усиливать, потому что и без того «население сейчас испытывает большое напряжение» и много негатива от блокировок интернета и прочего всякого безобразия.

Мы посмотрим, будут ли у нас еще подтверждения этой установки, но мне показалось это указание довольно правдоподобным, потому что много чего другого утекает из кремлевских и околокремлевских районов. В частности, знаменитая презентация, сделанная одними из подрядчиков управления внутренней политики, в которой рассказывалось, как можно предстоящее возможное замирение представить населению как выдающуюся победу. Помните эту презентацию?

М. КУРНИКОВ: Да. А я не знаю, помните ли вы нашу лекцию, хотя вы все, конечно, помните, про сталинскую Конституцию и то, как проходили первые выборы по сталинской Конституции. И там обязательно была разнарядка, что нужно наказать несколько членов избирательных комиссий, которые слишком усердствуют, для того чтобы показать, что у нас добровольное волеизъявление. Дождемся ли мы уголовных дел на таких, кто принуждает?

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, поскольку нынче уголовные дела растут просто, как грибы, причем круглогодично, в отличие от грибов, то вполне может такое и случиться. Поэтому, дорогие товарищи слушатели, те из вас, кто занимает руководящие должности, а таких довольно много среди нашей аудитории, давайте вы постараетесь не стать вот этими людьми, на примере которых покажут, как не нужно нагнетать и как не нужно вот это самое социальное давление еще больше усиливать. Перечтите, пожалуйста, эту самую презентацию, такой вот смутный план нормализации. Ссылочку дадим. Документ мне представляется вполне подлинным. Он не изготовлен в администрации президента, насколько я понимаю, а изготовлен какими-то подрядчиками.

Потому что если вы прочтете этот труд замечательный и после этого посмотрите на некоторые другие, не связанные между собой публикации… Например, в почтенном издании «Россия в глобальной политике», это орган Валдайского клуба, там Федор Лукьянов часто публикуется, выходит довольно большая статья Василия Кашина. Василий Кашин вообще китаист, синолог, он работал в газете «Ведомости» одно время, но вот такую он последние годы занимает остро лоялистскую позицию.

М. КУРНИКОВ: Давайте скажем, что в описании будет ссылка. Мы на «Эхе», конечно, разместили эту статью.

Е. ШУЛЬМАН: Да, это действительно очень любопытный текст. Называется он «Чугунная проза». (Прим., Чугунная проза реальности / В.Кашин // Россия в глобальной политике. — 21.05.2026.)

М. КУРНИКОВ: Те, кто посмотрит на доску, поймут.

Е. ШУЛЬМАН: А, да? А я-то, как всегда, доску не вижу. «Чугунная проза» Василия Кашина состоит в некой констатации разных мрачных фактов, подтверждающих, что война никуда не движется, хорошо бы ее заканчивать, дальнейшее ее продолжение ни к чему хорошему не приведет. Это пишет лоялист из лоялистов. Там начинается все с деклараций, как правильно и замечательно было начинать эту СВО и, конечно, начать-то было совершенно необходимо, много-много радости она детишкам принесла, но сейчас бы пора вот это все удовольствие – хорошенького понемножку – уже и сворачивать.

Там также фиксируются с неприятной прямотой два факта: применение тактического ядерного оружия не изменит ход войны и уничтожение каких-нибудь ключевых фигур, как они выражаются, киевского режима тоже ничего не поменяет в украинской политике. То есть, в общем, говорит Василий Кашин: «Если мы даже бахнем ядеркой, то останемся, где были, только вот уже с фактом применения этой самой ядерки».

Далее, например, можно почитать Телеграм Олега Царева. Помните, может быть, Олега Царева – такой донбасский активист, практически, возможно, один из кремлевских кандидатов на роль украинского гауляйтера, но что-то не задалось. Вот он пишет длинный-длинный текст о том, что плохо быть в иллюзиях, лучше быть в контакте с реальностью, реальность не подведет. А в данный момент эта самая чугунная реальность, чугунная проза ея заключается в том, что нам этим чугунием всем прилетело уже по голове и, может быть, хватит дальше уже по голове получать.

Или вот, например, еще один старый знакомец мой по Государственной Думе Алексей Чадаев, бывший советник Вячеслава Володина, ныне переквалифицировавшийся в ушкуйники, тоже пишет длинный пост, даже не просто длинный пост, а пост чуть ли не в шести сериях. Он вообще такой пишущий человек, с ЖЖ еще его помню. Он тоже пишет о том же самом, что воюем мы замечательно, и вообще мы молодцы, и много от этого воевания нам пользы какой-то социально-исторической приключилось, но теперь вот, наверное, поскольку мы уже явно победили, больше уже не победим, то, наверное, надо и заканчивать.

Сразу хочу сказать, что ни один, ни второй, ни третий, ни четвертый источник не доходит, естественно, до самого высшего начальства, которое и принимает все решения, поэтому это не стоит рассматривать как попытку заранее рассказать гражданам о том решении, которое уже принято. Я думаю, что причинно-следственная связь выглядит наоборот: довольно значительные круги аппарата, правящей бюрократии, элит, если можно так выразиться, селектората и, как говорит коллега Прокопенко, нобилей действительно очень сильно хотят уже притормозить вот эту всю активность. Вот они это и проговаривают.

Также не стоит думать, что если была такая презентация, то теперь всем разослали методичку, от Федора Лукьянова до Олега Царева, и они все по этой методичке-то и пишут. Степень управляемости людей вообще очень сильно преувеличена. Это тоже такой своеобразный чекистский взгляд. У них там вечно все: одни – кукловоды, другие – куклы безвольные, и уж если кто-нибудь кому-нибудь платит, то он этим человеком распоряжается как своей полной собственностью.

Мне всегда, кстати, хотелось спросить сторонников этого взгляда на устройство мира, а вот когда они, например, ремонт делали в своей квартире, вот им сильно удавалось покукловодить теми людьми, которым они платят? Вот это ощущение безграничной власти – это вот то, что у вас осталось в памяти от чего-нибудь простого такого (ремонт или, например, на участке дачном что-нибудь постричь)? Так что это все идеализм. Такой степени управляемости в реальной вселенной не существует.

Но мы с вами пересказываем вот эти все произведения прозаические для того, чтобы понять, каким образом они отражают и одновременно формируют имеющиеся общественные настроения.

М. КУРНИКОВ: Скорее общественные или скорее элитные? Простите за уточнение.

Рейтинги, тревожность и попытки измерить общественные настроения

Е. ШУЛЬМАН: Общественные настроения мы знаем по некоторым социологическим данным, по некоторым социологическим маркерам. У нас там есть тоже смешная история, как ВЦИОМ поменял методику опроса, для того чтобы рейтинг не так сильно падал. Теперь они больше ходят по квартирам и там спрашивают людей, глядя им в глаза, людей, которые точно понимают, что опрашивающие знают, где они живут: «Довольны ли вы? Всем ли вы довольны, дорогие россияне? Любите ли вы начальство так, как оно заслуживает быть любимым?» В общем, у них рейтинг немножко вверх подрос. Но наш любимый рейтинг тревожности по ФОМу подрос тоже. Так что, как вы понимаете, что было, то примерно и осталось.

Поэтому общественные настроения где-то булькают себе там в тех местах, о которых у нас тоже есть некоторые сведения. Не будем считать, что это прям совсем какая-то загадочная черная дыра. Но, конечно, вот эти разговоры, которые мы цитируем, эти публикации, эти высказывания, это такие достаточно высокоранговые бульканья. Поэтому на них мы тоже обращаем внимание.

Списание долгов участникам СВО и снижение выплат контрактникам

По поводу воюющих, о которых мы уже говорили. У нас подписан закон, о котором мы упоминали, когда он у нас шел в Думе, о списании долгов по кредитам участникам СВО и их женам и членам семьи. Долги в совокупности не должны превышать 10 миллионов рублей. Тут интересно вот что. Этот замечательный закон распространяется на тех, кто заключил контракт начиная с 1 мая 2026 года.

М. КУРНИКОВ: Да ладно! Только свеженьким.

Е. ШУЛЬМАН: Только свеженьким, да. А те, кто уже, они уже. О чем нам говорит эта удивительная дата? Почему такой отрез, даже не с 1 января? Как вы понимаете, законы, которые улучшают положение граждан, они могут задним числом-то действовать. А потому что целеполагание состоит не в том, чтобы облегчить жизнь уже подписавшим контракт, уже воюющим, может быть, уже погибшим, а в том, чтобы привлечь новых.

Речь не о списании кредитов, а о списании долгов по кредитам. Условие этого списания – суд еще не взыскал задолженность и не предъявил исполнительный лист. То есть эта мера направлена не просто на тех, у кого есть кредиты, а на тех, кто не в состоянии их обслуживать, кто на последней ступени перед взысканием этих денег по суду.

Это был депутатский законопроект. Там хорошая группа инициаторов, наши любимые депутаты Дмитрий Вяткин и Василий Пискарев, председатель комитета по безопасности. В общем, вот такая у нас новация. Это говорит нам о том, что новые контрактники очень сильно нужны.

Поступают некоторые сведения, которые я пока перепроверяю, поэтому не зачитываю вам эти цифры, о том, что некоторые региональные надбавки у нас снижаются. Точнее, некоторые регионы свои региональные надбавки начинают уменьшать, потому что, видимо, денег-то нету совсем. Но на это мы еще посмотрим повнимательнее.

Говоря о Государственной Думе, которая у нас начала уже работать, раскочегаривается, новый уполномоченный по правам предпринимателей у нас сегодня появился. Это будет Александр Шохин, который будет совмещать эту должность с председательством в РСПП (Российском союзе промышленников и предпринимателей). Предыдущий омбудсмен по правам предпринимателей был Титов, ничем особенным не запомнился. Александр Шохин тоже человек не новый на российской политической сцене. Ох, не новый. Я помню его еще… Кем же я его еще помню-то? Вот такусеньким. Нет, не то что вот такусеньким, но вице-спикером Государственной Думы второго созыва помню. Боже мой, сколько же нам всем лет…

Я напомню еще один факт про уполномоченных. Мы с вами тут про них говорим. Вот мы про Яну Лантратову рассказывали. Давайте помнить, что уполномоченный с настоящей должностью у нас только один – это вот тот, которого Дума принимает, это уполномоченный по правам человека. То, что была Москалькова, сейчас Яна Лантратова. Это должностное лицо, которое действует на основании федерального закона. У него есть свои полномочия, есть аппарат.

Все остальные омбудс-пипл – по правам ребенка, по правам свиненка, по правам предпринимателей и так далее и так далее – это, в общем, декоративные фигуры. Опять же, не в плохом смысле, но у них нет должности как должности, прописанной в законе.

Между прочим, если мы посмотрим на уполномоченного по правам несовершеннолетних, то ее обслуживают сотрудники аппарата Общественной палаты, потому что у нее нету должности своей. Иногда их еще назначают для престижности, например, советниками президента. Как вот председатель Совета по правам человека является одновременно советником президента. Вот что-нибудь такое. Поэтому эта должность не то чтобы какая-то очень значимая.

Приватизация, РПЦ и новые исключения в законе

Продолжая тему прав предпринимателей. Закон, о котором мы много говорили еще до того, как он был внесен, и следим за его прохождениями и похождениями в Государственной Думе – сроки по делам о приватизации; попытки установить какие-то сроки, после которых уже нельзя отменять приватизационные решения. «Запрос на правила» у нас это теперь называется. Вот это внезапное открытие, которое люди сделали, что хорошо, когда есть закон, а когда нету закона, то как-то дискомфортно становится, тревожно как-то, вот это теперь называется совершенно новым политическим явлением – запросом на правила.

Вы знаете, в 1215 году, вот помню, был случай, там тоже у одной группы бандитствующих товарищей появился запрос на правила, так они эту Magna Carta подписали, Палату пэров учредили. Сословное представительство тоже хорошая вещь. (Прим., Великая хартия вольностей ( лат. Magna Carta, также Magna Charta Libertatum) — политико-правовой документ, составленный в июне 1215 года на основе требований английской знати к королю Иоанну Безземельному и защищавший ряд юридических прав и привилегий свободного населения средневековой Англии. Состоит из 63 статей, регулирующих вопросы налогов, сборов и феодальных повинностей, судоустройства и судопроизводства, прав церкви, городов и купцов, наследственного права и опеки).

Так вот, а у нас идут своим путем, принимают многие-многие поправки в федеральные законы. Когда был внесен этот самый проект, мы с вами говорили, что он вроде как эти самые правила устанавливает, но выкатывает такой список исключений, который отлично позволяет любое приватизационное решение отменить и конфисковать любое имущество. Мы с вами расскажем еще про такие случаи, потому что случаев меньше не становится.

Так вот, второе чтение этого законопроекта. Поправочка: предельный, десятилетний срок исковой давности по делам о приватизации не будет распространяться на имущество религиозного назначения. Это лоббизм патриархии.

Патриархия и РПЦ вообще уже много лет один из самых эффективных лоббистов в Государственной Думе и в  Российской Федерации. Я помню, как они себе реституцию прописывали своих объектов религиозного назначения. Потому что у нас же считалось, что, типа, революция давно была, поэтому не надо прошлое ворошить, гражданская война заново начнется, если, например, пытаться вернуть имущество тем людям, у которых их большевики отобрали. Но есть одно исключение. Вот почему-то если религиозное имущество, которое принадлежало церкви, возвращать, то тут совершенно не будет никакой социальной напряженности, вообще никаких гражданских конфликтов не будет. Буквально, это святое.

Вот теперь этот самый десятилетний срок на имущество религиозного назначения распространяться не будет. РПЦ выцарапает свое, и она вам скажет, что ваш объект имел когда-то религиозное назначение, что на том месте, где стоит ваше предприятие, вообще-то, был какой-нибудь амбар, который принадлежал монастырю. И ваш десятилетний срок таким образом растает.

Дело Галицкого

По поводу конфискации имущества. Любимая наша тема. Мы сказали с вами про заместителя министра обороны. У нас есть еще один любимый персонаж – это бывший председатель Совета судей, заместитель председателя Верховного суда Виктор Викторович Момотов.

М. КУРНИКОВ: Казалось бы, все понятно. Ан нет.

Е. ШУЛЬМАН: Не вполне. Он ушел в отставку, а вот теперь Высшая квалификационная коллегия судей рассмотрела вопрос о прекращении отставки судьи Момотова.

М. КУРНИКОВ: Что это? Обратно в судьи поставили?

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Выглядит так, как будто его вызывают обратно работать. Нет, прекращение отставки означает лишение его статуса судьи в отставке, который защищает его от судебных претензий. У него тоже собираются конфисковывать и буквально-таки уже конфисковали. Кстати, совокупная стоимость конфискованных активов превышает 9 миллиардов рублей. Надо уже какой-то организовывать конкурс, у кого больше всех конфисковали. Вот эта конфискация случилась в октябре 2025 года. Мы о ней рассказывали, но она, судя по всему, не последняя.

Вы знаете, что удивительно? Момотов пришел на заседание, все отрицал. Сказал следующее: «Вы меня достаточно хорошо знаете. Я 16 лет проработал в Верховном суде. Для меня это были непростые годы. Я всегда старался руководствоваться законом, не прятался от конфликтов. Даже сюда пришел без адвоката». Дорогой Виктор Викторович, действительно, адвокат вам не нужен. Он вам не поможет. А вот приходить туда, хоть с адвокатом, хоть без адвоката, хоть с мамой, не надо. Что вы там вообще собираетесь делать?

Вот давайте приведем еще пример. У нас есть довольно любопытное и тоже долго длящееся дело бывшего депутата Государственной Думы Магомеда Гаджиева. Это не только дело Магомеда Гаджиева, это и дело всей его семьи. «Дело против Гаджиева – это дело против меня», – могут сказать многие-многие его родственники.

Мы на это обращаем внимание, во-первых, потому что все депутаты пользуются нашим особым вниманием, а во-вторых, это бывший депутат – иностранный агент. Более того, это бывший депутат-иностранный агент, до того соавтор закона об иностранных агентах. Поэтому возникают такие душераздирающие заголовки типа «На соавтора закона об иностранных агентах составили протокол за несоблюдение этого закона». «Не рой яму другому» буквально хочется написать.

Верховный суд Дагестана приговорил этого самого экс-депутата, на минуточку, к пожизненному лишению свободы.

Пожизненные сроки у нас стали что-то любить. Несколько случаев в последнее время. И это не только подрыв Крымского моста и приговорение каких-то случайных водителей. И не только теракт в «Крокусе», но и вот такие статусные дела вроде дела братьев Магомедовых.

Там, правда, есть убийство. По крайней мере, обвиняют его в том, что он заказал убийство ректора вуза. Вот ведь как. Одновременно убили его племянника. В общем, дело там жутковатое.

Но, что нам с вами важно? Магомед Гаджиев получил пожизненное. Его брат, экс-глава Махачкалинского морского порта и депутат дагестанского парламента Ахмед Гаджиев, получил, в свою очередь, 10 лет. Там есть тоже конфискации, потому что Гаджиев, его сын, его сестра и его сожительница признаны участниками экстремистского объединения. Сказано, что они оказывали материальную и иную поддержку вооруженной агрессии киевского режима против народа Донбасса. У него там тоже изъятий на 2 миллиарда рублей.

Так вот, почему мы хотели бы даже в некотором роде привести в пример это дело всем остальным? Оба приговора вынесены заочно: и самому Гаджиеву, и его брату. Мы не то чтобы одобряем дагестанских депутатов, которые, судя по всему, расстреливают каких-то других дагестанских уважаемых людей или, по крайней мере, имеют к этому отношение. Но заочный приговор как-то гораздо лучше звучит, в особенности, если это приговор в отношении вас, чем приговор очный.

Вот, например, арестован в Москве бывший сенатор по имени Василий Дума, отец, кстати, знаменитой светской девушки

Мирославы Думы. Вот он почему-то дал себя арестовать. Он был костромским сенатором довольно много лет, с 2004 по 2011 год. До этого он был первым вице-губернатором у себя там в Костроме. Обвиняют его в мошенничестве. Вот с ним вместе по делу идет бизнесмен по фамилии Клеточкин. Так тот уехал, а бывший сенатор Дума почему-то остался и дождался вот того, чего он дождался.

Еще одна история про отъехавших: одна про уехавшего и потом история про уехавших. Давайте так. Итак, мы с вами внимательно следим за делом Александра Галицкого. Помните, жена, IT, Almaz Capital и так далее и так далее. Всякие детективные перипетии бизнесмена близкого, как говорят, к премьеру.

М. КУРНИКОВ: И давайте скажем, действительно с богатой бизнес-биографией. Если что, портрет его есть на сайте «Эха», прочитайте. Это действительно интересная биография.

Е. ШУЛЬМАН: С этим стоит ознакомиться, потому что это действительно история страны, история многих экономических сфер и бизнес-направлений.

М. КУРНИКОВ: Абсолютно. Вы удивитесь, как много вы взаимодействовали с этим господином Галицким и его продукцией.

Е. ШУЛЬМАН: Итак, его фонд Almaz Capital признан экстремистским объединением. У него тоже конфисковано имущество. Идут очередные слушания в Мосгорсуде. И на этих слушаниях в Мосгорсуде внезапно представитель Генпрокуратуры говорит: «Если Галицкий называет себя патриотом, почему он в нарушение обеспечительных мер покинул Россию по голландскому паспорту и направился в Беларусь?» Обратите внимание, уважаемые слушатели, на этот маршрут.

Мосгорсуд, как вы понимаете уже из самого названия, является апелляционной инстанцией. Первичное решение принимал районный суд, соответственно, защита подала апелляцию, Мосгорсуд утвердил все эти решения. Но апелляционный период дал возможность Александру Галицкому, несмотря на то что на предыдущее заседание он тоже пришел, и мы говорили об этом в эфире, говорили, что не надо так себя вести, нечего там делать.

М. КУРНИКОВ: Послушался.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Кто слушает, тот, соответственно, спасется. Я напомню, что признание чего-нибудь экстремистским объединением, а у нас есть уже экстремистские изготовители сушеных снеков, экстремистские производители видеоигр и, видите, экстремистский венчурный фонд, позволяет конфисковывать имущество, невзирая ни на какие сроки давности. Это вот как раз одно из тех исключений, которые прописываются в поправках в Гражданский кодекс, известные как поправки о сроках приватизации. Так что здесь никаких законных препятствий к изъятию вашего имущества нет.

Поправки в КоАП и расширение арестов имущества

Еще одни препятствия к изъятию имущества, еще одни барьеры, стоящие между государством и вашей собственностью, нивелированы Государственной Думой буквально сегодня. Сразу во втором и в третьем чтении приняла Государственная Дума поправки в Кодекс об административных правонарушениях, которые: тут дальше надо аккуратно и слушать надо внимательно, потому что вы, я думаю, уже наслушались всякого рода новостей, возможно, у вас создалось ложное впечатление.

Итак, это поправки в КоАП. Эти поправки в КоАП расширяют список статей, правонарушения в рамках которых могут вызывать обеспечительную меру, арест имущества. Итак, тут речь не идет о конфискации. Речь идет о возможности по отношению к человеку, против которого возбуждено административное производство по ряду статей, применить меру – арест имущества. Речь идет о тех, кто идет по этим всем статьям заочно, не находясь на территории Российской Федерации. Между прочим, если вы находились на территории Российской Федерации, то ваше имущество тоже можно благополучно арестовать.

Чем арест отличается от конфискации? Если с вами что-то такое произойдет, лучше нет, ваше имущество не поступает в государственную собственность, не продается с аукциона, не используется для того, чтобы компенсировать какой-нибудь там нанесенный вами ущерб. Оно арестовывается. То есть вы не можете с ним производить далее никаких операций. Вы не можете его сдавать, продавать, дарить, люди не могут вступать в наследство и так далее.

Ко второму чтению этого замечательного законопроекта в нем появился закрытый перечень составов административных, по которым такие меры возможны. Это нарушение порядка деятельности иноагента, злоупотребление свободой массовой информации, призывы к экстремистской и террористической деятельности, публичное отождествление СССР и нацистской Германии и ряд других. Это расширяет возможность экстерриториального применения таких статей.

В действующем КоАПе экстерриториально можно применять только достаточно узкий круг составов. Например, сделки с преступным имуществом, незаконное вознаграждение, участие в нежелательной организации, если действие направлено против интересов РФ.

Этот арест накладывается или может быть наложен решением суда при составлении протокола. То есть до суда, до вынесения какого бы то ни было решения.

М. КУРНИКОВ: Как удобно.

Е. ШУЛЬМАН: Это важно. Размер арестованного имущества не ограничен размером возможного штрафа. Составляется на вас протокол за нарушение законодательства об иностранных агентах. Давайте говорите о чем-то, что мне знакомо. И вот с этого момента, если суд так решит, он накладывает арест на ваше имущество.

Статьи, о которых идет речь, не только политические, хотя, конечно, и политические тоже. Мы с вами также помним, что когда какие-то дискриминационные меры вводятся в отношении определенного круга лиц, то очень скоро этот круг лиц становится неопределенным. Практики, которые отрабатываются на немногих, потом применяются уже ко всем.

М. КУРНИКОВ: То есть по большому счету теперь можно у кого угодно арестовать имущество.

Е. ШУЛЬМАН: Да.

М. КУРНИКОВ: Все причем имущество. Не в смысле обеспечивающее то, что нужно выплатить, а вообще все имущество.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Вообще говоря, первоначально такого рода арест имущества является действительно обеспечительной мерой. То есть, смысл какой? Вы там нахулиганили, разбили окно и скрылись. Нужно как-то компенсировать ущерб. Поэтому у вас арестовывают, например, на счетах сумму, которую суд назовет, с тем чтобы потом по решению суда можно было у вас эту сумму изъять. Тут ни о чем таком речь не идет. Просто ваше имущество может быть арестовано. Слово «арестовано» здесь как-то людей может вводить в заблуждение. Давайте скажем «заморожено». Но, опять же, вам от этого не легче.

М. КУРНИКОВ: Не легче. А скажите, вот почему тогда все говорят, что это закон именно против уехавших? Там это как-то прописано?

Е. ШУЛЬМАН: Да, потому что это возможность так называемого экстерриториального применения.

М. КУРНИКОВ: То есть это возможность, но это не значит, что именно так.

Е. ШУЛЬМАН: Нет, конечно. Вообще-то говоря, Кодекс об административных правонарушениях, как и Уголовный кодекс, в большинстве случаев предполагает, что вас судят очно, что вы можете себя защищать как-то, что вы являетесь как-то, присылаете бумагу, что вы больны, что-то в этом роде.

Заочно, по идее, в предыдущей версии нашего уголовного права можно было судить людей за серьезные преступления.

Если вы набедокурили на КоАП и потом куда-то делись, то государство, в общем, не должно заморачиваться вас преследовать, потому что визгу много, шерсти мало, считалось, что вы появитесь на родине, которую вы так любите, и вот там-то и разберетесь (оплатите ущерб или еще каким-то образом погасите свои долги перед родиной).

Такого рода аресты при заочном администрировании среди прочего, скажем так, вам могут позволить узнать об этом деле только постфактум. Опять же, представьте себе, что вы уехали по какой бы то ни было причине, учитесь вы.

М. КУРНИКОВ: Да в отпуск поехали, в конце концов.

Е. ШУЛЬМАН: В отпуск поехали. А в это время на дому против вас взяли и возбудили административное производство по какому-нибудь интересному вопросу. Далее, например, при попытке заключить какую-нибудь сделку или совершить какую-то операцию с вашим имуществом вы вдруг обнаруживаете, что оно, оказывается, под арестом. «А что случилось?» – спрашиваете вы. А вот, что случилось, узнаете вы постфактум.

Выцарапать ее из-под ареста можно, давайте сразу скажем, но для этого вам понадобится квалифицированная юридическая помощь.

М. КУРНИКОВ: Просто какой рычаг получают силовики в этих всех бизнес-войнах.

Е. ШУЛЬМАН: Конечно.

М. КУРНИКОВ: Это просто за пределами.

Е. ШУЛЬМАН: Я думаю, что следующий шаг – это уже, конечно, не арест, а конфискация. Потому что я вот так много раз тут говорила, что речь идет не об изъятии, речь идет о заморозке, то есть вы не можете ничего сделать со своим имуществом. Это не обязательно, кстати, недвижимое имущество, это еще чаще, поскольку не у всех людей совершенно бывает какое-нибудь недвижимое имущество, например, счета в банке. Вот это тоже может быть таким образом заморожено. Но, как вы понимаете, от ареста до конфискации, в общем, шаг небольшой.

Еще раз повторю, нас тут с вами волнует расширение вот этих пределов возможного, размножение этих псевдоправовых норм, которые просто разрешают государству делать то, что ему вздумается. Опять же, если вы прочитаете вот это все и думаете: «Я не подхожу под эти категории», вы знаете, ежели есть процедура, она будет только расширена, сужена она не будет.

М. КУРНИКОВ: Давайте перейдем к понятию.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

М. КУРНИКОВ: Давайте.

ПО ПОНЯТИЯМ

М. КУРНИКОВ: О чем вы расскажете сегодня?

Е. ШУЛЬМАН: Наше понятие сегодня звучит устрашающе. Выговаривать его трудно. Я тренировалась, но, по счастью, в нем есть некоторые элементы, которые даже я уже выучила в немецком языке. Мы с вами сегодня обратимся к истории права, истории темной, кровавой обычно, как это бывает, и поговорим о такой замечательной правовой норме, которая называется Reichsfluchtsteuer. Steuer – это вот тот самый элемент, который мне знаком, это налог. Да, Максим Владимирович тоже заплакал.

М. КУРНИКОВ: Да, да, да.

Е. ШУЛЬМАН: Reich – это, соответственно, рейх, как обычно говорят по-русски, а Flucht – это побег. А Reichsfluchtsteuer – это налог на побег из рейха. Это очень любопытный закон. Он чем интересен? Он прославился в истории как закон о конфискации имущества уехавших, а потом как о конфискации имущества евреев, которые хотели бы уехать, но не могли. Но начинался он как закон, принятый от бедности. Это интересная динамика, она не похожа на нашу. Хотя в нашем случае, конечно, стремление пополнить скудеющий бюджет очевидно стоит за всеми этими конфискационными нормами и за всей этой оргией штрафов, которая у нас продолжается уже не первый год.

Что у нас было в Германии? Закон этот первично был принят в 1931 году и имел целью предотвратить или хотя бы сократить отток капитала из Веймарской республики. Веймарская республика – анократия, слабая демократия. Высокая инфляция. В 1929 году началась Великая депрессия. Рейхсмарка совершенно падает и валится. Богатые люди выводят деньги из Германии, пытаются как-то спасти свое имущество, свои активы, свои вклады, с тем чтобы их не сожрала галопирующая инфляция.

Для того, чтобы Германия не осталась совсем без денег, немецкое правительство, еще до всякого Гитлера (то есть

Гитлер там уже бродит у нас на фоне этих всех малоприятных исторических событий, но тем не менее тут в начале он пока еще ни при чем), принимает в конце 1931 года декрет, в котором на этот вывоз капитала устанавливается некоторый налог. Если сумма у вас больше 200 тысяч рейхсмарок либо ваш годовой доход свыше 20 тысяч рейхсмарок (это достаточно крупные суммы) – первоначальная ставка 25% от совокупных активов или дохода. Ставка большая, но пока еще…

М. КУРНИКОВ: Подъемная.

Е. ШУЛЬМАН: …пока еще подъемная, не запретительная. Я вам сейчас зачитаю динамику этих самых замечательных штрафов. Далее, как вы понимаете, налогоплательщики, которые пытались от этого взыскания уклониться, могли быть наказаны лишением свободы. Правда, срок там, по-моему, три месяца был. То есть пока все еще лайтово. Предполагалось, что это временная мера – это декрет, это еще не закон – с конца 1931 по конец 1932 года. Потом продлевают до 1934 года, а там уже приходят к власти нацисты.

И дальше они пересматривают этот декрет, превращают его в закон, продлевают его шесть раз подряд, эти замечательные люди, до 1942 года, когда он становится законом на неопределенный срок. Снижают нижний порог налогооблагаемых активов с 200 тысяч до 50 и начинают задирать эту самую ставку: 1934 год – 65%, 1936-й – 81%, 1938-й – 90%, 1939-й – 96%. Девяносто шесть процентов отдай, четыре процента забери себе и ни в чем себе не отказывай.

Для легального выезда требовалась так называемая справка об отсутствии задолженности, которая подтверждала уплату вот этого самого налога на бегство из рейха. Если подозревали людей в том, что они хотят эмигрировать, то налоговое управление, управление валютного контроля могло потребовать внесение гарантийного залога равного сумме этого налога. То есть вы еще никуда не уехали, но у налоговой службы есть подозрение, что вы смотрите куда-то налево, поэтому давайте мы с вас возьмем сумму гарантийную. Это буквально ведь залог, что вы не убежите. А если убежите, то мы заберем у вас эти самые деньги.

С особым энтузиазмом эта мера, естественно, применялась к евреям. Почта отслеживала их заявления о смене адреса. Грузоперевозчики должны были сообщать о том, что кто-то решил перевезти какую-нибудь мебель. Гестапо прослушивало телефонные разговоры. В общем, следили за этим делом очень строго.

Далее, как вы понимаете, уже к середине – второй половине 30-х уплата налога не гарантировала вам возможность покинуть страну с оставшимся имуществом. Лимит освобождения от уплаты этого налога был установлен в размере 10 рейхсмарок. То есть мы с этих 200 тысяч упали уже до 10. Банковские вклады и ценные бумаги переводились на замороженные счета, с которых средства могли быть переведены за границу только при условии оплаты штрафов, вот этих самых процентов.

М. КУРНИКОВ: Замороженные счета… Знакомые слова какие-то.

Е. ШУЛЬМАН: Чем дело закончилось? Напомню, в 1942 году этот временный бесконечно продлевавшийся закон становится уже бессрочным. Когда война закончилась, как вы понимаете, американская оккупационная администрация издала закон военного правительства о реституции идентифицируемого имущества. Налог на бегство из рейха было предписано возвратить настолько, насколько можно было найти тех лиц, которым это можно было вернуть. Там был потом специальный еврейский имущественный сбор для компенсации евреям. Но сам этот налог, между прочим, был отменен в 1953 году только законом об отмене устаревших налоговых правил.

Интересно, что тогда в Бундестаге шла дискуссия, не предпринять ли какие-то меры по борьбе с оттоком капитала, потому что оказались опять в той же точке, откуда ушли: опять страна разбомблена, национальная валюта не пользуется большой популярностью, все, кто может что-то вывезти, пытаются что-то вывезти. Поэтому они пытались обсуждать какую-то меру, уже не конфискационную, но хоть какую-то, чтобы у нас все не утекло. Но поскольку репутация этого замечательного закона была соответствующей, то решили не повторять былых ошибок. Вот как заканчиваются такого рода неправовые инициативы.

М. КУРНИКОВ: Давайте перейдем к вопросам.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

Вопросы от слушателей

Вопрос о гуманизации силовиков

М. КУРНИКОВ: А прежде чем вопрос задам, я, кстати, признаюсь, что я знаю, какая тема нового выпуска «Закладки». И даже знаю, кто посоветовал.

Е. ШУЛЬМАН: Да, правильно. Вы правильно подозреваете. Действительно.

М. КУРНИКОВ: Да. И новый выпуск «Закладки» уже доступен для спонсоров в Patreon, в Spotify и в Apple Подкастах. Обратите внимание. Ну, а мы переходим к вопросам.

Трухолитов спрашивает: «Заметил, что, думая о людях в силовых структурах, начинаю их сразу расчеловечивать в своей голове. Но и они, правда, поводов думать иначе не дают. Умом, конечно, понимаю, что там кто-то где-то все-таки честный остался. Как быть, когда силовики полностью себя дискредитировали? Что делать с ними, если вдруг произойдет смена политического режима?»

Е. ШУЛЬМАН: Комплекс мер, как обычно. Никакой одной золотой или серебряной пули я вам не назову. Какие-то люстрационные меры относительно руководства. Курсы переквалификации для среднего и низшего начальственного состава. Для всех – психологическая помощь.

Вы знаете, я вам вот что скажу, чтобы вы начинали их обратно очеловечивать в своих глазах. У работников силовых структур выше процент суицидов, чем у практически любой другой профессиональной категории. Почему? Работа у людей тяжелая, грубая и страшная. Их терроризирует начальство в обмен на то, что они могут терроризировать нижестоящих. Кругом насилие, измена, трусость и обман. (Прим., „Кругом измена, трусость и обман!“ — Николай II. Цитата записи из дневника императора от 2-го марта 1917 года). Привычки к какой-то рефлексии нету, а оружие близко. Из психотерапевтических средств только водка. Поэтому эти ребята стреляются очень легко. Потом надо будет их всех лечить.

И last but not least. Самое лучшее и замечательное средство – индивидуальная ответственность. Не по принадлежности, не за форму, не за геолокацию, а за личные дела. Пытал, дела фабриковал, что-нибудь еще там делал, бил протестующих? Вот, пожалуйста, есть свидетельства. Время наше информационное, все довольно хорошо задокументировано. Вот давай, дорогой, тебя будут за это судить. Это я еще только назвала основные пункты.

Реформа силовых структур обсуждается довольно много разными профильными специалистами. Я вам рекомендую, кстати, вот посмотрите, Кирилл Титаев, некогда один из руководителей Института проблем правоприменения, ныне преподаватель FLAS в Черногории. Вот у него есть на эту тему, даже и на Ютубе, выступления, вот его всякие планы по нормализации, приведению к норме силовых структур в будущей, несколько менее людоедской России.

Опять же, все не бином Ньютона. Многие страны прошли через такого рода истории. Обычно самая зараза концентрируется не в народных органах типа криминальной полиции обычной, а в спецслужбах и в политической полиции. Вот с этими ребятами сложнее. А с полицией есть методы. Ничего, будут работать нормально. Все люди, все человеки. Все подчиняются приказам. Что им сверху говорят, так они себя и ведут.

Вопрос о христианстве на Руси

М. КУРНИКОВ: Мышек рок-н-ролл спрашивает: «Уважаемая Екатерина Михайловна, вы в своих выступлениях часто отмечаете, что христианство “не прижилось” в России. А можно вкратце пояснить, почему вы так думаете?»

Е. ШУЛЬМАН: Я думаю так вот почему. Я не буду сейчас уходить далеко в историю раскола, который многие историки считают важнейшим событием русской истории. У меня просто недостаточно для этого компетенции. Я начну с того, что я помню более-менее. Начиная с Петра Первого Русская православная церковь является государственным департаментом. Она не является самостоятельным политическим или социально значимым актором. Российское духовенство никогда не пользовалось таким собственным авторитетом, как, например, духовенство католическое.

Невозможно себе представить в России такую коллизию, которую мы часто видим, например, во Франции, когда духовник имеет такое влияние на главу семейства, что глава семейства его слушает, завещание составляет в его пользу и так далее. Сюжет «Тартюфа» мольеровского, кстати говоря, более-менее об этом. Потом цензура заставила Мольера заменить у Тартюфа профессию. Вначале он священник, а в цензурной версии он какой-то просто некий лицемер, который присел на уши богатому своему хозяину. Но на самом деле это вот как раз история про то, каким духовенство пользуется влиянием.

В России не было проповедников, которые владели умами паствы, собирали толпы и подвигали эти толпы к разным нехорошим делам, как Савонарола. Недавно отмечали очередную годовщину его сожжения.

Опять же, я не к тому, что это непременно плохо. Может быть, в этом даже есть что-то хорошее.

М. КУРНИКОВ: В некотором смысле были как раз раскольники, которые уводили каких-то людей и так далее.

Е. ШУЛЬМАН: Еще раз, мы с вами смотрим на более-менее Новое время. Я не знаю, как это все выглядело в Средние века и, действительно, во времена раскола. Может быть, тогда и правда люди относились к своей вере всерьез.

М. КУРНИКОВ: Какие-то попытки сопротивления Петру Первому вроде бы.

Е. ШУЛЬМАН: Какие-то были тоже со стороны старообрядцев. Старообрядчество – это крайне своеобразная культурная традиция, такая отдельная река в великом русском море. Но если мы это оставим в стороне, может быть, раскол и старообрядчество истощили какую-то вот эту религиозную энергию в душе русского народа. В России не было Реформации, в смысле морального бунта низов против верхов. Не было Лютера. Может быть, наш Аввакум был потенциальным Лютером, но не случилось. Церковный раскол не привел к образованию новых социальных сущностей в таком масштабе, в каком это произошло в Европе.

Опять же, я сейчас не хочу сказать, что это непременно плохо и говорит о том, что русский народ и иные народы, населявшие Россию, как-то не поднялись до этических высот христианства. Мы с вами просто фиксируем факт: начиная с Петра церковь – госдепартамент. Она влиятельна не потому, что люди верят в Бога, а потому, что чиновники ее поддерживают. Ее имущество, ее власть, ее вообще само существование зависит от государства, а не наоборот. Государству они нужны постольку-поскольку, рассказывать, кто что на исповеди проболтался. Но они не являются опорой престола. А вот престол является их опорой.

И как только государственная власть сама слабеет, русский народ с наслаждением занимается погромом церквей, убийством священников. Кто-то жалеет об этом, кто-то потом этим недоволен и предъявляет соответствующую претензию советской власти. Но в целом это расцерковление это было воспринято достаточно равнодушно.

История РПЦ при советской власти постыдная большей частью. Это история, давайте назовем вещи своими именами, тесного и родственного сотрудничества и содружества не просто с государством, а со спецслужбами. Это известно.

М. КУРНИКОВ: Зловещая пауза.

Е. ШУЛЬМАН: Какая уж тут пауза, слушайте… Опять же, кому надо, все всё знают. Книга коллеги Ксении Лученко рассказывает вам позднюю часть этой истории, постсоветский период, когда, процитируем молодого Пелевина, если чем и приближала РПЦ человека к Богу, так это посредством торговли водкой и сигаретами. (Прим., «К официальной церкви Степа относился не лучше, полагая, что единственный способ, которым она приближает человека ко Всевышнему, – это торговля сигаретами». Цитата из романа В.Пелевина «Числа»). Вот по этой причине мы с вами говорим, что христианство на Руси как-то, на мой взгляд, не вполне привилось.

Вопрос о дореволюционной политической эмиграции

М. КУРНИКОВ: Еще раз рекомендуем книгу Ксении Лученко «Благими намерениями». Последний вопрос. Тоскана спрашивает вас: «Была у вас на недавней лекции про большевиков и не только в эмиграции». Приятно, правда?

Е. ШУЛЬМАН: Приятно.

М. КУРНИКОВ: «И вот уже несколько дней не перестаю думать…»

Е. ШУЛЬМАН: Вот для чего мы читаем лекции.

М. КУРНИКОВ: Да. «…о различиях между оппозицией в изгнании того времени и нашего. Понятно, что между собой ссорились так же страстно. Но почему в целом тогда политики, кажется, находящиеся за границей, были намного активнее? Их привлекало, как будто, не только поговорить, но и конкретные действия. Не берусь их оценивать, но кажется, что они были постоянны. Дело ли только в усилении контроля и наличии новых инструментов этого контроля или также в том, что у них была поддержка внутри страны, а сейчас ее объективно нет?»

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, какая уж у них там была сто и более лет назад поддержка внутри страны, трудно судить. Но те конкретные дела, о которых вы говорите, и мы рассказываем об этом в лекциях, в основном сводились к терактам. Это тоже надо иметь в виду. Эти активные деятели русской политической эмиграции, многие из них, работали в подполье и поддерживали, находясь в эмиграции, работу подполья. А подполье занималось, да, агитацией, да, распространением всякой литературы, но также и политическими убийствами, и экспроприациями, и всякими другими такими замечательными делами.

Нас как раз вот на этой последней лекции в Цюрихе, которая была посвящена дореволюционной политической эмиграции, спросили: «А вот как же, вы про студенческие волнения рассказываете. Почему сейчас нету студенческих волнений?» Я сказала, что это тоже оборотная сторона гуманизации. И, как ни парадоксально это прозвучит в контексте разговора о политической эмиграции, легкость отъезда сравнительная с предыдущими временами и легкость укоренения на новом месте, конечно, тоже способствуют некоторому смягчению нравов. Те люди, которые шли в революционеры, подпольщики и террористы, с гораздо большей вероятностью сейчас уедут, уедут в ту страну, которая больше соответствует их представлениям о правильном политическом порядке.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, я только скажу, приходите на наши встречи, там правда бывает интересно. Вопросы, как всегда, можно на них задавать. В Брюсселе, кстати говоря, если я правильно помню, те, кто будут смотреть через Patreon «Статус», увидят часть с вопросами тоже, если все технически сработает хорошо. Ну и впереди у нас еще Малага (ссылка в описании). Всё можете найти. Все всегда встречи мы публикуем на сайте «Эха». Ну, а теперь пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит на множестве ютуб-каналов. Например, на канале Екатерины Михайловны. Здравствуйте!

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер!

М. КУРНИКОВ: В приложении «Эхо» и на радио в Эстонии вы можете это тоже слушать. Я рад с вами поделиться этой информацией. Но, как всегда, в самом начале я дарю книгу. В этот раз я дарю вам книгу, Екатерина Михайловна, которая может показаться вам знакомой.

Е. ШУЛЬМАН: Ой! Что-то такое я видела!

М. КУРНИКОВ: Это ваша книга «Возвращение государства», которая снова, наконец-то, есть в продаже. И мы, конечно, ссылочки бросим. Долго все жаловались, что не могли ее найти. Но вот она.

Е. ШУЛЬМАН: С обновленными иллюстрациями. Не правда ли? М. КУРНИКОВ: Вот она, дорогая. Она, вообще, прекрасная.

Е. ШУЛЬМАН: Книга иллюстрирована изображениями различных левиафанчиков.

М. КУРНИКОВ: Левиафанчики.

Е. ШУЛЬМАН: Левиафанчики стали, я бы сказала, крупнее.

М. КУРНИКОВ: Еще левиафанистее.

Е. ШУЛЬМАН: За время пути они, в общем-то, могли подрасти. Вот такие они у нас хорошенькие. А тот, который на обложке, прям вот такой вот цветной.

М. КУРНИКОВ: Я, знаете, кстати, раз уж такое дело, скажу, что вот сколько у меня их здесь сегодня. Знаете, почему?

Е. ШУЛЬМАН: Почему?

М. КУРНИКОВ: Сегодня после эфира я попрошу вас их подписать. Потому что на сайте «Эхо Книги» можно ведь и книги с автографами авторов покупать. Поэтому, дорогие друзья, да, пользуйтесь такой возможностью.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, я помню, как вы меня заставляли в пользу фильма «Голод» подписывать мои же собственные книги в еще большем количестве.

М. КУРНИКОВ: И фильм вышел, поучаствовал в кинофестивалях и так далее.

Е. ШУЛЬМАН: Все было не зря.

М. КУРНИКОВ: Обратите внимание, сегодня кольцевая композиция должна сработать. Не забудьте, какие именно картиночки разглядывала Екатерина Михайловна. И потом сами себе поставите галочку в самом конце эфира. Ну, а теперь переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Запрет на публикации о дронах в Москве

М. КУРНИКОВ: С какого события вы начнете?

Е. ШУЛЬМАН: Не расстанемся с Левиафаном. Не знаю, будем ли мы от этого вечно молодыми, как обещали людям, не расстающимся с комсомолом. Но тем не менее мы с вами продолжаем наблюдать за деятельностью российских государственных органов в целом и силовых структур в частности.

М. КУРНИКОВ: И хотя день пионерской организации, цитируем мы комсомол.

Е. ШУЛЬМАН: Близко. Цитировать нечто про пионерскую организацию, может, нам уже совсем не по летам. Итак, некоторые слушатели, может быть, недоумевают, почему мы все время зачитываем в эфире пресс-релизы ЦОС ФСБ, что вдруг такая концентрация именно на этой структуре.

М. КУРНИКОВ: Во-первых, это красиво.

Е. ШУЛЬМАН: Во-первых, это красиво. Во-вторых, не зацикливаемся. Сегодня у нас будут пресс-релизы иных организаций, не менее заслуживающих внимания. Во-первых, мы с вами сейчас прочтем с выражением некоторые пассажи из выписки из протокола заседания Антитеррористической комиссии города Москвы.

Эта не всем очевидная и мало кому знакомая структура на прошедшей неделе, а именно 12 мая 2026 года, как раз неделю назад, запретила москвичам, и не просто москвичам, а сейчас скажем кому: органам власти, в том числе федеральным органам государственной власти, органам государственной власти города Москвы, органам местного самоуправления и подведомственным им организациям, средствам массовой информации, экстренным службам, иным организациям и гражданам запретила – выписка из протокола – распространять, в том числе с использованием сети Интернет, информацию о совершении на территории города Москвы террористических актов, в том числе с использованием беспилотных аппаратов и/или иных средств поражения, действиях на территории города Москвы диверсионно-разведывательных групп, совершении на территории города Москвы иных действий, направленных на причинение вреда жизни, здоровью граждан, повреждению имущества, в том числе критически важной инфраструктуры.

Итак, есть некая Антитеррористическая комиссия города Москвы. Мы сейчас расскажем, что это такое и кто туда входит. Она заседает и выпиской из своего протокола всем органам власти, в том числе федеральным, органам власти города Москвы, местного самоуправления, СМИ, экстренным службам и гражданам запрещает распространять информацию. Право на распространение информации закреплено в 29-й статье Конституции Российской Федерации, как раз из первой, неизменяемой части.

При этом информацию, довольно широко описанную в терминах не то чтобы вполне определенных. То есть гражданин или СМИ должны определить, что то, что они тут снимают и собрались было распространять, является террористическим актом, а также действиями диверсионно-разведывательных групп.

Ну вот, например, сегодня в редакцию газеты «Московский комсомолец» какая-то странная группа граждан зашла, да и забаррикадировалась там. Неясно до конца, что там на самом деле происходит. Но вдруг задним числом выяснится, что это была диверсионно-разведывательная группа, которая совершает действия, направленные на причинение вреда жизни, здоровью граждан и повреждает имущество. Наверняка какое-то имущество было в процессе повреждено. Это все нельзя распространять, в том числе в сети Интернет, на неопределенный срок, то есть до появления иного распоряжения.

Исключение из этого запрета: обращение в установленном порядке в правоохранительные органы, за исключением случаев публичного обращения. То есть если вы опубликовали такую штуковину и сказали: «Прошу считать это обращением к президенту Российской Федерации», это не считается, этого нельзя. А также можно распространять информацию, которая была официально распространена Министерством обороны или опубликована на официальном сайте мэра Москвы, правительства Москвы, официальных страницах каналах, блоге мэра Москвы в сети Интернет. То есть можно переопубликовывать уже опубликованное вот этим закрытым списком государственных структур.

Антитеррористическая комиссия и её полномочия

Что же такое эта Антитеррористическая комиссия, которая так широко понимает свои полномочия? Есть ли они у нее вообще? Надо сказать, что эта выписка была сопровождена сообщением на сайте мэрии Москвы, где напоминалось, что в Кодексе об административных правонарушениях Москвы – не федеральном, а московском – существует статья, которая, кстати, туда была предусмотрительно добавлена совсем недавно, в феврале 2025 года. Статья гласит: «Неисполнение или нарушение решения органа, сформированного в городе Москве по решению Президента в целях координации деятельности по профилактике терроризма, а также по минимизации и ликвидации последствий его проявлений, – «его» – это не президента, а терроризма, – влечет наложение административного штрафа: граждане – от трех тысяч до пяти; должностные лица – от 30 тысяч до 50 тысяч рублей; юридические лица – от 50 тысяч до 200 тысяч рублей. Я думаю, что под юридическими лицами в этой ситуации подразумеваются прежде всего СМИ.

Антитеррористическая комиссия является региональным подразделением Национального антитеррористического комитета. Национальный антитеррористический комитет – это структура, которую вы, может быть, слышали упомянутой в наших эфирах. Она возглавляется директором ФСБ. Входят туда руководители силовых структур и, кстати, почему-то Алексей Громов (видимо, как представитель администрации президента). Но в остальном это все сплошные силовики. Председатель – Бортников. Такие же комиссии созданы распоряжением НАК в каждом субъекте федерации. Возглавляет такую комиссию руководитель субъекта. То есть председатель московской Антитеррористической комиссии – это мэр Москвы. Кто входит туда еще, мы не знаем. Состав комиссии не раскрывается. То есть орган такой достаточно загадочный, буквально как священная инквизиция.

Я обращу внимание на то, что, конечно же, у московской Антитеррористической комиссии, которая является органом координационным и имеет целью, если мы читаем положение о ней, согласование действий силовых структур с целью предотвращения терактов, профилактики терроризма и ликвидации его последствий, конечно, нет прав запрещать чего-то гражданам Российской Федерации. Ограничения на распространение информации могут вводиться по закону о военном положении или чрезвычайном положении, каковое (положение) никак нигде не введено.

Есть у нас еще, конечно же, статьи за распространение фейков об армии. Но это тоже вроде как не тот случай, а случай какой-то отдельный.

Мы здесь наблюдаем очень характерную черту. Есть комиссия, которая состоит из силовиков. Они должны между собой собираться и смотреть за тем, чтобы граждане не становились жертвами терактов. Вместо того чтобы координировать друг друга, они запрещают что-то людям и гражданским организациям. Они вводят запреты в городе Москве не посредством мэрии Москвы, не через гражданские власти, а просто напрямую, самостоятельно, как будто в Москве введено военное или хотя бы чрезвычайное положение, чего не происходит.

Мы с вами неделя за неделей наблюдаем за расползанием вот этого прямого силового управления через голову или минуя гражданские администрации. Да, председатель комиссии – это мэр Москвы. Но сама комиссия – это подразделение, по сути, ФСБ, потому что это подразделение НАК, а НАК возглавляется директором ФСБ. ФСБ, как мы неоднократно говорили в наших эфирах, никогда ни за что не отвечает. Поэтому, если происходит нечто, что они должны были предотвратить или последствия чего они должны минимизировать, они будут искать виноватых где угодно, но только не у себя.

Мы обращаем внимание дорогих москвичей и гостей столицы на эту практику, для того чтобы вы рассчитывали свои риски. Мы не хотим тут никого запугивать и дополнительно терроризировать, но тем не менее просто имейте в виду: эти ребята никогда не будут виноваты в том, что дрон куда-то залетел и даже не один. Что ПВО не там стоит или стоит и не работает – виноваты не они. Что границу кто-то проходит – виноваты не они. Виноваты будут те, кто чего-то такое опубликовал.

Не видно, чтобы этот запрет пока имел какое-то действие. Все соцсети заполнены соответствующими фотографиями. Но, кстати, обратите внимание, фотографиями и видео, и закадровым текстом, характерным для такого рода съемок.  Обратите внимание на идеальный тайминг. 12 мая выпускается это распоряжение. Массовый налет дронов и БПЛА на Москву и Подмосковье происходит 17–18-го, то есть буквально в течение ближайших пяти дней. Вот с такой бы оперативностью они бы разворачивали, например, какие-то средства защиты или хотя бы средства…

«Наводчики», штрафы и региональная практика запретов

М. КУРНИКОВ: Может, это вообще делается по согласованию с ними. Как вы думаете? Может, они и наводчики.

Е. ШУЛЬМАН: Ужас какой! А вот такое бывает. Вы знаете, мы сейчас с вами дальше посмотрим, какие бывают неожиданные положения, и уже ничто не покажется нам слишком удивительным или неправдоподобным. Так вот, если не средства защиты, то хотя бы средства оповещения вот уже полезно все-таки развить.

Потому что гражданам запрещается публиковать фоточки, как будто это имеет какое-то большое военно-оборонительное значение, а при этом самих граждан хотя бы какой-нибудь сиреной предупредить или хотя бы подвал проверить, можно ли там спрятаться-то в случае чего. Кадры, которые мы видели из Москвы и Подмосковья, напоминают те, которые мы уже четыре с лишним года видим с Украины. Это особенно пугает, потому что дома одной и той же архитектуры, совершенно похожие дворы, люди, одетые одинаковым образом и говорящие часто на одном и том же языке. Но при этом в нашем случае ни оповещений, ни укрытий никаких не предполагается. Но зато давайте, опять же, гражданам что-нибудь запретим.

Я к чему? Публикаций сейчас много. Какие-то демонстративные штрафы совершенно точно будут.

М. КУРНИКОВ: Я могу сказать, что есть регионы, которые уже давно ввели такие штрафы, и Оренбургская область среди них, еще в сентябре. Но там, правда, указом губернатора. Там не прикрывались никакими антитеррористическими комиссиями, там указом губернатора это введено. И законодательное собрание, соответственно, проголосовало за штрафы. Штрафы совпадают полностью с московскими. И я вижу, что региональные СМИ, даже те, которые пытаются работать по каким-то журналистским стандартам, теперь все это соблюдают. Видимо, была парочка каких-то наказаний – и вперед.

Е. ШУЛЬМАН: Тут, по крайней мере, регламент хотя бы соблюден. То есть провели какую-то законотворческую процедуру. Конечно, можно сказать, что хрен редьки не слаще. Но все признаки военного положения без военного положения в столице страны – это тоже не радость.

Пресс-релизы СВР и ФСБ: патриотические каналы и «вербовка»

Итак, теперь по поводу того, кто может быть каким наводчиком. Обещали мы расширить наш диапазон пресс-релизов и не концентрироваться только на ФСБ. Поэтому мы сегодня с вами читаем извлечение из сообщения пресс-бюро Службы внешней разведки. Сразу должна сказать, что Служба внешней разведки пишет лучше, чем Федеральная служба безопасности. У них получше с падежами, у них получше с запятыми и несколько разнообразнее словарный запас. Правда, оборотная сторона этой художественной выразительности состоит в том, что это звучит все как-то, как бы это сказать, публицистично.

М. КУРНИКОВ: Вот всегда вы симпатизировали интервью и вообще языку Патрушева и Бортникова.

Е. ШУЛЬМАН: А не Нарышкина.

М. КУРНИКОВ: И Нарышкина тоже. Нарышкина в некоторой степени тоже. В общем, вот этих вот всех.

Е. ШУЛЬМАН: Я еще помню те времена, когда Сергей Нарышкин был спикером Государственной Думы и даже на Тотальном диктанте текст зачитывал в родной моей Академии государственной службы.

М. КУРНИКОВ: И даже песни пел на корпоративе, да еще и с той самой депутаткой, которая потом сбежала в Украину. Оперной певицей Максаковой.

Е. ШУЛЬМАН: Ой, правильно. Ну кому ж петь, как не оперной певице… Итак, не будем отвлекаться на ностальгические воспоминания. Зачтем. Итак, пресс-бюро Службы внешней разведки сообщает: «По поступающей в СВР информации в последнее время усилились попытки украинских спецслужб оказывать дестабилизирующее влияние на российское общество. Киеву мало разветвленной сети телефонных мошенников, которые обманом, шантажом и вымогательством лишают российских граждан последних сбережений, – почему последних, собственно (?!) – и заставляют нарушать закон. Теперь СБУ хочет организовать работу по расшатыванию ситуации в нашей стране под видом распространения патриотического контента». Ничто так не расшатывает ситуацию в стране, как распространение патриотического контента. Хуже этого только сообщения о работе диверсионно-террористических групп.

«В конце апреля – продолжаем зачитывать – сего года Киев развернул кампанию по скупке российских военных и патриотических телеграм-каналов. Рассылка предложений о приобретении такого рода ресурсов осуществляется со специально созданных фейковых аккаунтов и проводится от имени публичных лиц, являющихся лидерами общественного мнения.

Эти, по сути, мошеннические действия преследуют цель подмены информационного наполнения приобретенных площадок и их последующего использования для распространения дезинформации и дискредитации политического руководства и вооруженных сил России. Подобным образом покупатели рассчитывают втянуть владельцев информационных ресурсов в противоправную деятельность, наносящую ущерб национальным интересам Российской Федерации».

Итак, это сообщение произвело неизгладимое впечатление на этот сектор Телеграма. Они решили, что сейчас их всех сажать будут за распространение патриотического контента.

Что я должна сказать этим замечательным людям? Информация, которой делится с миром пресс-служба СВР, им предоставлена самим вот этим Z-сегментом. Действительно, в конце апреля, а именно 24-го числа, один из крупных (не один, на самом деле, я нашла один, Иван Филиппов нашел больше) каналов Z-профиля опубликовал сообщение, что какие-то украинские мошенники, по их словам, пытаются скупать каналы, прикрываясь автором канала и коллегами, в частности, Александром Сладковым. Сладков – один из самых известных военкоров. К сообщению прилагались действительно какие-то сформированные искусственным интеллектом видео и фото. Там было предложение о сотрудничестве, говорилось, что «мы крупный медиахолдинг, вот давайте дружить, рекламировать финки НКВД» (или что там обычно в таких случаях предлагают).

То есть смотрите, что происходит. Были какие-то мошенники, не было мошенников – неизвестно. Но эти чудесные каналы сами пишут: «Вот к нам тут приходят с предложениями». Служба внешней разведки дней двадцать размышляет над этой ценной информацией, дальше выпускает пресс-релиз, в котором все то же самое как бы сообщено в качестве их разведывательных данных. Но также не говорится, что попытка провалилась из-за бдительности и патриотизма авторов каналов, а говорится, что эти покупатели их всех втянут в противоправную деятельность, наносящую ущерб национальным интересам России.

Дорогие слушатели, вне зависимости от вашей направленности и ориентации, самодонос – это неправильная линия поведения. Если вам кажется, что вы маленькие помощники ФСБ, СВР и иных правоохранительных органов, то нет. Вы их пища, вы их кормовая база. Как говорится в русских былинах, волчья сыть, травяной мешок. Вот волчья сыть – это оно. То, чем волки сыты бывают. Поэтому все, что вы там рассказываете, не просто может быть использовано против вас, а используется и будет использовано против вас. И поблагодарить вы можете только самих себя.

Без ФСБ мы все-таки тоже обойтись не можем. На их сайт заходим регулярно и вам советуем. Вы поймете, чем Родина дышит, что именно она знает и слышит.

М. КУРНИКОВ: Третий пресс-релиз.

Е. ШУЛЬМАН: Третий пресс-релиз, кратко. Тут просто мы хотим сказать, что ФСБ продолжает упорную и настойчивую борьбу с Телеграмом. Практически каждый день появляются новые сообщения о том, как предотвращены террористические действия того или иного гражданина, который был завербован в иностранных мессенджерах Телеграм и Вотсап. Телеграм при этом встречается чаще. Ну, например: «В ходе следственных мероприятий установлено, что значительная часть задержанных общалась в группах знакомств мессенджера Телеграм с девушками, по просьбам которых ими пересылались координаты местонахождения школ, торговых центров и своих адресов проживания».

Тут, конечно, невольно возникает вопрос. Хорошо, адреса проживания, наверное, можно узнать таким способом. Но адреса торговых центров и школ легко найти на доступных онлайн-картах. Для этого не нужны никакие девушки. Но тем не менее таким образом людей вовлекают в противоправную деятельность.

«ФСБ России вновь обращает внимание (19-го числа, сегодня), граждан на то, что «спецслужбами Украины не снижается активность поиска в интернет-пространстве, социальных сетях и иностранных мессенджерах потенциальных исполнителей противоправных деяний с целью нанесения ущерба безопасности нашей страны, и напоминает о том (ФСБ напоминает), что все лица, давшие согласие на оказание содействия противнику, будут установлены, привлечены к уголовной ответственности и понесут заслуженное наказание».

Как следует это читать? Не снижается активность поиска в иностранных мессенджерах потенциальных жертв уголовных преследований. Занимается этим ФСБ, будет продолжать заниматься. Те люди, которые выступают против блокировки Телеграма, – это тоже пособники врага и потенциальные террористы, или уже реальные террористы.

Просто имейте в виду, что если мы о чем-то сказали, а потом вроде как о чем-то другом сказали, вы можете забыть о предыдущем сообщении и ослабить свою бдительность. Я не хочу сказать, будьте как ФСБ и не ослабляйте свою бдительность ни на минуту. Но просто имейте в виду, что такого рода сообщения, а главное их континуальность и регулярность говорит о том, что есть план по выявлению террористов, находящихся, функционирующих в Телеграме. Пожалуйста, не станьте вот этим таким террористом.

Простой поиск нам показывает, что 152 раза Telegram латиницей упоминается на сайте ФСБ, WhatsApp упоминается 105 раз. Но WhatsApp почти перестает упоминаться по окончании 2025 года. В 2026 году вся энергия Федеральной службы безопасности направлена на поиск в Телеграме. Имейте это в виду.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим это.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Так, в нескольких каналах мы продолжаем. И я с удовольствием налью вам еще чаю. Вы, кстати, обратили внимание, что я в начале сказал про радио?

Е. ШУЛЬМАН: Да. Вы в прошлый раз это тоже говорили. Я удивилась. Но вы не разъяснили это сообщение.

М. КУРНИКОВ: Во-первых, нас в Эстонии теперь можно в диапазоне DAB поймать. Если вы в Эстонии, пожалуйста, пользуйтесь этим. И с 1 июня, боюсь сглазить, но тем не менее, у нас будет даже работать передача на острове Сааремаа.

Е. ШУЛЬМАН: Да вы что?

М. КУРНИКОВ: Да, представляете?

Е. ШУЛЬМАН: Боже мой, в родовом гнезде, буквально.

М. КУРНИКОВ: Вот так вот. Так что да, практически вся Эстония. Я сегодня смотрел карту. С 1 июня практически вся Эстония.

Е. ШУЛЬМАН: А в Ивангороде?

М. КУРНИКОВ: Формально нет.

Е. ШУЛЬМАН: Нет?

М. КУРНИКОВ: Формально нет.

Е. ШУЛЬМАН: Никак нельзя будет поймать, если очень насторожиться?

М. КУРНИКОВ: Не знаю.

Е. ШУЛЬМАН: Ладно, хорошо.

М. КУРНИКОВ: Не будем раскрывать всех секретов.

Е. ШУЛЬМАН: Если у вас завалялся старый ненужный радиоприемник, не выбрасывайте его.

М. КУРНИКОВ: DAB особенно, да. Старый DAB-приемник. В общем, да, стараемся вещать. Осталось у нас 20 секунд до того как.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо. Чай сегодня особенно хорош.

М. КУРНИКОВ: Хорош. Это правда. В этом году мы снова проведем традиционную большую встречу на открытом воздухе 22 августа. Специально для наших постоянных гостей и друзей, которые уже приходили на встречу и знакомы с ее атмосферой, мы открыли предварительную продажу билетов по самой доступной цене до того, как еще опубликовали программу мероприятия.

Е. ШУЛЬМАН: Это, кажется, называется early bird («ранняя пташка»).

М. КУРНИКОВ: Вот. Я уже могу сказать, что мы с Екатериной Шульман там точно прочитаем новую лекцию как раз о смерти самодержца. Эту же лекцию мы будем читать в Малаге, в Испании, в июне. А вот на этой неделе мы будем в Цюрихе. Но сами понимаете, тема эмиграции, которая пришла к власти, в некотором смысле в Цюрихе эта тема и зародилась. Но сейчас продолжаем программу.

Кадровые новости, аресты и новые губернаторы

Е. ШУЛЬМАН: Итак, возвращаемся к нашим событиям. Несколько кадровых новостей, совмещенных с новостями об арестах и конфискациях, и приговорах. Это у нас теперь такой единый информационный блок. Мы с вами в прошлый раз говорили о смене губернатора в Брянской области. Появился за отчетный период новый губернатор и в области Белгородской – кадровый военный Александр Шуваев, тот самый, назначению которого хотели воспрепятствовать злые языки, сообщая, что он злоупотребляет алкоголем. Но, видимо, это не помешало. А может быть, даже и помогло. Знаете, как гласит русская пословица: пьян, да умен – два угодья в нем.

Если мы с вами посмотрим на историю военных губернаторов (или, как принято было шутить в начале 2000-х, генерал-губернаторов), то мы с вами можем сказать, что это не распространенная практика, их не очень много. И, в общем, не многие из них как-то особенно долго задерживались на своем посту. Милитаризации государственной службы в России не произошло, несмотря на ожидание чего-то подобного еще в 2000-м году. Не происходит, по сути, и сейчас. Назначение в Белгородской области, видимо, можно связать с тем, что эта область уже действительно не просто прифронтовая, а уже, наверное, фронтовая.

Но в целом, опять же, если мы оглянемся на прошедшие годы и уберем тех военных глав регионов, которые стали таковыми еще при Ельцине, когда у нас была конкурентная политика, то есть Лебедя, Аушева, Руцкого, то мы увидим, пожалуй, самого долго служившего в этом качестве Бориса Громова, губернатора Московской области (генерал-полковник, Герой Советского Союза, командующий армией в Афганистане). Больше 12 лет он командовал Московской областью.

Кто у нас еще был? Калининградскую область четыре года возглавлял адмирал Егоров, это было тоже с 2000 по 2005 год. Владимир Шаманов, ныне депутат Государственной Думы, недолго, меньше четырех лет, был губернатором Ульяновской области.

М. КУРНИКОВ: Лебедя не вспоминали.

Е. ШУЛЬМАН: Вот опять же, Лебедя, Аушева и Руцкого мы не вспоминаем, потому что это ельцинские губернаторы. Мы смотрим на тех, которые уже однозначно являются назначенцами. То есть те, кто у нас при Путине были назначены.

Юнус-Бек Евкуров, кстати, интересный случай, почти 11 лет глава Ингушетии и, по-моему, единственный из заместителей Шойгу, который не только на свободе, но и сохранил свою должность. То есть, очевидно, это какое-то такое уникальное исключение.

Четыре года Георгий Шпак, генерал-полковник, был губернатором Рязанской области.

Продолжает, кстати, оставаться Андрей Бочаров в Волгоградской области. Он офицер ВДВ и тоже Герой России. Между прочим, уже больше 12 лет и and counting, как говорится, продолжает должность свою занимать.

М. КУРНИКОВ: Хотя тоже о нем говорили, что у него были похожие проблемы с нынешним новым губернатором Белгородской области.

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, это, возможно, что-то корпоративное. Как в армии без этого?

Двух тульских губернаторов долго я разглядывала – Дудку и, собственно, Дюмина. Это такие два пограничных случая. То есть мы не берем тех, кто там в армии служил. Много кто в армии служил. Но тем не менее Дудка, например, (кстати говоря, карьера его закончилась 9,5 годами колонии строгого режима, правда, вышел по УДО), вот он военный инженер. Дюмин – охранник, ФСОшник, тоже в некотором роде по-своему военный. Восемь лет (два срока) был у нас в Туле губернатором, теперь секретарь Государственного совета и помощник президента.

Есть еще кое-какие примеры. Но тем не менее нам с вами важно сказать, что это не то чтобы какая-то очень распространенная или кадрово очень успешная практика. Военные довольно редко бывают удачными управленцами. Еще раз повторю, на одного Наполеона Бонапарта приходится множество таких людей, которым лучше ходить строем и смотреть только либо вперед, либо под 90 градусов.

Предвыборный период: посадки, штрафы и давление на кандидатов

Еще о выборных должностях. Мы с вами входим в предвыборный период. Будем мы еще говорить об этих выборах парламентских, которые должны состояться в сентябре. Сейчас мы обратим внимание на то, что нынче подготовка к выборам в основном состоит из административных и уголовных дел. В общем, весь политический инструментарий сводится к посадкам, вот что удивительно. К посадкам, штрафам и угрозам как таковым. Все, что российское государство в состоянии предложить своим гражданам на самых разных фронтах (слово фронт звучит как-то неприятно), в самых разных сферах от защиты от терактов до голосования за депутатов парламента – это все опять же штрафы, посадки и поражение в правах.

Мы с вами помним, как преследуются члены партии «Яблоко». Это действительно очень последовательная и очень массовая кампания. Там есть люди, такие как Максим Круглов, который находится просто в СИЗО, это зампред партии. Лев Шлосберг тоже в СИЗО находится в Псковской области. Есть люди, которые оштрафованы по таким статьям, которые не позволяют им потом участвовать в выборах. То есть это, очевидно, штрафы с целью недопуска, с целью лишения пассивного избирательного права. Такие случаи у нас есть в Новгородской области, в Московской, в Приморье, в Санкт-Петербурге, в Якутии, в Карелии, в Петрозаводске.

Кстати говоря, бывший мэр Петрозаводска Галина Ширшина, она член «Яблока», против нее завели дело экономической направленности. Кстати, знаете, я когда пошла смотреть информацию на эту тему, я увидела, что карельские СМИ и петрозаводские СМИ 12 мая поздравляют ее с днем рождения, с такими красивыми портретами и со всякими сообщениями о ее жизненном пути и карьерных успехах, и в конце пишут: «Напоминаем, что Галину Игоревну задержали утром 5 мая». Мера пресечения – запрет определенных действий. То есть, конечно, на таком локальном уровне какая-то все-таки местная солидарность продолжает существовать.

Преследование «Яблока» и КПРФ в регионах

Я обращу внимание на еще одну линию такого же рода преследований по партийной принадлежности, которая несколько хуже задокументирована, потому что яблочники грамотнее себя ведут в медийном пространстве, они более известны, про них больше пишут, они сами про себя больше рассказывают. Но КПРФ также подвергается абсолютно такого же рода преследованиям, чтобы у нас не возникло иллюзий, как будто речь идет о преследовании каких-то недобитых либералов. Нет, речь идет о преследовании всех, кто может каким-то образом нарушить электоральную гармонию между административно-зависимым избирателем и не менее административно-зависимым кандидатом, чтобы там, не дай бог, никакая неожиданность не вкралась.

Опять же, смотрите, вот что происходит, когда администрирование переходит к человеку-молотку. Вот он умеет гвозди забивать, поэтому весь мир ему представляется недозабитыми гвоздями. Нужно добиться результата на выборах? Давайте кого-нибудь оштрафуем, а еще лучше посадим. Нужно, чтобы дроны не летали? Давайте оштрафуем всех тех, кто об этом говорит. Нужен экономический рост, чтобы цены не росли? Давайте цены оштрафуем, пусть они прекратят расти. Скажет им: «Цены, стой, раз-два». Вот они остановятся. С инфляцией? Так же и с инфляцией будем бороться. Граждане забирают деньги из банков, перекрыли рекорд по снятию наличных? Давайте тоже им это каким-то образом запретим. Это такая управленческая манера.

Возвращаемся к КПРФ. Какие регионы у нас особенно здесь поражены? В зоне поражения, если вы член КПРФ или собираетесь там легкомысленно баллотироваться куда-нибудь… Я, кстати, напомню, что у нас же в единый день голосования не только происходят выборы в федеральный парламент, у нас происходит большое количество региональных и местных кампаний, поэтому эти люди могут быть кандидатами или хотеть быть кандидатами в самые разные представительные органы.

Так вот, наиболее опасные регионы – это Алтайский край, Бурятия, Томская область. Также есть у нас случаи в Липецке. В Бурятии прям довольно массово. Встречи кандидата с жителями квалифицированы как несанкционированный митинг. Административные протоколы. Штрафы пока не вынесены, но грозят. В Алтайском крае задержан секретарь местного отделения КПРФ, бывший главный бухгалтер этого отделения. По каким причинам – непонятно.

Опять же, коммунисты, видимо, считают, что, как в известном анекдоте, «а их-то за что?», поэтому они хотят договориться, возможно. Или они думают, что шум им повредит. Яблочники уже не сомневаются на этот счет, а эти еще как-то там менжуются и опасаются выходить из сумрака. Поэтому у нас меньше информации. Толку от этого никакого, извините. Просто людям передачку не передадут, потому что не будут знать их же собственные партийные товарищи, где их держат.

М. КУРНИКОВ: Скажите, а как ведут себя в этой ситуации ЛДПР, «Справедливая Россия» и «Новые люди»? Помнят ли они эту длинную тираду, которая начиналась ровно с фразы «когда пришли за коммунистами, я молчал»?

Е. ШУЛЬМАН: Если бы вы были СМИ, не признанным нежелательной организацией, можно было бы, конечно, обратиться за комментариями к этим замечательным людям, руководителям фракций, собственно, руководителям партий, как у них с солидарностью по политической линии, носят ли они майку «Дело против алтайских коммунистов – это дело против нас». А зря не носят. Ведь это же ровно так. Буквально в каждом слове содержится страшная правда.

Далее. Мы с вами, для того чтобы не быть однобокими, отмечаем и некоторые позитивные тенденции в российской государственной политике, в частности, в законотворчестве. Верховный суд, не в первый раз расскажем об этом, внес в Государственную Думу законопроект о сокращении сроков лишения свободы за приобретение и хранение наркотиков в крупном и особо крупном размере. Что хотят? Они хотят «народную» статью 228-ю, ту, которая заполняет наши СИЗО, тюрьмы и колонии молодыми людьми обоего полу, незаконные действия с наркотиками в крупном размере без цели сбыта, верхний предел сократить с 10 до 5 лет, третья часть статьи 228 – особо крупный размер без цели сбыта – потолок снизить с 15 лет до 10.

Это статьи, которые применяются против закладчиков, против людей, у которых чего-то нашли или которым что-то подкинули. Очень часто это молодые или совсем молодые люди. Поэтому эта статья и стала такой народной.

Что такое инициатива Верховного суда? Верховный суд обладает правом законодательной инициативы. Пользуется он им нечасто и, как ни странно это может показаться, не вполне успешно. При предыдущих председателях – у нас сначала был долго один председатель, потом они решили помирать, теперь вот молодой, надеемся, просидит долго; или он надеется, что он просидит долго, – при предыдущих председателях не все инициативы Верховного суда находили поддержку в Государственной Думе. Отклонять что-то, что пришло из высшего верховного органа, неловко, поэтому они обычно лежат безо всякого движения.

СИЗО, колонии и вербовка заключённых

Я напомню один сюжет, о котором шла речь не раз в наших эфирах. Помните введение понятия уголовного проступка, некоего промежуточного правонарушения между административным правонарушением и уголовным преступлением? Цель состояла в том, чтобы преступления небольшой тяжести сгруппировать под этой рубрикой уголовных проступков и, соответственно, тоже разгрузить СИЗО и колонии. Колонии, правда, разгружаются с изумительной совершенно скоростью.

Вот недавно новая статистика пришла от Федеральной службы исполнения наказаний. На историческом минимуме у нас количество людей в тюрьмах и колониях. Это абсолютно по сюжету известного страшного рассказа «Обезьянья лапка». (Прим., «Обезьянья лапка» (англ. The Monkey’s Paw) — рассказ Уильяма Джекобса в жанре сверхъестественного хоррора, впервые опубликованный в Англии в 1902 году в сборнике «Леди с баржи»).Там был такой рассказ об артефакте – засушенной обезьяньей лапке, которая исполняла желания, но так, что вам это не понравится. Сколько мы мечтали и взывали к снижению доли тюремного населения… И вот оно снизилось, но понятно как – эти люди отправляются на фронт.

М. КУРНИКОВ: Кстати, я как знал, у меня как раз закладочка в этой книжке – число заключенных в России. Буквально вот табличка в вашей книжке. Пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Когда я это писала и подбирала эту статистику, душа моя радовалась и сердце мое согревалось при виде этих цифр. Одновременно у нас растет количество людей в СИЗО, потому что отправка людей в СИЗО есть нынче основной и самый главный репрессивный инструмент. До тюремного заключения или до колонии дело может и не дойти, но в СИЗО человека легко прессовать, чтобы он отдал свое имущество или чтобы завербовался бы от такой жизни на контракт с Министерством обороны.

Так вот, с уголовным проступком ничего не вышло у Верховного суда. Другие их действительно достаточно либеральные, в смысле гуманизирующие уголовное законодательство, инициативы тоже успеха не имели. Знаете, что у них успех имело, какие их инициативы принимались? Поправки в закон о статусе судей. То есть как бы им говорили, причем я даже знаю, кто им это говорил, говорило им Главное правовое управление администрации президента: «Вот о себе. Пожалуйста, рисуйте себе, чего хотите. Хотите ввести поправку, что вам там нужно бархатное кресло или вам там нужна дополнительная вторая пенсия – это ради бога. А вот в то, как мы сажаем, не лезьте. Мы будем сажать так, как надо. Ваше дело – штамповать».

Этот законопроект, который сейчас внесен, он был подготовлен еще при предыдущей покойной председательнице Подносовой, и вот теперь он дождался отзыва правительства. Год правительственного отзыва не было, теперь он пришел. Он более-менее положительный, как они любят писать – «с условием доработки ко второму чтению».

На встречах Совета по правам человека с президентом регулярно этот вопрос поднимался. Ева Меркачева об этом говорит. Вот сейчас она тоже выступает активно в прессе и приветствует эту самую гуманизирующую инициативу. Мы тут совершенно с ней согласны. Просто как-то не то чтобы очень хорошо дело идет. Это правительственное заключение такое, что… Я назвала его положительным, но это немножко… Они пишут, что смягчение наказания приведет к росту преступлений. Смягчение наказания приведет к снижению числа здоровых молодых людей в СИЗО, которых можно вербовать на контракт. Я боюсь, что это единственный побудительный мотив на данный момент.

Новые приговоры и конфискации

Далее, оставаясь в этой уголовно-тюремной парадигме, пройдемся по новым приговорам и конфискациям. У нас была мысль с Максимом Владимировичем зачитывать просто сроки и должности приговоренных под какую-нибудь бодрую фоновую музыку. Вы знаете, почему это может быть полезно? Для того, чтобы вы себе представляли вообще обстановку в стране. Потому что какая-то новость всплывает на поверхность, на нее обращают внимание, там ужасаются или злорадствуют, или радуются, неважно, или остаются равнодушными, и вот она уплывает далее в новостном потоке. А когда видишь это на регулярной основе, понимаешь, что такое практика. Не исключение, а правило. Не удивительный случай, а новая норма.

Ну вот, например, бывший депутат Законодательного собрания Краснодарского края, бывший гендиректор АО «Газпром газораспределение Краснодар», некий Алексей Руднев – 18 лет. Его заместитель – 22 года. Не в смысле его заместителю 22 года, а далее ему 22 года. В деле еще семь человек. То есть всего девять. Бывшие руководители газораспределительных предприятий Краснодарского края – от 8 до 17 лет. Что можно сделать на 22 года? Они устроили теракт в Краснодаре, взорвали газовую трубу, погибли десятки человек? Нет, это, как вы понимаете, очередное хозяйственное дело. Вот такие сроки.

М. КУРНИКОВ: Может, они развязали какую-то войну, захватили власть.

Е. ШУЛЬМАН: Агрессивную, например. Насильственно удерживали. Захватили и давай удерживать посредством газораспределения, угрожая жителям Краснодарского края трубой.

Вице-спикер Законодательного собрания Красноярского края, не перепутайте, бывший депутат Госдумы и его сын – 14 лет.

М. КУРНИКОВ: Не сыну 14 лет, а дали 14 лет.

Е. ШУЛЬМАН: Да, дали 14 лет. Бывший начальник МЧС по Самарской области – 11 лет. Бывший начальник

исправительной колонии строгого режима из Саратова – 9 лет. Бывший начальник отдела полиции Санкт-Петербурга – помните, в прошлый раз говорили про питерских полицейских, что у них тоже дела не очень хороши – 8 лет.

Опять же, помните, продолжая тему предыдущих выпусков, дело бегловских пиарщиков? На прошлой неделе мы с вами говорили, 7 лет председателю комитета по информатизации и связи, а пресс-секретарю комитета по культуре – 4 года (срок буквально детский по нынешним временам).

Есть и проявления гуманизма. Вот довольно известный случай тоже из Краснодарского края. В Краснодарском крае, как и в Ростовской области, посадки ковровые, как бомбардировки бывают ковровые. Бывший вице-губернатор Анна Минькова, по социальной политике вице-губернатор, она очень много лет, больше 10 лет, работала, руководила этой самой социальной сферой.

Попала, кстати, в федеральную прессу несколько лет тому назад как автор известного высказывания «это был ваш выбор заводить детей». Она встречалась с родителями, у которых детей не взяли в школу. Ну вот сказала: «Ваш был выбор и выбор вашего мужа – работать за полторы тысячи километров от дома и не принимать участие в воспитании детей. Застройщик сказал, что школа рядом, но вы не поинтересовались, наверное, а места там вообще есть?»

Вы знаете, да. Выбор мужа работать за полторы тысячи километров обычно знаете, чем мотивирован? Тем, что детей кормить надо. Вот такой вот выбор. Такой вот он оригинал – решил уехать подальше. Видимо, чтобы не принимать участие в воспитании детей. Вот это вот, конечно, «кушайте пирожные» – это что-то бессмертное.

М. КУРНИКОВ: Новая искренность это.

Е. ШУЛЬМАН: Новая искренность. Но при этом 5,5 лет получила госпожа Минькова, но условно. И, как сообщают нам информационные агентства государственные, условный

приговор Миньковой является следствием признания вины и дачи подробных показаний о всех известных осужденной коррупционных правонарушениях, совершенных руководителями региональных и муниципальных органов власти, которые планомерно и целенаправленно документируются правоохранительными органами. Не органы власти документируются, как можно подумать, а коррупционные правонарушения.

Итак, госпожа Минькова сдала всех, в том числе, очевидно, подписала то, что ей принесли. За это она получила условно. Там у нее еще какие-то ограничения. Испытательный срок – 5 лет.

Поэтому если вы, уважаемые слушатели, имеете отношение к региональным и муниципальным органам власти в регионе, имейте в виду, что ваше имя тоже может оказаться вот в этом самом списке, ценой которого люди получают условно, а не безусловно.

М. КУРНИКОВ: Еще раз подчеркнем, не только региональные, но и муниципальные.

Е. ШУЛЬМАН: Но и муниципальные. Совершенно верно. Нам специально отдельно сообщают, что вот такая замечательная женщина, которая не только признала вину (признание вины, как мы знаем, на сроки не влияет), а про всех всё рассказала, подробные и задокументированные показания дала. Я бы тут, кстати, была бы внимательна не только, если вы подчиненный госпожи Миньковой или любого из учреждений социальной сферы в этом регионе, но если вы были ее начальником.

Обычно у заместителей просят показания на руководителя прежде всего, а все остальное уже потом.

Еще несколько знакомых имен. Вот тоже, обещали мы не ностальгировать, но как-то не получается не ностальгировать – столько воспоминаний. Помните ли вы депутата Валерия Язева, многолетнего депутата Государственной Думы, главного газпромовца Госдумы, председателя комитета по энергетике?

М. КУРНИКОВ: Да. Вот когда так сказали, да.

Е. ШУЛЬМАН: Такого статуарного с седыми кудрями депутата. Это вот был прям памятник депутату, вот такой депутат per se, каким его задумал Господь. Он был депутатом в течение нескольких, трех как минимум совершенно точно, созывов. Я его помню. Я даже помню, что его отчество Афонасьевич. Вот у всех Афанасьевич, а он был Афонасьевич. Это я запомнила. Я еще помню, он был в ОВР. Потом он стал в «Единой России», а до этого он был в ОВР.

М. КУРНИКОВ: Если что, ОВР – это «Отечество – Вся Россия». Для тех, кто не помнит.

Е. ШУЛЬМАН: «Отечество – Вся Россия». Да-да-да. Это совсем-совсем далекие времена, ранняя-ранняя юность соведущих, ваше так вообще детство. Так вот, что же у нас с депутатом Язевым? Вы знаете, как оказывается, как это называется how the mighty have fallen («как пали великие»), еще в 2020 году признан банкротом. Требования кредиторов сформированы к нему на два миллиарда рублей. Распродается все его имущество: земельные участки, недвижимость, акции, огнестрельное оружие. И вот на днях Арбитражный суд Москвы завершил процедуру реализации имущества этого самого, как написано в одном новостном сообщении, легендарного свердловского политика.

Я не знаю, какие легенды о нем ходят в Свердловской области. Екатеринбуржцев много в публичном пространстве. Я уверена, они расскажут.

М. КУРНИКОВ: И в комментариях много.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Я его помню исключительно по Думе. В общем, из этих двух миллиардов рублей наскребли путем продажи только 751 миллион. Кстати говоря, на прошедшей же неделе РЖД пытался продать свое здание офисное, помните? И не получилось. Не нашлось никаких совершенно на него претендентов.

Также имущество не только его распродается, но и его дочери Светланы, которая тоже стала банкротом, и жены его Валентины. Опять же, семейственность отмечаем, как уже не раз было в наших эфирах.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим это, и потом сразу к понятию.

Е. ШУЛЬМАН: Непременно.

М. КУРНИКОВ: Прекрасно.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Отлично. Мы осмысляем во время рекламы. Е. ШУЛЬМАН: А чаю мы еще можем?

М. КУРНИКОВ: Ой, с удовольствием.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

М. КУРНИКОВ: Если вы поближе пододвинете особенно чашечку ко мне. Ой, супер.

Е. ШУЛЬМАН: Новости про Язева почему-то меня впечатлили. Не то чтобы я разжалобилась, но действительно воспоминания предо мной свой длинный развивают свиток. (Прим., Воспоминание безмолвно предо мной Свой длинный развивает свиток. Строки из стихотворения А.С.Пушкина "Воспоминание", 1828).

М. КУРНИКОВ: Когда вы в одном из эфиров буквально рассказали про моего вузовского преподавателя и судьбу его имущества, я, конечно, крякнул внутри себя.

Е. ШУЛЬМАН: Да, да.

М. КУРНИКОВ: Сентиментальными становимся.

Е. ШУЛЬМАН: На старости лет, да, совершенно верно. Когда в списке очередных задержанных вижу каких-нибудь тульских деятелей, даже тех, кого я уже совершенно не знаю, тоже как-то поневоле отмечаю это.

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: А вот этот вот приговорный рэп надо нам когда-нибудь с вами попробовать исполнить, ей-богу.

М. КУРНИКОВ: Приговорный рэп. Звучит, как жанр, прям. Так, у нас осталось еще полминутки.

Е. ШУЛЬМАН: У нас понятие.

М. КУРНИКОВ: Да, понятие. А как вы думаете, сколько оно у вас продлится?

Е. ШУЛЬМАН: О-о-о, это такое понятие, и у него внутри скрыто еще одно понятие. Сколько надо? Сколько дадите?

М. КУРНИКОВ: В идеале бы минут пять-семь.

Е. ШУЛЬМАН: Ну что ж.

М. КУРНИКОВ: Но это нормально.

Е. ШУЛЬМАН: Для понятия нормально, да.

М. КУРНИКОВ: И более того, это понятие в некотором смысле, кто-то может быть уже догадается, изобрАжено на доске. Пишите в комментариях.

Е. ШУЛЬМАН: ИзображЁно на дОске. Я не вижу дОску и доску. М. КУРНИКОВ: Сейчас увидите.

Е. ШУЛЬМАН: Поэтому не знаю, что там изображено.

М. КУРНИКОВ: А мы продолжаем. Я, кстати, не сказал, что через две недели мы проведем «Статус» в Брюсселе.

Е. ШУЛЬМАН: Да, дорогие слушатели, так надо. М. КУРНИКОВ: Так надо.

Е. ШУЛЬМАН: Нелегкая судьба забрасывает.

М. КУРНИКОВ: Забрасывает. Поэтому ссылка в описании. Ну, а мы переходим к понятию. Ура-ура.

Понятие — эссенциализм

М. КУРНИКОВ: Трудно догадаться. Но как только вы произнесете, я думаю, люди догадаются, что на доске такое.

Е. ШУЛЬМАН: Хоть имя дико, но мне ласкает слух оно. (Прим., эпиграф к стихотворению А.Блока «Скифы», 1918 г.). Понятие наше сегодняшнее вы, я думаю, не слышали, но то, что оно означает, вам знакомо. Мы с вами сегодня поговорим о том, что такое эссенциализм. Эссенциализм (от латинского слова essentia, то бишь «суть», или «сущность») – это определенный набор философских установок и следующий из этих установок взгляд на мир. Прежде чем мы сообщим, что это именно такой за взгляд и что с ним не так, забегая вперед, мы с вами должны сказать, что в этом понятии скрывается еще одно понятие, о котором я тоже не могу вам не рассказать.

М. КУРНИКОВ: Понятийная матрешка.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Мы с вами должны сообразить, что такое вторая сущность. У нас есть Вторая служба, о которой мы все время тут рассказываем, а сейчас у нас будет вторая сущность. Если бы плюс к рубрике «Понятие» у нас был бы отец, то это был бы Аристотель, который, конечно, может быть отцом в любой рубрике «Понятие», потому что нет такого понятия, которое не восходило бы к отцу отцов и основателю вообще всего нашего понимания того, как устроена Вселенная. Сейчас вы убедитесь, насколько он был великий человек. Вот не устаю восхищаться.

Надо как-нибудь будет вернуться к проекту создания нового перевода «Политики» Аристотеля. Это большая была тема, много мы о ней говорили в свое время. Даже чуть семинар не завели в Институте общественных наук в РАНХиГС. Но иных нет, а те далече. А перевод новый нужен.

Итак, у Аристотеля в его сочинении под названием «Категории» есть следующий пассаж, что вот есть сущность любой вещи, а есть у нее еще вторая сущность, а именно некоторое качество, которое этой вещи свойственно.

М. КУРНИКОВ: Давайте на примере.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо, сейчас попробуем. Это философские категории, с ними немножко сложно, но когда вникнешь, то уже более-менее понятно. Первая сущность, или просто сущность – это сам предмет, вот the thing, вот штука. А вторая сущность – это его свойства или качества. Например, есть у вас яблоко. Вот есть яблоко, вы его обоняете, осязаете, можете его скушать. А есть такая его сущность, как плод. Вот яблоко является плодом. Вот это вторая сущность.

Можно подумать, что эта аристотелева вторая сущность – это нечто вроде платоновской идеи или идеала. Ну вот есть яблоки, а есть идея яблока, есть некая яблочность. И все яблоки на белом свете являются бледными тенями и подобиями той яблочности, которая существует где-то. Но у Аристотеля все не так. У Аристотеля эта вторая сущность – это скорее то, что мы называем категорией. То есть как эта вещь, как наш предмет может быть категоризирован.

Говоря о сущности (даже не о второй, а вообще о сущности, любой сущности), Аристотель называет главной особенностью вещей способность принимать противоположности, подвергаясь изменению. Опять же, вот в чем величие этого философа. Любая вещь может принимать противоположности, подвергаясь изменению. Все может меняться. Сущности вообще изменчивы.

Так вот, эссенциализм в некотором роде идет против Аристотеля. Это философская концепция, согласно которой у вещей есть некие неизменные сущности, некий набор качеств, который им эссенциально, то бишь сущностно, присущ. Прошу прощения. Я надеюсь, что я не запутала вас дополнительно.

Сейчас я вам приведу примеры, как эта эссенциальность работает в социальных науках (или, точнее говоря, в социальной антинаучности) и почему она так ужасна, и почему огромное количество тех понятий, с которыми мы тут пытаемся бороться, восходят к эссенциализму.

Итак, что такое социальный, например, эссенциализм? Это приписывание группам граждан неизменных свойств.

М. КУРНИКОВ: Женщины всегда голосуют вот так.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Женщины все такие, хотят иметь детей. Или, как считалось в античном мире, им свойственна ненасытная похоть. Античный мир и, между прочим, Средневековье и Ренессанс считали, что женщины совершенно неудержимы в сексе, а у мужчин есть какие-то духовные высшие интересы, у женщин ничего нет. Как писал один средневековый философ, вся женщина – это только матка. Потом концепция изменилась, решили, что все наоборот, мужчинам свойственна, знаете что? Полигамия. Черным расам, потому что у них череп какой-то не такой, свойственно не учиться, а наоборот, безобразничать и хулиганить. Белым свойственно править миром, особенно некоторым белым.

М. КУРНИКОВ: Особенно мужчинам.

Е. ШУЛЬМАН: Особенно мужчинам. Особенно белым цисгендерным мужчинам. Они должны править всеми другими не белыми, не цисгендерными и не мужчинами. Так установлено природой, а против природы не попрешь, не правда ли? Одному там народу свойственен менталитет. То ли хромосома у него лишняя, то ли еще чего-то у него в этом роде. И вот поэтому он такой.

Вот это все эссенциализм. Он восходит к схоластическим понятиям, потому что вот эта самая аристотелева эссенция, аристотелева сущность, она стала в схоластике пониматься в платоновском виде. Платон же у нас основатель идеализма. Поэтому схоластическая философия, христианская религиозная философия больше пошла за ним. Потому что всякие невидимые эти сущности, идеи, которые на небеси имеются и прочее, то, чего нельзя пощупать, оно, конечно, лучше ложится в эту самую религиозную парадигму. Поэтому средневековая философия на этом эссенциализме вся стоит: «Богом заведено, что одни правят, а другие подчиняются. Одному суждено землю пахать, другому – Богу молиться, третьему – воевать. Так уж оно. Изменить этого нельзя». Вот это эссенциализм.

Скажем в пользу наших предков, что действительно некоторые более-менее постоянные свойства есть у вещей. Женщины похожи бывают на других женщин, а мужчины – на других мужчин. Некоторые люди одного цвета и живут вместе, другие люди другого цвета и живут в другом месте. Наш ум склонен к обобщениям. Мы видим паттерны даже там, где паттернов нету, потому что душа наша боится хаоса и стремится к порядку, даже если этот порядок воображаемый. Поэтому сказать, что совсем все эссенциалисты бредят, мы не можем.

Беда вот в чем. Беда в том, что они не читали Аристотеля. Всякая вещь характеризуется способностью принимать противоположности, подвергаясь изменениям. Если какой-то группе свойственно вести себя определенным образом сейчас, это не значит, что она будет себя так вести до морковкина заговенья. Она может поменяться. Потому что первое свойство вещи – изменчивость. Более того, она может принять противоположность. Вот наше яблоко возьмет да сгниет и будет не яблоком, а вот какой-то слюнявой такой гадкой штукой. Но это все равно яблоко. Это его свойство меняется. Оно было цветочком, стало плодом, а потом оно будет компостом. Так же и мы. Ничего в нас нету постоянного, ибо из праха мы рождены и в прах вернемся, и слава богу.

Поэтому, когда вам какое-то политическое движение или философская школа обещает нечто перманентное, неизменное, постоянное, стабильность, прости господи, поет хором: «Так было, так есть и так будет всегда», поберегитесь. Это эссенциализм. Его страшненькие детки – это расизм, сексизм и гомофобия. Опять же, не потому что мы хотим ругаться плохими словами. Но, что общего между сексизмом, расизмом и расовой теорией? Приписывание группам неизменных свойств.

Сначала вы эту группу выделяете, может быть, вы ее придумали, потому что кроме объективно наблюдаемых женщин, которые тоже как начинаешь приглядываться, может, не так уж и объективно наблюдаемые, одни объективно, а другие не очень объективно… «Вот так бывает, Никанор Иванович, – как говорил один булгаковский персонаж, – сегодня я лицо официальное, а завтра, глядишь, неофициальное». (Прим., цитата из романа М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита», «— Все это, Никанор Иванович, зыбко и условно. Сегодня я неофициальное лицо, а завтра, глядишь, официальное! А бывает и наоборот, Никанор Иванович. И еще как бывает!»)

Но даже если ваша группа существует, если она состоит из живых объектов, никаких постоянных свойств у нее никогда не будет. Она будет принимать противоположности и подвергаться изменениям. Да, хочется стабильности, понимаю, а также петь хором. Жизнь мимолетна, смерть всех нас ждет, хочется чего-то перманентного. Но как только мы начинаем к этой перманентности стремиться, у нас вместо обманчивого бессмертия, которого мы не можем искать в пределах своей земной жизнь, появляется всякая гадость: сегрегация, концлагеря, несменяемая власть, запрет дроны фотографировать и прочее. Все из-за того, что люди впали в ересь эссенциализма.

М. КУРНИКОВ: Переходим к вопросам.

Вопросы слушателей

Вопрос про расшение полномочий ФСБ

М. КУРНИКОВ: Шиммерен 48 спрашивает вас: «Если тенденция на расширение полномочий ФСБ будет продолжаться, будет ли это значить переход от персоналистской автократии к автократии другого типа? Спасибо».

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо и вам. Да, будет. Если этот процесс, который мы наблюдаем, продолжится, то он приведет к следующему. Опять же, никакие процессы по линейке не развиваются, но тем не менее. На ФСБ мы больше обращаем внимание, она публичнее и особенно в последнее время высказывается чаще, но есть еще ФСО, которая тоже там активы захватывает энергично, но и стережет стареющего автократа, а ему это стережение представляется самой важной государственной функцией.

Так вот, если эти две замечательные структуры будут поглощать полномочия и раздуваться, то они его вытеснят, вот этого нашего автократа, кой делал нашу автократию такой персоналистской. Они его заткнут в какой-нибудь угол, отправят в какой-нибудь Форос, будут выпускать бюллетень о его здоровье, он перестанет появляться, будет появляться реже и совсем уже в ритуальных коннотациях. Они ему скажут, что иначе небезопасно: дрон прилетит, придет серенький волчок и укусит за бочок. И он с возрастом все больше и больше в это будет верить.

Как будет выглядеть эта структура власти, интересно. Она может быть ближе к военной автократии, вооруженной автократии, чем к персоналистской. Интересно, как они будут это дело институциализировать. Военные автократии, как известно, живут не так долго и гораздо чаще, чем все остальные автократии, передают власть на выборах. Может быть, через 25 лет исследователи скажут, что у нас, как в Латинской Америке, вот это был способ перейти от затянувшегося персоналистского правления к какому-то плюс-минус чему-то. Опять же, в тех странах, на примере которых мы получаем эту статистику, действительно эти самые военные автократии часто являются переходными фазами на пути к демократизации.

Я не вижу демократизаторов в наших широтах, тем более в лице этих двух служб. Но, отвечая на ваш вопрос, если тенденция продолжится, будет ли это режимной трансформацией, да, вот это будет режимной трансформацией.

Вопрос об обеспокоеннсти демографией

М. КУРНИКОВ: Василий спрашивает: «Почему начальство так обеспокоено демографическими показателями, если общество, скорее всего, окажется в яме 20-х годов, когда самого начальства уже не будет?»

Е. ШУЛЬМАН: Да, тут есть что-то достаточно иррациональное. Им прямо сейчас не хватает солдат и рабочих, поэтому они хотят, чтобы им их быстрее нарожали. В их мире платоновских идей как-то сразу рожденные младенцы становятся сразу уже контрактниками и работниками оборонных предприятий. То, что этих младенцев еще лет 20 надо кормить, содержать, обучать, прежде чем они начнут приносить какую-то экономическую пользу, им в голову не приходит.

Демографическая политика не вполне иррациональна. Не в смысле политика как действия, а в смысле побудительные мотивы. Тут вот эти самые экзистенциальные страхи начинают в голове у людей бродить: «Мы вымираем, все умрем. Я тоже скоро умру. Надо быстрее нарожать там кого-нибудь. Пусть мне кто-нибудь кого-нибудь нарожает, таких как я. Таким образом у меня будет иллюзия бессмертия». Мы все грешные таким образом тоже действуем. Мне время тлеть, тебе цвести. Вот это вот все. Младенца милого ласкаю. (Прим., «Младенца ль милого ласкаю, Уже я думаю; прости! Тебе я место уступаю:

Мне время тлеть, тебе цвести», цитата из стихотворения А.С.Пушкина «Брожу ли я вдоль улиц шумных», 1829)

Это все очень хорошо. Но когда это становится основой государственной политики, это выглядит как некий невроз. И это довольно универсальное явление. Оно не исключительно российское. Просто у нас сладу нету с ними и управы нету на начальство. Поэтому их фантазии не встречают никакого не то что сопротивления, а даже никакой модерации. Они начинают раздавать школьницам деньги за беременность.

Вопрос о новых институтах и культурной трансформации общества

М. КУРНИКОВ: Следующий вопрос – из Патреона «Эха», на который я, конечно, призываю подписаться. Павел спрашивает: «Можно ли построить свободную Россию без пересмотра культуры бытового оправдания власти? Многие говорят о смене режима как о политической задаче. Но не менее важен вопрос массового сознания, привычки к патернализму, цинизму, снятию личной ответственности. Что первично: институты или культурная трансформация общества?»

Е. ШУЛЬМАН: Вопрос, который задают себе многие исследователи. Вот мы с вами Хофстеде в прошлый раз описывали, у нас был отец. И вот его эта культурная матрица. По шести параметрам он разные культурные сообщества, вообще социумы оценивал. Понимаете, в чем дело? Это не вопрос первичности и вторичности, это не вопрос курицы и яйца, это вопрос взаимного влияния. Да, система власти формирует определенную культуру. Установки в основном распространяются сверху вниз. Но и сформированная культура порождает тех людей, которые в том числе будут работать в структурах власти.

Вы знаете, тут опять же обращусь к предыдущей рубрике, еще раз отрекусь от эссенциализма и всех дел его и скажу, что общества меняются. Дело даже не в том, что давайте выключим телевизор и не будем говорить людям плохое, а включим хороший телевизор и будем говорить людям хорошее. Давайте у людей появится хоть какой-то опыт влияния на свою жизнь. Вот они пришли и проголосовали – у них начальство сменилось. Они пришли, скажем, выбрали себе какого-нибудь муниципального депутата – он что-нибудь хорошее сделал. Они выбрали себе федерального депутата – им закон приняли в их пользу, отменили какой-нибудь запрет, который мешал им жить.

Помните про выученную беспомощность? Сколько раз мы с вами говорили… Что собачку лечит от выученной беспомощности? Два варианта: либо она видит, как другая собачка прыгает через заборчик, и ей ничего за это не бывает, либо ее самою, травмированную нашу собачку, берет лаборант и перекидывает, первый раз перекидывает, второй перекидывает, третий перекидывает, после этого, как в сказке, она уже сама начинает прыгать, и лапки ее парализованные чудесным образом начинают шевелиться.

Лаборант никакой к нам не придет, никто нас перекидывать не будет, но какой-то опыт взаимосвязи между действием и результатом очень сильно людей как-то лечит. Вот даже всяких людей с особенностями развития, как я слышала, когда работала с соответствующими НКО, когда им дают возможность выбрать что-нибудь даже простое бытовое, что скушать, что надеть, в магазин их водят… Не просто одевают, потому что он же дурачок, он не знает, что ему надо. «Давай я его наряжу», – думает заботящийся взрослый довольно часто. А вот давайте его в магазин сводим, пусть он там хоть пальцем покажет, что ему там, штаны или юбку. И вот от этого они тоже прогрессируют. То же самое, сынок, и у бабочек.

Так же точно и с социумами. Опыт свободы, опыт разумного сознательного действия, имеющего результат, опыт влияния своими ручонками на свою собственную жизнь очень всех сразу делает взрослыми, самостоятельными, никакими не патерналистскими. Люди этого хотят, к этому на самом деле стремятся. Когда они этого лишены, то они страдают, им плохо.

М. КУРНИКОВ: Хорошая новость от телеграм-канала «Эхо Новости», на который я призываю подписаться. На Каннском кинофестивале зрители устроили овацию после премьеры фильма Андрея Звягинцева «Минотавр». Буквально сегодня, да. Зрители отреагировали на премьерный показ овацией, которая длилась 10 минут.

Е. ШУЛЬМАН: Варвара Шмыкова там играет.

М. КУРНИКОВ: Так точно.

Е. ШУЛЬМАН: Наш берлинский человек и даже, можно сказать, появлявшийся в некоторых наших совместных проектах.

М. КУРНИКОВ: В некоторых, да. Ну что ж, дорогие друзья, обязательно поставьте лайк, может быть, даже три лайка этому видео. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит, например, в приложении «Эхо». Кстати, в радиоэфире в Эстонии она идет также. А еще она идет сразу на нескольких ютюб-каналах. Например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Как всегда, начинаю с книги. И эта книга – «Бехтерев в Кремле. Психолог и тиран», Лучано Мекаччи, итальянский ученый. Обратите внимание, какие блербы, простите за выражение, здесь. Александр Эткинд, например, написал. Эта книга, во-первых, это историческое расследование гибели Владимира Бехтерева. Но это еще и попытка понять, что происходит, когда наука сталкивается с диктатурой. А? Прелесть!

Е. ШУЛЬМАН: Я видела эту книгу на берлинской книжной ярмарке. И даже слышала про нее всякие разговоры. Так что спасибо вам большое. Это действительно, во-первых, в некотором роде по моей части. Если не в той части, где про психологов, то в той части, где про тиранов. С рассказом Лиона Фейхтвангера. Там еще Лион Фейхтвангер.

М. КУРНИКОВ: Представьте себе. Эта книга уже некоторое время продается на сайте «Эхо Книги». Кстати, где эту книгу приобрести? Конечно, на сайте «Эхо Книги». И, конечно, мы постараемся найти ее и в России где-нибудь, чтобы вы тоже, если вы находитесь в России, могли купить. Но на сайт «Эхо Книги» обязательно заходите, смотрите. Там много-много всего нового. Ну, а мы переходим к первой рубрике.

Не новости, но события

Почему рейтинги в России перестали что-либо значить?

М. КУРНИКОВ: С какого события вы начнете?

Е. ШУЛЬМАН: С того, которое благополучно завершилось. Мы поздравляем всех наших слушателей в Российской Федерации с завершением майских праздников. Майские праздники несут в себе многие риски, опасности и лишения для российских граждан. Поэтому, когда они наконец заканчиваются, то можно надеяться, что начальство немножко попустит, и они перестанут отключать людям свет, воду, запирать их во дворах, а также лишать их разных инструментов связи.

Мы обратили внимание – собственно, на это трудно не обратить внимание – на то, что сегодня первый рабочий день в Российской Федерации, и в праздничный период у нас не публиковались почти никакие новые социологические данные. Под предлогом того, что все уехали на дачу, пьяные валяются и работать не хотят, у нас нет ни рейтингов ВЦИОМа, которые приобрели нехорошую славу последние несколько недель, ни даже рейтингов тревожности по ФОМу. ФОМ нас покинул в конце апреля с последними своими результатами: 53% тревожных против 41%, по-моему, спокойных. Впервые кривая тревожности превысила кривую спокойствия с вторжения в Курскую область, между прочим, с августа 2024 года. После этого вот эти кривые все-таки были расположены каким-то более стабильным образом.

Я в связи с этим вот на что хочу обратить внимание. Противоестественный культ рейтингов был создан, собственно говоря, самими нашими политическими менеджерами. Они создали вот это религиозное поклонение так называемому президентскому рейтингу, которого именно в таком виде не существует, под этим подразумеваются иногда совершенно разные социологические маркеры. Но тем не менее. Мне кажется, что вот такое извращенное значение рейтингов возникло в связи с отсутствием тех событий, которые во всех остальных странах и придают какую-то важность этим измерениям.

Зачем вообще нужно узнавать, каким образом граждане относятся к своему начальству? Или к своим политикам, или к своим представителям в парламенте? По одной-единственной причине. Потому что через некоторое время всем этим людям предстоят выборы. И таким образом, например, партии могут понять, насколько их нынешнее руководство проведет их через теснину смертной тени, через очередной выборный цикл или пора это руководство поменять, какие политики пользуются поддержкой граждан, а какие не пользуются.

В условиях отсутствия электоральной ротации все эти измерения носят совершенно умозрительный характер. И в результате мы вынуждены отвечать на вопрос: рейтинг снизился на шесть процентных пунктов – граждане уже собираются бунтовать или нет? Как будто само по себе снижение чьей бы то ни было популярности, которую нельзя проверить электоральным способом, есть основание для каких-то насильственных действий или вообще для массовых протестов.

М. КУРНИКОВ: Но, вообще, надо отдать должное этим политтехнологам, которые придумали такие рейтинги без выборов. Это создает иллюзию того, что ну вот смотрите, рейтинги меряют, и действительно президент популярен, а выборы – это приложение к рейтингам в некотором смысле.

Е. ШУЛЬМАН: Понимаете, в чем дело… Когда вы что-то отягощаете избыточной символической нагрузкой, это может обернуться против вас. В результате вот эти самые рейтинги, уровни доверия, уровни поддержки на воображаемых выборах, которых не будет, уровни одобрения деятельности приобрели собственную политическую валидность. Поэтому теперь, когда они начинают снижаться, одни думают, что это специальный заговор с целью впечатлить президента и уговорить его на какие-то политические шаги, другие собираются расстреливать социологов за то, что они занимаются вредительством, все это становится политическим поводом, что совершенно абсурдно.

СВО, Вторая мировая и политтехнология памяти

У нас причем параллельно вторая такая же ситуация разворачивается. Смотрите, параллель между СВО и Второй мировой войной казалась крайне выгодным политтехнологическим приемом: «Тут страна огромная, там страна огромная. Тут зацепим людей за патриотизм. У нас есть нечто сакральное. Мы к этому прицепим что-то, что нам сейчас политически выгодно, оно тоже станет сакральным, волшебная пыльца осядет на этот сомнительный предмет. И таким образом, мы скажем: “А кто не поддерживает СВО, тот предал бабушку и дедушку одновременно”».

М. КУРНИКОВ: Буквально видел газеты, которые распространялись на фронте в 2022 году. «Вот тогда освобождали Харьков, и сейчас освобождаем Харьков» буквально было написано в этих газетах.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Но что-то пошло не так. Вот что же могло пойти не так в таком замечательном замысле? Но, видите, нет в жизни счастья. И тут что-то поломалось. Вы обратили внимание, как пересечение этой символической и с военной точки зрения не очень осмысленной даты 1418 дней как будто надломило что-то в общественных настроениях в Российской Федерации? Потому что действительно у всех людей, которые ходили в школу в Советском Союзе или после, вот это 1418 отпечатано в мозгу. И когда прошло вот ровно столько дней, а раз-два-три, ничего не произошло, не только Харьков не освободили, но вообще ничего никуда не продвигается, а только 177-й раз берем Большую Токмачку, то мы видим, как этот самый эффект становится своей противоположностью.

М. КУРНИКОВ: Я прошу прощения, но, по-моему, Токмачка Малая все-таки.

Е. ШУЛЬМАН: Малая? Ну, хоть Малую. Господи, боже мой, хотя бы Большую. Что же можно сделать в такой ситуации, когда те символы, которые вы ангажировали в свою пользу, начинают работать на врага? Можно, например, попробовать убрать все те пространства, в которых вообще может распространяться невыгодная для вас информация.

Усиление контроля над интернетом и роль ФСБ

Мы с вами говорили довольно много и об ограничениях интернета, и о Минцифры, и о Второй службе ФСБ по защите конституционного строя, к которой теперь, кажется, перешли полномочия по руководству интернетом. Мы с вами говорили об этом на основании некоторых слухов и разговоров. Сейчас мы, кажется, будем иметь этому административное подтверждение. Хотя должна сказать, что то, о чем мы сейчас будем рассказывать, это уже не слухи и разговоры, это публикация РБК, в общем, достаточно валидного, серьезного российского легального СМИ, но тем не менее самих документов у нас нет. Мы тем не менее вам об этом сообщаем, потому что документы, как я подозреваю, не замедлят появиться.

Итак, в Министерстве цифрового развития происходит реорганизация. В ходе этой реорганизации там, судя по всему, уменьшится количество заместителей министра, также уменьшится количество департаментов. Что именно собираются сокращать и почему это значимо политически? Два замминистра, видимо, уходят: один – который курирует департаменты экономики и финансов, развития IT-отрасли, развитие цифровых компетенций и образования; второй – который курирует департамент информационной безопасности, обратим внимание на это. Также, видимо, уходит директор департамента обеспечения кибербезопасности (временно исполняющий обязанности).

Потому что, похоже, эти департаменты, которые занимаются киберинформационной безопасностью, их функции передаются ФСБ (Федеральной службе безопасности) и также Федеральной службе по техническому и экспортному контролю (ФСТЭК). Это тоже такая весьма-весьма ФСБ-шная контора, как можно догадаться по самому ее названию.

Источник, близкий к министерству, в разговоре с The Bell (еще одно очень качественное издание) назвал новости о готовящихся сокращениях и возможном увольнении замов Шадаева плановой ротацией. Ой, я помню эту фразу. Когда нас всех выгнали из СПЧ, Песков тоже сказал, что это плановая ротация. Никаких планов такого рода не существует. Нет нигде плана ротаций. Все кадровые решения принимаются ad hoc (по необходимости).

Итак, что нам скажет это решение, если оно будет валидировано, если мы его увидим уже в форме документа? Это подтвердит информацию о том, что Министерство цифрового развития теряет свои полномочия, а приобретают их ФСБ и структуры, подконтрольные ФСБ. Это, дорогие товарищи, довольно серьезное дело.

Что касается уходящих министров. Я бы обратила внимание тех сотрудников министерства, которые работали с ними, вообще сотрудников министерства, что если вы поступаете под кураторство ФСБ и, в особенности, Второй службы, то у этих людей есть только один метод работы. Точнее, сами они вам скажут, что у них очень разнообразные методы работы. Они могут организовать, например, аварию или выпадение из окна, или, скажем, внезапный сердечный приступ, или сымитировать самоубийство. Ну и еще есть любимый инструмент – это организация уголовного дела. Других административных инструментов у них нету.

Опять же, не потому что это какие-то звери в человеческом облике, а потому что вот такая у них работа. Поэтому если у вас приставят сапожника печь пироги и пирожника тачать сапоги, то он будет действовать при помощи того инструмента, который ему свойственен, а не будет обучаться никаким новым компетенциям. Поэтому просто имейте это в виду.

Еще раз мы вам напоминаем, что сотрудники этой службы в частности и этой большой службы в целом никогда не бывают виноваты ни в чем. А результаты их администрирования таковы, что каких-то виноватых назначать надо, потому что провалы-то будут. Телеграм заблокировать не удастся, VPN извести в Российской Федерации тоже не удастся, пересадить всех граждан на Макс не получится. Кто-то должен быть в этом виноват. Они виноваты в этом не будут.

Мы так упорно повторяем эти предостережения нашим далеким братьям на государственной службе не только из классовой солидарности, хотя, может быть, и из нее тоже. Мы знаем совершенно точно, что есть люди, которые слушают наши эфиры. И мы также знаем, что есть люди, которые извлекли для себя практическую пользу из слушания наших эфиров и сейчас, например, могут слушать их без VPN, регистрации, СМС, находясь в добром здоровье и вдыхая воздух свободы. Если хотя бы еще одну душу человеческую мы нашими повторяющимися и, может быть, действительно навязчивыми, однообразными предупреждениями таким образом спасем, мы не будем считать нашу работу напрасной.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Вы знаете, кстати, по поводу спасенных человеческих душ. Мы запустили программу, которую с самого начала понимали очень узконаправленно. Она называется «Как поступать». Она ровно про то, чтобы те родители студентов, точнее, не студентов, да и студентов тоже, но и абитуриентов и сами абитуриенты, которые ищут возможности учиться вне России, могли такие возможности увидеть. И вы знаете, действительно начали писать люди и действительно говорят: «Мы-то думали, что на это нужны какие-то невероятные миллионы, а оказывается, это все можно сделать проще».

Е. ШУЛЬМАН: Вот чего точно не нужно, это невероятных миллионов. Документационная работа тяжелая и многоступенчатая. Но деньги – не самое важное.

М. КУРНИКОВ: Вот у нас как раз вышел выпуск про Германию. Тут вообще же бесплатно.

Е. ШУЛЬМАН: Тут бесплатное высшее образование.

Кадровые перестановки и проблемы регионов

М. КУРНИКОВ: Вот. И там об этом как раз все рассказывается. Мы продолжаем первую рубрику.

Е. ШУЛЬМАН: Мы продолжаем первую рубрику. Еще поделимся с вами некоторым количеством кадровых новостей. Где-то убавляется заместитель министра, где-то прибавляется. Вот один новый заместитель министра обороны у нас появился. Зовут его Дмитрий Щербинин. Он был заместителем руководителя секретариата первого вице-премьера Андрея Белоусова, который теперь является министром обороны. С одной стороны, не можем не вспомнить, что заместители министра обороны не то чтобы все одинаково хорошо себя чувствуют.

М. КУРНИКОВ: Особенно те, которые долго работали на предыдущей работе, а потом перешли в Министерство обороны.

Е. ШУЛЬМАН: Да, и такое бывает. Особенно те, кто следует за начальником, сохраняя ему несгибаемую лояльность. С другой стороны, мы видим, что пока наш нынешний министр обороны имеет возможность близких себе людей назначать на высокие должности. Его с этим поздравляем.

По поводу региональных кадровых новостей. В прошлый раз мы говорили с вами о смене руководителя Дагестана. Помните, судья из Нижнего Новгорода, этнический русский, что важно, учитывая регион. И мы с вами продолжаем следить за ситуацией в Белгородской области. В Белгородской области по-прежнему нет губернатора.

М. КУРНИКОВ: Не, ну как? Есть, но в отпуске.

Е. ШУЛЬМАН: Да, губернатор в отпуске. Отпуск ему, по рекомендации врачей, продлен еще, кажется, на две недели. Злые языки, совсем злые языки, ужасные, злобные сплетники говорят, что назначение откладывается, потому что кандидат на эту должность, а именно генерал-майор Александр Шуваев, не так хорошо проявил себя на предварительных встречах и консультациях, как можно было от него ожидать, и даже на какую-то из этих встреч пришел нетрезвым. Я надеюсь, что не прямо на встречу с президентом. Может быть, он выпил для храбрости перед своим собеседованием в администрации президента.

М. КУРНИКОВ: Инициацией.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Военного можно понять, даже если это так. Я помню, что наш бывший тульский губернатор Дюмин тоже предавался этой такой естественной человеческой слабости. Поверьте, это не худшее, что может характеризовать начальника нынешнего политического периода. В общем, нет пока у нас там нового губернатора. Более того, я не исключаю, что губернатор Гладков вернется из своего отпуска и со своего больничного и не отпустят его.

М. КУРНИКОВ: Здоровее, чем был.

Е. ШУЛЬМАН: Насчет этого гарантий дать не можем. Но тем не менее. Дело в том, что действительно найти замену трудно. Я охотно верю, что губернатор Гладков сам попросился как-то на покой, потому что должность его совершенно чудовищная и ничем не напоминает ту, на которую он назначался. Сейчас уже даже трудно себе представить, трудно вспомнить эту богатую, сытую, тишайшую Белгородскую область до 2022 года. Аграрный, православный регион. Ну вот просто тучные пажити, зеленые нивы и бродящие по ним откормленные скотины характеризовали эту область.

М. КУРНИКОВ: Но что-то случилось.

Е. ШУЛЬМАН: Да, потом что-то пошло не так, и эта должность губернаторская действительно стала такой, на которой долго не проживешь.

«Новая элита» из участников СВО

Еще одно замечание по поводу вот этого возможного (не то чтобы неудавшегося), но неудающегося кадрового гамбита. Понимаете, в чем дело? Президент у нас требует новую элиту из участников СВО. Вроде как военные должны быть в моде, поскольку, если кто не заметил, война идет. Нам сообщают о планах какой-то достаточно высокий процент депутатов Государственной Думы следующего, девятого, созыва заместить участниками СВО. Причем особо отмечается, что не теми, которые были до этого депутатами или занимали какие-то должности, а прямо вот настоящими.

Но, понимаете ли, в чем дело, если уж с кадровыми военными такая бывает история, действительно не все они пригодны для занятия административных должностей, то уж с участниками СВО и вовсе в Государственной Думе может стать беспокойно: в ее кабинетах, в ее коридорах, в буфете, в лифте, в туалете. В общем, всякое может происходить с людьми, которые пережили то, что человеку переживать не надо и после чего сохранить какое-то ментальное равновесие затруднительно, если вообще возможно.

На этом фоне мрачноватом давайте сообщим хорошую новость про губернатора. Помните губернатора Марий Эл Маркелова, которого в 2021 году, еще до войны, приговорили к 13 годам колонии и штрафу в 235 миллионов рублей? Вы знаете, остаток этого 13-летнего срока заменен ему принудительными работами. Гуманизм.

Очень, кстати, полезно вот эти сюжеты отсматривать полностью. Потому что часто вот была новость – и все, и забыли про человека. А не надо забывать. Там тоже может происходить много интересного. Видите, не ушел ни на СВО, ничего, а заменена колония обязательными работами. С другой стороны, если с 2021 года, то, получается, что пять лет уже так или иначе прошло. Если там учитывать еще время в СИЗО с коэффициентом, то, может быть, действительно, уже половина пролетела.

И еще один пример гуманизма нашей правоохранительной системы. Мы ей часто отказываем в этом гуманизме, а зря. Мы с вами в прошлый раз говорили о задержании мэра Уфы и его сотрудников. Вот и сам мэр, и замначальника управления земельных и имущественных отношений мэрии Уфы переведены из СИЗО под домашний арест. Советуем коллегам воспользоваться этим временем максимально эффективно.

М. КУРНИКОВ: С умом.

Е. ШУЛЬМАН: Да. Еще кадровое сообщение. Помните бегущего министра из Новосибирской области?

М. КУРНИКОВ: О, да.

Е. ШУЛЬМАН: Не беглого министра, у нас был беглый замминистра в прошлом выпуске, не перепутайте, а это бегущий замминистра, спортивный такой. Он после этого ушел в отставку или был уволен, потому что скандал с убиением скота и с фермершей, которая приехала на прием и, от которой он скрывался, убегая по коридору, был слишком громким.

Так вот, если вы волновались за судьбу Андрея Шинделова, то он назначен у нас руководителем инспекции Гостехнадзора Новосибирской области. Вот, видите, как хорошо. Инспекция, указывается в новости, занимается региональным государственным контролем в области технического состояния и эксплуатации самоходных машин и других видов техники, а также аттракционов. Очень хорошая, я считаю, должность. Так что вот с некоторыми членами номенклатуры все более-менее благополучно.

Дела ученых, госизмена и новые аресты

Мы с вами в прошлый раз говорили о задержании двух сотрудников РАН (Российской академии наук). Помните, дело о взятке. Там было двое рановских и один, который взятку давал. За прошедшую неделю у нас случилось два приговора ученым. Приговоры, прямо сказать, практически смертные, учитывая возраст приговоренных.

М. КУРНИКОВ: Новосибирские?

Е. ШУЛЬМАН: Новосибирские. Новосибирские физики Валерий Звегинцев и Владислав Галкин. 12,5 лет колонии строгого режима. Обвинение в госизмене. Это уже ведь совсем не первые люди, приговоренные за исследования в области гиперзвука. Этот процесс начался еще в 2024 году. Он идет в закрытом режиме, поэтому мы ничего, на самом деле, не знаем. Единственное, что у нас есть из процессуальных деталей: до вступления приговоров в законную силу осужденные будут находиться под домашним арестом.

Судя по всему, основанием для обвинения в госизмене послужила публикация в одном из зарубежных журналов о газовой динамике, что бы это ни было. Я не знаю, что это такое. Но за последние 12 лет по тому, что можно назвать делом о гиперзвуке, арестовано более 10 человек. Прошу прощения за такие малоопределенные цифры. Поскольку все чрезвычайно секретно, то часто мы узнаем о том, что кто-то был арестован, уже по вынесению приговора. Это единственная новость, которая у нас появится.

Что тут можно сказать? Мы не будем тут выносить всяких моральных суждений типа «не надо работать на оборонку». Те люди, которые занимаются физикой или химией, они могут обнаружить, что их исследования используются и в военных целях тоже. Избежать этого, в общем, затруднительно.

Я напомню только, что приговоренному Звегинцеву 82 года, Галкину – 70 лет. Понятно, что это смертный приговор.

Когда мы называем эту цифру – больше десяти человек за 12 лет, мы, в общем, понимаем, что те люди, которые становятся следующими жертвами, не подозревают о том, что они этими жертвами станут. Если себе представить, что существовала какая-то шпионская банда, которая этот гиперзвук как-то рассылала враждебным государствам, то, наверное, люди, увидев, что начинаются аресты, разбежались бы или как-то попрятались бы. Ничего подобного не происходит. То есть люди не понимают, что им грозит опасность. Опять же, может быть, они заподозрят что-то неладное, услышав эти новости. Я надеюсь, что они слышат эти новости. Еще раз повторю, дело происходит в Новосибирске. Один ученый – из Новосибирска, другой – из Томского политехнического университета. Они соавторы. Это наводит на мысль о том, что госизмена – это научная публикация.

Говоря о заочных приговорах разным научным деятелям, об объявлении тех или иных ученых иностранными агентами, надо понимать, что какие бы неприятности российское государство ни доставляло нам, вам, членам академического сообщества за пределами Российской Федерации, они не идут ни в какое сравнение с ее возможностями в этих пределах. Поэтому, пожалуйста, думайте. Если слово «гиперзвук» о чем-то вам говорит (мне, например, ни о чем не говорит), то, пожалуйста, задумайтесь, просмотрите свой список контактов, просмотрите свой список публикаций и принимайте решение исходя из того, что вы увидите.

А вот, например, безо всякой науки арестован советник губернатора Самарской области и генеральный директор компании «Транспорт будущего», человек по имени Юрий Козаренко, который должен был преобразить как-то отечественное производство беспилотных летательных аппаратов, а теперь задержан за мошенничество в особо крупном размере. Речь идет, судя по всему, о переклеивании этикеток, очень популярном приеме в сфере отечественного импортозамещения: берете китайское изделие, клеите на него российскую этикеточку и дальше снимаетесь с президентом. Этот несчастный как раз недавно совсем, только в прошлом году, встречался с Владимиром Путиным в Центре беспилотных авиационных систем «Самара» и имеет с ним красивые парадные снимки.

Список людей, которые снимались с президентом, находились с ним в одном кадре, а потом сели, он довольно-таки обширен. Президент просто окружен мошенниками, предателями и вредителями. Его собственный премьер-министр оказался иностранным агентом, человек, которого он назначал главой своего правительства. Всякие другие близкие к нему люди. Члены его президентского совета, которых он же своим указом тоже назначал, не то, что они напрыгали туда через окно, тоже обнаружили свою вредительскую сущность. Видимо, он человек доверчивый и непроницательный, а кадровая служба и проверка совершенно у них там не работают.

Далее. Еще некоторое количество уголовных новостей, которые мы с вами так любим, жить без них буквально не можем. В прошлый раз у нас было, по-моему, предложение зачитывать сроки и суммы конфискованного под какую-то бодрую музыку, под какой-то музыкальный фон. Но мы не хотим тривиализировать происходящее.

Помните, что у нас в городе Санкт-Петербурге всегда неспокойно, а в местном ГУВД уже довольно давно все неспокойно. Более того, не так давно, в 2025 году, мы с вами говорили про то, как бывший глава ГУВД Петербурга, то есть регионального министерства, получил 12 лет колонии по делу о взятке. Его, соответственно, заместитель по той же статье получил 11,5 лет колонии. По той же статье сел экс-глава ГИБДД Санкт-Петербурга. В общем, там все не слава богу.

И вот теперь опять довольно высокоуровневый арест. Заместитель начальника уголовного розыска Виталий Лаврищев арестован в Санкт-Петербурге. Тут для разнообразия не взятка, а разбой, разбой в особо крупном размере.

М. КУРНИКОВ: Ничего себе.

Е. ШУЛЬМАН: Да, представляете себе. Коллега бывшего начальника уголовного розыска дал на него показания и признался, что он участвовал в схеме с кражей крупной суммы денег у обнальщиков. Одного из участников схемы уже осудили, сообщает пресс-служба судов Петербурга, его обвинили в хищении 18 миллионов рублей. Этот же самый бывший начальник уголовного розыска Московского района, то есть одного из районов города Санкт-Петербурга, дал показания на экс-замглавы Следственного комитета по тому же району, который на момент ареста был руководителем Следственного комитета другого района.

В общем, из всей этой истории мы можем отметить только бывшего главу управления собственной безопасности ГУВД Санкт-Петербурга. Он находится в розыске с 2025 года. Вот опять же, некоторые питерские менты, не побоюсь этого выражения, оно освещено культурным контекстом, соображают быстрее, чем другие, а некоторые как-то не очень здорово соображают. Вот, например, человека увольняют с должности главы управления в ГУВД Петербурга…

М. КУРНИКОВ: Должен был догадаться.

Е. ШУЛЬМАН: А через несколько месяцев его задерживают по уголовному делу. Через несколько месяцев. Вот что он делал эти несколько месяцев? О чем он вообще думал? Но опять же, не будем превращать наш эфир в список добрых советов для государственных служащих, замешанных или могущих быть заподозренными в каких-то уголовных делах. Кстати, помните дело питерских пиарщиков?

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Приговор у нас случился на неделе. Бывший председатель комитета по информатизации и связи Санкт-Петербурга получил семь лет. Когда кому-нибудь еще что-нибудь дадут, мы тоже вам непременно об этом сообщим.

Далее. Можно сказать, старый знакомый. Все депутаты и бывшие депутаты в некотором роде наши старые знакомые. Сергей Абельцев, депутат от ЛДПР, депутат многих и многих созывов. Он был депутатом начиная с 1993 года, с младых ногтей.

М. КУРНИКОВ: Он судился с Виктором Шендеровичем.

Е. ШУЛЬМАН: Он судился с Виктором Шендеровичем, который назвал его «животным йеху». Напомню, дорогие коллеги, это цитата из Джонатана Свифта, «Путешествия Гулливера». Это не то что какое-то специальное ругательство, изобретенное Виктором Шендеровичем. Помощник Жириновского бывший, депутат четырех созывов. Был помощником Жириновского после того, как перестал быть депутатом и до самой смерти Жириновского в апреле 2022 года.

Что с ним случилось? Пять лет колонии общего режима, штраф 700 тысяч рублей. Что, кстати, он делал? Он брал деньги у какого-то пенсионера, обещая назначить того помощником депутата. Тоже что-то из 90-х. Я помню еще, когда я работала в Государственной Думе, вот этих помощников депутатов ЛДПР и их рынок торговли удостоверениями.

М. КУРНИКОВ: Как будто бы другие депутаты ЛДПР такого не делают, извините.

Е. ШУЛЬМАН: Помощник депутата на общественных началах шел дешевле, помощник депутата по работе в Государственной Думе – несколько дороже, потому что там все-таки зарплата полагалась. Но если ты получаешь это за взятку, то зарплату ты отдаешь в партийную кассу. Но даже помощники депутатов на общественных началах имели право бесплатного проезда в общественном транспорте. Вот такие были времена.

На что мы тут с вами обратим внимание? Даже не на Джонатана Свифта, хотя тоже всегда полезно его вспомнить. Есть такая английская мудрость: «Death cancels all engagements» («Смерть прекращает все обязательства»). Так вот, после смерти Владимира Жириновского вся его эта замечательная команда уже не имеет никакой протекции. Помните, мы с вами говорили, что в нашей политической системе, в отличие и от дореволюционной классовой, и от номенклатурной советской, нет наследования социального статуса. Человек умер, его клиентела, его дети, его фактотумы, его сотрудники ничего от него не наследуют.

Эта система довольно примитивная. Она похожа на то, что называется первобытной военной демократией, когда есть вождь, его выбрали, потому что он сильный, смелый и бьет зверя эффективно. А вот как только он ослабел и уж тем более умер, он не может своего сына тоже назначить вождем, его съедят, выберут другого, который тоже интенсивно бьет зверя.

Последствия смерти Жириновского для системы

Вот еще один такой же пример. Мы с вами говорили про Константина Ромодановского и несчастную судьбу его сына. А вот, например, уже повторный иск о конфискации имущества к семье покойного председателя Государственного таможенного комитета Анатолия Круглова. Мы с вами говорили о Круглове и о посмертных конфискациях, потому что это дело все-таки нетривиальное, не так часто такое происходит. Он скончался в 2015 году. Иск был уже в ноябре 2025 года, мы с вами об этом сообщали. Тогда было конфисковано 12 земельных участков, семь домов и еще каких-то именных акций сколько-то. Это дело связано с делом бывшего главы Департамента культуры мэрии Москвы Кибовского. Помните Кибовского?

М. КУРНИКОВ: О, да.

Е. ШУЛЬМАН: Вот. Тоже деятель был активный в свое время. М. КУРНИКОВ: Кстати, просился на СВО. Не пустили.

Е. ШУЛЬМАН: Просится на СВО, продолжает проситься, а ему все время отказывают. Он очень возмущается. Итак, вот прошло всего лишь несколько месяцев. Новый иск подает Генеральная прокуратура. В числе ответчиков указаны вдова, две дочери, внучка и почему-то ОМВД по району Хамовники. Это я, честно говоря, не понимаю.

М. КУРНИКОВ: Я испугался, что там дальше еще дойдет до собаки, как по сказке.

Е. ШУЛЬМАН: Все ниже и ниже. Кошка, мышка. В общем, да, и мышка. Там тоже большие суммы. То есть пришли за тем, что недобрали тогда. То есть это такое раздевание довольно систематическое. Вот дело дошло до внучки покойного. Поэтому, дорогие представители новой элиты, вы даже не номенклатура. Понимаете, в чем грусть: вы не можете передать по наследству ничего вообще. Ваших детей разденут.

М. КУРНИКОВ: Помните, тоже было сказано классиком: «У тебя нет ничего. Ты голодранец».

Главный запрос общества — закон и правила

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, получается так. Сейчас появилось модное такое выражение «запрос на правила». Вот видите, российская элита внезапно осознала запрос на правила. Слушайте, учиться надо было хоть где-нибудь, хотя бы в старшей школе. Это не «правило» называется, это называется «закон». Очень полезная штука. Человечество ее изобрело примерно во времена Хаммурапи.

Вот есть закон, норма законная. Она соблюдается вне зависимости от личности, вне зависимости от того вы живы, здоровы, можете бегать и прыгать высоко, вы дружите с начальником, вы не дружите с начальником, вы сами начальник. Вот есть закон и по нему, вы знаете, возможность вас ограбить, убить, лишить свободы, послать на верную смерть как-то регламентируется хотя бы.

Самые примитивные народы доходят как-то своим умом до того, что это полезная и, более того, социально необходимая вещь. А мы выдумали этот «запрос на правила» и ходим с таким туманным запросом. Что-то нам как-то дискомфортно стало, понимаете ли, жить.

Вербовка студентов в войска БПЛА

И по поводу вещей более необратимых, чем даже конфискации, и по поводу тех детей, которым нечего наследовать. Мы с вами говорили регулярно о вербовке студентов в войска БПЛА. Вот у нас первый подтвержденный погибший такой студент. Я не буду говорить, что первый погибший. Первый подтвержденный, тот, который с именем, с некрологом.

Ему 23 года. Его зовут Валерий Аверин. Его завербовали с последнего курса Бурятского республиканского техникума строительных и промышленных технологий. Как выяснилось из сообщений его матери, он приемный сын, в 11 лет она его усыновила. То есть он детдомовский. Он ей не сказал, что завербовался. Он ей сказал, что он в Wildberries будет работать, что-то там зарабатывать.

То есть самые доверчивые, наиболее социально незащищенные люди, те, кто вырос в системе, как это называется, те, кто привык подчиняться правилам, те, кто не очень умеют осознавать свою субъектность, то есть свою собственную отдельную личность, а не только хождение строем и жизнь в общей палате, вот их забирают.

Каким образом он погиб? 3 января подписал контракт, к 24 марта прошел обучение, 6 апреля погиб, через три месяца после начала службы. Его отправили в штурм.

Еще раз, все контракты – это контракты. Никаких особых контрактов нет и не бывает. Разговоры, которые мы с вами пересказывали на прошлой неделе, и красивые карточки Министерства обороны не подтверждены пока ничем документационно, кроме их собственных каких-то туманных устных рекомендаций. Это первое, что хочется сказать.

Второе, что хочется сказать. Коллеги из администраций высших и средних специальных учебных заведений, не обманывайте себя сами тоже, когда вы обманываете своих студентов. Вы посылаете их на убой и больше никуда.

Я, кстати, еще обращу внимание, что опасность ведь не только состоит в том, что их из операторов дронов переведут в штурмовики. За операторами дронов идет охота. Не надо себе представлять, что это безопасная работа сама по себе. Это убийственная работа во всех отношениях. Но еще и с нее вас снимут и пошлют в штурм. Почему? Не потому, что вас кто-то невзлюбит или вам попадется зверь-командир, а потому, что там именно людей не хватает, а президент наш считает, что до взятия Донбасса осталось всего ничего. Поэтому люди там нужны. А откуда эти люди возьмутся? Из тех, кто уже подписал контракт и, соответственно, уже делегировал все права по распоряжению своей жизнью Министерству обороны.

Госдума, приватизация и новые законы

Далее. По поводу закончившихся праздников, как мы с радостью отметили в самом начале. Это означает среди прочего, что возвращается с каникул Государственная Дума. Никто ее не ждет, кроме нас. А мы ждем с радостью и нетерпением. Четыре пленарных заседания планируются у нас в мае. Ближайшее будет завтра. Кратенько сообщим о том, чего мы от Государственной Думы можем ожидать.

Во-первых, прямо вот 13 мая, возможно, в первом чтении будет рассмотрен правительственный законопроект, который носит неприметное название, но очень живой и занимательный, кликбейтный подзаголовок: «О внесении изменений в статью 217 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (о сроках исковой давности при приватизации)». Помним мы с вами этот сюжет.

М. КУРНИКОВ: Запрос на правила тоже.

Е. ШУЛЬМАН: Запрос на правила. Сейчас посмотрим, как у нас удался запрос на правила. Внесен этот законопроект в конце апреля правительством Российской Федерации, подготовлен Министерством экономики, которое с радостью сообщает об этом на своем сайте. И, соответственно, 7-го числа, в перерывах между праздниками, профильный комитет – это, кстати, комитет Крашенинникова по госстроительству,  поскольку это поправки в Гражданский кодекс, – одобрил и рекомендовал законопроект к принятию в первом чтении.

Что у нас там написано? Мы помним, что у нас в 2024 году было обращение в Конституционный суд по этому поводу, что вот, мол, коррупционные активы изымают несмотря на сроки давности по коррупционным же преступлениям. Конституционный суд сказал, что сроки давности к коррупционным преступлениям как раз не относятся. Президент поручил по просьбе РСПП доработать законодательство в этой части. Вот оно доработанное.

Итак, что предлагает правительство в лице Минэка? К искам об изъятии незаконно приватизированного имущества применяется трехлетний срок исковой давности. Предельный срок для подачи такого иска не может превышать десяти лет со дня, когда имущество незаконно выбыло из госсобственности. Незаконность, как вы понимаете, определяется задним числом.

Правило распространяется не только на будущие, но и на поданные ранее иски, если судебное решение еще не вступило в силу. Понятно, да?

Иск можно подать не позже, чем через десять лет после незаконного выбытия имущества из госсобственности, а изъятие незаконно приватизированного – обычный трехлетний срок исковой давности. И также это относится к уже поданным искам, если по ним еще нет судебного решения.

При этом, самое-то интересное, исключения из этого замечательного правила, которые у нас в связи с запросом на правила появились. Итак, срок давности не действует при антикоррупционных исках против бывших и действующих госслужащих; по делам, связанным с нарушением законодательства о противодействии терроризму и экстремизму; по спорам о нарушении правил иностранных инвестиций в стратегические компании.

Насчет иностранных инвестиций в стратегические компании. Об этом пусть иностранные инвесторы беспокоятся. А они уже побеспокоились, удалившись из Российской Федерации. А вот первые два пункта покрывают все потребности правоохранителей по изъятию любого совершенно имущества. Как вы понимаете, терроризм и экстремизм понимаются в наше время крайне широко.

Мы с вами на прошлой неделе говорили о «Русагро», одной из крупнейших конфискаций последнего времени. Вот там никакой тебе приватизации незаконной не понадобилось, потому что имущество и активы нажиты не в результате приватизации законной или незаконной, а в результате коммерческой (предпринимательской) деятельности. Поэтому она объявляется экстремистской деятельностью, и все это конфискуется. Вот такие правила не защищают никого ни от чего.

Сообщает нам Государственная Дума, что есть идея во втором чтении, мы же любим поправочки ко второму чтению, распространить эти гарантии также на добросовестных приобретателей имущества, не только на собственников. Также действие десятилетнего срока давности предлагается распространить на акции и доли в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью. А в первоначальной концепции речь шла только о приватизированном имуществе публично-правовых образований.

Все это очень мило, славно и правильно, наверное. Но если у нас антикоррупционные иски подаются произвольно, если у нас экстремизм и терроризм трактуются произвольно, то эти два исключения… Вот вы придумали себе какую-то спасательную шлюпочку. Но при этом в условиях написано, что у нее ниже ватерлинии обязательно должны быть провинчены два отверстия вот такого вот диаметра. Плывите в ней, спасайтесь, дышите воздухом, пока есть такая возможность.

Посмотрим, как там пойдет процесс и какова будет версия финального чтения, но, в общем, тем не менее.

М. КУРНИКОВ: К отцам?

Е. ШУЛЬМАН: Нет. Мы должны еще сообщить гражданам о том, что их ждет. Потом перейдем к отцам и к понятиям.

Еще одна правительственная инициатива. Госпошлины за оформление гражданства Российской Федерации вырастают с 4,2 тысяч рублей до 50 тысяч. Вид на жительство – 30 тысяч. Замена вида на жительство – шесть тысяч. Я напомню, что рост пошлин – это вообще такая последовательная государственная политика. Помним мы с вами в 2024 году повышение очень серьезное судебных пошлин, которые делают судебную защиту недоступной для людей, у которых нет денег.

Пошлина за развод, кстати, за расторжение брака тоже у нас выросла сразу до 5 тысяч рублей. Было 600 рублей. Если вам интересно, оплачивает истец, ответчик от уплаты этого сбора освобождается. Это должно как-то укрепить браки в Российской Федерации, а то у нас 7 из 10 распадаются по статистике.

С 1 мая начинается у нас обязательная маркировка радиоэлектроники в системе «Честный знак» (Чемезов, «Ростех»). Под новые требования попадают смартфоны, ноутбуки, а также розетки, печатные платы и реле. Вы знаете, что такое реле?

М. КУРНИКОВ: Догадываюсь.

Е. ШУЛЬМАН: Я – нет. Но, наверное, это тоже что-то радиоэлектронное. Как вы понимаете, всякая такого рода маркировка, которая продается гражданам как защита от подделок, это некий дополнительный сбор. И, соответственно, это повысит цену смартфона. 1 мая уже наступило. Поэтому если вы не успели купить смартфончик, то вы уже не успеете это сделать.

И еще одна вещь, еще один подарок россиянам, которая нас, видимо, ждет с 1 января следующего года. Введение НДС на зарубежные интернет-заказы. Минпромторг поддержал эту идею, разрабатывает законопроект совместно с Минфином. Пока предлагается плавное повышение: сначала – 7%, потом – 14%, а в 2029 году – 22%. Это все, понятное дело, для поддержки отечественного производителя.

В общем, дорогие граждане, не только штрафы, не только налоги, не только акцизы, не только сборы, но и вот такого рода пошлины и марки. Это тоже все за ваш счет. Государству нужны деньги.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

Е. ШУЛЬМАН: Давайте.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Да, пошла реклама.

Е. ШУЛЬМАН: А чаю можно еще?

М. КУРНИКОВ: С удовольствием налью вам еще чаю.

Е. ШУЛЬМАН: Благодарю. Ну что ж, у нас, по-моему, вполне приличное время остается на отца.

М. КУРНИКОВ: Пожалуйста. Я так понимаю, что у нас где-то еще минута рекламы.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.

М. КУРНИКОВ: И вперед. А я расскажу о том, где будут ближайшие наши встречи. Давно мы никуда не ездили.

Е. ШУЛЬМАН: Давно. Слушайте, мы так наездились в апреле, что, вы знаете, некоторое время надо сделать перерыв. Вы-то и продолжаете ездить.

М. КУРНИКОВ: Я продолжаю, надо признать. Я, кстати, завтра еду в Краков.

Е. ШУЛЬМАН: Вы же там недавно были?

М. КУРНИКОВ: Да, я там был. И там будет очередная серия лекций «Курса», который я веду.

Е. ШУЛЬМАН: На тему?

М. КУРНИКОВ: А там будет литература, музыка в основном. Но там интересно должно быть. Но если вдруг кто-то в Кракове, знайте, что, по-моему, туда еще можно записаться даже. Бесплатно, кстати говоря. А если вы не видели вообще «Курс», то посмотрите. Это замечательный канал. Екатерина Михайловна там тоже лекции читает. И вот, кстати, на берлинской части «Курса» Екатерина Михайловна снова будет.

Е. ШУЛЬМАН: Буду-буду. Мне написали с организационными вопросами, на которые я еще не ответила.

М. КУРНИКОВ: У нас ведь только отец. Понятие вшито в отца.

Е. ШУЛЬМАН: Понятие вшито в отца. Можно начать с понятия.

М. КУРНИКОВ: Нет, давайте отца уже. Короткое объявление о том, где мы можем встретиться с вами лично. Например, 22 мая мы поедем в Цюрих и расскажем там об эмиграции, которая пришла к власти. Один из лучших городов для этого.

Е. ШУЛЬМАН: О, да. Самое место.

М. КУРНИКОВ: 2 июня «Статус» выйдет из Брюсселя. Обратите на это внимание. А в июне мы будем в Испании. Посмотрите, пожалуйста, ссылку в описании. Ну, а теперь – следующая рубрика.

Отец — Герт Хофстеде

М. КУРНИКОВ: Кто отец и почему он?

Е. ШУЛЬМАН: Потому что мы начали наш выпуск с разговоров о социологических исследованиях и о той неадекватной значимости, которую они иногда приобретают в несвободном политическом климате. И поэтому я подумала, что социолога какого-нибудь нам как раз очень хорошо рассмотреть будет. Тем более, что наш сегодняшний отец, можно сказать, исследователь менталитета здорового человека (в смысле, исследователь здорового человека) и автор того комплексного понятия, который характеризует различные культуры и различные социумы, в отличие от вульгарно понимаемого менталитета, с каковым, вульгарным пониманием, мы ведем неустанную борьбу.

Итак, наш сегодняшний отец – это Герард Хофстеде, нидерландский, голландский социолог. Прожил, между прочим, 91 год, что мы всем рекомендуем. Родился в 1928 году, а умер в 2020-м. Он прославился так называемой шкалой Хофстеде, то есть системой комплексных исследований культурных норм.

Мы с вами довольно много говорили и продолжаем говорить о Всемирном исследовании ценностей (World Values Survey), об Инглхарте и его соавторах. Так вот, некоторые методы

Хофстеде вошли составной частью во Всемирное исследование ценностей.

Но также он автор вот этой очень популярной шкалы Хофстеде, которая особенно популярна не в политических кругах, а среди маркетологов. Почему так получилось? Это следует из трудовой биографии нашего сегодняшнего отца. Он действительно настоящий академический ученый, но при этом он много лет работал в корпорации IBM. Он основал там научно-исследовательский отдел в 1965 году на заре кибернетики, как это тогда называлось, и сам возглавлял его вплоть до 1971 года.

И вот в этот промежуток, а также позже, он проводил большое количество исследований разных национальных ценностей и особенностей социумов в различных странах. Сначала это было 40 стран, потом это число дошло до 70. То есть это такое масштабное всемирное исследование.

Кстати говоря, из тех дат, которые я называю, вы можете догадаться, что, например, он не мог проводить социологические исследования в СССР. В СССР тогда и советские-то социологи только-только вылуплялись, и еще социология как наука практически не существовала. Но он в эту свою шкалу данные о советских людях добавлял. Они были вычислены не напрямую, а на основе косвенных измерений.

М. КУРНИКОВ: А как?

Е. ШУЛЬМАН: Сейчас, когда мы дойдем до тех параметров, которые он использовал, я надеюсь, что это станет понятно. Таким образом, он вычислил некую типологию культурных измерений – одна из первых количественных теорий, благодаря которым можно вычислять и, соответственно, инструментализировать различия между культурами.

Почему маркетологи любят Хофстеде и вот эту шкалу Хофстеде? Потому что таким образом они могут редактировать рекламные кампании, создавать рекламные кампании, маркетинговые стратегии для различных стран исходя из того, что в разных странах разные вещи являются желательными, престижными, приемлемыми, неприемлемыми, постыдными, избегаемыми и так далее.

Сначала у Хофстеде было четыре параметра, потом их стало сразу – спойлер-спойлер – шесть, по которым он вот эти культуры изучал.

Это дистанция от власти, то есть отношение к власти. Власть далеко, власть близко; власть воспринимается как исходящая от людей, власть воспринимается как некая отдельная сила.

Индивидуализм. Принадлежность к общности или индивидуальное самопонимание; ориентация на индивидуальный успех или ориентация на соблюдение норм, правил.

Избегание неопределенности. Очень важный параметр. Отношение к риску: избегаем рисков или, наоборот, приемлемо относимся к рискам и к возможным потерям в результате этого рискованного поведения.

И ориентация или гендерность. Тут немножко сложно объяснить, потому что, с одной стороны, то, что Хофстеде понимал под ориентацией – это жесткость параметров гендерной социализации, насколько девочек и мальчиков по-разному воспитывают, насколько родиться девочкой или мальчиком в этом обществе определяет тебя последующего, насколько это важный параметр. А, с другой стороны, у него была даже несколько поэтическая классификация – культурно женские и мужские (или маскулинные и феминные). При этом у него маскулинные – это иерархические и одновременно высокорисковые, то есть те, кто не избегает неопределенности, идет легко на риск. А женские – это те, которые ориентируются на общности, на коллективность и на соблюдение норм и правил, то есть на некий такой общий успех.

У него две наиболее известных его работы. Самая известная называется «Последствия культуры», вышла в 80-е годы. Вторая называется «Измерение национальных культур в пятидесяти странах и трех регионах». И последняя его книга 1984 года, последняя, которую я назову, «Значение культуры». Это вот как раз статистический анализ собранного им материала.

Я не смогла найти, – может быть, вы подскажете нам в комментариях, – есть ли вообще переводы трудов Хофстеде на русский язык. Вот книг его я на русском языке не нашла, притом что у отечественных социологов он в высшей степени популярен. Более того, его метод и его данные используются в статьях, которые публикуются вот прямо сейчас. Это, кстати, очень здорово и интересно, потому что позволяет нам отмечать в том числе те изменения, которые происходят в российском социуме прямо-таки в последние годы. То есть на него ссылаются всячески энергично, его применяют, практикуют. Знают, любят, практикуют. Но я не могу понять, есть ли его книги.

Важно, что в ходе своих исследований Хофстеде, который первоначально предполагал, что культурные характеристики статичны, обнаружил, что они меняются, причем меняются они в течение 10-15 лет.

М. КУРНИКОВ: А как же менталитет?

Е. ШУЛЬМАН: Вот в том-то и беда. Оказалось, что менталитета-то не существует, а существует вот этот набор параметров, который непрерывно трансформируется, прямо вот постоянно.

Я обещала вам сказать, что шкала Хофстеде из четырех параметров приобрела потом шесть параметров. Я понимаю, что это все довольно сложно воспринимать на слух, но все-таки я их назову.

Итак, дистанцирование от власти мы назвали. Индивидуализм или коллективизм, коллективистская культура и индивидуалистическая. Такой параметр, как вот эта самая гендерность (мужское, женское). Иногда это переводится как напористость, то есть нацеленность на достижение результата любой ценой либо нацеленность на достижение и поддержание согласия. То есть что важнее – победить или важнее, чтобы победила дружба, грубо говоря. Избегание неопределенности мы с вами назвали.

Далее. Краткосрочность-долгосрочность – вот такой интересный культурный параметр. Ориентация на стратегическое достижение или на немедленную гратификацию. Если у вас долгосрочность, это, кстати, в основном культуры Юго-Восточной Азии, то тут будет достижение далекой цели маленькими шажками. В европейских культурах скорее имеется в виду, что результат должен все-таки появиться в какой-то осязаемой перспективе.

И шестой параметр, довольно любопытный. Его в русских переводах называют допущением, а иногда индульгенцией. Помните, мы с вами иногда употребляли такой корявый термин «пермиссивность». Вот что допустимо, что люди себе прощают, что может считаться, может быть, не вполне хорошим, правильным, нравственным, но приемлемым, простительным. Вот это допущение я бы назвала простительностью. Между прочим, культуры с высоким уровнем допустимости, то есть те, которые считают, что получать удовольствие хорошо, правильно и, вообще-то, можно, они в среднем счастливее, чем другие.

Давайте в оставшиеся нам мгновения скажем, как у нас в Российской Федерации. Опять же, напомню, данные эти у нас, по счастью, есть. Дистанция от власти – у России один из самых высоких показателей среди всех культур. Власть далека от общества. Население не отождествляет себя с институтами государственной власти, не отождествляет себя и с правилами, которые устанавливаются этими структурами.

Может показаться, что такое почтение к начальству – это очень хорошая вещь. Население молится на руководство, не считает, что руководство ему что-то должно, поэтому оно будет слушаться. Нет. Если вы не инвестируете себя, не ассоциируете себя, не участвуете в делах власти, то правила эти будут соблюдаться, только когда начальник непосредственно на вас смотрит. А когда он на вас не смотрит, то вы эти правила соблюдать не будете, потому что они не от вас исходят, они к вам не имеют никакого отношения, их сверху

просто вам на голову надели. Борьба за свои права в обществах с таким уровнем дистанции не очень характерна.

Высокий уровень индивидуализма, в особенности в мегаполисах и все, что от Урала и дальше. Кстати, пик индивидуализма в Российской Федерации расположен на Сахалине, там далеко от начальства. Средняя Россия, территории, по которым крепостное право хорошо погуляло, плоские, доступные, недалеко от Москвы, но при этом не мегаполисы, там наиболее конформные и смирные люди живут. Разница между российскими регионами по этому параметру чрезвычайно велика. То есть тут единой страны в этом отношении у нас нет. Но в целом страна индивидуалистическая.

Страна феминная. В феминном обществе качество жизни является признаком успеха, но при этом выделение из толпы считается риском или чем-то не совсем приличным, а не является предметом восхищения.

Отношение к неопределенности. Не любим неопределенности, не любим неоднозначных ситуаций. Любим регулировать все, что движется. А что особенно движется, то любим запрещать.

М. КУРНИКОВ: В реестр любим вносить.

Е. ШУЛЬМАН: В реестр, например, вносить, да. Кстати говоря, страны с высоким уровнем избегания неопределенности более несчастны. Есть такая корреляция. Не хотите рисковать – не будет вам счастья. Нету воли-волюшки – счастья тоже нету. Но зато, как вам кажется, бедные сограждане, все более-менее предсказуемо.

М. КУРНИКОВ: Стабильность, помните.

Е. ШУЛЬМАН: Стабильность, стабильность. За стабильность буквально продали и первородство, и чечевичную похлебку тоже продали. Низкий уровень доверия. Это мы тоже знаем. Доверие – это форма риска. Доверять – это рисковать. Приблизиться к человеку – это рискнуть. Избегаем неопределенности, ставим железную дверь, за железной дверью сидим. Вот за ней-то вас и найдут, дорогие сограждане.

М. КУРНИКОВ: Переходим к вопросам?

Е. ШУЛЬМАН: Переходим к вопросам.

ВОПРОСЫ ОТ СЛУШАТЕЛЕЙ

М. КУРНИКОВ: Коротко отвечаем. Александр спрашивает вас в Патреоне, на который я, конечно, призываю подписываться: «Вы неоднократно говорили, что новый созыв Госдумы будет связан с радикальными изменениями в России. Мол, он чуть ли не будет хоронить Путина, и надо поэтому немного потерпеть. А можете, пожалуйста, пояснить, в чем же заключается такая судьбоносность этого созыва? Вроде бы никогда парламент не был настолько не местом для дискуссий, как сейчас».

Е. ШУЛЬМАН: Смотрите, я не говорила почти ничего из процитированного. Вынуждена это подчеркнуть. Я говорила, что если вам, например, понадобится в ходе предстоящей избирательной кампании как-то активизировать граждан, чтобы они голосовали за кого-нибудь, кроме «Единой России», и не оставались при этом дома, скажите им, что это с высокой долей вероятности тот созыв, который будет присутствовать на государственных похоронах. Это весьма не исключено.

Все-таки пять лет. 73 плюс 5. Все у нас уже считать быстро научились, изучили науку прибавления в простоволосых жалобах ночных. Так что это не то чтобы мое предсказание, но это не то чтобы невозможно.

Также мы знаем из истории других автократий, что когда персонализированная система переживает потерю своей персоны, то те коллективные органы, которые были не местом для дискуссий, вообще не местом ни для чего, и на которые никто не обращал внимания, вдруг остаются. Но они-то не умрут все разом, правильно? У них есть полномочия, которые они не использовали, потому что не велено было. А теперь тот, кто не велел, куда-то делся. Опять же, это не прогноз. Это вероятность. Это возможность. Не учитывать ее легкомысленно.

М. КУРНИКОВ: В бывшем Твиттере, но тем не менее еще работающем Иксе спрашивает вас Владислав: «Вы говорили, что критерий демократия – недемократия состоит в том, может ли власть проиграть выборы. Правильно ли я понимаю, что по этому критерию переход РФ из демократии в недемократию произошел где-то между 1996 и 2000 годами?»

Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, у нас, к сожалению, не было опыта проигрыша инкумбентом выборов, за исключением выборов в Верховный Совет 1989 года.

М. КУРНИКОВ: То есть выборы в Госдуму не считаются? Если там побеждала какая-то оппозиционная сила – это…

Е. ШУЛЬМАН: Еще раз. У нас нет примера, когда инкумбент проигрывал выборы и уходил. У нас инкумбент всегда выигрывает. В том числе это произошло в 1996 году. Я называю 1989 год в качестве примера, потому что тогда не было еще прямых персональных выборов.

Тем не менее у нас три раза сменялась партия большинства на парламентских выборах. Это был бы полезный опыт, если бы он был продолжен. Опять же, как было бы чрезвычайно полезно для советской власти, если бы опыт двух ее руководителей, которые живьем ушли с поста генерального секретаря, Маленкова и Хрущева, был бы продолжен. Но этого не случилось, и все последующие умирали на посту.

Такого рода вещи, в том числе и знаменитый двойной оборот Хантингтона, то есть два раза подряд (но не подряд обязательно, но два раза инкумбент уходит в результате выборов), это всего лишь возможность, а не гарантия. Нет никаких гарантий сохранения демократии навеки.

Так что да, мы не испытывали, мы не видели вот этого божественного зрелища, когда человек был начальником и из-за того, что какие-то бумажки перекладываются с места на место, он перестает быть начальником и признает это. Это дивное зрелище. Я надеюсь, что мы когда-нибудь до этого доживем. Но, когда мы до этого доживем, мы сможем адресоваться к тому опыту, который все-таки на памяти ныне живущих был.

М. КУРНИКОВ: Анна МСК спрашивает вас: «Екатерина Михайловна, сейчас ФБК – это институт или нет?»

Е. ШУЛЬМАН: Институт – это то, что переживает персоналии. После гибели своего руководителя организация переживает тяжелые времена. Это все, что мы можем пока констатировать. ФБК существует, функционирует. То, что там уходят сотрудники, одни приходят, другие, ушедшие, предъявляют претензии, само по себе не является признаком институционального распада. Будем смотреть дальше.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, я успею сказать хорошую новость от телеграм-канала «Эхо Новости», на который, конечно, я призываю вас подписаться. Новость из Самары, между прочим. Суд назначил компенсацию в 350 тысяч рублей самарцу, отсидевшему четыре года по сфабрикованному делу. То есть, обратите внимание, удалось доказать, что это сфабрикованное дело, а потом еще и взыскать 573 тысячи рублей в качестве материального вреда и морального вреда 750 тысяч рублей.

Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, какая хорошая новость. Поздравляем пострадавшего, его команду, его адвокатов. Это всегда результат большого напряженного юридического труда. Но, видите, это возможно.

М. КУРНИКОВ: Спасибо большое всем, кто смотрел эту трансляцию. Поставьте лайк, а в общем, можете даже и три лайка. До свидания.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ

М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит и в радиоформате, в приложении «Эхо», например, и, конечно же, в ютубах. Например, в ютуб-канале Екатерины Михайловны. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.

Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер.

М. КУРНИКОВ: Как всегда, в начале дарю вам книгу. И в этот раз снова живой классик. Это Глуховский. И это «Пост», не новая его книга, прямо скажем, но я думаю, что многие еще не читали. Я, вы знаете, сходу не смог найти ссылку, где ее в России можно купить. Уверен, что можно. И я надеюсь, что потом ссылка в описании появится. Но то, что в магазине «Эхо Книги» можно купить по всему остальному миру, это факт. Пожалуйста.

Е. ШУЛЬМАН: Я бы сказала, празднично оформленная.

М. КУРНИКОВ: Да, да. Я могу, кстати, сказать, что аудиоверсия этой книги есть в ютубе, вообще в свободном доступе. Аудиоверсия для любителей одного, а бумажные книги – это бумажные книги, которые, соответственно, можно и в магазине «Эхо Книги» купить.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.

М. КУРНИКОВ: Ну, а теперь мы переходим к первой и очень долгой сегодня рубрике.

Не новости, но события

Проблемы со связью в России на майских праздниках

М. КУРНИКОВ: Что из калейдоскопа событий выбираете вы?

Е. ШУЛЬМАН: Постараемся выстроить их в некоторую логическую если не последовательность, то хотя бы как-то их разложить тематически. Предчувствовали мы, что настанут дни, когда остальные рубрики перестанут вмещаться.

М. КУРНИКОВ: Предчувствия его не обманули.

Е. ШУЛЬМАН: Не обманывают нас предчувствия, а хотелось бы. И хотелось бы прийти в очередной вторник и сказать: «Вы знаете, так мало чего произошло в Российской Федерации, что давайте мы сегодня двух отцов и матерей и понятий парочку рассмотрим». Но, увы, не получается.

Итак, дорогие слушатели и зрители из Российской Федерации, я надеюсь, что нас видно и слышно какими-то способами, потому что со связью становится все сложнее и сложнее. Манера превращать жизнь городов в ад в рамках отмечания того или иного праздника не является новой. Это, в общем, уже достаточно почтенная традиция. Жители крупных российских городов, российских мегаполисов знают, что уже пора уезжать, когда собираются что-то праздновать.

М. КУРНИКОВ: Екатерина Михайловна, давайте мы сейчас прервемся на рекламу и внесем некоторые быстрые коррективы.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Микрофон, супер. Я надеюсь, что сейчас все заработает. Давайте попробуем это сделать.

Е. ШУЛЬМАН: То есть вот этот мой монолог не был слышен?

М. КУРНИКОВ: Практически нет.

Е. ШУЛЬМАН: Ясно.

М. КУРНИКОВ: Ура.

Е. ШУЛЬМАН: А сейчас?

М. КУРНИКОВ: А вот сейчас да.

Е. ШУЛЬМАН: Ну, слава богу.

М. КУРНИКОВ: Вот то, для чего придуманы рекламные паузы практически.

Е. ШУЛЬМАН: Собственно говоря, да.

М. КУРНИКОВ: Хотя, наверное, какие-то каналы видели некоторую кухню, так сказать. Но мы возвращаемся.

Е. ШУЛЬМАН: Итак, сложности со связью были вам проиллюстрированы, дорогие слушатели, самым непосредственным образом.

М. КУРНИКОВ: Вот как это работает.

Е. ШУЛЬМАН: Вот ощутите себя на территории Российской Федерации, даже если вы на ней не находитесь. Успели мы сказать о том, что праздники давно уже стали опасным временем для жителей городов России, в особенности для мегаполисов. Жители Петербурга вспомнят так называемое зоолетие, празднование трехсотлетия Петербурга. В Москве на майские праздники тоже регулярно происходит что-нибудь не то. Кстати говоря, отключения или, по крайней мере, перебои с мобильной связью случались и в прошлом году, в 2025-м, когда ситуация еще не была настолько рискованной, как она случилась в 2026-м. Но зато сами празднования были гораздо шире в связи с юбилеем, и большое количество важных зарубежных гостей приезжало. Связь отключали уже тогда.

На что мы с вами обращаем внимание в положении 2026? На некоторый разнобой в заявлениях различных государственных органов, которые имеют отношение как к связи, так и к безопасности. Мы с вами помним, что ответственные за отключение именно мобильной связи и мобильного интернета, в отличие от блокировок тех или иных соцсетей, платформ и сервисов, это у нас скорее органы безопасности – Вторая служба ФСБ, служба по защите конституционного строя.

А также имеет к этому отношение, возможно, по последним данным, и ФСО (Федеральная служба охраны). Но Федеральная служба охраны отвечает за охрану, поэтому она не может вести регулярную работу по контролю интернета, она обеспечивает безопасность первых лиц во время их публичных появлений или каких-то массовых гуляний.

А есть еще Минцифры, которому поручено в рамках делегированного контроля, о чем мы некоторое время назад рассказывали, инструментализировать и осуществлять вот эти все блокировки.

Заявления Минцифры и реальная ситуация с интернетом

В результате мы имеем вот такое положение. Вот смотрите, сегодня, 5 мая, в момент, когда мы это говорим, Минцифры делает два заявления, одно в 11:55, а другое в 12:58. Цитируем мы их по «Интерфаксу», потому что надо сказать, что страница пресс-службы Минцифры не открывается ни с VPN, ни без VPN, а телеграм-канал Минцифры перестал обновляться в конце марта. Вот такая вот диджитализация.

Так вот, что они пишут? Пишут они, во-первых, в 11:55: «Минцифры согласовывает с правоохранительными органами и спецслужбами возможность открытия «белого списка» сайтов, которые останутся доступными на период ограничения мобильного интернета в Москве. Согласовывается возможность оперативного открытия в Москве «белого списка» для доступа к социально значимым интернет-ресурсам. Об открытии такого доступа сообщим сразу после получения необходимых разрешений». Это без пяти 12.

А вот в 12:58: «Временные блокировки мобильного интернета по соображениям безопасности в Москве завершены. Операторы восстанавливают доступ к интернет-ресурсам. В случае повторных ограничений по соображениям безопасности операторы связи заблаговременно предупредят абонентов». Это заявление Минцифры. Тут есть некоторая странность.

М. КУРНИКОВ: Честно говоря, выглядит как опыты над живыми людьми, что называется: мы вам сейчас немножечко сделаем больно, потом перестанем, потом опять сделаем, и потом вы привыкнете, что вам делают больно.

Е. ШУЛЬМАН: Понимаете, в чем дело… Это да. Но еще вот в чем тут некоторая загвоздка. Вот это вот торжественное заявление о завершении временных блокировок мобильного интернета по соображениям безопасности как-то не подтверждается практикой. Более того, никакой единой политики или, точнее говоря, никакой единой практики в Москве не наблюдается. Люди пишут и сообщают совершенно разное.

Всем операторам так называемой «большой четверки» пришли одинаковые приблизительно сообщения о том, что с пятого по девятое включительно возможны перебои, пользуйтесь проводным интернетом и Wi-Fi, он должен работать нормально, благодарим за доставленные неудобства. Все традиционно. Кто-то пишет: «Я в Москве на улице, мобильный интернет работает». Кто-то пишет, вот опять же цитируем сообщение: «В Москве связь не работает вообще. Пытаюсь связаться с мужем и друзьями – не получается. Во ВКонтакте сообщения не доходят. Сообщения iMessage тоже не отправляются. Работают только звонки и обычные сообщения».

М. КУРНИКОВ: Вы знаете, у нас сегодня источники в Москве как раз сообщали о массовых отменах занятий в одном из спортивных комплексов, потому что просто родители не могут ни на парковку заехать, ни с парковки выехать и так далее.

Е. ШУЛЬМАН: Также предупреждают в том числе в таких городах, как Екатеринбург, что могут не работать терминалы оплаты, поэтому запасайтесь наличными. Давайте запомним этот твит, потому что он имеет отношение к еще одной теме, о которой мы с вами будем говорить.

Что-то работает, что-то не работает. В разных районах города ситуация разная. В Петербурге тоже связи скорее нету, чем она есть. При этом Минцифры говорит, что все блокировки закончены, что не вполне соответствует действительности. Это несколько напоминает торжественное объявление об окончании активной фазы мобилизации. Первым, как известно, об этом объявил мэр Москвы. Не Генштаб или не Министерство обороны, или не верховный главнокомандующий, или не главный военный комиссар, например, в Москве, а именно мэр.

То есть Минцифры, гражданское ведомство, объявляют о том, что не вполне входит в его сферу компетенций.

Но тем не менее объявляет буквально через час после того, как оно заявило, что «мы согласовываем с силовиками», что, кстати, является гласным признанием, демонстрацией того, что, в общем, силовики-то теперь занимаются этими вопросами тоже, «мы с ними пытаемся согласовать работу хотя бы сайтов «белого списка», потому что не работает вообще ничего».

ФСБ, Telegram и логика будущих блокировок

Тем временем того же дня наш новый любимый сайт в интернете, который доступен, между прочим, даже без VPN и из-за границы, берите все пример с этого самого открытого из ведомств, Федеральной службы безопасности… Так вот, они выпустили новый пресс-релиз. Они много стали выпускать пресс-релизов. Там в начале говорится, что некий гражданин из Курской области занимался противоправной деятельностью, и родился он в 2002 году, других подробностей не приводится, но занимался он этой противоправной деятельностью посредством сети Интернет. «С ним установил контакт сотрудник ГУР Министерства обороны Украины и в ходе общения в мессенджере Телеграм склонил его к конфиденциальному сотрудничеству на материальной основе».

М. КУРНИКОВ: То есть был бы другой мессенджер, фиг склонил бы.

Е. ШУЛЬМАН: Естественно. «А также к выполнению на территории России заданий по указанию украинской стороны». Последний абзац этого пресс-релиза звучит следующим образом: «ФСБ России вновь обращает внимание граждан на то, что спецслужбами Украины не снижается активность поиска в интернет-пространстве, в социальных сетях и мессенджерах Телеграм и WhatsApp, (в «Максе» никому не придёт в голову искать) потенциальных исполнителей терактов и диверсий с целью нанесения ущерба нашей стране, и предупреждает о том, что все лица, давшие согласие на оказание содействия противнику, будут установлены, привлечены к уголовной ответственности и понесут заслуженное наказание».

Как мы это читаем? ФСБ России не снижает своей активности по объявлению Телеграма враждебным инструментом врага, да и вообще всего интернета заодно тоже. Потому что поиск происходит в интернет-пространстве – в социальных сетях и вот в этих двух зловредных мессенджерах. А сотрудник ГУР Украины посредством сети Интернет установил контакт с жителем Курской области. Поэтому интернет – это по-прежнему враждебная среда, и лучше, чтобы ее не было.

Поэтому блокировки никуда не денутся, не прекратятся. Праздничные практики могут благополучно распространяться на непраздничное время тоже, о чем, собственно, жители Москвы хорошо помнят, потому что наиболее свирепые блокировки, между прочим, у нас были, когда даже мобильная связь не работала и СМС не отправлялись. Это у нас происходило во второй половине марта, когда мы ожидали, что, может, президент выйдет праздновать объединение с Крымом, а он не вышел, но весь центр Москвы зачистили и всем всё поотключали.

История «Алого лебедя» и Софии Чепик: давление на молодежь

В прошлый раз мы с вами тоже зачитывали пресс-релиз Центра общественных связей ФСБ и размышляли о том, будет ли так называемое движение «Алый лебедь», не движение, а, скорее, чат в Телеграме молодых людей, которые пытались согласовать митинг против блокировок, будут ли они все объявлены террористами. Мы в связи с этим следим за судьбой молодой девушки по имени София Чепик, ей 19 лет. Она была участницей этого чата.

И вот в этом сообщении ФСБ о том, что накрыли страшных террористов, одного из них пристрелили, не объясняя вообще никаких подробностей, и там в этом сообщении некая девушка рассказывала на камеру, что она плохо себя вела в интернете, вот было подозрение, что это она и есть. Это она и есть. Она отсидела 15 суток административного ареста по делу о мелком хулиганстве. Так делают, когда хотят закрыть человека и за это время какое-нибудь уголовное дело изготовить. Но она вышла. Уголовного дела, пока по крайней мере, нету.

Она подтвердила, что в оперативном видео участвовала она, что ей дали какой-то текст и сказали, что если она его не прочитает, то на нее заведут уголовное дело: «Мне зачитывали новости про терроризм. Я не знала, о чем речь. Я состояла в чате. Я даже не знала, что я администратор. Это был заученный текст, который мне сказали сказать на видео. Я была в таком стрессе, что не могла сказать, что без адвоката не буду». Ну, слушайте, 19-летнего ребенка запугать-то легко бойцам невидимого фронта.

Что касается способа избавиться от уголовного дела, зачитав на камеру нечто, что является предметом для уголовного дела. Я надеюсь, что теперь и она, и ее коллеги по чату уже находятся в контакте со своими адвокатами, а также с теми людьми, которые могут им посоветовать, как вести себя дальше.

Судя по всему, ФСБ в них вцепилась. Им нужны какие-то дополнительные участники вот этого дела о теракте через Телеграм, о терактах во имя Телеграма, о запугивании и терроризировании мужественных сотрудников Роскомнадзора ради того, чтобы Телеграм не блокировали. Это их тема. Вот так они доносят свои сообщения. На кого Король Ночи посмотрел своими прозрачными ледяными глазами, от тех он уже не отвяжется. Поэтому, дорогие коллеги, принимайте решения своевременно, пока у вас такая возможность еще остается.

Есть, впрочем, и светлая сторона во всем этом безобразии. Сейчас мы вам ее расскажем. К гражданам Российской Федерации также активно домогаются на рабочих местах, с тем чтобы они, например, поучаствовали в праймериз «Единой России» или записали своих детей в каких-то орлят, или вообще онлайн проголосовали, а потом показали скриншот. Смотрите. В особенности сейчас активно лезут с праймериз «Единой России», рассылают инструкции, как нужно через какие-то семь шагов – вот у меня есть такая инструкция – зарегистрироваться.

Во-первых, если будут к вам с таким лезть, говорите, что вы за ЛДПР. И вот посмотрим, что они вам скажут. Второе. Если вы стесняетесь сказать, что вы за ЛДПР, скажите, что вы за «Новых людей», и пусть жалуются Кириенко, если им это не нравится. Но если вы не хотите демонстрировать свою политическую ориентацию на работе, скажите, что у вас нет связи и у вас ничего не работает, все зависло, не грузится, сообщение вы не получили, а когда получили, оно исчезло, а при попытке же установить связь она не установилась. И так будет до 12 мая включительно как минимум. Если вы будете тянуть время, они от вас останутся со своими праймериз.

Во-первых, это незаконно. Никто не может вас принуждать к участию в какой-то политической активности, тем более в пользу одной из партий. А кроме того, в процессе этой регистрации вы сдаете слишком большое количество своих личных данных тем, кому сдавать их совершенно не надо. Поэтому не надо так делать.

Либо строим цифровой ГУЛАГ, либо ломаем цифровой ГУЛАГ. Нельзя иметь и вершки и корешки одновременно. Если вы интернет в стране поломали, то не будет вам никакого контроля за гражданами. Вот имейте в виду, дорогие слушатели, такую замечательную возможность.

Далее. Мы с вами по поводу платежных терминалов упомянули, что они тоже будут, скорее всего, не работать. Снимайте наличные, отправляйтесь куда-нибудь за пределы больших городов. Там тоже не будет интернета, но, по крайней мере, там вам будет спокойнее и над вами не будет летать какое-нибудь безобразие.

Так вот, что касается терминалов и банковской системы в целом. На прошлой неделе было у меня намерение поговорить об утекших якобы документах о возможных заморозках вкладов граждан, изъятии вкладов граждан, обращении их в облигации и так далее.

Что более-менее прояснилось за прошедшую неделю, о чем можно говорить уверенно? Эти документы, которые были показаны, и видео с документами ЦБ, которые были показаны, судя по всему, представляют собой фейки. Но надо признать, что есть обстоятельства, и нашим слушателям они тоже известны, которые наводят на дурные мысли. Во-первых, невозможно понять, почему, зная о тревожной обстановке в стране и о том, какова кривая беспокойства и кривая спокойствия, согласно регулярным опросам ФОМ, почему и министр финансов, и глава Центрального банка с промежутком в один день делают заявления, которые легко вырвать из контекста.

Если начать вчитываться в стенограмму, понятно, что ни Силуанов, ни Набиуллина не говорили напрямую: «Мы сейчас заберем ваши денежки, потому что больше денежек у государства не осталось». Что говорил министр финансов? Он говорил: «Доставайте деньги из-под подушки, несите на вклады и в инвестиции. Они должны работать на страну». И добавил несколько бестактно, что у каждого есть сбережения. А у кого нет сбережений, те пусть едят пирожные. Да что ж ты будешь делать!

М. КУРНИКОВ: Уф…

Е. ШУЛЬМАН: Да. Эльвира Сахипзадовна Набиуллина вообще более философски даже высказывалась, говоря о том, что раньше государству российскому и российской экономике в целом были доступны зарубежные рынки денег, то есть они могли занимать деньги за рубежом, теперь это невозможно, поэтому «единственный источник финансирования экономики – российские сбережения».

Это святая правда. Более того, мы тут можем процитировать другую великую женщину, которая была у нас в рубрике «Отцы/Матери»: «Не бывает никаких государственных денег.

Есть только деньги налогоплательщиков». (Прим., «Нет никаких "государственных денег", есть только деньги налогоплательщиков», это цитата из выступления премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер 14 октября 1983 года на конференции Консервативной партии. Подробнее о Маргарет Тэтчер см. «Статус» S02E05 от 02.10.2018).

Все деньги в стране – это деньги граждан России. И да, они являются источником финансирования экономики. Очень жалко, что они являются единственным таким источником. Что же произошло, спросили бы мы главу ЦБ, если бы мы не знали, что она и без того знает, чего зря женщину мучить.

М. КУРНИКОВ: Не хватало, конечно, им кого-нибудь на этом мероприятии типа патриарха Кирилла, который бы, в принципе, напомнил, что человек смертен, в могилу не унесет, поэтому надо это все…

Е. ШУЛЬМАН: … в гробу карманов нет, как говорят люди попроще. Действительно. Так вот, каждое из этих заявлений по отдельности, будучи взято в контексте того, где и почему оно было сказано, кажется достаточно обоснованным или, по крайней мере, безобидным. Но, будучи процитированы вместе, они наводят на граждан ужас. Кроме того, граждане и так снимают деньги с вкладов или, по крайней мере, забирают деньги из банков, потому что им надо расплачиваться за товары и услуги, а терминалы, как мы уже заметили, не работают.

Те люди, которые выключают интернет из соображений безопасности, естественно, не видят дальше околыша своей фуражки, даже не своего носа. Поэтому им не приходит в голову, что если интернет не будет работать, то и на кассе карточкой не получится расплатиться. Они не расплачиваются ни на каких кассах. Я не знаю, как они питаются. Может быть, уже по проводу. Но такие вещи их совершенно точно не беспокоят.

Поэтому и без того граждане снимают деньги, потому что им нужны деньги на свои повседневные расходы, в особенности в длительный праздничный период, когда для создания более праздничного настроения им решили отключить все виды связи.

Но, опять же, в совокупности все это повышает и без того высокий уровень тревожности. Поэтому мы не будем вам говорить с такой уверенностью, с какой мы говорим не всем, а тем, кто работает на госслужбе или состоит в чатах, «собирайте вещи и езжайте». Поэтому мы не будем говорить с той же настойчивостью «забирайте деньги наличными». Нет, дело не в этом.

Заморозка вкладов, военные займы и дефицит бюджета

Действительно, заморозка вкладов как таковая – экономически необоснованная мера. Пока живо нынешнее руководство ЦБ, вряд ли они придумают что-нибудь настолько грубое и дикое. Но мысли о военных займах появились не вчера. И они появились не у нас и не у людей типа Глазьева или Хазина, и вообще не у экспертов ни у каких, у которых бывают разные фантазии интересные. Опять же, об этом говорил министр финансов. И действительно, пока, может быть, нефтяные дополнительные доходы несколько смягчают вот эту боль от отсутствия денег, но тем не менее дефицит операционный, кассовый разрыв, что называется, в Федеральном бюджете

Российской Федерации таков, что нефть должна быть очень дорогой очень долго, скажем мы своим неэкономическим языком, для того чтобы совсем эту боль и это страдание как-то успокоить.

Поэтому мы вас не запугиваем ни в коем случае, но обещаем пристально следить за этой темой, и как только что-то в форме законопроекта, проекта законопроекта на сайте Regulation.gov.ru в какой-то более осязаемой форме появится, мы немедленно вам об этом расскажем.

М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.

Е. ШУЛЬМАН: Я думаю, надо.

РЕКЛАМА

М. КУРНИКОВ: Осмыслим. Вот, осмыслялка пошла, так сказать.

Е. ШУЛЬМАН: Хорошо, активировалась. А у нас больше ничего не падало, у нас ничего не отваливалось, и все работает, правильно?

М. КУРНИКОВ: Да, да, да. Более того, добрые языки пишут, что вас было слышно даже в мой микрофон, когда ваш микрофон отпал.

Е. ШУЛЬМАН: Сила моего голоса такова…

М. КУРНИКОВ: Давайте все-таки отметим еще Романа. Мы с вами много где бываем, много чего видим и знаем, что наш Роман, он наш…

Е. ШУЛЬМАН: Это правда. С ним не пропадешь.

М. КУРНИКОВ: С ним, да.

Е. ШУЛЬМАН: Так вы, говорите, были в Праге.

М. КУРНИКОВ: Да, я был в Праге. Мы там презентовали книгу Александры Прокопенко про российские элиты, почему они выбрали войну, «Соучастники». Вы знаете, кстати, у нее выходит же эта книга теперь на английском.

Е. ШУЛЬМАН: А как будет называться на английском? М. КУРНИКОВ: Вот. «От хозяев к слугам», как-то так. Е. ШУЛЬМАН: From something to Servants.

М. КУРНИКОВ: To Servants, да. Хотя, на самом деле, я как раз разговаривал там с людьми нерусскоязычными и когда думал, как им перевести, я перевел им в итоге Brothers in Crime.

Е. ШУЛЬМАН: Partners in Crime. Brothers in Crime лучше, кстати, да.

М. КУРНИКОВ: Ну вот, да, Brothers in Crime. Я так понимаю, что там хорошие два издательства. Одно американское, другое британское. И они Александре подсказывают, как это лучше. Ну, а мы возвращаемся. From Sovereigns to Servants.

Е. ШУЛЬМАН: From Sovereigns to Servants. Очень хорошо.

М. КУРНИКОВ: Ну, а мы возвращаемся в студию. И прежде чем продолжим рубрику, я скажу, что в конце прошлой недели Екатерина Михайловна провела первомайский стрим на своем канале. Посмотрите его, если еще не успели. Это было очень насыщенно, интересно. Я смотрел в прямом эфире, мне очень понравилось. Если вы живете за рубежом и смотрите, читаете, слушаете «Эхо», пожалуйста, присоединяйтесь к сбору, который там шел. И еще можно сделать донат до 11 мая, если я правильно помню. Ну, а мы продолжаем.

Контракты для студентов и войска БПЛА

Е. ШУЛЬМАН: Продолжаем. Тема тоже у нас достаточно постоянная – контракты для студентов, контракты в войска БПЛА, а также высказывания государственных органов и их попытка изобразить антикризисный менеджмент.

Судя по всему, некоторая волна беспокойства по поводу того, что студентов загоняют на эти самые контракты, и смутное подозрение, что эти контракты не совсем таковы, какими их описывают вербовщики, была достаточно высокой, чтобы заслужить ответ со стороны Министерства обороны. Что решило сделать Министерство обороны в рамках своего пиар-антикриза? На совещании начальник Главного военно-политического управления Министерства обороны России заявил, что «военное ведомство не будет переводить военных, заключивших контракт на службу в беспилотных войсках, в другие подразделения и рода войск без их согласия».

М. КУРНИКОВ: «Честное слово» сказал в конце?

Е. ШУЛЬМАН: Зуб даю, сказал. Далее, Министерство обороны в своем телеграм-канале в заблокированном вражеском Телеграме, для того чтобы сотрудникам ГУР Министерства обороны было удобнее там кого-нибудь вербовать, опубликовало карточки красивые – они тоже имеют красивые карточки – памятку о правилах набора в беспилотные войска, дабы развеять все мифы и слухи о принудительной отправке студентов на фронт.

Там, надо сказать, текст составлен довольно осторожно. Там говорится, что студенты заключают контракт на один, два или три года, так вот неопределенно, при том, что мы знаем от самого же Министерства обороны, из их ответов на запросы, что эти один, два или три года могут быть таковыми, только если военнослужащего согласятся уволить его командиры, а если нет, то он сам уйти не может, и автоматического увольнения никакого не происходит.

Также сообщается, что Минобороны гарантированно будет выполнять все принятые на себя обязательства, предусмотренные контрактом. Мелкий шрифт читайте. Это все тоже предусмотрено контрактом. Более того, когда контракт в начальных положениях ссылается на различные законодательные акты Российской Федерации, то в них, среди прочего, сказано, что вы можете уволиться, но вас могут не уволить.

«Перемещение военнослужащего войск беспилотных систем на должности в другие подразделения и рода войск без его личного согласия не допускается». Понимаете ли, в чем дело, когда вы окажетесь в зоне СВО, то ваше личное согласие может произойти неожиданно от вас. Во-первых, вы его дадите. Мы сейчас не будем рассказывать, какими именно способами от вас его получат. Во-вторых, его нарисуют. И скажите, пожалуйста, кто и когда будет выяснять, что эта подпись не вполне ваша? И кто будет задавать вопросы по этому поводу и кому?

Еще раз напоминаем, контракт с Минобороны – это контракт с Минобороны. Не бывает никаких особых отдельных контрактов. Указ президента об объявлении частичной мобилизации для всех подписан. Указ о ее отмене не подписан.

Мобилизационный период продолжается. Увольнение в мобилизационный период в одностороннем порядке из структур Министерства обороны, из вооруженных сил невозможно.

Поэтому даже если мы внимательно прочитаем эти самые карточки, мы поймем, что они оперируют либо общими и туманными декларациями… Например, «повышена ответственность командиров за соблюдение условий заключенного контракта, порядка прохождения войск и увольнения военнослужащего при его желании по истечении контракта. Соответствующие указания подписаны министром обороны и направлены всем командирам». Никто не видел этих указаний. Кто такие эти все командиры, тоже, в общем, не вполне понятно.

Документом, которого никто не видел, «вводится прямой запрет на перевод военнослужащих в другие подразделения и воинские части без их согласия». Еще раз повторю. Согласие есть продукт непротивления сторон. А в военное время, как вы понимаете, это самое непротивление злу насилием может принимать крайне своеобразные формы.

Электронный реестр военнообязанных и выезд через Беларусь

Еще по той же самой теме. Похоже, что не только начинает работать электронный реестр военнообязанных, о чем мы вам тоже сообщаем. Мы сообщали вам также о том, как уже у нас есть случаи препятствия выезду в связи с тем, что человек не ответил на повестку, и, соответственно, галочка в базе против него появилась, но и маршрут через Беларусь, судя по всему, не выглядит таким безопасным, каким был раньше.

В чем раньше была прелесть? Раньше прелесть была в том, что человек, который из России едет в Беларусь, например, на машине, не подвергается проверке документов практически. Он может никого не встретить, просто проехать либо его могут спросить достаточно формально. Но вот у нас есть случай, когда человек из Петербурга в аэропорту Минска пытался сесть на рейс в Тбилиси, не смог этого сделать, потому что галочка на нем стоит. Собственно, он уезжал ровно из-за повестки. Также ему по внутреннему паспорту отказали в выезде в Ереван.

В общем, возможность уехать существует, но случаи отказа тоже у нас есть. «Идите лесом», известная организация, помогающая как-то вырваться из объятий российской армии, публикует памятку, как вести себя в нынешней ситуации. Мы тоже на нее ссылочку дадим. Они пишут следующее: «На, условно, 5-10 человек, которые не смогли выехать, приходится 50 человек, которые смогли выехать, имея повестку в Госуслугах».

Побеги чиновников и коррупционные дела

Просто имейте в виду, что не так универсально безопасен теперь маршрут через Минск, но это по-прежнему, наверное, приоритетное направление для тех, кто все-таки вынужден уехать из Российской Федерации, как мы, например, видим на примере одного госслужащего, который, опять же, видимо, смотрел наши эфиры. А именно уже прославившийся бывший заместитель министра природных ресурсов Денис Буцаев уехал в США через Минск. Это окно свободы.

М. КУРНИКОВ: Мы все знаем, что Минск дружит с Соединенными Штатами. Там особые отношения.

Е. ШУЛЬМАН: Отношения Беларуси с Соединенными Штатами гораздо ближе и теплее, чем отношения Российской Федерации с Соединенными Штатами. Поэтому, действительно, может быть, тут есть какие-то шансы. Случай Дениса Буцаева привлек много внимания. Его называют первым таким высокопоставленным государственным служащим, который, будучи предупрежден о заводимом на него уголовном деле, не стал маяться дурью, а поступил так, как мы советуем поступать в наших эфирах.

Мы тут сейчас совершенно не берем вопрос, является ли он действительно коррупционером. Опять же, российская правоохранительная и судебная система достигла той степени распада, когда нельзя судить о факте виновности и невиновности человека ни по факту заведения уголовного дела, ни по приговору, увы. Он может быть коррупционером, и у него нет уголовного дела. Он может не быть коррупционером, и у него будет уголовное дело. Любые другие совпадения возможны. Просто это перестало быть, как вы понимаете, свидетельством хоть чего бы то ни было.

Он нам интересен как бывший руководитель «Российского экологического оператора». Под этим изящным названием скрывается оператор вывоза твердых бытовых отходов и вообще всяческого мусора. Помним, да: дети Чайки, мусорные операторы, мусорная монополия, всякие скандалы, связанные с этим. Там действительно очень много денег скрывается под этим неаппетитным слоем мусора. И далее с этой должности он перешел на не менее высокую и хлебную весьма должность заместителя министра природных ресурсов. Министерство природных ресурсов, кроме других своих душеспасительных функций, занимается также распределением лицензий на добычу этих самых природных ресурсов. В общем, там все интересно.

Он был сначала освобожден от своей должности, уголовное дело замаячило позже, и в этот же день выехал из России через Минск, как нам рассказывают. Но он совершенно не единственный такой. Не им ограничиваются все сообразительные люди в Российской Федерации, в том числе на госслужбе. Мы не будем с вами приводить примеры таких высокополитизированных фигур, как, например, Владимир Милов, бывший замминистра энергетики, который к восьми годам приговорен на родине, но, опять же, не за энергетику. Мы возьмем людей, которые не ассоциируются с публичной политической деятельностью.

Скажем, руководитель одной из структур Роснано «НТ-фармы» Валерий Главацкий тоже заочно получил семь лет еще в 2023 году, а сам до этого времени покинул Россию. Бывший замгендиректора «Аэрофлота» Андрей Панов уехал еще в марте 2022 года, в мае 2022 года заочно арестован. Не нашла информацию о приговоре, но тоже явно какой-то такой случай.

Интересный кейс – это Дмитрий Овсянников, бывший губернатор Севастополя и бывший замминистра промышленности и торговли. Очень интересный случай. То есть человек уехал под угрозой уголовного дела из Российской Федерации, но сел в Великобритании. Сел он в

Великобритании за нарушение санкционного режима. Там тоже одно из обвинений звучит довольно экзотично: заставил свою жену перевести ему 97 тысяч долларов, на каковые купил «Мерседес». Это уклонение от санкций и использование преступного имущества. Получил он 40 месяцев тюрьмы. Может быть, лучше отсидеть, действительно, в Лондоне, чем…

М. КУРНИКОВ: И 40…

Е. ШУЛЬМАН: И 40 месяцев, а не лет, и не в Российской Федерации. Но тот случай, который наиболее напоминает вот те кейсы, о которых мы рассказываем, это, конечно, бывший руководитель Росалкогольрегулирования Игорь Чуян, который уехал, правда, еще до войны, в Черногорию, был задержан в Черногории, но сумел там как-то доказать, что его преследуют по политическим мотивам. Получил политическое убежище, получил гражданство Украины и 12 лет колонии общего режима как раз вот в марте этого года, но заочно. Как прекрасно звучат эти слова «заочный приговор». Нам ли не знать. В общем, есть еще в русских селениях люди, которые соображают, как надо себя вести.

Кадровые изменения в регионах

Два слова о кадровых изменениях относительно тех людей, которые еще на месте. Губернатор Белгородской области еще продлил на две недели свой отпуск «по совету врачей», как нам сообщают. Из этого мы заключаем, что должность, что называется, в игре. Преемник ему не найден. А может быть, он и сам еще вернется, потому что система наша консервативна и не любит расставаться с теми людьми, которые там находятся. То есть их либо сажают, либо они умирают, либо уже они так и сидят. Это чаще встречается, чем какие-то там переводы на другие должности. В общем, смотрим.

М. КУРНИКОВ: А говорят, он довольно популярный губернатор.

Е. ШУЛЬМАН: Парадоксальным образом губернатора Белгородской области, кажется, снимают за то, что он недостаточно эффективен и слишком эффективен. Во-первых, он популярен, он разговаривает с людьми напрямую, и он вписывается вот в эту опасную тенденцию «доверяй местной власти больше, чем федеральной». То есть не царь хороший, бояре плохие, а наоборот: наш местный боярин еще хоть как-то с нами разговаривает, а там в Москве вообще сидят какие-то глухонемые, которые даже не знают, где мы живем.

Область действительно крайне проблемная. Уж точно не по вине областной администрации. Не они превратили этот сытый, богатый, тишайший регион православный в прифронтовую зону. Ну вот, типа, много всего нехорошего. А с другой стороны, на этом фоне, на фоне того идиотизма, который мы развели, думают федеральные власти, губернатор Гладков выглядит слишком выигрышно. В общем, посмотрим, как там дело будет.

Другой российский регион сменил руководителя – это Дагестан – по причине то ли наводнения, то ли, как пишут злые языки, мести со стороны руководителя соседнего Северо-Кавказского региона, который, проиграв дагестанской группе битву за Wildberries, сумел, говорят злые языки, как-то все-таки подгрызть их руководителя. Надо сказать, что и безо всяких Wildberries и безо всякой Чечни в Дагестане чрезвычайно часто меняются руководители. Они там что-то по два года с небольшим сидят.

Новый глава Дагестана – интересный человек. Не в том смысле, что он сам как-то особенно интересен. Во-первых, зовут его Щукин Федор Вячеславович. Он из Нижнего Новгорода, он судья. Он всю свою карьеру был судьей в

Нижнем Новгороде и дослужился там до заместителя председателя Нижегородского областного суда. И только в феврале 2024 года он был переведен в Дагестан в качестве председателя Верховного суда Дагестана. И вот теперь он возглавит эту республику.

В Дагестане нет прямых выборов главы республики даже в том виде, в каком они есть в других российских регионах. Там законодательное собрание избирает. Собственно, этим объясняется удивившая многих сцена, в которой президент встречается с дагестанскими старейшинами некими и спрашивает: «А вот какое ваше мнение? Хочу с вами посоветоваться насчет того, кто должен возглавить этот регион».

С одной стороны, давайте прямо скажем, назначение этнического русского может выглядеть неким балансирующим шагом, потому что Дагестан крайне полиэтническая республика. Поэтому назначить кого-то из одного этноса, из одного клана – это обидеть всех остальных. С другой стороны, старая советская традиция «первое лицо – из местных, зам – русский» все-таки более-менее соблюдалась, если мы посмотрим на предыдущих руководителей Дагестана. А вот, например, когда в 1986 году в Казахстане советское руководство решило эту традицию сломать, то получилось нехорошо. Что называется, погуглите. (Прим., в декабре 1986 года в разных городах Казахской ССР прошла серия политических акций, самая крупная состоялась в Алма-Ате, в то время столице Казахской ССР. Считается, что причиной протестов стала отставка первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Динмухамеда Кунаева и назначение на эту должность Геннадия Колбина, который ранее в республике не работал и считался ставленником Москвы).

Новая волна арестов и конфискаций

Что еще мы должны отметить, завершая этот наш обзор? Очень бегло напомним о продолжающихся посадках, а то мы в прошлые, пожалуй, даже два выпуска как-то упустили эту тему, а тут все продолжает происходить. Сегодня мы поговорим, во-первых, о региональных руководителях, во-вторых, обратим внимание на людей из силовых структур и из ВПК, которые не так часто нами воспринимаются как потенциальные жертвы внутриэлитных чисток, тем не менее являются таковыми. Мэр Уфы задержан в столице Башкортостана в прошлый раз.

М. КУРНИКОВ: Кстати, тоже, говорят, популярный. Е. ШУЛЬМАН: Да вы что?

М. КУРНИКОВ: Да.

Е. ШУЛЬМАН: Окей.

М. КУРНИКОВ: Один из самых популярных глав

муниципалитетов.

Е. ШУЛЬМАН: Это же один из ваших любимых регионов. М. КУРНИКОВ: Конечно, да.

Е. ШУЛЬМАН: Вы должны знать все об этом.

М. КУРНИКОВ: Уфа действительно один из моих самых любимых городов, это правда. И злые языки говорят, что за то и погорел, что слишком стал популярным, популярнее главы республики.

Е. ШУЛЬМАН: Ах, вот оно как. Ну что ж, ну что ж. Не очень понятно, задержаны или не задержаны два вице-мэра Уфы. И совершенно точно задержан заместитель начальника Управления земельных и имущественных отношений администрации города Уфы. То есть это такая достаточно облава. Кстати говоря, также депутат горсовета уфимского, директор местной гостиницы и санатория по имени Алексей Силин. Правда, запрет определенных действий. Очень гуманно в наше время. Но тем не менее видно, как из воздуха соткалась некая группа, видимо, связанная с земельными и имущественными отношениями, видимо, с какими-то, может быть, местами отдыха и индустрией гостеприимства. Видимо, дело будет строиться вокруг чего-то в этом роде.

Переходим к патриотам в буквальном смысле этого слова. Парк «Патриот» многострадальный. Руководитель у нас уже под арестом. Замдиректора парка «Патриот» обвиняется в получении взятки на 18 миллионов рублей. Наконец-то, приличная сумма взятки, а не какой-то оскорбительный там миллион вечно всем приписывают.

В СИЗО у нас отправлены, то бишь арестованы, два заместителя руководителя Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Москве. Довольно большие люди. Взятки в особо крупном размере. Майор и подполковник, соответственно, внутренней службы.

Бывший глава Департамента цифрового развития Росгвардии получил 6,5 лет. А, например, начальник Главного центра информационных технологий Росгвардии – 5 лет. Это уже, видите, приговоры.

Ростовские судьи. Помните кровопролитное дело ростовских судей? Тут у нас уже дело дошло до апелляции. В апелляции приговоры подтвердились. Что называется, засилили, как говорят в соответствующих кругах. Просто послушайте эти цифры. Я знаю, что цифры трудно воспринимаются на слух, но эти должны. Экс-председатель облсуда Елена Золотарева – 15 лет колонии, 170 миллионов штрафа. Ее заместитель Татьяна Юрова – 13 лет, 120 миллионов. Глава департамента облсуда – 8 лет, 50 миллионов. Судья – 6 лет, четыре миллиона. Всем запреты на госслужбу на срок от 4 до 15 лет. Апелляционная жалоба отклонена. Сроки, я бы сказала, серьезные.

Далее. По силовым структурам, околосиловым структурам, людям, причастным к войне и оборонной промышленности. Генеральный директор «Красмаша» Александр Гаврилов. Изготовители «Сармата», говорят нам, входят в «Роскосмос». В «Роскосмосе» еще не всех пересажали, видите, кто-то все-таки еще остался. Александр Гаврилов – относительно молодой человек, 55 лет. Всю жизнь на «Красмаше», с 2005 года. Взятка три миллиона рублей. На заводе уже две недели идут следственные действия. Дорогие слушатели из Красноярска, причастные к этому предприятию, пожалуйста, оглянитесь вокруг себя.

Далее. Зампред ВЭБ РФ, член Совета директоров «Корпорации развития Дальнего Востока и Арктики» пока отправлен под домашний арест. И бывший директор «Росатома» по судостроению и Арктике также арестован.

Член-корреспондент РАН арестован в Москве, консультант управления научно-методического руководства, а также замдиректора Института нанотехнологий в электронике.

Получение взяток от кандидатов на получение грантов. И, соответственно, замдиректора Института обвиняют в даче взяток, а двух сотрудников РАН – в получении, соответственно, этой взятки.

Конфискации. Назвали мы вам интересные суммы, сейчас еще назовем. Одна из крупнейших конфискаций последнего времени – это акции агрохолдинга «Русагро». Владелец Вадим Мошкович находится под арестом. Также ценные бумаги, принадлежащие его супруге. Также ценные бумаги, собственно, акции этого же предприятия, принадлежащие его заместителю Максиму Басову, который тоже находится под арестом, племяннику Мошковича и жене этого самого племянника. Вот посмотрите, как семейные связи становятся проклятием. Это акции. Конфисковано 10,5 миллиардов рублей, миллион восемьсот тысяч долларов, миллион шестьсот тысяч евро и более 200 миллионов юаней на банковских счетах. Диверсифицированная бюджетная корзина, как нам вечно всем советуют поступать. В общем, все конфисковано, кроме одного дома, который принадлежит его жене.

Бывший заместитель министра транспорта – конфисковано шесть миллиардов рублей имущества. Также конфисковано имущество бывшего начальника Московской областной таможни Вячеслава Романовского (сумма не указана).

Один из богатейших депутатов, как выяснилось, всей Руси великой Малик Гайсин был нами упомянут. У нас еще не только штраф в размере двух миллиардов рублей, но также и акции на 18 миллиардов рублей, акции четырех предприятий, которые ему принадлежали. Также земля, недвижимость. В общем, все в достаточной степени уже традиционно.

Еще один депутат Исаев, представьте себе, другой депутат, был депутатом Госдумы в 2007-2011 году – Ризвангаджи Исаев. В общем, широким бреднем идут у нас конфискации.

Два случая самые последние упомянем, потому что они любопытные. Вот смотрите. Был в Законодательном собрании Петербурга такой депутат Александр Малькевич. Его лишили депутатских полномочий в связи с тем, что он задержан по обвинению в хищении. А пытался он уйти на СВО. Принял решение отправиться на зону СВО.

М. КУРНИКОВ: Что его побудило?

Е. ШУЛЬМАН: Вот, вы знаете, был задержан в октябре 2025 года по обвинению в хищении 37,2 миллионов рублей у АО «Городское агентство по телевидению и радиовещанию». Помните, это дело бегловских пиарщиков так называемое. «Единая Россия» тут же приостановила его членство в партии, понятное дело. Вот теперь он у нас и перестал быть депутатом. Объявлено о его решении пойти повоевать.

Мы не знаем, насколько у него это получится, потому что, например, у нас есть такой случай. Ростов. Помните только что Ростов, да? Не только судей там судят, а и, например, бывший глава ростовского ГУВД Сергей Шпак. Он у нас обвиняется во взятках и мошенничестве. Подал заявление на уход на СВО, а ему отказали в этой самой отправке. Как заявил источник в силовых структурах, он слишком наследил, чтобы так просто избежать наказания. Вместо этого ему продлили арест до 22 сентября.

В общем, не всем удается даже через отправку на войну избежать уголовного преследования. В то время как, повторюсь, маршрут через Минск, а также через другие безвизовые страны гораздо доступнее и гораздо более открыт даже для тех людей, чей загранпаспорт хранится в сейфе в первом отделе их же собственного предприятия или организации.

М. КУРНИКОВ: Екатерина Михайловна, я знаю, как вы относитесь к футболу, но, кажется, это тот случай, когда в продолжение футбольная новость подойдет. Футбольному клубу «Уфа» присудили техническое поражение из-за неявки на матч. Команда не смогла вылететь из-за опасности атаки БПЛА.

Е. ШУЛЬМАН: План «Ковер» в новом преломлении. М. КУРНИКОВ: Да, да, да. Это, в общем, новое что-то. Е. ШУЛЬМАН: Да, реалии нового времени.

М. КУРНИКОВ: То, как в спорте все это отражается. Ну, а мы переходим к вашим вопросам, дорогие друзья.

Вопросы слушателей

Вопрос о судье во главе региона

М. КУРНИКОВ: Шай с молоком спрашивает: «Екатерина Михайловна, маркером чего является первое в истории современной России назначение человека, имеющего судейский статус, главой субъекта?»

Е. ШУЛЬМАН: Мы с вами упомянули об этом кадровом назначении. Меня оно заинтересовало скорее с точки зрения этнического баланса в этой крайне сложной республике. Но, вы знаете, с судейским корпусом сейчас тоже много чего происходит. Судьи стали объектами активных уголовных преследований. Мы с вами тоже эти новости регулярно сообщаем и обсуждаем в наших эфирах. Новый глава Верховного суда у нас обещает продолжение этой политики. Поэтому трудно сказать, хорошо ли сейчас быть российским судьей. Но хорошо ли сейчас быть главой российского региона, сказать, на самом деле, еще труднее.

Опять же, в Дагестане недолго сидят – сначала недолго сидят, а потом долго сидят, бывает и такое – главы этой республики. Должность незавидная отнюдь. Поэтому это не является маркером чего-то. Один олень не маркер, три оленя – маркер, как известно. Поэтому если у нас там нескольких судей назначат на какие-то другие должности, то мы можем, например, подумать, что судьи бегут и ищут каких-то других должностей или руководство решило им доверять, думая, что они, наверное, лучше других или менее коррумпированы. Хотя это противоречит количеству уголовных дел, заводимых против судей. Этот случай как единичный не является трендом, но он любопытен сам по себе, потому что регион достаточно уникальный.

Вопрос об управлении под покровом ночи

М. КУРНИКОВ: Корона 559 спрашивает: «Недавно в Томске демонтировали мемориал репрессированным, прямо в центре, просто подогнав технику. Потом мэрия неловко попыталась объяснить свои действия трещиной в стене гаража. До него как минимум 100 метров. А что это было? Почему власть не попыталась придать этому акту хоть какую-то видимую легитимность? Например, по-быстрому провести судебный процесс о том, что памятник кого-то оскорбляет, решено его демонтировать. Почему нужно было делать под покровом ночи, словно это не власть, а, прости господи, хулиганы какие-то?»

Е. ШУЛЬМАН: Там же теперь памятник каким-то героям СВО, по-моему, на этом месте.

М. КУРНИКОВ: Это не там, это не в Томске. Я уж не помню, где именно, но не в Томске.

Е. ШУЛЬМАН: Дорогой слушатель обращает внимание на довольно любопытную тенденцию. Вот это вот действительно тенденция. Даже при возможности как-то объясниться власти довольно часто предпочитают не объясняться. Чем может быть вызвано такое действительно неприглядное поведение? Мы сейчас не говорим о том, что это незаконно или безнравственно. Мы говорим о том, что действительно это производит странное впечатление на людей, как будто какая-то опасливость, как будто скрывают что-то нехорошее, как будто людей боятся. Это не то властное поведение, которого люди даже в патримониальной политической культуре ждут от своего начальства. Чем можно такую манеру объяснить?

Есть простое объяснение. Оно состоит в том, что нравы и обычаи начальников в персонализированной системе распространяются на всех остальных. Начальник мыслит в терминах спецопераций, скрывает даже то, что скрывать не надо, не говорит правду даже тогда, когда ему это было бы выгодно. И другим людям правду говорить легко и приятно, а людям из этой корпорации нелегко и неприятно. Им ввинчивают какой-то винт в голову во время обучения, они правду говорить не могут, вот им прям больно.

Соответственно, все остальные начинают тоже подражать начальнику и изображать спецоперацию даже там, где она на самом деле не нужна: где можно забрать открыто, они украдут ночью; где можно сделать на глазах всего народа, они постараются как-то это скрыть и объяснить чем-то, что явно совершенно не рассчитано на то, что в это хоть кто-нибудь поверит.

С другой стороны, логика может быть следующая. Главной добродетелью руководства в постсоветской России считается его способность быть неожиданным и непредсказуемым. «А если объявить заранее, а если будет какой-то период, в течение которого граждане поймут, к чему дело клонится, а вдруг они чего-нибудь удумают, встречный иск подадут, возьмут там живой цепью встанут, лягут, сядут. Зачем нам это? Давайте быстренько все сделаем. Они очнулись, а уже поздно».

Это действительно манера людей, которые не особенно сознают себя властью, а все время чего-то опасаются. Тут можно далеко заходить в тьму истории. Большевики как пришли к власти силой, так силой удерживались и насчет своей популярности в народе никогда не обманывались с тех самых пор, когда они проиграли выборы в Учредительное собрание. Больше они ни на какие выборы не решались до самого последнего издыхания построенной ими власти. А потом, после короткого перерыва, опять перестали на это решаться. Поэтому действительно анамнез и генезис влияет на ваше дальнейшее поведение тоже.

М. КУРНИКОВ: В Петербурге, говорят, тоже выборы проиграли и травмированы были страшно.

Е. ШУЛЬМАН: Да-да-да. Это так травмирует, просто на всю жизнь.

Вопрос о последствиях политических убийств в демократиях

М. КУРНИКОВ: Андрей Лукин спрашивает вас: «Если насильственная смерть автократа повышает шансы страны, которой он руководил, на продолжение или даже ужесточение тирании, то что насчет насильственной смерти демократически выбранного президента? Давно живу в США, – пишет Андрей, – беспокоюсь об этой стране теперь тоже».

Е. ШУЛЬМАН: Очень правильно беспокоитесь. Очень правильно. Но вы знаете, демократия такая хитрая система, что они, в общем, переживают почти, что угодно. Вот, например, шведского премьер-министра, если уж не говорить об Америке, чтобы у нас не возникало ощущения, что только в Америке всех тут стреляют, тоже, знаете, злые убийцы застрелили. (Прим., Улоф Пальме - премьер-министр Швеции, был убит на одной из центральных улиц Стокгольма 28 февраля 1986 г.). Это на шведскую демократию не сильно повлияло. Это может прозвучать бесчеловечно, но в демократиях меняют руководителей, как перчатки, обычно мирным электоральным путем. Но даже если с ними что-нибудь случится, на систему это особенно сильно не повлияет. В этом дополнительная прелесть демократического механизма.

М. КУРНИКОВ: Руководители – расходный материал демократий.

Е. ШУЛЬМАН: Бесчеловечно, но политологически верно. Да, это правда. А люди – расходный материал автократий. Вообще, одно из главных системообразующих различий между автократией и демократией можно сформулировать следующим образом. В демократиях элиты думают: если людям станет жить хуже, они нас прогонят. В автократиях элиты думают: если людям станет жить лучше, мы им станем не нужны. Зловещая пауза в эфире.

М. КУРНИКОВ: Вот она.

Е. ШУЛЬМАН: Вот она. Задумайся над этим, читатель, и тебе станет не по себе. А потом по себе, через некоторое время.

Вопрос об отказе от соучастия и бегстве от ответственности

М. КУРНИКОВ: Павел Косинский, или Кочинский, спрашивает вас: «У меня немножко провокационный вопрос. Где проходит граница между эмиграцией как нравственным отказом участвовать в системе и эмиграцией как формой бегства от ответственности за происходящее в стране? А можно ли быть политически значимым вне России? Или влияние неизбежно уменьшается с дистанцией?»

Е. ШУЛЬМАН: Тут два вопроса. Первый вопрос действительно, скажем так, хитрый. И я не дам вам на него никакого определенного ответа. То есть такого ответа, который можно приложить к любой ситуации. В целом требовать от людей самопожертвования нельзя. Можно требовать только от себя. Нравственный выбор каждый делает сам. И в рай, и в ад тоже отправляются, как известно, по индивидуальному маршруту и, говорят, в основном пешком, а не в экскурсионном автобусе и не со всем трудовым коллективом вместе. Поэтому каждый – ответчик за свою душу.

Можно себе представить гипотетическую ситуацию, например, возьмем наш российский случай, что если бы все те, кто были в ужасе от начала большой войны в 2022 году, не уехали бы, а… А дальше что? И дальше что бы это изменило? Мы говорили много скучными голосами, что в сложившейся уже репрессивной автократии с солидарным репрессивным аппаратом народные возмущения не производят политических изменений. Точнее, производят, но совершенно не те политические изменения, на которые рассчитывают протестующие.

Мы, кстати говоря, сейчас видим, как отъезд людей работоспособного возраста, отъезд, который продолжается, отъезд молодежи, отъезд людей с деньгами и со способностью производить из себя эти самые деньги действительно начинает истощать российскую экономику, в том числе экономику войны. И теперь нам об этом говорит уже глава Центробанка, которую мы уже поминали в ходе нашего эфира, что «впервые в российской истории мы столкнулись с недостатком людей». Опять же, хочется спросить, а куда это они подевались-то? Всегда же был переизбыток людей, а теперь чего-то и не рожают, и не живут вообще, и не живут в России (третий вариант). То есть воздействие происходит в любом случае.

Далее. Вопрос второй: можно ли иметь влияние за пределами Российской Федерации? А в пределах Российской Федерации можно иметь влияние? Примеры вот этого влияния как-то можно привести? А вот, например, за пределами Российской Федерации в прекрасном княжестве Монако живет одна женщина и имеет, судя по всему, влияние. Почему-то никто не говорит, что оттого, что она оторвалась от своих корней и так давно уже не была хотя бы в пределах Садового кольца, не говоря уже о том, чтобы за МКАДом, слово ее не отзывается в сердцах миллионов ее читателей. Так что геолокация, дорогие товарищи, это а) не специальность, б) не нравственная характеристика.

Хорошая новость

М. КУРНИКОВ: Ну, а теперь хорошая новость. В некотором смысле может показаться вам сначала, что это не так, но. В Кубанском госуниверситете студентов сняли с занятий ради встречи, где их агитируют воевать с Украиной. Действительно, в одном из крупнейших вузов Кубани студентов Кубанского государственного университета сняли с занятий. Более того, обещали 6 мая, то есть уже вот практически, организовать общеуниверситетское военно-патриотическое мероприятие, где будут участвовать представители беспилотных войск.

Однако, после того как эта новость вышла сегодня в канале «Эхо Новости», после не значит из-за, но тем не менее, это мероприятие вечером было отменено. Не состоится завтра, 6 мая, этого всеуниверситетского мероприятия в Кубанском госуниверситете.

Е. ШУЛЬМАН: А что случилось?

М. КУРНИКОВ: Отменили.

Е. ШУЛЬМАН: Может быть, дозвониться не смогли?

М. КУРНИКОВ: Не знаю. Но вот отменили.

Е. ШУЛЬМАН: Ну что ж, поздравляем студентов с тем, что они избавлены от этого весьма-весьма сомнительного мероприятия. Слушайте, пожалуйста, наши эфиры, дорогие студенты, их родители, их преподаватели, а также люди, вовсе не имеющие отношения к высшему, среднему и среднему специальному образованию, будете знать, чего опасаться и как правильно себя вести.

М. КУРНИКОВ: Ну что ж, спасибо большое всем, кто смотрел нас сегодня. Поставьте лайк этому видео, а лучше, по хорошей традиции, три лайка. Всем пока.

Е. ШУЛЬМАН: Спасибо.