В таком сценарии требования к стране довольно простые: россиянину должно быть легко туда въехать, билеты не должны стоить состояние, первые месяцы жизни — требовать огромного капитала, а на месте должна существовать хотя бы минимальная инфраструктура для нормальной жизни.

Мы собрали семь вариантов, с которых проще всего начать.

1. 🇬🇪 Грузия — самый очевидный вариант

Грузия хороша прежде всего тем, что переезд туда действительно можно организовать очень быстро. Для россиян действует безвизовый режим, а находиться в стране можно длительное время без необходимости сразу заниматься ВНЖ.

Тбилиси уже сложно назвать очень дешёвым городом, особенно если хочется жить в хорошем районе. Но остаются Батуми, Кутаиси и другие варианты. При этом здесь большая русскоязычная среда, привычная еда, относительно понятный быт и огромное количество людей, которые уже прошли тот же путь.

Главное преимущество Грузии — возможность сначала переехать, спокойно осмотреться и только потом решать, хотите ли вы оставаться надолго.

2. 🇦🇲 Армения — когда нужно просто взять билет и уехать

Ещё один максимально простой вариант. Между Россией и Арменией действует безвизовый режим; по общему правилу для безвизовых иностранцев Армения допускает пребывание до 180 дней в течение года, если международным соглашением не установлен другой срок.

Ереван понятен с точки зрения языка и быта, перелёт из России занимает несколько часов, а культурного шока значительно меньше, чем при переезде куда-нибудь в Юго-Восточную Азию.

Цены в Ереване за последние годы заметно выросли, поэтому воспринимать Армению как место, где всё стоит копейки, уже не стоит. Но именно по простоте экстренного переезда это всё ещё один из наиболее удобных вариантов.

3. 🇰🇿 Казахстан — если нужно не только уехать, но и продолжать нормальную жизнь

Алматы и Астана — уже большие современные города, где есть нормальная инфраструктура, привычные сервисы, международные компании и большая русскоязычная среда.

Россиянам виза не нужна; для граждан государств ЕАЭС разрешённый срок пребывания в Казахстане составляет до 90 дней в течение каждого 180-дневного периода.

Казахстан особенно интересен тем, кто не хочет полностью менять культурную и деловую среду. Переезд сюда ощущается скорее как смена страны, чем как полная перезагрузка жизни.

Минус — Алматы уже совсем не дешёвый город. Если главная цель именно максимально сократить расходы, существуют варианты интереснее.

4. 🇰🇬 Кыргызстан — если бюджет ограничен

Бишкек редко оказывается на первых местах в красивых рейтингах релокации, но для быстрого переезда это скорее плюс.

Здесь относительно недорогая жизнь, много русского языка, понятный бытовой уклад и тесные экономические связи с Россией. Кыргызстан, как и Россия, входит в ЕАЭС, что также упрощает ряд вопросов для тех, кто планирует не просто провести здесь отпуск.

Это не вариант для человека, которому обязательно нужны море, европейская архитектура и мегаполис уровня Дубая. Зато если задача звучит как «быстро уехать и первое время не сжечь все накопления», Бишкек вполне логичен.

5. 🇺🇿 Узбекистан — дешёвая жизнь с нормальным большим городом

Ташкент интересен тем, что позволяет совместить сравнительно доступную жизнь с инфраструктурой столицы: кафе, доставка, транспорт, торговые центры, коворкинги и нормальный выбор жилья.

Для россиян действует безвизовый въезд, но при фактическом переезде важно соблюдать местные правила регистрации по месту пребывания.

По ощущениям это уже более заметная смена среды, чем Казахстан или Армения, однако именно по соотношению стоимости жизни и качества большого города Узбекистан заслуживает места в таком рейтинге.

А если Ташкент кажется слишком дорогим, внутри страны есть города заметно дешевле.

6. 🇷🇸 Сербия — самый простой мост в Европу

Если хочется оказаться именно в Европе, вариантов становится значительно меньше.

Сербия остаётся одним из доступных направлений для россиян: для краткосрочной поездки действует безвизовый режим. Но здесь уже особенно важно не путать «легко въехать» и «легко переехать навсегда».

Для жизни дольше разрешённого безвизового срока придётся заниматься легализацией. И Белград точно не победит Бишкек или Тбилиси по стоимости аренды.

Зато вы получаете европейскую страну, удобное географическое положение и возможность строить дальнейший план уже находясь на месте.

7. 🇻🇳 Вьетнам — если готовы уехать действительно далеко

Вьетнам стоит добавить хотя бы потому, что «быстро и недорого» необязательно означает только бывший СССР.

Главная проблема — дорогой и долгий перелёт. Но после него экономика меняется. В Нячанге или Дананге можно относительно недорого снимать жильё, есть вне дома, ездить на байке и жить рядом с морем.

Правда, Вьетнам лучше воспринимать не как страну, куда можно приехать и забыть о миграционных вопросах навсегда. Для долгосрочной жизни понадобится заранее разобраться с подходящим основанием и актуальными правилами пребывания.

Зато для человека с удалённым доходом Азия может дать совершенно другой уровень жизни за те же деньги.

Сколько денег вообще нужно на экстренную релокацию?

Главная ошибка — считать только билет и первый месяц аренды.

На старте обычно понадобятся билет, временное жильё, депозит за нормальную квартиру, связь, транспорт, страховка, бытовые покупки и запас денег на случай, если планы пойдут не так.

Поэтому ехать с последними 100 тысячами рублей только потому, что страна дешёвая, — плохая идея.

Гораздо важнее иметь запас хотя бы на несколько месяцев своей обычной жизни. Тогда вы можете спокойно выбрать квартиру, разобраться с документами и понять, подходит ли вам страна, вместо того чтобы через три недели искать самый дешёвый билет обратно.

И здесь возникает ещё один вопрос, о котором легко забыть до самого переезда: как вы будете пользоваться своими деньгами за границей.

Можно идеально выбрать страну, найти дешёвую квартиру и купить билет — а потом обнаружить, что привычные способы оплаты больше не работают.

Поэтому к релокации лучше готовить не только чемодан, но и финансовую инфраструктуру: несколько способов оплаты, резервную карту, немного наличных и доступ к деньгам за пределами одной банковской системы.

С последним помогает Finomenal — зарубежная банковская карта позволяет оплачивать покупки и сервисы за границей и становится особенно полезной, когда путешествие внезапно превращается в переезд.

Потому что сегодня релокация уже необязательно начинается с годовой подготовки. Иногда между мыслью «а не уехать ли мне?» и жизнью в другой стране действительно может пройти всего несколько дней.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

В какой-то момент даже человек с хорошим доходом начинает чувствовать себя виноватым за любую необязательную покупку. Купил кроссовки за 30 тысяч — лучше бы инвестировал. Слетал в отпуск — мог бы увеличить капитал. Заказал дорогой ужин — дома макароны стоили бы в десять раз дешевле.

Есть и противоположная крайность: «живём один раз». Деньги приходят, деньги уходят, а следующий месяц снова начинается почти с нуля.

Но между этими двумя сценариями есть третий: заранее определить сумму, которую можно тратить вообще без чувства вины.

Сначала посчитайте, сколько стоит ваша обычная жизнь

Допустим, человек получает 250 тысяч рублей в месяц.

Из них 70 тысяч уходит на жильё, ещё 50 — на продукты, транспорт, связь, спорт и остальные обязательные расходы. Получается 120 тысяч, которые нужны просто для поддержания привычного уровня жизни.

Остаётся 130 тысяч.

И здесь начинается самое интересное. Эти деньги принадлежат не только вам сегодняшнему, но и вам через пять, десять или двадцать лет.

Предположим, 50 тысяч ежемесячно отправляются в долгосрочный капитал. Не на новый телефон, не на отпуск и не на машину следующим летом. Это деньги, которые должны постепенно создавать состояние.

Ещё 20 тысяч можно направлять в резерв или на крупные запланированные покупки. Остаётся 60 тысяч.

И вот эти 60 тысяч можно спокойно потратить хоть на рестораны, хоть на одежду, хоть на путешествия, игры или какую-нибудь совершенно бессмысленную вещь, которую просто захотелось купить.

Потому что финансовый план на этот месяц уже выполнен.

Не нужно проводить совещание перед каждым кофе

Проблема многих систем экономии в том, что они требуют постоянного самоконтроля.

Можно ли сегодня заказать доставку? Нормально ли потратить 5 тысяч в баре? Стоит ли покупать эти джинсы? А может, лучше положить деньги на вклад?

Если каждую небольшую покупку приходится анализировать как приобретение компании, долго такая система обычно не живёт.

Проще один раз установить правила игры.

Сначала оплачиваются обязательные расходы. Затем часть денег отправляется в резерв и капитал. А всё, что осталось после этого, становится деньгами на жизнь сейчас.

Потратили их за месяц — нормально. Не потратили — ещё лучше, остаток можно перенести дальше.

При таком подходе дорогой ужин перестаёт конкурировать с вашей будущей пенсией. Они изначально оплачиваются из разных частей бюджета.

Но сколько именно нужно откладывать?

Здесь обычно появляются универсальные правила: откладывайте 10%, 20% или придерживайтесь какой-нибудь красивой пропорции вроде 50/30/20.

Проблема в том, что жизнь плохо помещается в универсальные проценты.

Если человек получает 100 тысяч и 80 тысяч тратит на базовые потребности, откладывать 30% ему будет довольно болезненно. Если другой получает 500 тысяч и комфортно живёт на 200, откладывать только 10% уже довольно странно.

Поэтому важнее не найти магический процент, а добиться двух вещей: накопления должны происходить регулярно, а с ростом дохода их размер тоже должен расти.

Представим, что вы получали 200 тысяч, а теперь зарабатываете 250.

Самый естественный сценарий — довольно быстро начать тратить все 250. Чуть лучше квартира, чаще рестораны, дороже отпуск, несколько новых привычек — и через полгода кажется, что на 200 тысяч вы вообще непонятно как жили.

Но можно сделать иначе. Из дополнительных 50 тысяч увеличить обычные расходы на 25, а остальные 25 направлять в капитал.

Уровень жизни всё равно вырос. Только теперь вместе с ним растёт ещё и ваше состояние.

Это, пожалуй, один из самых простых способов не попасть в ловушку, когда доход за десять лет увеличился в пять раз, а на счетах по-прежнему лежит примерно одна месячная зарплата.

Экономить слишком много тоже можно

Есть человек, который тратит всё и ничего не откладывает. С ним проблема очевидна.

Но существует и другая крайность.

В 25 лет он отказывается от путешествий, развлечений, хорошей квартиры и практически любых дорогих желаний. Каждые свободные 10 тысяч отправляются в инвестиции. Цель прекрасная: к 50 годам накопить огромный капитал.

Математически всё выглядит идеально. Но личные финансы существуют не ради максимальной цифры на счёте к определённому возрасту.

Деньги обладают разной ценностью в разные периоды жизни.

Поездка с друзьями в 27 лет и такая же поездка в 67 стоят примерно одинаковых денег, но это не обязательно одинаковый жизненный опыт. Некоторые вещи бессмысленно бесконечно переносить на потом.

Можно двадцать лет жить значительно хуже своих возможностей, а однажды обнаружить, что деньги действительно накоплены, только часть того, на что хотелось их потратить, уже потеряла прежнюю ценность.

Поэтому задача не в том, чтобы сохранить максимальную долю каждого заработанного рубля.

Задача — нормально распределить деньги между собой сегодняшним и собой будущим.

Так сколько всё-таки можно тратить?

Столько, сколько остаётся после того, как вы выполнили собственный финансовый план.

Не существует суммы, после которой ресторан становится расточительством, а дорогие кроссовки — финансовой безграмотностью.

Если человек зарабатывает 150 тысяч, имеет долги и нулевой резерв, покупка телефона за 120 тысяч действительно может быть сомнительным решением.

Если другой зарабатывает миллион, имеет подушку на год жизни, регулярно увеличивает капитал и после этого хочет потратить 120 тысяч на тот же телефон — ситуация совершенно другая. Хотя телефон один и тот же.

Поэтому финансовая свобода начинается не тогда, когда человек научился запрещать себе покупки. Скорее наоборот: когда он точно знает, какую сумму может потратить и больше о ней не думать.

Обязательства оплачены. Резерв есть. Капитал растёт. Всё остальное — деньги на жизнь.

А когда накопления начинают становиться существенными, появляется следующий вопрос: где их хранить и как не зависеть от одного банка, одной валюты или одной страны.

С этим помогает Finomenal — зарубежные банковские карты дают доступ к международным платежам и позволяют сделать личную финансовую инфраструктуру немного шире.

Потому что деньги нужны не только для того, чтобы однажды стать богаче. Ими ещё нужно успеть нормально воспользоваться.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

Живёт этот человек, возможно, комфортнее большинства людей в истории. У него есть практически всё. Но есть одна особенность: почти ничего из этого ему не принадлежит.

И это не фантастика. В эту сторону наша экономика движется уже сейчас.

Раньше компании хотели что-нибудь вам продать

Большую часть XX века бизнес работал по довольно понятной модели. Завод производил автомобиль и продавал его человеку. Магазин продавал телевизор. Музыкальный лейбл — пластинку или диск. Разработчик — коробку с программой.

После покупки вещь становилась вашей.

Для покупателя это удобно. Для бизнеса — не всегда. Если компания один раз продала вам программу за $100, следующие деньги она получит только тогда, когда убедит вас купить новую версию.

Гораздо приятнее получать с вас по $10 каждый месяц.

Так разовая продажа постепенно превращается в постоянный денежный поток. Вместо покупателя, которого нужно снова искать через несколько лет, компания получает подписчика, автоматически приносящего деньги каждый месяц.

Поэтому сегодня по подписке продают уже далеко не только фильмы и музыку. Программы, облачные хранилища, доставка, игры, фитнес, образовательные сервисы, автомобили и десятки других вещей постепенно переходят к модели постоянной оплаты.

И бизнес можно понять: регулярный клиент намного ценнее разового.

А нам самим это оказалось удобно

Парадокс в том, что никто особенно не заставляет людей переходить на такую модель. Мы сами охотно её выбираем.

Покупать десятки фильмов ради одного просмотра бессмысленно, если можно оплатить месяц онлайн-кинотеатра. Зачем хранить тысячи песен на жёстком диске, когда практически вся музыка мира открывается за несколько долларов в месяц?

То же самое происходит с более дорогими вещами.

Человек, который не знает, в какой стране будет жить через три года, может вообще не хотеть покупать квартиру. Машина нужна только на несколько месяцев — проще арендовать. Дорогая техника используется редко — иногда её выгоднее взять на время.

Собственность даёт стабильность, но одновременно привязывает человека к вещам и месту.

Аренда продаёт свободу от этой привязанности.

И для поколения, которое чаще меняет работу, города и страны, это действительно может быть хорошей сделкой.

Проблема начинается с маленьких платежей

9 долларов здесь. 15 там. Ещё 20 за другой сервис.

По отдельности практически незаметно.

Потом добавляется мобильная связь, интернет, спортзал, облако, программы, доставка, несколько развлекательных сервисов. Сверху — аренда квартиры и платёж за автомобиль.

И однажды оказывается, что значительная часть ежемесячного дохода уходит не на покупку вещей, а просто на сохранение доступа к привычному уровню жизни.

Пока деньги приходят каждый месяц, система работает прекрасно.

Но стоит перестать платить — и доступ начинает исчезать.

И здесь экономика аренды принципиально отличается от экономики собственности. Купленная машина остаётся у вас даже после потери работы. Купленный когда-то диск продолжает проигрывать музыку. Выплаченная квартира не требует каждый месяц заново покупать право в ней находиться.

В мире подписок большое количество привычных вещей существует в вашей жизни ровно до следующего платежа.

Можно хорошо жить и при этом ничего не накопить

Здесь появляется ещё один интересный парадокс.

Представим двух людей с одинаковым доходом. Оба живут в хороших квартирах, ездят на хороших машинах, путешествуют и примерно одинаково проводят свободное время.

Внешне их уровень жизни практически не отличается.

Но первый на протяжении двадцати лет направляет часть денег на покупку активов. Выплачивает жильё, инвестирует, покупает доли компаний или создаёт собственный бизнес.

Второй преимущественно платит за доступ.

Через двадцать лет оба могут вспомнить примерно одинаковое количество ресторанов, автомобилей и путешествий. Только у первого к этому моменту есть капитал, а второму по-прежнему нужно каждый месяц зарабатывать достаточно, чтобы оплачивать привычную жизнь.

Это важное различие между выглядеть обеспеченным и действительно владеть капиталом.

Можно ездить на машине за десять миллионов и не иметь десяти миллионов. Можно жить в квартире за сто миллионов и не владеть ни одним её квадратным метром. Можно пользоваться огромным количеством дорогих вещей и иметь отрицательный собственный капитал.

Современная экономика делает такую жизнь всё проще.

Значит, нужно обязательно всё покупать?

Тоже нет.

Иногда владение — худшее финансовое решение.

Автомобиль дешевеет, требует ремонта, страховки и обслуживания. Недвижимость может годами давать доходность ниже альтернативных инвестиций. Купленная техника устаревает. А собственная квартира может превратиться в очень дорогой якорь, если завтра вам предложат работу на другом конце мира.

Нет никакого смысла владеть каждой вещью только ради самого факта собственности.

Возможно, человек будущего действительно будет арендовать гораздо больше, чем человек прошлого. И это не обязательно сделает его беднее.

Вопрос лишь в том, что он делает с деньгами, которые не тратит на приобретение собственности.

Если вместо автомобиля за пять миллионов вы арендуете машину, а пять миллионов инвестируете — это одна ситуация.

Если автомобиля нет, пяти миллионов тоже нет, а каждый месяц значительная часть зарплаты просто исчезает в платежах — совсем другая.

Самое важное — владеть не вещами

Возможно, через несколько десятилетий квартира в собственности действительно перестанет быть обязательной целью для каждого. Автомобили будут чаще использоваться как сервис, а цифровым контентом мы практически наверняка продолжим пользоваться по подписке.

Но чем больше вещей вокруг становятся временными, тем важнее иметь то, что действительно принадлежит вам: капитал, накопления и возможность распоряжаться своими деньгами независимо от конкретной компании, страны или сервиса.

Потому что финансовая свобода — это не обязательно собственная квартира, машина и шкаф, забитый вещами.

Это ситуация, в которой вы можете выбирать, что выгоднее купить, что арендовать, а от чего вообще отказаться, не потому что до следующей зарплаты осталось три дня, а потому что так удобнее именно вам.

В мире, где доступ постепенно становится важнее владения, особенно ценным становится доступ к собственным деньгам — в разных валютах и странах.

Именно для этого Finomenal помогает оформлять зарубежные банковские карты: чтобы оплачивать международные сервисы, путешествовать и пользоваться своими деньгами за пределами одной финансовой системы.

Пусть фильмы, музыка и даже квартира будут арендованными. Свободу распоряжаться собственными деньгами лучше всё-таки оставить себе.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

Сегодня всё устроено иначе. Мужчина может работать, путешествовать, заказывать еду, пользоваться клинингом и прекрасно вести хозяйство самостоятельно. Женщина может строить карьеру, иметь собственный доход, снимать или покупать квартиру и совершенно не нуждаться в партнёре как в источнике финансовой безопасности.

Мужчины и женщины стали значительно независимее друг от друга. И неожиданным следствием этой свободы стало то, что отношениям теперь приходится доказывать свою ценность.

Отношения действительно стоят денег

Разумеется, невозможно открыть Excel и посчитать универсальную «стоимость девушки в месяц». У каждой пары совершенно разные доходы, привычки и представления о том, кто за что платит.

Но отношения почти всегда меняют структуру расходов. Появляются свидания, рестораны, подарки, праздники, совместные поездки и развлечения. Серьёзные отношения со временем могут означать более просторное жильё, автомобиль, свадьбу, а затем детей — и это уже совершенно другой финансовый масштаб.

Особенно заметно это для мужчин, придерживающихся более традиционной модели отношений, где мужчина чаще приглашает, оплачивает свидания, дарит подарки и берёт на себя большую долю совместных расходов.

Однако деньги — только самая очевидная часть стоимости отношений.

Есть ещё время, внимание и необходимость согласовывать решения с другим человеком. Куда поехать в отпуск, где жить, сколько работать, переезжать ли в другой город или страну — в одиночку всё это можно решить за вечер. В паре любое серьёзное решение уже касается двоих.

И у отношений появился очень сильный конкурент

Раньше альтернативой браку была не современная холостяцкая жизнь с хорошей квартирой, доставкой, друзьями, путешествиями и десятками сервисов, закрывающих бытовые потребности.

Самостоятельная жизнь была объективно сложнее.

Сегодня одинокий мужчина может жить вполне комфортно: заниматься карьерой, строить бизнес, ходить в зал, путешествовать, встречаться с друзьями и распоряжаться временем практически без ограничений.

И здесь появляется простая экономическая логика.

Представим мужчину, который тратит на отношения дополнительные 50–100 тысяч рублей в месяц. Для кого-то это совершенно нормальная цена за совместную жизнь с любимым человеком. Но другой посмотрит на те же деньги и увидит 600 тысяч — 1,2 миллиона рублей в год, которые можно направить на инвестиции, собственный бизнес, путешествия или повышение уровня жизни.

Вопрос уже не в том, «дорого ли иметь девушку».

Вопрос в том, что человек получает взамен денег, времени и части своей свободы.

Отношения теперь должны быть лучше одиночества

И это, пожалуй, главное изменение.

Когда общество практически не оставляет человеку альтернативы браку, требования к качеству отношений могут быть относительно невысокими. Люди остаются вместе хотя бы потому, что развод слишком дорого обходится экономически, социально или бытово.

Когда одиночество становится комфортным, всё переворачивается.

Современный мужчина может спросить себя: зачем мне отношения, если в них я чувствую себя хуже, трачу больше и имею меньше свободы?

Но ровно такой же вопрос задаёт современная женщина.

Зачем ей отношения, если она сама способна себя обеспечивать, а партнёр не делает её жизнь лучше? Зачем терпеть неудачный брак ради финансовой стабильности, если эта стабильность уже есть без него?

Поэтому происходящее нельзя свести к истории о мужчинах, которые «решили отказаться от женщин».

Оба пола получили возможность отказаться от отношений, которые их не устраивают.

И интернет сделал выбор ещё сложнее

Есть ещё один парадокс современной жизни. Никогда раньше человеку не было настолько легко познакомиться с потенциальным партнёром — и при этом сам выбор мог ощущаться настолько бесконечным.

Раньше круг знакомств естественным образом ограничивали университет, работа, друзья, район и несколько мест, куда человек регулярно ходил.

Теперь достаточно открыть приложение.

Перед человеком возникают сотни потенциальных партнёров. И вместе с этим появляется мысль: а вдруг следующий будет лучше?

Социальные сети усиливают эффект. Мы постоянно видим красивых людей, дорогие подарки, путешествия, идеальные пары и романтические жесты. Причём почти никогда не видим обычные вторники, бытовые конфликты и скучные вечера этих же людей.

Ожидания растут, а терпимость к несовершенству реального партнёра может снижаться.

В результате мужчины и женщины постепенно расходятся

Мужчина говорит: мне проще сосредоточиться на себе, карьере, деньгах и собственных интересах.

Женщина говорит: мне проще жить одной, чем строить отношения, которые не соответствуют моим ожиданиям.

И обе позиции вполне рациональны с точки зрения конкретного человека.

Но если одновременно так начинают рассуждать миллионы людей, индивидуальный выбор превращается в большой социальный тренд: люди позже вступают в брак, позже заводят детей, дольше живут самостоятельно или вообще не создают постоянную пару.

А вслед за этим меняется даже экономика.

Одиноким людям нужно больше отдельных квартир. Они чаще покупают готовую еду, пользуются доставкой и клинингом, иначе путешествуют и иначе проводят свободное время. Вокруг самостоятельной жизни постепенно формируется огромная индустрия, которая, в свою очередь, делает одиночество ещё комфортнее.

Получается замкнутый круг: чем удобнее становится жить одному, тем выше планка, которую должны преодолеть отношения.

Так отношения стали слишком дорогими?

Скорее изменилось то, с чем мы сравниваем их стоимость.

Хорошие отношения могут давать человеку поддержку, близость, семью и совместную жизнь, которые невозможно адекватно пересчитать в рубли за месяц. Для такого человека вопрос о том, выгоднее ли вместо свиданий купить акции, просто не имеет смысла.

Но отношения, которые не дают ничего кроме расходов, конфликтов и ограничений, сегодня действительно стало проще закончить или вообще не начинать.

В этом и заключается главный социальный сдвиг.

Мужчины и женщины не перестали быть нужны друг другу. Они перестали быть друг другу необходимы для выживания и нормальной повседневной жизни.

А когда необходимость исчезает, остаётся только добровольный выбор.

И, возможно, именно поэтому современным отношениям одновременно стало и сложнее, и честнее: теперь недостаточно просто найти человека противоположного пола и построить с ним быт. Нужно предложить друг другу такую совместную жизнь, которая окажется лучше двух отдельных.

Мужчины и женщины не перестали быть нужны друг другу. Они перестали быть друг другу необходимы для нормальной повседневной жизни. А когда необходимость исчезает, остаётся добровольный выбор.

Возможно, именно поэтому современным отношениям одновременно стало и сложнее, и честнее: теперь недостаточно просто найти человека и построить с ним общий быт. Нужно предложить друг другу такую совместную жизнь, которая окажется лучше двух отдельных.

А какой бы сценарий человек ни выбрал — строить семью или двигаться самостоятельно, — финансовая независимость только увеличивает свободу этого выбора. Собственные накопления, разные источники дохода и доступ к деньгам в разных странах позволяют принимать решения исходя из того, как хочется жить, а не из финансовой необходимости.

Сделать свою финансовую систему чуть свободнее можно с зарубежной картой Finomenal — для путешествий, международных платежей, подписок и повседневных расходов за пределами России.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

А потом он открывает объявления о недвижимости и обнаруживает, что обычная квартира в хорошем районе стоит десять, пятнадцать, а иногда и больше его годовых доходов.

Возникает закономерный вопрос: если за последние десятилетия мы стали производительнее, технологии сделали жизнь дешевле и удобнее, а зарплаты выросли, почему одна из самых базовых вещей взрослой жизни во многих крупных городах, наоборот, стала такой труднодоступной?

На самом деле нашим родителям тоже было непросто

Начать стоит с важной оговорки. Представление о том, что предыдущему поколению квартиры практически раздавали направо и налево, сильно упрощает реальность.

В СССР жильё действительно можно было получить от государства или предприятия, но его нередко ждали годами, выбор был ограничен, а сама квартира первоначально не являлась частной собственностью в современном понимании. В 1990-е миллионы семей стали собственниками благодаря приватизации, фактически получив огромный актив без необходимости покупать его по рыночной цене.

При этом у молодого человека, который начинал жизнь с нуля в 1990-х, возможностей приобрести новую квартиру тоже было немного: доходы были низкими и нестабильными, а привычного сегодня ипотечного рынка практически не существовало.

Поэтому дело не в том, что раньше каждому в 25 лет легко доставалась трёшка. Просто жилищный рынок был устроен совершенно иначе.

Мы все захотели жить в одних и тех же местах

У России огромная территория, и физического дефицита земли вроде бы нет. Но человеку нужна не просто земля где-нибудь в нескольких сотнях километров от крупного города.

Ему нужна работа, метро, университеты, хорошие школы, медицина, рестораны, аэропорт и люди, с которыми можно строить карьеру и бизнес.

Именно поэтому население и деньги всё сильнее концентрируются в наиболее привлекательных городах. В небольшом городе квартира может стоить относительно недорого, но если там нет подходящей работы, человеку с карьерой в IT, финансах или маркетинге она малоинтересна.

Получается парадокс: население страны может почти не расти или даже сокращаться, а жильё в главных городах всё равно продолжает дорожать.

Потому что дефицит существует не в квадратных метрах вообще. Дефицит существует в квадратных метрах там, где все хотят жить.

Чем больше мы зарабатываем, тем дороже становится жильё

Представим город, где есть тысяча хороших квартир и несколько тысяч желающих их купить. Затем зарплаты жителей заметно выросли.

На первый взгляд квартиры должны стать доступнее: у людей ведь стало больше денег.

Но самих квартир больше не стало. Если вчера покупатели могли предложить продавцу 10 миллионов, а сегодня благодаря росту доходов готовы предложить 13, часть этого благополучия просто перейдёт в цену недвижимости.

Особенно хорошо это видно в самых востребованных районах. Можно построить ещё миллион квадратных метров на окраинах, но невозможно построить второй центр Москвы рядом с первым.

Поэтому экономический рост способен одновременно делать людей богаче и увеличивать стоимость ограниченных активов, которыми эти люди хотят владеть.

Ипотека тоже сыграла двойную роль

Для конкретной семьи ипотека — прекрасный инструмент. Вместо того чтобы двадцать лет копить полную стоимость квартиры, можно собрать первоначальный взнос, заселиться сегодня и постепенно расплачиваться из будущих доходов.

Но если дешёвые кредиты становятся доступны миллионам людей одновременно, происходит ещё одна вещь: на рынок недвижимости приходит огромное количество банковских денег.

Вчера семья могла предложить продавцу только собственные накопления. Сегодня к ним добавляются несколько миллионов, которые готов предоставить банк.

Покупательная способность растёт быстрее, чем количество квартир, и часть эффекта дешёвой ипотеки постепенно оказывается в цене самого жилья.

Получается довольно странная ситуация: ипотека делает квартиру доступнее конкретному человеку, но одновременно делает недвижимость дороже для всех.

Да и от самой квартиры мы теперь хотим большего

Сравнивать жильё разных поколений тоже нужно осторожно.

Современный покупатель хочет хороший район, красивый двор, современный подъезд, парковку, нормальную кухню, отдельную комнату ребёнку и желательно не тратить полтора часа на дорогу до работы.

Многие молодые люди также хотят жить отдельно от родителей практически сразу после начала самостоятельной жизни.

Это совершенно нормальные желания. Просто продукт, который мы сегодня называем «обычной хорошей квартирой», часто заметно отличается от массового жилья прошлого века.

Но действительно ли мы стали беднее?

Современный тридцатилетний человек обладает доступом к вещам, которые сорок лет назад считались роскошью или вообще фантастикой. Международные путешествия, смартфоны, компьютеры, видеосвязь с любой точкой мира, огромное количество товаров, такси за несколько минут, доставка еды, удалённая работа — всё это стало массовым.

Во многих отношениях наше поколение живёт значительно комфортнее предыдущего.

Но есть проблема: некоторые вещи, которые мы считаем главными признаками состоявшейся взрослой жизни, не прошли через такое же удешевление.

Смартфоны можно производить миллионами. Программное обеспечение можно скопировать практически бесплатно. А хорошую землю в центре крупного города создать невозможно.

Поэтому человек может позволить себе намного больше товаров и услуг, чем его родители, и одновременно чувствовать себя беднее из-за того, что собственная квартира остаётся далеко за пределами его текущих возможностей.

Возможно, изменилось само понятие богатства

И это, пожалуй, главный вывод.

Предыдущее поколение не обязательно жило богаче. Но многие его представители оказались владельцами недвижимости в момент, когда стоимость этого актива за последующие десятилетия выросла во много раз.

Для молодого поколения войти на рынок теперь приходится уже по новым ценам.

И поэтому вопрос постепенно меняется с «сколько я зарабатываю?» на «чем я владею?»

Высокая зарплата позволяет хорошо жить сегодня, но капитал формируют активы, которые остаются с человеком и могут расти вместе с экономикой. Это не обязательно квартира: это могут быть инвестиции, бизнес, накопления в разных валютах и другие финансовые инструменты.

И чем дороже становится вход в крупные активы, тем важнее начинать создавать собственный капитал раньше, даже если сначала он кажется совсем небольшим.

А диверсификация по разным инструментам, валютам и банковским системам позволяет не держать всю финансовую жизнь в одной точке — зарубежный счёт и карта Finomenal могут быть одним из элементов такой системы.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

Сумма настолько огромная, что возникает довольно простой вопрос: если весь мир кому-то должен, то кто находится на другой стороне и ждёт возврата этих денег?

Какого-то главного кредитора планеты не существует. Ответ гораздо интереснее: в значительной степени человечество должно деньги самому себе.

Долг одного — это актив другого

Представим, что у вас есть ипотека на 10 миллионов рублей. Для вас эти 10 миллионов — обязательство, которое придётся выплачивать следующие годы.

Но для банка всё выглядит наоборот. Ваш кредит — его актив. Банк имеет право получить от вас 10 миллионов плюс проценты.

То же самое происходит с государственным долгом. Государство выпускает облигации на миллиард долларов и получает миллиард долга. Но в ту же секунду у кого-то появляется актив стоимостью миллиард долларов.

Облигацию мог купить банк, инвестиционный или пенсионный фонд, страховая компания, другое государство или обычный частный инвестор.

Поэтому долг не похож на огромную яму, куда человечество выбросило сотни триллионов долларов. Скорее это гигантская паутина обязательств: практически у каждого должника с другой стороны находится тот, кому должны.

Получается, государство может быть должно собственным гражданам

Представим пенсионный фонд, который управляет накоплениями миллионов людей. Ему необходимо где-то хранить и инвестировать эти деньги, и часть капитала он направляет в государственные облигации.

Получается интересная цепочка.

Граждане отдают деньги фонду. Фонд одалживает их государству. Государство тратит деньги сегодня и обещает вернуть их в будущем с процентами, в том числе за счёт будущих налоговых поступлений.

То есть граждане в определённом смысле одновременно оказываются и кредиторами государства, и налогоплательщиками, из денег которых государство обслуживает этот долг.

Разумеется, государственными облигациями владеют не только граждане конкретной страны. Их покупают иностранные инвесторы, банки, центробанки и фонды со всего мира. Но значительная часть государственных долгов действительно находится внутри той же финансовой системы, которая обслуживает население.

С банками происходит примерно то же самое

Когда на вашем банковском счёте лежит миллион рублей, мы обычно говорим: «У меня в банке миллион».

Но с точки зрения баланса банка этот миллион является его обязательством перед вами. Банк должен вернуть деньги по вашему требованию в соответствии с условиями счёта.

Одновременно другой человек должен банку пять миллионов по ипотеке, предприниматель — десять миллионов по кредиту на бизнес, а компания — миллиард.

Получается длинная цепочка: один человек должен банку, банк должен другому человеку, компания должна инвесторам, государство должно фондам, а фонды управляют деньгами миллионов людей.

Современная финансовая система во многом и состоит из подобных обещаний.

Тогда почему просто не простить всем долги?

На первый взгляд решение гениальное. Раз человечество во многом должно само себе, собираемся однажды утром и всё обнуляем.

Человеку прощают ипотеку — он счастлив.

Но его ипотека была активом банка. Значит, банк только что потерял часть имущества.

Теперь простим государственный долг. Государству прекрасно: больше не нужно возвращать деньги.

Только облигациями государства мог владеть пенсионный фонд. Для государства исчез долг, а для фонда одновременно исчез актив, который должен был приносить деньги для его клиентов.

То же самое произойдёт с корпоративными облигациями, банковскими кредитами и другими формами задолженности.

Именно поэтому невозможно просто уничтожить мировой долг, не затронув мировое богатство. Чьё-то обязательство почти всегда является чьим-то финансовым активом.

А кому тогда должны США?

Здесь существует особенно популярное заблуждение: огромный государственный долг США иногда представляют так, словно Америка взяла десятки триллионов долларов у Китая и теперь однажды должна будет принести ему гигантский чемодан денег.

На самом деле американские государственные облигации распределены между множеством владельцев: американскими и иностранными фондами, банками, страховыми компаниями, государственными структурами, центробанками и частными инвесторами.

Поэтому американский государственный долг одновременно является частью финансового богатства его владельцев.

Для Министерства финансов облигация — долг.

Для фонда, который её купил, — инвестиция.

Один и тот же финансовый инструмент, просто с разных сторон стола.

Почему тогда долгов становится всё больше?

Потому что долг позволяет использовать будущие деньги сегодня.

Человек покупает квартиру сейчас и расплачивается будущими зарплатами. Компания строит завод сейчас и возвращает кредит из будущей прибыли. Государство строит дорогу сегодня, хотя налоги, которые помогут её оплатить, будут собираться ещё много лет.

Если заёмные деньги позволяют создать что-то полезное и будущих доходов достаточно для выплат, большой долг сам по себе не обязательно означает катастрофу.

Именно поэтому сравнивать страны только по размеру задолженности довольно бессмысленно. Одна может занимать в собственной валюте под относительно низкую ставку и иметь огромную экономику и устойчивую налоговую базу. Другая — зависеть от дорогих кредитов в иностранной валюте, которую сама не выпускает.

Внешне у обеих может быть «долг 100% ВВП», а уровень риска будет совершенно разным.

При этом государственный долг действительно продолжает становиться серьёзной проблемой для многих стран. По данным МВФ, в 2025 году он приблизился к 94% мирового ВВП, а к 2029 году при нынешней траектории может достичь 100%.

Так кому мы должны сотни триллионов?

Банкам, фондам, государствам, компаниям, инвесторам — а через них во многих случаях обычным людям.

Мировой долг — это не счёт, который однажды придётся оплатить какой-то другой планете. Это огромная система взаимных обязательств, позволяющая перемещать капитал между людьми, странами и даже разными периодами времени.

И поэтому сама цифра в сотни триллионов долларов не говорит, что мировая экономика завтра рухнет. Гораздо важнее, кто именно занимает деньги, под какой процент, в какой валюте и способен ли он обслуживать свои обязательства.

Для обычного человека здесь тоже есть полезный вывод. Деньги на банковском счёте, облигации, валюта и другие активы существуют не в вакууме — за каждым из них стоит определённый банк, государство или финансовая система.

Поэтому устойчивость личных финансов строится не только на том, сколько денег удалось накопить, но и на том, насколько они диверсифицированы. Разные инструменты, валюты и банковские системы не устраняют риски полностью, зато уменьшают зависимость от одного звена этой огромной финансовой сети.

Зарубежный счёт и карта Finomenal могут быть одним из элементов такой инфраструктуры — дополнительным финансовым инструментом рядом с теми, которыми вы уже пользуетесь.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

А теперь проходит несколько десятилетий. Детей всё это время рождается мало, зато люди стали жить дольше. Вчерашние работники выходят на пенсию, а заменить их некому. Работающих становится условно 45, пенсионеров — 35.

И вот здесь демография превращается в экономическую проблему.

Почему людей становится меньше?

Самое простое объяснение — «молодёжь не хочет рожать». На самом деле за последние сто лет полностью изменилась сама экономика семьи.

Люди дольше учатся, позже начинают устойчивую карьеру и позже заводят детей. Женщины гораздо активнее участвуют в рынке труда, появилась возможность планировать семью, а жизнь в крупных городах стала значительно дороже. Квартира, детский сад, образование и медицина превращают каждого следующего ребёнка ещё и в серьёзное финансовое решение.

Одновременно изменилась роль детей. В аграрном обществе они довольно рано становились дополнительными рабочими руками семьи. Сегодня всё наоборот: родители инвестируют в ребёнка деньги и время на протяжении двадцати и более лет.

В результате с низкой рождаемостью столкнулась значительная часть развитого мира. В Евросоюзе в 2023 году на одну женщину приходилось в среднем около 1,38 ребёнка, тогда как для простого воспроизводства населения без миграции необходимо примерно 2,1.

У России своя демографическая история, дополнительно осложнённая провалами рождаемости прошлых десятилетий, но направление похожее: молодых поколений становится недостаточно, чтобы просто заменить старшие.

И быстро исправить ситуацию невозможно. Даже если завтра внезапно случится бэби-бум, родившиеся дети начнут полноценно работать и платить налоги только примерно через двадцать лет.

При этом мы ещё и стали дольше жить

И это важный момент: одна из главных причин старения населения — на самом деле отличная новость.

Медицина развивается, условия жизни улучшаются, многие заболевания перестали быть смертельным приговором. Человек может провести на пенсии двадцать и более лет.

Для самого человека это прекрасно. Для экономики возникает вопрос: кто будет финансировать эти дополнительные годы?

В начале 2000-х на одного жителя ЕС старше 65 лет приходилось примерно 3,7 человека в возрасте 20–64 лет. К 2024 году — уже около 2,7. Если тенденция сохранится, соотношение продолжит снижаться.

И здесь начинается довольно неприятная математика.

Кто будет платить пенсии?

Значительная часть пенсионной системы работает не так, что где-то сорок лет лежит отдельный мешок денег с вашей фамилией. Сегодняшние работники платят налоги и социальные взносы, из которых государство финансирует в том числе сегодняшних пенсионеров.

Пока работающих много, система чувствует себя относительно комфортно.

Но если раньше на одного пожилого человека условно приходилось четыре работника, а со временем осталось двое, вариантов немного: повышать пенсионный возраст, менять размер выплат, увеличивать налоги и взносы, привлекать мигрантов либо находить деньги в других частях бюджета.

Скорее всего, стареющим государствам придётся понемногу использовать всё сразу.

И здесь появляется неприятный конфликт поколений. Молодой человек сегодня финансирует существующую пенсионную систему, хотя совершенно не знает, какой будет эта система к моменту его собственной старости.

Поэтому демография касается не только нынешних пенсионеров. Она напрямую влияет на будущие налоги, зарплаты и государственные расходы тех, кому сейчас 20–40 лет.

Но проблема не только в пенсиях

Представим инженера, которому сегодня 63 года. Через несколько лет он заканчивает работать. Если на его место приходит молодой специалист, ничего страшного не произошло.

А если молодого специалиста просто нет?

Та же проблема возникает с врачами, строителями, водителями, учителями и десятками других профессий. Старение населения постепенно создаёт дефицит работников.

И тут начинаются интересные последствия. Работодателям приходится повышать зарплаты и конкурировать за людей, государства активнее привлекают мигрантов, людей старшего возраста стараются дольше удерживать на рынке труда, а бизнес получает ещё один мощный стимул автоматизировать всё, что возможно.

Робот в такой экономике нужен уже не только потому, что он дешевле человека. Иногда человека просто становится некем заменить.

Поэтому страны начинают конкурировать за людей

Европа уже частично компенсирует старение миграцией. Россия тоже привлекает большое количество работников, прежде всего из стран СНГ.

Но миграция не является бесконечным источником людей. Другие государства тоже стареют, а квалифицированный специалист сегодня способен выбирать, куда ему переехать.

И постепенно возникает совершенно новая мировая конкуренция.

Раньше государства боялись перенаселения. Теперь многим из них нужны молодые налогоплательщики, инженеры, врачи, предприниматели и программисты.

Страны начинают конкурировать не только за инвестиции и компании, но буквально за экономически активных людей.

А спасти всё могут роботы и ИИ

Есть ещё одна причина, почему превращение Европы или России в огромный дом престарелых вовсе не предопределено.

Для экономики важно не только количество работников, но и то, сколько способен произвести каждый из них.

Если раньше заводу требовалась тысяча сотрудников, а автоматизированному производству достаточно двухсот, уменьшение населения уже выглядит совершенно иначе. То же самое постепенно происходит с интеллектуальным трудом: программы и искусственный интеллект позволяют одному человеку выполнять работу, для которой раньше требовалась целая команда.

Поэтому главный вопрос будущего может звучать не «сколько работников останется на одного пенсионера?», а «сколько сможет производить один работник будущего?»

Если производительность будет быстро расти, стареющие общества смогут адаптироваться гораздо легче. Если нет — давление на налоги, пенсионный возраст и государственные бюджеты станет значительно сильнее.

Что всё это значит для нас?

Ни Россия, ни Европа завтра не останутся без работников, а пенсионные системы не исчезнут за одну ночь. Демографические изменения происходят медленно.

Скорее всего, мы будем замечать их постепенно: люди начнут позже выходить на пенсию, работодатели — активнее нанимать сотрудников старшего возраста, государства — бороться за мигрантов, бизнес — заменять людей технологиями, а налоговая система будет перестраиваться под новую возрастную структуру населения.

Но для человека, которому сегодня 20, 30 или 40 лет, из этой истории следует довольно простой вывод: рассчитывать, что через несколько десятилетий пенсионная система будет выглядеть точно так же, как сегодня, становится всё сложнее.

Поэтому собственные накопления, инвестиции и финансовая подушка постепенно превращаются не только в способ стать богаче, но и в страховку от будущих изменений правил.

И чем длиннее горизонт, тем разумнее не зависеть от одного инструмента, одной валюты и одной банковской системы. Зарубежный счёт и карта Finomenal могут стать ещё одной частью такой финансовой инфраструктуры — не вместо привычных банков, а в дополнение к ним.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

Представим довольно странный экономический эксперимент. Двум одинаковым странам предлагают выбрать, кого они хотят получить завтра утром: первая может привлечь одного миллиардера с состоянием в $1 млрд, а вторая — 10 000 квалифицированных специалистов, которые хорошо зарабатывают, платят налоги и собираются остаться надолго.

На первый взгляд ответ кажется очевидным: миллиард долларов есть миллиард долларов, и спорить здесь вроде бы не о чем. Но если посмотреть не на размер банковского счёта одного человека, а на то, что будет происходить с экономикой следующие десять-двадцать лет, выбор становится гораздо интереснее.

И это уже не совсем мысленный эксперимент. ОАЭ прямо называют привлечение инвесторов, предпринимателей и квалифицированных специалистов одной из целей своей программы Golden Residency, а Сингапур предоставляет постоянное резидентство крупным международным инвесторам через отдельную государственную программу.

1. Кто принесёт государству больше налогов?

Начнём с самого очевидного — денег.

Состояние миллиардера в $1 млрд вовсе не означает, что он ежегодно зарабатывает миллиард и платит с него налоги. Большая часть его состояния может находиться в акциях, недвижимости, долях компаний и других активах, а сам человек вполне способен тратить внутри новой страны лишь небольшую часть своего капитала.

Теперь возьмём 10.000 специалистов и предположим, что каждый из них зарабатывает в среднем $80 000 в год. Вместе это уже $800 млн нового дохода каждый год, с которого в зависимости от страны платятся налоги и социальные взносы, а оставшиеся деньги уходят на аренду жилья, рестораны, автомобили, образование детей, путешествия, спорт, медицину и обычные покупки.

Именно поэтому государству интересен не только размер капитала человека, но и его способность постоянно участвовать в экономике. Исследования OECD показывают, что вклад мигрантов в бюджет сильно зависит от их занятости и уровня дохода, а налоги и взносы работающих мигрантов в целом являются существенной частью их экономического эффекта для принимающих стран.

2. Зато один миллиардер может привезти с собой гораздо больше, чем чемодан денег

На втором раунде ситуация резко меняется, потому что состоятельный предприниматель редко существует отдельно от своего капитала.

Если человек просто покупает виллу за $20 млн, яхту и несколько автомобилей, экономика действительно получает дорогого потребителя. Но если вслед за владельцем капитала в страну переезжает его семейный офис, регистрируются компании, нанимаются сотрудники, открывается инвестиционный фонд и сотни миллионов начинают вкладываться в местные проекты, эффект совершенно другой.

Именно поэтому программы для состоятельных иностранцев обычно пытаются привлечь не богатого туриста, а капитал вместе с его владельцем. Например, сингапурская Global Investor Programme прямо рассчитана на предпринимателей и инвесторов, которые собираются развивать из Сингапура свой бизнес и инвестиционную деятельность.

3. Но 10.000 человек каждый день запускают маленький экономический двигатель

У армии специалистов есть другое преимущество: они постоянно тратят деньги внутри страны.

Им нужно где-то жить, поэтому они арендуют и покупают квартиры. Им нужны продукты, рестораны, машины, такси, спортзалы, стоматологи, школы и детские сады. Они покупают мебель, вызывают мастеров, путешествуют внутри страны и пользуются сотнями сервисов, о существовании которых миллиардер может вообще никогда не задумываться.

Если каждый из наших условных специалистов оставляет внутри страны хотя бы $30 000 в год, вместе это уже $300 млн ежегодного потребительского спроса. Эти деньги становятся выручкой других компаний, из которой выплачиваются зарплаты другим людям, которые затем снова идут в магазины, рестораны и сервисы.

Получается огромная цепочка, которая продолжает работать столько лет, сколько эти люди остаются в стране.

4. Правда, у этого есть неприятная обратная сторона

Если завтра в один город одновременно приезжают 10.000 хорошо зарабатывающих специалистов, им всем нужны квартиры. Для девелоперов, ресторанов и бизнеса это прекрасная новость, но для человека, который уже жил в этом городе и снимал жильё, ситуация выглядит несколько иначе.

Поэтому хороший специалист действительно приносит экономике деньги, но одновременно становится ещё одним человеком, которому эта экономика должна предоставить инфраструктуру.

5. А теперь представим, что прошло двадцать лет

Вот здесь, пожалуй, начинается самая интересная часть эксперимента.

Миллиардер приехал в страну уже с созданным состоянием, тогда как 10 000 специалистов приехали прежде всего со знаниями и способностью создавать что-то новое. За двадцать лет кто-то из них станет руководителем крупной компании, кто-то откроет ресторан, кто-то создаст технологический стартап, кто-то начнёт инвестировать, а несколько человек, возможно, сами станут миллионерами.

У них появятся семьи, недвижимость, компании, сотрудники и связи с местной экономикой. Они будут обучать других специалистов, создавать новые продукты и постепенно формировать вокруг себя следующую волну бизнеса.

Именно поэтому человеческий капитал невозможно корректно оценить только размером налога, который человек заплатил в первый год после переезда.

6. Так кто всё-таки победил?

Самое интересное заключается в том, что современные государства, похоже, вообще не хотят выбирать.

ОАЭ предлагают долгосрочное резидентство одновременно инвесторам, предпринимателям, учёным и квалифицированным специалистам; для инвестора предусмотрены одни критерии, для профессионала — совершенно другие.

В Абу-Даби, например, отдельная десятилетняя Golden Visa предусмотрена для квалифицированных специалистов в инженерии, IT, медицине, образовании, бизнесе и других областях при выполнении установленных требований.

Логика довольно простая: миллиардер приносит уже существующий капитал, специалист создаёт новый человеческий капитал, а предприниматель в идеальном сценарии объединяет и то и другое.

Поэтому одна из важнейших мировых гонок XXI века происходит вовсе не за нефть, землю или заводы. Страны начинают конкурировать за людей, которых они хотели бы видеть своими резидентами.

Вместо вывода

И, пожалуй, самое любопытное изменение заключается в том, что эта конкуренция работает в обе стороны. Государства выбирают, каких людей они хотят привлечь, но и сами люди всё чаще могут выбирать, где им жить, работать, открывать компанию, платить налоги и хранить заработанный капитал.

Ещё несколько десятилетий назад вся финансовая жизнь человека обычно помещалась внутри одной страны; сегодня работа может находиться в одной юрисдикции, бизнес во второй, инвестиции — в третьей, а жить семья может вообще в четвёртой.

Поэтому зарубежный банковский счёт и карта постепенно становятся частью той же инфраструктуры мобильности — не заменой основной финансовой системе, а ещё одним инструментом, который оставляет человеку больше вариантов, когда выбирать начинает уже он сам.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

На первый взгляд человечество только что решило одну из своих главных финансовых проблем. Миллионы семей больше не отдают часть зарплаты банкам, квартиры наконец принадлежат своим владельцам, никто не переживает из-за очередного платежа, а слово «проценты» можно постепенно забывать.

Для отдельно взятого человека всё действительно выглядит прекрасно. Но если подобное произойдёт одновременно со всеми, мировая экономика довольно быстро обнаружит, что кредит был для неё не только источником долгов, но и одним из механизмов, благодаря которым она вообще работает.

Для человека кредит это бремя, а для банка — актив

Когда мы смотрим на ипотеку в банковском приложении и видим остаток в несколько миллионов рублей, воспринимать эту цифру как что-то хорошее довольно сложно. Но у банка взгляд ровно противоположный: наша задолженность означает, что в течение следующих десяти, пятнадцати или двадцати лет он имеет право получать обратно выданные деньги вместе с процентами.

Именно поэтому кредиты являются важной частью банковских активов. Если завтра все заёмщики разом рассчитаются по своим обязательствам, банки получат огромный объём денег здесь и сейчас, но одновременно лишатся будущих процентных платежей, на которые рассчитывали в течение многих лет.

Само по себе это не уничтожит банки — погашение кредита означает, что деньги вернулись. Но теперь перед финансовой системой возникнет другой вопрос: кому их одолжить снова?

И вот здесь наш эксперимент становится намного интереснее.

Вместе с кредитами начнет исчезать и часть денег

Есть одна особенность современной банковской системы, о которой редко задумываешься, пока не начинаешь разбираться, откуда вообще берутся деньги.

Банк работает не совсем так, как обычно представляют: Вася положил миллион на вклад, банк взял именно этот миллион и передал его Пете в ипотеку. Когда коммерческий банк выдаёт новый кредит, одновременно с задолженностью заёмщика в банковской системе возникает новый депозит. Иными словами, кредитование фактически участвует в создании безналичных денег.

Допустим, вы берёте 10 миллионов рублей на квартиру. Банк создаёт кредит, продавец получает деньги на свой банковский счёт, а в экономике появляется соответствующий депозит. Когда основной долг постепенно возвращается банку, происходит обратный процесс: часть созданных таким образом банковских денег сокращается.

Поэтому, если представить, что все кредиты разом погасили, а новые больше никто не берёт, последствия окажутся гораздо масштабнее простой потери банковских процентов. Количество депозитных денег в экономике начнёт сокращаться, а вместе с ним может начать сжиматься и сама экономическая активность.

Первыми проблему заметят продавцы квартир и автомобилей

Большинство людей не покупает квартиру после того, как однажды утром обнаруживает на счёте свободные 15 миллионов рублей. Они покупают её потому, что банк позволяет превратить огромную стоимость жилья в понятный ежемесячный платёж на двадцать или тридцать лет.

То же самое, хотя и в меньшем масштабе, происходит с автомобилями, ремонтом, дорогой техникой, образованием и множеством других покупок.

Поэтому представим вторую часть нашего эксперимента: человечество не просто погасило старые кредиты, но и решило больше никогда не брать новые.

Человек, который вчера мог купить квартиру за 15 миллионов с первоначальным взносом в 3 миллиона, сегодня может потратить только те самые 3 миллиона. Автомобиль за 5 миллионов снова превращается из ежемесячного платежа в необходимость сначала накопить всю сумму.

Покупатели никуда не исчезли — исчезла их возможность тратить будущие деньги сегодня.

И спрос на множество дорогих товаров практически неизбежно начал бы падать.

Особенно сильно изменился бы рынок недвижимости

Представим город, где десять человек хотят купить квартиру за 10 миллионов рублей. У каждого есть два миллиона накоплений, а остальные восемь готов дать банк.

Для продавца существует десять потенциальных покупателей с бюджетом в 10 миллионов.

Теперь убираем ипотеку.

Люди остались теми же, зарплаты не изменились, квартиры никуда не делись — но покупателей с десятью миллионами больше нет. У каждого по-прежнему есть только два.

Это не означает, что квартира моментально подешевеет в пять раз, потому что часть покупателей располагает собственным капиталом, кто-то продаст другое жильё, а кто-то просто откажется от сделки. Однако общий платёжеспособный спрос станет значительно меньше, и продавцам придётся приспосабливаться к новой реальности.

Поэтому мир без ипотеки вполне мог бы сделать недвижимость дешевле. Правда, одновременно он мог бы серьёзно ударить по застройщикам, банкам, агентствам недвижимости, производителям стройматериалов, ремонтным компаниям и огромному количеству людей, чей заработок связан с этой индустрией.

Хотя обычные семьи сначала почувствовали бы огромное облегчение

Теперь посмотрим на ситуацию с другой стороны.

Представим семью, которая каждый месяц отдавала 80 тысяч рублей за ипотеку, 35 тысяч за автомобиль и ещё 15 тысяч по кредитной карте. После нашего чудесного утра у неё внезапно освободилось 130 тысяч рублей ежемесячного дохода.

Это очень много.

Эти деньги можно откладывать, инвестировать, тратить на путешествия, образование детей, рестораны или что угодно ещё. Для конкретной семьи отсутствие долгов действительно может означать огромный рост финансовой свободы.

Но если одновременно миллионы людей перестанут использовать кредиты для крупных покупок, экономика столкнётся с довольно странным эффектом: у населения станет меньше долгов, но вместе с этим может стать меньше потребления, продаж и инвестиций в тех отраслях, которые привыкли существовать за счёт кредитного спроса.

То, что является отличным финансовым решением для одного человека, не обязательно даёт такой же результат, если его одновременно принимают все.

А через некоторое время кто-нибудь снова попросит взаймы

Допустим, наш эксперимент удался. Все долги погашены, кредитных карт больше нет, ипотека исчезла, банки перестали выдавать займы, и человечество начинает новую финансовую жизнь с чистого листа.

Пройдёт совсем немного времени, прежде чем появится человек, который скажет: «У меня есть отличная идея для ресторана, но мне не хватает денег на оборудование».

Другой захочет купить квартиру сейчас, потому что копить на неё следующие пятнадцать лет ему совершенно не хочется.

Фермеру понадобятся деньги на новую технику до того, как он соберёт и продаст урожай. Предприниматель увидит возможность построить завод, который сможет окупиться через семь лет. Компания захочет открыть ещё десять магазинов, не дожидаясь, пока накопит на них из текущей прибыли.

И в этот момент кредит появится снова.

Потому что его главная функция заключается не в том, чтобы заставить людей жить в долг. Кредит позволяет перемещать деньги во времени: использовать часть будущих доходов сегодня, когда эти деньги могут быть полезнее.

Поэтому долг сам по себе не хороший и не плохой

Ипотека, которую семья спокойно выплачивает из своего дохода, и микрозайм, который человек берёт для погашения предыдущего микрозайма, формально являются долгом. Экономически между ними при этом огромная разница.

Компания может занять миллиард, построить производство, создать тысячу рабочих мест и за следующие двадцать лет заработать несколько миллиардов. А человек может взять сто тысяч на покупки, которые не мог себе позволить, и несколько лет отдавать проценты за вещи, которыми давно перестал пользоваться.

Проблема начинается не в момент появления долга, а тогда, когда обязательства становятся больше возможностей человека или бизнеса их обслуживать.

Так был бы мир без кредитов лучше?

Для многих людей жизнь без долгов действительно была бы спокойнее. Но экономика без возможности занимать деньги выглядела бы совсем не так привлекательно, как кажется на первый взгляд.

Нам пришлось бы значительно дольше копить на жильё, бизнес медленнее запускал бы новые проекты, компании осторожнее расширяли производство, а множество вещей, которые сегодня можно получить сразу и оплатить постепенно, снова пришлось бы откладывать на годы.

Именно поэтому кредит существует тысячи лет и, скорее всего, никуда не исчезнет. Он слишком полезен как инструмент, даже несмотря на все проблемы, которые способен создавать.

Финансовая устойчивость поэтому заключается скорее не в том, чтобы принципиально никогда никому ничего не быть должным, а в том, чтобы сохранять контроль над своими обязательствами, иметь резерв и не зависеть полностью от одного источника денег.

По той же причине имеет смысл постепенно расширять собственную финансовую инфраструктуру: хранить резерв в разных инструментах и валютах, а при необходимости иметь возможность пользоваться деньгами за пределами одной банковской системы.

Зарубежный счёт и карта Finomenal могут стать одним из таких дополнительных инструментов — не вместо привычного банка, а рядом с ним, оставляя ещё один вариант на случай, когда он понадобится.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!

В ближайшие десятилетия огромное количество недвижимости, акций, бизнеса и накоплений просто сменит владельцев, потому что поколение, которое создавало и покупало эти активы на протяжении последних сорока-пятидесяти лет, постепенно будет передавать их своим детям и внукам.

Экономисты уже называют этот процесс Великой передачей богатства — Great Wealth Transfer, и масштаб действительно соответствует названию.

По оценке Cerulli Associates, только в США до 2048 года из рук в руки может перейти около $124 трлн, из которых примерно $105 трлн достанутся наследникам, а ещё около $18 трлн уйдут на благотворительность. Почти $100 трлн при этом должны передать бэби-бумеры и более старшие поколения.

Откуда вообще взялись такие деньги?

Чтобы понять происходящее, достаточно посмотреть на то, чем владеет старшее поколение. Многие из этих людей покупали дома несколько десятилетий назад, годами пополняли пенсионные счета, инвестировали в фондовый рынок, создавали компании и просто оказались владельцами активов в период их колоссального роста.

Человеку совершенно необязательно было самому заработать несколько миллионов долларов, чтобы к старости стать миллионером.

Дом, купленный много лет назад за относительно скромные деньги, мог подорожать в несколько раз, инвестиционный портфель рос вместе с рынком, а небольшая компания за десятилетия превращалась в полноценный семейный бизнес.

Сегодня совокупное состояние американских домохозяйств уже составляет около $183 трлн, причём почти $49 трлн приходится только на собственное жильё, а почти $65 трлн — на акции, которыми семьи владеют напрямую или через различные фонды.

И теперь значительная часть этого огромного капитала постепенно начинает переходить следующему поколению.

Но триллионы поделят совсем не поровну

Именно здесь история становится намного интереснее, потому что Великая передача богатства вовсе не означает, что каждому миллениалу внезапно достанется дом и несколько сотен тысяч долларов на брокерском счёте.

Более половины всей прогнозируемой передачи капитала — около $62 трлн — должно прийти от обеспеченных и сверхобеспеченных семей, которые составляют всего около 2% американских домохозяйств.

Поэтому огромное наследство, скорее всего, не уменьшит существующий имущественный разрыв, а в некоторых случаях способно сделать его ещё заметнее.

Представьте двух людей тридцати лет. Они окончили похожие университеты, работают примерно на одинаковых должностях, получают сопоставимую зарплату и сегодня могут считать себя представителями одного и того же среднего класса. Но через пятнадцать лет один получает от родителей дом, инвестиционный портфель и долю в семейном бизнесе, а второй продолжает строить всё с нуля.

Их зарплаты по-прежнему могут отличаться совсем немного, но их финансовое положение уже будет несопоставимым.

Наследство становится новым стартовым капиталом

Самое интересное заключается в том, что влияние семейного капитала начинает проявляться задолго до того, как кто-либо получает наследство официально. Родители помогают внести первоначальный взнос за жильё, оплачивают образование, дают деньги на открытие бизнеса или просто позволяют ребёнку несколько лет спокойно строить карьеру, не думая о том, чем платить за квартиру в следующем месяце.

Свежая оценка Visa хорошо показывает этот эффект: среди американских миллениалов, которые уже владеют жильём, примерно каждый четвёртый получил помощь родителей с первоначальным взносом. Причём исследователи отмечают, что передача богатства происходит уже сейчас — старшее поколение всё чаще начинает делиться капиталом при жизни, а не оставляет всё исключительно в наследство.

Получается довольно необычная ситуация: два человека могут одинаково хорошо работать и одинаково разумно распоряжаться зарплатой, но один начинает строить капитал с нуля, а другой получает первые несколько ступенек лестницы от предыдущего поколения.

В России эта история будет выглядеть иначе

Российская модель семейного капитала исторически устроена по-другому. У нас гораздо реже встречаются огромные пенсионные и инвестиционные портфели американского типа, зато для многих семей главным активом остаётся недвижимость.

Поэтому российская версия Великой передачи богатства вполне может выглядеть гораздо прозаичнее: квартира родителей, бабушкина квартира, дача, земельный участок, автомобиль и накопления на банковском вкладе.

В Москве или Санкт-Петербурге даже одна квартира, приобретённая семьёй десятилетия назад, сегодня сама по себе может представлять серьёзный капитал.

И здесь работает тот же принцип: человек, которому достаётся недвижимость, начинает следующий этап жизни совсем с другой позиции, чем человек, которому приходится самостоятельно покупать квартиру и десятилетиями выплачивать ипотеку.

Получить состояние — ещё не значит его сохранить

Есть, впрочем, одна важная деталь, о которой легко забыть за разговорами о триллионах. Наследство само по себе не гарантирует богатства, потому что капитал можно не только получить, но и довольно быстро потерять.

Квартиру можно продать и постепенно потратить деньги, бизнес — развалить, инвестиционный портфель — превратить в набор случайных спекуляций. Поэтому настоящая разница между просто состоятельной семьёй и семьёй с капиталом на несколько поколений заключается не только в количестве денег, но и в способности сохранить систему, которая эти деньги создаёт.

Именно поэтому крупные состояния обычно состоят не из одного актива, а из целой конструкции: недвижимости, бизнеса, ценных бумаг, денежных резервов и других инструментов, распределённых так, чтобы неудача в одном месте не уничтожила всё остальное.

А что делать тем, кому наследство не достанется?

Наверное, это самый полезный вопрос во всей этой истории, потому что невозможно выбрать семью, в которой ты родился, зато вполне возможно решить, что останется после тебя.

Если одним людям стартовый капитал достанется от предыдущего поколения, остальным придётся стать тем самым первым поколением, которое его создаст. И речь совсем не обязательно идёт о миллионах долларов: сначала это может быть собственное жильё, небольшой инвестиционный портфель, доля в бизнесе, накопления или любой другой актив, который со временем перестаёт зависеть исключительно от количества отработанных часов.

В этом смысле Великая передача богатства — это не столько история о невероятно богатых американских наследниках, сколько напоминание о простой вещи: однажды почти всё, чем мы владеем, тоже станет чьим-то наследством.

Вместо вывода

В ближайшие десятилетия мир увидит одну из крупнейших передач частного капитала в современной истории, но гораздо интереснее самой цифры в $124 трлн то, как она изменит следующее поколение.

Для одних наследство станет квартирой, для других — инвестиционным портфелем или семейным бизнесом, а кому-то придётся начинать практически с чистого листа.

Поэтому строить собственный капитал имеет смысл задолго до того, как появятся действительно большие деньги, постепенно распределяя накопления между разными активами, валютами и финансовыми инструментами.

Одним из элементов такой системы может стать и зарубежный банковский счёт с картой — дополнительная финансовая инфраструктура в другой юрисдикции, которая позволяет не держать все возможности внутри одного банка и одной финансовой системы.

Выберите свою зарубежную карту в боте Finomenal со скидкой 5.000р!