Грохот капель о панораму небоскрёба, спрятавшегося в облаках города-миллионником, был единственным звуком, что разрывал застоявшуюся тишину «дома». Тишину прелую и затхлую, что в избытке своём, казалось, въелась в каждый угол чёрной плесенью, отравляя его жителей. Образно, естественно. Ни в углах, ни на стенах белоснежно-стерильных не было ни единого намёка на паразитирующий грибок.

ᅟ

Тогда от чего дышалось тебе так тяжко? От чего глаза слезились который месяц, стоило только наедине с собственными мыслями остаться? От чего так участились приступы удушья, когда в немом крике на пол мраморный падала, колени синяками украшая?

ᅟ

То ли споры в воздухе кружили, тело с сознанием отравляя, то ли виной всему Михаэль был. В те дни, когда вниманием своим тебя баловал, тренировку пропуская, дурные мысли в голову закрадывались, ведь ничего из того, что клетку грудную тебе раздирало изнутри – не чувствовал он. Грудь оголённая вздымалась и падала, когда вдыхал воздух с жадностью, откинувшись на диване гостиной, а на слова твои, что липким беспокойством пропитаны были, отвечал спокойно: «я запишу тебя к доктору, если ты так переживаешь, schatz», кончиком холодного носа по шее скользя. По шее, её изгибу, чтобы потом к ключице спуститься, аромат подаренного им парфюма смакуя.

ᅟ

Слишком сладкого для тебя. Пряная, почти удушливая сладость аромата, оседала на коже петлёй, плотно затягиваясь с каждым нажатием на дозатор. Но как же его любил Михаэль... Дурманил не по-детски всякий раз, когда слышал его на тебе — льнул к тебе зверем голодным, рыча в изгиб шеи да отметины оставляя от того, как сильно сжимал в руках своих.

ᅟ

«Как будто для тебя был создан», – как-то раз сказал он, покручивая в руке флакон в форме маленького красного яблочка. Что в виду имел и почему подумал так, расспрашивать тогда не стала – глаза закатила только, посмеиваясь.

ᅟ

Кайзер не был скуп на дорогие подарки, совсем нет. Реакции твои на роскошь, преподнесённую на белом блюдечке, от румяного смущения до чистого удивления – натуральный допинг его эго. То, что не мог сказать по-человечески, предпочитал показывать на действиях, и потому языком любви своей выбрал поступки с подарками. Украшения, поездки, «тряпьё» лучших брендов – всё, на что взгляд падал, по щелчку пальцев твоей собственностью оказывалось, за что ты в благодарностях рассыпалась, расцеловывая шею Кайзера, помадой пачкая чернильную розу.

ᅟ

Нравилось ему это чувство. Нравилось, как её бутон где-то за грудиной распускался пышным цветком, точно так же, как и пышущее жаром эго, что с каждым разом становилось всё выше и выше.

ᅟ

Сама того не осознавая, ты подкармливала его эгоизм, что брал над Кайзером верх всё чаще и чаще; что приносил победы и доселе невиданное величие. Баловала ты его любовью своей, купая в ласке и неподдельной признательности за жизнь в изобилии под его крылом, а тот лишь ярче расцветал, привыкая к тому, чего лишён был так долго.

ᅟ

Холил и лелеял тебя, оберегая ваши отношения от завистливых глаз внешнего мира. Никаких совместных публикаций, выходов в свет под прицелом папарацци – ничего из того, что могло бы раскрыть миру его главную слабость, что вскоре в нечто большее переросла... Как дракон, по сказаниям, сокровища свои прячет, так и Михаэль прятал тебя, закрывая от мира ладонью столь бережно, что сперва это казалось самой чистой и настоящей любовью. А как иначе подумать ты могла, когда обращался он к тебе, не иначе, как к хрупкой кукле? Пылинки сдувал по приходе домой, подарками осыпал, ими же и заваливая пути к отступлению – держал подле себя точно драгоценность, боясь из рук выпустить. И чем дольше думал об этом, тем чаще уязвлённая неуверенность в себе пробивалась сквозь толстый панцирь раздутого эго.

ᅟ

«Mein Liebling, тебе не нужно работать. Моих денег более, чем достаточно для нас двоих», — не мог ведь он сказать... Нет, признаться! Признаться в том, что боится, что там – за прутьями золотой клетки, – встретишь кого-то лучше.

ᅟ

«Не улетай к родителям, Schatz. Лучше останься дома, а в следующем месяце мы навестим их вместе», – с уст слетело так-же мягко, как и острие ножа по мягкому маслу скользит, когда на деле от одной лишь мысли о том, что так далеко будешь, неприятно сердце его сжимало. Он смог подняться без поддержки семейных уз, и тебе они ни к чему. Зачем тебе кто-то ещё, если у тебя уже есть он?

ᅟ

Нет-нет-нет, Кайзер не может допустить, чтобы кто-то извне – кто-то помимо него самого, – оказывал на твой разум влияние. Что, если кто-то раскроет тебе глаза на то, какой он есть на самом деле, а его рядом не будет, чтобы вовремя взор твой ладонью закрыть, оставив незрячей, чтобы полагалась лишь на него одного? Нет-нет-нет, не мог он позволить тебе увидеть в отражении за спиной изголодавшегося зверя, собственника до дрожи в руках жадного. Ему спокойнее будет, если всегда под рукой будешь; для отношений ваших так лучше будет.

ᅟ

И так, медленно, но уверенно, встречи с друзьями и близкими сошли на нет. Кормила ты их ложными обещаниями, которые же сама и проглатывала, наивно веря каждому слову Михаэля. Всё в следующий да следующий раз, потом да потом... Ростки только-только созревшего сомнения, срывал грубо, фокус внимания смещая на новый подарок, что льдинки в сердце тотчас растапливал, уголки губ в улыбке поднимая.

ᅟ

Все его слова впитывала, как губка, ими же и говоря с самой собой, когда делила одиночество в его апартаментах с тишиной.

ᅟ

«Он ведь любит меня. Хочет как лучше... Точно хочет как лучше! Не отказывает мне ни в чём, всегда радует...» – бормоча себе под нос, ты занимала себя мытьём посуды, уставившись в никуда. Думала об одном лишь нём, под разным углом рассматривая ваши отношения – всё идеально ведь, – пока кипяток руки не ошпарил, заставив воздух сквозь зубы стиснутые вобрать.

ᅟ

Той же ночью припухший ожог на руках твоих был осыпан дюжиной маленьких, кратких поцелуев, когда домой Кайзер вернулся. И сомнения об отношениях ваших вновь рассеялись. Так нежен был с тобой, зализывая раны, глаз с тебя не сводя... А как иначе мог он, когда по приходе домой, первым что в нос ударяло – запах домашней еды, тобой приготовленной. Когда вместо уличного холода в объятия его заключал родной человек, покорно дожидающийся его возвращение, точно верный пёс.

ᅟ

В детстве «дома» его никто не ждал. Блять, да то, где он жил, даже нельзя было домом назвать. Бетонная коробка с отцом-алкоголиком, колотящим его вместо груши. От того-то Михаэль и ухватился за тебя так крепко, познав контраст несмотря на то, что убеждал себя в том, что и без семьи вполне спокойно способен прожить. Значило ли это, что не считает вас семьёй?

ᅟ

«Не знаю», – ответил бы он в одностороннем интервью с самим собой, глядя на отражение зеркала в ванной. Но одно он знал точно — чувства его к тебе куда крепче любого швартового каната. Незримо натянутого вокруг тебя до того туго, что стоит шаг в сторону сделать — и сердце Кайзера штормом заходится, будто судно с якоря срывается.

ᅟ

Его любовь к тебе не имеет притворства, и начало своё берёт из самых недр его эгоистичного естества. Вот только как «правильно» контролировать её он совсем не знал. Повадки бездомного въелись под кожу слишком глубоко – ни дорогой одеждой, ни цацками не вывести, – и потому самое дорогое до белизны в костяшках сжимал, сам того не понимая, что больно делает...

ᅟ

Дом, канат или же парфюм – возможно всё вместе душило тебя в стенах чужой страны. А, может, удушьем твоим была любовь Михаэля. Хотелось, если не сорвать её с себя, так хотя бы хватку ослабить, вдохнув в лёгкие чуток свежего воздуха.

ᅟ

Только об этом и думала ты, судорожно сбрасывая в чемодан всё необходимое. Дрожащими руками в спешке рыскала по ящикам и шкафам в поисках документов, но тщетно всё. Там, где место им было, не было их – ни твоих, ни Михаэля, и от закравшихся паразитами мыслей сердце громкий удар пропустило, что, казалось, сотряс весь периметр. В ушах тонкий писк тут же разлился, перекрывая собой даже грохот дождя за панорамными окнами, и в моменте даже затхлого воздуха внезапно стало катастрофически мало. Горло предательски сжало — ни закричать, ни прошептать. Тошнота вязким комом к горлу подступила, когда вновь верхний ящик комода дёрнула резко, да так, что тот жалобно ударился о стопор.

ᅟ

— Нет-нет-нет-нет-нет...– лихорадочно бормотала ты, не обращая внимания на горячие слёзы, стекающие по щекам. Похолодевшими пальцами продолжала переворачивать вверх дном содержимое, отказываясь верить собственным глазам. Точно умалишенная, по несколько раз проверяла одни и те же места, в надежде найти ту единственную вещицу, которая поможет воздуха свежего вдохнуть.

ᅟ

Документов не было, сколько не ищи.

ᅟ

И словно в ответ на подступающую к горлу панику, где-то за входной дверью приглушённо запищал электронный замок. Звук этот, до боли знакомый и прежде почти незаметный, теперь прошёлся по каждому позвонку ледяной дрожью, заставив замереть посреди разгромленной спальни.

ᅟ

— Schatz, ich bin zuhause! – так спокойно и обыденно обозначил Кайзер, что вернулся домой, вырвав из тебя сдавленный всхлип.

ᅟ

Шелест пакетов из гостиной послышался: в неизменной традиции после тренировки сразу в пекарню твою излюбленную заехал. Глухой стук кроссовок о пол — и почти сразу тихое шуршание: поставил ровно на место, носками к стене. Следом послышалось, как с плеч ветровка соскользнула, ткань коротко мазнула по мебели, прежде чем на крючке оказаться. Где-то ключи звякнули. Дверца шкафа скрипнула. Каждый блядский звук раздавался в гробовой тишине дома так буднично и легко.

ᅟ

— Liebling? Я надеюсь, причина отсутствия твоих объятиях с порога вызвана каким-нибудь сюрпризом для меня, иначе я не могу объяснить почему ты не встреча... – шутливость в его голосе оборвалась на полуслове так же быстро, как руки до белизны в костяшках сжали пакеты в руках, увидев погром в гостиной, в эпицентре которого неподвижно ты сидела. Сгорбленно, с дрожью в теле и красными от слёз глазами.

ᅟ

— В чём дело? – бросив всё на пол, Кайзер рванул к тебе, присаживаясь рядом. И даже в таком положении он возвышался над твоей меньшей фигурой. Однако, если раньше это дарило ощущение защиты, сейчас всё было иначе. — Что стряслось? – беспокойство сверкало в голубых глазах неподдельно, когда, щёки мокрые обхватив ладонями, сканировал твоё лицо на присутствие любых повреждений.

ᅟ

— Михаэль, где мои документы?.. – превозмогая дрожь в голосе, спросила ты, переведя на него пустой взгляд, что сразу встретился с его встревоженным.

ᅟ

— Schatz, какие документы?.. – приглаживая взлохмаченные волосы и наскоро стирая слёзы с щёк твоих большими пальцами, говорил Михаэль спокойно. Голос его ровным и почти что мягким оставался ровным, вот только дыхание сбивалось едва заметно. — Что случилось? – Он будто не услышал вопроса твоего. Или просто не хотел слышать. Обеспокоенный взгляд метался по тебе лихорадочно: покрасневшие глаза, дрожащие руки, распахнутые ящики за спиной, разбросанные по полу вещи... — Ты можешь мне нормально отве...

ᅟ

— Кайзер, где мой паспорт?! — голос на крик сорвался, не выдержав.

ᅟ

Отмахнувшись от его рук, ты на ноги вскочила, в истерике опустошая содержимое каждого ящика и шкафчика, теперь уже на глазах у ошарашенного зрителя.

ᅟ

— Где он, м?! Все документы всегда здесь лежали! – Перед глазами плыло всё от слёз и паники, пока пальцы лихорадочно дёргали ящики один за другим, с грохотом вырывая их с направляющих. — Где мой паспорт, Михаэль?! Где он, блять?! Его нигде нет! – всхлип вырвался рвано, болезненно сдавив грудную клетку. — Это ведь ты его спрятал, м? – и «ты» твоё почти истерикой захлебнулось, с уст сорвавшись.

ᅟ

— Давай спокойно поговорим... — поднимаясь с места, Михаэль медленно поднял руки в примирительном жесте и так же медленно двинулся к тебе, будто боялся спугнуть. — Зачем тебе паспорт, Schatz? – едва слышно выдохнул он, делая шаг ближе. — Куда ты собралась?

ᅟ

— Просто ответить мне, где он! — громко рыдая, кричала ты ему в лицо. Горло саднило так, словно изнутри его наждаком тёрли. — Где мой паспорт, Кайзер! Мне просто нужно уехать!.. – дрожащими губами повторила ты, хватаясь за край комода побелевшими пальцами, будто без этой опоры рухнешь тотчас. — Ненадолго!.. Совсем ненадолго, Михья... Пожалуйста, хоть на чуточку... – точно молитву, повторяла ты, навзрыд рыдая в ладони, когда по стенке вниз сползла, забившись в угол раненым зверем.

ᅟ

Ещё ни разу Кайзер не видел тебя такой, и от зрелища этого в груди его защемило больно. Всё, что годами заталкивал поглубже, пряча за привычной ухмылкой, вдруг наживую изнутри вспороло одним-единственным твоим «мне просто нужно уехать». Холодом руки пробило, в груди сдавило так, что стало трудно даже вдохнуть. А когда ты, всем телом дрожа, вновь на тихое «пожалуйста» сорвалась, глаза его защипало от почти животного ужаса, который наконец обрёл свою форму.

ᅟ

— Mein Liebling... – едва слышно прошептал он, опускаясь на колени подле. Руки дрогнули едва заметно, прежде чем он вновь потянулся к тебе — уже осторожнее, почти невесомо касаясь мокрых щёк. — Прошу, не плачь. Я всё сделаю, всё куплю, всё, что захочешь, только прошу не плачь, – причитал он с дрожью в голосе тебе в макушку, заключив в объятия сгорбленное тельце, что содрогалось с каждым надрывистым всхлипом. По голове гладил лихорадочно, надеясь, что успокоить сможет, да покачивал медленно из стороны в сторону, как дитя в колыбели. — Что-то с родителями стряслось? Деньги не проблема, я всё решу, Schatz. Завтра же полетим к ним, если нужно, только прошу, не плачь.

ᅟ

Для Кайзера это было единственным объяснением, которое вообще укладывалось в голове. Что-то случилось с семьёй, так ведь? Кто-то заболел или попал в неприятности, что требовали твоего присутствия или помощи — что угодно, лишь бы не та правда, которая так упрямо царапалась где-то под рёбрами. Не могла ведь ты вот так бежать от него, верно?

ᅟ

— У тебя просто нервный срыв, Mein Liebling, – гладя щёки заплаканные, успокаивал он то ли тебя, то ли самого себя. — Завтра всё будет хорошо. Всё точно будет хорошо...

ᅟ

Ни на секунду он не прекращал своих движений, доведённых до судорожного автоматизма. То по волосам проходился медленно, распутывая спутанные пряди кончиками пальцев, то ладонью скользил вдоль остро выступающих позвонков, пока надрывные всхлипы твои не стали тише и реже, оставляя после себя лишь болезненную дрожь в теле да жжение в сорванном горле. В полупустой прострации не различала ты ни слов его, ни поглаживаний – только медленные покачивания, до жути напоминающие убаюкивающие движения заботливого родителя. И, возможно, именно они тело твоё свинцовой тяжестью набили, заставив обмякнуть в руках, шипами колючими украшенными.

ᅟ

Лишь только когда дрожь на нет сошла, а дыхание рваное, наконец, выровнялось, Кайзер поднялся вместе с тобой на руках, шагая прямиком в спальню. К груди своей притянул, вдыхая до ломки родной аромат парфюма, пока пустой, замыленный непролитыми слезами взгляд был прикован к огням берлинских высоток за панорамным окном.

ᅟ

В полумраке спальни долго еще взгляд его блуждал по заплаканному лицу, задерживаясь на припухших веках и влажных дорожках слёз, пока тяжесть больно сжимающегося сердца не стала невыносимой. Но даже тогда Михаэль так и не понял, что всё это время причиной твоего удушья был именно он.

Приторно-сладкий запах женских духов впился в ноздри так же резко, как ярко-красные вывески в глаза, стоило только высокому господину в дорогих шелках перешагнуть порог дома. Девичий хохот и перешёптывания тут же стихли – каждая из них замерла, будто по команде, натянув дежурную улыбку при виде гостя, которого за последнее время видели чаще собственного отражения в трезвом виде, – одна лишь музыка тихонько поигрывала где-то на заднем плане вместе с мелодичным звоном покачивающихся занавесок из алых бусин. Просторный холл, точно сердце пчелиного гнезда, скользкие бархатные диванчики и кричаще тесные одежды на дамах – как на живых, так и на тех, что навечно застыли на полотнах в каждой из сот-комнатушек этого грязного улья, — каждая деталь этого дома липла ко взгляду. Одни и те же лица, одни и те же краски – приелось всё настолько, ни отодрать, ни сплюнуть.
ᅟ

Слова встречающей до скрежета зубов наизусть заучены – от голоса наиграно-приветливого воротило пуще чем от парфюма, витающего в воздухе густой, вязкой тучей.

ᅟ

— Добрый день, господин Зенин! – Не удостоилось и взглядом Наои. Глаза закатил только, всем видом показывая, как безразличны ему все присутствующие, тогда как на деле в толпе выискивал до дрожи в руках уже родное лицо. — У нас есть новенькие девочки, господин! Идеально подойдут под ваш типаж, может попробуете? Не сомневайтесь, они обслужат вас по высше…

ᅟ

— Говорил же, что не интересует, – рявкнул грубо, не дав договорить, тоном, не терпящим обсуждений. Не обращая никакого внимание на просьбы хозяйки «подождать минутку», он ускорившимся шагом пошёл уже по протоптанной на красном паласе дорожкой, желая только одного.

ᅟ

Выгравированные цифры на золотистых табличках дверей протяжного коридора расплывались в глубоком изумруде глаз Зенина. Ему не нужно было осматриваться по сторонам, чтобы прийти к нужной. Закрой ему глаза – он бы с лёгкостью нашёл её. В помещении, пропитанном десятком разных парфюмов, смог бы уловить шлейф одного твоего, что ошейником вокруг шеи сомкнулся. Ошейником, что затягивался всё сильнее, с каждым шагом, чем ближе он подходил к давно знакомой двери.

ᅟ

Стучать не стал даже – с сердцем клокочущим так резко за ручку дёрнул, будто вырвать хотел, дверь перед собой распахивая.

ᅟ

— Господин?.. – тоном одновременно удивлённым и перепуганным от столь неожиданного визита, вымолвила ты, тут же обернувшись к нему. — Обычно вы приходите по выходным… Непривычно видеть вас в будний день, так ещё и так рано, – зная его не первый месяц, ты могла позволить себе смешок в его сторону, кошкой подкрадываясь к нему, дистанцию сокращая. Как и ухмылку самодовольную натянуть могла, крем по рукам не спеша растирая.

ᅟ

На теле одна лишь юката чёрного цвета, расписанная золотыми нитями. Есть ли под ней бельё – Наоя не знал, но прожигал изгибы твоего тела так, будто хотел избавиться от ненужной вещицы в ту же секунду. Взгляда горделивого не скрывал, коим смерил тебя снизу-вверх: на грудь, что выглядывала из-за юкаты, на чётко очерченные ключицы, усыпанные едва заметными блёстками, на лисьи глазки, без толики стеснения вглядывающиеся в его собственные. Обращалась к нему ты почтительно, когда на деле ни грамма уважения в словах твоих не было, о чем Зенин знал прекрасно.

ᅟ

Для человека, что женщин ни во что не ставил, говоря, чтобы те держались на три шага позади, он позволял тебе слишком много.

ᅟ

— Что, не рада мне? – хмыкнул Наоя, цепляя твой подбородок пальцами, чтобы вверх вздёрнуть, упиваясь своим превосходством в росте.

ᅟ
— Как могу я, господин? – сиюминутно выпалила ты, ресницами хлопая да ладонью прижимаясь к его груди ласково так. В словах твоих ни толики правды, но как же сладко с уст твоих они срывались каждый раз… Без раздумий отвечала на любой вопрос Зенина – так умело и правдиво, что порой дыхание его замирало невольно.

ᅟ
Удивительно, какой эффект ты на него оказывала, раз фасаду своему он позволил пасть, и сам на колени пред тобой падая в моменты переполняющих эмоций. Слишком много чувствовал Зенин, имея столь маленькое сердце и до безобразия раздутое эго. Прижимался лицом к бёдрам, обвивая их крепко-накрепко, пока ты рукой по волосам поглаживала, точно мать понурое чадо. Каким бы холодным он не старался казаться, с тобой он жалким был. Маленьким и уязвимым, ищущим обычной человеческой ласки, в которой боялся другим признаться. Заплатить за неё шлюхе из публичного дома было для него гораздо проще, чем вслух высказать о чувствах собственной матери, вывалив на неё всё то, что так тревожит его.

ᅟ

В красной комнате без окон Наоя Зенин раскрепощался и каялся, позволяя слезам и поту смыть с себя грязь пережитых дней.

ᅟ

— Что заставило вас прийти ко мне так неожиданно? Не похоже на вас, мой господин… – ты промурчала ему сладко, завидев напряжение в плечах. — Тяжёлый день? – и сразу после рукой скользнула по ним, надавливая на застоявшиеся узлы в его мышцах, от чего зашипел тот.

ᅟ

— Не твоего ума дело… – Но несмотря на ответ грубый, Наоя подался вперёд. Сгорбился и в плечо твоё лбом обессиленно уткнулся, тяжело вздыхая.

ᅟ

— Разумеется, мой господин.

ᅟ

Не говоря больше ни слова, Зенин окольцевал твою талию в сильной хватке и толкнул на кровать вместе с собой, припечатывая твоё тело весом своим. Уткнулся носом в изгиб шеи, жадно воздух втянул и глаза прикрыл, тихим, не терпящим препираний, тоном бормоча: «Продолжай».

ᅟ

Он не хотел жалости от тебя – о нет, только не от шлюхи, – даже когда всё его прогнившее естество вопило об этом, рассыпая дрожь по изнеможенному телу. Но почему-то именно к тебе он возвращался раз за разом. Почему-то именно тебя он «выкупил» у хозяйки, приказав, что будет твоим единственным клиентом, не терпя и мысли, чтобы кто-то ещё прикасался к его собственности. Омерзительно было бы ему сейчас от осознания, что руками, которыми сейчас так ласково поглаживаешь его по голове, ты часом ранее касалась других мужчин.

ᅟ

И тебя это устраивало.

ᅟ
Поначалу ход его мыслей понять было сложно – клиент капризный сам не знал чего хочет, от того и кусался озлобленно щенком неприрученным в моменты, когда нагибал тебя сзади. Отметинами осыпал спину и плечи, сколько бы не говорила, что запрещено это домом, что тем самым «товарный вид» портит. Всё это он через уши пропускал, лишь сильнее зубами вонзаясь в податливую плоть. Мял её в руках, точно мягкую глину, оставляя синяки на бёдрах, ногах и талии. Демонстрировал свою власть, наплевав на правила, пока жгучая пощёчина не прошлась по его лицу, заставив замереть на месте, будто отчитанного мамой мальчишку.

ᅟ
Но даже родная мать, и уж тем более отец не смели вот так руки свои распускать, даже когда те до боли чесались!

ᅟ

Ужалила ты баловня клана, не побоясь силу применить – и это задело его куда сильнее, чем он готов был признать. Тотчас в ответ ударить захотел, отвесив пощёчину жгучую, но то, как «достоинство» его дёрнулось от блядского жжения, заставило замереть невольно. Тело Зенина отреагировало совсем не так как должно было: теперь щеки горели отнюдь не от пощёчины твоей, а возбуждения, что расплылось подлым румянцем по его лицу, захватив кончики ушей. Губу стыдливо закусил, молча смеря взглядом то, как медленно меняется выражение твоего лица…

ᅟ

Омерзение, вызванное его укусами, вскоре сменилось ликованием, и выглядела ты так, будто узнала наконец то, что никогда не должна была.

ᅟ
— Неужели молодого господина заводит подобное унижение? Не по статусу как-то…

ᅟ

Но на вопрос он твой не ответил. Рявкнул лишь грубое «закрой свою пасть!», в спешке натягивая одежду, а после, громко дверью хлопнув, из виду скрылся под твой заливной смех, что эхом разбивался в коридорах его треснувшего самолюбия.

ᅟ

И если честно, думалось тебе, что после этого не придёт Зенин больше, но через месяц вновь в соту твою постучал с таким видом, будто должна ему. Ни намёка во взгляде на пережитое унижение – надменность лишь, да и только! Слова сказать не дал, впился грубо в губы твои, одной рукой за шею хватая, другой – за волосы, неподвижно на месте фиксируя, точно куколку.

ᅟ

— Я плачý – ты исполняешь, уяснила? – грубо потянув за корни, Наоя заставил тебя посмотреть ему прямо в глаза, не сводя взгляда, пока рычал в лицо. — Если я захочу поговорить, я найду кого-то поумнее бордельной шлюхи, я ясно выразился?

ᅟ
В ту ночь отчаянием движимый, молодого господина до дрожи в теле переполняло постыдное желание быть ведомым. Хотя бы раз позволить себе слабость, поддавшись тому, что и вправду по статусу его было низко…

ᅟ

Оседлать себя дал, бразды правления отдав в твои ручки, что коготками в грудь широкую вцепились – намеренно царапала, желая отплатить его же методами. А Наоя всё шипел да стонал, до белизны в костяшках сжимая твою плоть в руках, когда движения замедлялись в до боли мучительном темпе. Скалился щенок – сторона породистого гордеца до сих пор сопротивление оказывала, не до конца приняв тот факт, что другая – та, что так долго томилась за фасадом высокомерия, ожидая момента, когда дурной характер усмирит кто-нибудь. Шлепки, пощёчины и укусы – всё принимал, тихонько рыча сквозь сжатые зубы. Продолжал делать вид, что находится во власти, будто держит контроль в своих руках так же крепко, как сжимал простыни под собой, задыхаясь от ощущения, как твои губы скользят по его груди. Но когда сомкнулись вокруг сосков, слюной вязкой пачкая их, дыхание Зенина напрочь спёрло, заставив голову в переполняющем экстазе откинуть, в спине выгибаясь.

ᅟ

— Вам нравится, молодой господин? – лисицей хитрой проворковала ты, низким тембром рассыпая мурашки по мужским ореолам.

ᅟ

— З-закрой рот! – сплюнул Наоя с придыханием, раскрасневшееся лицо рукой прикрывая точно в раздражении.

ᅟ
— Как скажете.

ᅟ

Закрыть рот, сомкнув зубы вокруг его соска – совсем не то, что он имел ввиду, но именно это подарило ему самый яркий оргазм!

ᅟ
Щенок заскулил так отчаянно и громко, что слёзы с глаз его хлынули, горячими дорожками щёки увлажняя. Так жалко, но так очаровательно выглядел он, когда пасти не раскрывал, что внизу живота тянуть начинало приятно. Видеть Наою заплаканным приносило тебе неподдельное удовольствие – то, которое впервые за долгое время не нужно было имитировать, как это было с другими.

ᅟ

Стенки сжимались сильнее и чаще, к пику приближалась всё ближе, и в порыве вдруг захотелось слёзы его слизать, переживая момент собственного оргазма лицом к лицу с Зенином… С тем самым, что за стенами борделя – в мире патриархальных устоев, – славился своей брызжущей мизогинией.

ᅟ

Здесь же – в вечном гуле улья, – Наоя Зенин был самым обычным мужчиной, который по окончанию жаждал женской ласки так же сильно, как младенец тепла матери. Сжимал твоё мокрое от пота тело в своих руках и лицом в грудь зарывался, оставаясь неподвижным, пока дыхание в норму не придёт. Засыпал ни раз под ощущение, как с волосами влажными играешь, ноготками проходясь по скальпу. А по пробуждению, от груди твоей отпрянув, вставал так, будто ничего и не было: молча, не пророня ни слова о том, что даже вслух стыдился сказать.

ᅟ
Однако были и такие дни, когда в сексе он не нуждался. Например, как сегодня. Приходил лишь за тем, чтобы уткнуться лицом в твои бёдра и, вдохнув запах, что намертво въелся в его ноздри – ни одним другим не перебить, – выговориться, браня всё и всех, на чём свет стоит. Ругался яро так, щекой прижавшись к твоим ногам, в то время как руками обвивал их, точно подушку…

ᅟ
— …ублюдки тупоголовые, – бормотал Наоя, большим пальцем круги вырисовывая на нежной коже. — Узколобые, недалёкие приматы, которые ни черта не смыслят в политике клана!.. Ещё и этот сукин сын появился! Откуда он, блять, вообще высрался, а?! Уёбки… Все уёбки, – всё возмущался и возмущался он, хмуря брови. — Я ведь прав?! — приподнявшись на локтях, Зенин поднял голову, выжидающе глядя на тебя. Во взгляде и тоне его не было ни намёка на вариант – он четко знал, что хочет услышать.

ᅟ

Как и ты знала об этом.

ᅟ

— Вы всегда правы, мой господин… – проворковав ласково, ты продолжила гладить его по волосам, когда Наоя лёг обратно, бормоча себе под нос:

ᅟ

— То-то же! Еще бы я был не прав…

ᅟ

Было ли это привязанностью к шлюхе, в которой молодой господин искал утешения или животной похотью – он не знал, но каждый раз возвращался к тебе, находя в твоей маленькой комнатушке больше комфорта, чем во всём семейном поместье.

— Занятия окончены, мои юные таланты. С группой конкурсантов встречаемся на площадке по расписанию, все остальные могут быть свободны! И никаких опозданий!

ᅟ

Студенты факультета актёрского мастерства, словно рой пчёлок, оживлённо загудели, стоило паре подойти к концу. И хотя лекции под руководством Мистера Реки никогда нельзя было назвать нудными – наоборот, ребята с других потоков просто мечтали попасть на них, – всё же запах свободы и неусидчивость в силу юного возраста, брали над ними верх. Просторная аудитория, наполненная холодным светом подвесных ламп и высокие парты, ярусами возвышающиеся, точно ряды кресел в кинотеатре, добавляли помещению атмосферу особенного уюта, пропитанного присутствием эксцентричного преподавателя. Его поведение, манера речи, подача материала – всё в нём завораживало не только девушек, но и парней, мечтавших стать такими же выдающимися мастерами своего ремесла, как он.

ᅟ

Тянущихся к знаниям, как мотыльков к свету софит, он горячо ценил, а тех, кто приходил на его лекции лишь для того, чтобы на знаменитого кинорежиссёра поглазеть, совершенно не вникая в его учения, выгонял, не терпя никаких оправданий. Однажды проявив своё неуважение, ученик перманентно попадал в черный список Реки, без права возможности на разжалование.

ᅟ

Вот таким он был: требовательным, временами строгим и в меру дотошным. В его планах не было набрать как можно больше учеников, нет, ему хватило небольшой группы, которая бы беспрекословно следовала его указаниям, питая неподдельное уважение и искреннее стремление к знаниям. Это всё, что нужно было Мистеру Реке.

ᅟ

Студенты разбежались кто куда: кто по домам, кто на пары. В считанные минуты аудитория, мгновением назад кишащая молодыми творцами, на половину опустела, не успела ты и голову поднять, чтобы проводить взглядом преподавателя. Наспех записав домашнее задание, выцарапанное на доске беспорядочным почерком, ты выбежала из аудитории, закидывая сумку на плечо.

ᅟ

— Мистер Река! Мистер Река, подождите, пожалуйста! – кричала ты, догоняя мужчину сквозь толпу студентов, заполонивших коридоры академии.

ᅟ

Услышав твой голос, мужчина остановился, кинув взгляд через плечо. Густые тёмные брови приподнялись, украсив лоб мимическими морщинками, а уголки губ изогнулись в ленивой улыбке. Ты бежала за ним, как щенок за своим хозяином, то и дело махая рукой, чтобы привлечь его внимание.

ᅟ

— Мистер Река, погодите! – запыханно прощебетала ты, уперевшись ладонями в колени, чтобы восстановить дыхание, как только оказалась в шаге от преподавателя.

ᅟ

— В чём дело, звезда моя? – обратился он к тебе, слегка нагнувшись.

ᅟ

«Звезда моя»… Прозвище, что, слетавшее с уст Реки, звучало так мелодично и завораживающе, разливаясь благоговейным трепетом в груди каждый раз… Прозвище – заслуженное кровью и пóтом…

ᅟ

Ещё до поступления в академию твоей мечтой было работать под началом Господина Реки – известного режиссёра, знаменитого своими кинокартинами не только на Пенаконии, но и далеко за её пределами. Его фильмы оставили глубокий след в твоей жизни, крепко-накрепко запечатлев любовь к жанру ужасов. Всё в них, начиная от идеально подобранного каста и гениального сценария, до спецэффектов и музыкального сопровождения, вводило в восторг, оставляя за просмотром ураган из чувств, требующих дальнейшего размышления.

ᅟ

И когда в стенах учебного заведения разнеслись слухи о возможном пополнении учительского состава в лице Реки, ты приложила все силы для того, чтобы стать лучшей; чтобы Он заметил тебя!

ᅟ

Бредя одним лишь им, ты с головой окунулась в учёбу, совершенно позабыв о счёте времени. Бессонные ночи, проведённые за учебниками, высосали из молодого цветка все соки лишь для того, чтобы потом он, пробившись сквозь толстый слой земли, вновь расцвел – ровно тогда, когда порог академии переступила нога того, чье имя вызывало в сердце весенний трепет, преисполненный чистым уважением и обожанием. Получив письмо о том, что отборочный конкурс, который извёл тебя до предела, был пройден, вечная полночь Пенаконии вдруг сменилась ярким солнцем.

ᅟ

Благословение Треокой Гаятры, удача, мечта, превратившаяся в сладкую грёзу – ты не знала, что из этого шло с тобой рука об руку, но расставаться с подарком судьбы ты точно не собиралась, крепко ухватив за невидимое запястье. Учёба больше не казалась чем-то тягостным, только не с Мистером Рекой! Каким бы твой день ни был, на его лекциях все невзгоды исчезали, как по хлопку нумератора!

ᅟ

— Мистер Река, можно я немного опоздаю на съёмку? – как можно увереннее постаралась выдавить ты, глядя преподавателю прямо в глаза. — Я знаю, вы не терпите опозданий, но мне правда очень нужно задержаться…

ᅟ

— И что же тебя так займёт? – вздёрнутая в чистом удивлении бровь сопроводила вопрос, ведь на его памяти не было ни единого случая, чтобы любимая ученица посмела опоздать. Что-то – что-то схожее с едва уловимым запахом любопытства, смешавшимся со смердящим чувством ревности, – забурлило внутри него, разогрев неподдельный интерес.

ᅟ

Что или кто могло быть важнее репетиции с ним?

ᅟ

— Родители сегодня прибыли на Пенаконию, буквально на парочку часов, чтобы со мной повидаться. Если я не встречусь с ними через пол часа и не уделю им немного времени, боюсь, увижу их только через полгода. – Взгляд Реки ни на секунду не покидал твоих черт. С непоколебимым выражением лица он внимательно разглядывал каждую родинку и каждый изъян – так, как человек, долго выискивающий смысл в картинах галерей. — Дайте мне буквально сорок минут, прошу вас! Я приеду на съёмку уже в наряде и с макияжем, чтобы не занимать ещё больше времени у гримёров!

ᅟ

Несколько секунд Река молчал, не сводя с тебя взгляда.

ᅟ

Некогда заинтересованный блеск в мгновение ока сменился скучающей матовой пеленой, от чего сердце неприятно сжалось. Неужто ответ твой его разочаровал? Ладошки вспотели, а дыхание перехватило. За целый год обучения под началом Мистера Реки ещё ни разу не удалось понять ход его мыслей; что он чувствует и о чем думает. Порой, выражение его лица напрочь не соответствовало окружающей атмосферы, чем он, безусловно, притягивал.

ᅟ

— Моя юная, юная звезда, – на выдохе произнёс он и наклонился к твоему уху. Горячее дыхание опалило чувствительную кожу и тело вмиг замерло в ожидании ответа, каким бы он ни был. — Никому не говори о своих привилегиях, не то подумают глупость. – В серьёзности тона просачивалась присущая ему игривость, но всё же первое всегда перевешивало, не давая тебе ни на секунду расслабиться. Неприлично короткая дистанция меж вами, что позволила тебе почувствовать пьянящий запах мускуса и табака, исходящий от его костюма, вновь растянулась на расстояние вытянутой руку и невольно спёртое дыхание вновь пришло в норму.

ᅟ

Сама того не заметив, ты затаила его, не смея шелохнуться.

ᅟ

— Это значит «да»?... – сомневаясь в том, правильно ли трактован ответ Реки, уточнила ты, растерянно хлопая ресницами.

ᅟ

— Ну конечно да! – выпалил он, и, не знай ты его, точно подумала, что мистер Река раздражён. — А теперь быстренько беги отсюда. Schneller, schneller, schneller!!! – каждое произнесённое им слово сопровождалось громкими хлопками в ладоши, будто он подгонял тебя в их такт невидимого танца.

ᅟ

— Спасибо вам большое! – на радостях прокричала ты и, сверкая пятками, побежала к выходу из академии, сопровождаемая прожигающим, и одновременно леденящим душу, взглядом красных глаз.

ᅟ

Потеряв тебя из виду, с едва заметной улыбкой он вынул из кармана телефон и зашёл в беседу конкурсантов, чтобы написать следующее: «Репетиция переносится на час позже. Те, кто опоздают, могут больше вообще не приходить в академию.» Пробежав ещё раз по тексту, Река хмыкнул, явно довольный своим сообщением и представлением того, как участники заявятся на съёмочную площадку раньше назначенного времени, боясь ненароком опоздать даже на минуту. Чат пролистал немного, отвечая на сообщения юных дарований, а после, последний раз взглянув на фотографию в твоём профиле, убрал телефон, довольно шагая в свой кабинет.

ᅟ

Лучезарная улыбка во все тридцать два и прищуренные в радости глазки-бусины виднелись в маленьком кружочке твоего профиля. Фотография была сделана в начале второго курса – когда Мистер Река взял вашу группу под своё крыло. В тот день вы все вместе решили сделать фото на память, по обе стороны окружив преподавателя, что стоял в самом центре. Девочки – слева, мальчики – справа. Стоя ближе всех к Мистеру Реке, было сложно скрыть волнение и счастье, что так и озаряло весь твой лик изнутри. Ещё в тот миг, толком не зная тебя, он отметил для себя, что ты сияешь словно звезда...

ᅟ

И чем упорнее ты трудилась, внимая каждому его наставлению, тем ярче светилась, слыша похвалу преподавателя, кумира и идола, чьим заложником мыслей была, слепо внемля каждому его слову. Впитывала их в себя как губка; сама того не замечая, лепила из себя человека, коим совсем не была, потихоньку теряясь в горячо любимом кумире.

ᅟ

С таким наставником тебя и вправду ожидало блестящее будущее…

ᅟ

«Мам, пап, этот фильм будет просто незабываемым! Вы точно будете мной гордиться!» - лепетала ты родителям одушевлённо, всё поглядывая и поглядывая на время, боясь вдруг подорвать доверие преподавателя случайным опозданием. На деле – с ними, в мыслях же – на съёмочной площадке, про себя повторяя уже заученный наизусть сценарий.

ᅟ

Перед вашей группой была лишь одна задача – снять короткометражку, которая подарит первое место на конкурсе «Искусства короткого метра», что состоится уже в следующем месяце во главе Пенаконийской академии Оригами. Оплошать перед сотней тысяч присутствующих и зрителей по ту сторону прямого эфира, или же разочаровать наставника – вы бы предпочли сразу отчислиться и потеряться в галактике, только бы не встречаться с Рекой в гневе. Позор перед общественностью был не так страшен, как он, хотя никто ни разу не видел профессора разъярённым. За вами была идея и качественно выполненная работа, в то время как все финансовые траты он брал на себя. «Искусство – это не то, над чем нужно скупиться» - говорил Мистер Река, расхаживая по площадке с гордо вздёрнутым подбородком. Активно жестикулировал, в красках вбивая в юные умы, что лишь выложившись на максимум и отдав всего себя кинематографу, ты сможешь добиться хотя бы чего-то. Никто и слова не смел вставить во время его тирады, все слушали послушно, задавая свои вопросы лишь только после окончания его эмоционального монолога.

ᅟ

— Выбросьте тривиальность из своих голов в помойное ведро и покажите мне новизну! Выйдите за рамки привычного! Создайте то, о чём многие боятся даже подумать! Удивите, шокируйте! Лишите зрителя дара речи, оставив после себя послевкусие, которое он никогда не сможет забыть!

ᅟ

Казалось, будто рой мух заполонил гримёрную и площадку – так оживлённо гудели все причастные к съёмке. У всех были свои заботы: кто-то свет настраивал, кто-то аппаратуру проверял перед финальной сценой на исправность, а кто-то носился с реквизитами, расставляя их на декорациях согласно деталям сценария...

ᅟ

Худо-бедно обставленную девичью комнату освещал абажурный светильник, стоял он на тумбочке возле высокой кровати с белыми простынями и рюшами по бокам. Стол рабочий, пошкрябанный от своей старости; книжки, мягкие игрушки на полках сверху с выцветшими фотографиями в рамках, и зеркало, обрамленное кованой рамой. Обои розоватые, но, если присмотреться, увидеть в них можно было желтизну. Постановщики хорошо постарались, чтобы воссоздать атмосферу домов, где живут семьи с низким уровнем достатка; где младшее поколение изо всех сил старается выкарабкаться из самих низин, чего бы им это ни стоило; где единственной и последней надеждой остаётся Всевышний и вера, что-то, что не поддаётся пониманию, но так горячо и со слезами на щеках подносится молитвами ночами перед сном.

ᅟ

Анна – девушка, что по задумке сценария являлась главной героиней фильма, – как раз была выходцем из такой семьи. Её главной мечтой было выбиться из захудалой деревни в свет, больше никогда не зная ни нищеты, ни бед с неудачами. С детства ей хотелось большего – красок ярких, одежд красивых, чтобы стол всегда был полон вкусных блюд, но всё это в реалиях её жизни было недосягаемой мечтой, грёзой, что никак не приходила к ней даже во снах. Семья, до мозга костей преисполненная преданности вере, жила по законам её, и с малых лет прививала юную Анну к тому же: довольствуйся тем, что имеешь, о большем не проси зазря, цени близких своих и верь в господа нашего. Однако, какой бы набожной она ни была, ни одна её молитва не была услышана так называемым «богом». И в момент полного отчаяния Анна обратилась к нему…

ᅟ

Вельзевул стал для неё спасением.

ᅟ

Лишь обратившись к тёмным силам она почувствовала, как надежда ударила буйным ключом в её сердце. С душой расстаться была готова, не думая – что угодно, только бы избавиться скорее от кандалов бедности!

ᅟ

— Всем приготовиться! – раздался крик ассистента в рупор по всему павильону. Так громко и неприятно, будто в самое ухо прокричали. — Через десять минут начинаем съёмку сцены «Скрепление контракта».

ᅟ

Всё было готово.

ᅟ

Длинные волосы, для роли выкрашенные в пшеничный блонд, были идеально подкручены на концах; пружинками подпрыгивали в движении, вместе с нарядом придавая образу главной героини детской непорочности. Ночная белая сорочка струилась по телу, едва касаясь под ней девственной кожи. Оборка на длинных рукавах и вороте, крестик на шее, и минимальное количество макияжа. Молодой чистой кожи, выразительных глаз и едва заметного румянца было вполне достаточно для того, чтобы слепить образ Анны Энклунд, не прибегая к косметике.

ᅟ

С твоей стороны всё было в точности выверенному образу главной героини. Как и со стороны партнёра по съёмкам — того самого, на чьи плечи пала роль Вельзевула.

ᅟ

Красовался он перед зеркалом, разглядывая оголённый торс, что был измазан искусственной «сажей». Тёмные разводы подчёркивали рельеф подтянутого тело, будто не гримом были, а ожогами, очернившими пламенем преисподни некогда чистую плоть. Сейчас же в толстых слоях грима проглядывалось то, что по задумке, должно было походить на личинок, шевелящихся под кожей демона. Гниль и болезненность шли с ним рука об руку, став неотъемлемой частью сущности, но главным в его образе было не это, а лицо, спрятанное за маской.

ᅟ

Огромные, выпуклые глаза, собранные из сотен крошечных шестигранников, поблёскивали под светом софитов влажным, мёртвым блеском. Казалось, он смотрит сразу отовсюду и ниоткуда одновременно. Мелкие ворсинки, имитирующие щетину насекомого, покрывали поверхность маски цвета болот, переливаясь от чёрного до глубокого зелёного. А там, где должен был быть рот, находился вытянутый, едва подрагивающий хоботок — сложная, сегментированная конструкция, уходящая к подбородку. Сам он не двигался, но само его присутствие вызывало неподдельное отвращение, от которого мурашки волной пробегали по телу, если вплотную начать рассматривать грим. Заканчивался он у шеи – края уродливой маски обнажали человеческую кожу, – и градиент меж ними выглядел так естественно, что создавало впечатление, будто голова мухи была не надета, а проросла сверху, от чего контраст этот делал образ ещё омерзительней.

ᅟ

— Теодор, ну и мерзость, – рассмеялась ты, осматривая партнёра со всех сторон с лицом, полным отвращения.

ᅟ

— Бз-з-з! – прожужжал он из-под маски, грязные руки протягивая к твоей ночной сорочке, что лишь смехом тебя разразило, заставив отбежать от него подальше.

ᅟ

В догонялки, как дети малые, играть стали, носясь по площадке, пока знакомый голос в рупор не раздался, разбиваясь об стены:

ᅟ

— Теодор!

ᅟ

И тут же, точно по команде, замерли оба. За тем, как дурачились, не заметили даже, как Мистер Река явился. Восседал на высоком стуле — откинулся на спинку свободно, и ногу на ногу закинул, блуждая по вам взглядом оценивающим. К каждому атрибуту в образе присматривался, готовый в случае несоответствия отчитать.

ᅟ

— Ты для чего здесь?

ᅟ

Элементарный вопрос его в ступор ввёл. Взглянул на тебя Теодор за маской, будто подтверждения искал, что нет подвоха в словах учителя.

ᅟ

— Чтобы отыграть последнюю сцену?..

ᅟ

Тебя он не окликнул – ни замечания не сделал, ни намёка на укор, хотя прекрасно видел, что смеялась ты не меньше Теодора, от чего чувство неловкости холодком неприятным по позвонкам пробежало.

ᅟ

— Ну так чего ты носишься?! За работу! По местам все! По местам! Живее, мои юные таланты! – он хлопал в ладони в такт своим словам, подгоняя всю команду, и те, как муравьишки, быстро разбежались по своим местам.

ᅟ

Звук хлопушки, слова ассистента «сцена скрепления контракта! Дубль первый» и съёмочная команда тишиной обернулась, устремив весь фокус на главных актёров. На вас с Теодором. На Анну и Вельзевула.

ᅟ

Поддавшись то ли слабости людской, то ли гордыне изъедающей изнутри, воззвала Анна к демону, на одного него – как на последний шанс вырваться из нищеты захудалой, – уповая. Божеством своим окрестила, наплевав на навязанную родителями веру. В идола демона возвела, готовая расплатиться по счетам, какими бы высокими они ни были…

ᅟ

В ночь, когда месяц заревом своим сквозь занавески, едва заметно покачивающиеся, в комнату проникал, явился Вельзевул к ней. Стоял в дверном проходе, сотней мелких, точно песчинок, алых глаз рассматривая ту, что призвала его к себе горячими слезами и молитвами. Шаг вперёд к Анне сделал, а она назад два, упираясь в кровать. Страх и волнение смешались узлом и упали вниз живота, дурным предчувствием мало-помалу развязываясь. Совсем не тем оказался демон, коим представляла себе; да и встречи с ним совсем не ожидала. Но если всё же молитвам внемлет, в жизнь прошенное воплощая, закрыть глаза на вид уродливый готова была.

ᅟ

Отдать единственную ценность, ещё не запятнанную другими, было довольно скромной платой за исполнение мечты, так считала Анна, догадываясь, за чем пришёл Вельзевул.

ᅟ

Одновременно телом красив и уродлив лицом, он возвышался над юным телом, намереваясь забрать то, что положено ему по праву.

ᅟ

В этой сцене не было ни малейшего намёка на романтизацию – лишь животный страх, что мурашками поднимался по телу Анны, и отвращение, липкое и смердящее, точно грязь под ногтями. Она наконец стала осознавать цену своего желания, и отпечаток того, что воротить назад уже не получится, навсегда оставит отпечаток в её памяти. «Бойся своих желаний» – сказал кто-то однажды, и фраза эта только сейчас отозвался внутри сознания Анны глухим эхом.

ᅟ

Сцена сложная в исполнении даже после десятка неудачных дублей…

ᅟ

— Заново! По новой! — раз за разом выкрикивал Река, недовольный увиденным. Сколько не переснимай – ничего не выходило, что могло бы удовлетворить главного режиссёра.

ᅟ

Шестой час шёл, но ни на йоту не сдвинулись вы с места. Настрой уже давно потух, измотаны были не только вы с Теодором, но и вся группа от монотонной работы и криков Мистера Реки. Не получалось у вас воссоздать сцену, полную страха животного, какой бы омерзительней маска его ни была. Ни атмосфера, ни рой мух, что на фоне всё это время звучал – он больше раздражения вызывал, нежели страха, действуя на нервную систему назойливой пластинкой, – ничто из этого не помогало.

ᅟ

— Между вами нет никакой химии! – сплюнул резко Река, вставая со своего кресла. — Вы в кадре как два предмета декора. Почему от начала и до этого момента всё было безупречно? В чём ваша проблема, м? – он подошёл к кровати, на которой вы понуро сидели, и хлопнул Теодора по голове свёрнутым сценарием, точно муху. — Эта сцена полный провал! Вы должны показать зрителю сырые, как мясо с кровью, эмоции! Ты, – обратился он к тебе, сценарием подбородок твой приподнимая, чтобы смотрела лишь на него, — страх и отвращение, смешанные вперемешку с ужасом! А ты, – Река вновь ударил Теодора свёртком по маске, – даже если лица твоего не видно, всем телом должен показать власть и величие, присущее демону! В движениях, поведении, мне не важно как!

ᅟ

— Да Мистер Река!.. – проканючил он глухо, потирая место ушиба так, будто оно и вправду болело. — Может нам заменить эту сцену на какую-нибудь другую? Ну не могу я выдать то, что не чувствую…

ᅟ

— Может нам актёров заменить? – Река нагнулся и заглянул прямо в его мушиные глаза. Пристально так, что холодок по голому торсу пробежал… — Бестолочь. – И вновь огрел его свёртком, разочарованный в ученике уходя прочь.

ᅟ

— Мистер Река, подождите! Прошу, дайте нам еще время! – спрыгнув с кровати, пролепетала ты, мчась вслед за ним. За подол пальто ухватилась, вновь обратив его внимание на себя. — Дайте нам ещё немного времени, Мистер Река. У нас ведь есть в запасе немного. Мы всё успеем и сможем! – как бы жалко не выглядела и не звучала ты сейчас, плевать тебе было. Утратить расположение учителя было бы куда больнее. Разочаровать его, опозорить, подвести... Только не после того, как долго ты шла к его «покровительству». — Подскажите, что нам изменить нужно. Мы ведь наверняка что-то не так делаем. Я уверена, вам виднее.

ᅟ

Но Река молчал. Смотрел на тебя с непроницаемым выражением лица, скучающе бродил по чертам твоим, будто испытывал, как далеко зайдёшь ты в мольбах ему. Переживания твои читал, как грудь вздымалась видел, и как подкрадывается неконтролируемая паника к кончику языка тоже слышал в бормотании твоём.

ᅟ

Он всегда знал, что ты способна на большее – не зря ведь любимицей своей считал; самой выдающейся ученицей. Знал, что дашь ему большее. И твоя покорность лишь упрощала его задачу слепить из тебя звезду галактического масштаба; прославить в своих фильмах, говоря после, что именно под его крылом ты достигла таких высот.

ᅟ

Одна лишь картинка эта, в воображении мелькнувшая, будоражила всё естество Реки. Уголки губ заставила в улыбке подняться, дыхание, как и сердцебиение, участило. Не мог он, глядя на звезду свою, долго в раздражении пребывать. Руку в волосы тебе запустил, волнистые локоны за ухо убирая, и сделал шаг ближе, сокращая расстояние меж вами.

ᅟ

— Конечно сможешь, звезда моя… – по волосам ласково гладил, стоя вместе с тобой в тени софит, и ты даже не заметила, как замерла, позволяя ему это. Смотрел снизу-вверх, взглядом не спеша скользя по лицу и телу… Фривольно так и так приятно, что торопить его с ответом просто не смела, купаясь в тех редких приливах нежности, которыми он тебя одаривал. — В тебе сомнений нет.

ᅟ

— Я постараюсь выложиться за двоих!

ᅟ

— Какой настрой, какое рвение! – рассмеялся Река, ладонью соскальзывая с волос на щеку, легонько потирая её, чтобы потом отпрянуть, обратно усаживаясь на кресло. — Еще раз! – обратился он ко всей команде в рупор, что украдкой на вас поглядывала всё это время. — Все по местам! Продолжаем!

ᅟ

Но каким бы упрямством ты ни обладала, стараясь отыграть за двоих, в который раз вы терпели поражение. Сцена клеймления демоном больше походила на дешёвый порнофильм. То, что должно было вызывать ужас и отторжение, вызывало лишь неловкий смех съёмочной группы и чувство стыда из-за неуверенности одного из актёров и, наконец, нарастающий, почти осязаемый срыв режиссёра.

ᅟ

С каждым дублем атмосфера в павильоне становилась тяжелее. Воздух будто густел от перегрева ламп и чужого раздражения: кто-то за кадром уже не скрывал смешков, кто-то демонстративно отворачивался, делая вид, что занят реквизитом, кто-то намеренно вздыхал громко, глаза в раздражении закатывая.

ᅟ

Теодор путался в движениях, сбивался с интонаций, слишком резко за руки хватал и слишком неуклюже нависал сверху. Его «демон» выглядел не пугающим, а жалким, почти карикатурным – точно муха с дрожащими лапками, застрявшая в паутине собственных сомнений, в то время как твоя Анна сжималась от неловкости, пытаясь вытянуть сцену одна. Но даже это с течением времени начинало походить на плохую пародию вместо ужаса.

ᅟ

— Стоп! — в который раз рявкнул Река голосом, отчётливо звенящим оскорблённой гордостью. Привыкший к идеалу во всём, он больше не мог терпеть этой халтуры. Казалось, Теодор «надругался» не над Анной, а над ним самим, методично проверяя, когда же тот выйдет из себя. — Бездарность! Бестолочь! – он ругался на ученика, выбросив профессиональную этику в окно. Шёл в вашу сторону так быстро, что тот невольно назад попятился, боясь разгневанного учителя. С кровати спрыгнул, маску снимая, и начал мямлить о том, как жаль и стыдно ему.

ᅟ

— М-мистер Река, я же не специально! Прошу, не злитесь вы так! Д-давайте завтра ещё попробуем? Уже все выжаты, может ну его? – доля здравого смысла была в словах Теодора, несмотря на окутавший его страх, но Реку это мало волновало.

ᅟ

— Чтобы не видел тебя здесь больше, – рявкнул он, снимая с себя пальто. Откинул в сторону, даже не глядя куда, и вновь принялся приказы отдавать: — Понизить температуру на площадке до десяти градусов. – Что не могло не удивить всех присутствующих. Переглянулись молча, но возразить даже не вздумали. — Всем приготовиться, начинаем через десять минут.

ᅟ

Никто ничего не понял в хаотичном поведении преподавателя, однако вместе с его срывом атмосфера на площадке изменилась, и дело здесь было отнюдь не в температуре, что уверенно морозила всю команду. Гробовая тишина тяжестью повисла и просторный павильон вдруг начал ощущаться замкнутой газовой камерой. Без каких-либо объяснений Река хлопнул дверью гримёрной, но даже с его уходом никто не посмел заговорить, пока он не вышел, испачканный сажей – небрежно так, наспех нанесённой. Оголённый торс вплоть до самой шеи, руки и даже ноги, скрытые за истлевшим лоскутом ткани, завязанным на бёдрах, – всё было в чёрной краске, повторяя костюм Теодора, всё это время стоявшего в дальнем углу съёмочной площадки. Поглядывал он украдкой, затаив дыхание, не желая уходить, как и попадаться на глаза преподавателю, теперь занявшего его роль.

ᅟ

— Мистер Река, а для чего нам такая низкая температура? – наконец подала ты слабым голосом, всё так же сидя на кровати. В сорочке тонкой холод до мурашек пробирал, но виду старалась не подавать.

ᅟ

Ответа не последовало. Он даже не повернулся. Только лениво перелистнул что-то в планшете, будто вопроса твоего и не было вовсе; будто не стоил того, чтобы реагировать на него. Уж слишком погружён в собственные мысли был. И только потом взгляд его, неторопливый и внимательный, скользнул в твою сторону — не к губам, задавшим вопрос, намного ниже, туда, где кожа покрылась дрожью предательской.

ᅟ

Лишь на мгновение, но и этого для него было достаточно, чтобы уголки губ поднялись в ухмылке. Лишь на мгновение, но и этого для тебя было достаточно, чтобы сглотнуть нервно, взгляд тотчас отводя в смущении, что щёки румянцем украсил. Внизу от полуобнажённого вида его затрепетало что-то. Дыхание участилось, и мысли вдруг непристойные полезли, точно бесами одержимая. Холод теперь не казался таким колючим, но именно его можно было обвинить в том, как затвердели твои соски, а кожа мурашками покрылась.

ᅟ

С нетерпением ты ждала, когда же раздастся хлопок нумератора, дабы увидеть Мистера Реку во всём его величии. Каким он будет в роли актёра? Будет ли между вами та самая химия, которой вам с Теодором так не хватало? Изменит ли эта сцена ваши отношения? Станете ли вы ближе после этого? Останется ли он довольным? Точно мух рой, вопросы крутились в голове, разжигая твоё волнение перед ним всё больше и больше. И когда хлопок всё же раздался, для тебя он был не тише выстрела сигнальной ракеты, от которой всем телом вздрогнула.

ᅟ

Съёмка пошла, как и Река навстречу тебе, заставляя в сотый раз проживать одну и ту же сцену по кругу. Он заменил Теодора, однако лицо его не было спрятано под маской. На нём играла всё та же ухмылка, которой он одаривал тебя каждый божий раз, и этот раз не исключение. Задать вопрос означало бы сорвать дубль. Был ли этот кадр пробный? Пойдёт ли он в короткометражку? Он делает это для того, чтобы наглядно показать Теодору в чём его ошибки?

ᅟ

Чем больше ты думала об этом, тем сильнее лицо искажалось одновременно в недоумении и боязни сделать что-то не так. Как и написано по сценарию, ты пятилась назад, но впервые не была уверена, что делаешь это только потому, что так написано в тексте. Всё пятилась и пятилась, путаясь и запинаясь в словах, пока не упёрлась в кровать, сжав в руках холодную простынь, будто была она единственным, что заземлит тебя, сохранив в ясном рассудке. Маска мушиной головы, от которой не по себе было, отсутствовала, но спокойнее без неё ты всё равно не чувствовала себя, когда дистанцию Мистер Река сокращал меж вами. Спрятаться почему-то хотелось под напором его алых глаз, какими бы манящими они ни были.

ᅟ

Желала и боялась его в равной степени. Боготворила как идола, внемля каждому слову и дрожала пред ним осиновым листом по ветру, и не могла понять, чего боишься сильнее — его гнева или его прикосновения.

ᅟ

— От чего назад пятишься? Лик мой не мил тебе? – слова Вельзевула были обращены к Анне, но от чего-то казалось тебе, что Река к тебе обращается, с ледяным спокойствием разглядывая искры паники в глазах твоих. — Не смотри на меня так, дитя. Ты ведь сама этого хотела, – голос его звучал так спокойно и сладко, что бёдра невольно сжались. Гладко всё шло по сценарию, так же как и измазанная копотью рука, что к лицу прикоснулась. Пальцем большим к нижней губе прижался, когда взгляд свой стыдливый в сторону отвела. Сажей её испачкал и усмехнулся, глядя как контакта зрительного избегаешь; как рвано грудь вздымается; и как дрожь по телу пробегает.

ᅟ

— Ты ведь помнишь, что за всё нужно платить? — протянул Вельзевул на ухо Анны, жаром дыхания обжигая ушную раковину. Знал ведь об уязвимых местах смертных, и умело пользовался этим, прямо по нему языком проводя. Слюняво и так грязно, оставляя теперь уже горящее ухо влажным от его проделок. Однако было в этой грязи что-то такое, от чего проскулила ты сдавленно, до крови губу тут же закусывая да глаза жмуря.

ᅟ

Вельзевул не был уродлив. О, он был прекрасен. И от того сердце твоё покоя не знало. Металось в лабиринте, заросшему лозами колючими, ранилось о них и кровоточило, в попытках выбраться, пока холод ноги босые кусал, псами озлобленными.

ᅟ

— Я не слышу ответа, Анна, – прозвучала над головой, из мыслей вырвав, и в этот момент поняла ты, что не было реплики этой в сценарии. Как и того, как за щеки схватил Он тебя. До боли пальцами впился в них, на себя твой взор обращая.

ᅟ

Это Река наказал за то, что отвлеклась иль Вельзевул гнев свой выказал в ответ на молчание Анны?

ᅟ

— П-помню… – дрожащим то ли от холода, то ли от страха голосом выдавила ты, глаза поднимая.

ᅟ

— Не откажешься от слов своих , испугавшись?

ᅟ

— Не откажусь.

ᅟ

— Уверена, что ради мечты своей, контракт со мной заключишь, тело и душу отдав? – в последний раз спросил Он, приблизившись к лицу твоему так близко, что дыхание его на коже ощутить смогла.

ᅟ

Что творил он с тобой понять не могла. Манил и пугал одновременно, сознанием манипулируя. Слова и мысли путались, тело не слушалось, и воздуха как будто не хватать стало. Отвернуться да назад попятиться, чтобы полной грудью вздохнуть, хотелось, но при малейшем движении он лишь сильнее щёки твои сжимал, совсем не скупясь силы.

ᅟ

— Уверена.

ᅟ

«Это просто роль» — повторяла ты, как молитву, пытаясь зацепиться за эту мысль, но чем дольше он смотрел на тебя, тем меньше в неё верилось. «Это просто роль» – без конца повторяла себе, думая о том, кто стоял перед тобой. «Он просто отыгрывает Вельзевула. Он не злится на меня»

ᅟ

— Так чего боишься меня? – будто мысли твои прочитав, прошептал он, едва ощутимо касаясь губами мочки уха; так тихо, будто тебе вопрос его адресован был, от чего по позвонкам дрожь пробежала. Но уже не от холода.

ᅟ

Река резок был, оттолкнув от себя так, что на кровать спиной упала, но во взгляде горящих глаз удовлетворение поблёскивало. Доволен был тем, как идёт всё: как атмосфера давит, как температура движения твои намеренно сковывает, заставляя дрожать, как реагируешь на него, во взгляде передавая все те эмоции, которые не могла получить с предыдущим партнёром. Река видел страх и пользовался этим, добавляя то, чего в сценарии совсем не было, и от того глаза твои лишь сильнее распахивались в моменте полного шока.

ᅟ

Например, когда за лодыжку схватил, к краю кровати грубо притянув, вскрикнула ты, хватаясь за подушки и одеяла под собой. Вскрик твой вырвался сам — резким вышел, непроизвольным, не имеющим ничего общего с игрой. Все на площадке переглядывались недоумённо, боясь и рот открыть, но Река и взглядом их не удостоил. Вжился в роль демона, не надевая его маски.

ᅟ

Потому что лицо Вельзевула теперь имело черты Мистера Реки.

ᅟ

«Именно таким должен быть настоящий актёр» – говорил он на лекциях, расхаживая по аудитории как по собственным владениям. Превозносил себя как бога мира кинематографа, лучшим из лучших, ведь таковым и был. Одним званием найизвестнейшего режиссёра не ограничился, делил ещё и должность – Хранителя памяти, вот только не все знали об этом. Как и о том, что воспоминания стирать и искажать способен.

ᅟ

Не постеснялся бы и сейчас кусок из памяти твоей вырезать, вот только мухлевать в искусстве не любил, отдавая предпочтение сырым материалам. Живым, может в уродливости своей идеальные, если это то, что ему нужно. Чудовищность страха и омерзение по природе своей красоты лишены, но в талантливых руках даже бракованный материал способен стать кадром, за который будут бороться фестивали…

ᅟ

— И ты дашь мне это, звезда моя… – прошептал он едва слышно, в мыслях оценивая уже отснятый материал. — Ещё чуть-чуть…

ᅟ

Грубо ноги твои развёл и сверху навис, глядя в глаза, полные паники. Смаковал каждую дрожь, каждое судорожное дыхание, каждую попытку предугадать его следующее движение, в то время как всё происходящее давно перестало соответствовать сценарию. Замерла и съёмочная команда, дыхание затаив. Один лишь рой мух под потолком загудел громче, когда резким движением сорвал с тебя то, что не должен был по правилам. Назад попятиться не дал, с силой бедро схватив, и в следующий миг контроль над происходящим окончательно покинул площадку, сменяясь седьмым кругом ада. Однако насильников здесь наказание не ожидало, прямой противоположностью был он, восхваляя всех тех, кто пересёк грань меж дозволительным ему.

ᅟ

И если бы Реку спросили об этом, он точно бы возмутился, оскорблённый столь громким обвинением, ведь нет для истинного творца рамок и быть не должно, иначе творения его живыми назвать нельзя будет.

ᅟ

Важен лишь результат, какой бы цена ни была.

ᅟ

Кровь на простынях под тобой, горячие слёзы, ручьём стекающие по щекам, и громкие крики «хватит!», «мне больно», «прошу, остановитесь!», голос твой до хрипоты сорвали. Реплики, предназначенные Анне, звучало так живо и по-настоящему из уст твоих, что восторга сдержать Река просто не мог, заходя всё дальше и дальше в больном перфекционизме.

ᅟ

Неужто так страшна и болезненна плата? Иль всему виной то, что маска идола треснула с того, кого так свято почитала, явив истинный лик? Разочарование, ужас и страх разрывали грудную клетку изнутри с каждым надрывистым криком; с каждой попыткой сбежать и с каждым взглядом на съёмочную группу, что, казалось, статуями немыми обратилась. Ни мольбам, ни плачу не внемли они, оставаясь всё такими же неподвижными. Глаза их, не моргая, устремлены были на комнату юной Анны, чьей самой заветной мечтой было лишь одно – забыть о нищете и вырваться в свет софитов и блестящей роскоши, какой бы ни была цена.

ᅟ

И в этом вы были схожи. Не так ли? Желание стать лучшей ученицей Мистера Реки, лучшей актрисой и прославиться под его началом, в который раз доказав свою преданность ему. Вот только совсем не думала ты, что всё выйдет именно так. Что за один день любимый преподаватель, человек, которого боготворила и ставила в пример, в глазах твоих обратится существом, страшнее демона.

ᅟ

Ты не могла знать об этом заранее, и вряд ли вообще когда-нибудь узнаешь, ведь после того, как прозвучал крик Реки «снято!», воспоминания всех присутствующих искажены были Хранителем Памяти. Никто не помнил, с каким рыком излился он внутрь, глаза в экстазе закатывая; как отстранился от твоего тела дрожащего, не способного больше ни на сопротивление, ни на плач с мольбами. Никто и не вспомнит, как истерично ты кричала, голос срывая, когда убегала от преподавателя босыми ногами по павильону, пока тот в припадке смеялся, забавляясь твоей «игрой»; как догонял, вновь на матрас, кровью испачканной, швыряя, чтобы заснять ещё один дубль, толчками грубыми содрогая кровать так, что крест над ней с грохотом на пол со стены упал. Как и того, что съёмки треклятой сцены длились до самого утра с одной лишь целью – добиться идеального кадра.

ᅟ

Надругательства над тобой не было, отнюдь! Единственной жертвой этой истории была Анна Энклунд, что после встречи с Вельзевулом лишилась частички своей души; чего-то, без чего пустота внутри холодком сквозила, а понять откуда ветер дует никак не могла.

ᅟ

В конечном итоге, желание твоё сбылось.

ᅟ

Фильм занял почётное первое место на конкурсе «Искусства короткого метра». Научный руководитель остался доволен, гордый за свою группу, награды получены, а главные актёры прославлены, своей игрой вызвав у зрителей бурю эмоций. Вот только в моменты славы, стоя бок о бок с Мистером Рекой на ковровых дорожка, как с наставником и главным режиссёром всех твоих кинокартин, прежнего тепла, что разливалось в груди, от похвалы его почему-то не ощущалось более; будто замёрзло что-то внутри того самого павильона, выхода из которого в ту ночь не было.

ᅟ

— Я ведь говорил, что ты станешь лучшей из лучших, – на ушко шепнул он, заприметив твой взгляд отстранённый. Приободрить хотел, чтобы улыбка вновь лицо украсила, давая назойливым папарацци ещё больше снимков с вашего выхода. — Ты сияешь, звезда моя. Улыбнись. Всё это только благодаря твоему старанию, – Река был искренен в своих словах, говоря об этом, когда за руку крепче сжал, наблюдая за тем, как слабая улыбка медленно трогает уголки накрашенных губ. — Вот так! Так намного лучше, звезда моя. А теперь стань ко мне ближе, фотографы про-о-осто озвереют от этих кадров. Давай дадим им свежего мяса, м?

ᅟ

И как могла ты отказать ему? Превозмогая лёгкое смущение и потерянность, всё же стала ближе к Реке, позволяя тому положить руку на поясницу, притягивая намного ближе – непозволительно близко для преподавателя и студентки. В твоих глазах он был всё тем же. Таким же харизматичным и обаятельным мужчиной, перед которым невольно дыхание перехватывает. Тем самым, на кого смотришь с обожанием, испытывая благоговейный трепет, проникаясь его кинокартинами. Ничего, кроме ощущения чего-то недостающего в груди, не поменялось. Как не поменялось и у него.

ᅟ

Своего отношения к тебе Мистер Река не изменил. Произошедшее ничего не поменяло. То, что он сделал – он сделал во имя искусства, и без тебя точно не справился бы!

ᅟ

«История Анны Энклунд произвела фурор в мире кинематографа, оставив незабываемое послевкусие на рецепторах всех зрителей! Реалистичность картины просто изумительна! В чём же всё таки секрет такого успеха? Талант главных актёров или же тот факт, что режиссёром выступил знаменитый режиссёра Господин Река? Прославившийся тем, что плёнка его запечатляет лишь реальные события, оставшиеся в его воспоминаниях? В чём бы ни был её секрет, успейте посетить премьеру фильма «История Анны Энклунд» на больших экранах!» - всё трубили и трубили по новостным каналам...

— Какой-то ты странный в последнее время, братец… – тихонько пробормотала себе Хаён, сидя за обеденный столом напротив Ханыля. Смотрела на него из-под густых ресниц с недоверием во взгляде – гадала, что же брата родного изменило так за последние пол года.

ᅟ

— С чего вдруг? – почти сразу выпалил Ханыль, зрительного контакта избегая за очками, как за щитом. Спокойно старался на вопрос ответить, когда на деле всё внутри сжалось, сковывая тело цепями беспричинного волнения.

ᅟ

— Ну не знаю… – протянула сестрёнка, лениво лапшу палочками помешивая в тарелки. — Ведёшь себя не так, как обычно… Какой-то…

ᅟ

— Жизнерадостный, – мама ответила за неё, с тёплой улыбкой глядя на сына, и сердце его тотчас удар громкий пробило, заставив голову наконец поднять. — Улыбаться стал чаще, больше общаешься с нами. Нашёл друзей в новой школе?

ᅟ

«Друзей?»…

ᅟ

Нашёл, но дружбой назвать это едва ли можно было.

ᅟ

Нашёл причину своей радости нежданно-негаданно, и поделиться ею с другими теперь боялся, бережливо так лелея её, сглаза боясь.

ᅟ

Нашёл, когда совсем того не ожидал…

ᅟ

* * *

ᅟ

Колокольчик над головой звякнул мелодично, когда порог лавки переступил. «Всё для фотографа» – ничем не примечательный магазинчик – слившийся с фасадом старого многоэтажного дома и затерявшийся в ряду других, таких же неприметных лавок, – с момента вступления в клуб фотографии стали частой остановкой в жизни Ханыля. Здесь можно было найти всё — от самых старых моделей фотоаппаратов с потёртыми корпусами, плёнок и линз с тяжёлыми штативами, до поучающих книжек, в которых чёрным по белому было расписано о многих тонкостях этой стези для начинающих самоучек.

ᅟ

Само помещение небольшим было, но ощущение уюта каждый раз накрывало юношу с головой, как только заходил сюда. Здесь всегда пахло одинаково: старой бумагой, кожаными ремнями для камер и свежезаваренным кофе, парующим из термоса доброжелательного владельца, сидящего за стойкой. Полки, заставленные коробками и футлярами, тянулись вдоль стен, на прилавке стеклянном следы от ладошек и отпечатки пальцев указательных виднелись под тёплым, слегка желтоватым светом ламп, как и пыль, повисшая в воздухе. Товар на полках Ханыль, казалось, наизусть выучить успел, как и породниться с хозяином лавки – дедулей в очках-авиаторах и сединой такой же белоснежной, как и его густые усы. Быть может, из-за тёплого отношения со стороны стрика он заходил сюда чаще, даже когда покупок в планах не было, а может ещё из-за того, что…

ᅟ

— Если хочешь хорошие фотки, лучше возьми вон ту-у-у линзу. С ней и макро будет чётче, и ночная съёмка лучше, – раздалось однажды за спиной Ханыля в одну из его очередных вылазок в лавку. Так увлечённо рассматривал он объективы за прилавком, что даже не заметил, как кто-то сзади подошёл, ему за плечо пытаясь заглянуть. — Хотя, смотря какой у тебя фотик…

ᅟ

Отодвинулся он сразу, оглядывая незнакомую тебя с ног до головы, как кот – испуганно, глаза свои карие вытаращив, что за чёлкой спутанной скрывались. Первый раз видел тебя здесь, но говорила ты с ним так свободно, будто не первый год знакомы. Наглая какая…

ᅟ

— Могу подсказать, если хочешь. Какая у тебя модель?

ᅟ

По виду ведь его видно было, что диалог вести не хочет. Ни одной эмоции на лице не выказал, что бубнёж ему твой интересен – только смотрел скучающе и думал, как бы улизнуть поскорее, однако напору твоему дурацкому не сумел отпора дать. Сдался в итоге, ответил на твой вопрос и позволил уши себе прожужжать непрошенными советами, которые потом всё же пригодились на практике. Тогда-то, неделями позже, Ханыль и вспомнил о тебе. На вид показалась ему старшеклассницей обычной – с рюкзаком стояла, на голову ниже, в кедах потрёпанных и в новеньких «маршаллах» на ушах. Милой бы даже посчитал, если бы молчун угрюмый внутри него засевший, людей шумных так яро не сторонился.

ᅟ

Во вторую встречу, когда взгляды ваши в лавке вновь пересеклись и улыбка твоя клыки лисьи обнажила, Ханыль тут же готов был выбежать из магазина с громким звоном колокольчика, лишь бы опять не заговорила с ним. Рукой в приветствии махала, всё ближе подходя к нему, пока тот волком выл про себя.

ᅟ

— Опять ты! – весело прощебетала ему, неприлично сократив дистанцию меж вам, будто и не незнакомцы вы вовсе. — Я смотрю ты всерьёз интересуешься фотографиями. – Да взгляд пытливый на корзинку его бросила, и по содержимому её ясно стало, что советы твои всё же взял на заметку, что не могло не расплыться на губах улыбкой тёплой. Хорошеньким он тебе показался, пусть и не разговорчивым.

ᅟ

Диалог с ним вести – сродни пытки было, но спустя ещё несколько встреч, трещину панцирь его дал всё же: здороваться начал, даже если видел тебя за пределами лавки, на контакт шёл легче, когда с вопросами о фотографиях обращался, и даже имя своё сказал, когда номер свой в твоих контактах оставлял.

ᅟ

Ён Ханыль – так звали мальчишку, чьи глаза, цвета горького шоколада, каждый раз заставляли сердце ёкать больно, когда глядели на тебя из-за оправы. Волосы так и манили прикоснуться к себе, когда листья жёлтые падали на макушку. «Мягкие, наверняка» – но касаться их не разрешала, лишь пальцем тыкала вверх, говоря чтобы сам стряхнул застрявший листик, когда гуляли под листопадом.

ᅟ

Загадкой оставался для тебя, даже спустя несколько месяцев. Сам у себя на уме, мог замкнуться, общение ваше на паузу поставив без каких-либо предупреждений, а после написать скупое: «сможешь выйти сегодня?», от которого улыбка глупая по лицу расплывалась. Крутил Ханыль тобой, сам того не ведая, за ниточки тянул, одним сообщением способный вывести на эмоции. Встречами вашими, пусть и редкими, бредила, каждый раз идя к нему навстречу с сердцем трепещущим, в то время как сам Ханыль за чёлкой, на глаза ниспадающей, в лабиринтах самого себя выход пытался найти, по итогу каждый раз на тебя выходя. Не знал он о тебе ничего, кроме имени и увлечении, познакомившем вас.

ᅟ

Как и ты, раскрывал для себя точно конфету из-под обёртки. Думал о тебе, встречи в голове прокручивая. Голос твой, точно жвачка в волосах, в мыслях его вечно путался! Вошла в его жизнь нагло, развалив все планы на выпускной год, будто в руках твоих карточным домиком были. Чего хотела от него – знать не знал, но, тем не менее, не против был вторжению на свою территорию. Позволял вести тандем на расстоянии, всё ещё наблюдая за тобой, как в первую встречу – изучая из-за густой чёлки, пока взгляда его не видишь. Видел ведь как разглядеть глаза его хотела, что лишь сильнее распаляло в его груди чувства давно погребённые за толстым слоем пыли.

ᅟ

Будоражила в Ханыле что-то, название чему не знал пока, в то время как ты себе признаться в этом боялась. Дистанцию держать старалась, но чем чаще инициативу перехватывал он, ведя ваш танец, на носочки тебе наступая, тем труднее было вырваться.

ᅟ

* * *

ᅟ

— Ага, можно и так сказать, – с улыбкой ответил он маме.

ᅟ

— Как же я рада… – И камень с её души тут же кубарем вниз покатился, галькой мелкой разбиваясь. Выдохнула она свободно, а после рукой к сыну потянулась, тепло сжимая его ладонь в своей. Отрадно ей было видеть Ханыля в хорошем расположении духа спустя столь долгого периода молчания, что било по ней громче громовых раскатов, на сердце шрамы оставляя. — Хорошие ребята, я надеюсь?

ᅟ

— Да, мам, не переживай.

ᅟ

— А что за девочка была с тобой возле кинотеатра? – одним вопросом Хаён заставила обоих переключить на себя внимание.

ᅟ

В чистом удивлении изогнув бровь, мать уставилась на сына, всё ещё выдерживая улыбку на тонких устах. Выпытывать, зная характер его, не стала бы всё равно, прекрасно зная, что не расколется, пока сам того не захочет – однако материнское любопытство вперемешку с радостью брало над ней верх, в то время как Ханыль, дыхание затаив, смотрел на сестру, гадая, как много она видела…

ᅟ

— Расскажешь нам, что за девочка была с тобой?

ᅟ

* * *

Январский морозец щёки пощипывал больно, пока с ноги на ногу переминалась, ладошки горячим дыханием согревая. Снег под подошвой звонко поскрипывал, а воздух таким колким ощущался, что, казалось, вдохни чуть глубже, и он обожжёт тебя изнутри. Гирлянды вовсю украшали голые деревья, обвивая ветви тёплым светом, с балконов и окон многоэтажных домов свисали, и без того яркий город озаряя праздничным мерцанием. Гул людской заводной стоял, смех перекликался с музыкой из уличных колонок, рассеивая внимание в шуме толпы, пока внезапно под носом густой аромат горячего шоколада не послышался.

ᅟ

— Прости, что опоздал. Давно ждёшь меня?

ᅟ

Со снежинками в волосах, с румяными щеками и без очков стоял Ханыль перед тобой, держа в руках два стаканчика, пар из которых всё ещё кружил над ними – и видеть его таким было непривычно странно… Без уже родной оправы лицо его казалось открытее, а черты чётче и взрослее. Он будто мгновенно стал старше своего возраста, и разница между вами, существовавшая всегда, вдруг обозначилась яснее — всего-то из-за одного снятого аксессуара, но сердце от этого всё равно ёкнуло.

ᅟ

— Ты сегодня без очков… – вопрос мимо ушей пропустив, выпалила ты, не в силах отвести взгляда, что вовсю по лицу его блуждал. — Тебе очень идёт.

ᅟ

— Ага… Решил сегодня без них выйти. – На что в ответ глаза смущённо отвёл, цепляясь за прохожих, всё ещё не привыкший к твоей прямоте, не говоря уже о комплиментах, что кончики ушей окрашивали румянцем похлеще мороза. Благо не видела этого в освещении вечернем… — Ну что, пойдём? Сеанс скоро начнётся.

ᅟ

Вы не были парой, но этим вечером ощущалось всё именно так. Мальчик, в твоих глазах хороший до мозга костей, сегодня вёл себя как взрослый джентльмен: за руку держал, не давая подскользнуться, взял на себя все траты в кафе и кинотеатре будучи обычным школьником, упрямо отказываясь делить счет на пополам, как бы ни пыталась уговорить его, пальто с тебя снял, хотя под нос себе тихонько бормотал о том, что не по погоде оно, отчитать думал, но оставил это при себе, чего нельзя было сказать про руки, непринуждённо скользнувшие на бёдра во время просмотра сеанса.

ᅟ

Дрожь его ладони кожей ощущалась, но держался юнец уверенно – будто по плану всё идёт. Взгляд прямо на экране держал, тогда как внутри всё в диком плясе сотни бесов билось, и отнюдь не в басах, содрогающих зал кинотеатра, дело было.

ᅟ

То, что принимать столько времени не хотел, осознал наконец. Решился пойти навстречу тебе, вот только попятную давать ты стала, каждую его попытку сблизиться под предлогом самых глупых причин отклоняя.

ᅟ

Ты сделала это, когда в щеку хотел поцеловать тебя, месяцем ранее, пока гуляли поздним вечером под снегопадом. Сделала, когда приобнять хотел сидя рядышком на лавке, с неловкой улыбкой отодвигаясь, дабы дистанцию сохранить. Делала это даже по ту сторону экрана, когда оставляла его без ответа по несколько дней, ведь понимала, что, чем дальше заходишь в омут, тем труднее будет выбраться из него, ведь до сих пор не рассказала о том, что уже давно не старшеклассница. Увиливала от разговоров о школе, стоило Ханылю только начать говорить об этом, боясь, что, узнай он правду, отношение своё изменит, разрывая ваше общение на корню. И с одной стороны, так было бы правильно, но с другой… Слишком хорошо и свободно ты чувствовала себя рядом с ним, чтобы сказать ему правду, и потому вновь сделала это, убирая его руку со своего бедра.

ᅟ

Сделал и он вид, что не тронуло его это – в ведро попкорна сунул руку сразу, будто и сам собирался её убрать. Вот только теперь комом в горле он ему стал. Желваки заиграли и губы начал кусать, ногой дёргая. Сомнения вновь закрались в голову паразитами, изнутри Ханыля пожирая: «Неужели снова ошибся? Надумал себе лишнего? Или всё же во мне дело?». Ковырял себя до крови безбожно, забывая о самом главном – что поначалу ведь именно ты двигателем вашим была. Кружила вокруг него весело, рядом была, стоило ему только набрать тебя, никогда не толкала и в рамки не загоняла, требуя от него конкретики, что происходит между вами.

ᅟ

Одновременно рядом была, и в то же время на расстоянии, заставляя юношу в думах теряться.

ᅟ

— Я тебе противен? – твой жест предел его терпения расколол на части, заставив напрямую спросить, что чувствуешь к нему на самом деле. Не громко так, но достаточно слышно, чтобы сказанное коснулось твоего слуха. Однажды он уже обжёгся, питая слепую надежду на взаимность, и проживать этот опыт не намерен вновь, как бы сильно его не тянуло к тебе.

ᅟ

— Н-нет! Конечно, нет!

ᅟ

— Тогда почему ты ведёшь себя так в последнее время? – Карие глаза, в которых тебе так нравилось тонуть по осени, под красным листопадом, сейчас смотрели на тебя бездонным океаном, способным одной лишь волной на дно унести. В них не было ни злости, ни обиды – замешательство только, что болью в груди отдавалось с каждой секундой твоего молчания. Без ножа его резала, в то время как сам он на дно тащил без кислородной маски.

ᅟ

Бегали за тенью друг друга, не зная как догнать.

ᅟ

— Давай выйдем? Я всё объясню.

ᅟ

Поход в фильм предлогом лишь был, чтобы шаг вперёд сделать. С самого начала Ханылю плевать на него было, и сейчас, с тяжёлым сердцем выходя из кинозала, так и не досмотрев до конца, раздражение в груди разрасталось, слыша с какой радостью главные герои бросаются в объятия друг друга после долгой разлуки под вздохи и возгласы зала. Твёрдой поступью шагал вперёд, минуя гардеробную, дверь входную толкнул и вышел наружу, не оборачиваясь. Смотрел на тебя выжидающе и вместе с тем отстранённо, но безразличие было лишь маской, бронёй готового к поражению за то, что позволил вступить чужаку на свою территорию. Ладошки потели, до белизны в костяшках сжимал он их, а пульс бился так гулко, что казалось — ещё немного, и выдаст его с головой.

ᅟ

Январский морозец по прежнему пощипывал щёки больно, но едва ли чувствовал Ханыль холод этот. Губы искусал до тупой боли, и на фоне неё сотни мелких иголок на коже не имели значения.

ᅟ

— Ханыль, послушай, я не твоя одногодка, – тянуть не было смысла. — Я старше тебя не на год, и не на два. Почти на шесть лет, – голос предательски подрагивал, а горло стягивало с каждым словом, не говоря уже о глазах, которые стыдно под ноги смотрели. — И я знаю, что стоило сразу внести ясность на счёт возраста и расставить границы, но… – смешок нервный с губ сорвался, — мне правда было очень хорошо с тобой всё это время. Я больше не хочу держать тебя в неведении, и продолжать это тоже будет неправильно, учитывая…

ᅟ

— Почему? – вопрос его вырвал из монолога, заставив взгляд поднять. Ханыль сделал шаг вперёд, держа руки в карманах. Глаз с тебя не сводил и угадать, что в мыслях его, невозможно было. Больше не тот милый мальчишка-щенок с лавки стоял перед тобой, который по началу и контакта зрительного выдержать не мог, а взрослый пёс, что с каждым шагом характер свой истинный показал. Зубы острые скалил, тоном требовательным, точно рычанием, громкость шума на фоне до минимума понижая.

ᅟ

— Что почему?

ᅟ

— Почему за меня решила, что продолжать неправильно? – в наступление шёл, на носочки наступая, пока назад пятилась.

ᅟ

Местами вас поменял, тогда как в начале самой до жути нравилось реакциями его забавляться, когда смущала и на эмоции выводила. Теперь же Ханыль в лицо твоё всматривался, обращая внимание на каждое изменение в нём. Как глаза распахнулись в изумлении от напора его, как брови вверх взлетели в удивлении, как ртом хлопала, путаясь в словах, что на языке крутилась, но сказала лишь имя его, позабыв об отрепетированной заранее речи и всех доводах и оправданиях, что пред ним растерялись, вмиг немой сделав.

ᅟ

— Ханыль…

ᅟ

Он подходил всё ближе, пока меж вами не осталось ни сантиметра того, что принято было звать «личным пространством». Вторгся бессовестно, переняв у тебя эту привычку, и прижал к стене холодной, взглядом прожигая.

ᅟ

— Мальчишкой меня считаешь? Недостаточно взрослым, я прав? – смешком прыснул то ли от того, как брови хмурила на правду или же от того, что в шаге был от того, чтобы сорваться, разорвав исписанное тобой полотно под названием «прилежный мальчишка». — Поэтому в молчанку играла со мной, да? Не «по-взрослому» это как-то с твоей стороны, не думаешь?

ᅟ

Сказать в ответ было нечего, только глаза стыдливо в сторону отводила. Четыре выстрела и столько же прямых попаданий. Пристыдил как девчонку, хотя в возрасте уступал тебе, и от того лишь довольнее улыбка его расплывалась на искусанных губах.

ᅟ

— Всё дело в том, что я школьник ещё? – без издёвки на этот раз спросил Ханыль, взгляд твой выискивая, когда ближе придвинулся. Кончик носа в миллиметрах от твоего был, а дыхание горячее так губы обжигало в опасной близости. Правды хотел он, никак не смутить. — А если бы студентом был, не стала бы бегать?

ᅟ

Слова его заставили глаза поднять, и тут же он моментом воспользовался, чтобы накрыть твои губы своими, от чего на долю мгновения дыхание затаила, всем телом напрягшись. Мягко и почти невесомо, будто почву прощупывал. Медленно и аккуратно, давая возможность оттолкнуть его, но нет. Не нашёл он сопротивления в твоём теле, как и ответа на поцелуй – губы ваши всё так же касались друг друга, будто грелись в морозном вечере, но никто дальше не заходил. Пробовали на вкус друг дружку не спеша, угадывая прилипшую сладость горячего шоколада и карамельного попкорна.

ᅟ

Выдох твой, который по неволе задержала, выпуская после, и глаза закрывшиеся – зелёным светом для Ханыля стали. Холодными ладонями накрыл он твои щёки горящие и сделал следующий шаг, скользя языком по твоим губам плавно. Кончиком сначала, осторожно так, проходясь по нижней губе, а потом, когда почувствовал, как тело твоё расслабилось, спинкой его прошёлся, проталкиваясь меж губ, тем самым свои права на твои выдвигая. Чем дольше он не видел возражения от тебя, тем напористее становился, окончательно захватив твоё пространство.

ᅟ

В тёмном узком дворе, там, где оживлённый гул суеты растворялся в высоких многоэтажках, стоны твои срывались, но растворялись уже об губы Ханыля, жадно вбирающего их в себя с каждым поцелуем. Глушил их напором, и сам же вырывал из груди, когда одной рукой бедро сжимал, наконец получив на это негласное разрешение. Сильнее к стене прижимал, но холода её ты не ощущала – не с тем, как жарко зрелость свою Ханыль доказывал, пока кислород отстраниться его не заставил. Воздух морозный ртом глотала, чувствуя как немеют губы от интенсивности юношеского натиска, что так долго подавлял за фасадом паиньки, в то время как он ни секунды не терял, прямиком с губ вниз к челюсти спускаясь, другой рукой за шею удерживая. Неряшливыми поцелуями дорожку прокладывал, оставляя влажные следы за собой. Шарф стянул рвано, прильнув опухшими губами к чувствительной коже и вновь принялся поучать за то, что за него вздумала решения принимать.

ᅟ

Жалкими всхлипами твоими упивался, когда засасывал тонкую кожу, в желании оставить на тебе свою роспись, и даже ногти твои, до мелких дырочек впивающиеся в куртку, весомой причиной, чтобы отпрянуть, не казались. Тяжело дыша, расписывал твою шею кровоподтёками, что в ширине своей шарфу стянутому не уступали. Все накопившееся чувства выплёскивал на холст твой живой, пока ни единого не тронутого сантиметра не осталось.

ᅟ

Отпрянув, Ханыль и слова не дал сказать, по новой к губам прилипая. Впился в них также жадно как и в первый раз, но в этот спешки не было. Последняя твоя баррикада была сломана, сдалась ты пред ним, бесформенно размякнув, точно воск в его ладонях. Отвечала так же рьяно, стараясь не отставать от его темпа: в волосы дрожащими пальцами забралась, не во снах, а на яву ощущая какими мягкими они были; ближе к себе притягивала, языком тела давая понять что нисколько не противен он тебе, а совсем наоборот.

ᅟ

Раньше признаться в том, как горячо желала его в мыслях перед сном после каждой встречи, ни за что не посмела, но если бы сейчас спросил, не медля ни секунды, выложила всё как есть. Как аромат его парфюма голову кружил, вокруг шеи ошейником смыкаясь; как руки худощавые объектив держали, уверенными, ловкими пальцами над кнопками паря при обработке снимков; как возвышался над тобой при ходьбе или стоя рядом, тенью своей укрывая от света. Все «если» и «когда-нибудь» в моменты разлившейся слабости хотела отбросить, провернув всё то, что в мыслях бесстыдных назойливо крутилось в «прямо здесь» и «прямо сейчас».

ᅟ

И если ты точно знала, что тяга твоя к нему без фальши, Ханыль же в чувствах своих путался. Каждый раз, когда под горячим душем стоял, до крови закусывая губу, чтобы стон рвущийся подавить, глядя на руку испачканную, понять никак не мог, стоит ли игра с тобой тех свеч. В моменты усталости забыть тебя думал, порвать всё и сделать вид, что не знал никогда, но всё, же раз за разом, его к тебе тяга брала верх. Писал, звонил, на встречу шёл, гадая, дашь ли подступиться к себе хотя бы на толику – это бы уталило голод Ханыля и успокоило мечущееся сердце. Дашь ли за руку себя взять? Дашь ли приобнять, невзначай зарывшись носом в твои волосы, чтобы запах сладкий вдохнуть поглубже, в памяти оставляя? Дашь ли поцеловать в щёку, к губам случайно скользнув под предлогом «промазал»?

ᅟ

Каждый отказ твой лишь сильнее распалял огонь внутри Ханыля, в то время как холод внезапный бензином кострище подпитывал. Довольно много топлива вылила ты в него, и оттого так ненасытен был прямо сейчас, забирая у тебя всё то, в чём так долго отказывала ему. Настроенный решительно, он бы и дальше мучил твои губы, борясь за право доминировать, если бы только вибрация звонка не отвлекла его.

ᅟ

Быстро, со сбитым дыханием, он выудил из кармана телефон, отвечая на звонок:

ᅟ

— Да… Помню… Приду… Не забыл я, Хаён… Давай, буду скоро.

ᅟ

— Сестра?

ᅟ

— Да. Напоминала, что мама сегодня готовит праздничный ужин, – по голосу слышно было, что звонок заземлил его, настрой сбив. Смотрел на тебя какое-то время молча, разглядывая вид им же потрёпанный, а после, с улыбкой довольной, к шарфу твоему потянулся, вокруг шеи наматывая, чтобы свои следы на ней скрыть и не дать замёрзнуть. Укутал тепло и следом пальто запахнул, поясом на талии покрепче фиксируя, от чего смешок невольно вырвался из уст твоих – одновременно мило и так серьёзно выглядел сейчас.

ᅟ

— Что? – спросил Ханыль, не понимая от чего рассмеялась. Смотрел на тебя внимательно, до сих по возясь с твоим шарфом в попытке на голову натянуть, дабы уши прикрыть.

ᅟ

— Да так, ничего. Не бери в голову. — От стены отстранившись, поцеловала его в щёку и за руку взяла, подталкивая вперёд. — Пошли, у нас ещё есть немного времени, чтобы погулять.

ᅟ

Впервые свободно так шли вместе за руку, не ощущая той тяжести недосказанности, что изводила обоих последнее время. Оставили её позади – в том тёмном углу двора, где наконец открылись друг другу, на деле чувства свои показывая.

ᅟ

— Больше не собираешься избегать моих прикосновений? – со смешком и каплей издёвки, спросил Ханыль, кидая взгляд на то, как крепко за руку его держишь, весело в такт шагу махая вперёд-назад.

ᅟ

— Только если маме обо мне не расскажешь, – с той же издёвкой ответила ты ему, натягивая улыбочку да глаза щуря, что только вырвало из груди Ханыля смешок добрый.

ᅟ

— А после выпускного можно рассказать?

ᅟ

— Тогда можно.

ᅟ

— Договорились, – и в подтверждении слов своих сжал ещё разок твою ладонь, после засовывая её в карман своей куртки, чтобы не так холодно было.

ᅟ

* * *

ᅟ

— Подруга, – ответил Ханыль маме, внезапно найдя тарелку перед собой невероятно занимательной. Смотрел на содержимое в ней так, будто это сможет помочь ему не спалиться, тогда как кончики его ушей сразу загорелись, предательски розовея.

ᅟ

— Может… Познакомишь нас с ней? Как-нибудь? – спросила мама со счастливым блеском в глазах, в то время как Хаён изо всех сил старалась смешок рвущийся сдержать, впервые видя брата таким смущённым.

ᅟ

Молчал он какое-то время, палочками рис ковыряя. Тебя вспоминал и договор ваш, думал, что сказать, в итоге с едва заметной улыбкой отвечая:

ᅟ

— Как сдам экзамены – обязательно.

— А это что?

ᅟ

— Энзимная пудра.

ᅟ

— А это?

ᅟ

— Тоник.

ᅟ

— А...

ᅟ

Вопросы слетали с болтливого языка Денджи так же быстро, как скатывались капли по запотевшему стеклу ванной комнаты. В воздухе витала девичья сладость. Да, так бы мальчишка-бензопила и описал, спроси у него об этом. Аромат геля для душа с запахом карамели, арома-свечи, расставленные по небольшой комнатушке, мисты для тела, миллион спреев, лосьонов и кремов — быдловатый юноша был окружен и поглощён атмосферой, списанной с мультфильмов о Барби. Хотя... Уместнее было бы сказать, что приручен он – ласковой рукой, что прямо сейчас растирала по его лицу пахучее нечто, хотел он этого или нет.

ᅟ

Игриво предложив тебе принять ванну вместе в надежде, что секс под струями горячего душа всё же перепадёт ему, Денджи глубоко ошибся. Он понял это в момент, когда сунул ногу в воду горячее адского котла. Шикнул громко, отпрыгнул, как кошак испуганный, слинять даже думал, но, увидев, как спокойно ты погрузилась в ванну, пряча нагое тело под пузырчатым одеялом, собрал всё мужество в кулак и присоединился к тебе. Медленно и аккуратно, стараясь не взвыть от кипятка, сантиметр за сантиметром окутывающим его тело. Уселся напротив и скрестил руки на коленях, выглядывающих из-за пузырей, сверля тебя взглядом. Серьёзно так, в то время как на него без улыбки не взглянешь.

ᅟ

Бледные щёки уверенно румянец окрашивал, но не от смущения, а жара, к которому привыкнуть никак не мог. На твои слова «может вылезешь тогда?» лишь головой упрямо качал, отвечая «да не, всё норм!», и вскоре ложь стала правдой.

ᅟ

Температура воды перестала пугать – расслабился и откинулся на спинку ванны, позабыв об изначальном плане соблазнения. Все мышцы, от напряжения запутанные в тугой клубок, наконец распутались. Конечности невесомыми ощущались, будто парил над пенистой гладью.

ᅟ

— Ну как? Уже не так жарко? – хихикнула ты, сидя напротив. Разглядывала бессовестно его с бьющимися сердцами в глазах, точно герой мультфильма. Как испарины стекают по его лицу, как трепещут слипшиеся ресницы на мягких щеках, как приземляются капли в воду, ниспадающие с влажных волос, как грудь раскрасневшаяся поднимается при каждом вздохе и выдохе.

ᅟ

— Не-е-е, самое то...  – пробормотал Денджи, не разлепляя век. Руки по обе стороны ванны свисали, ноги широко расставлены были, позволяя тебе придвинуться поближе, что как раз и заставило его распахнуть глаза.

ᅟ

Сколько бы раз вы не делили кровать, обнажёнными исследуя все самые чувствительные точки на телах друг друга, видеть, как ты уверенно делаешь шаг вперёд, всегда выбывало воздух из лёгких. Прямо как сейчас, когда впритык к нему села, воду за бортики – прямо на пушистый коврик, – разливая, и руками к его волосам потянулась. Одних твоих прикосновений было достаточно, чтобы показушная собранность рассыпалась словно карточный мостик. Сердцебиение участилось, глаза в панике забегали то на грудь, укрытую пеной, то на плитку, будто в моменте она стала ему невероятно интересной.

ᅟ

Пока руками массировала дурную рыжую голову, та, что была у него внизу, только напряглась, бессовестно упираясь в твоё бедро под водой.

ᅟ

Денджи ни слова не проронил. Молчал как партизан, лишь изредка постанывая от массажа. Делал вид, что не его член прямо сейчас изнывает, желая как можно скорее получить твоей ласки, а ты подыгрывала, якобы не замечая, как эрекция касается тебя. И, возможно, с твоей стороны это было немного жестоко – учитывая, как зависим он был от твоих прикосновений в любом их виде. С его же? До чёртиков умилительно, а всё из-за того, как мало ему нужно было, чтобы возбудиться, что не могло не оказать на тебя эффекта.

ᅟ

Приятное тепло разлилось меж бёдер, а внизу живота что-то затрепетало. Денджи всегда это делал! Сам того не понимая, заставлял тебя льнуть к нему, как мотылёк к свету. До дрожи в теле хотелось наброситься на него, притянуть к себе настолько близко, чтобы тела слились одним целым; чтобы делили на двоих один вдох и выдох, глаз с друг друга не сводя.

ᅟ

Однако, это было бы слишком просто. Слишком быстро...

ᅟ

Чувствуя его горячее желание на кончике языка, что на вкус было слаще любого джема, ты, подавляя смех, продолжила начатое, приводя демонёнка в порядок. В жменю вылила шампунь мятный, а после сказала: «Денджи, повернись, пожалуйста», на что он тут же послушался, будто собачонка по команде – без лишних вопросов, движимый всепоглощающей верностью к своей хозяйке. Спиной к тебе повернулся, в блаженстве запрокинув голову, когда пальчики умелые заползли в корни волос, намыливая. В улыбке расплылся, расслабился на мгновение даже, пока не почувствовал твою грудь, плотно прижимающуюся к широкой спине; как бугорки затвердевшие скользят по его коже с каждым твоим движением.

ᅟ

«Сучка-а-а! Ну за что мучаешь меня?!» – выл он про себя, крепко зажмурив глаза. Что делать ему было со стояком, подёргивающимся за пеной, что начинала лопаться? Помощи попросить? Предложить по-быстрому устранить проблему? Незаметно начать дрочить? «Точно! Да я, мать твою, гений!»

ᅟ

Сказать, что лицо Денджи транслировало его мысли, точно с субтитрами, было бы преуменьшением. Не нужно было быть телепатом, чтобы понять о чём он думает, однако наблюдать за этим было весьма занятно. И пока он, уверенный, что его ритмичных покачиваний под водой не видно, старался снять напряжение ниже живота, ты, закусив губу, смотрела на всё это из-за его спины. Приподнявшись на колени, чтобы удобнее было голову мыть, через плечо смотрела, как волны прямо над его шалостями украшают пенистую воду.

ᅟ

Музыка вдалеке из проигрывателя доносилась, плески воды разбивались о запотевшие стены, и меж них тихонько затесались под шумок мальчишеские вдохи прерывистые. Твои прикосновения на пару со стимуляцией его достоинства явно доставляли Денджи удовольствие – такое, что в моменте стоны срывались громче нужного, после чего он тут же затыкался, смущённо горло прочищая, будто не его рук дело.

ᅟ

— Денджи, всё в порядке? – голос твой мурчанием раздался у его уха. Массаж скальпа при этом ни на секунды не прекращала, лишь глубже зарылась в волосы.

ᅟ

— Д-да! Да. Просто в горло что-то попало... – слова его звучали рвано, будто спотыкались друг об дружку. Волны стихли. «Спалила что-ли?» – пронеслось в голове.

ᅟ

— И что же тебе в горло попало? – не отступая в своей игре, ты прошептала ему на ушко, жаром дыхания разнося мурашки по телу Денджи от столь опасной близости. Казалось, еще чуть-чуть и он воспламенится от переполняющих его ощущений. Чертовски приятных и до боли нестерпимых. — Мы же в ванной, ели в обед... Чем ты там подавился, мой милый мальчик, м?

ᅟ

Ноготки твоей левой руки проводили по его скальпу, мало-помалу впиваясь глубже, но не настолько, чтобы причинить боль, в то время как правая рука соскользнула вниз – прямо по его бокам, уделял внимание каждому выступающему рёбрышку. Дразняще медленно, пока ладонь не застыла внизу живота, в сантиметрах от...

ᅟ

— С-слюной! – выпалил Денджи с сердцем, грозящимся вот-вот выпрыгнуть через рот. — Слюной подавился! Не в то горло сглотнул, вот она и попал... А! – не успел он договорить свою нелепую отмазку, как громкий стон сотряс приятную тишину ванной комнаты, стоило тебе потянуть его за корни, запрокидывая назад так, чтобы со взглядом бесстыжим встретиться.

ᅟ

Ни ты, ни Денджи не ожидали такой реакции с его стороны. Ты хотела лишь поддразнить, но оказалось, подобное ему понравилось настолько, что член болезненно дёрнулся. Будто под дых ушибленный, он тут же умолк, как рыбка немая, рот захлопнув, пока глазами в удивлении распахнутыми хлопал, не сводя с тебя взгляда.

ᅟ

Казалось, воздух над вами в тишине неловкой сгустился.

ᅟ

— Тебе... Нравится такое?.. – аккуратно спросила ты, всё так же удерживая руку в его волосах.

ᅟ

— Не знаю... – честно ответил Денджи, хлопая глазами, – я не понял...

ᅟ

И вновь тишина, и вновь молчание.

ᅟ

— М-может повторишь? – спросил он так обыденно, что ты бы точно рассмеялась, если бы не была так смущена. — Ну... Чтобы я точно понял, понравилось мне или нет...

ᅟ

И ты повторила, когда он, не отводя взгляда, рукой бесстыдно нырнул под воду, чтобы член свой сжать. Зачарованная румяным лицом и глазами, полные доверия и горящего желания, потянула за корни назад, следя за каждым изменением. Как глаза закатились назад, как губы раскрылись в тихим стоне, обнажая острые зубы. Как кадык нервно дёрнулся, а мышцы на руке напряглись.

ᅟ

Денджи не нужно было подтверждать вслух, что подобное ему по вкусу – по тому, как откинулся назад, в экстазе надрачивая под водой, всё и так было понятно.

ᅟ

«Бесстыдник..» – подумала ты, но осуждения в твоих словах не было ни капли. Отнюдь. Казалось, развернувшееся заразой осело на влажном теле, распространяя жар внутри него до тех пор, пока бёдра предательски не сжались. Зуд противный унять хотелось, но сердце билось так, что думать трезво не могла – прильнула, нет, впилась губами к его шее, всасывая тонкую кожу, в то время как другой рукой ближе к себе притянула мальчишку-бензопилу. Следы по-собственнически оставляла на его теле, сама от желания почувствовать большее изнывая. Зависимость с дрожью нездоровой вызывал одним лишь видом своим, сам того не ведая.

ᅟ

— Развернись ко мне... – с придыханием прошептала ты, дёргая за волосы. Без церемоний заставила повернуться, воду расплёскивая за края ванны. На колени ему забралась, лицо румяное в ладони свои вобрав, чтобы жадно впиться в губы, с толку сбив. Он даже опомниться не успел, как вновь оказался в твоих руках, точно марионетка. Не впервой ему было плясать под чужую дудку, исполняя чужие прихоти, вот только в этот раз Денджи знал, что руки, дёргающие за ниточки, зла ему не желают.

ᅟ

И, если честно, соврал бы, если бы сказал, что твоя прямолинейность не возбуждает его только сильнее. Как возвышаешься над ним, дёргая за рычаги давления. Как двигаешься уверенно. Как напираешь, лишая его любого сопротивления.

ᅟ

Всё, что остаётся ему – с пьяной улыбкой принимать твой напор. Руки по-хозяйски на бёдра положить и скользить ими по окружности ягодиц, сжимая её мякоть в ладонях, после прокладывая путь вверх по талии, пока на лопатках не остановится, притягивая ближе некуда.

ᅟ

Слюна стекала вниз, пачкая подбородок и шею. Зубы бились друг о друга, царапая и покусывая покрасневшие губы, в то время как бёдра вперёд поддавались, желая получить желанное трение. Уж слишком сладким Денджи выглядел в твоих глазах прямо сейчас, пробуждая самый настоящий животный голод. Настолько, что и тебя саму пугала подобным влечением к демонёнку. Пора было кончать с играми.

ᅟ

Одна рука на шнуре бензопилы мягко покоилась, другая под воду нырнула, к достоинству скользя, чтобы в ту же секунду сжать и направить к входу, что уже давно взмок.

ᅟ

Мгновение и стоны ваши в унисон сорвались с уст, разбиваясь о запотевшую плитку комнаты. Всплески воды вам аккомпанементом играли вместе с непристойно громкими звуками шлепков кожи о кожи. Грудь к груди, пальцы в волосах. Будто околдованная, хотела поглотить мальчишку-бензопилу. Сжать, обнять, зацеловать, забраться к нему под кожу, сливаясь с ним воедино. Одновременно залюбить хотелось и...

ᅟ

Одна лишь мысль об этом разрядом прямо к промежности пронеслась, заставив в тиски сжаться вокруг его члена, от чего тот зашипел невольно, пока как сама застыла испуганно... Неправильно это даже звучало в голове, но как же приятно отдавалось внизу живота, потуже затягивая струны, отвечающие за приближающуюся разрядку.

ᅟ

— Что т-такое? Я что-то сделал не то?! — нотки тревоги послышались в голосе Денджи. Встревожился, когда увидел твой взгляд в замешательстве. Телом – с ним, мыслями – точно не тут.

ᅟ

— Нет, всё хорошо... Просто подумала о кое-чём... – В своих желаниях вы были довольны открыты друг с другом. Хотелось чего-то новенького попробовать? Вы уже обсуждаете это, воплощая в жизнь. Скованности меж вами не было, так от чего так нервозно чувствовала себя, правильные слова подбирая, чтобы начать. — Хочу попробовать кое-что, если ты не против... – и, хотя голосок дрожал от неуверенности, тело говорило открыто. Стеночки сжимались ритмично, ладошки потели, и вмиг ванная комната парилку заменила.

ᅟ

— И что же-е-е? – улыбаясь во все тридцать два, спросил Денджи, расплывшись в ухмылке. В голове развратной тут же шестерёнки задвигались, перебирая в памяти все просмотренные порно-фильмы на наличие всевозможных фетишей. Гадал, что же такого понравилось тебе. Что же такое грязное и постыдное закралось в закутки твоей души, что даже сказать об этом стесняешься.

ᅟ

Что же, что же, что же...

ᅟ

— Можно дать тебе пощёчину?

ᅟ
— А?!

ᅟ

Если до этого щёки его не были красными, то после твоих слов они стали ярче томатов, если это вообще было возможно. Член тут же дёрнулся, а улыбка игривая удивлением сменилась.

ᅟ

— Забудь! Прости, глупость какую-то сказала. Забей просто! – увидев реакцию Денджи, пробормотала ты второпях, и сама краской залилась.

ᅟ

— Нет, нет, нет, нет! – в ответ, так же быстро, будто малейшее промедление обожжёт, протараторил он, притягивая тебя поближе. — Давай попробуем! Не то, чтобы я именно об этом думал... Но раз ты хочешь, то давай. Я видел уже подобное... Только не силь..! – не успел он договорить, как на радостях ты впилась в его губы, щёки комично сплющивая в запотевших ладошках. Темп ускорила, догоняя наслаждение, потерянное за разговором. Так голодно и дико, что голову закружило.

ᅟ

Назвать доминантом тебя нельзя было, уж слишком громкое слово для этого, но этим вечером что-то перевернулось внутри, заставив возжелать демона так горячо, что тому оставалось только откинуться на спинку ванны, получая наслаждение от того, как оседлала его; как всасывала всё крепче; как грудь подпрыгивала прямо перед его лицом. Руку протяни да схватись, зарившись в неё лицом! Языком проведи по ним, губы смыкая над соском, чтобы прикусить зубами острыми!

ᅟ

Гипнотизировала она его также сильно, как тебя его личико.

ᅟ

Только потянулся он к ним, желая укус оставить бесстыжий, как хлопок разнёсся по комнате, развернув голову Денджи в другую сторону. И гипноз как рукой сняло, и щека пощипывать жаром стала.

ᅟ

«А сжалась-то ка-а-ак! Сучка-а-а!»

ᅟ

Медленно повернув голову, уставился на тебя, застывшую в ожидании. «Понравилось? Нет? Что скажет?» – гадала ты, позабыв о дыхании, пока выражение его лица изучала. Взгляда с тебя не сводил, грудь вздымалась рвано, в то время как сжатые уголки губ медленно растягивались, оскал хищный обнажая, под которым и охотник добычей невольно станет. Казалось, будто это тебе по щеке дали.

ᅟ

— Ещё, – чётко сказал Денджи, глазами потемневшими пожирая.

ᅟ

И ты замахнулась. Оставила пощечину на другой щеке, приложив чуть больше силы, и глаза его от молниеносной боли закатились. Губу до крови закусил, ногтями в бёдра твои впился.

ᅟ

— Ещё.

ᅟ

И вновь ты послушалась, повторяя на автомате шлепок, разрывающий покой ванной.

ᅟ

Пощёчины, оставившие покраснения на его щеках, ощущались жарче изначальной температуры воды, что за это время успела остыть. Необычно это было для Денджи – ещё никто не бил его во время секса. Но то, как реагировало твоё тело, запускало определённую цепочку механизма в воспалившемся мозгу Бензопилы. То, как сжималась ты вокруг него во время удара, притупляло жжение, заставляя его бёдра вперёд покачиваться. Нравилось ему это в чистом виде или из-за реакции твоего тела, напрямую сказывающуюся и на нём самом – Денджи не мог сказать точно, и потому раз за разом вторил «ещё», как какую-то команду.

ᅟ

Подступающий оргазм бутоном раскрывался – ты чувствовала это чертовски ясно, в отличие от ладошек, горящих от оставленных пощёчин. Движения рассеянными стали, дыхание сбилось, но «хватит» ни разу не было произнесено. И вскоре звуки шлепков слились воедино со стонами и всхлипами, переросшими в один протяжный, закрывая ваше выступление.

ᅟ

Впилась ты губами в его собственные, заткнув одноимённую мантру, с жалким всхлипом приблизившись к пику. Прижала к себе так крепко, будто исчезнуть грозился, не обращая внимания на то, что в порыве страсти внутрь тебя излился.

ᅟ

«Дело поправимое, ничего страшного» – подумала ты, отпрянув, чтобы в изгиб его шеи уткнуться, пока Денджи дыхание переводил, голову назад откинув. Он всё так же сжимал тебя в своих руках, уже догадываясь, что с силой переборщил. Веки разлепил, кинул взгляд на рёбра, видя перед собой красные отпечатки пальцев, и снова откинулся, поглаживая ласково по спине, будто извинением это было.

ᅟ

— Вау... – было первым, что разорвало тишину меж вами и вырвало из тебя смешок.

ᅟ

— Вау? – переспросила ты, смеясь. В твоей голове было столько вариантов, что сказать или спросить по окончанию, но Денджи ограничился лаконичным и простым «вау».

ᅟ

— Ага... Круто было.

ᅟ

— Тебе... понравилось?

ᅟ

— Думаю, да... Вот только щёки теперь горят, жесть как, – пробубнел он без обиды, приложив руку к лицу. Жар, исходящий от кожи, в сантиметрах обдавал ладонь.

ᅟ

— Думаю, мне стоит расцеловать их, чтобы не так болели. Не думаешь так, м? – проворковала ты, повернувшись к нему лицом. Смотрела на него с улыбкой дурацкой, в то время как кончики пальцев поглаживали его грудь в месте, где шнур от бензопилы выглядывал.

ᅟ

— Ещё как думаю! Ты должна мне дофига поцелуев! – Денджи тут же оживился, энергично закивав головой, точно в подтверждении сказанного.

ᅟ

— Давай тогда вылазить, вода уже прохладная. На кровати обнимашки и целовашки продолжим, – сказала ты, вставая с его члена, от чего тот тихонько зашипел, но увидев, как белёсые ручейки по бёдрам стекают, заткнулся, глаза вытаращив.

ᅟ

— А я... Прям в тебя... И чё теперь... – терялся он в словах и мыслях, глядя на твои ноги.

ᅟ

— Это была разовая акция, Денджи. Даже не думай, что провернём такое ещё раз.

ᅟ

— Да ничё я не думал об этом... – пробормотал он тебе вслед, когда на деле смаковал остатки послевкусия. Секс на вкус отдавал терпкой сладостью, раскрывающейся в конце перчинкой острой. Такой же острой, как и ощущения, не скованные резиной противной. Сыро так, скользко и чертовски горячо. Будь его воля, Денджи бы в эту же секунду выбросил презервативы, но поступить так на деле не вздумает даже! Быть может, когда-нибудь сможет уговорить тебя повторить подобное, а пока, рассуждая здраво, мог рассчитывать лишь на повтор сессии с пощёчинами, гадая, как же ты отнесёшься к ответному шлепку…

Некогда ароматный запах свежеприготовленных блюд, застилавших обеденный стол, пусть и не большой, растворился в затхлом воздухе, пропитанным медикаментами. Никто не наготавливал больше, не украшал дом по праздникам – желание поддерживать жизнь дома, как это было раньше, истощалось так же стремительно, как и тело маленького Манджиро. Болезненная тяжесть витала в доме Сано, как только младший ребёнок овощем слёг по вине одного несчастного случая, изменившего жизни всех членов семьи на «до» и «после».

ᅟ

Тишина была звенящей, лишь она одна на пару с аппаратом ИВЛ, эхом разносящий по стенам дома противное пиканье. Больше не было в них ни смеха радостного, ни криков детских беззаботных.

ᅟ

Дедушка всё так же кряхтел, раскрывая утреннюю газету; Эмма в себе замкнулась, чаще из дома уходить стала, проводя время с друзьями и сомнительными парнями; Манджиро неподвижно лежал на кровати и глядел в одну точку совершенно бездумно, пока в желудке и руках его торчали катетеры. Время текло медленно, и в моменте Шиничиро казалось, что он застрял в нём без возможности вынырнуть на поверхность. Свалившиеся на его плечи обязанности тяжёлым грузом тяготили молодого парня, горбиться заставляли под всей той ответственностью, которая теперь висела на нём. Монсаку не был бессмертным – может не сейчас, может через год или два, но возраст даст о себе знать, проявляясь через деменцию, – за ним тоже нужно было приглядывать. Младшая сестра – ей нужно было его внимание не меньше, однако момент был упущен, что по сердцу ножом резало. Манджиро же... Этот мальчишка занимал всё его время и мысли, сам того не осознавая. Шиничиро стал для него личной сиделкой, руками и ногами, что больше не ходят.

ᅟ

С самого утра и до поздней ночи он ухаживал за братом, скорлупа которого всё сильнее трескалась, обнажая овощ, скрывающийся за ней. На себя ему наплевать было: на внешний вид, на недосып, на выгорание, тлеющее глубоко внутри. Он кристально чисто видел своё отражение в зеркале, окружение видели это, ты видела это.

ᅟ

Ты не была незнакомкой этой семье. Отнюдь! За все годы ваших с Шином отношений ты успела узнать их как родных. Относилась к ним как к собственной семье, и трагедия, как гром ударившая по ним, не могла не задеть тебя.

ᅟ

Трещину меж вами было не предотвратить. В день известия, когда Шиничиро узнал о случившемся, шок поддых ударил ему, заставив оцепенеть в неверии. Отрицание было первым шагом: будто умалишённый, он качал головой в лихорадке, отказываясь принимать реальность. Бормотал себе под нос «нет-нет-нет-нет-нет», не слышал ничего и никого. Ни твои речи, ни речи Монсаку с врачами – ничто из этого не доходило до него. Взглядом полным слёз он смотрел на койку с братом, и поверить не мог, что всё это взаправду.

ᅟ

Трогать его не имело смысла. Будучи старшей сестрой в семье, ты не могла понять всей глубины его поражения, но могла представить какого это – видеть младших в таком состоянии, не зная, поправятся ли они вообще. Шиничиро нужно было время, тебе же оставалось просто быть рядом, невидимой, но твёрдой опорой, которая всегда позволит ему опереться в момент надлома.

ᅟ

Недели две прошли для него как в коматозе – блекло так, без аппетита, с шумом в голове вместо мыслей, после чего на смену пришёл гнев. Гнев на врачей, что не сумели в чувства брата младшего привести; гнев на родных, что в роковой момент не уследили за Манджиро; и, самое главное, на самого себя, что было тяжёлее всего. Ведь не подари он тот чёртов самолётик, брат не полетел бы вниз с высоты турника, точно пластиковая игрушка, сломавшись вдребезги. Мысль об этом червём изнутри изъедала, не давая ни минуты покоя. Лишь одна она на повторе была...

ᅟ

Шиничиро крушил всё на своём пути в попытке выплеснуть разросшийся в сердце гнев. Дверьми хлопал, вещи ломал, швыряя об стену, от чего ты вздрагивала невольно. Хотелось приласкать его, прижать к груди и убаюкать, по голове поглаживая, но это было последним, что нужно было ему. Отмахивался от любого прикосновения, избегал и игнорировал, замкнувшись в себе. За чем после последовала стадия торга.

ᅟ

Казалось, он даже взбодрился. В приподнятом расположении духа искал всевозможные варианты решения проблемы, когда на деле психоз за этим прятался. Шин был на грани, сам того не осознавая. Смеялся как обезумевший, без конца вторя, что «всё будет хорошо», «что совсем скоро Майки поправится», что только вызывало недоумевшие взгляды со стороны родных. В них не было злой усмешки, скорее жалость. Смотреть на это всем тяжело было, ведь несмотря на диагноз, выздоровления которому не было, Шиничиро не терял надежды.

ᅟ

Долго это длилось. Намного дольше отрицания.

ᅟ

И в моменте, когда стадия приблизилась к своему финалу, падение в депрессию казалось сродни американских горок. С высоты Эвереста Шин покатился в самый низ со скоростью, что жаром щёки до крови расхлестала.

ᅟ

Жизнь, на короткое время вобравшая в себя краски, вновь стала блеклой, без капли просвета.

ᅟ

Каждый переживал травмирующие моменты по-своему: кто-то искал поддержки и утешения в родных, кто-то делился накопившимся через сублимацию, а кто-то проживал это сам с собой, не желая плакаться в чьё-либо плечо. Шиничиро как раз из таких – старший ребёнок просто не мог показать свою слабость. Но как бы упорно он не избегал ласки, порой это было именно тем, что ему нужно.

ᅟ

Например, в моменте, когда забывал о себе – когда приёмы пищи пропускал, о сне даже не думал, почти не отходя от койки брата, когда...

ᅟ

— Когда ты последний раз ел? – без капли напора в голосе спросила ты, аккуратно подходя к Шину со спины. В те немногие дни, когда Монсаку всё же удавалось уговорить внука отдохнуть, тот первым делом шёл в магазин, управление которого отдал в руки Вакасы с Бенкеем.

ᅟ

Что-то в нём ёкало по приходу – мотоциклы были его отдушиной, а магазин, своего рода, безопасным островком, где нет ни проблем, ни лишнего шума. Однако сейчас подобное было непозволительной роскошью для Шиничиро. Не мог он просто взять и радоваться жизни, как и не мог сбежать из дома, прячась в стенах мастерской.

ᅟ

— Шини? – потерянный в мыслях, он даже не услышал, как ты пришла к нему. Лишь со второго раза голову в твою сторону повернул, улыбку натягивая – слабую такую, трогающую лишь уголки губ на долю мгновения.

ᅟ

— М? Ты что-то говорила? Прости, я не услышал.

ᅟ

— Да нет, ничего такого... Вот, – отбросив лишние любезности, ты достала из сумки парочку контейнеров с ещё горячей едой. В одной из них – наваристый суп, в другой – рагу. — Прошу, поешь, пока тёплое, я а поприбераю немного, – чмок краткий в щёку оставила и оставила его наедине за стойкой, направляясь к пыльным витринам. Да, ребята приглядывали за D.&D., но трепета за своё детище, коим считал Шиничиро магазин, они не знали, как и того, как тщательно натирал витрину с байками и стеллажи, кайфуя от наведённого порядка.

ᅟ

Не до этого ему было. Он не способен навести порядок в самом себе, что уж говорить о магазине? Но если это хотя бы немного подбодрит его, ты сделаешь это за него.

ᅟ

Пока Шин ковырял вилкой в контейнерах, понемногу согреваясь домашней едой, ты носилась по залу, как пчёлка. Свежий воздух запустила внутрь через распахнутые окна, пыль везде вытерла, полиролью ароматизированной натёрла все поверхности, полы вымыла – и магазин, казалось, сделал глоток жизни. Всё блестело и благоухало. Аромат новеньких диффузоров, расставленных поверху и купленных тобой, раскрылся приятной сладостью и теперь витал в воздухе.

ᅟ

Это не заняло много времени. Может, пару-тройку часов, не больше. С музыкой на фоне – приглушённой, едва слышно играющей, – уборка пролетела быстро, почти незаметно. «Осталось только...» – думала ты, взглядом выискивая, что пропустила, пока не почувствовала тепло родных ладоней на своих плечах.

ᅟ

— Спасибо, – в тишине его голоса, впервые за долгое время, ты услышала больше чувств, чем за последние несколько месяцев.

ᅟ

«Спасибо за еду. Спасибо за то, что остаёшься рядом. Спасибо за то, что продолжаешь поддерживать, даже когда я молчу по несколько дней. Спасибо за то, что не теряешь веры в нас. Спасибо за то, что помогаешь моей семье. Спасибо тебе за всё» – всё это на языке крутилось, но сил произнести вслух не нашёл, надеясь, что и так поймёшь его. Просто подошёл со спины и, обвив талию руками, головой в плечо уткнулся.

ᅟ

Как же давно ты не чувствовала тепла его тела вот так...

ᅟ

Шиничироприобнял тебя, вздох тяжелый испуская. Сначала легонько, обыденно так, как обнимал и раньше, а после, почувствовав, как твои руки легли поверх его, лишь крепче сжал. Дыхание утяжелилось, а в теле дрожь вдруг показалась. Содрогался Шин, скрывая это за хваткой, способной вот-вот раскрошить твои рёбра. Он был на пределе, в шаге от нервного срыва, и изо всех старался не дать себе рассыпаться.

ᅟ

— Ну-ну, Шин, иди ко мне, всё хорошо, – ты тихонько пробормотала, тут же поворачиваясь к нему лицом. Обняла крепко, голову, уткнувшуюся в изгиб твоей шеи, поглаживая, пока немые сотрясения не переросли в громкий отчаянный плач.

ᅟ

В тот день – за закрытыми дверьми магазина, в подсобке на маленьком диване, – толстая скорлупа Шиничиро треснула. Упав тебе на колени, крепко вцепившись худощавыми руками за бёдра, как за единственное спасение, он горько рыдал, выплёскивая все накопившиеся чувства. Рыдал, не говоря ни слова. Как маленький мальчик, на руках у матери, которой ему так не хватало в моменты краха. Хотелось поделиться с ней всем, что душу гложет, но та давно оставила их. Потерять следом за ней и Манджиро он просто не мог.

ᅟ

Сколько вы так просидели – ты не знала. За окнами давно потемнело, но с места вы не сдвинулись.

ᅟ

Шиничиро наконец позволил себе передохнуть – выговориться и хотя бы немного поспать, пока ты сидела рядом, всё так же поглаживая по волосам. Наблюдала за ним, поглаживая ласково, слёзы с щёк пальцем большим стирала до тех пор, пока рыдать стало нечем. Это и стало моментом, когда депрессивный период медленно пересёк черту принятия.

ᅟ

Он понял, что не было больше смысла корить себя за подаренный самолётик, изъедать мыслями навязчивыми «а если бы». Принял всё, как есть. Не сиюминутно, но всё же принял. Мало-помалу начал заботиться о себе – сон восстановил, перестал пренебрегать приёмами пищи, время от времени разрешая себе отдыхать за пределами дома, давно впитавшего в себя больничный запах, чему Монсаку с Эммой были только рады. Шиничиро всегда был «живчиком» в этой семье, не унывал, всех подбадривал, и потому видеть его в затяжном унынии, без блеска в глазах, било по ним также сильно, как и произошедшее с Манджиро.

ᅟ

И вскоре после этого Шиничиро восстановился, насколько это вообще было возможно. Улыбка стала чаще уголки его губ трогать, в весе набрал, избавившись от впалых щёк, а ещё помощь научился принимать, не чувствуя за это вины.

ᅟ

— Эмма-а-а, помоги мне с гирляндой! – кричал Шиничиро из гостиной, стоя на стремянке в проходе.

ᅟ

Каждый был занят своим: ты с сёстрами суетилась на кухне, наготавливая Рождественскую поляну, Шиничиро с Эммой дом украшали, а дедушка Монсаку ходил туда-сюда с важным видом хозяина дома, помогая то вам, то им. В воздухе витал аромат имбирного печенья и индейки, шкварчащей в духовке. Закуски, выпечка и прочие вкусности уже стояли на столе, за окном снег хлопьями валил, разговоры весёлые и шум телевизора на фоне звучали, вдыхая жизнь в дом Сано.

ᅟ

— Да иду я, иду! – крикнула Эмма в ответ, возвращаясь в зал вся в белом.

ᅟ

— Что это у тебя на лице?.. – пробормотал Шиничиро, недоумённо глядя на сестру.

ᅟ

— Я распыляла на подоконниках сухой снег, — начала она, но после шёпотом продолжила, стирая белое нечто, похожее на шарики из пенопласта, с волос и подбородка, – и случайно в лицо себе брызнула...

ᅟ

Заливной смех Шиничиро эхом разбился о стены гостиной. Такая глупость маленькая, но так рассмешила, заствив согнуться пополам, за живот хватаясь. Так забавно выглядела Эмма, что и дедуля смехом заразился, посмеиваясь над внучкой, от чего и вы с девчонками из кухни выглянули, глядя на смущённую Эмму.

ᅟ

— Помогли бы лучше, джентельмены, – ты и сама хихикнула, шагая в к ней. — Давай-ка уберу. – Взяв из её рук расчёску, ты принялась избавлять её локоны от искусственного снега, стараясь не испортить укладку. – А вы пока помогите Шину с дедушкой, – на что сёстры послушно согласились.

ᅟ

В этом доме их любили так же сильно, как и в отчем. Монсаку принял их с любовью, считая за родных внучек. С Эммой и Шином ладили славно, за Майки заботились, когда нужно было. До несчастного случая они частенько носились вместе по дому, резвясь и хохоча громко. И пусть смех Манджиро стих, семья не теряла надежды на его выздоровления. Тлела слабым, но упрямым огоньком в их душах, пока жизнь протекала своим чередом. Он не был для них обузой. Нет, отнюдь. Манджиро стал для них хрупким сосудом, разбиться вдребезги которому они бы ни за что не дали.

ᅟ

Конец этого года исцелил рваную рану в их сердце, сделал их сильнее и выносливее. Так, может быть, следующий год вместе с чудом рождественским исцелит и Манджиро? Никто не знал наверняка, но все в эту ночь загадали именно это в своём заветном желании, сидя за праздничным столом, в молитве взявшись за руки.

Холодок, разящий из-за окна, плечи пощипывал игриво. Старая оконная рама декабрьскую стужу в комнату запускала гостем непрошенным, хозяев не спросив, что, как дети, прятались от неё сейчас, одеяло повыше натягивая. Грелись, прижавшись друг к дружке, в то время как хлопья снега падали на подоконники и крыши жилых домов – застилало всё пеленой белой, воздушной, настроение праздничное в сердца людей вселяло. Все – от старого до малого, – с трепетом ждали снежной зимы, что сумела бы скрыть за собой всю грязь и уныние уходящего года, в котором погрязли души жителей этого города. Было это для них некой иллюзией, что всё хорошо; что всё с приходом новогоднего «чуда» наладится и проблемы исчезнут, пусть даже на время, что с каждым стуком секундной стрелки из сна нагло вырывало.

ᅟ

Звук тиканья часов в гробовой тишине комнаты бил по перепонкам не громче колокола. Морщиться заставлял недовольно, раздражением спросонья пробирал. Запустить хотелось чем-нибудь в них, но стоило холодку, витающему в комнате, коснуться руки, по настороженности выскользнувшей из-под одеяла, идея эта тут же рассеялась.

ᅟ

«Пусть тикают себе» — в мыслях пронеслось, после чего с головой накрылась одеялом, в надежде догнать сладкий сон.

ᅟ

Но сколько бы ни старалась, не было ни малейшего намёка, что удастся вновь провалиться в грёзы.

ᅟ

Когда рука крепкая змеем на талию заползла, поясом обвиваясь, даже мысли о сне прошли. Пальцы длинные под футболкой проходились, то тут, то там сжимая за мякоть. Спал ли Шюджи? Однозначно. В его характере это было – лишь в стенах дома позволял себе вести себя не как быдло уличное, а как кот домашний, жаждущий ласки от хозяйки даже в бессознательном состоянии. Ластился к тебе, носом в волосы зарываясь, ближе к себе прижимал, будто подушку в рост человеческий, мурчал что-то сонно, а по пробуждению даже не помнил о том, что говорил, заставляя тебя хихикать тихонько, чтобы ненароком не сорвать его «выступление».

ᅟ

— Шю', вставай… – ты прошептала, лицом к нему повернувшись. Рукой по волосам растрёпанным провела, но он только в грудь, по привычке, уткнулся, дальше дремля.

ᅟ

За окном темнеть начало, не успели вы даже обеда застать. Время к вечеру близилось, но с кровати вы так и не встали – уснули под утро, ночь коротая за просмотром «тру крайма» и приставки.

ᅟ

Джойстики, обёрнутые в парные чехлы – розовый и черный, по обе стороны прикроватных тумбочек, пустые банки из-под энергетиков, недоеденная лапша на столике перед телевизором, использованные стики и ни единого намёка на дух Рождества. Обычно всё, серо и буднично, когда вся техника выключена, а комната в полумрак погружена. Еще вчера грязь пачкала ваши кроссовки, рассекающие лужи на тротуарах, а сегодня снег сыпал щедро, сразу настроение поднимая.

ᅟ

— Шюджи, вставай… – ты трясла его легонько, глядя то в окно, то на парня перед собой, – там снег выпал! – но слов твоих Ханма не слышал даже отдалённо. Спал крепче младенца, также крепко прижимая к себе твоё тело.

ᅟ

Детский восторг, что затаился в глубине души, прорвался сквозь напускную «взрослость» с появлением первого снега. Не хотелось ни минуты не терять, и потому, с горем-пополам, выползти из длинных щупалец Шюджи удалось всё же.

ᅟ

Свежесть холода тут же кусаться стала, стоило вынырнуть из постели, на коврик пушистый ступая. На теле лишь футболка домашняя и боксеры, заменившие тебе шортики – оба лота Шюджи принадлежали, но он ничуть не возражал. Наоборот, с довольной ухмылкой глядел как расхаживаешь в его вещах по дому – то футболку отожмёшь, то худак. Воровкой за это в шутку называл, говорил, что последнее отбираешь у бедного работяги, на что ты только глаза закатывала, смеясь над его ребячеством, которого так не хватало в тишине запоздалого утра.

ᅟ

Гул холодильника, а теперь и чайника, включенный телевизор на минимальной громкости, и свист ветра свирепого за окнами. Именно из-за них Шюджи снял эту квартиру, как бы забавно это не звучало. Личности творческой уж очень в душу запали эркерные окна гостиной комнаты. Влюбился с первого взгляда в них, только порог переступил, и даже холод, просачивающийся сквозь старые рамы, не сумел заставить его изменить своего мнения. «Обогреватель куплю, не окоченеем» – ответил Шюджи со смешком, когда ты в бок его ткнула.

ᅟ

И не соврал, долговязый! Купил ведь, когда мерзлячка-ты все уши ему прожужжала. Потратиться на хороший обогреватель, казалось, дешевле, нежели каждую ночь терпеть, как ноги ледяные об него греешь, пиявкой прижавшись со спины. Шипел всегда и «айкал», когда подобное проворачивала, даже в отдельное одеяло закручивался, но и там ты его доставала! Весело было раздражать Шюджи: выводить из себя, шутить по-дурацки и петь так, что уши его в трубочки сворачивались. Однажды он даже подушкой избил тебя, усевшись сверху, под твой заливной смех моля о том, чтобы хотя бы на час заткнулась, а ты всё продолжала и продолжала…

ᅟ

Скучать вам не приходилось – что ни день, то новое выступление.

ᅟ

На часах половина шестого, а Ханма так и не вышел из комнаты. Лишь храп его доносился из-за двери закрытой. Успела ты уже и кофе выпить, и рыльно-мыльные процедуры сделать, а его всё нет и нет. За окном фонари зажглись, солнце спряталось, но снег не прекращался. Наоборот, усилился даже, погружая город в настоящую зимнюю сказку. Хотелось скорее украсить дом, ёлку поставить, гирлянды развесить…

ᅟ

Но не в одиночку же это делать.

ᅟ

Атмосфера новогодняя всегда ассоциировалась с семьёй. С мгновениями, когда сердце с душой трепещут в восторге от того тепла, что люди родные дарят одним лишь своим присутствием, собравшись вместе. И пусть они были далеко, вашей с Шюджи любви было достаточно, чтобы огоньки в вашем доме засияли ярче, а тепло, которого так не хватало, жаром опалило обоих.

ᅟ

— Шюджи Ханма-а-а, — решительно настроена, громко произнесла ты, шоркая тапками по полу в сторону спальни. Дверь распахнула и вновь заладила. — Шюджи-и-и!.. Вставай! Сколько можно спать?! Мне скучно уже без тебя, давай ёлку ставить.

ᅟ

Запрыгнула без предупреждения прямо на спящего и стала лицо поцелуями покрывать, не давая и шанса избавиться от тебя.

ᅟ

— Ну… – наконец послышалось от Шюджи хрипло и так низко. – Слезь с меня… – одной ногой ещё во сне был, надеялся, что там и удастся остаться, когда отстанешь от него, но как же он ошибался.

ᅟ

— Вставай!

ᅟ

— М-м-м…

ᅟ

— Шюджи!

ᅟ

— Отстань, женщина.

ᅟ

Ты прекрасно знала, что при всём желании не сможешь стянуть его с постели, если он сам того не захочет. Поэтому пришлось идти на радикальные меры…

ᅟ

— А я тебе уже кофе приготовила, – промурчала ты, холодным носом в щёку его уткнувшись. Поцелуи по чёткой линии подбородка оставляла, с победой во взгляде наблюдая, как уголки его губ предательски подпрыгивают вверх. — И даже тосты к нему поджарила.

ᅟ

Несколько секунд тишина висела над вами, будто выжидала чего-то, пока Шюджи не спросил, разлепив один глаз:

ᅟ

— С беконом?

ᅟ

— С беконом, заяц, – ты чмокнула его в щёку, обвив шею руками. — И с яйцом, и с зеленью, и с авокадо.

ᅟ

— Ладно, – хмыкнул он довольно. — Слезай с меня, я встаю.

ᅟ

И вскоре в высоких стенах дома стало чуточку оживлённее. Громкость на телевизоре добавилась, шарканье теперь исходило не от одной пары пушистых тапок, а от двух, такого же цвета, когда-то купленные парным комплектом. Вода в ванной шумела, горло прочищал как в последний раз, а потом еще и спеть додумался, басом своим плитку разбивая. До оперного певца Ханме было далеко, а вот до того, чтобы выбесить тебя, как рукой подать, что не могло не забавлять его.

ᅟ

С этого начинался каждый ваш подъём, когда ему не нужно было идти на работу. Бездельничали, деградируя в компании друг друга, и видеть больше никого не хотели. Вот только… был один гость, которому вы бы были рады.

ᅟ

Но о нём чуть позже…

ᅟ

— Ну поехали уже-е-е, – канючила ты Ханме прямо на ухо, пока тот играл в двадцать шестую «фифу». Отдал за неё сто долларов, говоря, что будет расслабляться за игрой, когда на деле материл её на чём свет стоит. — Всё равно ведь проиграешь опять.

ᅟ

Отвлекающий манёвр, подстрекание, и-и-и…

ᅟ

— Чего?!

ᅟ

Гол в ворота его команды, стоило ему отвлечься на секунду, злобно зыркая на тебя.

ᅟ

— Говорила же, – ты пожала плечами, с довольной улыбкой направляясь в коридор, с вешалки куртку стягивая. — Поехали уже, потом в свою фигню доиграешь. – И Шюджи не оставалось ничего кроме как промычать удручённо, плетясь за тобой.

ᅟ

Как бы тебя, и самого себя, он не убеждал, что новогодний шопинг ему безразличен, наверняка, всё ещё расстроенный проигрышем, когда вы дошли до игрушек и прочих интерьерных атрибутов, что-то в нём дало трещину. Напускное недовольство было вмиг позабыто, тут же принял участие в выборе лучших, не спрашивая сгребая всё, что нравилось, в тележку. Кислотно-яркие шары, мишура блестящая, дождики… И в этот момент ты поняла, что лучше было бы съездить за всем этим одной. Планировала ведь украсить в этом году ёлку однотоном – роса тёплого цвета, и бежево-золотистые игрушки, ничего лишнего. Но как могла отказать Шюджи, когда с такой счастливой улыбкой выбирал все эти украшения? Смириться оставалось только с безвкусицей этой, скрепя зубами и сердцем.

ᅟ

Как ребёнок маленький тыкал на всё пальцем, хватая гномов смешных в охапку и в корзину. Носки для сладостей, венок на дверь, коврик пушистый под ёлку, светящиеся домики…

ᅟ

Две больших тележки, пирамидкой заставленными товарами, – именно так вы вышли из магазина, толкая всё это к машине.

ᅟ

— Шюджи, мы купили много чего ненужного, – бормотала ты под нас, выпуская пар изо рта. Намекала меж строк, что именно его товары были, скажем так, лишними… — О-о-очень много ненужного! Господи, сколько ж денег оставили… Двухметровая ты жертва маркетинга! – На что Ханма только смеялся. Ты так забавно в его глазах выглядела, бормоча и пыхтя, что он не мог не сравнить тебя с бабулей ворчащей.

ᅟ

Сказать, что Шюджи был доволен покупками, было бы наглым преуменьшением. Вошел в азарт предновогодней суеты рьянее тебя! О консоли позабыл, первым делом по приходу, ёлку достал с балкона, не уступающую его росту. Расправлять ветки аккуратно стал, в перерывах колу попивая, пока ты суетилась рядышком, то пакеты убирая, то пылесосом сметая опавшие искусственные иголки.

ᅟ

На фоне в колонках песни новогодние играли – с трудом отвоевав право руководить плейлистом этой ночью, ты предотвратила домашний «рэп концерт», и вскоре и сам Шюджи смирился с этим. Под нос что-то то ли бормотал, то ли подпевал. Думал, что незаметным остаётся, когда на деле под прицелом камеры твоей был, пока по дурости фотографию не сделала, выдав себя яркой вспышкой.

ᅟ

— Ой… – сказала ты, глядя на Ханму, медленно приближающегося в твою сторону.

ᅟ

— Вообще-то я в этом доме фотограф! А ну-ка отдай свой дебильник, — и погнался за тобой, круги вокруг ёлки наматывая.

ᅟ

Под старый новогодний джаз, играющий не громче заливного смеха, в небольшой квартирке на восьмом этаже праздник пришёл раньше остальных. На окнах огни разноцветные мигали, ёлка сияла от изобилия игрушек и гирлянд – и пусть она не была украшена «по-трендовому», по итогу она выглядела так, будто в ней и вправду была частичка вашей души.

ᅟ

— Я тут подумал… – начал Шюджи, переплетая ваши пальцы, пока ты лежала на его груди, любуюсь тем, как украсили зал. Шторы-гирлянды на окнах, носки рождественские над телевизором, гномы на длинных ножках стояли около, будто охраняли драгоценную консоль, свечи зажжены с зимними ароматами…

ᅟ

— О чём? – спросила ты, не отрывая глаз с экрана телевизора, по которому крутили «Гринч».

ᅟ

— Может нам всё-таки пора сделать ещё один шаг?.. Типа расширить семью.

ᅟ

Мысли о детях тут же ударили в голову, кипятком ошпарили, заставив отстраниться. Вы обсуждали эту тему и раньше, но пришли к тому, что пока вам это не нужно. Слишком молоды и хотите пожить для себя.

ᅟ

— Заяц, ты чё?..

ᅟ

«Неужели изменил своё мнение?» – пронеслось внезапно и лицо тут же осунулось, что не осталось незамеченным Шюджи.

ᅟ

— Боже, да не о детях я! – и сам поморщился, представляя всю эту суматоху с пелёнками. — Я о собаке говорю, – успокоил он тебя и снова прижал к своей груди, поглаживая по голове. — Ну или о коте, не знаю. А может и того, и того, чтобы не скучно им было.

ᅟ

— Ты серьёзно? – обрадовалась ты и тут же запрыгнула на него, ладонями за щеки хватая, чтобы в глаза тебе смотрел. — Прям серьёзно-серьёзно?!

ᅟ

— Серьёзно я, серьёзно, – сквозь сплющенные щёки пробормотал он, – ты же давно хотела, вот я и подумал.

ᅟ

— Шю-ю-ю!!! — ты запищала на радостях и принялась расцеловывать лицо Ханмы, которое так и светилось от самодовольства. Не хватало только вслух произнести «да-да, целуй меня, как же я хорош собой», но об этом не сейчас, ведь в этом году в вашей маленькой семье из двух человечков появится ещё один, а может и два, гостя, которые разделят вашу любовь, что даже в самый холодный день зимы сумеет согреть дом изнутри.

Отношения с таким мужчиной, как Такеоми, отнюдь не розовая сказка о любви с прекрасным принцем на белом коне. Вместо молодого парня просыпаться ты будешь с мужчиной по возрасту, не уступающему твоему отцу, в то время как благородного и породистого скакуна заменит новенький Бэнтли цвета горького шоколада.

ᅟ

Замужество, заключённое выгоды ради, не то, как ты представляла своё будущее, однако именно благодаря ему неосязаемая почва под твоими ногами материализовалась. Твёрже стала с появлением Акаши, пусть любви в его сердце к тебе не было. Смотрел на тебя с пустотой в глазах, не понимая что делать дальше – Сенджу в тебе видел, и от того передёргивало дрожью знойной. В то время как сам он давно переступил порог четвёртого десятка, ты только второй разменяла, входя во вкус жизни. Дорогой, красочной, и такой захватывающей, что выкрасть тебя из неё даже для Такеоми казалось преступлением.

ᅟ

Запирать в доме и перекраивать из тебя нового человека, удобного, он не собирался. «Будь что будет» – думал он, с тяжёлым вздохом смежая усталые веки всякий раз, когда энергечность твоя попадала в его поле зрения. Он не шарахался, не игнорировал, скорее со стороны наблюдал за тобой, как за котёнком, гадая, что же вырастет из него. Привыкший к одиночеству, что лишь изредка разбавлялось случайными связями на одну ночь, делить «дом» с кем-то ещё стало для него тем еще испытанием.

ᅟ

Серость минимализма в его апартаментах стремительно теряла свою изюминку, «перестраиваясь» под новую хозяйку. Арома-свечи расставленные тут и там, тошнотворно-сладкий аромат твоих парфюмов, витающий в воздухе от гостиной до спальни на втором этаже, маленькие побрякушки, статуэтки и прочие предметы интерьера, которые он считал совершенно бесполезными – всё это с течением времени въелось в некогда пустую квартиру. Сделало её уютнее, и не будь Такеоми таким твердолобым, признал это вслух, но пока, вместо этого, он продолжал хмыкать над каждой новой, по его мнению, безделушкой.

ᅟ

Да, первое время – первые два года, — выдались нелёгкими для обоих, и каждый переживал изменения в своей жизни по-разному. Акаши, как маленький мальчик, прятался. Под предлогом работы частенько ночевал где-угодно, лишь бы не дома. В баре задерживался допоздна, противоречивые чувства свои заглушал коньяком. Избегал тебя, да деньгами откупался.

ᅟ

Хочешь провести вечер с ним, чтобы наладить хотя бы минимальный контакт, как все нормальные взрослые люди? Лучше возьми мою карточку и порадуй себя чем-нибудь. Не сегодня, я занят. Хочешь посетить с ним открытие нового ресторана или выставки? Личный охранник составит тебе компанию и отвезёт куда только захочешь, только не трожь меня.

ᅟ

И если поначалу тебя это беспокоило, болезненно в груди вибрируя после каждого отказа Такеоми, то после ты научилась извлекать из этого выгоду.

ᅟ

Изъедающее чувство девичьей неуверенности, что терзало на протяжении долгого времени, сменилось, когда судьба поменяла вас местами. Больше ты не искала в себе изъянов, не искала ответов на вопросы, что так и не сумела задать ему, глядя прямо в глаза за ужином, ведь его почти никогда не было рядом. Перестала оповещать о своих делах – что делала, какие планы и куда ушла, – потому что заведомо знала, что услышишь на это. Сухое «понял» и «услышал» сопровождали ваши разговоры насмехающейся любовницей, что никогда не покидала вас. И ты уступила ей – с лёгкостью, без какой-либо горечи, оседающей на кончике языка – и всё в миг стало проще. Всё стало так, как Такеоми того и хотел.

ᅟ

Никаких бессмысленных разговоров, никаких дёрганий и лишних движений.

ᅟ

Конечно, он оставался твоим мужем, но больше не воспринимался как мужчина, которого ты так боялась разочаровать поначалу. Стеснение и робость с возрастом прошли, сменившись уверенностью, и теперь Такеоми был лишь удобным соседом, который не доставляет лишних хлопот. В деньгах никогда не ограничивал, все материальные хотелки исполнял, слова лишнего не говоря. Опекал, заботился – да, холодно, но по-своему, – проявлял какую-никакую заинтересованность в твоей жизни. И вскоре, не успел он опомниться, как маленький котёнок – зашуганный и нелюдимый, – вырос в игривую кошку. Пародистую, с шерсткой блестящей, с характером не дай бог...

ᅟ

В расцвете своей молодости, перешагнув порог двадцати пяти, детские черты твои сточились, подобно острым коготкам. Повзрослела, начала понимать, чего хочешь от будущего, а чего точно нет, и отчасти Такеоми во взрослении твоём успел прочесть несколько лекций, став негласным наставником. Пусть чувств романтических к тебе не питал, он никогда не позволял себе отнестись к тебе неуважительно. Всех потенциальных ухажёров «пробивал», наизнанку выворачивая перед тобой, показывал, что порой за маской миловидного личика скрывается личина уродливая, жаждущего лишь одного – а что делать с этой информацией всегда оставалось за тобой. Он не давил и не навязывал свои убеждения, советовал только – невзначай так, будто вскользь, пряча мало-помалу проклёвывающиеся чувства.

ᅟ

Глупым Такеоми назвать нельзя было, он прекрасно понимал, что «включить» роль мужа спустя столько времени будет неуместно, как минимум, однако поделать с собой ничего не мог.

ᅟ

За всю свою жизнь женщин у него было много, но лишь с одной он так долго пробыл под одной крышей вместе. Привыкнуть успел ко всем заскокам твоим, к запаху, от которого поначалу воротило, к присутствию, что делало дом настоящим домом, а не простым жильём. И в моменте понял, что потерять всё это будет одним из самых больших упущений.

ᅟ

Никудышний брат, друг, не сдержавший обещания перед усопшим, – в нём было немало плохих качеств, и куда меньше хороших. Но что-то среди них грызло его изнутри, подбивая предпринять хоть что-то.

ᅟ

И сквозь скрипящие зубы писать тебе стал чаще. На работе всё реже и реже оставался допоздна, стараясь сразу после купить твою любимую выпечку с цветами. Интерес к твоей личной жизни проявлял мало-помалу, делал вид, что «просто так», приличия ради всё это, когда на деле пометки мысленно делал в голове. Непривычно всё это было – старания его были одновременно умилительными и уморительными в глазах твоих. С видом якобы безразличным поглядывал на тебя, дистанцию сокращал, но грань не переходил, в глубине души боясь, что видишь в нём лишь отцовскую фигуру. Аккуратно так прощупывал почву, будто по льду тонкому ступал. Думал, что незаметно делает всё, но как же он ошибался...

ᅟ

— Муж мой, глаза подводят меня или Манджиро всё же распустил вас, наконец прикрыв вашу организацию, а? Ты почему ещё здесь?

ᅟ

На часах полдень, а в календаре день будний. Увидеть Такеоми в столь ранний час дома было редкостью, и, судя по его виду, он никуда не спешил. Сидел в кресле кожаном, в пижаме шёлковой да кофе попивал, пока на голос твой не обернулся. Выглядел он непривычно домашним, и потому поддразнить его хотелось!

ᅟ

— Я здесь живу, если ты забыла, жена, – пробормотал он, глазами бродя по ночной рубашке того же материала, что была чуть выше колен. Увидеть тебя только-только проснувшуюся было такой же редкостью, как для тебя застать его до ухода на работу. Ваш режим дня никогда не пересекался. — А ты почему здесь? Только начало первого, а ты уже не спишь. Рано ты сегодня.

ᅟ

— Ха-ха-ха, Такеоми, – сщурив глаза и натянув улыбку неестественную, ответила ты на встречный подкол с его стороны. — Остряк старый...

ᅟ

— Ты что-то сказала?

ᅟ

— Нет-нет. Тебе, в твоём-то возрасте, уже слышится всякое, набось.

ᅟ

Акаши прекрасно услышал, что ты сказала перед этим, но всё равно узнать хотел, сможешь ли прямо в лицо повторить сказанное. Он бы не обиделся, но точно закатил глаза показательно, будто шутки твои раздражают его.

ᅟ

На фоне тихо телевизор играл, транслируя новостные каналы. За панорамными окнами солнце светило ярко, а в воздухе запах свежеприготовленного кофе витал и чего-то еще... Чего-то, что тут же в нос ударило и заставило пойти в сторону манящего аромата. Минуя гостиную, ты шла прямиком на кухню, пока не нашла источник сладкого запаха. На столе, рядом с букетом белых роз, которого ещё ночью здесь не было, стояла тарелка с оладьями, политыми шоколадом, а рядышком чашка ещё горячего чая.

ᅟ

«На доставку не похоже. Да и на вид не очень...» – подумала ты, разглядывая запоздалый завтрак. Судя по грязной посуде в раковине это точно была не доставка, и от того улыбка твоя расплылась в уголках губ.

ᅟ

Отломив кусочек оладьи, что на вкус оказалась в разы лучше, ты довольно вернулась в гостиную, усаживаясь на ручку широкого кресла. Навалилась на Такеоми бесстыдно и обвила его шею руками.

ᅟ

— И что это за акт невиданной доброты? – спросила ты на ушко, кошкой мурчащей. — О, ты щетину сбрил, – и тут же кончиками пальцев прошлась по чёткой чертам. — Тебе так намного лучше.

ᅟ

— Почему сразу «невиданной», м? Я что, не могу просто так приготовить тебе завтрак? – одной рукой он продолжал удерживать чашку, в то время как другой – тебя за талию. Скользнул по ней мозолистыми ладонями так естественно, так ловко, притягивая ближе к себе.

ᅟ

— Можешь, конечно. Просто странно это как-то... – ты задумалась, вспоминая все изменения в его поведении за последнее время. — Дома стал чаще оставаться, с подарками зачастил... Я не жалуюсь, если что! Мне приятно, конечно... Теперь ещё и завтрак готовишь. Ты мне хочешь что-то сказать или задобрить перед чем-то? Может, развода хочешь, м? – смешок слетел с твоих уст, когда руку в волосы его запустила, проходясь по длинным локонам.

ᅟ

— Не говори ерунды, – отмахнулся Акаши, посипывая кофе.

ᅟ

— Ну а что тогда? В жизни не поверю, что всё это «просто так».

ᅟ

Положив голову ему на плечо, ты начала обводить пуговицы на его ночной рубашке подушечкой пальца в ожидании ответа.

ᅟ

— Я просто захотел порадовать свою жену. Больше не буду, раз тебе это так не нравится, – Такеоми пожал плечами и поставил чашку на стеклянный столик рядом.

ᅟ

— Ну не-е-ет! – рассмеялась ты, поднимая на него голову. – Мне нравится! Просто... Непривычно видеть тебя в таком... амплуа.

ᅟ

— В каком «таком»? – он изогнул бровь так, будто слова твои были настоящим оскорблением, от чего стало ещё смешнее.

ᅟ

— Обычно так себя ведут влюблённые. Ну или те, кто пытаются развести девушку на се-е-екс, – протянула ты с ухмылкой, пальчиками скользя вверх по его груди, прямиком к челюсти. Медленно, дразняще.

ᅟ

— Пошлячка, – отчеканил Такеоми, но тело его напряглось. Не мог он воспротивиться молодому. Особенно когда розовый шёлк так облегал изгибы твоего тела, задираясь всё выше и выше по мере того, как ты продолжала ёрзать рядом. — Мне кажется, что из нас двоих здесь только ты пытаешься развести меня на секс.

ᅟ

— Разве? – услышать от него такое было забавно. Обычно собранный и холодный Такеоми сейчас старался скрыть свою нервозность и возбуждение, медленно поднимающееся меж его ног, но попытки были безуспешны. Чем усерднее он строил серьёзную мину, уставившись в экран телевизора, тем заметнее это было.

ᅟ

Быть может, дело было в долгом отсутствии секса, а может, за последнее время законный муж и вправду стал тебе ближе, чем за всё время вашего брака. Казалось, будто не только поведением изменился он, но и внешне: стал чаще надевать те вещи, что ты когда-то оценила, волосы больше не зализывал назад, щетиной не зарастал – сбривал сразу, сохраняя гладкость на лице. И теперь мужчина, которого ты так любила дразнить по поводу возраста, называя в шутку стариком, сейчас казался тебе чертовски привлекательным. Было в нём что-то притягательное – то ли аромат кофе вперемешку с сигаретами и одеколоном, то ли отпечаток прожитых лет, оставивший след на его теле в виде морщинок и седины, выглядывающей из-за непослушных прядей.

ᅟ

Но что бы это ни было, желание брало верх не только над ним.

ᅟ

Пользуясь его напускной отстранённостью, ты спрыгнула с подлокотника на бёдра Такеоми, устраиваясь удобнее. Врасплох застала его, заставив глаза распахнуть в удивлении, но сказать ничего не дала – губами прижалась к шее, прокладывая дорожку из влажных поцелуев, что ускоряли сердцебиение его. Дышал Акаши рвано, руками талию твою сжимал всё сильнее, но торопить не стал. Наслаждался твоей игрой, как выдержанным вином, смакуя его сладость. Так мягко твои губы ощущались на коже его, а как прижималась к нему, скользя рукой по его груди... И, может, это того стоило, в мыслях Акаши пронеслось.

ᅟ
— Если и дальше продолжишь вести себя так, я не смогу сдерживаться, – произнёс он сдавленно, ухватив тебя за подбородок двумя пальцами, чтобы в глаза ему смотрела.

ᅟ

— А может я не хочу, чтобы ты сдерживался, – в сантиметрах от его губ прошептала ты, опаляя горячим дыханием. Взгляда вызывающего с него не сводила, игралась с ним бессовестно. — Может, я хочу чтоб ты наконец вернул мне супружеский должок. Как думаешь, сможешь это сделать, старик?

Задорный смех, несмолкающие песни и шум всплесков въелся под кожу участников труппы, как запах моря в каждый уголок их корабля, рассекающего по необузданным и свободным волнам навстречу новым выступлениям. Стал он для них домом родным – для всех тех, кто когда-то был отвергнут Орденом, скитальцев, не принятых другими. Ведь здесь нет места осуждению да презрению, здесь все «свои», такие как есть – с изъянами внешними и внутренними, с душой обнаженной и израненной, что мало-помалу исцеляется в месте правильном, с людьми «несовершенными». Пляс заводной гимнастику здесь заменяет, посиделки в кругу родном ночью тёмной под взором луны полой – вместо тысячи сеансов с мозгоправом, а вина пенистые душу лечат не хуже таблеток.

ᅟ

Рекой они льются в дни празднеств важных! Победы маленькие и большие, дни рождения, годовщины. Но по правде говоря, повод «дуракам» не нужен, ведь сумеют даже в шторм смертоносный сохранить настрой бравурный, что разгонит тревоги и переживания лучами солнца сквозь плотные облака, от чего сердце ритм свой дикий успокаивает. Тормозит аккуратно, как коня неугомонного – спешить незачем. «Время нам дано для жизни в удовольствие, никак иначе. И тратить его в душевных стенаниях – страшное упущение, друг мой» – так сказал Капитан Брант в вашу первую встречу. Появился будто из ниоткуда – драматично и броско, точно весь мир для него сцена, – выручая девицу из беды. Руку помощи протянул изящно, глаз-фианитов не сводил, пока уголки губ расплывались в улыбке чарующей. В нём не было напора, но манил он магнитом; располагал так тепло всем своим видом, что не довериться ему не представлялось возможным. Да и ярлык «незнакомца» совсем не подходил, пусть ты и видела его впервые. Что-то невидимое взору обычному шептало в воздухе, что довериться ему можно, кружило вокруг, точно подталкивая ухватиться за протянутую руку.

ᅟ

И кому бы тот голос ни принадлежал, он не соврал.

ᅟ

Грань «незнакомцев» стёрлась меж вами так же быстро, как нос корабля разрезал ветровые волны. Так же быстро, как нечто ранее чужое появилось в твоей жизни, то, что больше не заставляло горло сжиматься болезненно при произношении простого, и одновременно такого сложного слова, как: «семья». Вместе с началом новой жизни Капитан подарил не только место, что с уверенностью можно было назвать домом, но и людей, ставших настоящей семьёй для тебя. Каждый в труппе был важен не только как артист, но и человек со своими особенностями, и Брант всегда замечал их. Например, то, с каким трудом Рочче давались знакомства с новыми людьми – малышка застенчивая прятала «изъян» свой в чемодане волшебном, незнакомцам показываться не хотела, – на что Брант лишь тихонько посмеивался по-доброму. Заставлять через силу коммуницировать никогда бы не стал, вместо этого гостю представлялся за неё, говоря, что ей нужно какое-то время дабы открыться. Чемодан, в котором пряталась, аккуратно поглаживал, а после ступал себе дальше, не желая беспокоить. Будучи Капитаном не только труппы, но и самого корабля, он не раз марал руки, выполняя работу как машинного экипажа, так и палубного, если того требовали обстоятельства. Испачкаться не боялся, принимая все трудности, какими бы они ни были, с улыбкой на лице, от которой сердце сжималось предательски каждый божий раз.

ᅟ

Маски тебе приходилось надевать не только во время выступлений, но и за их кулисами. Но в отличие от реквизитов сценических – ювелирно изготовленных, – твои собственные паутинкой на фарфоре мнимого безразличия трескались, стоило Бранту в своей привычной манере подшутить, нарушая личные границы. Казалось, он и вовсе не знал об их существовании с тем, как легко сокращал дистанцию, без стеснения приобнимая тебя в самые неловкие моменты. Беседу ведёшь с кем-то? Это не мешает ему подойти к тебе со спины, своей широкой от ветров холодных защищая. Небом ночным любуешься? Брант уже рядом – накидывает на плечи твои плед тёплый и становится подле, в восхищении глядя на усыпанное звёздами небо. Подходит всегда сзади – по-кошачьи тихо, грациозно в манере своей, – и притягивает за плечо непринуждённо, будто подобное для вас в порядке вещей. Для него так точно. Для всех остальных членов экипажа? Они давно перестали обращать внимания на приступы тактильности своего Капитана. Для тебя же...

ᅟ

Тело твоё напряглось стоило рукам сильным опуститься по-хозяйски на плечи – нежданно-негаданно выбил он воздух из лёгких своим присутствием, даже не догадываясь об этом. Ароматом рома, будто шарфом, обвился вокруг тебя, позволяя на кончике языке распробовать сладкие нотки шоколада да пряностей экзотичных, что таились во многолетней выдержке напитка. Брант нависал сверху, одной рукой упираясь в спинку стула, второй же сжимал плечо твоё, но несмотря на состояние одурманенное пойлом, силу хватки контролировал всегда. И никогда не позволял себе большего, боясь боль причинить ненароком. Нежным был, а порой даже робким в присутствии твоём. Мальчишка в его душе наружу вырывался, выплясывая пред тобой без масок и грима, настоящим хотел показаться тебе, сделать всё, чтобы увидеть улыбку на твоём лице. И у него получалось.

ᅟ

Каждый день в Труппе Дураков как праздник, и этот вечер не был исключением. Гирлянды и фонари, украшающие сцену палубы, в темноте ночи были похожи на тысячи светлячков – сощурь ты немного глаза и увидишь их рой, простирающийся над чёрным, как смоль, океаном. Несмотря на час поздний корабль гудел: разговоры, пляс и песни под покровом луны были оживлённее, чем под лучами обеденного солнца. А всё потому, что тур подошёл к концу. Последнее выступление сезона сопроводило артистов в путь громкими аплодисментами и десятками подаренных букетов. Их сладкий аромат витал в воздухе, смешиваясь с морским и алкоголя, разбавлял его, вытесняя уже породнившийся запах бриза. Но отчего-то чудилось, будто совсем рядом он; будто бутон точно под носом...

ᅟ

— Так тебе идёт больше, – над ухом вдруг раздалось и ты почувствовала, как что-то коснулось волос – вопрос твой тотчас нашёлся ответом, заставив по инерции потянутся к макушке, пока подушечки пальцев не ощутили под собой тонкие лепестки.

ᅟ

— Снова ваши проделки, Капитан?

ᅟ

В груди тепло приятное разлилось. То ли от вина, то ли от внимания Бранта – неясно. Вставил он цветок в пряди, довольный собой и тем, что видел перед собой, когда взгляд на него свой подняла ты. Цвет глаз, сверкающих под балдахином звёзд, был так же красив, как и бутон раскрывшегося цветка у твоего виска.

ᅟ

Что ему было ответить? Сознание помутнённое ответом не нашлось, хихикнуть только побудило, глядя тебе прямо в лицо. Разглядывал тебя Брант бессовестно! Глазами пьяными бродил по каждой родинке и горбинке, так, будто перед ним самое настоящее сокровище Ринасситы, когда-то затерянное в глубинах морей. А ты? Смущённая столь пристальным вниманием убирать «подарок» не стала, поверила капитану на слово, но взгляд быстро отвела, не выдерживая натиска фианитов блуждающих.

ᅟ

Лучшие вина Рагунны и самые свежие лакомства сейчас украшали банкетный стол, гордо расположившийся в самом сердце корабля – палуба, сцена ваша, до сих пор была заставлена атрибутами минувшего выступления, и потому атмосфера ощущалась куда более праздничной. Напитки лились рекой, стекая вниз по одеждам в угаре пьяном, но до этого никому не было дела – все члены труппы жили моментом и умели им наслаждаться. Не мудрено, ведь пример им подавал сам Капитан! Даже сейчас, пошатываясь неуверенно позади тебя, он победоносно поднял вверх чару с тягучим пойлом, громко огласив ещё один тост:

ᅟ

— Друзья, давайте поднимем бокалы за огонь в наших сердцах! Пусть страсть пылающая в них никогда не стихает, а разгорается лишь сильнее! До дна!

ᅟ

И вслед за словами капитана гул людской да склянок звон разразил тишину океана. Труппа звякнула бокалами, разливая спиртное в радости своей. Гуляла будто в последний раз и гудела роем пчелиным. Грусти на борту не было места ни сегодня, как не будет её и завтра! Ведь, как и сказал Брант, огонь в сердцах членов экипажа освещал путь, каким бы порой он не был тёмным. Согревал их, и не давал другим потухнуть. Держались все крепко друг за друга, а некоторые даже чересчур, боясь вот-вот потерять равновесие.

ᅟ

— Капитан! – воскликнула ты, вставая резко с места, чем и «спасла» падение Бранта. Схватилась за него, торс крепкий рукой окольцевав, и помогла усадить пьяное тело на стул рядом. — Мне кажется, вам достаточно на сегодня... – на корточках сидя перед ним, пыталась незаметно, в доверие притеревшись, отобрать чару с ромом, однако рефлексы его были быстрее.

ᅟ

С хохотом разлившимся пролилось и пойло янтарное на грудь оголённую. Метку намочило, одежды эпатажные, будто намеренно сделал это, чтобы прилипали они к телу! Брант этого даже взглядом не окинул, потерянный в роме его разум блуждал где-то вдалеке, в то время как твои глаза изо всех сил старались не опускаться на облегающую его изгибы ткань. «Неправильно это» – в голове крутилось, когда ладони, точно щиты, накрыли лицо, не давая даже сквозь щёлочку взглянуть на сверкающую метку.

ᅟ

Но было твоё «неправильно» временным. Рабочие отношения рано или поздно дали бы трещину громкую с тем, как близки вы становились друг другу с каждым прожитым днём, хоть ты и старалась не принимать этого. Совместные выступления, тела, слитые в танцах под слепящим светом софит, негласная забота, переходящая черту простой платонической – когда спектакль длиною в несколько лет подойдёт к последнему акту и вправду было вопросом времени, и зрители, наблюдающие за вами, в предвкушении ставили ставки, перешёптываясь за вашими спинами. Все члены труппы видели как по началу слабые искры во взглядах разрастались фейерверками меж вами. Дураков играли не только на сцене, но и сходя с неё, сами того не осознавая, что маски так и не были сняты.

ᅟ

— Ты была великолепна... – признался Брант, блаженно смежая веки дабы придаться воспоминания о выступлениях, чем и заставил поднять на себя твой взор. — Твои движения... – смешок сорвался с его уст легко, но как только он открыл глаза, запрокинув голову на небо, тон его стих, будто говорил он о сокровенном. — Мне не хватит слов, чтобы описать насколько завораживающе ты выглядишь на сцене. Клянусь всеми богами морей, ты крутишь кольцом в воздухе, точно луной! Так красиво, что дыхание перехватывает, когда смотришь... Такая красивая... Как сама луна... Хотя нет. Ещё прекраснее.

ᅟ

Слова лились из уст Бранта так же свободно, как весенние ручьи. Так же чисто, без капли лести и лжи, развязанные высокоградусным алкоголем, но не в нём он искал утешения. Осознавал ли, что говорит тебе? Забудет ли о сказанном утром? Этого ты не знала, но точно знала одно, что после этой ночи прятать свои чувства станет ещё труднее. Стучали они в груди, заглушая своим грохотом гомон пира на корабле. Будто под воду нырнула – всё так приглушённо и размыто, а сердце бьётся как в лихорадке. Ни вырвать, ни угомонить.

ᅟ

— Капитан, вы явно перепили, – натянутая улыбка и сощуренные глаза – излюбленная маска, одновременно твоя защита и гордость, ведь столько лет и ни единого прокола. Ты вновь надела её, поднимаясь с колен и протягивая Бранту руку. — Эта чара будет лишней, поверьте мне. Вы даже на ногах стоять не в состоянии.

ᅟ

— Так помоги мне закончить её, – то ли мольба, то ли приказ в его голосе был, но взгляд выдавал отчаянное желание провести в твоей компании ещё хотя бы несколько минут, пусть даже ценой за это станут головные боли по утру. Рукой потянулся к твоей, точно к якорю, и отпускать не собирался. Смотрел на тебя как утопающий на протянутый канат – с надеждой и трепетом, что ритм свой отбивал за меткой разрыва.

ᅟ

— Я не...

ᅟ

— Прошу, – Брант перебил, не дав даже закончить. Ладонь твою сжал крепче, подушечкой лаская костяшки. — И обещаю, что она будет последней на сегодня! Море этому свидетель.

ᅟ

Ты колебалась. С прищуром недоверчивым смотрела то на улыбку Капитана, то на чару, полную чёрного рома. Терпкого, вязкого как мёд, и чертовски крепкого. Её одной хватило бы, чтобы шкала твоего опьянения перепрыгнула со слабого к сильному. И всё же ты приняла его вызов.

ᅟ

— «Последняя», говорите?

ᅟ

— Так точно.

ᅟ

— Смотрите мне, Капитан, – хмыкнула ты и вырвала из рук Бранта чару, на одном дыхании проглатывая обжигающую горло сладость. Слёзы на глаза от такого выступили, но ты лишь выдохнула резко, прижимая ладонь к носу. Быть может не лучший твой шот, зато выпит он был гордо! И если в капитанских планах было разделить чашу рома на двоих по всем канонам романтика, все они канули на дно, стоило ему увидеть твой перформанс. Зная твою нелюбовь к крепким напиткам, Брант даже подумать не мог, что ты поступишь так дерзко. Поддразнить хотел лишь немного, растягивая время до того момента, как разойдётесь по каютам. Не более. Но ты переплюнула писаные на песке ожидания, волной их смыла, не дав капитану и опомниться.

ᅟ

Только когда всучила ему чару назад, кривясь от пойла горьковатого, Брант опомнился, заливаясь смехом заливным.

ᅟ

— Даже не думал, что ты способна удивить меня ещё больше! Однако, сказать, что я впечатлён будет огромным преуменьшением. Браво, моя леди! – он хлопнул в ладони, не на шутку очарованный твоей бравадой. — Достойный ответ настоящего члена Труппы Дураков!

ᅟ

— Бар для вас на сегодня закрыт, – пропуская мимо ушей похвалу Бранта, констатировала ты сухо, корчась от послевкусия рома. По столу рыскала в поисках чего-нибудь, чем можно было закусить, в то время как Капитан ходил за тобой по пятам, всё посмеиваясь да посмеиваясь.

ᅟ

— Я думал, мы разделим эту чару на двоих... – под нос себе бормотал, в руке прокручивая теперь уже опустошённую. Отчасти обиженно звучал, по большей части пьяно, а если прислушаться, что-то ещё проскакивало в тоне его. Будто поступок твой согрел его как изнутри, так и снаружи, рассыпав на щеках, как на берегу ракушки, румянцем.

ᅟ

— Хватит с вас, – ты буркнула, пережёвывая конфету. И та была с ликёром, будь они неладны! Чувствовалось как жар поднимался вверх по телу, расслабляясь каждый его сантиметр, начиная с ног, что после целого дня и без того были ватными. Облокотиться об стол, дабы не споткнуться и не рухнуть плашмя, стало хорошим решением.

ᅟ

— Неужели так сильно переживаешь обо мне, что ни глотка не оставила?

ᅟ

— Капитан, мне кажется, вы слишком самовлюблённы и, уж тем более, пьяны для таких умозаключений, – ты парировала в ответ, пока сознание оставалось ясным, не желая признавать правоту Бранта, вновь сократившего расстояние между вами до неприличного. Руками по обе стороны от тебя в стол упёрся и теперь взгляда не сводил, будто выудить правду пытался.

ᅟ

— А мне кажется, что спас я в тот день не девушку, а сирену, – он рассмеялся хрипло, медленно утыкаясь лбом в твоё плечо.

ᅟ

Хмель взял над ним верх, окутав лозой своей сознание да язык, что с каждым словом заплетался всё пуще. И не подвинься Брант так близко, вряд ли бы ты уловила о чем он говорит. Теперь же дыхание его опаляло, волной мурашки по телу рассыпало, от чего хотелось сквозь землю провалиться! Ещё никогда вы не были так близки – как эмоционально, так и телесно. Ты чувствовала, как жар исходит от его тела, как громко бьётся сердце и как приятно от него пахнет. Смесь рома, морской соли и свежего бриза еще никогда не казалась тебе такой пьянящей.

ᅟ

— Иначе я не могу объяснить, как околдовала ты меня, что в мыслях теперь только ты... Просыпаюсь – тебя перед глазами вижу. Засыпаю – опять ты, – вначале Брант посмеивался слабо, а после голос его становился всё тише, будто сном вот-вот накроет. — Кто ты, м? Русалка? Дева моря?

ᅟ

— Капитан, вы в стельку пьяны, – щёки огнём горели, а сердце грозилось грудь разорвёт от того, как волнительно ему было, а слова Бранта ничуть не помогали, с каждым произнесённым лишь больше подливая масла в бушующий огонь.

ᅟ

— Может и так, но тебе я ни разу не соврал.

ᅟ

Возразить в ответ хотелось, но в мыслях рой безумный всё глушил. Слишком интимно, слишком откровенно. Настолько, что раскат салютов и громкие возгласы трупы так и остались шумом неважным. Не до них тебе было. Точно не в тот момент, когда Капитан так по-детски уткнулся в изгибы твоей шеи носом, вдыхая запах твой так, будто хотел его в своей памяти спрятать. Ластился котом бродячим, жаждал заполучить ласки твоей, принятия, и, быть может, признания. Ведь впервые за долгие годы странствий понял, что якорь свой он уже нашёл. Был всё время рядом и теперь – будь то шторм или буря, – ничто не потопит его чувства. Намертво въелась под кожу меткой, мучила в мыслях и во сне, и наяву, но лечиться от лихорадки твоей ни за что не стал бы. Никак нет! Вместо этого отпрянул, пошатываясь, под разноцветные вспышки фейерверков снимая шляпу капитанскую. Такую же яркую, как и всполохи в небе звёздном – была она перьями украшена, камнями и драгоценностями блестящими с глубин морей. Подходила ему как никому другому, именитой была, отличительной изюминкой в глазах других. В его же?... Любил он её, конечно, но не так сильно как тебя.

ᅟ

И потому, с трепетом в глазах, под рёв салютов, протянул он её тебе – а вместе с ней и сердце своё, в руки твои вверяя всё самое сокровенное: честь капитана, мужчины гордость и самого себя. Таким как был – без прикрас, пьяный и беспамятства влюблённый.

ᅟ

— Я отдаю тебе штурвал, моя леди. Веди наш плавучий театр, куда подует ветер твой, а я подниму паруса.

ᅟ

Клятву моряка скрепил поцелуем первым – нежным и таким робким, что ноги твои невольно подкосились, и не стой Брант так близко, точно упала бы. Но он удержал. В объятиях сильных заключил, будто боялся, что растворишься туманом по утру. Сказкой ему это казалось, грёзой, что после стольких лет сбылась. «Лишь бы не спугнуть, лишь бы не спугнуть» – бредил он, боясь обнять чуть крепче, поцелуй чуть углубить, но как только ладони твои схватились за щёки его, в радости притягивая к себе, дабы провернуть то, на что он не решался, вздох облегчения вырвался из его груди, будто птица из клетки. Воспарила в небеса свободно, как и чувства его, увидев в тебе взаимность, от чего уголки губ дрогнули и расплывались в улыбке счастливой.

ᅟ

Последний акт отыгран в пьесе вашей, занавес опущен, а маски сняты. Вам больше не нужно было играть безразличие и прятаться за ролями.

Бутхилл. Мания - Это любовь-наваждение, в которой невозможно заполучить желаемое. Это сильное чувство, раскачивающее психику как качели — от маниакальной эйфории до тяжелейшей депрессии. Греки считали такое чувство наказанием богов.

ᅟ

Отношения с Бутхиллом походят на пытку. Но вовсе не из-за его грубости, которая частенько прослеживается в закалённом годами характере. Вовсе нет. Бутхилл строг к себе: фильтрует речь и старается следить за движениями, чтобы ненароком не задеть, ведь прекрасно понимает, что его тело отличается от хрупких человеческих.

ᅟ

Когда-то во имя мести Бутхилл сделал выбор, совершенно не думая, что однажды на своём пути он вновь сможет встреть человека, которому будет целиком и полностью доверять, захочет проводить дни и ночи и захочет дарить нежность с теплом, на которые, увы, почти не способен. Именно из-за этого отношения с галактическим рейнджером порой такие же горькие, как темный шоколад; и катают похлеще, чем аттракционы в тематическом парке Пенаконии.

ᅟ

По мнению Бутхилла, любовь не может долго прожить на одной лишь эмоциональной привязанности. Физически он может даровать лишь поцелуи, потому что голова — единственное, что осталось от старого тела, когда-то чувствовавшего всё от жара до холода. И только вторым Бутхилл сейчас покрывает твою кожу. Но один лишь взгляд на мурашки заставляет его одёрнуть руку и вновь изъедать себя за всё то, что никогда не сможет дать. Бутхилл проваливается в бездну самобичевания и предпочитает быть один, когда слишком плохо — уходит из твоей жизни на время. А после возвращается, как бродячий пёс к кормящей руке.

ᅟ

Всё, что он может после, — это шептать на ухо слова о любви, после разлуки, а поздними ночами наблюдать, как во сне ты проливаешь слёзы на подушку, ведь не хочешь больше оставаться одна. Бутхилл и сам бы дал волю эмоциям, если бы мог. Он хотел бы прижать тебя покрепче и чувствовать тепло кожи, греющее до самого сердца. Но вместо этого он накидывает на металлический корпус одеяло, чтобы тебе было мягче, и только потом обнимает, утыкаясь носом в макушку.

ᅟ

Бутхилл не может прикоснуться так, как вам обоим нужно. Единственная радость — касаться твоих губ своими. Наслаждаясь, Бутхилл выпадает из реальности, на мгновение чувствует себя живым, но стоит ему открыть глаза и отпрянуть от тебя — его вновь охватывает горечь, которую невозможно запить даже самым сладким коктейлем, на которые он так часто стал налегать по вечерам в баре, пытаясь заглушить гул, разрывающий черепную коробку.

ᅟ

Бутхилл давно не мальчик — утратил веру как в чудеса, так и в то, что «таким» он действительно кому-то нужен.

ᅟ

Лоча. Эрос — это эгоистичная любовь, любовь-жажда. Говоря терминами психологии — это романтическая влюбленность, в которой очень важны новизна, динамика, еще не в полной мере удовлетворенное желание обладания. Эрос всегда строится на некоторой идеализации объекта, что заставляет чувствовать себя лишенным чего-то, что может дать только возлюбленный/ая. При этом греки считали, что именно эрос управляет продолжением рода.

ᅟ

Отношения с странствующим торговцем — игра в одни ворота, которая точно оставит огромный след в твоей жизни. Как говорится, каждый человек, повстречавшийся на жизненном пути, — учитель. Лоча же научит не привязываться, уж у него-то в этом деле опыт имеется. Путешествуя по галактике всю жизнь, он научился самостоятельно заботиться о себе. Более того, он очень быстро отметил, что в этом нет необходимости и людям не всегда нужен кто-то рядом. Для него одиночество — не слабость, а привилегия, доступная лишь тем, кто действительно умеет жить так, как ему хочется.

ᅟ

Вечно скитающийся за маской уверенности и приторной галантности как тщательно прячет содержимое гроба на своей спине от чужого любопытства, так и прячет свои собственные чувства, которые за все эти годы покрылись толстым слоем пыли. И стереть одним взмахом недостаточно. Лоча не умеет задерживаться на одном месте, то же самое и с людьми.

ᅟ

Появляется у твоего порога лишь по собственной инициативе, так, будто пропасть на несколько недель, а порой и месяцев, игнорируя все твои звонки и сообщения, вполне нормально. Это и будет твоей расплатой за невзаимную любовь к страннику: бессонные ночи, бессмысленные терзания, что скребут сердце, словно острые когти бориносцев, разрывая плоть до мяса. И ты это стерпишь, ведь добровольно согласилась на авантюру. Другого и быть не могло. Точно не с тем, как обходителен и нежен Лоча в своих действиях.

ᅟ

Его долгое отсутствие для тебя — разлука, а для него — очередное путешествие. Лоча никогда не забудет принести в твой дом подарки с других планет. И нет, это совсем не "извинения" за его ветреность, он даже не подумает о таком. Для Лочи ты не более, чем добрая знакомая, которая всегда приютит его, в любое время дня и ночи без каких-либо выяснений отношений, которых по сути между вами никогда и не было.

ᅟ

Твоё нежелание спугнуть его, начни ты разговор о том, что между вами, Лоча счёл за молчаливое согласие принять всё, как есть, без лишних прикрас. С ним одновременно легко и невыносимо сложно. Сложно, когда уходит и даже не попрощается, обдавая морозным дуновением ветра. Легко, когда без приглашения появляется у двери и разливает по дому солнечное тепло.

ᅟ

Любить Лочу — значит играть в догонялки с ветром; значит вступить в игру, заведомо понимая, что проиграешь.

ᅟ

Сандей. Агапэ - это любовь-преданность. Иногда ее называют самопожертвованием, но этот смысл привнесло в слово агапэ христианство. Греки вероятно смотрели на это проще: они считали, что это любовь, которая начинается со страсти, но затем смягчает свой эгоизм и переходит к уважению и желанию скорее отдавать партнеру и развивать его.

ᅟ

С первого взгляда может показаться, что отношения с Воскресеньем идеальны, как в семьях, что нам показывают в рекламах в качестве образцовых, где все счастливы. Отчасти так и есть. Всегда, когда ты подле него, взгляд Халовианца прикован к тебе, он смотрит с неподдельный обожанием и самой чистой нежностью в глазах. Приобнимает за талию и притягивает, когда куда-то идёте, ведь не хочет выпускать из виду, панически боясь недоглядеть и стать первопричиной любых твоих ссадин. Все переживания и невзгоды разделяет вместе с тобой, перекладывая тяготящий груз на свои сильные плечи. Делает всё, чтобы упростить жизнь близким, о чьих судьбах так горячо молится бессонными ночами.

ᅟ

Однако заглянуть к себе в душу не позволит. Твоё рвение приголубить к груди, выразить переживания и заботы что телесным путём, что добрыми словами, он отвергает, в извинении целуя костяшки твоих рук. Преисполненный стремлением удовлетворять любые желания своих близких, Воскресенье забывает о своих собственных. Жертвенно и слепо он следует по пути добродетеля. Корит себя за случившееся несчастье, считая, что не достоин прощения, и потому таит все переживания глубоко внутри и пожирает себя за грехи, искусно маскируя боль за беззаботной улыбки.

ᅟ

Намеренно отказывается от пищи, искусывает губы, сдирает ногти в кровь, режет руки и замалчивает всё, что саднит глотку и так рвётся наружу. К счастью или к сожалению, ты никогда не увидишь этого за белоснежными перчатками.

ᅟ

К себе он относится как ко второму сорту, считает недостойным, павшим человеком и потому с такой осторожностью касается тебя, боясь запятнать грязью, до сих пор отчётливо ощущающейся на своих руках. Холит и лелеет, как самое сокровенное, никогда не смея предаться низменным желаниям. Рассказать о своих тяготах и коснуться тебя так, как того просит душа, утонуть в твоей любви телом и разумом — для Воскресенья сродни самому страшному греху. Для него ты икона, на которую он молится, стирая руки и колени в кровь. Так прекрасна и в то же время непостижна. Всегда так близко, но так далеко.

ᅟ

Другая сторона отношений с Воскресеньем — испытание для обоих, что закаляет ваши сердца.

ᅟ

Моцзэ. Филия - платоническая любовь, названная так потому, что в своей время именно данный вид любви возносился Платоном как настоящая любовь. Данная любовь основана на духовном притяжении, при такой любви происходит полное принятие любимого, уважение и понимание. Это любовь к родителям, детям, к лучшим друзьям, к музе. Платон считал, что это единственный вид любви, который является истинной любовью. Это безусловная любовь. Бескорыстная любовь. Любовь в чистом виде. Это любовь ради любви.

ᅟ

Для Теневого Стража романтические отношения всегда казались чем-то чуждым, чем-то непостижимым и ненужным. И что тебе удалось завлечь его в свои сети, стало удивлением даже для него самого. Однако так же умело, как он сливается с темнотой ночи во время слежки, также умело он выплывал из твоей рыбацкой сети, названной "любовью".

ᅟ

Отголоски тяжёлого детства, проведённого с Санктус Медикусом, до сих пор преследуют его и наступают на пятки, какой бы искусной его скрытность не была. Догоняют и обдают кипятком, напоминая о былых днях, которые он провёл в качестве подопытного. Оттого Моцзэ бежит ещё быстрее. Пытается спрятаться от нахлынувших воспоминаний в твоём доме — проникает через открытое окно. Как бы сильно Моцзэ себя не убеждал в том, что ему не нужна компания, каждый раз его так и тянуло к тому, чего ему так не хватало. К тебе и к твоей ласке.

ᅟ

Моцзэ всегда рядом, видишь ты его или нет. Одержимый безопасностью и чувством долга часто остаётся в тени и наблюдает — в этом весь Моцзэ. Словно бродячий кот, возвращается, когда вздумается; вьётся вокруг ног, но никогда не дастся в руки. Подвергнувшись жестоким пыткам и издевательствам в раннем детстве, травма глубоким шрамом осталась на его сердце, и потому физический контакт для него по сей день под семью печатями.

ᅟ

В глубине души Моцзэ понимает, что ты никогда не причинишь ему боли. Он видит это, когда встречает твой обеспокоенный взгляд посреди ночи, когда возвращается с алыми ссадинами на лице. Слышит это, когда ты, сдерживая слёзы, ругаешь его, одновременно бегая вокруг да около с аптечкой. Но все равно не может отпустить свой страх, проросший так же глубоко, как корневища дуба. И вырвать его будет крайне сложно, однако возможно.

ᅟ

Моцзэ потребовалось немало времени, чтобы начать разговаривать с тобой. А с какой искренней улыбкой ты внимала каждое слово, ни разу не перебив, и вовсе поразило Теневого Стража — ударило, как гром в ясный день. Привычка молчать осталась с ним с детства — ему запрещали говорить, а позже он и вовсе перестал видеть в этом необходимость, только если этого не требовала работа. Коммуникация стала первым робким шажком для Моцзэ. Он ступал в омут отношений так же неуверенно, как ребёнок, который только учится ходить, но сейчас у него был человек, который готов протянуть руку и подарить чувство безопасности.

ᅟ

Мало-помалу Моцзэ двигался дальше. Вслед за общением, он научился принимать твою заботу и ласку. А взамен готов был дарить беспрекословную любовь. Такую же чистую и безвозмездную, какую испытывают верные псы к своим хозяевам. Моцзэ будет оберегать твой сон от любых опасностей, а когда ты проснешься — откроется чуть больше, подавая голос не по указу, а собственному желанию.