1. Весна, моя весна - уют воспоминаний -
В ночи тревожною порой
Вдыхаешь пепел расставаний,
Из юности пришедших колеëй.

А человек, как завещалось,
Он юн всегда: не тело показатель,
И сколько лет не потеряет,
В чужом лице найдёт родных.

Сгорают не до тла воспоминанья,
Их прах золою обращён -
Развеется по ветру бурно
В холодной тишине ночной.

И едкий дым на слезы пробирает,
А в сердце Гордости тяжёлая стрела,
Омоет солью кровь, смесит,
Как вдруг душа белее, чище стала,
И наконец-то расцвела...

Стареть и думать остаётся
Как кто-то там была с тобой мила,
Другая искренне любила,
А ты, ты всё себя ценила -
И надо очищать слезами боль.

Прости меня, родная,
За то, что снег оттаял по весне,
И оголил раскаянье сее.
Душа кладбищем обернулась:
Нашёлся здесь её удел -
Зимою хладной и беспечной
В проталинках себя захоронять.

Ах, лучше так, с весною - с пробужденьем
Расплавить снег, пороть грехи мечом,
Чем жёлтым светом счастья ослепиться,
Подранки-гордости сделаться рабом.
16.03.2025
2
Птицы вернулись с чужбины,
Трепетен щебета звон.
Мама поправит лучину,
Ту, что возле икон.

Здорово, что есть в мире
Способ от смерти сбежать:
Лучики сердца родные
Непримиримую гибель
Сожгут и тебя заставят дышать.

В трудны минуты вдохни-ка
Воздух родных очагов,
Ляжет на‌ душу хилый
Сонной подруги вздох.

Пенье пугливой синицы
Вторгнется в уши тогда.
Детство недетское снится
Нашим прожжённым умам.
15.03.2025
3
Мой стих бездарный -
Ярославин плач,
Сжимает сердце вдруг отрадно...
И душу вырывает благодать.

Слезами счастия поплачем, дорогая,
Забудем страсти в сладком упоенье...
И тихо убаюкиваем спать
Ребёнка из цветущей колыбели.

Подобно Божьей Матери когда она
Нам людям разрешила показать,
Что значит мир и свет
И кто даст им спасенье?..

Юноны-матери сей Ярославин плач
По людям и себе пройдётся...
И может мир тогда не так схлопнëтся
Как нагадала вдруг суровая печаль?

Одно тут есть успокоенье:
Лелеять на рассвете солнца луч,
Созданный Любящим, при свете...
И грустно улыбаться по чуть-чуть...
11.04.2025
4
Верба на сырой земле лежала,
Под камни зарывалась,
Измазавшись в грязи...

Тонкусенькой рукой
Так нежно прикрывала
Младенцев белоснежных
Пушистые главы.

Им чужды грязь и холод,
Сурова плеть ветров,
Огонь, и залп, и рокот,
Тот самый страшный стон.

Мы знаем, мать,
Чужа и ты:
Растоптана, распята...
Взращала, обнимала,
Как вдруг пришла она...
Со стонами и хламом -
Закончилась весна...
А новая наступит не так скоро...

Забыться бы тебе
Хотя б на пару лет...
Тогда нагрянет час,
В какой тревожное «Прощай»
Заменит крик «Ура!».

Но верба сожжена...
Живут недолго ветви:
Младенцев не спасти...
Но та одна минута
Стоила сей жертвы...

В раю дано сей вербе расцвести.
01.05.2025
5
«О ком мне трепетно молиться?» -
Спроси старушкою себя...
Береза, свесив остры листья,
Стесняясь, глянет из-под лба...

Подруга верная из рамки,
Чуток рукою шелохнет,
Да упадёт то фото с ярким
Могучим шепотом: «Пойдем?»

Гора нечаянно сомкнется,
Да окружит весь лес кольцом...
И озеро не шелохнется,
Лишь покраснеет невдомёк...

Да только ива, свесив томно,
Усталые свои плоды,
Прошепчет мило, да не робко:
«Любовью взрощен был весь мир».
04.06.2025
6
Не палатку... могилу разбили!
Чтоб за сном на траве у ручья
Погрузиться в надушенный пылью
Ад кромешный - царство огня...

Там венки дурманом манили,
Там костёр полыхал, как звезда,
Там мелодии производили
Драгоценные сердцу слова.

У ручья, что с живою водою,
Ночной тенью влек их колдун -
Златоглавый из дерева идол
По язычески был приглашён.

У ручья, что с живою водою,
Звёздным летом бродили отцы...
Ангел Божий шёл над водою,
Поправлял у брусники цветы.

Вдруг разрезал вражеский хохот
Воздух свежий, что полон росы.
Заревел, затрезвонил бычище,
И поплыл по ручьям венков клин.

Только кровью и каменной пылью
Залились берега от цветов.
Только смехом зловещим питался
Подземный скрежет зубов.

Вдруг молитва упала на травы,
Вдруг скатилась слезинка, вторая,
Вдруг залился светом любовным
Божий сад, где ручей простирался.

Там бродили отцы, восхваляя,
Там гулял среди них ангелок,
Там он щит свой тёплый оставил,
Чтоб спасти от венков беглецов.
12.06.2025
7.
Я слышу журчанье колес поездов,
И рёв возмущённых горных ручьев.

Мне чудится, будто по небу летят
Безумные стаи свирепых собак.

Мне кажется, будто сварливая птица
Спугнула пять штук вертолётов мясистых.

Я слышу как катится грозный прибой,
И с ветром беседует лодки мотор...

Я чую, что здесь в этом мире нет мест
Для грязных и душных, смазливых сердец...
14.07.2025
8.
Стихи не пишутся,
А горы всё смыкаются.
Попасть уж невозможно
Ни в щель, ни в логово овец.

В тумане солнца нет,
Но с солнцем мы теряемся.
Пастух не найден и забыт,
Но лишь бы не забыли
Душистый стрекот гор
И сладкий, хладный дым.
10.08.2025
9.
Это лето закончится слишком скоро,
Если страдаешь – пиши на скорую...
Руку зачем протянула сейчас?

Умереть и не встать мне не хочется...
Пускай! Зимой и летом зелёные,
Да вот лапы чёрные у тех воронов...

Пасти сытые огней да раскинутся
По мрачной земле, да над городом:
Веселись, не тужи, добрый молодец!
Скомороха зови поскорей!

Подели пополам тёмный омут,
А к чертям всё ж не залезь...
Хоть бы век проползти нам, улиточкам,
К граду каменну, апельсинову...

Раздели всем всё поровну, милая,
А волков оставь-ка ты грызться.
19.08.2025
10.
Прощание.
Опали лепестки с яблонь,
Смахнули слезинки с фаты...
И сколько же надо для счастья
Звёзд с полей наскрести
апрель-май 2025
11.
Тётушки пели, мол, бойся желаний,
А могут ли шутки судьбу изменить?
А может ли случай, может ли встреча
Всю твою жизнь да переворошить?

Ах, тётки... не врали. Пойми, успокойся,
Не мне объяснять, что, да как...
Погрузишься в омут, а там с головою...
Пусть счастливы будем хоть так.

Ах, тётки... Да что же вы знали?
О счастье, судьбе, аль конце?
Желаний не бойся... Всё повстречаем:
И милость, и страх, и венец.
29.08.2025
12.
Всё сочиненное пришло из старины,
И мода вся - забытое старье.
Люблю я чувствовать родные голоски
В браслетцах, колечках, узорцах...

Их золотые лепестки расправятся,
И въестся чужа память,
Чужое сердце в душу мне
Наполнит комнату особым ароматом.

Плевать, что нас забудут также,
Что мы сотремся с фотокарт,
Что все слова звучат иначе,
Ведь знаю, что нагрянет час,

Когда терпение наше и разум
Воспрянут духом, разгорятся вновь,
Когда нам предстоит наполнить чью-то хату
Дождливым ароматом наших грез.
17.09.2025
13.
Карий цвет погрязнет в тьме,
Силуэтами прощальными
Разольется в глубине
Телеграфа обещального...

Шоколадный блеск лети!
Поклянись же наконец,
Что меня ты не оставишь
Ни в одной суровой тьме.

Ни в одну грозу жестокую
Не предашь же ты меня...
Шоколадную поземкую
Привезёшь мне блеск огня...

Мне достанешь позабытые
Лучи солнца в тишине
Телеграфною открыткою
Завезешь ты детство мне.
2025
14.
я хочу писать стихи,
умирать и вновь рождаться,
подниматься с высоты
и о скалы разбиваться.

я люблю тебя, любовь,
я люблю стальные шторы,
только ты их приоткрой,
не хочу страдать в неволе.

я люблю страдать в стихах,
я люблю смеяться вдоволь,
я люблю их восхвалять –
моих милых недотрожек.

я хочу, живу, лелею,
если перья ободрать,
то взлететь я не сумею,
смогу только погибать.

в духоте и в грязной пыли
нет нам жизни никогда.
не топчи слова святые -
закорючки на листах.
06.10.2025
15.
Там во сне просочится однажды
Церковь, мостик, поля на холмах...
Белокаменные стеночки спален
Золотистый ковер на дровах.

Водопад, журчаще, прольется,
Утка бойко "ура" прокричит,
И уже никогда не вернется
Та девчушка, что бегает в Троицу
По колоколенке вверх и вниз...

Земляника там самая сладкая,
Самый добрый народ там живет.
Там и кошки такие прекрасные,
И собаки, что лают, да ждут.

Заскулю я по милой, родименькой
Деревенке, где в первый раз,
Я по лесу с улыбкой бродила,
Я траву (пыталась) косила,
И в степи побывала тогда.

Это там, где девчушка узнала,
Что чечевички на перебой
Шутят весело и не злопамятно:
"Витю видел ли, друг родной?"

И туда прибежать, поклониться бы...
Там все выплакать бы без остатка,
Там и сердце дырявое выплеснуть,
Закутаться в ковыль и остаться.

Приголубит там ангел-хранитель
Изметавшую, свергнувшу душу.
Суетливого мира воротца
Там закрыты – не просочется
Ни гниение плоти, ни боль.
28.09.2025
16.
Ребенок у старца однажды спросил:
«Зачем нам мурашки, когда мы кричим?
Когда наши слезки текут по щекам?
Когда слышен скрип из-за угла?»

Старик усадил малыша на колени
Подал леденец, за плечо потрепал
И радость, пронзившая грудь "малолетки"
С собой рой мурашек приволокла.

Не только страданьем живём мы на свете,
Не только бояться, не только рыдать,
Что чувствовать нам на этой планете,
Когда малыш лезет нас поцеловать?
02.10.2025
17.
Там каждого по Бунину опросят:
За что же благодарны были вы?
Что вы любили сладко, сокровенно?
Что душу наполняло в тьме?

И так же мы по-бунински ответим:
Лелеял я черёмухи цветы...
И белый сад мне нежно снился,
Когда по стёклам били ветви их.

Я не хочу ни роскоши, ни злата,
Я не хочу заморских пряных блюд.
Мне нужен чистый этот майский запах
Черемухи, расцветшей под окном.
11.09.2025
18.
Вы только вернулись, как вдруг
Покидаете пасмурну землю,
Прощально взмахнули крылом,
Да не гладьте, нас чтоб утешить...

На прощанье вам соберем
Узелочек с сушеной рябиной...
Ах да, скорее всего
Это вы принесете гостинцы...

На минутку присядь на дорожку
Помолюсь я за ваши раны
А вы уже понемножку,
Крадясь выползаете за дверь.

Погоди, погоди, не лети!
Насладиться дай хоть моментом!..
Но уже мелькнуло в щели
Перо, что оборвано ветром...
19.10.2025
19.
Благодарю, мой Ангел-хранитель,
Надеждой наполнился дом
Забытых утерянных ключиков, –
Молчаньем сие наречем.

Один он тут утешитель
В минуты горечи, слез.
Он ласков и добр как мама,
И вечен, как вся любовь.

За что ты дарован, славный?
За жизнь на Земле, али что?
Твоею улыбкой прекрасной
Должен быть мир озарен.

Но ты её даришь зачем-то
Лишь грешной-грешной душе,
И мягко, что незаметно,
Еë руку снимаешь с ножей.
08.11.2025
20.
Весеннему ветру
Холодный воздух оголяет грудь
Дышать как?
Становится яснее..
Пусть захлебнусь
В дождливом дыме дум
И обнажится пусть душа
При мерзлом свете.
20.04.2025
21.
Окно беседует о скорби,
Береза свесилась спросонья,
Мол, подходи, поговорим...

Да я бы с радостью, ребята,
Я погрузилась б в тишину,
Но суетливый мир, орлята,
Вколол мне в сердце сотню пуль.
17.09.2025
22.
Прозябаю под тонкой вуалью -
Ненавижу цвет серебра;
И коньком я по гладкой стали
Проведу, лишь добыть бы огня.

Огонёк разгорится живучий
Ни на льду, но на сердце хотя б,
Чтобы помнить о нашей печали,
Да о том, что живём мы не зря!..
2026
23.
Я видел глаза с цветочной расцветкой,
И чуда другого не смог бы назвать.
В них целая жизнь цвела и горела
И больше не о чем было желать...

Их царская оранжерея
Хранила оттенки всех чувств,
В них память отрадно горела,
Взывая к милым минутам.

И с каждым новым мгновением
В них распускались цветы -
Прелестны, милы творенья,
Каких никогда не дарил...

Мне вопрошали о пирамидах,
Глаголили речь о судьбе -
Я ж улыбался томливо:
Чудеса познал я уже.
12.11.2025
24.
Зацвела пургою зима –
Упокоятся к вечеру бури...
Больше нет в душе ни следа
Угнетенья, тоски и скуки.

Мне письмо с деревьев пришло –
На морозце исписаны окна,
Соловьиную песню поют
Снегири на румяной сосенке.

У зимы нету целей военных
И в зиме нету жути и тайн.
И зима мне чиста, как святости неба –
Белоснежные мысли в лесах.

Зимой кладбище самое ясное,
Чистотою пропахла трава,
И под снегом теплее усталость –
Нет безделью – и жизнь так светла!
14.01.2026
25.
Позволь утонуть в твоей ностальгии,
Опасть, заболеть, уползти...
Мерцающий город погрязнет в пучине
Столь тесных, снующих, ненужных нам мечт.

Его омыл дождик, его причастили,
Да завтра нагрянет жара...
И в скучной, и душащей пыли
Сгорит он, потухший до тла.

Сожгли его листья опавшие,
Сожгли и забылись в ночи.
О! как долго их красили рыжим,
Лишь бы они зацвели...

Не бесполезно ничто...
Да только ничто бесполезно?
Не плачь: на места всë вернут
Глубинки твоей ностальгии...
07.11.2025
26.
Мне нравится, что снег не падает бесследно:
Что он шуршит, касается бумаг...
Мне нравится, что снег бодрит отрадно,
Что снега не коснется полоса туманна,

И я люблю, что небо над землею,
И я люблю что небо высоко,
Что неподвластно небо суете земною,
И что покой не может быть сожжен.
2026
27.
Майский рассвет и майский закат
Обнажают милые души.
Претворяются дверцы в священнейший сад –
Не закрыть будет больше воротца.

И взгляни на холмы, на поляны, на цвет –
Переполнится ими навечно,
Ведь нельзя умереть, коли радости свет
Обретен уже майским вечером...
2026
28.
Пожелание.
Пускай тебя воспевают,
Как Блок рисовал о любви –
Твой портрет под темной вуалью
Обрамляют пусть нежно цветы.

Пусть в глазах отражаются звуки
Серенад, что бренчат под окном
Опьяненные взглядами девушек
Старшеклассники пусть одуревшие...

И пускай все милые письма,
Что от сердца не оторвешь,
Обращаются к твоему милому
Незабвенному пусть адреску...

Пусть глядят на тебя с восхищением,
Пусть туманить ты станешь взор,
Пусть мечтою ты сокровенную
Обернешься кому-нибудь...

И читая любимые строчки
из «Стихов о прекрасной Даме»,
видится твой только образ –
уж моей Прекрасной Дамы...
2026
29.
Синевой глянцует асфальт,
Фонари расцветают во тьме,
Украшают мрачные вазы
Облетелые кроны берёз.

Отражается сонное небо
В придорожных блестящих кудрях,
Горделиво вороны пронзают
Улыбки чеширские лун.

В город томно вонзается воздух
Убивая капельки снов
Свежесть ливня, ушедшего с ночью,
Филигранно румянит нос.
2026
30.
Я ненавижу любить, восседая;
Я ненавижу желать, не мечтая.

Снять бы корону, разломить пополам
И по кусочку раздать беднякам...

Запрыгнуть б на лошадь, или хотя бы
На двухколёсную тачку с педалями –

Вскрикнуть от счастья и полететь
Навстречу лесам в неизведану степь...

Мне бы по полю босыми ногами
Побегать, взрываясь от солнца лучами,

Глядеть как на милом лице расцветают
Веснушек песочных сочны лианы...

И петь во все горло бы про тополя,
Про мир, про любовь, про всё, что не зря!
2026
31.
Ты глядишь на нарцисс –
Скоро в воду все канет...
Молочная пена цветов обрамляет
Русалочки слезы лучистой каймой...

Не плачь! ведь уж скоро с ручья золотистого,
Журча, разольются кудри искристые,
Восстанет Русалка, подхватит нарцисс
И в волосы стебель нежный вонзит!

Она им причешет мягкие космы,
Им убаюкает космоса возглас...
Скоро восстанет нарцисс из оков:
Нежностью полным станет цветком...

В сердце могучее свернёт лепестки
Тоненький стебель, в ком силы нашли:
Силы дышать, держать и лелеять
Нежные косы русалки без хлева...
2026
32.
Переболеем смерть...
Ты не печалься,
И в жемчуга себя не облекай...

Восстанет солнца луч
Из моря сине-дальнего,
Полюбит сына мать –
Вдруг примет навсегда?
2026
33.
В голове луна двоится,
А за шиворотом звезды,
Может скоро я проникну
Прямо в космос, прямо в космос.

Не нужна земля мне боле,
Мне бы к небу, мне бы к солнцу...
Растворяясь, умираем
Или входим в новый образ?
2026
34.
Сайгаки скачут по степям,
Мерещатся жуки в обрывах
И светлячки в святых долинах
Им знаменуют чистый путь.

Сайгак несётся по равнинам,
Сожмет домбру одной ногой –
Гармонии он ищет, милый,
К гармонии спешит, родной...

Со струн домбры капелью звуки
Скатятся и соткутся в поле...
Сайгак мудрее: он несётся
Не от тебя! тебя с ружьём!

Сайгак несётся к Ней! К свободе!
Простору звуки он несёт!
Гармонию познает воин...
Да вот сайгак быстрей пришёл!..
2026
35.
Спускалась мулатка к подвалу,
Горячи казались глаза...
Из-под потертых сандалей
Струилась кровава слеза...

Но злые подвальные лестницы
Сегодня казались добры:
Они серостью пыльную листья
К смуглым ногам поднесли...

Опуская дары злено-желтые,
Камни думали хладным умом:
Почем ж кровь девушки хрупенькой
Горяча так? От чего?

Капли легонько струились,
Как по глади морской, не спеша,
Катились, катились, катились,
Да всё ж на волны не переходя...

"Отчего же струятся си слезы?" -
Думал лист, забытый в тени
Уголков сырых и холодных;
"Ведь я видел, они драться должны!..

Ведь я видел, я знаю, я помню -
С детства за кровинкой сей наблюдал,
Разрастался из маленькой почки -
Бегу тонкой мулатки внимал.

Развеселому, бойкому бегу -
Сия кровь не струится должна!
Рвутся капли к бою, к побегу,
Им б бурлить и кипеть, разжигать!"

Слушал лист, как капель из рубина
Плача, будто в подушку детей,
Мать укутывает слезы рябинные
Чтоб не разбудить голубей...

Плача украдкой, стекают
Ягоды, застревая в пыли,
Будто к ним кандалы привязали,
Исчезают тоскливо в подвальной глуши.
2026
36.
Покрестили туманом дороги,
Листья, поля и цветы...
Да шмели над кустами тихонько
Свой короткий акафист прочли.

А там вдалеке, за горами,
Осколочки церкви стоят:
В живых только вот и остались
Хрупкий портал, да алтарь.

И никто из ныне живущих
Уж не вспомнит что там, за холмом,
Раньше голос певицы тягучий
Оглашал причащенья восход.

Кто за холм теперь ступит туда же?
Пастухи здесь не водятся впредь,
И охотник, пусть самый отважный,
Не рискнёт подниматься к скале...

Где не ступит нога человека,
Там, где скромному ситцу не быть,
Ходит лань, приклоняя колени,
Головой тупо водит вверх-вниз.

Острой мордой целует иконы,
Взгляд усталый уставя в Него...
Может тихо молитвы смокует?
Чтобы дети резвились в веках...
2026
37.
Признание
Туман разливался в ущелье сквозь стон,
Как будто киты опускались на дно:
Могучей лавиной давили на волны
Да басом тягучим взывая к Ранги.

Там слышались гром и звон водопадов,
Сквозь плёнку тумана летящих на скалы;
Их не заметить - лишь ловишь удары,
И краешком взгляда брызги с таларий.

Всё тайно - всë под немым покрывалом,
Молчанье в спокойствии правит волнами,
И с гордостью высятся тонкие скалы...
Сорваться с вершины нельзя – только кануть.

И бездна земная глядела в упор
В далёкую глубь океанских забот,
Что с неба кристалом холодным спускались,
Над ней, как кинжалы, звездой застывали...

Над ней Млечный Путь распластался, растек...
И вторила бездна небесной лазури
Балладу слепую о любви, поцелуях...

В лощине на самой далёкой звезде
Блистала пара тусклых лучей –
Луна одиноко могла осветить
Фигуру пугливую... что, Маленький принц?

Стояла она, прижимаясь к скале,
С звезды, опасаясь, тянулась к земле:
Ни бездна, ни скалы, ни кит и ни гладь –
Всё разом манило чудачку... как знать!

Величье ли, гордость, иль всё же другое
Просилось на сердце, признанья немого...
Взгляд наблюдал за туманной рекой:
От моря до скал, от китов до орлов...

О луч обжечь руку не больно ему,
Обжечься ответом страшнее сего –
Пускай на земле сохранится покой,
Подажь любованье тихонько звезде.

О том, как вода растеклась по дну,
О том, как о камни бросалась в бреду,
О том, как по сизым вершинам горда
Одна опускалась молча луна
Принц никому не сумеет сказать!..

Он, только пугаясь взглядов земных,
Будет ночами внимать до весны
Урчанье китов, дыхание моря,
Гор шепот и неба лучистое слово...

В стихах ли, в картинах иль в песнях и принц
Не смог бы и каплю чудес отразить...
Внимая глухому рычанью с земли,
Он щурится детски, боясь оступиться.

Внимая скупому дыханью планет,
От собственных лёгких отрёкся малец –
Будто бы вором принц обернулся,
Дыханье таит, страшась прикоснуться

Устами холодными – поцелуем воздушным,
Жемчужную пыль рассыпая на город.
Боится спугнуть шум огней золотистый –
Дымком полоснуть, как свечку искристую...

Вот всё, что ловлю я украдкой со звёзд:
И бездны, и скалы, и волны китов...
Всё, что ловимо с тусклой звезды –
Мерцанье далёкое глаз голубых.
24-30.05.2026
38.
азартом солнце заливалось,
смеялись локоны, вертясь,
лучи на щëках разгорались
и вновь тускнели, рассладясь.

пахнуло воздухом душистым
сияньем облаков икристых
теплом обдует ли?
как знать - пора закату воскресать.

ей солнце ласково подругой называлось –
с кудрями девицы игралось,
и, как с лазурной гладью моря,
перебирало злато локон...

а глазки то весь вечер пели,
мол, целоваться люблю, да не умею!..
ей жизнь была мила,
и целовать хотелось адреса...
июнь 2026.
39.
Понимай, но не люби,
Милый, нервный принц...
Скоро продырявит в груди
Нежностью шёпот извилин.

А Психеей пройтись по домам
Мне б хотелось и статься безумной,
Бесшумно обойти следы ваши там –
Где нет времени, где всё так бездумно.

Там я слышу шёпот души,
Там нет химии злой и коварной,
Там есть вы, сыны и отец,
Дочки, мать, да сны полустатные.

И хотелось бы слышать ваш смех,
Видеть ваши улыбку и чувства,
Знать, кому же заветный ответ
Произносится в трепет минутки;

Хотелось глядеть на вас зрелых,
Молодых, но не прям, чтобы юных,
Я б послушала мудрую речь
Из уст старческих вашим голосом.

Знаю, могут жутко звучать небеса
В серый день: здесь... сегодня...
Но могучая, хладная тень
Сбросит скорбь – там ведь счастие только.

Мне бы очень хотелось любить
Ваши слезы, крики и... бомбы?..
Да Психеи в душе капля лишь,
А любовь будет познана вскоре.

Я стремлюсь,
что ж... надеюсь,
принц понял...
22.11.2025 - 10.06.2026

поэма в пяти главах

1. Усни

Мне с детства прочили страданья:

Завидя только край пелëн,

Металась в приступе отчаянья,

Родившая меня любовь;

Срываясь лишь на хрупкий вой,

Нечеловечий, жуткий, дикий,

Будь то стенания волчиц

Перед загрызенным сынком...

Родную мать кусало сердце:

Всё избегая глаз дитя,

Без сил молила о прощенье,

Перед кроваткою стоя,

Как пред иконой бедный грешник

Роняет скопленной надежды

Остатки, веру и любовь...

Слеза стирала щеки в кровь,

Слова изъели губы в клочья,

И вырываться только мог

Лепет, сердечный, какой-то заоблачный:

Мол, извини, что был рождён

Ты в это спутанное время...

Мол, извини. Ты был рождён...

2. Материнская колыбельная

«Рождался, солнце, умирая,

Рождался, солнца не видав...

Рождался, чудо, погибая,

Рождался, чуда не познав...

Соседки мне твердят всё: «Слушай,

Молитва матери спасет!

Она ж как сорок покаяний!»

Но знаю, нет в ней смысла тут –

Младенец чище сотни мамок,

Уж лучше б ты молиться мог...

Прости, бессмысленно рожденье,

Когда рожден ради нее –

Для этой алой, хитрой смерти;

Её б, свиноту, растерзать,

Вспороть, распотрошить, порвать!..

Но разве смерти умирать?

Быть может именно отсюда

Она не знает какого

Терять детей, терять родное,

Прощаться с жизнью... Быть тобой.

Смотри: прощаем смерть легко...

Рождался, милый, умирая...

Молись, пожалуйста, за всё.

Рождался, милый, погибая...

Прости, пожалуйста, за всё.

От лиц ушедших, незнакомых,

От лиц, неведанных тебе,

От лиц, что ты успел увидеть,

От лиц, желавших злого мне,

Прости меня за всё! Прости!..

Я верю точно, в снах твоих

Нет места солнцу, скалам, морю,

Ты умирать ведь был рожден -

Показывать сие жестоко...

Я знаю, что во снах вы вместе,

Что матерью себя зовет,

Ты умирать ведь был рожден -

И это очень даже честно...

Но передай ты ей однажды,

Пусть не смеется мне в лицо!..

Пускай простит. Пускай и знает:

Её понять нетрудно мне...

И мне нет смысла убиваться,

Что загребет к рукам своим...

Но... мы ведь выше. Её. Страшной.

Мы выше – мы сильнее... Да!

И если б только я могла,

То я была б с тобой жестока:

Я показала б и моря, и реки,

Горы, скалы, солнце!..

И если б я была б вольна,

Я б наделила тебя даже

Болезней глупою юнца –

Человеком, влюбленным дурацки

Смог стать бы и ты, как и каждый,

Ведь должен же хотя бы однажды

Любой побывать дураком!

С гитарой полуободраной,

Зато с критикой честной – балконною,

С лысою клумбой под окнами –

Зато с первым букетом цветов;

Со стихами от слез пересоленными,

С чернильными пальцами рук,

С резкой, немного надуманной

Попыткой сменить гардероб...

Другие детали открыла б

Я жизни простой и дурной!..

Сказать что ж еще мне?..

Нечего... Ничего я не могу.

Жизнь шепчет слова очень мудрые:

Сила... Молитва... Любовь...

Меня этим всем наделили.

И с тобой поделилась бы я,

Если б не гадкое время,

Могущественнее меня...

Лучше б сейчас не умела

Молиться, любить и рождать...

Однажды мне мать рассказала,

Шутливо, с улыбкой в глазах:

«Рождалась ты больно уж долго,

Отрадно измучив меня!

Вот видно характер упрямый

Родился скорее тебя!»

А я на коленках сидела,

Гадала: что потом мне рассказать?

Знаешь, я тогда загадала,

Что признаюсь, как долго ждала...

И вот: на коленях стоит

Сухая фигура моя:

Прости меня, милый! Прости!

Родился, дитя, не живя!..

Все то загадки забыла

Сухая фигурочка-мать...

Скупа моя исповедь, милый:

Рожден ты, дитя, умирать...»

3. Сестринская колыбельная

Сестра, шипя от гнева, слезок,

Стирала детские мелки –

Асфальт стал неприлично голым,

Его стыдились все шаги,

Что даже дождь покинул город...

Сдирала яркие наклейки

Со стен, с колен, с локтей, с носов,

Как будто были ядом едки,

Как пишут в книжках:

«Опасно даже для слонов».

И кстати, дурой обзывая

Размазанных девчат с зеркал,

Из книг страницы вырывала...

Отчаянно. Во лжи виня...

Потом вдруг в правде укоряла,

Спиной к обрывкам обратясь...

И с каждой буквою терялся,

Английским шагом покидал,

Уж не по-рыцарски – всë ж подло,

Бросая гнить ошмётки фраз,

Из нищеты глазниц туманных

Наставник младости сбежал –

Блеск-чародей, всегда прельщавший

Своей игривостью кипящей

И принцев, и честной народ.

Дарован был самой Луною!

И так жестоко обобрал

Принцессы золотые годы!

Вздыхал сверчок средь мутных трав.

В тот вечер замок наг казался:

С углов не раздавался смех,

Дыханье затаишь напрасно:

Ни шёпота, ни слуха нить;

На скатерти песок пылится,

Да пара равнодушных глаз...

Час ужина. Вот б что-нибудь в кляре!

Скорее к столу, официант!

На круглом серебряном блюде

Был подан немой циферблат…

Морщины кожу омрачили,

От слëз остался лишь ожог –

Гнездился прямо под ресницы, –

Вместо теней –– век синяков.

Недетский облик отражался

В осколках ледяных зеркал…

Сестра срывала с мира краски:

Ободран глобус на шкафу…

Сестра скрывала себя в мраке:

Набила доверху сундук

Она, в одном лишь чёрном платье.

Никто не знал, что отрекалась

От самых сокровенных снов…

Никто не знал, что отреченье

Хранилось в мрачном сундуке,

Что в нем, в истории твоей

Иглой зловещею Кощея

Служил задрипанный футляр,

Потёртый, неприметный, хилый…

Со всех сторон слезал окрас,

Но крепко оседали стразы:

Отвергнутые визги, сказки,

Мечты, дыханье, буйна кровь…

В истёртых стенах гроб ютился –

В нём хоронила красоту,

Как страшного хищного зверя

Задыхаться заключила одну.

Никто не знал. Сестра, отрекшись,

Стояла в центре пустоты...

Горда, но, будто в помутненье,

Пустые взгляды устремив

В оконный холст с поблеклой рамой,

На стеклах матовых сквозь скрип,

Камнями выводила грани

Одуревших шляп грибных…

Иссохли, истончились губы,

Вулканом извергали кровь,

Исполняли для лешего оперу,

Имитируя треск сучков…

Но всë ж, пусть даже неживые,

Настойчивых играя роль,

Они мне с строгостью твердили:

«Мы рождены, ибо умрём».

4. Надкроватная колыбельная

И в колыбели мне не пели...

Шептали звезды лишь, дрожа:

«А знаешь, помним вечера,

Что осветить способны космос...

И ночь тогда венчалась с солнцем...

Столь тусклой не была заря...»

Вздыхали кратко, погибая,

По-тихому прощались с тьмой,

Без звонких взрывов, без звучанья –

Лишь жалостливое содроганье

Руководило тишиной...

Но знали только одеяла,

Подушка, перья, тонка ткань,

Да нежны рюши, обрамляя

Мою недетскую кровать,

Что уши музыку ловили,

Что восклицанья, вздохи, крики,

Которые, пусть даже тихи,

Но оглушали наш покой.

Сквозьслёзные воспоминанья

Ведь всё же шепчут ярче всех:

Не оглушительны рычанья,

Приказы, рокот, рёв ракет;

Хоть барабаном растли уши,

Всё ж будет слышен звучный смех.

Простите, душу оглушить –

Довольно сложная задача

И неподвластная глухим...

Из чувства горького утраты

Рождалась бледненькая даль,

Сквозь колыбельных робкий плач

Она искрилась, разгоралась –

Зажглась в (пускай) немых устах;

И в сотнях нежных детских глаз

Сверкали отраженья старых,

Давно забытых и отсталых –

Тех прежних не дрожащих звёзд!..

Преувеличенно горели

Сквозь призму детской акварели

Они, трусливее, на деле,

В разы мельчей осколка ногтя...

Но шепот отдавался громко:

«Ты знаешь, скоро тьма отступит!

Ведь не бывает так, что в раз

Сотрется пепел с губ и глаз...»

5. Младенческая колыбельная

Мам, а ведь знаю я дольше

О силе, молитве, любви...

Увижу я море и солнце,

Влюбленных, двора и холмы...

Стихов начитаюсь и, вдоволь,

Наслушаюсь песен кривых,

Пускай они даже чужие,

Пускай чужим посвящены,

И перепутанные окна,

К каким они обращены

До последнего, до окрика с топотом,

Пускай остаются чужими!

Пускай не сейчас и не скоро,

Пускай даже не на земле

Увижу того, что не видел,

Скажу то, что не сказано здесь...

И ты не не можешь, о, мама!

Прошу, к чему себя винить?

Сие мы слишком долго знаем:

Никак нельзя переложить

Невыразимое словами!

Ты лучше передай сестре,

Что много замков на земле!..

Но если ей они не кстати,

Наплюнет пусть! Ей все к лицу!

Без замков, принцев и лошадок

Принцессы есть! Она прекрасна...

Но даже ей не подойдет

Оплакивать жизнь понапрасну,

Да и платье черное велико!

Надеюсь, последни секунды

На вкус не как стрелки часов

На круглом серебряном блюде,

Металлические, пресные, грубые...

Пусть проглотит последнюю каплю

Меда самого-самого сладкого,

И пусть хватит мгновенья вдобавок

Украдкой облизнуть пальцы.

Не отводи ты, матерь, взгляда,

И не беги от глаз дитя...

Признай, прощения просила

От веры в то, что смерть бессильна,

И что за ней есть бесконечно:

Мы. Вышина. Любовь.

Блеск глаз.

Дыханье.

Счастье.

Стих.

Etc...

Сборник стихотворений под авторством Аглаи Михайловны.

Посвящено всем израненным...

Плейлист

Предисловие

TW: мысли о су*циде, рпп, сх, абьюз, насилие

"Город Зимнесмятенчиск" оказался для меня не просто названием для моего второго стихотворного сборника, а реальным миром - отражением того страшного, кошмарного сна, который может присниться только-только взрослеющему человеку, беззащитному ребенку, а точнее подростку, которым пришлось резко столкнуться с не то, чтобы жестокостью мира, а его непониманием. Сон, в котором умирают самые дорогие, в котором ничего не исправить, в котором ты сидишь в бункере или представляешь, что будет, когда придется умереть, а если умереть от собственных рук?.. И самое пугающее сне то, что он не про выдуманных монстров из детстких страшилок, не про бабаек, гномиков и Бабу Ягу, не про "бутерброд мне все рассказал", а про реальные события, про те, что могут действительно произойти. Когда я только столкнулась с удивительной возможностью завуалировано высказывать свои мысли, прятать свои переживания в стихах и строфах, я поняла, что можно создать такой неосязаемый сундучок, куда сложишь все свои самые мрачные мысли, боли, страхи, мешающие жить, и запрешь на ключ навсегда-навсегда. Зимнесмятенчиск действительно должен был стать таким волшебным ведерком с изорванными тряпками, но он вырвался из выдуманных мною оков - стал чем-то большим. Он оказался отдельной вселенной, которой никак нельзя просочится в наш реальный мир. Наверное с этой целью я и выпускаю сборник своих самых мрачных стихотворений: чтобы переубедить людей стремиться к мрачному миру. Нет, не напугать, а показать боль, что испытывает почти каждый подросток, да и не только.

Разборы стихотворений будут выходить в телеграмм канале!

В этот город машины не ходят,

Да и поздний трамвай не придет...

Здесь метут жадно, да скучно

Снега белоснежный прибой.

Выбивают всю падаль со стекол,

Здесь дверям не нужен замок,

Выметают всю пыль из-под окон,

Заколочены напрочь снежком...

Ни портретов, ни розовых ленточек

Не увидеть здесь, как ни старайся...

Похоронный бледный венец

Впрочем, тоже найти не пытайся...

Поцелуи, покрытые стопками,

Опохмелены и извержены.

Доброта взята под скобками,

Ну а злость, конечно, в кавычечках.

Под землёй здесь рычат, огрызаются

Чернотой колёса покрытые...

Отсюда выгоняют по-тихому,

И из ружей вслепую стреляют...

***

Раздеть ненависть? О! знаю!

Сорвать с неё брачный венец,

Сорвать с неё платье и туфли

Вуаль белоснежну и лесть.

Её нежно в постель не кидают,

Ей с ласкою кудри не вьют.

Её топором изгоняют,

Рубят, колят и жгут.

Нельзя оголять статны плечи,

Да ямка ключиц заросла

Плесенью, пеплом со встречи,

Прошедшей в года декабря.

Её не целуют ни в шею, ни в щеки,

Румяна заменят румянцы

От грубых и звонких пощёчин,

Что выдадим этому глянцу.

Она кокетка, известно!

Заманит речами, запрет

В вырытой сквозь простыни клетке,

Тюрьмой сердечко наречет.

Она поиграет, как в куклу,

Страстью опалит левры́,

И выбросит без сортировки

В море ушедшей мечты.

19.09.2025

***

Зеркало зовёт роптать,

Блевать, чтоб потрошить и гнать

Себя саму из мира в ад

Создать кромешный, грязный мрак.

Он состоит из слез поганых,

Отравленных сквозь чрево лавой.

Вулкан бурлящий там внутри

Намного хуже пустоты...

«Прости, что я была слепа», -

Нет, ты! Нет, ты! Прости меня

За то, что стала я не той,

Кому ты сердце отдала.

И плачет мой ангел-хранитель,

И плачет прискорбно мать...

Найдись для них утешитель,

Чтоб в ванной не умирать...

13.09.2025

***

Это грязные слезы. Грязные.

Пропитаны желчью немой.

Бесспорные. Безобразные.

Проженные напрочь тоской.

Гнилыми и заплесневелыми

Останутся стены от них.

Лужи кровавые выметут

Бледные кости глазниц.

07.10.2025

***

Хватит контроля!

«Убейся, убейся», -

Джинсы соврут

Им нас не знать.

Глазки не пуговки,

Замок не для венок...

Размозжишь голову –

Но ведь не стену...

Ей на тебя наплевать.

02.10.2025

***

Дрожат немощные руки,

Упала бледна голова.

Бухают странные звуки,

Колотя, колотя по вискам.

Мутит, мутит болото души,

Варит, варит эльфов в огне,

И полупрозрачную тишь

Нарушает лишь шум истерий...

Задыхаться в собственной пыли:

Упала бледна голова...

Проснутся ты хоть сумеешь?

Не тело, а калека, да?

29.10.2025

***

Мой одноразовый плейлист

Разлился кровью по ушам.

Осточертело, надоело

Владеют бесы этим небом

Иль кто же там?

Иль кто же там?..

И слезы льются вместе с кровью –

Из глаз и из ушей поток,

А рот кривится в недовольстве

Собой? Нет, кем-то там ещё...

От скуки вскрыть дивану кожу,

Отрезать ухо впопыхах,

Вспороть картину у прихожей -

Забиться в угол и рыдать...

01.11.2025

***

Прокуривать лёгкие хочется в дырку

Когда не можешь заснуть,

Мечтая обо одном лишь "чудном" мгновенье:

"Вот бы не проснуться на утро..."

Дым мешает лунному свету

Освещать мирской полумрак,

Дым захламляет комнату шумом

С белёсых телепередач...

Ненависть к каждой мысли

С вонючим туманом растёт,

Вкусить свежий воздух бросится

Чинитель курительным дум...

13.11.2025

Тяжкий грех – тяжкий сон.

я стала ненавидеть просыпаться...

не нужно подбирать слова!

не стоит даже и пытаться

из плена вызволить меня...

мне страшно - пусть! от грусти заржавею,

ты это знаешь, но спокоен будь,

мой милый друг, к чьему-то сожаленью,

он не заразен, мой недуг.

в истерику бросает мысль

о сне, как темноте... не том:

не уносящем в даль забытых прений,

не для побега созданном, не том.

мне хочется заснуть и не проснуться,

но очутиться после в сладком сне,

где мамочка готовит вкусный ужин,

и девушка на розовом коне...

ко мне бегут навстречу попугаи,

красивые, брутальные на вид,

там Питер Пен себе сам пусть читает

истории, захватывающие мир...

я не останусь там - сие давно известно,

но хочется мгновенье растянуть:

я не могу ложиться с одной песней –

на часик слечь и снова в адский круг!

меня бросает в холод от мышлений,

что вот он – соловьиный бал

услышан будет мною лишь в мгновенье,

и снова этот мутный круглый ад!

12.12.2025

Вскрой вены в шестнадцать ударов

Лопатой падких страстей...

И в луже кровушки алой

Попробуй не захлебнись...

Не в крови! Зачем же? Банально!

В слезах, что глотаешь, что в ком

Накатались, как в снежном буране,

Разорвёт лишь ударом - ну поделом!

17.12.2025

Город без сердца.

В городах без сердец избита любовь –

В городах без любви нет нужды никакой...

Города без сердец обставили мир...

В городах без сердец нет злосчастных могил –

В городах без могил не хоронят, не ждут,

В городах без могил нет конфет – помянуть...

Города без сердец заставили полки

Мировых магазинов лучших и звонких...

В городах без сердец не найдешь и цветов:

Не дарить, и не класть – не берёт их никто...

В городах без сердец один ценник висит:

Множество денег, чтобы пива испить...

И хотелось бы видеть тебя лишь во сне,

Зачарованный город омертвевших смертей...

21.11.2025

***

Все в курсе, что я обманулась...

Ну и ладно. Ну и пусть.

И разрывает глотку грусть...

Ну и ладно. Ну и пусть.

Захлебнуться? Нет не страшно,

Так скажу себе хотя б...

Почему ж чужая правда

Слишком трогает сейчас?

31.10.2025

Против суицида

Одинокая капля из крана

Ниспадет, как слеза истерии.

Вот и стёрлась долгожданная правда,

Забылся город средь чертовой пыли.

Прикоснись к печальному лезвию,

Холодком обожгись не морозным,

Что же скинешь ты: остриë аль вуаль

В этом воздухе, пропитанном грозами?..

В этих мрачных углах мрачной комнаты

Обречешь ты кого умирать?

Обречешь ты кого одичать

В одиночестве полном шума?

И по краю обшарпанных спален

Что же вырезать на мраморной стенке

Разрушенных дворцов из прекрасных,

Но холодных каменных плиток...

Ни прощай, ни привет, ни умри:

Не забросишься ты в плотный воздух,

С помутневших в потоке глазниц

Не спадут застывшие слезы.

27.10.2025

***

Избивай – изнежь,

Ненавидь – люби;

Убегу! убегу!

Просто дождь на дворе.

27.10.2025

***

Фиолетовым светом рождён

Синеватый отсвет в небесах.

Ох, не знаю, откуда пришёл

Этот дым с городских скал.

Не хочу даже думать о том,

Что смерть где-то рядышком ждёт,

Не хочу даже помнить о том,

Что столкнуться нам с ней суждено.

Мне загадка милее той правды,

Что в тревожную, тихую ночь

Наполняет все углы спальни

Духотой, да холодком...

31.10.2025

Отелло.

Опалите этой девочке губы,

Я не справлюсь с этим сама...

Согрейте ей шёпотом уши –

Печи не хватит на меня...

Целуйте ногти, целуй ступни,

Да незаметно задуши...

Как ты умеешь, мой Оттело,

Доешь, доешь, ты не спеши...

Мне только глядеть остаётся

Прискорбно из рамки побитой –

Еë руки истерзаны грубостью

Сих недоношенных губ.

Ах вот как! она подгорела?

И блеклая рамка разбита...

Не ты ли, мой страстный Оттело,

И спаленку девичью сжёг?

02.11.2025

***

Словами можно убивать -

Тебе известно в совершенстве.

И вот уже готов кинжал

Вонзить в гранатовое сердце.

Но руку сложно занести,

И ты послушай хорошенько,

Как бьётся бедный воробей

О стенки стекол холоденных...

Как звон гремит и раздаётся,

Как он мешает спать...

Ну и зачем же ты так бьешься

О ледяную сталь?

Она услышит твою правду,

Возьмет, привяжет к себе нить,

Однако промолчит устало,

Окно откроет - пусть летит!

И воробей потянет ль камень?

Оборотится всё сейчас,

О! Против гранатовой глади -

Ты не достоин языка.

06.11.2025

***

Почему, чтобы быть счастливой,

Нужно стать непременно красивой?

Где любовь, что мерцает в сосуде?

Как огонь непогасшей власти

Над страстями, собой и прилюдно

Над культурой исчерпанных знаний...

Взять б контроль -

Всё спасти, всем помочь,

Но вот сам, погружаясь в рутину,

Задаешь этому миру

Всё тот же странный вопрос...

Как же хочется бросить все снасти,

Что давили на грудь, создавая несчастья,

А затем подпустили бы руки к ножу –

Раскаленной, оплавленной стали...

Но не прекращается цикл –

По конвейеру люди пешком

Добираются до нужных им цифр

Лишь заполучить бы письмо...

И слезами начертим ли имя?..

И толкаем мы лбами друг дружку.

И терзаем себя болью-пустышкой

Но зачем же? И для кого?

Опустошающе смешно

Зарываться в своих же страданьях...

Пусть посмотрит Господь Бог

На души, умертвлённые сим завываньем.

07.11.2025

***

Возвращаюсь туда, где меня уж не ждут –

Заколоченный дом передуманных дум.

Не найти в нём ни окон, ни двери, ни ключа,

Может в спальне трупами полна кровать?

Замурован, закрыт, опечатан сей дом:

Сероват, аль внутри всё б зацвело?..

Скудноват ли иль полон странных вещей?

И светло было там али худо? Уймись!..

Не разрушен, но нет его с нами уже...

Не проявит ответы на пленке страстей.

08.11.2025

***

Актрисой тебе не идёт, дорогая,

Поправьте спавший шарф...

Полупрозрачной лёгкой тканью

Накроете душевну паль...

Не к месту здесь лестные фразы,

Не к месту улыбки, слова...

Корявые, пошлые шалости

Тучно спадут к скатертям...

Слезинками скатится кровь

По тоненьким-тоненьким ниткам

Забавных щекочущих кисточек,

Ложится на падаль венок:

Тончайший, из вышитых розочек,

Сжигающий напрочь глазницы...

И вы, в вуали запутавшись,

Обрушены с улыбкой немой...

13.11.2025

***

Кричит уставшая невеста,

Ах, закройте ей рот!..

Набейте ей глотку мылом

Пускай все верёвки рвёт!

Шрамы, клочки, искусаны губы –

Божечки, как же сильно он любит!

Невестку богатит и делает краше,

Нарядил – сыграет с ней дома по-нашему...

Невеста из платьица выпала вон,

Что же молчит её хмуренький дом?

13.11.2025

***

Остаться следом – остаться в сердце.

Да, неподвластная задача!..

Остаться в веках навсегда:

Чего бы это не... значило...

Возьмите-ка сменную обувь,

Лучше б вам ноги поднять,

Да, нет, наследили вы знатно –

Уж незачем отмывать...

Вас не вытолкнуть... отрадно!

Рассечена давно уже грудь

И только тоненьким порезом

Смог ножичек навеки блеснуть...

13.11.2025

***

Враньём заполонится стол,

Бесчестием глушу любви радары.

И не хочется думать ни о чем:

Всё сводится к презренному сраму.

И вся ничтожеством покроюсь,

И с ним навеки я сольюсь.

Оправдывать меня не стоит,

Когда нагая уж в луже стою.

21.11.2025

Серость и яркость.

От серости блюют сухие стены –

От серости не скрыться никому...

Напыщенная яркость в этом месте

Лишь пошлой шуткою покажется всему.

Она не пленница, не луч, сошедший с рая –

Она порода та же скукоты:

Замыленная, пыльная и гадкая

Среди измученности серой красоты.

Она исчадье этой серой грязи,

Она разрушит сушлые дома,

И на обломках ничего и не оставит:

Лишь пошлым светом будет портиться заря...

Но знаю в этом снежном мире одну тайну:

Под серым обликом возможно затаить

Красивенькую, миленькую радость,

По-детски душеньку способную согреть.

Гниющее же в сердце вырвется однажды,

Сквозь яркость кирпичей, как желтенький поток:

Там никогда не пробегут котята,

Там бабочки не полетят на самый сладкий мёд.

23.11.2025

Рекламные плакаты.

Грубейшая пошлость льется с плакатов,

ярких и жадных, гнусных - рекламных...

Заливается в уши едкая грязь,

в канализациях всё ж не найти благодать...

И глушатся чужие стоны под конец,

при этом слижите чужой "кровавый" венец...

И как судителям простого недоверия

не гнусно страдать от своего лицемерия?

Когда на дуэли выбор оружия

пал ниц пред тобой весь сконфуженный,

Уподобляться врагу слишком гадко –

врагом называть отражение сладко ль?

24.11.2025

Не слушающий и неуслышанная.

Он тебя послушал, родная?

Он хоть раз принял твои "нет"?

Почему же ты, умирая,

Ему даёшь очередной обет?

Где клок волос, укусы и раненья,

Как на войне изодранный рукав?

Где дневничок твоих то всех мучений?

Все сожжено, полюблено опять?

И разве поцелуй не обжигает,

Тот сотни раз полученный ожог?

И разве вечность шрам не заживет,

Оставленный когда-то языком?..

Действительно ли в его только праве

Владеть твоей бедной душой?

Цепями к котелку с ада,

Привязывать, мучать с улыбкой тупой?

И действительно он тот владелец,

Кому тело твоё надлежит

Целовать, любить и лелеять –

Измываться, хлестать и гнобить?

24.11.2025

Curre sicut puella.

бежать как девушка?

беги! роняя ногти с пальцев -

без крови вырывая трубки

из легких и "шести сердец";

стирая в кровь белесы пятки,

и омертвевшие лопатки

рождают крылья на ходу...

те не расправятся увы,

но ты беги, беги, как можешь,

как девушка страдать уж сложно,

а бег познать - из невозможных...

13.12.2025

***

Я за луч солнца ухвачусь,

А он теряет руку:

Вновь падаешь в холодный звук,

А там людей уйма...

В мороз и дрожь

Бросает зной...

И неприятный холод

Кидает скуку прям в лицо...

Вот отзовусь чужим словам -

Но сказаны давно те...

Прощенья попрошу -

В прощальную минуту...

Светлеет, но не греет землю солнце -

Луна теплее отдает прохладные лучи.

Душа вся пьяная проснулась -

И вновь скатилась с лестницы.

09.04.2025

***

Суженый-ряженый,

Приходи со мной ужинать,

Косоньки русые приди расплети...

Звон браслетов о перстни послушай-ка

И только меня одну полюби!

Суженый-ряженый,

Может песни послушаешь?

Песенки девичьи споём мы разок –

Выльется с грохотом плачущий стон,

Колечек по блюдечку пустим поток...

Суженый-ряженый,

Может бесом окажешься?

Зло злободневное выльется с грохотом... 

Зеркальце девичье возьмёшь, разобьешь...

Свечки задуешь – дом подожжешь.

Бестия мечется в клетке пустой,

Хочет, желает и тянет ко дну.

Себя только бедную убивает тобой.

Мертва, сожжена невестка тоской.

2024 – 23.10.2025

***

Заходит в комнату слабая тень

И шепчет мне томно на ухо:

«Никто не проснётся теперь,

Пытаться выжить не стоит».

И хочется крикнуть, да рот уж зажат:

Два робких бессвязных мычанья.

И ходим мы, ходим по краю, топча

Цветы на могилах завялые.

08.11.2025

***

Под ледяною водой

Утопи города и села,

Да в кровавом огне

Выжги из них свое слово.

Куда ни заглянешь – кругом чернота.

Клубится, стирает землю с лица...

А люди снуют по обрывам, ища

Новую истину в клочках бытия...

08.11.2025

***

Когда-то умрёт тишина,

Не станет тогда пустоты,

Насытится голосом ад

Всё в скрежет зубов превратит...

И связка ключей никогда

По дверке не будет скрести,

Дыханья трепетный стон

Не сорвётся на нашем пути...

И самая тихая смерть

Порой самой страшной бывает,

И «мёртвые души» живых

В пустоту всё облекают...

Мелькают, как в книге страницы,

Историй важные кадры;

Мелькают одной вереницей

Детали крохотной спальни...

Момент, как полёт мотылька,

Тихонько уйдёт в тишину,

Одним лишь взмахом крыла

Пересечёт пустоту...

И черная-черная дырка

Сумеет ли всё поглотить?

Или останется скрипки

Звук несчастный один...

15.11.2025

В мире нет мест...

Любви презренники однажды

Над чашей весов собрались.

Гаданьем манили над мутью:

«Докажи, что любви больше нет»...

На чаше той высились блюда:

Изысканно подан был гусь,

Красивый сервиз, обрамлённый

Салфеточным морем медуз...

На чаше той громоздились

Дома с фасадами пышными,

Изящны дворцы позабытые,

Бульвары, фонтаны, сады...

На чаше той величались

Распростёртые руки богинь,

Свободу держащие статуи,

Изваянья, Атланты, Олимп...

На другой стороне измерялась

Масса бедной девчачьей души,

Что костром на весах разгоралась,

Пусть и вырвана из тесноты.

Вдруг чаша весов надломилась,

Не выдержав ношу сею:

Любовью она насладилась –

Тоже вырвала душу свою.

19.11.2025

***

Ты знаешь, крики не помогут,

Пока чертей не выпустят из уст

Чужих и молчаливеньких прохожих,

Что нож готовы в спиночки воткнуть.

В любое, совершенно любое мгновенье

Расколется зеркало Кайя и вновь

Вонзится в чье-то маленькое сердце

Осколок, что изрежет всю любовь...

И улетит в окровавленной пыли

Очередная повозка с песком,

Ослепляя глазки невинных

С ножами, торчащими у всех на виду.

И Герд на этом свете мало,

Придётся самому сквозь слепоту идти,

И пробираться к ледяному замку,

Чтоб капельку любви в другом сердечке возродить...

24.11.2025

***

Душа разрушенного дома, отлетая,

Стремится в небо – в мир иной,

Но как-то странно погибая:

В подвалах мира ждут её.

Она летит-летит так ясно,

Уже улыбка к небесам,

Но вот один удар напрасный

И глыба рухнет навсегда.

Ее пылинки и осколки

Восстанут снова из оков,

Но не на свалке, на заводе ль,

А в городе, где душат беглецов...

Избавят лик её от чувства:

Улыбок, верности, забот,

Усталость будет вечной мукой

На скучненьком лице её.

И месть ли движет громаднючими бровями?

Иль для неё уж слишком много сил...

А ещё действо – всегда громыханье,

А шум уже осточертел...

26.11.2025

***

В голове восседает анапестом

Жуткая, нищая тень –

Давит на сердце несчастное

Грязным и рваным светом...

Звоны мечей раздаются

Из-под глухой пелены –

Это нечистые слезы,

Сердце бесчестно теперь...

Борется ангел со светом

Тусклым, бедным на вид,

Мрачным в сущности лета –

Душным и жадным – гнобит!

Меч омыт кровью ничтожною,

Правда не ранена тень –

Он втыкается сложно

В руки безмозглой души...

28.11.2025

***

Шумят не реки - города.

Тонуть не в водах, а в шумах,

И предстоит ли нам сыграть

В судьбы жестокий каламбур?

И свежесть ищем не в горах,

И воздух чист нам не в лесах,

А в буйных башнях кирпичей

На один сделанный мотив...

Сей круг, кольцо, мешок, овраг (?)

Наполнен грезами – чудак:

В том муравейнике дворец,

А во дворце златой тронец:

На нём статнейше восседают

Соедительницы душ:

Хандра, апатия и тлен

Но одиночество из них

Всему главней...

28.11.2025

Шабаш

Ведьмы в шабаше гуляли

Ведьмы в шалаше играли

Ведьм раздался жуткий хохот

С преисподни слышен ропот...

Утопили колесницы...

И в огне сгорают птицы:

Этим шабаш заправляет

Свой пирог с кровавым хламом...

Они магией заморской

Перепутали все лица:

Отражение искрится

Злобой, шёпотом, гнильцой...

Кривой нос, и рот, и шея -

Шея дряхлая стара...

Улететь бы научили

Эти ведьмы с шалаша...

А они в озёрах гладких

Наблюдают за собой

Стан с упругими шелками,

С позолоченной косой!

Жаль во внутрь пробираться

Только черви могут, зря!

Увяданием охвачены

Наш рассвет и их заря...

05.12.2025

Чертова ночь.

Мне давит дьявол на сердце

Прогрызает голову черт.

Тянет сквозь простыни стеленные

В кромешную тьму "за мечтой".

Отрывает бледную руку –

Вырываю мясо, лью кровь,

Чтобы не пасть со спасательным кругом

На самое-самое дно.

Из сил выбиваюсь изрядно,

Уже не сужден мне покой:

Вырываюсь из жадных царапин,

Да вновь падаю в лапы ему.

08.12.2025

***

Внутри погас один огонь -

Раненье в грудь ему попало,

Пыль света душу захламляла,

Она ж боролась денно, нощно:

Слышны молитвы и стихи,

Пыль оседала на прибрежьях

Его израненной души...

На край она легко садилась,

Кусала, чувства истерзя,

Впивалась в коросту, гноилась,

По краю её обрамя...

Но больно стало, слишком тошно

От въевшейся в сердце грязи...

Огонь нельзя уж разжигать:

Он затушил в одно мгновенье!

Остался тусклый уголёк:

И божеством, и вдохновеньем

Он пыль сожжёг... сожжёг! сожжёг!

Но не вернуть пыланья боле,

И рана в сердце замерла,

И, как могила в чистом поле,

Осталась издали видна...

26.11.2025

***

Они говорили: "Искусству конец", -

Но там на площади восстанья

Играла молодой певец

Тоскливу песню завываньем...

В стране есенинских стихов,

Пока не забудется имя святое

Не даст из молодцев никто

Забыть о Пушкине всё самое родное.

Конец искусству - значит тварью

Прославится и станет человек,

Обрушатся святые изваянья

На угольки, где раньше был венец.

И в рабство самому себе

Се существо придастся смело

И можно думать о конце

Искусства? Нет... о всем лице...

18.10.2025

***

А знаешь, что в этом пожаре,

Среди кричащих огней Москвы,

Продвинутых и блистающих

Мы утопиться можем в забытьи.

Знаешь, в этом пожаре

Сгореть нам не трудно до тла.

Истлеет в неоновом пламени

Незаметно наша душа.

Метаться придётся по-бабаньски,

Молить, молить за детей,

Чтоб, как на Крещенье в январский,

Январский морозный день

Окатить их водою кристальною,

Да из проруби самой дальней бы...

Сотрет с лица земли пожар

И лес, и домик, и кинжал,

Сожжет и рухнет, накалит,

Но только пруд один кипит...

Страну, народ нельзя сломать,

Перерубить и закопать,

Пока они с первой звездой

Бросаются под воду - в даль!

Страна не рухнет только так:

Пока не кончит сотворять,

Пока не кончатся стихи,

Пока не кончатся творцы,

Пока единственная палка

Из сказок матерь-выручалка –

Захлëбство в искусстве –

В потоке кипящем,

В потоке морозном.

18.10.2025

***

Заговори со мной по-русски

Вздохни хотя бы,

Я прошу...

Я слышу за стеной белесой,

Как штукатурка опадет,

И обнажит там косу русую

Обстриженную наперёд...

Я слышу за стеной белесою

Угрюмый плач,

И плачу с ним...

Я чую вас, мои хорошие,

Сквозь тонну век и голосов

На «философском пароходе»

Души лишился русский мой.

22.09.2025

***

Если мир разрушится,

Что же нам делать?

Не успели влюбиться,

Но успели же полюбить.

Этот мир ведь так дорог, так любится...

Ах, оставьте нас в нём на пожить!

Хоть нелепым следом задержаться,

Как мороз на окнах застыть.

Вы не рушьте наш мир, ну пожалуйста...

Одумайся, мать. Успокойтесь...

Не успела ничего повидать ещё,

А уже забирают покойницей...

16.08.2025

***

Ах, плакать нельзя?

А на вашей могиле?

А если мы хором заплачем?

Нельзя?..

Вот льются лужи крокодильи,

И не покоится ваша душа...

Вы не волнуйтесь!

Без тревоги!

Мы приказания исполним!

Но шанс подумать всё же дам...

Ах, не хотите?

Всë ж нельзя?

Рыдать навзрыд –

рыдать на зло.

Смеяться ль?

Плакать?

Всё едино.

Я не люблю судить о том...

Мы знаем,

что за в горле ком,

Но вам, приказчикам бесслëзным,

Я прокричу во след:

«Прощай!»

Шум слез услышит даже рай...

27.08.2025

***

Окно беседует о скорби,

Береза свесилась спросонья,

Мол, подходи, поговорим...

Да я бы с радостью, ребята,

Я погрузилась б в тишину,

Но суетливый мир, орлята,

Вколол мне в сердце сотню пуль.

17.09.2025

***

Мне душно, дорогая, душно...

И на горошке я лежу,

Да только мягко мне немножко,

Всё ж не принцесс домой вожу...

Мне душно, дорогая, душно...

С себя самой сорву портки,

Да положу я на подушку,

Чтоб твёрже было спать. Уйди.

Мне душно, дорогая, душно...

Не задавай вопросов лучше

Мне гадко, больно, очень грустно

Смотреть на сонный мир квартир,

Забившийся в комочек пыли...

Здесь сказки нет - есть только мы.

Заснуть хотелось бы, пожалуй,

Да не заслужено увы...

02.11.2025

***

Нет, я не буду скрывать

Пыль,

Расцветшую на перекрёстках.

Нет, не удастся сбежать

Правде

Вдаль, за холмы белёсые.

Пускай предстоит умирать

За суть

Донесенную в голос.

Может не стоит скрывать:

Духоту

Средь никчемного города.

02.11.2025

***

Прозябаю под тонкой вуалью -

Ненавижу цвет серебра;

И коньком я по гладкой стали

Проведу, лишь добыть бы огня.

Огонёк разгорится живучий

Ни на льду, но на сердце хотя б,

Чтобы помнить о нашей печали,

Да о том, что живём мы не зря!..

05.11.2025

***

Город обрушится,

Что делать? Не знаю...

Что за последни слова?

Кто ж их услышит

В том дрянном пламени?

Во что обличет нас земля?

Домик разрушится –

Вылетят письма

Да адрес у них вникуда...

Неужели это так необходимо,

Чтоб город обрушился

Раз навсегда?

07.11.2025

***

Успокаиваете, прячете, верите?..

Что же значат ваши слова?

И кому в эпоху безверья

Я смогу поверить тогда?..

И к кому обратиться, пожалуй,

Будет легче в ту странну пору:

К письмецу дорогому и старому

Или к новой бумаге в смятую?..

Успокоишь иль сам в себе прячешь

Правду не для детских ушей?

Знаешь, лучше тревоги и страха

Горькая правда для детских сердец.

07.11.2025

***

Стоит ли думать о будущем?

О жизни, что за землёй?

Или всё оборвётся скоро уж,

Скоро уж – завтрашним днём.

Не хочу предвещать свою гибель,

Но, взглянув на календарь,

Подбегу к окошку родимому –

Нерадиво заплеван пластмасс...

Стоит ли думать о будущем?

Да о каком? На земле?

Или о смерти грядущей,

Что разочарована в мне...

07.11.2025

***

Мне от стихов своих душно:

Исторгнуть я речи должна...

Ой что-то не крутится

Мир? да нет, голова...

Сожжена уже стопка тетрадей

И всё как-то наперебой

Перемешано и расплавлено

Кем? Да кажись тоской...

Разорвано сердце в порыве

Ста однотипных криков...

Ох... утонуть бы в пучине

Слов? Да кровати, конечно.

08.11.2025

***

Мне разрывают душу в кровь

Никчемные порывы и желанья

Людей, опошленных в сей суете мирской:

Наиграны смятенья и страданья,

Но всё же что-то гложет саму суть

Земного нашего существованья,

Не хочется так просто мне уснуть.

08.11.2025

***

и никуда не убежать

от смуты, хамства... нет терпенья

и вот и все мое гоненье:

опасть и думать об одном...

а голова болит не в детской

её растащит рослый гном

и по кусочечкам облезлым

прикажет: «пазл соберём!»

и на полу среди осколков

лежит две тени: все твои!

у одной голова подраспухла,

а другая поёт, да лежит...

апатия захламит спальню

и не взглянет на трупы никто...

вскрытие откроет ли правду?

та девчонка погибла от смуты мирской.

13.11.2025

***

Выпускайте маньяков из клеток -

Не заплакать уже никому...

И направляйте пистолеты

Не в высоту, а в ширину...

Оправдайте жестоко насилье

И судите за все, что "не то".

Пусть покроются плесенью стены

Наших мирских домов...

Пускай сводят с ума, вызывая

Романтический розовый сон,

Пускай душу они отравляют -

Галлюцинации, что в дом занесем.

И засохнут уставшие лилии,

Упадет последний олень -

Уже без конвульсий сгинет

Наш насильственный мир...

19.11.2025

***

Вопрос "кем хочешь стать ты?"

Всё с каждым днем смешней...

Высотки опустели,

В подвалах нету мест...

От голода тошнит,

Еды не выношу,

В глазах полубелесых

Всё с каждым днем темней;

И видится во мраке

Мне чей-то светлый образ:

Лучистый и живой

Прообраз всех детей.

Он начитался сказок,

Счастливой даже были,

Он простирает руки

И нам во след кричит:

"Да будет солнца луч!

Да будет май и хохот

Моих дедов далеких!

И буду восходить

К искусствам и наукам

По равному пропетым,

Там будет счастье в слове,

Там будет зелен мир!"

24.11.2025

***

Опять разрушена надежда

Уже который год...

И мы бежим, бежим к ответу

А он всё дальше дальше прет...

И, знаешь, выхода нету,

Взгляни в заплаканы глаза:

Остановиться? Кануть в лету?

Чтоб не пришлось больше бежать...

О чем они с тобой толкуют?

О правде, о святой воде?

О путном, может быть, горюют

Или о путнике в седле?

Уходят в глубь – во глубь природы

Того, что не умрёт за ночь,

Того, что все надежды строит

И резко щелкнет – отберёт:

Страницы шелест раздаётся,

Они залазят в тайный мир,

Природа сквозь века прольется,

Всё повторится – c'est la vie!..*

Ошибки – наши дарованья,

Правила писаны кровью,

Однако высохла изрядно,

И ждать ли завтра? Стоит ли?..

*c'est la vie (фр.) [сэ ля ви] - это жизнь

30.11.2025

***

Почему фонари не горят?

Почему ж так страшно то злится

Ветер уходящей поры

Городка моего искристого?

Покрывает туман мутных слез,

Как из лужи взятых пробирок:

В лаборантскую занесёт

И таблетки от грусти рассыплет...

И нейдёт зима к нам во двор:

Темноту привела и забыла...

Снег, либо жадно метёт,

Либо плачет, теча по прожилкам...

И что будет сквозь день? Сквозь века?

Что сквозь ночь дождаться придётся?..

И с детсада одинокая мать

Заберёт ль неприметну дочурку?..

И, быть может, легче тогда

Станет хотя б на немножко,

Но на практике солнечный день

Лишь мгновеньем для нас обернётся...

30.11.2025

Ночной бег.

У тебя есть четыре минуты,

чтобы успеть написать

«с днём рождения» и «сладкой ночи»

любимым и пасть на кровать...

Всё торопит: гоненья повсюду,

я хотела б «из ада» сказать,

да вот ад - слишком громкое слово,

неизвестно чем сее описать...

То ли страх, может ругань иль радость...

может есть тут возможность, аль нет...

и проявит себя может к старости,

хоть один молодой пианист?..

05.12.2025

***

Завью локоны... и... кудрями,

Я, как сыпью, покроюсь...

Сожмусь в великаний кулак:

С души моей падает осень...

Уж зима зовёт на кровать:

И, как в гроб, ложишься в постели...

Прожигает холод снаружи,

Да морозит огонь изнутри...

Скоро в кудряшках зароюсь,

И... похоронный конвой

С песнями, с плясками, с боем

Уложит в ледяной гроб.

05.12.2025

А знаешь...

Я правда не оправдана...

А знаешь, для меня

Не светит солнце ясное,

Не светит никогда.

Грустить, смеяться... Что это?

Что? Новая пора?

Смеяться грусти вечной

В лицо? В глаза? В фингал?

Я больше не обижусь

На угнетенье масс,

Я буду щелкать клювом

С улыбкою без глаз!

По залам золотистым

Водить, водить, водить!

Мосты разводят быстро,

Да есть ли закурить?

11.12.2025

После расстрела

Солнечный расстрел смотрит на зарю

Сквозь бинокли пуль, алую красу...

Больше не зовёт матерь дочерей,

Больше смысла нет ждаться сыновей.

Бантов розы цвет, ленты никогда

Не взыграют с змеем в светлых небесах...

Молодой траве никогда не знать

Синих платьицев пышненький фасад...

И в дыму скрипучем, все гниёт и тлеет,

Вьётся бела зависть с тоненьких берез -

Не услышат боле поцелуев шумных,

Ненаглядных скромные "я тебя люблю".

Вот семнадцать пробило –

Час прощальных писем;

Солнечный расстрел

Дышит чёрным дымом.

12.12.2025

За неискренность меня не прощай –

Калечить и ранить греховно.

Безвинных людей упрекать

В своей загнанной боли.

Метаться стрелами легче,

Чем обрабатывать раны.

Не бей меня, не калечь ты –

А просто отвернись, пожалуй...

Неискренность - главное зло,

В маленьком темненьком царстве,

Что весь мир замело

Куполом пыльного хамства...

18.12.2025

Последняя...

Когда рождаются первые строки,

Последняя маячит в дали...

Машет рукой и топот ноги

Исходит с горных вершин...

Самых высоких, но достижимых –

Подхватит их ветер времен:

Уносит он тельце бессильное

К горным полям, к пыли цветков...

Когда рождена последняя точка -

Умрёт иссякший поэт...

А знает об этом? Ждет-то кого он:

Ветер времен иль перемен?

10.12.2025

30 летнему

Ты - наркоман бывший,

Я - пятнадцатилетняя тварь.

Повстречались с тобой неожиданно

Возле Сурикова двадцать пять.

Ты не странен, не предан, не умер ты,

Со свободою складно живешь...

Просто столь сурово запутанных

Повстречать нам только пришлось...

Я не знаю, кому посвящаешь ты

Серебристые свои стихи.

Только знаю, что всё уже прожито,

Доживи эту новую жизнь...

26.09.2025

***
мам, не роди меня рано.

мам, я не стою тебя.

мам, я такая странная...

мам, уложи меня спать.

мама, там за чертою

пустота и неведанный мрак.

мам, мне не хочется спорить,

сказку на ночь жду целый час.

11.09.2025

Детям

Придёт все с порой, ты не скучай:

И плачь кровавый, и печаль,

И светлый-светлый, ясный май;

Закат багряный, мерзлы зимы,

И ненависть, чтоб стать красивей,

Лучистый солнца свет на стенах

Что ту бессону ночь отвергнет...

Тогда поймёшь, что есть "скучать"

По этим скучным временам,

Откуда всё сбежать пытаясь,

Уж лучше в клетку засадись,

Да не расти, не торопись.

02.11.2025

Изодранная правда среди посвящений (Жалость).

Я обязательно уйду!

Клялась я ей всегда...

Я точно сохраню

Тебя в своих сердцах.

Но вот прошла пора,

А мир стоит столбом,

И правдою полна

Суровая чаша весов.

И с скорбью сознаю –

Заковано в сердцах...

Я обязательно уйду!

Клялась я ей в слезах...

02.11.2025

Письмецо с ароматом помады.

Привет старшеклассница,

Пишу тебе. Где ж ты?

Застряла в том новом году,

Где под елкой кроются замки из книжек

И на кухонке старенький стол?..

Где с особым благоговеньем

Малый ребёнок уснёт,

Подушку грызя от предвкушенья

Маленьких, миленьких чуд...

Где множество пестреющих красок –

Заполнится мрачненький мир

Обшарпанных, обречённых диванов;

И будет много ребячих картин!

Где цокала ты каблучками –

Шарахался весь первый класс,

Да только ты обнимала,

Голубила кинутых нас...

Пишу, старшеклассница,

Где же ты? Где ты?

Застряла в том новом году,

Где чудеса разносились по свету

Не во сне, а наяву?..

05.11.2025

***

Ты говорил «спасибо», а за что же?

За правду? за пинок, что в грудь?

Зарезервирован автобус в подневолье

Забрать монатки не забудь.

От грубости своей же плачу,

А ты смеешься мне в глаза...

Ну почему любовь, ведь не иначе,

Привязана так к дуракам?

07.11.2025

***

Однажды над домом одним

Пролились жестоки слова...

А знаешь, ведь все позади -

Увяла, да вновь расцвела.

И думать не стоит о том,

Что весть обмывали слезами,

О подруге ль несчастной рыдая,

Не готовые к смерти девчата...

Но знаешь, мне больше жаль

Ни ярких потухших огней,

Что бились ручьем из очей,

Ни рук, ни волос, ни главы...

Жалко, что ты не проснешься теперь:

Мне жалко спаленной любви...

И смерть перед тем как вкусить,

Ах, знала ли ты, что есть жизнь?..

15.11.2025

***

Хотелось бы ослепнуть навсегда,

Чтоб никогда не видеть рассечений

Потоков людских суетливых движений...

И ран, и тел, разломанных по плитке

В грехе сварëнных для чужой наливки...

Но не позволю себе потерять

Из виду твои очертанья прелестны!..

Только глаз твоих лесная даль

Оберегает меня от слепости...

Мечталось мне родиться и глухим,

Чтоб больше никогда не слышать заверений

Диванных критиков, и жадных лицемеров...

И выстрелов, и сиплый свист ракет,

Раскрашивающих небо в красный цвет...

Но не позволит оглохнуть твой голос,

Наполнив сердце радостных надежд!

Ах он!.. так мил и как же звонок,

Утащит в материнску колыбель...

23.11.2025

***

Я к матери воздам дрожащи пальцы,

И вроде ж нечего стесняться,

Да только грудь сжимают жадно

Разврат, отверженность и боль.

Она поймёт и не сломает...

Но сам добьёшь себя, ломая

Кости, разжигая

Плетьми порезы и, лукавя

Самим себе, самим себе...

Мне в зеркало смотреть противно,

А на её живой портрет

Ещё сильнее, даже стыдно

Свой детский взгляд косить... косить...

И вроде молишься с слезами,

Да только желчь не вылезает:

Откладывается там внутри,

И давит-давит – снова раны;

Измазанные кровью спальни,

И нечего терять, и нечего жалеть...

Я к матери воздам дрожащи пальцы,

Она согреет, остановит их шершавою рукой;

И станет стыдно вновь, средь сотни дирижаблей,

Простишь ли ты, что лью родную кровь?

08.12.2025

Я заехал сюда нечаянно -

Замела дорогу пурга.

Погрузился в сплошное отчаянье -

Расхотелось вдруг жить навсегда...

Вылей вина заморские на снег,

Жуткой серостью затмивший траву.

А налей молока-ка ты жаркого,

От чего ж так домцом понесло?

От меланхолии стоит скрываться

Не в дремучих лесах, не в полях -

Меланхолии нельзя предаваться,

Прожигая жизнь свою зря...

Я заехал сюда нечаянно,

Но билет был дарован судьбой -

Помолюсь за всех за отчаянных,

И камин во дворе разведем.

Прошу прощения у себя 13-летней

Я для зимы обеты приготовил –

Не унывать, не требовать добра.

«И сладким трепетом мороза, будь доволен,» -

Снежинкой начертала мне она.

Но в скромном полумраке тихо

Мерещился мне кто-то из угла,

И вьюга танцевала в страшном вихре

И как же не хватало мне добра!

В миг позабыл все клятвочки свои.

Что зимушка? Любить не перестала.

И нежный розы цвет в саду моем хранив,

Её легонько снегом покрывала.

Она надеялась, что я, (такой пригожий),

Заветы исполнять не перестану,

Что вечность и любовь, и славу Божью

В холодной, но избранной тишине восславлю

6 декабря 2024.

Посвящено ***

Я знаю, что скоро я полюблю,

Надеяться можно века...

Матушка, дай по рублю на цветы,

Не упрекай чудака.

Я знаю: любовь осуждается миром,

Хоть ему без неё - всё равно что в могиле.

Ценна та - что без кокаина.

"А людям известно сие?" -

Спросила бы ты?

Если б знала, как я убиваюсь в ночной тишине?

Пытаюсь понять, что чувствует сердце,

Горящее в хладной земле.

И вскоре, когда пеплом зажарит,

Готова ли ты всех спасти?

От пламени страшного, ветра чугунного,

Пугливых метелей зимы?

Бояться, что ржавые стрелы проколют. Не стоит.

Я это точно прознала.

Спи, моя милая,

Не думай о скуке, на которую я навлекала.

Поверь, твои дружные речи

Приносят мне радость всегда!

Лишь бы тебя не коснулись те муки,

О которых пишу по ночам.

Декабрь 2024

Послание к одним единственным.

Спроси меня о селфхарме,

Смущаюсь, и буду молчать.

Не надо возвеличивать грязных, -

Не надо мне центр держать.

Пусть кто-то другой там прибудет.

Тот, кто верен себе.

А я? Я хуже Иуды,

С сомненьем сужу о тебе (и себе)

Говоришь, - я не ревнивец?

Ах да... я лицемер.

Жалеть о содеянном стоит?

Тогда пожалей обо мне.

Прощенья молить остаётся

Пред иконой и ликом святым,

Пред тобою и матерью родной...

Ах! выгонь меня из избы!

Декабрь 2024

Послание ***

Никого ты не любишь? Гиблое дело...

Меня не забудь ухватить, уходя. Хотя

Это без смысла. Хватит с тебя и меня.

Нет, мы не сможем общаться как раньше...

Кто-то ведь должен понять,

Что на крутом повороте не слышно,

Рыданий Черкеса-коня. Дайте уйти.

Что ж ты держишь меня за

Невидимый шлейф? Аль нет...

Петлей, смастеренной своими руками,

Живо привязан... Прости -

Тонкие нити слепцу не разглядеть.

Я бы хотела стать тем же,

Какой представляешься ты.

Не решено ничего: а всё-таки всё –

Оттолкну табуретку...

Но мылом наполнен сполна.

И вылетит птица из клетки,

Выскользнут шея, рука...

И снова на плечи твои,

Я падаю... Я... нечестивый!

Наступит отрадно мгновенье

И ты засмеёшься, зажжёшь

Все свечки мои вдохновенья,

И станет понятно - никто не уйдёт.

Скажи мне только в живую:

«Хватит с тебя и меня.

Не сможем общаться как раньше...

Но это всего лишь два грязных стиха».

Декабрь 2024

России

Собаки воют на салюты,
А люди бьют и бьют, и бьют...
Скажи мне, милый друг,
Зачем искусство порождаем,
Когда любви порой не знаем,
Когда влюблённости страстей
Мы от неё не отличаем?

Прошу, не смейся надо мной,
Когда скажу, что я люблю
Поля роскошны и сочны,
Холмы порой высоки и остры,
И озеро с плакучей ивой,
Где пусть и нет могучих лебедей,
За то есть жизнь в воде и всплесках рыбы.
К ней подкрадутся все: пугливые олени
Блюсти придут потомство от волков,
А те в порыве жажды закрадутся
В густые кустики - любимицев грибов.
Она же блещет, как звезда святая
И дразнится, что нам, что тем зверькам,
И восхищаться всех она заставит
Русалочкой ей отданным корням.

Люблю хрустеть зимой по снегу,
Румянить щеки в злой мороз,
Подхватывать мелодии обиженной метели,
И, стоя посреди продрогшихся дорог, дышать...
А летом на древах висеть,
И сочинять про эполеты
Дубов, осин, сосенок и елей.
Какое ль у них быть может разделенье
Иль только это человек
В загоны стаскивал живых,
Чтоб по гробам о мертвецах судить?

Ты знай: люблю, дышу я русскою природой:
Сияньем звезд - раскидистых очей,
Травой-муравушкой, что мягко и прелестно,
Когда-то ступни щекотала нам -
Бродили мы по чаще леса,
И разрезали по волнам
Степной ковыли.
Упивались на Кавказе
Горами солнечных лучей,
И чистой родниковую водой мы умывались,
Как чистит птенцам перья мама-воробей.

Люблю, но не влюблен.
Любовь она мощнее,
Влюбленность поборю раскинувшись в горах.
В соломенной лежанке уткнусь в полет орла,
И стану вспоминать о нас роднящем детстве.
И думать: если смерть на небесах,
То да, она должна быть вечна,
А значит жизнь нам вечная дана!
Тогда я ж не боюсь!
Хочу я славить Бога!
За небо чистое над матушкой землей,
За то, что окажусь на нем за гробом.

декабрь 2024

Ты помнишь, как в детстве играли в галоши?
На голых ногах носили ладошки,
И спорили какой же курс у листвы.
Стихи сочиняли: про Дашу и Машу,
Аглашу и кашу, медведей и птиц...
Они были лучше, чем те, что сейчас
Читаем и варим в своих котелках...

Кто помнит? – Садись! прокачу на качелях,
И поясню за слово «любить».
Нет, мне не нравится рыжий мальчонка,
Который вчера нам гулять предложил.
Это ведь то, что имел ввиду Пушкин,
Рисуя милые строки, которые мама читала вчера,
Смешарик Кар-Карыч спорил о том по «малышам».

Постой, пойдет дождик!
Значит скоро грибы «расцветут»!
Не выйдешь? Как знать:
Собирай все галоши, отставь от игры,
Ладошки напяль по горю с пополам и быстрее беги!
Завтра весь день мне скулить в домофоны:
Милая, ты приезжай! Приходи!

декабрь 2024

К взрослым из детства

Да что вы знаете о детях?
Кричат и бьются в стену - от чего?
Говорите! «Неизвестно»?
Очень интересно...
Вас врать заставили?

Всё чему меня научили в детстве -
Так это заниматься селфхармом.
Губы кусать, грызть заусенцы,
Но не зализывать раны.

А где же любовь? Где же те песни?
Что воспевать нам в будущей памяти?..
Мертвых губ лобзания?
Сухие рукопожатия?

Сколько судеб порушим своими ручонками...
Предадим, обогреем, замкнем.
Может и к счастью, может и к радости
Только вот для кого?

Сердце сжимается. Больно душе
Смотреть на плакучие ивы,
В которых заколем своих же детей,
Иногда ради наживы...

Иногда не пойми от чего:
То ли от злобы, то ли для счастия...
То ли в пьяном бреду, но
Навсегда забываются детские радости.

Но вы же не предали и не сидели,
К чему тогда крики ужасные?
Ой мама прости,
Где же ты, где ты?
Я знаю: вас врать... Заставили...

январь 2025

Не потеряйте себя, не потеряйте друг друга, не потеряйте любовь.

Любовь светла, как летний день,
Как сотни светлячков по полю,
Летят своим гигантским роем,
И песнь хвалебную поют своей луне.

Любовью надо жить.
Я знаю, она лечит.
На ней зиждется мир.
Но тут какой-то грамотей
Кричит: «Любовь? Она калечит!»
И впрямь: я вспомнил, как любил,
Как я сгорал ночами,
Когда покоя не давали мысли о тебе,
Когда в порывах ревнованья,
Я руки резал сам себе,
Когда смешалось всё:
Тепло и холод, ненависть и.. злоба.

Ведь да, читатель, это не любовь!
Давайте различать:
Когда ты связан с человеком
Не узами – петлей страстей!
И личного желанья!
Ах! этот страх и мрак!

Родной мой человек,
Не потеряй любовь,
Люби весь мир!
Люби и человека,
Отдельно восхваляя луч,
Его благодари за то,
Что ты́ ему даёшь тепло,
За то, что можешь дать,
Достать из сердца
Не сладкие, но нежные,
Как сладость, состоянья
Души своей.

Цени тот миг, когда ты рад и счастлив,
Тому, что он с тобой, или вдали -
Неважно: он любим!
Любим тобой...
Вы чудные созданья!

январь 2025

Проповедь умирающей.

Говорят, умирать надо сразу,
Но останусь на вас поглядеть.
Подскажу, расскажу, и отправлю
С чистым сердцем в края далеки...

Растет смышленая девка
Что в соседнем дворе по углам,
Копошится – зовется кокеткой,
Но на деле не при делах...

Та плачет, глумится от скорби душевной
Хорошо ль заживет? Узнайте потом...
Та думает, в жизни всё равномерно,
Ох, как ударит лицом...

Та любит – и пусть,
Не смейтесь, девчата
Дом первый она обретет.
Вот только у вдовы Цинандали
Не сможет родиться никто...

Такова уж судьба молодушки-невесты,
Зато Божьи врата
Открыты всегда для неё.
Уж я-т теперь знаю:
Кому, да куда, для чего?

А ты, дорогая, живи, да радýйся,
У счастья всего два крыла.
Плачь, когда вздумается,
И смейся даже от пальца сейчас.

Когда помнят улыбку,
Поверь, омертвела душа расцветёт!
И услышит Бог все молитвы,
Ну а бес к кроватке не подползёт.

январь 2025

Позднему осознанию.

Нас давно нет дома,
Да и дома нет, -
Потерялся кто-то, а готов обед...

Не вынуждай меня кричать!
Хотя... я ж не смогу...

Руки твоей поцеловать,
Стремлюсь. Хочу. Дышу...
Хотя... дыханье давно уже исчезло,
Как дом родной, не близкий... ну и пусть.

Прости... Постой... отпустишь на покой?

январь 2025

Связанным и развязанным

Мы разные, но мы связаны -
Не это ли пели вчера?

Кнутом одним будем повязаны
Чтоб задрожала земля.

Так думала я когда-то,
Должно быть, даже вчера...

Но да. С тобой исполнять
Не очень-то получается...

Каждый стих свой тебе посвящаю
И продолжу святить до тех пор,

Пока на убой не отправится
Поэтов несчастный конвой.

Ты не знаешь этого, милая
Две душонки с тобой не родимые.

Взлелеять, изнежить должна
Твои теплые, дерзкие думы.

Но потом скроюсь от глаз -
Ты не неженка. Ровен час,

На закате попросишь уйти.
И покину, только счастье своё береги!

Отпустила давно, дорогая,
Обращенья: «милая сердцу», «моя»...

Пусть давность – день вчерашний,
Но многое для меня.

Я чую, услышишь...
Добром обзовешь

В короткие серые дни.
Ах лишь бы забыла все обращенья сии...

Лишь б не страдала, не плакала
Темной ночонкой в тиши.

От рук дровосека угрюмого,
Что головушку заворошит.

Милая, помнишь как мы?...
Ах, не с тобой это было!..

январь - февраль 2025

Сплетнику.

Ты говорил, что я другой
Должна быть отдана.
И что? Зачем? Кому? За что?
Куда глаза твои глядят?

В чем смысл злостной болтовни?
Я всё равно тебя забуду,
Ты не надавишь на больное
Судьбу мою как ни крути.

Пусть правда... пусть враньё.
Тебе ли есть до этого дела?
Моя душа не фильм
И не предмет взысканий,
Таких, каков есть ты, -
Философов диванных.

Ей нравится в любви с другими пребывать, -
Кто милость подает.
Пытаясь трудности в объятьях пережить,
Она мельчайшими шажками за счастьем семенит.

Твои слова для нас потеха -
Со мною милые подруги зубы поскалят.
Любила многих я,
Их до сих пор люблю -
Однако, видишь, не тебя.

февраль 2025

Портрет

Я помню восхищение глаз своих,
Когда впервые видела портрет...
Но забываются милые строки...
В душе чужой, незримой мне...

Гордитесь Лермонтовым вы?
Глаголом Пушкина сожгли сердца свои?
Да как же... О, вы ль их потомки?
Потерянные души юных мудрецов,
Унылые сердца прегордых стариков?
Не осуждайте младших не узнавших,
Храните сами в сердце вы своём,
Любовь к планетам запоздавшим
В круги Державина, да Ломоносова.

Они создали свой особый век,
Другие позже подхватили:
Цветаева, Ахматова – родимы!
Страданья Родины своей
Желали восстанавливать словами
Волшебными, не злостными отнюдь,
Творили в честь любви к Нему лишь,
И к миру нашему, к планете сей... одной.

Нет, не обязана тебе, как женщина служить,
А только поэтическому слову.
Ему я буду жизнь святить,
Во славу Богу.

февраль 2025

Н.А. Заболоцкому от бездарной, но чувственной девушки.

Забродили плоды можевельничьи,
Вот накатятся слезы девичьи,
Словно бисером да на травушки -
Отдыхать им нынче у матушки...

Мотылёк твой откуда летел?
Из далёкого ль детства родимого?
От друзей ли, подруг ли пришёл?
Иль из страха жизни родился он?

Не умрёшь - не отчаешься, родненький
Ты же истину эту втолкнул
Приосанился, пригорюнился.
А затем как ястреб в Москву да зашёл...

У рябины, берёзоньки маленькой
Подождём, чтобы речи послушивать.
Знаешь, а ведь мы не красавицы,
Но не это так сильно волнует нас -

Тот огонь, что мерцает в сосуде,
Погасить не готовы, родной,
Лишь бы жизнь по заветам исполнилась
Лишь б сокровенных строк не забыть...

Ах как же все страшно,
Раз душа обленилась - плененна.
Ты прости наши грешны умы,
Всё пытаемся, да всё тянемся

Те любовные песни твои
Наложить на судьбу свою малую,
Да по ним как бы жизнь нам пройти?

22.03.2025

Эмоциональным качелям

Качай, качай, раскачивай,
Летать мы будем вскачь,
Играть мы станем с мячиком,
И мелом рисовать.

Вот линия кривая,
Кружок такой косой,
Вот слезки навернулись,
Не знаешь от чего?

Давай, давай, раскачивай!
Мой дом - покой неприбранный,
Но мне одной родименький...
Играй, играй с судьбой!

зима 2025

Ночному городу

Погибнем, мой любимый город?
Позволь забрать тебя в ночи -
Жаль оставлять прелестны огоньки -
Живой террасы светлячки...

Зачем же ты срубаешь древа?
Поставил роскошь во главу
Углов прелестных нежным дивам,
А на боку пленил избу.

А мне приятна скромна ночка
Где запах мертвого розлива отражен -
Дождей, ну, то бишь, плача туч...
И счастье детское в песочке.

В архитектуре, зданьях наших
Сокрыты предков голоса.
И я горжусь твоим созданьем,
И как же больно мне терять

Всё то, что те создали люди,
Которых Бог послал на свет,
В узорах дивных, перламутром
Манить и радовать таких, как я, овец.

Творец, ах, можно мне кирпичик
Родного домика забрать.
Стремлюсь, хочу на небо птичкой,
Но город жалко мне терять.

зима 2025

Каме, Камушке

Кама, Камушка скажи мне
Как же стать такой, как ты?
Вся чиста, как бы в белилах
Но сама смогла взрастить...

По заснеженным брегам,
С аккуратной белезной
Размешался вдоль оград
Городских каблучков ряд.

Он стоит так гордо, ровно,
Приукрашен синевой.
В распростёртые объятья
Принят он, дитя родной.

И лучисто, многогранно
Убаюкивала спать
Ветерком, что морским бризом,
Прозовётся на югах.

Ну а ты что? Север мира?
Чисто... ледяная сталь...
Господи, чтоб быть счастливой
Нужно Камушкою стать?

2025

Зачем идешь ты,
Снег родимый?
Плакаться ты что ль пришёл?
Вдруг вербу
Приласкал игривый...
Друзей что ли нашёл?..

Аль нет... ты плачешь,
Словно вечно пьяный
Кричит с раскаянья опять...
Любимой матушки зимы
Забыть ты прочь угрюмой ласки -
Цепляешься за каждый шаг,
Чтоб опоздала, не бежала
И никогда бы не узнала,
Какой же пробил час?..

13.04.2025

Посвящается быстро пролетевшему времени

Говорят, что клубника пошла,
А мы всё не можем смириться,
Что закончилась наша весна,
Прилетела последняя птица...

Для ребёнка в соседнем дворе
Было томно, мучительно скучно
Желать в лужу с ногами залезть,
Но держаться за мамину руку.

Ну а мы... мы с балкона глядим
Как меняются по ночам луны...
Сделал шаг по аллее – беги,
Упади лучше в слякоть иль в лужу...

Но бежать по-другому мы стали -
Перегнали собственны боты...
Оглянешься – невеста стоит
С розоватой блестящей фатою...

И не верим, что май позади,
И что день нарастает по часу,
Что подснежники все отцвели,
И сирень кажется краше...

Продает в синеватой авоське
Нам старушка свой первый приток –
Ягод свежих сочный пригорсток,
На него нам взглянуть не дано...

Отчего мы так гордо вступаем
В это жгучее лето теперь?
Отчего мы так жарко бросаем
Теплоту материнской руки?...

14.05.2025

Это последняя поездка?
Али последняя любовь?
Освободи, мой друг, мне место
Хочу Сибирь сопроводнуть...

Поймешь ли ты куда бежала
Тайга кромешная спеша?
В каких просторах заплутала?
Зачем так широка?

Но вот наше новое солнце -
Прожектор, что выжег глаза...
И снова я
Слепая мертвая стена.

Что ж не обнялись? Дура дурой...
Я про себя: "Прости прощай", -
Скажу, поплачу ненароком,
И снова стопку наливай!

Сибирь, родной мой угол света,
Прости, что мимо так прошла
Твоих полей безгранных живость
Не оценëнна в нужный час...

Кричу, мечусь в бегах от боли,
Что сердце ноченькой сожмет.
Мне плакать хочется от горя:
По-русски надо бы Сибирь сопроводнуть...

21.02.2025

Весеннему ветру

Холодный воздух оголяет грудь
Дышать как?
Становится яснее..
Пусть захлебнусь
В дождливом дыме дум
И обнажится пусть душа
При мерзлом свете.

20.04.2025

Светлячку

Светлячок, не смотри на меня...
Не гляди на меня с небес...

Ты же звёздочка, наша милая -
Пусть небо спокойно горит...

Ты прости меня, милая, грешную,
Всё пытаюсь, а лететь не могу.

От любви, на свою сердешную
Рассердись, а глаза прикрой...

Не любима я, не красавица,
Не в тебя пошла видно, родная.

2025

Детство

Детство захватит нас с новой силой,
И когда буду стоять на краю могилы,
Простите, не вспомню никого и ничто,
Кроме этого детства, родных краёв...

Не плевать на отца, и на мать не плевать.
Не плевать на подруг, а друзей не видать.
Что же скажут родные края, коль предам?!
Как заплачет земля, коль умру, не отдам?!

Нет, погибать нам нельзя,
Предавать нам нельзя.
Ради детства напьюсь
Пачкой мыла в хлам.

июль 2025

Подругам.

Прогулка с ней, как чистый воздух,
Нужна сердцам так для добра.
Не слепо глянешь в неё в прошлом –
Теплом повеет с слов «душа»:

«Подумать только, как же люди
Способны так друзей любить!
Способны сделать этот шаг:
И заскучать в дали по ним,
И засмеяться на весь Рим,
И думать только, что за чудо...»

август 2025

Родной мой, влюбиться легко,
А сможешь ли ты полюбить?
Помню нежный, бездонный узор –
Его никогда не забыть.

Она почему ж не ответила раньше?
Зачем отводила свой взгляд?
Боимся, что всё сложим иначе,
А выбор зачем тогда дан?

Влюблялись, любили и страстью пылали,
Родной, мы то всё давно повидали...
И боль, и страданье, и радость, и скуку,
И грешную-грешную, чёртову муку.

Учить нас не стоит увы ни гроша.
Полюбишь - поймёшь.
Влюбленность - иное.
Молчаньем зовёшь, ревностью споришь.

29.08.2025

Тётушка, скрой белоснежны глаза,
Тётушка, спрячь от кручины...
Может они все проснутся тогда?
Чаю хоть бы налила...

Взгляд мой прикрой-ка, родимое солнце,
Обнять не забудь впопыхах...
Может она всё же вернётся?
Примешь ли в дом свой сейчас?

29.08.2025

Позволь утонуть в твоей ностальгии,
Опасть, заболеть, уползти...

Мерцающий город погрязнет в пучине
Столь тесных, снующих, ненужных нам мечт.

Его омыл дождик, его причистили,
Да завтра нагрянет жара...

И в скучной, и душащей пыли
Сгорит он, потухший до тла.

Сожгли его листья опавшие,
Сожгли и забылись в ночи.

О! как долго их красили рыжим,
Лишь бы они зацвели...

Не бесполезно ничто...
Да только ничто бесполезно?

Не плачь: на места всë вернут
Глубинки твоей ностальгии...

05.11.2025

Её глаза сверкали в тьме
И солнце ванну наполняло.
Она любила в тишине,
Но слово глотку разрывало.

Нельзя молчать, нельзя и скрыть,
Как может девичие сердце
Дураков так сильно любить,
Сгорая в собственной нежности...

Она открыла светлый мир
Средь хмурой осени и мрака,
Зажгла за дверью все цветы,
Путь осветив, подобно Данко...

И стоит взять упавший уголёк,
И поглядеть в него немножко:
Увидишь музы исчерпанну кровь,
И как сильно любить тебя можно!

10.11.2025

в будущем сборник будет пополняться новыми стихотворениями, подходящими под тематику "посвящения", но надеюсь вам понравятся и эти произведения: можете написать самое любимое стихотворение, а также я буду благодарна его распространению

bonjour, mes chers amis!

Это сборник рассказов авторства тгк: солянку будешь?, в котором вы сможете найти истории о людях, жизнях, судьбах и не только, больше похожие на сказки, однако имеющие под собой реалистичную опору

Лес в тишине

— Ребёнок, стоящий своей матери!

— Конечно! Кто пьет, тому счастья не видать!

— Да разве она только пила?

— Угробила дитё, а сейчас плачет.

Слава Богу, он не мог слышать этого дерзкого щебетания соседок, да бабушек, либо их смеси в одном лице. Не мог осознать, как несправедливо порицают его, ни разу не бравшую и капли алкоголя в рот, неповинную в болезни сына, мать. Не мог понять, бродят ли жалость и обвинение где-то неподалеку друг от друга, и отчего, зачастую, жалея одного осуждают другого. Не мог проводить долгие часы за думами, почему же люди так непримиримы к «отличающимся», ведь мало кто осмелится написать это слово на бумаге и поднести к глазам глухого, с намеками «вот ты, ты таков!». За то он был способен видеть. Не уши, но именно глаза научились слышать всё то, о чём талдычили кругом. В печальных взглядах приласкавшей его матери, в её тихих слезах, украдкой спадавших по щекам, в её мнимой дрожащей улыбке он слышал неприветливый тон всех этих соседушек, бабушек (или соседушек-бабушек). В откровенно дерзком и злобном шевелении губ ребят со двора он впервые почувствовал, как звучит «пора убираться!» и «не стоит связываться!». В по-ученически старательных, однако не лишённых нежности и душевности касаниях старшей сестры по клавишам фортепиано – прелесть музыки; и в её же харизматичных приплясываниях с наушниками темными вечерами, (пока он делал вид, что спит), – веселость и некую «лекарственность» песен. Только в отражении зеркала звук отсутствовал. В такие минуты перед глухим представал маленький человечек, способный видеть, и только... у которого уши «не были ушами», в понимании дворовых мальчишек. И мальчонка часами рассматривал эти свои «не такие» уши, пытаясь понять, что же с ними не так, заставляя огромные глаза представить ему их звук. После таких часов ужасно болела голова...

Только в лесу можно было оставить гнусные мысли. Глухой не ведал шумят ли листья, когда пинаешь их ногой, стучат ли зубами резвые белки, когда грызут орешки, и обладают ли голосами эти чудные создания – птицы. В лесу его глаза видели, и только! Не нужно было напрягать их, что расслышать, что же там произносят его странные уши, что не произносят чужие нормальные. Среди гущи деревьев, кустарников, да трав, среди душистых ароматов он чувствовал себя таким же, как дворовые мальчишки, как мама, как сестра, как соседки, как бабушки, как все! Здесь никто не плакал, не шевелил губами, не танцевал, не болтал, не играл на пианино... Да и расплывчатое отражение в озере будто и не должно было обладать каким-то звуком, в отличие от зеркала. В лесу всё принадлежало и соответствовало его немым ушам. Тихое созерцало тишь. Могучий дуб томно разбрасывался желудями, затмив небо земле, а землю небу. Крепкие толстые ветви без всякого хруста, лишь легонько покачиваясь, предоставляли уютнейшее местечко для любования облаками, без плеска растекавшихся, подобно неким водопадам замедленного течения. Обыкновенно, усевшись поудобнее, глухой устремлял взгляд вперед: в тихую лесную даль, или поднимал к небу, такому же далёкому, провожая к озеру диких уток. Не желая ничего слышать. Но в тот летний день, всё в лесу казалось еще более неразговорчивым. Даже облака замерли средь голубых просторов. Дубовые листочки не дрожали на ветру, а лишь осыпали светлую мальчишечью макушку блеском лучей, да щекотали кончиками шею. Лебеди уснули в камышах. И только одна фигура продолжала двигаться, где-то там, в непроглядной чаще. Поначалу она казалась неприметной тоненькой осинкой. Потом выделилась из деревьев. Наконец перед глухим вырос темноволосый мальчонка, уставившийся на него своими зелененькими глазками. Почему-то он не шевелил губами, как дворовые мальчуганы, ни по злому, ни по печальному, никак. И взгляд его был каким-то другим, особенным. Не откровенным, а любопытным и оттого милым. Глухому становилось комфортно сидеть здесь, рядом с ним, напротив его широко раскрытых медово-зеленоватых глаз. Точно такие же он видел в зеркале: яркие, вечно искрящиеся, наполненные удивлением и интересом и медово-зеленые. Дабы не позволить приглянувшемуся незнакомцу разочаровать его какими-нибудь дерзкими мальчуганскими выкидками, глухой потянулся поскорее показать на свои не такие уши. Как вдруг тот стал производить знакомые плавные, при этом четкие и резкие движения. «Я глух», - кричали пальцы незнакомого мальчишки.

Если наш болезненный герой жил на улице Ленина, то в соседнем селе, впрочем, на той же самой улице, жил «здоровый». Точнее... он слышал раньше и мать, и бабушку, слышал, как умеют дразниться мальчишки, как поют сестры... Знал, как звучит собственный голос, и в один момент всё оборвалось. Перестал. Замолчал. К сожалению, или к счастью, но причины расслышать уже не получилось, и суровая тайна так и засела в его головушке. Всё же он знал, почему мать плачет украдкой; почему пора уходить со двора, когда его занимают «те самые»; почему сестра танцует темными одинокими вечерами. Осознавал и, что не так с его «ушами». Понимал слово «отличающийся». Нет, самое печальное заключалось в другом... он не мог видеть. Ибо уже слышал всё это раньше, в прошлом... И если «обычные» глухие делались немыми сразу, комплектом, то ему пришлось навсегда отречься от разговоров. Он не пытался представить, как выглядит звук ушей, он мечтал забыть звук собственного голоса. Говорить было больно.

И только в лесу можно было оставить гнусные мысли. Здесь никто никогда не говорил. Не обязательно было вспоминать шорох листьев, пение птиц, звонкие удары об дерево белок, да дятлов. В лесу достаточно скромного любования в тишине. Ненароком, хороня в сырую землю свой голос, мальчишка растворялся в этих листьях, траве, игривых лучиках, пытающихся добраться до него сквозь деревья, и будто бы к нему возвращался слух. Вот лежит на этой самой сырой земле и слышит: как шелестит ветер, как щебечет полевой воробушек, как шуршит заплутавший ёжик, как падают жёлуди... Однако, очнувшись, он не пускался в причитания: «О Боже! Верни мне то, что утрачено!», – а сверкая искрящимися от счастья, широко раскрытыми, светлыми глазёнками, улыбался: «О, Боже, спасибо!»

Две улицы Ленина разных сёл смыкались в том лесу. Два глухих человека с разной историей сидели на ветке могучего раскидистого дуба среди душистых листков и цветов, раскрыв зеленые глаза, отражающие ласковые солнечные лучи. Оказалось, нет... Не обязательно было иметь уши, чтоб слышать, как радуются птицы, как радуется мир.

Окоченелый снеговичок

Его слепили какие-то полудикие ребятишки. Потому и он оказался таким диким. Ни каноничной серебристой шапки-ведра у него не было, ни шарфа, ни трёх дополнительных угольков, взамен пуговиц на статном белом жилете, только разной формы глазки, кривой ротик, да нос-морковка, который уже покрылся тонким слоем инея, из-за чего ярко-оранжевый морковный сменился грязно-сероватым. Каждый прохожий старался обойти его, именуя почему-то не снеговиком, а чудищем. Зато дикари создатели всегда были рядом, и на душе у него было тепло. Ему нравилось наблюдать, как творцы кидались в друг дружку слепленными из снега комочками, горланили песни, пугали заблудших в тот двор первоклассников, оттого кривая угольная улыбка расплывалась по всей голове. День сменялся ночью. Клонило в дрему. Уставшие мальчишки гладили своё творение по лысой макушке, приговаривая: «Надо бы завтра венику принести. У бабки Гали старых кучу!» «Да, - вторил ему браток, - сопрем даже не заметит! Не на выброс же веников. Для моды!». И, похлопав слепленного друга по покатому плечу, расходились. А снеговичок с каждым разом всё больше и больше осознавал одну снеговью истину: не нужно никаких шарфов, никаких ведер, чтобы согреться. Другие снеговики имеют нужду в этих популярных вещицах, потому что у них нет таких полудиких ребятишек с любящим сердцем.

Одним солнечным утром, щеки у прохожих по-особенному раскраснелись. Поначалу снеговик думал, что им всем стыдно и готов был от всей души их простить: пройдет какая-нибудь женщина, прижмет к щекам полы шарфа, закутает в них руки, снеговичок ей кланяется, мол, ничего страшного, с кем не бывает, хорошего дня, а женщина шарахнется, взвизгнет, да ускачет козлиной прытью в городскую даль. Тогда он понял, что дело не в стыде. Решил дождаться мальчишек и поглядеть: краснущие ли у них щеки, да спросить отчего. Дикари всё всегда знают, что на улице происходит. Это они сами ему рассказали. Прошел день, другой, а создатели запропастились куда-то. Откуда снеговичку было знать, что свезли их в старенькое зданьице с обшарпанными стенами, именуемое интернатом? А он всё ждал и ждал... И начал он потихоньку сам понимать, отчего у прохожих такие щеки красные: в дрожь кинуло бедного, злобно защекотал иней нос, без всякой ласки окрашивал щеки мороз, сначала красным, затем зеленым, потом синим... оледенела голова, потом ручки, ножки, а вскоре и сердце окоченелого снеговичка. Замерзла любовь дикарей. Надулся окоченелый снеговичок, угольки-губки от холода отпали совсем, обрекая беднягу на вечное молчание. Недвижный остался, не кланяется больше, злостных названий в свой адрес не слышит. Только одно воспоминание крутилось в голове окоченелого снеговичка: рассказ мальчишек о славном городе Санкт-Петербурге, где тоже стоят статуи-львы и смотрят на прохожих. Ледышка, заменившая сердце, окончательно упала в пятки – настолько жалко стало окоченелому снеговичку бедных львов, которым, как и ему, приходится стоять брошенными, одинокими, да на людей глядеть и ждать, пока кто-нибудь из них вновь полюбит их.

Прошли новогодние праздники мимо окоченелого снеговичка. Краснощеких прохожих сменили потешные колядующие. Запах тайны царил в городском воздухе. Девчонки разбрелись по домам, припасая карты, серьги, зеркала, свечки... А окоченелый снеговичок слеп, различая только тусклое очертание чего-то светлого на небе, отражающееся от его белоснежного жилета. Вдруг что-то мощное пришлось окоченелому снеговичку прямо по ледяной, серо-синей щеке. Окоченелый снеговичок весь так и вздрогнул: к шарикам-рукам прилило щиплющее тепло. «Меня хотят сломать», - задрожал бедняга. Но вместо добивающих ударов, раздалось ласковое: «Прости...» Заплывшими угольками окоченелый снеговичок разглядел серую фигуру с огромным массивным мешком. Она расположилась в сугробе, и тоже вся дрожала от холода. «Убирайся отсюда, бомжара!» - визжала вслед этой фигуре какая-то низкорослая женщина. «Детишкам... детишкам конфеты собираю,» - слабым, стонущим голосом бормотала фигура. «Детишкам...» - окоченелый снеговичок вспомнил своих диких маленьких создателей. Человеческий взгляд пересекся со снежным; это был мужчина среднего роста, с бородкой, лысиной на макушке, но что выделялось из его грозного образа так это по-доброму светящиеся глаза. «Детишки...» - прошептал он, вглядываясь в очертания окоченелого снеговика, резко вскочил, да понёсся, только пятки сверкают! Окоченелый снеговичок вздохнул: даже грозный мужчина боится... Вдруг, из неоткуда на улицу выбежала целая орава ребятишек. Тот самый мужик подтаскивал и подгонял их, как диких коз к снеговичку: «Вот! Любимые мои, твёрдый, стойкий, нерушимый снеговик, чтоб каждый мог поиграть: специально поставлен. Будем приезжать сюда,» - запыхавшимся голосом прикрикивал он. Впервые чужой человек назвал окоченелого снеговичка не чудищем... А мужичок продолжал, обращаясь к окоченелому снеговичку, будто чувствуя, что тот всё понимает: «Я то завхоз ихний, а они детки бездомные, дикие. Мне то помочь нечем. Решил их за пределы интерната вывести... покормить сладким. Ну не судьба, есть же и боле значимые объекты», - мужичок задумчиво шаркал ножкой и казался таким крохотным, будто он сам маленький ребенок, и в тоже время для окоченелого снеговичка он предстал самим Дедом Морозом, пусть и маленьким. Дети были дикими. Дикими, как создатели окоченелого снеговичка. Хотя может теперь он уже не окоченелый?..

А тем сияющим очертанием на небе оказалась полярная звезда – Вифлеемская, ангел, доведший когда-то волхвов, а сегодня доведший до окоченелого снеговичка своего спасителя.

Жизнь, вечность и слова прощения

-Иди сюда! Скорее! – звенел отцовский голос в нашем узком коридоре. Уже тогда я заподозрил неладное. Казалось, даже воздух плакал, не вынося всей той суеты, что сгрудилась в нём. Всё же я вошел в комнату с улыбкой и детским наивным светом в глазах. Что с меня взять - мне было ровно пять лет. Я подошел к маме, заглянул в ее холодные, уставшие глаза, стал кривляться, вспоминать самые забавные случаи из детского сада, перебирать все анекдоты, которые вычитал из детского журнальчика, в надежде рассмешить её. Кроткая, теплая улыбка проскользнула на ее лице, а мои глаза загорелись еще ярче.

- Прости меня, мам, - начал я по просьбе отца. В ответ мама лишь ласково, но очень-очень медлительно кивнула головой и едва шевеля губами прошептала: «И ты меня, люблю тебя». Я радовался, считая, что доставляю маме удовольствие. Как вдруг с моих губ сорвалось - Мы будем смотреть завтра «Мадагаскар», как и вчера?

- Бу... - сипло прошептала она. Не в силах выговорить последние буквы смутилась и снова лишь кивнула.

Это был самый дрожащий, самый томный кивок, который мне удалось увидеть за недолгую жизнь. Я даже не знал, что обычные движения головы могут так отличаться друг от друга.

- Отлично! Ой, тогда я сейчас покажу тебе свои игрушки! Новые! – тут я призадумался, – Хотя и старые тоже.

И я умчался в комнату. Все, на удивление, были довольны моей идеей. Отчего же?.. Отец суетился, то и дело прося у мамы прощения, а я сидел в детской, в спешке ища среди груды игрушечных собак любимую курчавую Машу. Резко, в один миг, суета смолкла. Даже моя неопытная душа почувствовала будто что-то оборвалось, будто спешить уже некуда было. Я, спотыкаясь, пробрался сквозь полчища валяющихся собак, зайцев, котят да жирафов к заветной двери, за которой скрывалась мама, как вдруг передо мной выросла бабушка.

- Не иди, - дрожащим голосом пробормотала она, - мама умерла.

Тогда взгляд пронзили темно-фиолетовые, черные оттенки бабушкиного костюма. К горлу подступил ком, но будто сильно больно мне не стало. «А как же игрушки...» - я знал: смерти нет, мама останется со мной на вечность. Просто теперь она звездочка на небе! Берегущая мой покой ночью, освещающая путь заблудшим странником или может согревающая зимой отбившихся от стада лошадок?.. Нет, мама успеет всё сразу.

И вот опять... те же события развернулись передо мной, только во сне. А кажется, будто они реальнее реального. Вот слух прорезал коридорный звон отцовского голоса: «Иди сюда! Скорее!». Он выглядел таким отчаянным, будто сейчас что-то невероятное ускользнет прям из его рук. Он старался сжать это «что-то» крепко, в надежде не позволить свершиться горю, или, на крайний случай, уйти вместе с ней. Тем невероятным была мама. Будучи взрослым, я осознавал для чего меня позвали и к чему вся эта спешка, сгустившаяся в воздухе. Я заглянул в её холодные от усталости и боли глаза... И тут вспомнил, как нагрубил года три назад за какую-то мелочь. Хотел извиниться, но повёлся на её добродушный взгляд на следующее утро, так ничего и не сказав. Вспомнил как истерил маленьким в магазине, как нагло спорил, когда она была права. Одним вечером я разошелся настолько, что испортил ей отдых глупыми приставаниями, просьбами, криками включить телевизор. Я смотрел на себя и видел дикого зверя, поломавшего укромный шалаш, искусавшего одежду и продолжающего нервно нарезать круги около той прекрасной, терпеливой женщины. А потом, всё в том же сне, раздались разрезающие сердце слова бабушки: «Она заболела после твоего рождения...» Нет, не думаю, что та хотела задеть меня и всё же... Зачем же я родился? чтобы умер близкий мне человек? Почему гибну и страдаю не я, а убиваю ее?..

«Мам...» – шепнул я. О, это был не шёпот, нет... Не хотел я шептать, – крикнуть! чтобы весь мир знал: мне стыдно! я люблю свою маму! Но будто бы голос покинул меня и удалось выдавить лишь опустошающее «мам», сдавившее горло так, что невыносимо захотелось кашлять. Эта женщина в тайне должна была ненавидеть меня. Но её последние: «Прости, люблю тебя», - не оказались ожидаемым упрёком. Напротив, я понял, что прощён ею... и всё же что-то продолжало корёжить душу. Я не заслуживал слов прощения, ее последних слов...

Родители всегда говорили о смерти, а я не верил. Нет смерти. Нет той кромешной бездушной тьмы, о которой так упорно рассуждает человечество. Я точно знаю это. Она же до сих пор со мной: моя мама...вечна. Её теплые слова прощения, вырвавшиеся с последним вздохом отпечатались на моих щеках родимым пятном. Всё же мне до сих пор стыдно за каждый каприз, за каждый топ ногой, нервный хлопок рукой... Сломленный голос во сне вылился в реальное:

-Мама, ты гордишься мной? Гордись, пожалуйста. Прости, пожалуйста... не оставь...

Смерти нет – она не отойдет от меня, не оставит. Как и я сам не отпущу ее, не дам расплыться в моей памяти. Я сам умру, храня в душе всего два слова: «прости, люблю» - а любовью обрекаются на вечность. Любовь вечна. Мать – вечность.

Внезапная поездка

«Стук колес и плавное покачивание на стрелках понемногу стали успокаивать, но досада, как заноза, никак не хотела отпускать. Только-только сняли карантин, а главред уже отправил в командировку: «Дескать, напиши «колонку» о том, как провинция пережила эту проклятую «Корону». Ткнул наугад пальцем в карту области, и вот теперь полупустой вагон тащит меня в какую-то тьму тараканью – поселок городского типа Б-ч. Да и дочка перед отъездом озадачила. Им в школе задали написать сочинение «Для чего живет человек?». Ни больше, ни меньше! Она ко мне: «Папа, как ты думаешь?». И теперь я никак не мог понять, что вызвало у меня раздражение: то ли внезапная поездка, то ли неумение толком ответить на вопрос… И правда, для чего я живу? Работа, дочка, жена!? С этим и заснул под перестук колес...

Зябким утром встретил меня пустой перрон. Уходящий поезд попрощался протяжным гудком. Так, куда теперь? Для начала неплохо бы позавтракать. Усталая от ночной смены пожилая женщина в форме – дежурный по вокзалу махнула рукой: «Прямо по улице, тут недалеко, магазинчик – там и перекусите».

Солнце выглянуло из-за горизонта. Магазинчик нашелся легко. Несмотря на раннее утро, скрипучая дверь его то и дело распахивалась, с громким стуком ударяясь о стену. Из посетителей были старушки, да ребятишки, которым свежая булочка дороже пары минут первого урока. Девушка-продавец в белом переднике улыбалась всем одинаково дружелюбно, старалась отдать желаемое быстро и аккуратно.

– Здравствуйте, тетя Маня! – вторя дверному звоночку, зазвенел детский голосок, – Мне, пожалуйста, слойку с вишней и… – глазки забегали по полкам, – и леденец!

«Тетя Маня» запорхала возле прилавка и поднесла к детским рукам теплую слойку и большущий яркий леденец. Мальчишка гордо принял покупку, осмотрелся по сторонам, в надежде увидеть знакомых, чтобы похвастаться «уловом». Но позади стояла только старенькая, добренькая Вера Петровна, да строгая баба Наташа. Немного разочарованно он засунул леденец в карман, и, привстав на цыпочки, полушепотом обратился к продавщице:

– Теть Мань, мне сегодня мама только на обед дала, можно я позже расплачусь?

Девушка, слегка улыбнувшись, взглянула на покупателя, достала из-под прилавка новую конторскую тетрадь и на первой странице аккуратно записала: «Костя Маркин: слойка с вишней, леденец на палочке».

– Что ж с тобой поделаешь, беги пятерки получай! – раздался ее приветливый голос.

Радостный мальчонка, подтянув рюкзачок, на ходу уминая свежую выпечку, со «спасибо» набитым ртом выскочил из магазина. Продавец не успела отложить ручку, послышались слова раскрасневшейся Веры Петровны: «Не закрывай, дочка, меня тоже записывай, – и, немного помедлив от смущения, добавила: Ты, Маруся, не сердись. Хотела отдать тебе с пенсии, да Дед мой что-то расхворался, пришлось лекарство покупать... Прости уж, я отдам!»

– Да ладно, Вера Петровна, забудьте! Я всё равно старые тетрадки сожгла, вот, новую завела –непринужденно улыбнулась девушка.

– Как сожгла? А долги мои? Я ж не помню ничего. Ой, неловко-то как.

– Пустое. Выбирайте лучше...

Скрипучая дверь распахивалась и захлопывалась, снова распахивалась и снова громко захлопывалась, то от ветра, то от сильных рук. Я стоял в очереди и не мог понять кто, что сжег. Неужели тетрадь должников? Да, кто в здравом уме будет сжигать будущие деньги?! Я сразу отмел эту мысль, но понятнее не стало. За Верой Петровной следовала рослая полная «баба Наташа».

– Как же так, Маша? И вправду, сожгла?.. А вы как же? Вспомни, весь этот проклятущий карантин всю улицу в долг кормили.

– Ничего, Наталья Сергеевна. Бог даст, управимся, – улыбнулась девушка.

Я был ошарашен от услышанного, и на вопрос «Чего вам?» сразу не нашелся, что сказать – стоял, замерев. Продавщица приветливо и терпеливо смотрела, будто и, не замечая моих неестественно больших глаз. Наконец, мне удалось выдавить: «Что-нибудь перекусить и чаю».

– Пирожки с картошкой будете?

Я кивнул. Маша завернула в салфетку два пирожка, показала в сторону: «Чай у нас там. Осторожно, горячий!».

На столике у окна стоял электрический чайник, вазочка, заполненная цветными чайными пакетиками, да несколько простеньких чашек с блюдцами, рядом два табурета. Я машинально сел, стал наливать чай. Сквозь поток мыслей я даже не услышал названную ею цену. Потом, было, засуетился, полез в карман, но дружелюбный голос меня остановил: «Кушайте, позже отдадите». Мне кажется, я выглядел довольно смешно. Сразу остановился и судорожно приступил к чаепитию. Но вскоре, пирожки меня успокоили, такие теплые и удивительно вкусные. То и дело распахивалась и хлопала скрипучая дверь, позвякивал колокольчик, люди заходили и выходили. Дети, старушки. Девушка-продавщица раз за разом быстро отпускала товар, лицо ее светилось улыбкой.

Вот зашел молодой мужчина в рабочей куртке, которого в очереди окликнули Егором. Видать местный фермер.

– Завал на работе, денег нет, прости, Машунь, запиши за мной...

– Запишу как-нибудь, - ответила она, на что Егор недоуменно повернулся к очереди. Люди гордо заулыбались, мол «неправда ли светлая душа у нашей Машеньки».

Я, тем временем, взял еще пирожков, сидел и смотрел. Люди заходили разные, косились на меня, многие просили записать их в тетрадь и уходили с благодарными лицами.

Вдруг дверь с необычайной легкостью распахнулась, так будто оттолкнулась от батута и в магазин влетела молодая девчонка лет пятнадцати. Каким-то непонятным мне заячьим прыжком, минуя очередь, подскочила к прилавку и как затараторит: «Машка! Кузьма Иванович тоже тетрадки сжег. Сказал, чтоб не было стыдно перед людьми – раз ты всем простила, то и он. И Егор, тоже! И Ксюша – парикмахерша, и Кузнецовы, и еще кто-то за мостом».

– Быстро у нас! – рассмеялась Маша, и вся очередь заулыбалась, зашелестела, как будто ветерок пробежал по листве. Девчонка радостно подпрыгнула: «Пока, сестренка!» – и выпорхнула из магазина.

Все вокруг казалось каким-то сном. Я поблагодарил и вышел на улицу. Присел ошарашенный на лавочку. За спиной в палисаднике, в кустах цветущей сирени оголтело чирикали воробьи. Мне почему-то показалось, что именно сегодня я впервые услышал живое чириканье воробья, впервые понял, о чем радуется эта птица. Достал ноутбук – надо все записать. Рядом подсела старушка, вздохнула вместо приветствия. Я взглянул на нее, оказалась знакомая баба Вера – видел ее в магазине.

– Ты чей будешь, милок?

– Я по работе, проездом… Скажите, а у вас всегда так?

– Как? – не поняла старушка.

– Ну, так вот, в долг товар отпускают, по тетрадке. А потом будущие деньги, как в котел.

– Чегой ты? – на лице у бабы Веры появилось искреннее недоумение.

Я не стал отвечать, сказал: «Хороший магазин и пирожки уж больно вкусные». Этого было достаточно. Старушка подхватила и стала расхваливать и пироги, и магазин, и хозяйку. Я узнал все, о чем хотел расспросить.

Продавщица Маша жила со своей сестрой четырнадцатилетней Дашей в доме напротив. Родители их год назад скончались от «заморской заразы», и Маша полностью взяла на себя заботу и об унаследованном магазине-пекарне, и о сестренке. Славные они, живут душа в душу, со всеми ладят, помогают, чем могут, худого слова не скажут и все их любят. Словоохотливая старушка все рассказывала – о соседях, о себе и снова о девушке Маше. За спиной о чем-то спорили воробьи, было тепло и уютно…

Стук колес стал сильнее, поезд качнуло на стрелке, проводник предупредил, что мне пора. За окном замелькали столбы, по стеклам домов бежало утреннее солнце. Ночь промчалась незаметно, всю дорогу писал впечатления. На душе было мирно и покойно, теперь я уже не жалел о внезапной поездке. Если бы не она, разве я увидел бы это чудо, понял бы, что ответить дочке. Надо не «для чего живет человек?», а «для кого он живет?». Для своего ближнего – для того, кто оказался близко, рядом, кому ты сейчас можешь помочь…»

- Ну ты и расписался... Толстым иль Достоевским себя почувствовал? В нашей работе не к ним нужно обращаться, а к Чехову. «Краткость сестра таланта», слышал о таком? М-да... – задумчиво протянул главред, - для колонки это конечно слишком, может тебя на конкурс какой послать? – главред ехидно улыбнулся.

«Реакция главреда на мой отпуск не изменила моего настроения. Дескать, какая-то фантастика, сказка, небывальщина, для колонки это слишком и тому подобное. Ну и пусть! Все равно, спасибо ему. Если бы не он…»

История о человеке, живущем в тепле и уюте, но под замком, и человеке, обошедшем планету с рюкзаком, или недопетая баллада о морском...

Далеко-далеко... бесконечно... летела, тяжело взмахивая мощными крыльями, белая чайка. Всё сильнее и сильнее ударял по тельцу ледяной ветер, выбивая остатки сил. Всё дальше и ниже, дальше и ниже тянула её бесконечность. Наконец, лапки коснулись воды и "облачко" скрылось в бескрайних водах средь морской пены. То видел один человек из окошка маленького маяка на маленьком островке, на чьей голове уж виднелась седина, кто уж забыл звучанье людской речи, не слыхал никогда детского смеха, за то сам иногда посмеивался теплому солнышку, освещавшему уютную каморку на верхушке белого отдаленного сооружения, рассыпавшего известь на камни, и старому замку на дубовой двери, к которому давно уж не прикасались человеческие руки. Милосердие моря считал человек тот высшей добродетелью, старый маяк замком, солнце матерью, огромный деревянный сундук, казалось, уже пустивший корни сквозь пол, дедом, а огромную кровать с её мягкими перинами лучшими подругами. Окна открывались лишь при страшной жаре, чтоб пустить пару-тройку свежих порывов ветра, если те пролетали мимо, и тёплых лучиков, заново нагревавших пол, стены, мебель... Теплота равнялась, для человека, жизни. Потому даже в самый лютый январский мороз или в самый страшный шторм, такой, что верхушки деревьев целовали холодную землю, человек, всё равно, жил, как летом, в уютной каморке, где от всякой вещицы так и парило жаром. И только старый замок на тяжёлой дубовой двери всегда оставался ледяным. К нему не смел прикасаться человек, не смел прикасаться обжигающий луч, не смел прикасаться и свежий ветер. Только крепкая дверь позволяла железному томно лежать на себе.

Человек этот любил, чтобы каждая вещица имела своё место. У каждой безделушки был свой домик. Даже сделанный каким-нибудь снежным вечером от скуки бумажный журавлик, коих обычно тут же выбрасывают или "распаковывают" обратно, имел крышу над головой: очередную из множества тумбочек украшал розовенький кукольный домик, выброшенный однажды волнами на каменистый брег, но, на удивление, сохранивший приличную форму, какую подобает иметь каждому кукольному домику. В тот день человек единственный раз изменил своему заточению и всё же открыл окно, несмотря на страшный шторм. Самодельным крючком он подцепил крохотный домик и нежно протащил его в каморку. Море уже отшлифовало, прочистило игрушку, и человеку оставалось только поставить этот дар от природы ль, от судьбы ль, от обеих ль этих сестриц, неважно, на пустую тумбочку около книжного шкафа. Вскоре в домике вместо привычных кукол поселились бумажные журавлики, самолётики, кораблики, крабики, лебеди...

И так любая безделушка имела свою маленькую историю. Потому, без того достаточно крошечная каморка с приходом новых обитателей, мебели, книг, не вмещавшихся в шкафы, становилась всё крошечнее и крошечнее. Но за то всё теплее и уютнее, а это являлось для человека того самым главным.

Шли годы. Человек старел. Вместе с ним старела и каморка. Не знал он ни бед, ни горестей, видел счастье в ранних утренних лучах, будивших его по утрам и в её шуме... Он ещё давно задумывался о ней... И тогда, когда нашёл кукольный домик, и тогда, когда видел заблудившуюся чайку, находившую спасение средь качающейся бирюзы, и когда она била о скалы, навалившиеся особенной крепостью вокруг его маяка. Именно прекрасное Море разложило камни эти, именно она защитила человека от детей своих - балагуров-волн.

На старости лет он взял привычку подолгу размышлять о Море. Тёплая, нежная, ласковая, светлая, свежая, мягкая... она была добра к тем, кто обращался к ней, раздаривала любому свою ласку. Да и все дары её были бесценны: питательны, изящны... каждый из них обладал своей заветной тайной...

Именно такой представлялось Море старику, обитающему на пустынном каменном острове, в тихой уютной каморке на забытом маяке. Старику, живущему в тепле и уюте, но под замком...

Далеко-далеко... бесконечно... летела, тяжело взмахивая мощными крыльями, белая чайка. Всё сильнее и сильнее ударял по тельцу ледяной ветер, выбивая остатки сил. Всё дальше и ниже, дальше и ниже тянула её водная гладь. Наконец, лапки коснулись воды и "облачко" скрылось в бескрайних водах средь морской пены. То видел один человек с окаменелого, брошенного средь морской пучины, острова. Человек, забредший сюда, противостоявший ледяному ветру, пробирающийся сквозь жёсткие порывы. Человек не знающий, что такое дом, с рождения жаждущий свободы, купавшийся в солнечных лучах и дожде. Он был ещё юнец, просто вылетевший из своего гнезда слишком рано. Ни связанный ни с чем, ни привязанный ни к чему, ни понимающий ничего, но повидавший многое. То был человек, обошедший пол света, лазящий по непроходимым опасным джунглям, застревающий в обжигающих песках, покорявший головокружительные горы. Часами наблюдал он из разных уголков земли, какими водопадами разливались облака, не раз слышал, как кричит раненый зверь, и рычит жестокий хищник. Вечно жаждущий и страждущий человек. Молодое тело покрывали шрамы, за то большие глаза светились так, что ночами напоминали звезды.

Свобода являлась для него домом, дом этот жил в сердце его. Сила как основа мироздания, то бишь земля, по которой он ходил, ветер - любимый братец, пекущее солнце, да хладная луна, как отец, да мать. Ни в ком он особо не нуждался, не о чем было ему беспокоиться, лишь бы земля стояла, как стояла. Однако даже самая разгульная жизнь нуждается в опоре. И потому скоро храброе сердце заполонили несвойственные ему грёзы. Он спал, освещённый мельчайшими лучиками далёких звёзд. Во сне он тянулся всем своим существом к ним, к непостижимым светлячкам. Как вдруг небо заменило какое-то зеркало. Бушующее зеркало, игриво искажая красоты неба, лилось, пенилось, вздымалось, утихало, кричало, шумело, ласкало, являлось более свободным, чем он, человек. И тогда он потянулся к ней, к дарующей свободу и силу заблудшим чайкам, дарующей жизнь заблудшим путникам, к Морю. К сильному, отважному, свободному Морю: захочет - убьёт, захочет - придушит, захочет - поможет, захочет - усыпит...

Так и влюбились, человек, живущий в уюте и тепле, но под замком и человек, обошедший планету с рюкзаком в тёплую и нежную, но одновременно с тем свободную и воинственную красавицу Море.

Когда могучая птица чайка вновь оторвалась от морской глади, оба человека воскликнули, обращаясь к сверкающей бирюзе: "О Море, будь со мной!". В ту же секунду ветер замолк, волны больше не вздымались, Море помутнело. Один бесстрашно восседал на краю обрывистых камней, сверкая алмазными глазами. Другой восхищался ею с высоты маяка, приподнимая седые брови.

-Твои волны такие ласковые и тёплые, как невинные барашки, пасущиеся на лугу, как самые нежные перины, на которых не приходилось возлежать даже самому могущественному правителю самой могущественной страны, ибо это ты самая могущественная повелительница! – со всей возможной для него страстью зашептал старик. – Ты ведь даёшь приют слабым, но что они дают тебе взамен? Я же одарю тебя тем же теплом, каким ты одариваешь землю уже сотни лет! Вот увидишь сколько во мне тепла, сколько я могу дать! Никого я еще не считал достойным любви моей, но теперь... Теперь я чувствую себя недостойным твоей любви. Но поверь! Поверь, со мной ты не будешь знать ни горя, ни страха, ни зимы, ни...

-Счастья! – перебил его звонкий голос с уступа. – О, я думал это эхо вторило мне, а оказывается это старикашка пытался выдавить из себя пылкую фразу. Да видел ли он хоть раз барашков на лугу? Или он только их то и видел за всю жизнь, в каком-нибудь далеком-далеком детстве? О, я же ночевал с ними на забытых лугах, был средь них, блуждал с ними по горам! - горделиво задрал голову юнец, продолжая смеяться в лицо старику. - Да знает ли он у кого самые мягкие перины? Да видел ли он чужие перины хоть раз? О да, ты повелительница, с этим не поспоришь. Но любой повелительнице необходим свой повелитель. Так что этот старик сможет дать тебе? Чтобы получить его это самое тепло, нужно навсегда запереть себя на старом маяке. Что обретёшь ты? Нехватку солнца? Ветер забудет тебя, птицы забудут тебя... да ты и сама...

-А этот дерзкий мальчишка хоть раз лежал ни на камнях?! Хоть бы раз дал ночлег другому, или всё только брал и брал?! – стремительно раздался укол с маяка. – О, знает ли он, что такое преданность?!

-Оооо нет, взгляни на меня. Я стою на краю обрыва. В любую секунду, если я того захочу, я рухну замертво в твои воды, а захочу - продолжу жить. Пускай я погибну, за то я буду чувствовать себя счастливым, доказав свою любовь! Я свободен. Ты свободна. И мы останемся свободными вместе! Я силен. Ты сильна. И мы останемся сильными вместе! Мы любим солнце, любим ветер, и будем вместе отдавать честь им! А этот старик хоть раз слышал настоящий гул нашего братца-ветра? Что до преданности, если мы будем свободны вместе, то значит и верны вместе!

-Да о чем он говорит! Ты же совсем оледенеешь от такой жизни. Он будет бросаться в тебя острыми камнями, пока ты плачешь. Да и к чему глупые жертвы бессмысленного юнца?

Они кололи друг друга словами, подобно шпагами, и при каждом этом уколе Море багровело всё сильнее и сильнее. И вот когда вода окончательно сталась кровавой, язык вод разверзся:

- О, люди... Я разделяю все ваши мудрости... Я ценю свободу, также, как ценю и преданность. Я наслаждалась слабостью, также, как и разгоралась в силе. Я люблю тепло, но люблю и холод. Вы же видите во мне только то, с чем так долго прожили сами... другая же моя сторона будет мозолить вам глаза. Пусть вы пытаетесь не замечать её, но с каждым днём она будет казаться вам больше и больше, ревность одолеет вас и вот вы уже заставляете меня избавиться от частички себя. Вы сами принесете себе страдания! Ну соглашусь я стать только твоей, - обратилось Море к старику, - и мы будем радоваться теплу, солнцу, сладкой соли, а закончится тепло, начнется холод, и ты заноешь... вы видели счастливых чаек, но не видели сотни погибших здесь же ласточек.

-А ты, - обратилось Море к юнцу, - разве ты не устанешь от одинаковых бескрайних далей, от бесконечности? Давай будем свободны вместе, но не из твоих ли глаз прольются первые слезы ревности? Разве ты не погибнешь от собственных речей, и тогда мне придется хоронить тебя в мрачных водах?.. Когда-нибудь ты поймешь, что я вовсе не вольна. Море также зависимо от ветра, от солнца, от Того, Кто меня сотворил...

-Невозможно! – вскрикнули оба, каждый о своём.

- О, люди, я же Море! для меня тепло это нечто другое, свобода не та, которой жаждите вы, сила измеряется в большей силе, а любовь... поверьте, моя любовь способна охватить всю землю, даже саму вселенную... - при этих словах одна из волн вынесла на брег два кувшина, полностью заполненных морской водой, - берите, прекрасный странник и мудрый затворник, вам хватит этого!

-Ты думаешь нам хватит ничтожного кувшина? О кто будет любить тебя абсолютно любой? Не появилось еще на свете такого существа...

Тут в водах блеснула маленькая рыбка... игриво подпрыгнула, махнула своим крохотным хвостиком и вновь плюхнулась в воду. При виде крохи море вновь засияло, и казалось, зашептало что-то детское, родное, колыбельное... Рыбка беззаботно резвилась, а как задул ветер, укатила в глубину. Ох, как же ей было хорошо... уютно и свободно. «Я люблю тебя, бескрайняя обитель...» - плеснула напоследок рыбка.

- О, - задумчиво вымолвило Море, как бы перешептываясь с волнами, - лучше дам я убежище маленькой рыбке, которой ценно истинное тепло и истинная свобода, чем двум людям, которые любят тепло, но боятся свободы, или любят свободу, но им чуждо тепло.

В ту же секунду ветер утих. Утихло и море. Только на берегу в глиняных кувшинах ещё пенилась покинутая вода. Тогда человек понял: ему остается жить лишь у моря, самого моря не достоин он.

Продолжение следует, mes chers amis! Каждый новый рассказ будет входить в данный сборник

Альбом российской группы Дайте танк(!) под названием «Хрупко» объединяет в себе песни на «хрупкую» тему – времени, смысле жизни и её прожигании. Эти темы можно назвать и проблематикой альбома. Каждая песня становится притчей и буквально раскрывает основную суть, рассматривая ее с каждой стороны, изучая смерть и самопознание, ища истину.

Этот философский трактат начинается с песни «Конец», что неслучайно, но об этой интересной детали я расскажу позднее, а пока перейдем к анализу композиции «Конец».

Всё имеет конец:

И дорога, и сладкий сон, и ремонт жилья

И овсяные хлопья, и сериал «Друзья»

Вероятно, даже у космоса есть предел

И у срока эксплуатации наших тел

В лучах ночных огней

И в дебрях заповедной рощи

Нет ничего сложней

Чем относиться к жизни проще

Пугаясь собственных теней

Мы мчимся к финишу на ощупь

Нет ничего страшней

Бесконечность — обман

Кто–то мог бы заполнить цифрами уйму строк

Но от скуки восьмёрку с ног повернул на бок

Напоследок тот, торжественно оглася:

«Поздравляю, приятель, розыгрыш удался»

В лучах ночных огней

И в дебрях заповедной рощи

Нет ничего сложней

Чем относиться к жизни проще

Пугаясь собственных теней

Мы мчимся к финишу на ощупь

Нет ничего смешней

Очередные будни сменятся субботой

Плохая память всё покроет позолотой

С лихвой окупятся потраченные силы

Всех обязательно похвалят у могилы

Любой легенде от затравки до развязки

На все полоски не хватает чёрной краски

Но как бы странно эта фраза ни звучала

Любой конец — это хорошее начало

Тематика трека, на первый взгляд, не выделяется оптимизмом. Лирический герой рассуждает о том, что жизнь и все процессы, происходящие в ней не вечны: ни ремонт у соседей, так мучащий обывателей, ни длинные сериалы (в этом случае он отсылает к культовым «Друзьям», которые снимались на протяжении десяти лет и которые состоят из 10 сезонов, включающих в сумме 236 серий), ни длительная дорога, нудная и душная, ни сладкий сон, который хочется растянуть навечно; даже космос, скорее всего, по мнению лирического героя, имеет предел. Из всех этих рассуждений образуется одна мысль: жизнь человека тоже не вечна: «...есть предел / И у срока эксплуатации наших тел». Стоит отметить, что авторами были перечислены, как радостные моменты жизни, например, сладкий сон, овсяные хлопья, сериал «Друзья»; так и негативные, вызывающие зачастую раздражение: нудная дорога, ремонт жилья, и в конце первого куплета происходит объединение этих рутинных событий, именуемое авторами «эксплуатацией наших тел». Тем самым, они подчеркивают, что в жизни существуют как приятные, так и позитивные моменты и отсылают к морали песни: принимать все как важную составляющую жизни, ведь всё, что не делается, то к лучшему. Эта идея будет высказана, как настоящая мораль, в финале песни: «Но как бы странно эта фраза ни звучала / Любой конец — это хорошее начало», – то есть даже завершение бытия становится его позитивным фрагментом, красивым и изящным. Всё завершится и хорошее, и плохое, важно уметь это принимать, как удается лирическому герою сразу, сходу заявить, что «все имеет конец».

В первом припеве лирический герой описывает людской страх перед гибелью, а значит неизвестностью. «Лучи ночных огней» – символ города, и, если говорить обобщенно, цивилизации. Им противопоставлены «дебри заповедной рощи», отсылающие к древним поверьям. Заповедная роща, от которой пошло такое понятие, как «заповедник» – это небольшой лиственный лесок, который у многих народов считался особо священным местом. В таких рощах нельзя было рубить деревья, срывать цветы, ломать ветки, косить траву, заниматься какой–либо добычей. По преданиям, деревья, обитающие в этих местах, назывались заповедными и становились домами для духов, что покровительствуют над этой местностью. Их нельзя было срубать, ведь тогда человек злил тех самых духов, которые могли навлечь неурожай или болезни. Отсылка к мифологии подчеркивает мысль о том, что неважно куда обращаться: и в социуме, и в фантастических, мифических, таинственных вещах сам конец и страх перед ним будут сохраняться, никуда не исчезнут, не испарятся: «В лучах ночных огней / И в дебрях заповедной рощи / Нет ничего сложней / Чем относиться к жизни проще». Из подобных рассуждений лирический герой извлекает идею, что тогда нет смысла тратить драгоценное время на опасения о том, что неизбежно. Он начинает подшучивать над обществом: «Пугаясь собственных теней / Мы мчимся к финишу на ощупь», – то есть люди начинают бояться всего, даже себя, но при этом тянутся к концу, «мчатся к финишу», ведь вечное его ожидание в итоге приводит к нему, оставляя за собой пустынный след. Как это происходит авторы тоже описали: «на ощупь». Следовательно, страх перекрывает глаза, затуманивает разум, но человек все равно рвется к нему и, также как боится своих собственных отпечатков света – теней, опасается конца, которым заполнены все его мысли. Образуется узел из взаимосвязанных вещей: человек хочет отказаться от гибели, ведь его пугает неизвестность, но она же его и манит. В таком случае строка «пугаясь собственных теней» становится отличной метафорой, отражающей сущность боязни смерти. Между собой припевы различаются лишь завершающей фразой. Если в первом она отсылает к названию трека: «Нет ничего страшней», – и строфа обрывается, лирический герой не договаривает, чем подчеркивает устрашающую силу слова, которое хотел произнести, скорее всего, «конец». Ритм сбивается и ускоряется, создавая ощущение падения в пропасть, усиливая волнение слушателя. Второй же припев завершается словами: «Нет ничего смешней», – они указывают на то, как на самом деле смешно, что люди боятся того, к чему мчатся.

Но второму припеву предшествует куплет, в котором ведутся рассуждения лирического героя о сущности бесконечности. Он подшучивает, что это лишь выдумка кого–то, чей–то розыгрыш, заставляющий людей так озабочиваться: «Но от скуки восьмёрку с ног повернул на бок / Напоследок тот, торжественно оглася: / «Поздравляю, приятель, розыгрыш удался»». И от этого становится еще забавнее, ведь людей ужасает и бесконечность. А боятся её не стоит: её нет, значит все плохое в любом случае заканчивается, а если и есть, то она, как и жизнь создана для чего–то хорошего.

Таким образом, авторы плавно подводят к финалу композиции, в котором раскрывают мораль трека, доказывая, что «Конец» на самом деле очень оптимистичен. Лирический герой описывает нудные, раздражающие вещи и их приятное завершение: за буднями следуют выходные, ужасные события со временем искажаются в «позолоченные», приведенная метафора символизирует радость и легкость тяжких воспоминаний, усталость преобразится в яркие хорошие вещи, в пользу, а у могилы все обиды забудутся, ведь о покойниках принято говорить только хорошее. Все события объединяются идеей о том, что ни в какой истории нет только плохого или только хорошего, во всем можно найти и то и другое: «Любой легенде от затравки до развязки / На все полоски не хватает чёрной краски», – последняя приведенная строка намекает слушателям на известное высказывание о жизненных полосах: за белой следует черная, а за черной белая, которая означает, что в жизни есть как хорошие моменты, так и плохие. Это нужно принять как факт. Поэтому не стоит лишний раз унывать и отчаиваться. И в финале слушатель вместе с лирическим героем приходят к осознанию оптимистичной истины: «Любой конец – это хорошее начало». Следовательно, основная мысль песни «Конец» заключается в том, что во всем нужно искать позитив и принимать события за должное. Как говорится: всё, что не делается, то к лучшему.

В заглавной композиции авторы обозначали одну из основополагающих идей альбома и далее описывают разные жизненные случаи и ситуации, демонстрирующие её правдивость. Так, слушатель знакомится с песней, чье название составляет всего лишь одна буква: «М».

Здорово, что до сих пор на месте чьи–нибудь дяди, отцы и тести

Вот они: молча и не спеша идут из зарослей камыша

На свет родного окна в ночи, уже нащупывая ключи

Сжимая подмышкой снасти, кивая в ответ на «Здрасте»

Так, они наконец внутри, мужчины садятся лицом к двери

Им будет видно, по крайней мере, когда в жилище ворвутся звери

Что ж, ни одной хищной морды, можно пока разгадать кроссворды

Даже не спрашивайте зачем, семь клеток — первая буква «М»

Мучиться от тоски — это не по–мужски

До гробовой доски, встречи, расставания

Вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки

Рвать себя на куски — это не по–мужски

Мы с ними не близки даже на расстоянии

Вытянутой руки, вытянутой руки, вытянутой руки

Мужчинам свойственно делать вид, как будто у них ничего не болит

Ведь самых сильных и смелых самых мужчин пугает больничный запах

А после какого–нибудь недуга мужчины закапывают друг друга

Был человек — и нет, в поле торчит портрет

Мужчины не скажут, что верят в Бога, они вообще говорят немного

И песни слушают о тюрьме, кто знает, что у них на уме?

Кто станет в душу мужчинам лезть? Они, как правило, просто есть

Впрочем, обдумайте всё и взвесьте, если они до сих пор на месте

Мучиться от тоски — это не по–мужски

До гробовой доски, встречи, расставания

Вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки

Рвать себя на куски — это не по–мужски

Мы с ними не близки даже на расстоянии

Вытянутой руки, вытянутой руки, вытянутой руки

Первый куплет встречает слушателей описанием возвращения мужчины, при чем собирательного образа, с рыбалки – занятие, которое всплывает в голове при упоминании этого пола. Стоит сразу отметить основную мысль песни. «М» это не просто сожаление или описание быта простой семьи, это настоящая сатира на «модную мужественность», то есть угрюмость, не близость, молчаливость. Не случайно лирический герой обособляется от них, рассуждая от лица какого–то неясного бесполого существа, и упоминает в начале строфы старшее поколение: «Здорово, что до сих пор на месте чьи–нибудь дяди, отцы и тести», – такой прием позволяет воссоздать собирательный образ стереотипного представителя «сильного пола», отчужденного от окружающего мира, погрязшего в своих заботах. Тем самым, лирический герой тут же указывает на его слабости. Первой становится молчаливость: «Сжимая подмышкой снасти, кивая в ответ на «Здрасте»», – лирические персонажи не здороваются, не проявляют взаимного интереса в диалоге, а точнее, делают вид, что их он не интересует и не радует. При чем, ранее авторы пропевают: «Вот они: молча и не спеша идут из зарослей камыша», – образ камыша не только указывает на типичное занятие – рыбалку, но и становится отсылкой к культуре и языку растений. Так, в Восточном Средиземноморье камыш выступал эмблемой царской власти. Фараоны Египта пользовались тростниковыми скипетрами. В античности же считалось, что звук камышовой свирели открывает двери преисподней и защищает от её стражей: пока она звучит, они не тронут вошедшего. То есть тростник становился символом защиты. В христианской символике камыш стал символом верующих, ведущих скромную жизнь и следующих учению Церкви как животворящего источника истин. Здесь можно провести параллель с последующим стихом: «На свет родного окна в ночи, уже нащупывая ключи», – намекающем на простоту быта лирического персонажа. А древнее население Центральной Америки, если обобщать, то это индейцы, верили, что камыш – предзнаменование засухи и символ утраченной юности и ушедшего жизненного тепла. Античные греки же связывали камыш с огнём как жизненным началом. Но все эти символы сводятся к ассоциациям со стереотипным мужским образом: здесь и власть, а как принято говорить отец – глава семьи, и защита, и простота, ведь мужчины, особенно в контексте песни «Дайте танк(!)» не нуждаются в особой роскоши и добровольно отказываются от нее, и свойственная угрюмость, холодность нравов, и обобщение – огонь, в свою очередь обозначающий мощь и силу. Значит, камыш упомянут авторами не зря, а только подчеркивает типичность создаваемого образа.

Далее описывается их необоснованное, а потому немного глупое, в рамках простого быта, желание исполнять свой долг, который навязало общество: «Так, они наконец внутри, мужчины садятся лицом к двери / Им будет видно, по крайней мере, когда в жилище ворвутся звери...», – то есть они ждут возникновение опасной ситуации, проблемы, стоят на стреме. Такая неактуальная в обычный момент готовность защищать свой дом от неведанных зверей тесно переплетается с тематикой альбома: упущение драгоценного времени в бесполезных, пустых страхах и волнениях. Помимо этого, взяв именно мужской образ, авторам удается почеркнуть нелепость гендерных стереотипов. Ведь на деле тот фасон, что социум примеряет на идеал мужчины, в современных домашних условиях изображается не принцем на белом коне, а премудрым пескарем из одноименной сказки М.Е. Салтыкова–Щедрина, который думает лишь об опасностях, а потому запрещает себе полноценно проживать года, данные ему для счастья. В итоге ничего страшного не происходит: «Что ж, ни одной хищной морды, можно пока разгадать кроссворды», – лирический персонаж принимается решать кроссворды, так и не проявив истинной заботы и внимания своей семье, ведь он все–таки вернулся в родной дом. Ирония, высказанная в приведенной строчке, отражает мысль о прожигании стереотипного мужчина жизни, ожидая событий, в которых стоит выступить в роли защитника и при этом, посвящая время лишь себе, не проявляя интереса и ласки к близким.

Первый куплет завершается загадкой, которая дает ответ на вопрос слушателей, о ком же ведется повествование лирического героя: «Даже не спрашивайте зачем, семь клеток — первая буква «М»», – разгадка этого кроссворда проста: слово «мужчина» или «мужчины». Авторы дают понять, что выбранный ими образ собирательный и относится не к конкретному лицу. Однако строку можно рассматривать как метафоричное описание молчаливости мужчин: они не терпят многословности, и потому заставляют додумываться самим до их проблем, того, что их гложет. То же самое происходит с кроссвордом, олицетворяющим скупость на слова. Лирический герой, можно сказать, передразнивает лирических персонажей, предлагая слушателям найти ответ. Ровно как выбранные им для описания мужчины утаивают свои эмоции, переживания, чувства, он играет с читателями текста.

В припеве авторы подтверждают гипотезу слушателей, зародившуюся при прослушивании первого куплета, то есть показывают над чем одновременно смеются и грустят. Они приводят распространенные стереотипы о мужчинах, то, чего от них ждут: «Мучиться от тоски — это не по–мужски», – приведенная строка становится переложением фразы о том, что мальчики не могут плакать и отрицанием существование эмоций у мужского населения. Следующей строчкой авторы подчеркивают, что мужчины заставляют себя терпеть неприятности из–за таких обычаев, принятых социумом: «До гробовой доски, встречи, расставания / Вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки, вроде бы, пустяки», – на протяжении жизни они будто бы обязаны переживать все лишения и конфликты стойко, бойко, с каменным лицом, что, конечно, приносит боль не только им самим, но и окружающим их людям, друзьям, любимым, родственникам. Холодность обмораживает, а не согревает. Слова «вроде бы» не только отражают отношение к мужским проблемам толпы, но и представляют мнение самих мужчин, навязанное общественностью, они буквально запрещают себе выражать чувства. Следующий стереотип еще жестче задевает близких таких мужчин: «Рвать себя на куски — это не по–мужски», – то есть исправляться, осуждать, идти на поводу у чужого мнения тоже не должно быть присуще мужчине. Но, при этом, уже соблюдая такой общественный устав, человек слушается не себя, а какое–то третье лицо. Так, данная фраза отражает самопоедание изнутри к которому приводят стереотипы и ограниченность мышления. Они заставляют человека стыдиться себя, такого, каков он есть на самом деле. Но запрещая даже стыдиться, они оставляют его в шоке и неведении, что же тогда делать. Остается лишь не думать о себе, как нравственном субъекте, но тогда сознание приходит в тупик: человек не способен анализировать свои поступки. В мужском сознании понятие о самоконтроле доходит до абсурда, что подчеркивается в песне грубой фразой «рвать себя на куски». Раскаяние не представляет самопожирание, а ненависть к себе очевидно вещь ненормальная. Но из–за стереотипов грань между двумя разными понятиями стирается, перемешивая их и образуя тупой угол, от вершин которого человек мечется: либо любая ситуация оборачивается самокопанием, жестоким осуждением и ненавистью, либо в другой ситуации человек не способен попросить прощения у того, кому доставил дискомфорт. Таким предстает мужчина в песне «М», запрещающий себе выражать чувства, и не владеющий навыками самоанализа. Лирический герой, с одной стороны, надсмехается над социальной проблемой, этой «картонностью» эмоций, а с другой, сожалеет, что она так распространена. «Мы с ними не близки даже на расстоянии / Вытянутой руки, вытянутой руки, вытянутой руки», лирический герой даже сравнивает мужскую угрюмость и нерадивость с близостью на расстоянии вытянутой руке. Эта метафора позволяет наглядно продемонстрировать насколько мужчины замкнуты, и как их трудно понять «простым смертным».

Во втором куплете авторы определяют основную мысль трека. Слушателя встречает ирония, заключающаяся в том, что чаще всего мужчины сами не пойдут в больницу, если что–то болит, они будут ждать последнего либо пока совсем не станет худо, либо их не отведет женщина (мама, жена, сестра и т.д.): «Ведь самых сильных и смелых самых мужчин пугает больничный запах». Но начинается она серьезно, раскрывая проблему запрета на чувства и навязанного желания всегда казаться в глазах окружающих сильным защитником: «Мужчинам свойственно делать вид, как будто у них ничего не болит». Далее эта идея перерастает в гиперболу, то есть преувеличение, с целью высмеять: «А после какого–нибудь недуга мужчины закапывают друг друга / Был человек — и нет, в поле торчит портрет», – любая проблема оборачивается драмой, из–за внутреннего запрета на эмоции, из которого следует невозможность признания, что человеку плохо. С одной стороны, лирический герой хихикает над такой глупостью, неспособностью позаботиться о себе, иронизируя мол, мужчины ждут случая, как бы проявить себя в помощи другим, но сами позаботиться о себе или принять чужую помощь отказываются, что приводит к трагичным последствиям, с другой же стороны, ему грустно, ведь люди сами довели до такого глупого и совершенно абсурдного трагизма. Жизнь прожигается в слепых ожиданиях, которые в итоге не реализуются ни в отношении с близкими, ни с собой. Через последующую фразу: «Мужчины не скажут, что верят в Бога, они вообще говорят немного», – авторы не только подтверждают затрагивание проблемы угрюмости и скупости на слова среди мужского населения, но и доказывают, что те самые «настоящие мужчины» привыкли как–то лишать себя права чувствовать. Из–за чего их духовный мир скуднее, чем мир других людей. Образ Бога представляется символом души и свободы, а мужчины, не признавая или умалчивая о своей вере, топят собственную душу и свободу мысли. Они боятся признать, что верят в такое, что кто–то там другой считает сказкой или в принципе не желают задумываться о своей духовной составляющей, что раскрывает их, как шаблонных существ. Не это ли свобода: верить в свои личные идеалы, а не навязанные общественностью? Но ее лирическим персонажам отстоять, к сожалению, не удается. Им приходится соответствовать своему статусу: «И песни слушают о тюрьме, кто знает, что у них на уме?», – что приводит к недопониманию окружающих. При чем, этим не гордятся, такое страшно: «Кто станет в душу мужчинам лезть? Они, как правило, просто есть», – мужчины становятся декорацией, в чем по сути виноваты они сами, не давая отпор общественности и отказываясь отстаивать свои эмоции и идеи. Подытоживая, лирический герой обращается ко всему миру: «Впрочем, обдумайте всё и взвесьте, если они до сих пор на месте», – он выкладывает предложение как той самой толпе, как близким, так и самим мужчинам, проанализировать проблему, обратить на неё внимание и понять, почему так происходит, что виной всему продвигаемые гендерные стереотипы. А фраза, произносимая с усмешкой: «...если они до сих пор на месте», – скорее всего намекает на блуждание мужчин в своих запутанных, как паутина, мыслях. Они словно проваливаются и застревают в них, отходя от реальности. До этого авторы описывали, что те находятся в сидячем положении, ждут какой–то опасности, но пока ее нет играют в кроссворды. Значит, эту фразу можно трактовать ещё проще, потому что мужчина постоянно полный своих забот. Без предупреждения уходят, занятые личными делам, что тоже подчёркивает их грубость, молчаливость, нерадивость. Это акцент, который делается на себе. При чём мужчины не хотят ограничиваться собой, но вечно думая о проблемах, выходит такой парадокс человеческой психологии. Смыслу строки соответствует и музыкальное сопровождение: пауза, будто окунает слушателя в воду, где тихо и «никого нет на месте», что усиливает смешение иронии и сожаления.

Таким образом, песня «М» становится отличным зеркалом как для мужчин, так в принципе и для женщин. Она демонстрирует, что стереотипное поведение неясно, смешно, над ним можно иронизировать. Конечно, виновата в этом толпа, но, чтобы бросить ей вызов, а значит, побороться и отстоять, по–настоящему защитить любовь и верность к себе и близким, нужно сделать усилие над собой, принять себя такими, какие мы есть.

Следующая композиция под названием «Фамилия» тоже стала «пощечиной общественному вкусу», которая тонко иронизирует над мнением толпы.

Измеряя страну в длину

Фонари натянули струну для флажолета

Я проснулся в холодном поту

Сколько девушек, ну и ну

Если мне надо выбрать одну

Пусть будет эта

Заверните её в фату

У павлина всего лишь перья

Человеку нужна империя

Чтоб найти себе самку

И сколотить дуэт

Всё удобно делить на пары

Два ствола у ружья, две фары

В мою комнату сквозь две шторы

Бросают свет

Измеряя страну в длину

Фонари натянули струну для флажолета

Я проснулся в холодном поту

Сколько девушек, ну и ну

Если мне надо выбрать одну

Пусть будет эта

Эта, эта

Я давно набираю баллы

Соблюдаю все интервалы

Ей понравится гладко выбритое лицо

В романтической обстановке

На автобусной остановке

Я встаю на колено и достаю кольцо

Измеряя страну в длину

Фонари натянули струну для флажолета

Я проснулся в холодном поту

Сколько девушек, ну и ну

Если мне надо выбрать одну

Пусть будет эта

Заверните её в фату

Швыряйте рис, пускайте в небо голубей

Дарите нам комплект постельного белья

Налейте каждому компот, наклейте куклу на капот

У нас тут новая семья

Ячейка общества, и в паспорт

Выписан рецепт от одиночества

И у кого–то возле имени–отчества

Теперь фамилия моя

Первую строку: «Измеряя страну в длину», – можно рассматривать как отсылку на знаменитое стихотворение А.А. Фета, в котором звучит следующая мысль: «Умом Россию не понять / Аршином общим не измерить». Ведь в лирике Дайте танк(!) много отсылок к поэзии, в том силе и к А.А. Фету, например, композиция «Клад» отдаленно по сюжету напоминает известное стихотворение «На заре ты ее не буди», где лирический герой описывает сон девушки, не дождавшейся любимого. В таком случае авторы намекают на бесполезные занятия: они не приведут к истине, которую так важно найти. Эта же фраза становится продолжением, высказанной когда–то группой Дайте танк(!) мысли в песне «Люди» о том, что мир преисполнен любовью между людьми, и она яркая, даже иногда слишком радужная. Лирический герой же не может найти себе место среди толпы любящих сердец. Эту песню можно назвать гимном одиночек. И в «Фамилии» звучит уверенное заявление общественности, давящей на лирического героя высказыванием о его обязанности найти свою вторую половинку. «Измеряя страну в длину / Фонари натянули струну для флажолета», – приведенная строка становится метафорой о распространении романтики, сравнимом с величиной целой державы. Стоит отметить, что такое флажолет. Это приём игры на струнных смычковых, щипковых инструментах и некоторых духовых инструментах, заключающийся в извлечении звука–обертона, напоминающего своей глуховатостью флейту. Из–под рук гитариста вылетает очень нежное и прекрасное звучание. Чаще всего прием флажолета можно услышать в акустической музыке, виртуозной сольной или оркестровой, где он используется в эпизодах фантастического характера. Образ фонаря становится олицетворением мест для прогулок. У авторов фонарь одушевлен: он натягивает струну для флажолета, то есть создает что–то великолепное, изящное, волшебное. И это отпугивает лирического героя: «Я проснулся в холодном поту», – холодный пот – признак страха. Скорее всего описываемая во сне лирического героя картина напомнила о его одиночестве, холостой жизни, которую так попрекает общественность. В какой–то момент он замечает, как много девушек обращает на него внимание и понимает, что может ответить взаимностью любой из них: «Сколько девушек, ну и ну», – эта фраза больше демонстрирует именно женскую проблему, что девушкам тоже приходится следовать установкам общественности и заставлять себя искать партнера, при чем они могут быть легко отвергнуты, но, если, девушки окажется много поклонников это может привести к грязным слухам и прозвищам. Лирический герой принимает решение наугад, тыкая пальцем в небо: «Если мне надо выбрать одну / Пусть будет эта», – с помощью такой формулировки авторы демонстрируют настроение лирического героя. Ему, на деле, безразлична девушка, которую он выбрал. Интересно, что к выбору ни в чем неповинной невесты он приступает именно после сна, символизирующего бесполезность и бессмысленность, ведь в его случае отношения осуществляются не по любви, и смысла они не имеют. Тем самым, авторы подводят слушателей к главной идее песни «Фамилия»: высмеивание торопливости в принятии такого важного решения, как брак. Из этой торопливости, а именно попыткам угодить обществу, чтобы «часики больше не тикали», рождается неискренность и шаблонность чувств, ужасающая лирического героя. Стоит помнить, что в этой песне он бросает вызов обществу. На самом деле, трек начался с припева, который завершается стихом: «Заверните её в фату», – такая формулировка напоминает диалог в магазине, будто девушка товар. И в песне «Фамилия» она действительно выступает в роли продукта: становится способом достижения цели – герой хочет, чтобы толпа отстала от него, ему неважна выбранная женщина, эти отношения созданы на показ. При чем, ситуация девушки скорее всего идентична.

В первом куплете лирический герой прибегает к аллегориям: «У павлина всего лишь перья / Человеку нужна империя / Чтоб найти себе самку / И сколотить дуэт», – отсылание к птицам становится сокрушением по исчезновению простоты в людских отношениях. Самцы павлинов привлекают самок с помощью методик, которые связаны с их оперением: демонстрируют свой роскошный внешний вид, распуская хвост, украшенный переливающимися яркими перьями, которые завораживают не только человека, но и паву; трясут хвостом, испуская низкочастотные звуковые волны, привлекающие внимание самок; хлопают крыльями, чтобы дать о себе знать. Лирический герой сокрушается, что у людей все не так просто, как у птиц. Им для завоевания чужого сердца нужно обладать выдающимися способностями, быть яркой личностью, «создать империю». Отношения превращаются в хитрую игру, где должна быть своя особенная стратегия, что ужасает, ведь такой подход – издевательство над искренними чувствами. Это словосочетание, однако, становится насмешкой над восприятием семьи, как ячейки общества. Недаром, строфа обрывается на грубой трактовке: «И сколотить дуэт». Эта сатира раскроется еще глубже в финале песни, но пока авторы намекают на жалкость того, что из–за давления общественности пары становятся пародией на чувства из–за спешки, ради того, чтобы доказать окружающим, что они не одинокие изгои. Тем самым, они принадлежат толпе, а не друг другу. Но ведь семья, в которой царит искренняя любовь, это в первую очередь духовная составляющая человека, а не социальная.

В другой части первого куплета авторы продемонстрировали шаблонность чувств в семье, образованной без искренней любви: «Всё удобно делить на пары / Два ствола у ружья, две фары / В мою комнату сквозь две шторы / Бросают свет», – аллегории со стволами ружья, фарами, шторами, то есть объектами неодушевленными лишь усиливают нелепость и от того трагичность игрушечных эмоций, пародии на них. В таком случае описание настроения лирического героя в припеве: «Я проснулся в холодном поту», – указывает на то, как страшно не разобраться в чувствах ради довольства социума. Ведь тогда человек путается как в себе, так и в другом, в своем близком. Люди, на деле чужие друг другу, слепо верят в свою сплоченность, ведь это одобрило и подтвердило общество, назвав их парой.

Второй куплет – описание того, как лирический герой завоевывает внимание девушки, полное тихой иронии: «Я давно набираю баллы / Соблюдаю все интервалы / Ей понравится гладко выбритое лицо», – этот процесс обрисован авторами как соблюдение инструкций или правил. Он снова действует шаблонно, чтобы социум заметил его симпатию и наделял его заветными «баллами». Под интервалами скорее всего имеется осторожное вхождение в доверие: лирический герой пытается не навязаться, но и заявить о себе, действует хитро, осторожно, размеренно. Тем самым, авторы подчеркивают идею о том, что романтические отношения на деле становятся игрой. Партнеры, как игроки, подбирают стратегию по завоеванию друг друга, полную пошлости и шаблонности. Баллы становятся очками, которые предупреждают об успехе. Следовательно, авторы рассматривают такой скорый спонтанный брак как бесполезное издевательство над чувствами. Нелепость от такого быстрого замужества, для того чтобы «часики больше не тикали», подчеркивается местом, где лирический герой выбирает делать предложение девушке. Это автобусная остановка: «В романтической обстановке / На автобусной остановке / Я встаю на колено и достаю кольцо». Она выступает и как символ уже упомянутой нелепости, и как символ толпы, потому что именно на автобусных остановках обычно толпятся люди. Автобус — это один из самых частых транспортов, избираемых жителями для передвижения. Даже если мы посмотрим на реальную статистику, то автобус остается лидирующим среди других видов общественного транспорта: «Как показала статистика банка, автобус – самый популярный вид транспорта. Интерес к таким поездкам городскими, междугородними и пригородными маршрутами на волне развития внутреннего туризма не снижается. В III квартале доля платежей за проезд автобусами от общего числа операций по картам среди вышеупомянутого топ–5 видов транспорта осталась неизменной относительно II квартала и составила 44%», – заявили в банке «Русский стандарт» в 2023 году. Выбирая именно автобусную остановку, а не уединённое местечко, не тихое, тем более, даже не концерт или, например, ресторан, что многие считают романтичным, где тоже есть люди, авторы, во–первых, подчеркивают ироничность этих отношений, а во–вторых, что они важны даже не для самого лирического героя, а для толпы, которая требует от него, чтобы он уже брал себе в руки и шел жениться. Этот круг людей пошлый, полный сплетен и неприятных инцидентов, – вот на что еще указывает образ остановки для общественного транспорта. Так авторы доказывают, что в современности отношения стали не чем–то интимным, близким и личным, а это уже достояние общественности, что пугает. Эта автобусная остановка как раз показывает проблему демонстрации отношений, что они нужны уже не самим людям, а другие нуждаются в чужой романтике.

Финальные строки отличаются от предшествующих. Теперь, лирический герой пользуется приемом пассивной агрессии, что слышится в измененном ритме музыки и интонации, с которой солист поет их: «Швыряйте рис, пускайте в небо голубей / Дарите нам комплект постельного белья / Налейте каждому компот, наклейте куклу на капот / У нас тут новая семья / Ячейка общества...». Эта агрессия выражена в сторону тех, кто пропагандирует семьи без любви, авторы, будто не могут сдерживать себя, превращая описание свадьбы в злобную усмешку на те самые бессмысленные фразы, рушащие истинные чувства и даже семьи: «А часики тикают», «а не пора ли?» и тому подобное. Она выделяет проблему шаблонности: рис, голуби, постельное белье, компот, кукла, – вот какие впечатления остаются после свадьбы, материальные и совершенно бессмысленные. Лирический герой уже в открытую смеется над восприятием семьи, как ячейки общества. Семья из духовной ценности перенеслась в материальную. Это товар, которым якобы должны обладать все: «...и в паспорт / Выписан рецепт от одиночества», – таблетка, будто бы спасающая от проблем. На деле же, такое отношение к чувствам – это их извращение.

Таким образом, песней «Фамилия» группа Дайте танк(!) продемонстрировала, во что превратится социум, если люди будут спешить с замужеством ради чужого признания: опустошение и разорение эмоций, исчезновение искренности, картонность и игра, вместо любви и счастливых семей. Песни «М» и «Фамилия» объединены общей тематикой. Авторы показали, что стереотипы и мнение окружающих играют огромную негативную роль в прожигании жизни. Эти песни стали образами незаметной стороны основной идеи альбома: хрупкость времени. Нерадостные браки, ограничения себя – всё это уничтожает личность и то, ради чего создан человек – счастье.

При анализе следующей композиции под названием «Просьба» следует уделить внимание длительности песни, так взволновавшей фанатов: 53 секунды, что меньше минуты и по сравнению с другими песнями из альбома «Хрупко» очень мало. Однако в эту деталь вложен особый смысл. Лирический герой в ней действительно просит о благополучии:

Пускай здоровье будет крепким

Климат мягким, утро добрым

Воздух свежим, дом уютным и большим

Пускай работа будет лёгкой

Пища вкусной, обувь чистой

А судьба всегда такой, как мы решим

Разве я многого прошу?

Ву–у–у–у

Пускай шампунь будет без слёз

Носки без дыр, шоссе без пробок

Розы без шипов, и море без акул

Пускай всё будет хорошо

Ништяк, пучком, в ажуре, всё!

Включая то, о чём я не упомянул

Разве я многого прошу?

Он сокрушается о том, что его желания не исполняются роптанием: «Разве я многого прошу?» Не массивность трека подчеркивает спешку лирического героя. Он будто желает доказать, что просит немного. На деле это большие вещи, которые не зависят от самих людей, а потому ему приходится примерять на себя маску того, кто говорит вместо того, чтобы делать, ведь сделать здесь по сути ничего нельзя. Таким образом, песня раскрывает новую сторону проблематики: вот истинные вещи, о которых необходимо заботиться, но они не зависят от людей и слишком сильно переживать из–за них равносильно пустому прожиганию жизни.

На контрасте слушатель сталкивается с самой длинной песней альбома, состоящей из 13 куплетов без припевов. Это загадочный «Штрих»:

Всё кверху дном, а за окном один и тот же штрих:

Дрожат пакеты на ветвях, никто не снимет их

И никому не интересно задавать вопрос

Куда тащил их ветерок, да только не донёс

И стали тыквами кареты скорой помощи

После полуночи по трассе мчатся овощи

Таков их труд: наклеят пластырь и наложат жгут

И все слепцы прозреют, все хромые побегут

А через год вернутся с ног до головы в пыли

Взахлёб рассказывать о том, что на краю земли

Ограда тянется и никогда не кончится

А раз туда нельзя — ещё сильнее хочется

И мы поверим их фантазиям славным

Даже не подозревая, что они молчат о главном:

На равноденствие, то есть раз в полугодие

У края чётко слышится волшебная мелодия

Она людей гипнотизирует так

Что вены на висках пульсируют в такт

Не важно, юный парень или седая старуха —

Все без исключения к ограде прислоняют ухо

И замирают, задерживая дыхание

И забывают, куда торопились ранее

Уже потом гадая, что за ерунда такая

Всплывает в памяти и крутится, не умолкая

Тогда–то наслаждение становится врагом

Не позволяя спать и думать о чём–то другом

Само собой, как ни пой или ни свисти

Этот мотив не удаётся воспроизвести

Чем строже тайна, тем быстрее разносится слух

И неслучайно там всё больше парней и старух

Они к прекрасному стремятся любыми путями

Наступая на ноги, толкая друг друга локтями

Кто–то пытался по ограде карабкаться ввысь

Крикнув: «Это кто там исполняет? А ну, назовись!»

Но его тело тут же рухнуло в липкую грязь

И недоигранная партия оборвалась…

И неожиданно снаружи раздался ответ:

«Увы, не знаю, как представиться, имени нет

Что–то вроде чёрной дыры, а смысл игры

В том, чтоб иные миры на звук отправляли дары

Всё, что считали вы мусором или браком

Я с великим удовольствием втягиваю в свой вакуум

Короче, если вещь вам больше не дорога

Её ко мне приносит ветер, мой верный слуга

Мы проворачивали трюк уже множество раз

Вот и сейчас сюда сам воздух подталкивал вас

И, наконец, вы устали от тишины

Пришли и встали, будто сами себе не нужны

Должно быть, вам надоело ходить по краю!

Ступайте гордо и смело, я приглашаю!»

И в подтверждение тому открылись врата

И за чертой только холод и темнота…

Эта песня представлена жанром притчи. То есть короткий назидательный рассказ, заключающий в себе нравственное поучение или же мораль. Жанр притчи оправдывает отсутствие припева и форму сказа у композиции «Штрих». Авторы сразу вводят слушателя в проблему, с которой сталкивается социум: усталость от жизни. В притче часто используются аллегории, которые помогают передать философскую мысль, словно в басне, только приближенные к реальности. Первой из них становится образ пакета, застрявшего на дереве: «Всё кверху дном, а за окном один и тот же штрих: / Дрожат пакеты на ветвях, никто не снимет их», – он символ тоски и одиночества, знаменует то, как люди не замечают друг друга в повседневной суете: «И никому не интересно задавать вопрос / Куда тащил их ветерок, да только не донёс», – всем плевать на одиночку, «брошенную» ветром. Этот глагол принимает два значения сразу, образуя в строке игру смыслов: с одной стороны, ветер буквально кидает на ветки пакет, с другой, под ним имеется символическая основа, обозначающая то, как люди оставляют друг друга, что обычно сопровождается конфликтом. Ветер тащил пакет, но сам сбился с пути, оставляя несчастными, как пакет, так и себя. Тем самым, авторы подчеркивают, что пакет остался совсем один и поэтому становится символом одиночества. Но для лирического героя такой пейзаж за окном скуден, неприятен, что обращает внимание слушателей на проблему усталости от земной жизни, с ужасающим быстрым темпом распространяемой среди населения. В суете люди не успевают осознать, что им действительно ценно и необходимо, не замечая друг друга, они устают от себя, что приводит к ряду проблем, которые были описаны в песнях до этого.

Во втором куплете авторы погружают слушателей в описание быта медицинских работников: «И стали тыквами кареты скорой помощи», – их жизнь становится большой отсылкой на сказку, больше известную по редакциям Шарля Перро и Братьев Гримм: «Золушка», в которой прекрасная карета падчерицы–служанки, присланная ей феей крестницей в награду за ее доброту и искренность, после полуночи превращается в тыкву. Не зря, машины скорой помощи именуют каретами, как это делали при зарождении «Скорой помощи». Такая отсылка к волшебству и старине символизирует идеализацию медицинских работников в народе: на них сваливается множество обязанностей, труд тяжек, порой невыносимо. Конечно, врачи сильно устают, ведь даже базового отдыха уже не хватает, поэтому в следующей строке слово «овощи» можно рассматривать двояко: «После полуночи по трассе мчатся овощи», – это и продолжение отсылки на западноевропейскую сказку, и реальный намек на неописуемую усталость. В жаргоне слово «овощ» описывает человека, который не в силах выполнять свои базовые потребности. Выбранный авторами фрагмент сказки, то есть ознаменовывающий исчезновение волшебства и чуда, доказывает, что медики – те же люди, имеющие свои слабости. Предпоследняя строка второго куплета: «Таков их труд: наклеят пластырь и наложат жгут», – подчеркивает, что труд врачей тяжек и зачастую не получает стоящего внимания и благодарности. Они будто отдают свою энергию миру, превращаясь после этого в «овощи». Однако от них продолжают ждать: «И все слепцы прозреют, все хромые побегут», – и врачи честно продолжают нести свой крест, исполнять порученный долг. Однако, последний стих второго куплета содержит отсылку на Библию. В Евангелии от Луки в главе 18 рассказывается о слепом человеке, обращавшемся к Иисусу Христу с просьбой вернуть ему зрение. И тогда Иисус произнес: «Прозри! Вера твоя спасла тебя». И слепой тотчас прозрел и пошёл за Ним, прославляя Бога. В Евангелии от Иоанна присутствует описание такого чуда, совершенного Христом, как исцеление слепорожденного. Также в Книге пророка Исаии в главах 29:18, 32:3, 35:5, 42:7 говорится о том, что слепые станут прозревать во времена Мессии, то есть рождения Иисуса Христа, его приход в Иерусалим и чудеса. То есть люди врачей воспринимают как спасителей. Когда уже и те начинают сдаваться и опускать руки от изнеможения, значит человечество практически погрязло в хандре. Тем самым, измотанные врачи, чьи спасительные машины превращаются в тыквы, олицетворяют не только усталость народа, но и угасающую надежду на чудо. Медики представляются спасителями, на это указывает и отсылка из Евангелия. Но даже они за счет человеческого фактора тянутся к краю земли, о котором все рассказывают: «А через год вернутся с ног до головы в пыли / Взахлёб рассказывать о том, что на краю земли / Ограда тянется и никогда не кончится». Значит, аллегорично надежда людей на светлое будущее угасает, оттого они так тянутся к чему–то таинственному и мрачному, готовы отказаться от земных благ ради мнимого спасения. На неестественность, неправдоподобность и обманчивость этой последней надежды, последней соломинки, какой она представляется в суетливых головах указывают строки из четвертого куплета: «И мы поверим их фантазиям славным / Даже не подозревая, что они молчат о главном...» – от отчаяния люди готовы верить во все, так сильно пытаются бороться за комфорт и новые впечатления, не задумываясь о последствиях. Недаром, авторы подбирают именно слово «фантазии» для описания края света. Люди устали от жизни, запутавшись в суете, которой сами себя окружили. Им плевать на окружающий мир и друг друга, они уже не способны оценить прелести жизни, а стремятся к изучению того, что скрывается «на краю земли», то есть после смерти... Край земли олицетворяет собой нечто несуществующее в реальности, в мире смертных, мнимое, но понятное каждому. Это пределы планеты, но не в формулировке космического объекта, это выход за пределы человеческой жизни. Такая проблематика соответствует мотиву отложенной жизни, красной нитью проходящему через лирику группы Дайте танк(!). Однако в песне «Штрих» он приобретает более устрашающий и мрачный оттенок: люди упускают жизнь, пытаясь узнать, что будет после неё, тянясь к чему–то таинственному и новому, они добивают неразвитое старое. Та самая «ограда» не так проста: «Ограда тянется и никогда не кончится», – приведенная строка становится не только описанием новой веры людей: в край земли, но и раскрытием философии группы «Дайте танк(!)» о бесконечности. В песне «Конец» они упомянули, что считают, что вечность невозможно в земных условиях, в «Штрихе» эта мысль выходит за пределы повседневности и настоящей реальности – в другие миры. В таком случае, бесконечность превращается в понятие смертельное: вечность достижима лишь после гибели физического тела. Ведь «ограда» в финале трека исчезает, открывая людям то ли внутренность черной дыры, то ли царства мертвых, но пустое: «И за чертой только холод и темнота…»

В приемах метафор и аллегорий заключается жанр притчи. На него указывает и поучительный характер, до которого слушатель должен додуматься самостоятельно. Именно финал песни намекает на её истинный смысл. Это не просто история, это философский трактат, разъясненный детским языком в формате стихотворения. Песня «Штрих» соответствует всем особенностям жанра притчи, не только основным. Так, в ней описан условный мир: автор не выдвигает условий о месте, пространстве, времени, в котором происходит описываемая им история об обыденности, что тоже немало важно для притчи. Также, в повествовании проскальзывают мелкие замечания о парадоксах человеческой психологии: «А раз туда нельзя — ещё сильнее хочется», – запрет или на что–то заставляет человека задуматься и недоступное действие становится более желанным.

Продолжение притчи, её кульминация после такого «лирического отступления» открывается с середины четвертого куплета: «На равноденствие, то есть раз в полугодие / У края чётко слышится волшебная мелодия», – жители, еще не ведая о суровой реальности, которую скрывает за собой ограда на краю земли, слушают истории, передающиеся из уст в уста о загадочном месте и верят в возможность спастись, благодаря ему. Слушатель узнаёт, что на равноденствие около ограды слышится волшебная мелодия. Стоит отметить, что день солнечного равноденствия во многих культурах понимается как возрождение и обновление. Неслучайно, такая подробность выбрана авторами: она намекает на внеземную, духовную природу той волшебной музыки, что звучит за пределами планеты и ее смысл как предзнаменование отхода в иной мир. Можно предположить, что авторы подшучивают над лирическими персонажами, слепо верящими в чудотворность этой музыки, даже не подозревая об опасностях, которые она может нести. Страсть заполучить что–то новое, внеземное преграждает путь рациональному мышлению. Человеку кажется пафосным слово «обновление», но, что за ним стоит? Как именно придется обновляться? Стоит ли разрушать старое ради такой новизны? Никто не задумывается. Тем самым, волшебная мелодия оборачивается метафорой об искаженном восприятии людей многих понятий. Мозг принимает музыку как нечто необычное за сказочные удовольствия, которые не удалось воссоздать в прежнем мире. Музыка – символ желания людей к переменам, обусловленное усталостью друг от друга, от рутины. А мелодия так и манит своих слушателей: «Она людей гипнотизирует так / Что вены на висках пульсируют в такт», – значит недовольство людей растет все сильнее, «не позволяя спать и думать о чём–то другом».

Далее авторы касаются проблемы эйджизма – дискриминации по возрасту: «Не важно, юный парень или седая старуха — / Все без исключения к ограде прислоняют ухо», – описывая жадное влечение человечества к загадочным звукам, они косвенно намекают, что разделение по возрастам, а точнее осуждение за определенный возраст, стереотипы по поводу этого глупы и бессмысленны, ведь ошибаются все, устают все, ждут смерти все и умрут в итоге все. Люди от мала до велика заблуждаются, «замирают, задерживая дыхание», пытаясь по максимуму насладиться шепотом тайны. При чем такое обобщение «юный парень или седая старуха» становится еще одним доказательством, что песня «Штрих» относится к жанру притчи. Ведь для него характерно, что личности персонажей обрисована поверхностно, а время и место вообще не указано, что показывает типичность ситуации. То есть в настроении лирического героя можно проследить сожаление о распространении проблемы усталости от жизни из–за вечной суеты, в котором пребывает современное общество. А неведанная музыка позволяет и старикам, и молодежи, и детям, и зрелым людям отвлечься от спешки: «И забывают, куда торопились ранее», – внося изменения в повседневность. Будто бы человечество разучилось находить умиротворение на данной им планете и потому видят в спокойствии, которого достаточно человеку иноземную природу, что косвенно подчеркивает разрыв связей с природой, которая как раз может привести человека то же состояние приятного забвения...

Наконец, мелодия, а скорее всего, мысли о смерти или резкой смене обстановки, в мрачном её понимании, крутятся в голове каждого, покоряют мир смертных: «Уже потом гадая, что за ерунда такая / Всплывает в памяти и крутится, не умолкая». Губительное существование суеты, что заражает поколения, демонстрирует строка: «Тогда–то наслаждение становится врагом / Не позволяя спать и думать о чём–то другом», – о том, что люди видят новизну в необычных звуках, что–то умиротворяющее и успокаивающее, что заставляет их наконец–то остановиться и заглянуть внутрь себя. А это незнакомо, неожиданно. Мелодия действительно соответствует своей дате дня равноденствия, возрождая мысли людей: она будто разбавляет гнусную, удушающую атмосферу. Людей вдохновляет возможность наконец–то могут прочувствовать себя, как живое тело, обладающее духом, чувствами, даже душой, оторваться от давящей усталости и суеты, вырваться из неё. Поэтому для человечества желание переступить через ограду превращается в наслаждение. Они так сильно тянутся к этому и жаждут освобождения из земных оков, но не понимают, что за этим стоит. И тем самым авторы показывают, что ценить нужно любой момент. Просто его влияние на человека зависит от того, как он сам к нему относится, как его контролирует. Зачатки главной идеи песни «Штрих» зарождаются в стихах седьмого куплета. Последующее повествование: «Само собой, как ни пой или ни свисти / Этот мотив не удаётся воспроизвести», – снова раскрывается особенности человеческой психологии, утверждая принадлежность композиции к жанру притчи: мозг деформирует отпечатавшиеся в памяти мимолетные вещи, и потому человеческое влечение к ним увеличивается. Хочется узнать и вспомнить максимально правдиво зациклившийся эпизод. Но вместе с тем повышается и отчаяние среди населения планеты, вызванное невозможностью повторить загадочную, иноземную музыку. Оно усиливает желание нарушить запрет – выйти за пределы «ограды», увидеть «край земли» своими глазами. Но этот парадокс приводит авторов к новой идее: ощущение наслаждения жизнью не достигается повторением одинаковых действий, они приводят к той самой суете, спешке и рутинному образу существования; оно возникает в разных условиях, но из–за тех же различных и иногда самых простых вещей. Следовательно, так авторами был завуалирован их идеал – решение проблемы, объяснение почему они смеялись над лирическими персонажами, ведь их желание понять себя, разгадать секрет мироздания и отдохнуть ясен каждому. Создателей песен смущали не эти хотелки, а отношение к жизни, как к тому, от чего легко избавиться. И если песня «Фамилия» была дерзким ответом на раздражающие упреки: «Часики тикают», – то «Штрих» тоже стал реакцией на известное многим утверждение: «В гробу отдохнем». Для авторов это абсурд, ведь никто точно не знает, что именно ожидает человека после смерти, а значит, нужно стараться ценить то, что имеется уже – жизнь, она явно не просто так дана, и скорее всего именно для счастья. Если рассматривать музыку как символ опошленного желания людей отказаться от повседневности, тов приведенных стихах слышна и ирония лирического героя над неспособностью создать счастье своими руками, они ищут его во внешних источниках, ждут появления легкого пути, но на деле ничего не пытаются изменить самостоятельно.

Раскрытие психологии и восприятия в социуме, характерные назидательные мотивы для притчи, продолжает краткая сводка о слухах: «Чем строже тайна, тем быстрее разносится слух», – она свидетельствует о неспособности молчать, если тайна необыкновенна, прогрессивна, сильно ошеломляет разум. Здесь тоже проглядывает проблема заражения общественными идеями. Слух разносится, ему все верят, на него надеются и опираются, несмотря на шаткость. Мотив искушения сквозит через стих: человек принимая слух за истину, стремится рассказать о нем своему близкому, забывая о том, что это тайна. Тем самым, добрые побуждения оборачиваются трагедией: «И неслучайно там всё больше парней и старух / Они к прекрасному стремятся любыми путями», – авторы незаметно перескакивают с восприятия «края земли» как «ерунды такой» до «прекрасного», к которому стоит стремится. На примере не подозревающий ничего слушателей они демонстрирует перемены в сознании лирических персонажей. Теперь загадочная устрашающая мелодия, вводящая в озноб, уже откровенно оборачивается последней надеждой на спасение и защиту. На людской эгоизм и их главную причину усталости – недоверие и равнодушие друг к другу, аллегорично описанное на примере застрявшего пакета в начала трека, указывает последний стих восьмого куплета: «Наступая на ноги, толкая друг друга локтями». Люди даже в желании спастись заботятся лишь о себе. Для лирического героя эта ситуация сатирична: ведь с эгоизмом связаны их страдания по поводу суеты и быстрого темпа жизни, проскальзывающей сквозь пальцы.

И вместе с нравственным поучением в сюжет вторгается отсылка на библейскую легенду о Вавилонской башне: «Кто–то пытался по ограде карабкаться ввысь / Крикнув: «Это кто там исполняет? А ну, назовись!» / Но его тело тут же рухнуло в липкую грязь / И недоигранная партия оборвалась…», – то есть, когда–то люди хотели добраться до Бога, показать свою мощь, могущество, единство, поэтому строили башню высотой до неба. Такая гордость погубила единый народ. В итоге башня была разрушена, и люди начали не понимать друг друга, разговаривая на разных языках. Для того, чтобы сосуществовать вместе нужно было учить чужой язык, принимать чужую долю на себя, то есть уступать своей гордости, можно так выразиться. Отголоски этой истории слышатся в песне «Штрих». Только человечество тянется не доказывать кому–то свое совершенство, несмотря на эгоизм, а сбегает от проблем. И какое–то неведомое существо этому радуется: «И неожиданно снаружи раздался ответ: «Увы, не знаю, как представиться, имени нет...». Он открывает людям свой секрет мироздания, но стоит ли ему доверять, каждый определяет сам. «Что–то вроде чёрной дыры, а смысл игры / В том, чтоб иные миры на звук отправляли дары», – под игрой подразумевается человеческая жизнь, существование данной им Вселенной. Через эту строчку авторы раскрывают корыстную роль звука. Мелодия специально заманивала уставших ропщущих на повседневность бедняков, не ценящих дарованное, чтобы питать некую черную дыру. Получается, роптание и уныние – враги человечества, доводящие их до опасности, до трагедии, приближающие их к ловушкам, за которыми кроется печальная, суровая кончина. Иноземное существо поясняет: «Всё, что считали вы мусором или браком / Я с великим удовольствием втягиваю в свой вакуум / Короче, если вещь вам больше не дорога / Её ко мне приносит ветер, мой верный слуга», – мусор и брак, то есть недорогие людям вещи, становятся символами жизни. Вот, что именно недорого заплутавшим в суетливой среде овечкам – людям! Раскрывается линия с ветром, открывшая песню «Штрих». Теперь слушатель точно видит, что пакет аллегорично обозначал человеческую жизнь, которую ветер пытался забрать, поглотить, но обронил или специально бросил, оставил, в любом случае, пакет – единственный спасенный, зацепившийся за свое счастье и жизнь. Некому ненужный, он словно хотел остаться необходимым хотя бы самому себе. Вот идеал человека, не отчаявшийся, а ищущий способа спастись, не убегающий от проблем, а старающийся бросить им вызов и решить их. Раскрытие этой ветки вновь подчеркивает принадлежность трека к жанру притчи: кольцевая композиция, то есть текст начался с описания скудного пейзажа, в котором присутствует пакет и им же завершается. Сравнение драгоценной, но обесцененной жизни с мусором продолжает развиваться в следующих куплетах – монологе непонятного объекта: «Мы проворачивали трюк уже множество раз / Вот и сейчас сюда сам воздух подталкивал вас», – ветер, уносящий жизни уже множество раз, распространяющий коварную мелодию, воздух, удушающий и подталкивающий людей к слепой надежде на тьму, – всё работало против людей. Как в случае с Вавилонской башней, их же роптание и самолюбивая натура довела их до отчаяния и привела к такой жестокой гибели, позволила обмануться. Рассказчик, то есть лирический герой, перестает смеяться, говоря о действительно страшных вещах: «И, наконец, вы устали от тишины / Пришли и встали, будто сами себе не нужны», – теперь иронизирует Чёрная дыра, радуясь своей победе. Неслучайно, суету, городской шум, раздражение это оно именует «тишиной», ведь если бы люди искренне захотели избавиться от навалившихся проблем, они бы поборолись за свое счастье, по–крайней мере стоило насладиться настоящим моментом, а не впадать в уныние, тогда бы все обратилось «тишиной». Эта формулировка раскрывает идею о никчемности некоторых человеческих проблем, из–за которых люди себя накручивают и страдают, перед мировыми, глобальными. То, что из–за отчаяния те готовы были отказаться от самого драгоценного, что у них есть, то есть жизни, становится суровой правдой: «вы сами себе не нужны». Так, самовлюбленный человек, обесценил не дарованное ему, а самого себя... Вот что смешно для Вселенной, человеческое заблуждение. «Должно быть, вам надоело ходить по краю! / Ступайте гордо и смело, я приглашаю!» – словно надсмехаясь лирический персонаж зазывает обманувшихся пришедших, в разгадке тайны смысла уже нет, как и в человеческой жизни, которую сами люди поставили на кон. «И в подтверждение тому открылись врата / И за чертой только холод и темнота…» – это наказание тем, кто не сумел создать в своем мире долгожданную идиллию и любовь, не оценил то, что дано, тем самым предал и отрекся от себя. Темноту можно сопоставить с адом, но создатели песни дают полную свободу слушателям, предлагая отталкиваться от своих убеждений и идеалов. Для кого–то злое существо – дьявол, верующие разглядят в композиции идею о том, что рай не создан для тех, кто любил только себя и роптал, для других пустота – реальное воплощение того, что окажется за пределами человеческой жизни, но все вместе уясняют истину о том, что не нужно торопить события.То, как сильно люди ждут «конца», ропща и унывая, загоняясь по на самом деле мелким проблемам, не видя дальше своего носа – трек метафорично передает то, что стремление за эту даль далекую на деле неизвестную, разрушать свою судьбу до конца срока «эксплуатации тела» высмеивается и даже осуждается. Хрупкое время, данное нам для проживания, не нужно убивать и ломать. Вот о чем была полная философии и отсылок притча «Штрих» группы Дайте танк(!).

Далее авторы продолжают заполнять свой сборник притчами, натыкая слушателей на песню «Пунктир».

Я тебя разбудил, извини

Угадай, в каком ухе звенит?

Солнце лезет в зенит

Нервы не помогают нам — успокой их

Ты опять угадала: звенит в обоих

А вокруг тишина и простор

Я пою, разжигая костёр у подножия гор

И пшеница колышется, как живая

И кружатся вороны, мне подпевая

Не помню, где мы взяли карту

Не знаю, как мы добрались до этих дивных мест

Не зря пунктиром обозначена тропа и красный крест

Оно должно быть где–то здесь

Я срываю малину с куста

И кладу тебе прямо в уста

Мы пришли неспроста

Ты всегда доверяла моим затеям

И сегодня мы крупно разбогатеем

Мы напьёмся воды из реки

Смоем пот и сожмём кулаки

В них пустые мешки

Мы назад их наполненными потащим

Чем–то дорогостоящим и блестящим

Не помню, где мы взяли карту

Не знаю, как мы добрались до этих дивных мест

Не зря пунктиром обозначена тропа и красный крест

Смотри, под камнем что–то есть

И, копая при помощи рук

Под землёй мы нащупали вдруг деревянный сундук

Я его открываю легко и резко

А на дне только маленькая подвеска

Я её аккуратно достал

И смотрю, как сверкает металл, обрамляя кристалл

Я стою и в растерянности немею

А потом надеваю тебе на шею

В песне «Пунктир» лирические герои не пытаются разгадать секрет мироздания, найти выход за пределы земной жизни и не взывают к смерти. Теперь ищут нечто невероятное, но не сокровенное, а роскошное, драгоценное, большое. «Я тебя разбудил, извини», – первых секунд в композиции проскакивает связь с другим хитом Дайте танк (!) из раннего альбома «Интим»: «Клад»: «Я сидел на кухне до утра, я не хотел тебя будить». Одна из идей этой песни заключалась в обличении пустой зависти: лирический герой не мог взять себя в руки и упорно стремиться к своим мечтам, а плакался, что «на том берегу трава зеленей, деревья выше». Эта строка в свою очередь отсылала к поговорке: «У соседа всегда трава зеленее», – намекающий на то, что зависть преследует людей, а лирический герой песни не может сделаться успешным из–за слабой силы воли, что уже говорит слушателям о скрытых смыслах песни «Пунктир». Лирический герой преображается, ему уже всё равно на мнение общества, которое в «Кладе» олицетворяла девушка с мужчиной («Не было ни ласки, ни объятий, ни засосов – ничего/ Ведь нас могли услышать»), которых не хотелось будить. Он готов покорять новые земли и разыскивать долгожданный клад, что свидетельствует о внутреннем преображении и переосмыслении лирического героя, даже его очищении. Первая фраза тоже может являться отсылкой на стихотворение А. А. Фета «На заре ты её не буди», как продолжатель истории «Клада». В стихотворении описаны страдания девушки из–за не пришедшего к ней возлюбленного. Ночью она отстраняется от проблем, забываясь, что помогает утром вновь почувствовать себя счастливой и живой. Но лирические герои Дайте танк(!) своими желаниями опрокидывают такую радость и наслаждение моментом. Предстает сбитая с толку картина – авторы проронили мимолетный намек на то, что суетливое стремление к слишком завышенным мечтам, грубая распланировка будущего, в плане занимающая корыстную позицию, вредит не только самому человеку, но и его близким. Ведь по сюжету песни лирический герой отправляется за кладом, как за богатством, о чем свидетельствуют строки второго куплета: «В них пустые мешки / Мы назад их наполненными потащим / Чем–то дорогостоящим и блестящим». Они доказывают завышенные ожидания лиричексого героя от событий. Но, «Пунктир» – притча о жизни и ее восприятии, следовательно, через такое описание поиска богатств авторы показывают к чему приводят завышенные ожидания от жизни.При чем типичность и нераскрытые личности героев обобщают их образы, что становится одной из особенностей жанра притчи: характеры героев обрисованы только поверхностно, а время и место действия не указывается. Да, авторы не предлагают слушателям узнать подробные описания о местности, не предлагают никаких названий и уточнений.

В следующей строке слушателей тоже встречает отсылка к советскому мультфильму «Карлсон вернулся», ставшему переложением знаменитой детской книге–трилогии шведской писательницы Астрид Линдгрен: «Малыш и Карлсон, который живёт на крыше», «Карлсон, который живёт на крыше, опять прилетел», «Карлсон, который живёт на крыше, проказничает опять»: «Угадай, в каком ухе звенит?<…> Ты опять угадала: звенит в обоих», – в одном из эпизодов няня Малыша Фрекен Бок слышит жужжание и не может понять, откуда оно. Причиной звона в ушах этой уверенной женщины, устрашающей многих детей, стал Карлсон, пародирующий Фрекен Бок, летая над ее головой. Няня спрашивает у Малыша: «В каком ухе у меня жужжит?» Тот шутливо подхватывает: «В левом!», – на что Фрекен Бок отвечает: «А вот и не угадал! У меня жужжит в обоих ушах». Такая отсылка тоже неслучайна и намекает на «слишком взрослую», не верящую в чудо или слепо видящее счастье только в успехе натуру лирических персонажей. Не зря она так противоположна по своей роли предыдущей отсылке, раскрывающей лирического героя с положительной стороны. Именно обоих, ведь по повествованию слушатель понимает, что проснувшаяся девушка уже несколько раз разгадала загадку партнера, что свидетельствует о схожести их восприятия мира, слишком зацикленном на себе и богатстве. Ведь если в произведении Астрид Линдгрен ребенок видел истинную причину жужжания, чем подчеркивалась душевная слепота опошленных жизнью взрослых, то у Дайте танк(!) звон в обоих ушах становится признаком общего согласия и схожести двух повзрослевших натур, пропаже детства. К тому же авторы косвенно демонстрируют (если рассматривать первую строку, как отсылку на песню «Клад») к чему приводит зависть: даже при переосмыслении себя, изменении в характере, идеалы лирического героя пошатнулись, он не хочет добыть клад ради чего–то действительно стоящего, например, помощи людям, а идет на этот шаг ради самоутверждения. Проводя параллель между занудной Фрекен Бок, не признающей по началу существование чудес, грез, искренности, и лирическими персонажами описываемой картины, создатели подчеркивают, что выбранным ими характерам соответствует та же типичность, желание казаться человеком, вышедшим из роскоши, что имеется у женского персонажа культовой книги.

В первом куплете описываются сборы персонажей на свою «миссию». Вероятно, девушка проспала, из–за чего сильно нервничает: «Солнце лезет в зенит», – то есть день уже в разгаре. Однако, этот стих заключает философский смысл. Середина дня пугает лирического персонажа, ведь знаменует отход от рассвета и приближение к закату, из–за которого можно не успеть осуществить свои планы. Если проводить параллель с реальной жизнью, то люди также боятся будущего, тревожатся от того, что не успеют осуществить свои идеи и тем самым лишают себя возможности полноценно наслаждаться этим даром, отчаиваются и сбиваются с пути. Особенно, если речь заходит о середине или другой части жизни, когда человека начинают одолевать мысли о кончине. Авторы через уста лирического героя доносят идею о том, как глуп такой экзистенциальный кризис: «Нервы не помогают нам — успокой их», – переживания излишни, они наоборот губят человека еще сильнее, отбирая драгоценное, хрупкое время. И как лирический герой отучает партнершу от отчаяния после каждой неудачи, вкладывая осознание, что все, что не сделалось, то уже не исправить, а значит не стоит зацикливаться, ведь нужно действовать в настоящем, также и слушатель должен уяснить эту простую спасительную истину. Тем самым, по началу, лирический герой представляется противоречивым человеком, а значит реальным и живым, что заявляет об аллегоричности последующих неживых образов. Так в повествование вступают образы пшеницы и вороны: «Я пою, разжигая костёр у подножия гор / И пшеница колышется, как живая / И кружатся вороны, мне подпевая», – первая в культуре имеет значение достатка, тоски по Родине, богатства, сытости, благополучия, надежды, привязанности. Следовательно, этим символом, авторы подчеркивают основную цель похода лирического героя, которая раскроется во втором куплете – нажива. В его душе теплится надежда на скорое обретение благополучия. Символ вороны же усиливает ее и выделяет главные черты характера лирического героя, неслучайно он ассоциирует себя с ними, подмечая, что те вторят его песне. В разных культурах птица означала не только неудачу или гибель. Так, в Древней Греции и Риме воронов считали птицами–предсказателями. Эта особенность указывает на остроумие героя, признак того, что в его идею о существовании клада можно верить. В Китае эта птица понимается как власть и процветание. В иудейской и христианской традициях ворон имеет двойственное значение. Ной первым выпустил из ковчега для поисков суши именно ворона, поскольку эту птицу наделяли умом и проницательностью. Также ворон стал эмблемой многих святых отшельников, так как носил для них пищу в места их уединения. Во многих культурах и духовных традициях вороны символизируют интеллект, находчивость, духовную проницательность. Следовательно, этими чертами можно наделить и лирического героя песни «Пунктир».

Авторы придают припеву роль раскрытия жанра притчи: «Не помню, где мы взяли карту / Не знаю, как мы добрались до этих дивных мест», – слушатель замечает, что место, которое ищут лирические персонажи не имеет подробного описания, что утверждает типичность описываемой ситуации, ее аллегоричный смысл. На самом деле, эта история на примере показывает, к чему приводят завышенные от жизни ожидания, планы. Желание овладевать богатством неестественно: оттого лирический герой не помнит ни где достал карту, ни как добрался до красочного места, – он действует так, как завещал кто–то мнимый, скорее всего, символизирующий в песне общественность: «Не зря пунктиром обозначена тропа и красный крест», – он надеется, что чужие мысли приведут его к истинному успеху, направят на нужную дорогу. В финале слушатели узнают, что он не ошибся, доверясь карте, однако ожидания его подкосятся и сильно изменятся. Интересно отметить, что по правилам композиции текста, основная часть припева песни «Пунктир» – экспозиция, то есть введение в действие, изображение условий, благодаря которым оно развилось. И только заключительный стих каждого из припевов соответствует настоящему времени в отношении лирического героя, описывая последующий ход действия, приближающий его к кульминации: «Оно должно быть где–то здесь».

Второй куплет встречает слушателей атмосферным описанием продолжения пути и символизмами: «Я срываю малину с куста / И кладу тебе прямо в уста», – в русском фольклоре малина символизирует сладкую вольготную жизнь без проблем и хлопот. Отсюда выражения «жизнь малина», «чтобы жизнь малиной не казалась» и тому подобное. Такой образ существования именно то, что ожидает лирический герой выудить из своего поиска сокровищ. Наделяя его действием класть в рот девушки плоды малины, авторы показывают, что тот готов разделить благополучную жизнь с ней. Так, в лирическом героем смешиваются корыстные и добрые цели, в глубине души это нежный человек. Контраст характеристики подчеркнут в следующих стихах: «Ты всегда доверяла моим затеям / И сегодня мы крупно разбогатеем», – уже напрямую заявляется о целях лирических персонажей. Нежность сталкивается с глупым завышенным ожиданием, верой, которую ослепила тяга к богатству. Слушатель постепенно разглядывает приятные задатки в лирическом герое, которые тот скрывает в глубине души. Вновь проглядывает позитивная сторона его характера: «Мы напьёмся воды из реки», – задорное атмосферное описание похода намекает на простоту и ребячество, так ценящееся в песне. Тем более в разных культурах вода символизирует жизнь и рост, духовное очищение, например, в христианстве, а в мифологии вода представляется символом знаний и мудрости. Все эти черты можно обнаружить в лирическом герое песни «Пунктир», он умен, расчетлив, а истинная мудрость, духовное очищение и рост проявят себя в финале песни. То есть вода отсылает на будущее состояние, подчеркивая мысль о благополучном влиянии природы на человеческое сознание. Однако, слушателей вновь поджидает контраст: образ чистой воды из реки сменяет пот, для многих противный, не ассоциирующийся с чем–то чистым и целебным: «Смоем пот и сожмём кулаки / В них пустые мешки / Мы назад их наполненными потащим / Чем–то дорогостоящим и блестящим», – то есть вода стала помощницей при насыщении и заполучения сил для дальнейшей трудной дороги. Лирический герой продолжает пусто мечтать о богатстве, он уже предвкушает сундук полный дорогостоящих блестяшек. И в припеве слушателям показывают, что, увлекшись, он не помнит, как и добрался до этих «дивных мест». Мысли о наживе затуманивают разум, поэтому родниковая вода перетекает в обыденные капельки пота, символизируя предпочтение лирического герой пошлого светского понятия об успехе реальной любви к природе и самой жизни. Пусты не только мешки, а как в «Мертвых душах» Н.В. Гоголя, сами персонажи, обескураженные ослепляющими, на деле же никчемными и разрушающими благополучное наслаждение, идеями. Но фраза о наполнении их «чем–то дорогостоящим и блестящим» касается и лирических персонажей тоже, указывая на их дальнейшее духовное развитие, вторя символу чистой воды.

Второй припев завершается подталкиванием к кульминации: «Смотри, под камнем что–то есть», – которая наступает сразу же. Интересно заметить, что камень является символом Высшей Реальности, символизирует стабильность, постоянство, прочность и надежность. Тем самым, снова отзываясь характеристики лирического героя и намекая на его дальнейшее преисполненность, осознание бытия.

В кульминации и развязке, то есть финале песни «Пунктир», раскрывается её смысл и значение для альбома: лирические герои заполняются «дорогостоящим и блестящим» наполнением. Сначала слушатель узнает, что «копая при помощи рук / Под землёй мы нащупали вдруг деревянный сундук», – лирические персонажи неслучайно капают именно руками. Такой метод олицетворяет их жадное, страстное желание поскорее заполучить найденный клад, поэтому они пренебрегают чистотой. Однако в этой же фразе раскрывается положительная черта их характеров: простота. Лирический герой многого ожидал от находки, но в итоге, все оборвалось в один миг: «Я его открываю легко и резко / А на дне только маленькая подвеска». Эта находка имеет огромное значение для создателей трека, заключает в себе назидательный смысл притчи. «Маленькая подвеска» – символ человеческой жизни, которую те так не ценят; а весь пройденный лирическими персонажами путь означал завышенные ожидания людей от собственной жизни, поворотов судьбы. Однако, они сами должны влиять на неё, ведь каждому дан выбор. В «Пунктире», на самом деле, ищут смысл жизни и истинных себя, которых лирические персонажи выдавали за богатство и невероятное сокровище ищут. На деле выпадает мелочь, однако красивая: «И смотрю, как сверкает металл, обрамляя кристалл», – лирический герой, осознает, что она и есть настоящее счастье, дороже всех сокровищ. Это подчеркивается антитезой: сундук открывается «резко», подвеска же достается бережно – «аккуратно», будто постепенно проявляя преображение мыслей лирического героя, его духовное очищение. Наконец, он окончательно понимает, что подвеска и есть та самая жизнь, тот смысл – счастье, скрывающееся в мелочах. Слушатели вновь обращаются к приему контраста: «Я стою и в растерянности немею / А потом надеваю тебе на шею», – сначала лирический герой недоумевает, но затем, неожиданно для многих надевает находку на шею партнерши, демонстрируя искренность своих чувств к ней и осознание, что истина кроется в простоте. Передавая вещь, которую он посчитал самой драгоценной в мире, не себе, а близкому, он подчеркивает душевную привязанность к девушке, не опошленную. Эта деталь становится разъяснением всех предзнаменовани об очищении лирических персонажей. Создатели карты оказались правы, вкладывая в нее такое значение. Лирические персонажи понимают, что вот эта цепочка — это то самое драгоценное, то есть счастье кроется в мелочах, вот что по–настоящему «дорогостоящее и блестящее». Эта аллегория одновременно воплощается в такую необычную притчу под названием «Пунктир». Образ «маленькой подвески» рассеивает и зависть, затронутую, как проблему косвенно. Неслучайно, в начале песни авторы подсовывают слушателям отсылку на композицию «Клад». Так, раскрывается идея, что завидовать попусту не стоит, ведь никто не знает, что действительно таит за собой субъект или даже объект зависти. Лучше стремиться самому добраться до своего истинного счастья, чем заглядываться на чужое. Вот почему лирического героя можно назвать очистившимся в глубине души: он не выкидывает подвеску, как ненужную вещь, а придает ей большое значение, вместе с ней предавая девушке свои чувства, взгляды, идеалы и любовь: «А потом надеваю тебе на шею». На самом деле сама слепая вера в существование клада была знаком остатков детства внутри лирического героя. Детская надежда на чудо столкнулась с опошленным сознанием взрослого и победила, открыв миру благородные качества души. Неслучайно, в начале трека благодаря просочился образ Малыша из книг о Карлсоне. А отсылание к социуму в первом куплете: «Не зря пунктиром обозначена тропа и красный крест», – показывает, что, с одной стороны мнение каждого человека индивидуально и обманчиво, с другой, демонстрирует особенности человеческой психологии: если кому–то что–то сказать, он всё равно переосмыслит идею так, как выгодно ему. Так, лирический герой подумал, что создатели карты закапали множество сокровищ, на деле это была маленькая подвеска. Только найдя ее, лирический герой переосмыслил идею создания карты: показать тем, кто ее найдет, что действительно ценно в жизни – мелочи. Неслучайно, музыкальное сопровождение у этой кульминационной строки практически никак не изменяется. Если в песне «Фамилия», «М», «Логика» мотив мелодии резко менялся, дабы выделить нужный фрагмент, то в «Пунктире» он соответствует предыдущим ритмам. Значит, эта ситуация не стала разрывом связи между природой и человеком, поворотным моментом, который изменил и перевернул весь душевный мир героя. Он просто повлиял на его становление, на развитие того, что уже было в его душе, просто спряталось за желанием нажиться. Теперь, когда оно ушло, эти чувства, благородные качества личности выступили вперёд.

Тем самым, авторы песни подчеркивают, что у них нет цели заставить слушателей полностью отречься от общества, а лишь донести, что выбор всегда будет оставаться за ними, просто иногда во внимание стоит принимать и мнение окружающих, вдруг оно окажется мудрым. К тому же, заблуждаться и ошибаться нестрашно, на это имеет право каждый. Главное вовремя обнаружить ошибку.

Таким образом, песня «Пунктир» группы Дайте танк(!) становится примером счастливого финала, который случился благодаря переосмыслению ценностей. Не нужно ожидать много от жизни, нужно ценить то, что имеешь и радоваться этому, словно ребенок. Как пелось в «древней» композиции «Государство»: «Я радуюсь, как радуются дети», – следовательно, для группы это значимая идея.

Далее сборник пополняется притчей «Рекурсия».

Я вижу сон о том, как я вижу сон

О том, как я вижу сон

О том, как я вижу сон

Я пишу стих о том, как я пишу стих

О том, как я пишу стих

О том, как я пишу стих

Я буду петь о том, как я буду петь

О том, как я буду петь

О том, как я буду петь

Пойдёт в альбом потом, как я буду петь

О том, как я пишу стих, о том, как я вижу сон (Сон, сон, сон)

Я по секрету вам шёпотом говорю:

Вещи существуют только, когда я на них смотрю

Повторю, я довёл этот навык до идеала

Оп, зажмурился и сразу вообще ничего не стало (Всё пропало)

Ни людей, ни истории, ни культуры

Поднял веки и по новой прогружаются текстуры

Любой из нас — набор из разноцветных точек

На большее не рассчитывал разработчик

И сколько по магистралям не колеси

Перед носом будут те же знакомые NPC

И сколько не броди над пропастью во ржи

За плечами будет клетчатый фон, как у png (Png)

Уходит цикл за циклом за циклом вечно будет так

Это вовсе не фича, а древний баг

О чём была моя притча — решайте сами

Надеюсь, это останется между нами

В завершение песни группы Дайте танк(!) «Рекурсия» авторы уточняют жанр стихотворения: притча: «О чём была моя притча — решайте сами». Значит, в финале слушатель узнает, что все произнесенное и описанное ранее – метафора на восприятие жизни. И жизнь эта современного человека, такое мировоззрение присуще в основном только ему, а не всему человечеству в целом.

Своей притчей авторы намекают слушателям на скоротечность, однотипность жизни, именно поэтому в ней нужно искать смысл и радость, хоть какое–то наслаждение. И прожигать её в бездействии – опасно. При этом сам принцип рекурсии – вечного повтора данных, внутри друг друга, показывает, что не стоит унывать: суета не спасёт ситуацию, следовательно, к любому делу стоит подходить методично. Однако, по большей части авторы задумываются о вечности, сравнивая еë с принципом рекурсии. Правда у них она принимает форму зацикленности. В таком случае повторения в начале композиции: «Я вижу сон о том, как я вижу сон / О том, как я вижу сон / О том, как я вижу сон», – не только демонстрация принципа рекурсии наглядно, но и самой вечности, в её представлении современным обществом. На вечность, заключенную в рекурсии намекает и эхо, составляющее музыкальную композицию трека. Оно преследует слушателя на каждой строчке, чем раскрывает упомянутый в притче принцип. Что только доказывает тесную взаимосвязь музыки и содержания в новом альбоме группы Дайте танк(!). Это также угнетение атмосферы: авторы показывают цикличность жизни, о которой скажут в финале: «Уходит цикл за циклом за циклом вечно будет так», – для них это одновременно пугающая, но правдоподобная истина, доказывающая, что судьба ничего не преобразит и не изменит сама по себе, ведь ключевой принцип бытия – цикличность, делающий жизнь однотипной. Значит, для того, чтобы жить, воплощая мечты в реальность, нужно делать что–то самим, а не ждать, когда с неба свалится чудо.

Тут же в припеве авторы признаются как им в голову приходят такие гениальные идеи для песен: снятся, из снов рождаются стихи, из стихов будут рождаться песни: «Пойдёт в альбом потом, как я буду петь / О том, как я пишу стих, о том, как я вижу сон». Можно обобщить это признаниа в одной теме – искусства. При чем употребление глагола «быть» в форме будущего времени намекает на мотив отложенной жизни, который присутствует во многих треках «Дайте танк(!)». Лирический герой пока лишь мечатет о том, как скоро будет петь о стихотворениях, в которых описано, как он видит сон… При чем ему важны именно действия: авторы не используют существительные сами по себе, мол, песня о стихах, стихи о снах. Следовательно, герою важно действовать, он хочет этого, и призывает слушателей бороться за свою скоротечную жизнь и счастье, употребляя в лексиконе именно глаголы. И возможно, эта последняя строчка припева: «…как я вижу сон…» – это обман разума слушателя, используя такую игру смыслов, авторы демонстрируют однотипное мышление человека, и то, что люди воспринимают информацию так, как выгодно им самим. Скорее всего многие слушатели восприняли эту строчку, как описание пребывания в спящем состоянии, когда человеку приходят сновидения, что совершенно логично. Однако, на деле, может быть авторы употребляют слово «вижу» в значении «понимать», «трактовать». Будто бы лирический герой признается, что пытается в своих стихах объяснить значение своего сна обо сне, а потом и песню об этом споёт. Такой смысл более метафоричный и позволяет наглядно указать на недочёты человеческого разума, настроенного эгоистично искони. Авторы будто играют с сознанием и восприятием информации слушателей. При чем темы эгоизма и искусства – основные из незаметных.

В песне они затрагиваются косвенно, однако играют большую роль в передачи мировоззрения авторов и художественного мира подтекста песни: на самом деле люди не видят дальше собственного носа, воспринимая всё только по своим ощущениям, а потому нам, жителям современного общества, когда изучена психология, а технологии по тихоньку вторгаются в быт, кажется, что весь мир – плод своего воображения. Рассуждая таким образом, мы не учитываем личности и судьбы окружающих, думая лишь о себе и в отношении себя: «Вещи существуют только, когда я на них смотрю...» Именно поэтому такое абсурдное утверждение как: «Повторю, я довёл этот навык до идеала / Оп, зажмурился и сразу вообще ничего не стало (Всё пропало)» – для лирического героя истина мироздания, так как он видит мир только в отношении себя, не учитывая существование, мнение окружающих, которых он называет NPC, что в компьютерных играх означает простую массовку, обычно это местные жители, прохожие и т. п., включённые для того, чтобы игра была реалистичной, правдоподобной. Ведь в реальной жизни мы не знаем каждого проходящего мимо человека, и для лирического героя, как и для большинства людей – прохожие ничего не значат, то есть человек другого человека воспринимает, как добавка к его жизни. Нам трудно представить, что мы есть друг у друга. Для авторов песни «Рекурсия» – это эгоцентризм, присущий каждому. Тема эгоизма позволяет раскрыть главную мысль об обыденности мира, а, следовательно, идею о том, что жизнь нужно обогащать нам самим, а не ждать подходящего момента.

Последующие строчки: «Ни людей, ни истории, ни культуры», – подчёркивают эту мысль, но более обширно. Помимо мотива эгоизма, идеи о том, что искусство было создано для нас и мы воспринимаем только то, что сами думаем или слышали, мнение окружающих мы сразу же не узнаем, авторы раскрывают, что, по их мнению, может быть после смерти. Такой взгляд на вечное искусство и историю, которые невечные смертные люди не смогут увидеть за гробом, а потому нужно творить хотя бы ради себя, слышен и в другой песне Дайте танк(!) – «Натуральное хозяйство». В ней пелось о том, что творчество будет существовать всегда, а вот культовых личностей – легенд уже не будет: «И мне слава не нужна, мама мне сказала/Творчество будет всегда, больше не будет легенд». Следовательно, творить нужно в первую очередь ради себя, не заботясь о чужом мнении, не откладывая все на потом, как делал лирический герой песни «Лучшее», с похожим мотивом отложенной жизни: «Если хватает терпения, не пиши — / Так обозначены творческие границы / И я не пачкаю клетчатые страницы / Пока слова недостаточно хороши». Тем более при такой скоротечной жизни, будто компьютерной игре. И если проводит параллель с другими синглами по концепции, то можно предположить, что такая необычная притча о мире, как программе побуждает слушателя творить и стараться жить свою лучшую жизнь, если та так скоротечна и неясна. При чем многие человеческие идеалы сильно искажены. А искусство – ключ к познанию мира, которое к сожалению уйдёт в небытие после потери человеком собственной личности.

Судя по строке: «Я по секрету вам шепотом говорю…», – и самой финальной из основной части: «Надеюсь это останется между нами», – можно предположить, что авторы песни не только философы, но они сами создатели этой вселенной, или по краней мере хотят таковыми казаться. Именно поэтому лирический герой «по секрету» рассказывает страшную тайну мироздания. В этом есть и доля эгоцентричных мотивов. Последняя строчка даёт слушателю чувство какого–то превосходства над другими. Будто он избран узнать страшную тайну, когда другие, видимо, её не понимают. Но какое право лирический герой имеет назначать кого–то выдающимися, а кого–то нет? Может ли он вообще причислять себя к создателям нашего мира, а не одной игровой компьютерной франшизы? Таким образом авторы и доказывают, при чем наглядно, что эгоизм присутствует в любой среде и всегда ходит за нами по пятам, не стесняясь демонстрировать слушателю свою уверенность, заявлять о знании тайны, которую мудрецы пытались разгадать тысячелетиями, наглядно изображать представления современного человека о мире. Эта же последняя фраза выражает и сожаление, даже опасение авторов песни из–за осознания, что общество не способно понять их взгляд на мир, сравнение его с программой, компьютером, хотя каждый человек видит жизнь лишь в отношении себя и наверняка задумывался, что мир – плод его воображения, что показывает и лицемерную, себялюбивую сторону человека, взращённую с ранних лет. При чем через сравнение с компьютерной программой, рекурсией и игрой авторы подчёркивают сильное влияние компьютеров и робототехники в постиндустриальном обществе. Настолько сильное, что человечество начало задумываться о мире, как матрице, воображая каких–то высших существ, искусственного интеллекта, принимать: «Любой из нас — набор из разноцветных точек», – за истину. Потому песня «Рекурсия» – плод изменений человеческого самосознания и принятия окружающего мира при новых обстоятельствах – появлении технологий. Авторы играют с людским разумом и чувствами, убеждая слушателей в собственной значимости и гордости: строки песни заставляют чувствовать себя лучше других, будто ты теперь знаешь тайну, которую никто никогда не знал и не разгадал бы сам, а слушатель избран кем–то невидимым, таинственным, он его доверенное лицо, умное и неповторимое, ведь ведает секрет мироздания.

В куплете также промелькает отсылка к роману Джерома Селинджера «Над пропастью во ржи»: «И сколько не броди над пропастью во ржи / За плечами будет клетчатый фон, как у png (Png)», – главная идея литературного произведения – неприятие лжи и неискренности. Главный герой видит идеал жизни в детском мире, где не царит лицемерие и цинизм. Название романа отсылает к его мечте стать «ловцом во ржи» – то есть тем, кто спасает детей, играющих в ржаном поле, чтобы они не упали в пропасть, символизирующую переход в суровую взрослую жизнь. Произведение гласит, что детей необходимо уберечь от опошленного мира взрослых. Однако авторы песни показывают, что доказывать людям истину бессмысленно – мир все равно продолжит оставаться пустым. У каждого свои ценности и мировоззрение. А спасти всех невозможно... Взгляд на мир, как создание компьютерных разработчиков, ярко выражено через эти стихи, ведь даже природа – всего лишь пиксили, подвластные и одновременно не очень, человеку. Лирический герой доводит самовлюбленность до предела: он уже посягает на флору и фауну, при чем усмехаясь роману Джерома Сэлинджера, выпячивая свои взгляды и идеалы.

Но что хотели сказать авторы игрой смыслов, сознания и слов? Скорее всего и если проводить связь с другими синглами, то основная идея песни: принятие чужих мнений, взглядов на окружающие вещи и мир, людям нужно научиться рассматривать разные точки зрения, а также подмечать любые мелочи, докапываться до истины ы бытовых вопросах, но не отчаиваться, если что–то не удаётся, ведь прохожие – NPC, которые не смогут ничего дурного сделать, забудут об оплошности другого, а природа – то, что нужно понять и принять, любить еë любой. Главное помнить, что жизнь всего одна, нужно ценить её и себя, не ограничивать способности, ведь искусство, творчество – лучшие лекари и в нашей однообразной рутине нужно вырываться из зоны комфорта, жизнь разнообразится только благодаря нашим делам, стараниям, выбору и попыткам. «Рекурсия» – это и отражение сознания современного человека, метафора на новое восприятие жизни.

В следующей песне под названием «Эфир» обозначается один из лейтмотивов альбома «Хрупко» - наслаждение жизнью. Лирический герой натыкается на истину во время одного опоздания.

Я опоздал, выбирал, что надеть, и увлёкся

Почему-то все в поясе жмёт

Потом ещё кот на колени улёгся, но он не в счёт

Я Шёл вперёд, перепрыгивал через ступеньки

Будто из Шаолиня монах

Однако забыл сигареты и деньги в других штанах

Вернулся в дом назад по лестнице шагал уже с трудом

Это не повторится, это не повторится

Время летит, как птица, прямо за горизонт

Правила помнит каждый, и мы не увидим дважды

Даже совсем неважный прожитый эпизод

Я так спешил, но трамваи меня обогнали

Мои помыслы были чисты

И угол я срезал по диагонали через кусты

Через пустырь. За спиной говорили ну что ж вы

Я ответил какую-то чушь

Пока ополаскивал обе подошвы в одной из луж

И вдоль дорог на солнце сохли отпечатки мокрых ног

Это не повторится, это не повторится

Время летит, как птица, прямо за горизонт

Правила помнит каждый, и мы не увидим дважды

Даже совсем неважный прожитый эпизод

Я вам не вру. Назовём это все форс мажором

Я искал покороче маршрут, а он проходил по району

В котором есть парк и пруд

На 5 минут я прилёг у воды на лужайке

И уставился на небеса, понюхал цветок

И, спросив хозяйки, погладил пса

И вместо дел я кое-что по настоящему успел

Ведь это не повторится, это не повторится

Время летит, как птица, прямо за горизонт

Правила помнит каждый

Мы не увидим дважды, даже совсем неважно прожитый эпизод

Ведь это не повторится, это не повторится

Время летит, как птица прямо за горизонт

Правила помнит каждый

Мы не увидим дважды, даже совсем неважно прожитый эпизод

Это прямой эфир

Это прямой эфир

Это прямой эфир

Это прямой эфир

Вышедшая 7 февраля 2025 года песня «Дайте танк(!)» «Эфир» – это история одного особенного опоздания. Лирический герой, начиная свой рассказ сразу открывает слушателю свою маленькую неудачу, грешок. Но с какой верной честностью он говорит об этом прямо и без отговорок: «Я опоздал», – даже музыка соответствует уверенности лирического героя в своих словах, будто что-то взрывается, будто кулак ударяет по столу, но без излишней дерзости, и льстивой стыдливости: просто, четко и понятно заявляет о случившемся. Мимолетная пауза и он продолжает откровенно, не привирая, тут же объяснять по-юношески ветреную причину сложившейся ситуации: «...выбирал, что надеть, и увлёкся». Когда же стенания лирического героя об одежде заканчиваются он принимается рассказывать о своей походке, тоже по-детски необычной и кипящей: «Я Шёл вперёд, перепрыгивал через ступеньки / Будто из Шаолиня монах» - ритм ускоряется, становится очень задорным, быстрым, веселым, соответствуя лирическому герою, прыгающему по ступенькам лестницы, привирающему ее в свою игрушку. Интересно отметить, что Шаолинь – один из самых известных буддистских храмов в Китае.

Здесь учат боевым искусством и основная задача монаха — это совершенствование души и тела, поэтому надо тренироваться ежедневно и регулярно не отвлекаясь от тренировок. Можно предположить, что такие монахи очень сильные, резвые, ловкие. К тому же Шаолинь располагается на священной горе Суншань. Проживание в горной местности уже заявляет по крайней мере о силе ног и воли, которыми желает обладать лирический герой, сравнивая себя с таким монахом. Но после фразы, олицетворяющей главную неудачу и демонстрирующей основные ценности молодого человека – сигареты ставятся на первый план, что только подчеркивает юношеское расположение духа, когда извечные вопросы не интересуют так сильно, как могли бы: «Однако забыл сигареты и деньги в других штанах...» - ритм сбивается, становится тяжелее, медлительнее, угрюмее, чем соответствует последующим словам: «Вернулся в дом... назад по лестнице шагал уже с трудом». Музыка умело и виртуозно связывается с текстом. Это можно воспринимать как намек на то, что в жизни любая мелочь, будь то дуновение ветра или помощь близкого, или распустившиеся листья способны повлиять и подстроиться под нас, а значит всё создано не просто так. Также, такая резкая смена ритма с веселого на усталый, пессимистичный, объясняется своей метафоричностью. Её можно рассматривать как скрытое сравнение с жизнью человека: первые строки под более энергичное музыкальное сопровождение – молодость, полная жизни и сил, а финал куплета – старость, сопровождающаяся болезненной усталостью, но не желанием сдаваться. Это соответствует главной теме произведения: скоротечность времени. Будто бы жизнь пролетела также, как и мелькнула скорость музыки. Всё: дом, город, одежда, - остаются на прежних местах, такими, какими они и были, изменяется лишь лирический герой. Теперь то герой и приступает к осознанию смысла жизни, поиску средства как справиться с ускоренным ходом времени.

Сделанные наблюдения лирический герой излагает в припеве, который он начинает с оправдания: «Это не повторится», – которое, при чем, перерастает в часть философии героя и его автора, ведь привычка оправдываться не соответствует истинному характеру лирического героя, с которым слушатель ознакомился в первом куплете, то есть которому присущи такие благородные черты, как честность и искренность. А в последствии слушатель осознает, насколько важно герою оставаться самим собой. Ведь это самое «оправдание» - мысль о том, что каждое прожитое мгновение особенно, а потому ценно. Он трактует недавно им пойманное правило жизни, так он его именует: «Правила помнит каждый, и мы не увидим дважды / Даже совсем неважный прожитый эпизод» – лирический герой сожалеет что запомнившиеся, особенные для него моменты, даже такие мелочные, как история одного опоздания, больше никогда не повторятся, а все новые, свежие эмоции уже пережиты. Через историю с нелепым опозданием, свойственным больше ветреным юношеским душам, лирический герой показывает, что даже в трудных, неловких ситуациях не стоит отчаиваться. Не ради этого живём. А потому стоит сохранить себе самого себя, каким бы «маслом масленым» это ни было, чтобы жизнь продолжала до конца оставаться красочной, насыщенной, чтоб не потерять преданные воспоминания, дающие опыт и светлую грусть ностальгии, которая в лирике «Дайте танк(!)» является важным мотивом (повторяющийся элемент, тема, образ или идея, которые присутствуют в произведении и играют важную роль в его структуре и значении). Автор подбирает ко времени точное сравнение: «Время летит, как птица, прямо за горизонт,» – оно свидетельствует о его скоротечности и является косвенным намеком на то, что не стоит переживать из-за пустяков, раз жизнь и так очень коротка.

Второй куплет полностью посвящен описанию чудесного утра, встретившего спешащего лирического героя и благодаря нему, слушатель узнает новые подробности его истории. Однако герой, отличается от всех опаздывающих своей наблюдательностью. Чего стоит фраза, завершающая второй куплет чудесной мелодией, которая будто бы кричит сама по себе, что всё еще будет хорошо, наш ждет светлое будущее, если мы научимся ценить настоящее: «И вдоль дорог на солнце сохли отпечатки мокрых ног». Но как лирический герой пришел к мокрым подошвам? Сначала – не успел на трамвай. При чем утверждая это со смягчением собственной вины: «Я так спешил, но трамваи меня обогнали», - помещая свой образ в «пассивный залог», то есть утверждая, что это не он отстал от какого-нибудь трамвая, а они его неким образом облапошили, снимает с себя вину и накладывает на эту ситуацию свой особый философский смысл: современный мир прожигает жизнь в вечной спешке, суете, но эти слова по определению не могут содержать в себе причину опоздания, следовательно, виноваты косвенные предметы. Эта подробность оборачивается иронией над современностью. Люди, несмотря на то, что всегда сильно торопятся, всё равно не успевают. Но из-за смешения спешки и итогового разочарования не успевают жить.

При чем интересно отметить, что раньше, авторы старались использовать в текстах именно самоиронию, но в «Эфире» слушатель видит в лирическом герое – пример идеала, открывающего глаза человечеству. «Мои помыслы были чисты», – можно трактовать, как мимолетную отсылку к предыдущим альбомам, а особенно к «Интим» и песне из «Сохранить как» под названием «Из земли», где можно встретить строку, ставшую уже крылатым выражением: «У меня грязные мысли, у тебя холодные руки».

Смыслы этих сборников крутились вокруг мрачных, часто порочных предметов и характеристик, которые либо высмеивались, либо просто осознавались и утверждались, ибо того было достаточно, либо оспаривались, но в любом случае, «Эфир», несмотря на всю скрываемую в себе печаль, невероятно светлая, уютная и летняя композиция, прославляющая какой-никакой, а оптимистичный настрой с помощью сожаления и меланхолии, пессимистичных мотивов.

Следующие строки тоже незаметная ирония над обществом – точнее, над такими людьми, которых чужая жизнь волнует и интересует больше, чем своя, но чаще всего не из добрых, милосердных, альтруистичных побуждений, а вредной привычки совать нос не в свое дело. «За спиной говорили ну что ж вы / Я ответил какую-то чушь / Пока ополаскивал обе подошвы в одной из луж», - своим ответом лирический герой противостоит социуму, который укоряет его за такое безвредное действие, как ополаскивание грязных ботинок в лужице. Герою предстоял путь с препятствиями – кусты, пустырь; вероятно он запачкался, а зачастую, грязная лужа бывает чище липкой из-за утренней росы земли. Он даже не помнит, что ответил – «какую-то чушь», тем самым производит удар по общественным принципам, демонстрируя, что его ситуация волнует не в плане испачканной обуви, а прелести и красоте нашего мира, утреннего города, в то время как прохожие озабочены неопрятным состоянием его ботинок. Для них заданный ими вопрос важен, для лирического героя не имеет абсолютно никакой значимости. Это «какая-то чушь». Эта фраза относится не только к ответу, но и к укору: «Ну что ж вы?».

Третий куплет встречает слушателя новой уверенной фразой: «Я вам не вру», - в которой есть доля обиды и разочарования, ведь лирическому герою не верят, сомневаются в его словах. Но почему? Вот что действительно горько: люди, помешавшись на суете, забыли о настоящем счастье. Вот о чем сожалеет лирический герой. Всё настолько плохо, что люди уже не помнят какого это – радоваться мелочам, а потому воспринимают рассказ опоздания, как блеф, абсурд и бред! Потому он и прибегает к новому мелкому оправданию, чтобы побыстрее разгладить шок услышавших: «Назовём это все форс мажором». И после этих слов слушателя ожидает прелестная, чудная история об общении человека и природы. Лирический герой намекает, что всё в нашем мире неслучайно и имеет смысл: «Я искал покороче маршрут, а он проходил по району / В котором есть парк и пруд», - из-за проблем с дорогой он опаздывает, но благодаря им же находит нечто важное для себя – истинное счастье, душевную гармонию и благополучие. Он отдает дань благодарности природе, открывшей ему глаза на мир: «На 5 минут я прилёг у воды на лужайке / И уставился на небеса, понюхал цветок / И, спросив хозяйки, погладил пса». Лирический герой призывает ценить каждый миг. Для него любое событие важно, а потому стоит даже самую мелочь воспринимать как дарование жизни, ведь из них состоит само существование и мир. Это подчёркивает фраза: «И вместо дел / Я кое-что по-настоящему успел», - ставшая смысловым центром произведения. Лирический герой успел восхитится природой, вдохнуть жизнь и остаться довольным, свободным от общественного мнения. И это намного важнее всей суеты, в которой очутились люди, да и в принципе человечество. Пока все тонут в спешке, не понимая, как жить и что делать, лирический герой «Эфира» на шаг впереди – осознал важные и ценные вещи. Он смог спастись и выбраться из порочного круга, вдохнув свежего воздуха, ощутив себя живым, а не существующим. «Дела», которые так стараются исполнять окружающие для лирического героя смешны, из-за их суетливого происхождения, никчемного, помешанного. Истинное дело – наслаждение моментом, жизнью, вот что точно не прожигает жизнь – мысли, рефлексия, самосознание и познание мира.

«Прямой эфир», к которому воспевает лирический герой в финале произведения – символ всей нашей жизни. Прямой эфир сам по себе, в привычном понимании – это трансляция, происходящая в настоящем времени, то есть в жизни, но, следовательно, и жизнь можно назвать прямым эфиром. Вот такая игра смыслов встречает слушателей в завершении трека. Она подчеркивает важность ценности каждого момента, ведь любая секунда по-своему особенна и неповторима. Моменты нельзя прожить заново, как бы «пересмотреть», а лишь вдыхать их в настоящем и со светлой грустью ностальгировать по этим воспоминаниям в будущем.

То есть, авторы через историю одного опоздания призывают слушателей не отчаиваться в трудный момент, даже не сожалеть о потраченных годах, ведь тратить на это время – убивать и прожигать собственную, такую ценную и неповторимую жизнь. Стоит обратить внимание на мелочи, природу, себя, как свободную личность, заниматься тем, что приносит пользу душе, а не извечная, удушающая суета.

В другой же песне альбома «Хрупко» – «Сюрприз» авторы наоборот демонстрируют неудачную концовку из–за неудачной жизненной позиции.

Мы заглянули на вокзал во время пурги

У нас безумные глаза, а под ними круги

А изо рта клубится пар, как дым от сигар

Бледную тонкую кожу мог бы украсить загар

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Мы смутно помним, как пахнут волны

И треплет волосы бриз

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Давай устроим ему сюрприз

Для нас обоих мы найдём жильё на скале

Как на обоях на моём рабочем столе

Ты так отвыкла от тепла, забудь про дела

После заката будешь купаться в чём мать родила

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Мы смутно помним, как пахнут волны

И треплет волосы бриз

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Давай устроим ему сюрприз

Но снег растаял и потёк с дождём пополам

На лёд насыпали песок, пойдём по домам

И не такие уж у нас круги возле глаз

Знаешь, наверное, лучше всё–таки в следующий раз

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Мы смутно помним, как пахнут волны

И треплет волосы бриз

Мы редко видимся, редко видимся

Редко видимся с морем

Давай устроим ему сюрприз

Сюрприз

Песня «Сюрприз» стала одним из примеров произведений группы, в которых присутствует лейтмотив отложенной жизни. Она тоже обогащена образами–символами, но они достаточно просты для понимания слушателей, практически сразу сюжет улавливается, что подчеркивает типичность описываемой ситуации. «Мы заглянули на вокзал во время пурги», – вокзал в приведенном случае олицетворяет желание сменить обстановку – уехать из места пребывания, это рвение высвободиться из суеты к мечте. Образ безумных глаз в следующей строке поясняет, что такая «хотелка» вызвана усталостью от суеты, эта тема настигает слушателя и в песне «Сюрприз»: «У нас безумные глаза, а под ними круги», – такое описание лица соответствует внешности не выспавшегося человека, пребывающего несколько дней в стрессе, оглушенного внешним шумом. Также, уточнение о «кругах под глазами» напоминает другую композицию Дайте танк(!) из альбома «См.рис.1»: «Спам». В ней тоже промелькнул образ синяков под глазами: «Это такие синяки или тени для век?» – вопрошает лирический герой. Ее основная мысль заключается в идее о том, что не стоит озабочиваться мнением окружающих, да и в принципе некоторыми жизненными факторами, лучше делать то, что действительно приносит радость. Эта проблема затрагивается и в новом альбоме «Хрупко». Теперь, в «Сюрпризе» лирический герой встает на место того, к кому обращались в «Спаме». Он будто хочет послушаться совета: изменить свою жизнь и уехать. По фразе: «А изо рта клубится пар, как дым от сигар», – слушатель понимает, что действие разворачивается зимой, в мороз. Выбор времени года оправдывает усталость лирического героя: человеку невыносимо от длительного отсутствия тепла («...ты так отвыкла от тепла...»), потому, хочется перебраться в жаркие края, о чем слушатель узнает из припева. Сравнение пара с дымом от сигар напоминает детские шутки, маленькие игры с выдыханием на морозе, при котором молодежь прикидывается курящей. Отсылание к детству и детской простоте присутствует во многих песнях группы, особенно альбома «Хрупко», однако в данном случае авторы демонстрируют другую сторону такой особенности характера, уже не делающей человека счастливым. Это раскроется в финале композиции.

В припеве же слушателю докладывается о неимоверной скуке лирического героя по морю: «Мы редко видимся, редко видимся / Редко видимся с морем / Мы смутно помним, как пахнут волны / И треплет волосы бриз», – само по себе море в песне «Сюрприз» становится олицетворением тех желаний и идей, что люди откладывают на потом, а после и вовсе не исполняют. Ведь с наступлением весны, о которой свидетельствует третий куплет, посвященный описанию оттаивающей, пробуждающейся природы: «Но снег растаял и потёк с дождём пополам / На лёд насыпали песок, пойдём по домам», – снег постепенно покидает местность, образуя ручьи, его заменяет дождь. Лед, образующийся за счет ночных заморозков приходится посыпать песком, чтобы жители не поскальзывались утром. Именно тогда лирический герой предлагает девушке покинуть вокзал и вернуться домой. Скорее всего морозную ранней весной ночь они провели именно среди поездов, в период завершающей зимнее время, не желающее сдаваться и отступать, пурги. Оттого они не могли уснуть и уставшие мечтали об отдыхе. Своим предложением лирический герой прерывает мечтания, замечая, что их родная природа оживает, он вновь откладывает отпуск «на следующий раз»: «И не такие уж у нас круги возле глаз / Знаешь, наверное, лучше всё–таки в следующий раз», – эти строки отражают привычку подбирать выгодный, лучший момент, когда можно воспользоваться «шансом» исполнить мечту. Видя, что погода идет на «поправку», лирический герой оправдывает и синяки, и уставшее состояние, и считает, что пока не стоит давать волю своим идеям. Сожалению авторов песни, их иронии над такой жизненной позицией и поведением соответствует музыкальное сопровождение: ритм будто обламывается, превращаясь в неожиданные, необычные звуки, демонстрируя настроение разочарования из–за резкого отречения от обещанного. Следовательно, с помощью отсылки на «Спам» создатели песен раскрывают другую особенность человеческой психологии: его судьба зависит от его выбора, он должен сам осознать, что действительно важно для него, и советы в данном случае не сильно помогут. Ведь лирический герой «Сюрприза» не прислушался к советам своего «коллеги». Детскость же принимает характер пустых обещаний и глупой неспособности принимать решения. Так, авторы не идеализируют детскую натуру, отображая в альбоме как позитивные стороны оптимизма, простоты и доверчивости, так и негативные.

Стоит вернуться к второму куплету композиции «Сюрприз». «Для нас обоих мы найдём жильё на скале / Как на обоях на моём рабочем столе», – такое сравнение свидетельствует об ограниченности лирического героя. Он отвык не только от тепла, но и реальности, что приводит к завышенным ожиданиям, романтизации, абсурдным мечтам. Создатели песни косвенно намекают на нехорошее влияние социальных сетей на современного человека: смотря, на жизнь других, на подделанные в фотошопах картинки из интернета, на чужой успех, в нем рождается зависть, неприязнь к своей реальности и окружающему миру. Поэтому и лирический герой «Сюрприза» желает, чтоб отпуск проходил так, как изображено на рабочем столе компьютера, ведь это ассоциируется с успехом, приятностями, развлечением, классным путешествием. Можно сказать, что такая ограниченность мировосприятия становится одной из главных причин откладывания жизни на потом, поиска самых благополучных условий. Подсознательно человек боится не соответствовать картинке, разочароваться и столкнуться с реальностью, что приводит не к наслаждению тем, что есть, а к тревожности и страху. Лирический герой дает пустые обещания девушке: «Ты так отвыкла от тепла, забудь про дела / После заката будешь купаться в чём мать родила», – закат в приведенном стихе может символизировать опоздание, вызванное откладыванием желаний на «завтра». Сюжетно же, лирический герой сочиняет находящейся с ним женщине о романтичной атмосфере на теплом море, где она будет купаться, когда захочет и как захочет. Выражение «в чем мать родила» синонимично значениям «голый», «нагой», «обнаженный». И когда все эти слова оказываются пустыми, бесполезными, невыполнимы, обещаниями, в миг улетучившимися, слушателя захватывает разочарование. Лирический герой подводит не только себя, но и близкого ему человека. Тем самым, создатели трека косвенно затронули тему эгоизма. Однако, она раскрыта не только через мотив жалких обещаний. Все припевы завершаются строкой: «Редко видимся с морем / Давай устроим ему сюрприз», – лирический герой формулирует предложение так, будто это не море приносит ему пользу, а он исполняет пожелание моря, выпячивает себя, акцентирует на своей фигуре внимание. Боится ли он признаться себе, что море необходимо ему, доставляет удовольствие и радость, и оттого прячется за образом сюрприза?

В любом случае, сюрприз не удался. Авторы трека высмеивают пустые обещания, откладывание желаний на потом, поиска лучшего, подходящего времени, которое никогда не наступает... Они показывают обратные стороны многих идей, высказанных ранее, ища, тем самым, золотую середину. Эта песня также, как и предшествующие, относится к жанру притчи. Ведь она соответствует многим её признакам: неясность действия, личностей персонажей, то есть неизвестно, где оно происходит, когда и с кем именно. Что самое главное, так это нарицательный смысл, изложенной в несколько саркастичной форме, но представленный реальной ситуацией. Разочарование, испытываемое слушателями в конце, призвано открыть глаза на реальность, заглянуть внутрь себя, простить самого себя и наконец–то решиться исполнить мечты, если возможность есть, или хотя бы пойти им навстречу, сделать что–то, что поможет им осуществиться в будущем. Время – загадочная вещь, хрупкая, и трата его на неисполненные обещания возмущает.

В следующей песне «Гармония» лирический герой переосмыслил ценности и идеалы. Теперь он пытается изменить себя и в особенности мир вокруг себя.

Смотри, как я отсортировал книги по алфавиту

И по стаканам расставил карандаши

Правда, мысли тяжелее привести к общему виду

Ведь уборка не процесс, а состояние души

Не шевелись и не дыши

Гармония появилась и пропала, как молния

Почему её так мало?

Остыл её след, а там только выжженная земля

Я не жалел ни диезы, ни бемоли

Но не сумел удержать её в неволе

Теперь её свет я, словно живой скелет, повсюду разыскиваю с нуля

Если я нужен тебе, ищи меня в чистом поле

Я акварелью подкрашиваю траву

Я люблю свою работу за иллюзию контроля

И возможность не задумываться, для чего живу

Я вижу чудо наяву

Гармония появилась и пропала, как молния

Почему её так мало?

Остыл её след, а там только выжженная земля

Я не жалел ни диезы, ни бемоли

Но не сумел удержать её в неволе

Теперь её свет я, словно живой скелет, повсюду разыскиваю с нуля

Теперь её свет я, словно живой скелет, повсюду разыскиваю с нуля

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Всё совершенно несовершенно

Слушатель сталкивается с лирическим героем – перфекционистом – желающим, чтобы все в мире существовало гармонично, идеально: «Смотри, как я отсортировал книги по алфавиту / И по стаканам расставил карандаши», – однако цель его работы усложняется в понимании. Раньше герой жил в рутинном мире, делая то, что привык, но, осознав сущность бытия, ему хочется приблизиться к своему идеалу – человеку, который живет в спокойствии и гармонии с миром и вновь окунает себя в другую рутину... Спокойно жить становится тяжело. Ведь мысли о не совершенности окружающих вещей пугают, лирический герой опасается вернуться в прежнее бессмысленное состояние. Оттого он занимает себя работой, по сути не приносящей пользы, лишней уборкой, лишь бы удовлетворить даже не свою прихоть, а сбежать от устрашающего дисбаланса в системе мироздания, лишь бы обрести какую–то твердую опору, дающее право расслабиться. Но такой побег от реальности приводит к самообману. Человек внушает себе счастье, а на деле прожигает жизнь в поиске того, что невозможно в рамках земного существования. В следующей строке лирический герой оголяет свои опасения: «Правда, мысли тяжелее привести к общему виду», – на деле он запутался в себе и потому верит, что восстановление идиллии во внешнем мире как–то повлияет на внутренний. Однако замечает собственное подсознательное разочарование в способе достижения далекого идеала. Вообще, песня «Гармония» построена на обнажении страхов, герой начинает признаваться себе в недостатках выдуманной системы и, преодолевая оправдания и поглощающий ужас о самокопании, рвется к истине, отдалившейся от него с началом грубого контроля окружающей среды. Лирический герой отмечает, что привести в порядок стоит сначала себя, но его тело будто до последнего пытается отрицать эту идею. Этот человек страшится проблемы, обозначенной в предыдущих треках и основной мысли альбома «Хрупко»: потеря времени. Однако из–за тревожности он убивает его еще сильнее, к тому же мучает себя. Побег от реальности затормаживает развитие еще больше. Герой пытается обрести невозможное, независящее от него: гармонию. Однако, истинная душевная гармония – смирение с тем обстоятельством дел, какое есть уже. Лирический герой открывает самому себе то, что так боялся увидеть, те потайные уголки сознания, и это наталкивает его на правдивые, реалистичные идеалы, способные уберечь от ужасающего убийства дорого ресурса. «Ведь уборка не процесс, а состояние души», – так оправдывается неспособность привести спутанные мысли в порядок. Образуется некий оксюморон, ведь по сути, когда уборка – душевное состояние, дела должны обстоять наоборот. Но не в случае лирического героя композиции «Гармония». Он так сильно увлечен страстью восстановить идиллию, что забывает о реальности, уборка оборачивается опасностью. Пребывая в вечных попытках очистить, упорядочить окружающую среду, человек погружается в выдуманную вселенную, созданную им, то есть замыкается в себе, затачивает себя в замке идеалов, главное правило которого: «Не шевелись и не дыши», – значит, кори за любую оплошность, запрещай даже базовые действия. Вот какого состояние души лирического героя. К тому же, состоянием души обычно называют такие возвышенные ценности, как любовь, счастье и т.п. – следовательно, лирический герой не понимает или даже подсознательно боится разбираться в этих понятиях, по сути составляющих сущность бытия, ведь они способны разрушить его внутренний домик, в котором тот спрятался и который собирается по ровным, одинаковым, идеальным кирпичикам, аккуратно, с опаской. Для него уборка – то есть вечный поиск гармонии, совершенно бесполезный в рамках мира смертных, – душевное состояние.

В припеве лирический герой сокрушается о том, что гармонию не получается ухватить и обрести навсегда: «Гармония появилась и пропала, как молния / Почему её так мало?», – он замечает, что обрести её невозможно, но признать это страшно, ведь тогда придется до конца обнажить ужасающую реальность – безостановочно улетучивающееся время. Чтобы обезопасить себя, успокоиться, им задан риторический вопрос, на который подсознательно ответ он знает: потому что её нет, – но признать боится и оформляет его в некую загадку, якобы еще не разгаданную человечеством. Так, он даже оправдывает собственные бессмысленные пробы навязать её хотя бы себе. Далее фразеологизм: остыл след, приобретает метафоричное значение: «Остыл её след, а там только выжженная земля», – оправдания продолжаются: гармония сбежала. То есть её поиски привели к потере времени – убийству времени, опустошению лирического героя, именно это олицетворяет образ–символ выжженной земли. Он вновь сокрушается: «Я не жалел ни диезы, ни бемоли», – через эту фразу слушатель может узнать, что лирический герой прибегал к помощи искусства, надеясь удержать гостью в выстроенном домике. Но все, что создано человеком, по природе своей дисгармонично. Это группа Дайте танк(!) подтверждает в аутро: «Всё совершенно несовершенно», – здесь авторы сталкивают слушателей с игрой слов. С одной стороны, этот стих представлен упреками в никуда, вырывающихся из уст лирического героя: он будто плачет, что все вещи абсолютно несовершенны, и это заставляет его биться в отчаянии от осознания, что исправить их вряд ли получится. С другой стороны, это та самая истина, которую он обрел благодаря обнажению страхов: даже во всех идеальных, совершенных вещах можно найти дисбаланс, уродство, а потому переживать и тревожиться из–за этого глупо, это наоборот еще больше разрушает понятие о гармонии. Неслучайно, в интервью, данному Яндекс музыке, создатели песни выделили эти стихи как основную мысль всего альбома. Именно поэтому, даже искусство неспособно помочь человеку обрести гармонию, ведь создано им же и, не смотря на всё свое совершенство. Диез – это знак альтерации в музыке, который говорит о повышении ноты. Бемоль – знак альтерации, обозначающий понижение стоящих справа от него нот. То есть вместе они представляют противоположные по значению понятия из музыкального мира. Следовательно, авторы вталкивают антонимы в текст, чтобы подчеркнуть не только некоторую «слабость» искусства, но и разные методы, применяемые лирическим героем в поиске гармонии. При чем ни один так и не подошел, что только усиливает невозможность добиться её: «Но не сумел удержать её в неволе», – лирический герой признается, что в своем замкнутом мирке он также не обретает долгожданные идеалы, ради которых так старается. Значит, душевная гармония – это смирение с ее отсутствием, то есть отдача ей свободы. Но лирический герой придет к этому осознанию только в завершении песни. Пока же он: «Теперь её свет я, словно живой скелет, повсюду разыскиваю с нуля», – без обретения гармонии чувствует себя подавленным, истощенным, недаром авторы используют для описания его образа сравнение «словно живой скелет». Будто баланс должен придать человеку внешнюю оболочку, но лирический герой не понимает, что тот самый свет внутри него – его душа, сознание. И он вновь принимается за поиск невозможного. В приведенном сравнении кроется отсылка к песне Дайте Танк(!) из альбома «См.рис.2»: «Живые», где основным образом стали «живые мертвецы», существующие за счет чужих представлений о них. Следовательно, лирический герой «Гармонии», выходя из своего идеального «гнездышка» вновь погружается в старый суетный мир, в котором тоже не находил уюта и спокойствия. Разрушенный дом приходится выстраивать заново, что говорит о регрессии и пустой трате драгоценного времени.

Во втором куплете авторы продолжают раскрытие проблемы о бесполезности поиска невозможного и исправлении необратимого: «Если я нужен тебе, ищи меня в чистом поле / Я акварелью подкрашиваю траву», – не указано зачем именно лирический герой подкрашивают траву, но можно предположить, что скорее всего это метафора на старение, а точнее страх перед увяданием тела, словно растений осенью. Он пытается вернуть упущенное время действиями, которые только усугубляют ситуацию из–за своей бестолковости, а не наслаждается оставшимся, данным. Так, авторы отражают и бессмысленность возвращения гармонии, ведь она будет продолжать исчезать, мелькать, как молния: трава все равное сделается рано или поздно пожухлой, в этом тоже стоит найти свои прелести, принять как должное, а не отчаянно пытаться предотвратить естественный процесс. То же происходит и в тревожности перед старостью. Смириться – единственный выход провести её счастливо, пребывая в наслаждении и благополучии. В следующих же строках лирический герой вновь обнажает подсознательный мир: «Я люблю свою работу за иллюзию контроля», – он даже смело и дерзко называет свои идеи иллюзией контроля, оголяя правду. Поиском гармонии он прикрывает реальный страх перед сознанием бытия и смерти: «И возможность не задумываться, для чего живу». Хотя бы что–то делая, ему кажется, что мир становится лучше, по крайней мере его духовный, а время не проходит даром, ведь ему удается контролировать его. На деле, всё совершенно не так. Лирический герой не готов принять тот факт, что жизнь заканчивается и нужно воплотить свои идеи в нее, поэтому хватается за слепой идеал – всё находится на своих местах. Он признается себе, что все это время убегал от реальности, тем самым, теряя драгоценный ресурс. Что жил пустыми мечтами: «Я вижу чудо наяву», – вбил в голову то, что невозможно достичь, слишком идеализировал и завысил свои ожидания. Но теперь он образумился и отодвинул тревожность, зарубив на носу, что все, что не сделалось – уже сделано, нужно жить настоящим, чуть–чуть поглядывая в будущее. Об этом говорит следующее за вторым куплетом аутро: «Всё совершенно несовершенно», – игра слов и смыслов, а также ключевой центр не только песни «Гармония», но и альбома «Хрупко» в целом. Вот мечта создателей песен: чтобы слушатели проделали тот же путь, что и их лирический герой, нашли свою истину.

Таким образом, авторы продолжают раскрывать обратные стороны своих идей, подбирая золотую середину, чтобы не уходить из крайности в крайность. При чем, как видит слушатель из песни «Гармония», эти концы смыкаются в окружность, приводя к одной и той же проблеме: убийство времени тревожностью и страхом. Просто на одном конце их представителями стали бессмысленные действия, тревожность по поводу общественного мнения и запреты на искренние чувства, то на другом конце позицию заняли дикий ужас перед реальностью, суетой, осознанием мироздания и утечки времени, именно эти мысли пожирали его еще больше. Авторы показывают, что ограничение своей свободы, ради минимальной траты времени, укоры за отдых становятся еще большим врагом в борьбе с прожиганием жизни в пустоту. Здесь высмеивается и идеализация мира. Пребывания в мечтах о контроле окружающей среды, людей, себя либо принимают утрированную форму с бессмысленными действиями, либо оседают глупыми мечтами, не давая покоя в нормальной обыденной жизни. Ведь человек не может держать в одной стези абсолютно все, он не всемогущ. Важно найти смирение и душевную гармонию – полюбить себя, выстроить мирные отношения с самим собой и принять, что «всё совершенно несовершенно» – тогда и жизнь в социуме покажется более легкой.

Предпоследней становится песня «Логика» подводящая итоги разочарования лирического героя.

Куришь? Кури свои, не бормочи под нос

От четырёх колес только две колеи

Вдоль голубых озёр, мимо кирпичных дач

Хохот и детский плач слушай через забор

Вот тебе мой совет: не верь советам

Иногда они приносят вред

Если ошибок избежать ещё никто не смог

Чему научит остальных сапожник без сапог?

Вот тебе мой совет: ты постоянно ищешь логику

Её здесь нет

Мы рождены производить потомство про запас

Как будто дети разберутся лучше нас

Это отличный тост, кружится голова

Тянет за рукава к земле

Трава почти в человеческий рост

Не нарушай покой и живописный вид

Те, перед кем ты чувствуешь страх и стыд

Не помнят, кто ты такой

Кто ты такой, кто ты такой?

Кстати, кто ты такой, кто ты такой?

Вот тебе мой совет: не верь советам

Иногда они приносят вред

Если ошибок избежать ещё никто не смог

Чему научит остальных сапожник без сапог?

Вот тебе мой совет: ты постоянно ищешь логику

Её здесь нет

Мы рождены производить потомство про запас

Как будто дети разберутся лучше нас

Как будто дети разберутся лучше нас

Как будто дети разберутся лучше нас

24 января группа Дайте танк(!) спустя 5 лет творческого отпуска неожиданно выпускает новый сингл под названием «Логика». И вот опять: не подвели фанатов, создав гениальное произведение, полное метафор, образов-символов и самого светлого, доброго смысла, гласящего: к вещам нужно относиться намного проще.

Уже с «зачина» авторы подсовывают читателю в форме легкой, непринужденной беседы намеки на структуру текста и смысл, раскрываемый в припеве песни: «Куришь? Кури свои...» – такой вид «разрушения четвертой стены», то есть обращение к слушателю, сразу погружает в необходимую авторам атмосферу. Представляется теплый, солнечный денек, слепящие глаза лучики, подающие надежду, что никуда спешить не надо; к тебе подходит такой же человек, дожидающийся своего часа: то ли когда нужная электричка или маршрутка подъедет, то ли кто-то позвонит, то ли придет на встречу, - мимолетно спросит что-нибудь по типу того же «прикурить не найдется» или «хорошая сегодня погодка, не правда ли» и тут же забудет о чем говорил, а ты то ли рассеянно, то ли напротив с неисчерпаемой, умиротворенной радостью, (сам того не разберешь), тихонько промолвишь: «Да, хорошая...». Именно так настраивает контакт со слушателями автор. Оттого, расслабившись, мы не замечаем назидательной формы наставления первой фразы, поучающей читателей следовать только своему мнению, интересам, желаниям и возможностям, а не наблюдать за работой и исправностью других. Ведь все люди индивидуальны, у каждого есть свой особый дар, именуемый талантом, поэтому не нужно гнаться за чужим успехом, скоростью, словами. Важно не потерять себя, не загубить средь океана однотипных мышлений, клише и деяний, к которым мы так пристрастились. Удивительно, как «Дайте танк(!)» сумели в двух словах изложить целую философию, развивающуюся в ходе песни. Всё благодаря непринужденному началу, долгому музыкальному зачину, длящемуся целых 43 секунды и форме обращения напрямую к слушателю. Так, слова авторов мы принимаем в расслабленном состоянии, успокоенном сладостной, чудной музыкой, а сломанная «четвертая стена» позволяет группе вторгнуться в доверие слушателей. Вероятность того, что мы прислушаемся и «растрактуем» их слова правильно, придадим и большое значение и в то же время не станем зацикливаться на них, повышается.

Идею, выраженную в первой строчке, авторы подхватывают и рассматривают с другой стороны во второй: «От четырёх колес только две колеи», – метафора о четырехколесной машине (а колеса обозначают именно её), оставляющей всего две колеи, распадается на два значения. Во-первых, она может символизировать тот факт, что зачастую люди затрачивают намного больше средств, чем рассчитывали. Многим знакома ситуация, когда хотел управиться с, казалось бы, легкой работой, за ничтожные пятнадцать минут, а в итоге сидишь над ней несколько часов, сожалея о потраченном времени. Но авторы «Логики» соглашаются с существованием приведенной проблемы и призывают не унывать, разбирая эту мысль на таком детском примере, как машина. При этом, автомобилисты ничего не могут с этим поделать: так надо, чтоб у авто было две пары колес по боковинам и за счет нахождения на одной прямой в одной плоскости они не смогут проводить дополнительные колеи. Да и зачем? Вот над каким вопросом надо задуматься. Зачем лишние колеи на дорогах? Никто еще не выявил их пользу для человечества. Таким образом, лирический герой «Логики» затрагивает вопрос, над которым слушатель бы никогда не задумался, а потом сам же оборачивает его в легкий, даже нелепый ответ, демонстрируя то, как люди должны относиться к своим неудачам: всё, что не делается, то к лучшему. Необязательно все должно получатся так, как мы того ожидаем. Во-вторых, детский пример может иметь ясное, очевидное значение: для того, чтобы создать что-то одно людям необходима команда. Даже «сообща» два колеса образуют одну колею, но в этом и смысл. Не стоит зацикливаться на скорости или количестве, как на качестве. Но все эти значения сводятся к одному – проще относится к происходящему.

Интересно представлен конец первого куплета: «Вдоль голубых озёр, мимо кирпичных дач / Хохот и детский плач слушай через забор», - читатель сталкивается с описанием местности, в которой и была создана группа «Дайте танк(!)». Известно, что голубые озера – это бывшие песчаные карьеры, ныне затопленные водой и представляющие собой пляж – сокровища Коломны, где вырос солист группы Дмитрий Мозжухин, основавший её. В лирике «Дайте танк(!)» эта достопримечательность занимает особое место – символизирует ностальгию по дому и детству, ребяческим мечтам, грезам. Например, именно о голубых озерах идет речь в треке из альбома 2020 года «Человеко-часы» под названием «Пляж»: «Тут научил меня плавать отец, / И замки в знак уважения к сердцу на мосту часто вешали молодожёны. / А ещё мне мерещилось, будто на дне / Прикасается кто-то ко мне, / И за лесом тогда точно такие же гремели вагоны». В данном же случае это образ-символ мы можем рассматривать как идею о том, что не стоит зацикливаться на прошлом, переживать о нем, ворошить его в своей памяти, а принять все произошедшее раньше как поучительный опыт.

«Хохот и детский плач», которые лирический герой предлагает слушать через забор, намекают слушателям на оставление чужих проблем, когда наше волнение по их поводу только усугубляет ситуацию. Если мы начнем углубляться в чужой внутренний мир, то нарушим личные границы близкого человека, что может больно ударить как по нему, так и по нам. Конечно, чужие радости и горести необходимо разделять, но умеренно, без фанатизма. Об этом свидетельствует образ забора, как некой границы: в заборе есть щели, куда можно подсмотреть за жизнью другого, может проконтролировать ее, помочь, но пересечь его напрямую не получится, люди не научились проходить сквозь стены. К тому же, тем самым лирический герой формулирует способ поддержать человека: доказать ему, что зацикливаться на проблеме – не вариант, в первую очередь именно тому, кто собрался оказать помощь, стоит взять себя в руки, проявить долю хладнокровия, применить рациональное мышление, чтобы ситуация не перетекла в истерию. Метафора о детях подходит к разъяснению, как нельзя лучше, ведь именно их зачастую успокаивают мягкими, не унывающими, а подбадривающими словами, интересными сравнениями и обращениями страха в шутку.

В припеве авторы раскрывают всю суть, на которые давали намеки в первом куплете, через скрытые сравнения: нужно смотреть на мир проще, – вот главная мысль произведения. «Дайте танк(!)» приводят множество примеров, доказывающих это. Так, цитата: «Если ошибок избежать ещё никто не смог / Чему научит остальных сапожник без сапог?» – демонстрирует то, что даже профессионалы способны ошибаться и рассчитывать на чужой опыт бессмысленно. Если кто-то добился или наоборот не добился успеха, не значит, что с нами произойдет то же самое. Лирический герой возвращается к тому, с чего начал беседу со слушателем: независимость от чужого мнения, а лучше сказать, истории. Не каждый расскажет всю правду своего успеха, оттого искренне доверять лучше своему разуму и сердцу, но никак не чужому. Образ сапожника становится продолжением мысли, высказанной слушателю «в лицо»: «Вот тебе мой совет: не верь советам / Иногда они приносят вред,» - в то же время, лирический герой, подчеркнув необходимость прислушиваться именно к самим себе, не к кому другому, сразу следует своему совету: тут же оспаривает свои слова, как бы плывя по течению и демонстрируя, что не желает встревать в чужой внутренний мир, что тоже является важным мотивом в произведении, раскрываемым в первом куплете через метафоры о детстве.

Во втором куплете, лирический герой открывает нам новую сторону «простого взгляда»: взаимоотношения с людьми. «Те, перед кем ты чувствуешь страх и стыд / Не помнят, кто ты такой», - та самая идея о непринужденности и уверенности в себе умело показана авторами через знакомую каждому нелепость, описанную и высмеянную когда-то А.П. Чеховым в «Смерти чиновника». Где экзекутор Иван Дмитриевич Червяков в театре чихает на статского генерала, и испугавшись, что причинил ему вред, начинает преследовать его с извинениями, даже заявляется к тому домой, откуда генерал, уставший от необоснованной навязчивости, с криком его выгоняет. «Придя машинально домой, не снимая вицмундира, он [чиновник Червяков] лег на диван и... помер,» - с какой свободой и легкостью рассказывает о таком казусе великий классик, с такой же авторы «Дайте танк(!)» вселяют в фанатов спокойствие за совершенные поступки. Интересно, что даже музыка на этом фрагменте вселяет в слушателя надежду на счастливый поворот жизненных событий. На фразе про чувство страха и стыда ритм усиливается, как бы напоминая нам о неприятных ситуациях, будоража сознание и взъерошивая память, а затем оборачивается легким, задорным, веселым мотивом, ровно в тот момент, когда солист припевает строку: «Не помнят, кто ты такой».

Вообще, музыка во втором куплете играет огромную, значимую роль. Если по началу она жизнерадостная и яркая, местами размеренная, тягучая, то при строчке: «Это отличный тост...», - всё былое умиротворение и гармония мигом обрываются, замирают. Начинается новая глава, полная мешанина, каламбур, бардак! «Кружится голова...» - и слушателей действительно захватывает вихрь, сбивающий с толку. На фоне разбивается посуда (видимо тост был произнесен неудачно, повлек за собой стыд и страх), будто олицетворяя гибель старого спокойного мира, который лирический персонаж (тот, о ком идет речь, а не тот, кто рассказывает о событиях, то есть лирический герой), тоже не ценил, из чего слушатель может сделать вывод, что любое мгновение необходимо и значимо в короткой человеческой жизни. Ритм ускоряется, производя эффект таинственности, испуга, мимолетных перемен. В повествование врывается неожиданный образ природы: «Тянет за рукава к земле / Трава почти в человеческий рост / Не нарушай покой и живописный вид,» - символ «живописного вида» и есть тот самый «покой», который должен обрести каждый человек, но который разрушил лирический персонаж из-за тревоги. Впрочем, сам мир готов помочь человеку, однако люди убегают от Него в страхе, навязав себе новые фобии. В этом для авторов «Логики» заключается проблема ничтожности человека перед природой, не способности им постигнуть её: боязнь каждого нового шага, исследования отличает нас от свободных живых обитателей планеты, и именно она губительна в большей степени, чем риск и связь с окружающим миром. Люди как будто привыкли убегать от счастья, в страхе перед чем-то новым. Но после этих слов, появляется вышеописанный целительный монолог лирического героя: «Те, перед кем ты чувствуешь страх и стыд / Не помнят, кто ты такой», - с его особым, вселяющим светлую надежду беззаботным мотивом, который закрепится в продолжении песни, уляжется в голове слушателя, как нечто доброе. И, как колыбельная, продолжит убаюкивать его в бридже: «Кто ты такой, кто ты такой?/ Кстати, кто ты такой, кто ты такой?». Тем самым, даже музыка показывает вместе с фразой «Кружится голова», что люди сильны, могут свыкнуться с любыми условиями, а оттого отчаиваться нет надобности.

После куплета вновь следует припев, завершающийся повторяющейся фразой, которая будет представлять финал песни «Логика»: «Как будто дети разберутся лучше нас», - она олицетворяет сожаление о том, что люди сами не могут просто глядеть на вещи и разобраться в них, скидывая всё на логику и всегда надеются на кого-то другого. Зачастую таким ярким примером становится родители, не сумевшие воплотить свои мечты в реальность, а потому, иногда сами того не замечая, с помощью манипуляций направляют своих детей в ту сферу деятельности, которая тех не интересует. Автор также сожалеет о забытой людьми истине: дети – это, в первую очередь, продолжение родительских идей, при чем не важно будут ли они их оспаривать или доказывать, и, следовательно, судеб, имён, а уже только во вторую такие же «философы», решающие извечные проблемы. К тому же, авторы затрагивают актуальную проблему деторождения, основанную на стереотипах. В современном обществе, в некоторых семьях, стала теряться причина заведения детей, перерастая в то, что просто должно происходить. Отсюда, обесценивание ответственности за рождение детей и их воспитание, много выходцев из неблагополучной среды, молодежи, не определившей свое предназначение и недополучившей любви, заботы от таких же неопределившихся родителей. Для лирического героя дети – продолжение, а не просто существа, составляющую «настоящую» семью. Этим риторическим вопросом «Дайте танк(!)» подчеркивают значимость ответственности в жизни людей, особенно в таких важных аспектах жизни, как создание будущих поколений. Стоит заметить, что во всем тексте речь шла о простоте, но только в завершающей строфе тон лирического героя серьезен. Тем самым, авторы напоминают о действительно важных вещах: к ним нужно подходить с умом, и одной из гениальных мыслей будет отставить злостные проблемы, лишний, никчемный стресс, навязанный неуверенностью в себе, чтоб раскрыть душу на пути к стоящим внимания вещам.

И всё-таки я скажу ради чего Дайте танк(!) поставили на фото к треку «Логика» именно кирпич (tw: смерть). Может и впрямь ради того, чтобы подчеркнуть отсутствие логики во многих предметах, в которых мы отчаянно пытаемся её найти: «Вот тебе мой совет: ты постоянно ищешь логику / Её здесь нет», - основной тезис песни. Но есть и другое объяснение. В народе бытует выражение, гласящее, что мы не вечны, в любой момент на нас может упасть кирпич с крыши. И вот этот мотив кирпича, будто бы, в обществе сопровождается с мотивом смерти и отказом от излишней тревожности, ради счастливого завершения существования. Мы никак не можем контролировать свою судьбу, а следовательно, не стоит переживать по всякой ерунде, захламляющем наш жизненный путь. Необходимо продвигать стоящие идеи и научиться жить в гармонии с самим собой. Быть может в символ кирпича - олицетворение того, что мы не вечны, но можем продлить свою жизнь через идеи, - авторы вложили именно такое значение, что еще больше раскрывает и подчеркивает заглавный смысл песни «Логика».

Таким образом, свежий сингл «Дайте танк(!)» «Логика» еще глубже показывает философский потенциал группы. Это история, рассказанная в формате дружеской беседы, о неком «самосплочении» и отношении к жизни с простотой. Такая философия имеет пользу, подталкивая людей к подвигам, о которых те так мечтают, но так боятся совершать...

Альбом завершается притчей под названием «Путь». Хотя абсолютной притчей песню нельзя назвать. Да, поучение присутствует, герои не раскрыты как личности, место и время действия размыты. Но рассказчик то погружает слушателя в сюжет, то выводит его за рамки жанра, превращая историю в философский трактат. Поэтому композиция «Путь» скорее стоит отнести к балладе, для которой характеры необычные, таинственные места (а вокзал, упоминаемый в песне вносит в произведение загадочную атмосферу, вместе с туннелем), стихотворная форма, отражение мыслей и чувств героя, экспрессивность. Основным образом становится лирический мотив – путь, дорога, направление.

Стихла музыка, кончился танец, до метро где–то полкилометра

Ты в толпе потеряла ботинки, я выронил телефон

Оближи указательный палец — уточни направление ветра

Разумеется, в мире отнюдь не четыре, а семь сторон

Север, восток, юг, запад, верх, низ

И внутрь себя, внутрь себя

Север, восток, юг, запад, верх, низ

И внутрь себя, внутрь себя

От росы твои ноги намокли, и коса расплелась на затылке

Наше будущее не приблизить, а прошлое не вернуть

Я использую вместо бинокля две пустые пивные бутылки

В этом тёмном тоннеле нет никакой цели, есть только путь

Север, восток, юг, запад, верх, низ

И внутрь себя, внутрь себя

Север, восток, юг, запад, верх, низ

И внутрь себя, внутрь себя

Мы зашли чересчур далеко

Мы зашли чересчур глубоко, о

Мы зашли чересчур далеко

Мы зашли чересчур глубоко, о

Мы зашли чересчур далеко

Мы зашли чересчур глубоко, о

Мы зашли чересчур далеко

Мы зашли чересчур глубоко, о

Первая строка вводит слушателей в курс дел: «Стихла музыка, кончился танец, до метро где–то полкилометра», – лирический герой вместе с какой–то неизвестной девушкой покидают дискотеку. Авторы погружают в атмосферу некой загадки, выделяя лирического героя и его подругу, они описывают обыденность: попытка добраться до метро после яркого мероприятия, однако именно она становится центром развития сюжета, завязкой действия. Базовая вещь – вернуться домой, доехать на метро оборачивается испытанием: «Ты в толпе потеряла ботинки, я выронил телефон», – в приведенном случае авторы прибегают к использованию образов–символов. Лирический герой вместе с девушкой теряются в толпе, утрачивают важные бытовые вещи. Ботинки, которые теряет девушка, это олицетворение потерянного духовного пути. Если рассматривать этот образ в буквальном смысле: лирический персонаж лишается того, что помогало ей комфортно идти, спокойно, без волнения о своем теле. Теперь ступни обнажены, и она ощущает, что же из себя на самом деле представляет шаг по голой дороге. Так, можно провести параллель с тем, что девушка теряет свое направление, то, что помогало ей забыться, отвлечься и тупо, бесцельно следовать за чем–то. Лишившись этого объекта, она «снимает» ограничения с души, заглядывая в духовный мир, забытый среди людской суеты, которая, в свою очередь и становится теми самыми «ботинками», заставляющими человека идти, не прочувствовав свой путь – дорогу. Подруга лирического героя, будто метафорично прозревает, теряя в толпе ботинки: ей становится труднее двигаться дальше, но она хотя бы начинает ощущать реалистичность мира. Значит, готова отправиться на поиски реально стоящего направления – душевного развития, ведь теперь ей не мешает «ведомость», помощники ботинки, что олицетворяли привычку и суету, в которой человек забывается как личность. Лирический же герой роняет телефон. Уточнением места действия, в котором он находился с подругой – «в толпе», авторы подчеркивают, что телефон скорее всего уже не вернется обладателю, а также отражает, что тот лишается основной связи с обществом разве, что только с девушкой она сохраняется. Образ телефона становится вторым символом суеты, но, если лишение ботинок привело героиню к потере «мнимого» пути, по которому ее вел, например, тот же социум, духовная обеднелость, тупое прожигание времени за делами, не приводящими к смыслу, то лишение телефона отражает разрыв с толпой. Суета в данном случае – попытки соответствовать моде, быть значимым следить и контролировать чужие жизни, а также, самое главное: это попытка сбежать от устрашающей реальности, поиска смысла жизни, обращение внимания на себя как личность, а не социальное существо. Лирический герой теряет важную часть своей жизни, но, благодаря этой потере начинает задумываться, точно ли она была так важна? Отсутствие базовой вещи приводит героя к замедлению темпа жизни, готовности отыскать истинный путь, то есть смысл своего пребывания в мире живых. Этой идеей становится одержимы оба описываемых человека, она сближает, объединяет их, будто сливая в одно целое. Те, кто пытаются найти истинный жизненный путь, который невозможно отыскать на земле, стоит заглянуть внутрь себя. О наличии желания искать что–то, потерянность, запутанность героев, осознание, что направляются они не туда, куда действительно стоит, свидетельствует третья строка первого куплета: «Оближи указательный палец — уточни направление ветра». – Однако оба они потеряли важную часть своей жизни – мнимый, может быть навязанный путь. Но, освободившаяся душа, желает выбраться из состояния недопонимания куда идти, что делать, где найти истина. Они отправляются на её поиски. В ситуациях, когда современные инструменты недоступны, человек может узнать направление движения ветра, смочив палец и выставив его вверх. Ветер обдувает влажный палец, придавая ощущение прохлады с стой стороны, откуда он дует. Это явление обусловлено повышенной скоростью испарения влаги с кожи из–за резкого потока воздуха. То есть заблудившиеся героя желают найти нужную дорогу. Возвращение к такому старому методу поиска нужного пути оборачивается истиной, что ищут лирический герой с подругой: первый шаг – отвлечься и выбраться из суеты, но не так, как это делали герои «Штриха» и «Гармонии», не с помощью радикальных позиций – отречения от социума, а попытки остановиться в безумном жизненном потоке, то есть осознать в первую очередь самого себя как существо для чего–то погруженное в именно такой мир.

Интересно, что в песне «Путь» авторы отсылают не к европейской или античной культуре, а больше к азиатской, восточной. Так, завершающая фраза первого куплета: «Разумеется, в мире отнюдь не четыре, а семь сторон», – вместе с припевом становится воплощением философии индейцев Уичоли, проживающих в западной области Мексики, которые верят в существование семи сторон света: стандартные Север, Юг, Восток, Запад, пятая – это верх, шестая – низ, а седьмая – внутрь себя. И седьмая сторона самая сложная, непонятная, непроглядная. Можно также предположить, что стороны верх и вниз олицетворяют Царство небесное и Ад, то есть миры неясные человеку, но имеющие большое значение во многих культурах, то есть окружающие его. Завершающие строки припева: «И внутрь себя, внутрь себя», – подчеркивают важность этого «направления» для лирического героя. Ведь именно внутрь себя ему стоит заглянуть, дабы найти истинный жизненный путь, её смысл. Отвлекаясь от суеты, он и девушка замечают в первую очередь себя, вступая в неизведанный, трудно поддаваемый объяснению и контролю мир голыми ступнями, тем самым чувствуя каждый сантиметр дороги, и распахнутыми глазами, не отвлеченными рутинными вещами. Таким образом, создатели песни раскрывают идею и проблему современного общества: погрязнув в своих «мнимых», не приносящих на деле ни пользы, ни удовольствия, заставляющих тревожиться и зачастую навязанных мечтах, теряют самих себя, из–за чего «роняют» жизненные цели, понятия, осознания, погружаются не в реалистичный мир, а сбегают от себя, прожигая хрупкое время попусту, в неком выдуманном картонном домике. О том, как смотреть вовнутрь себя зачастую никто вовсе и не ведает, а лирический герой песни «Путь» и его подруга отчаянно пытаются, осознавая, что погружаясь в собственный внутренний мир, перестав врать самим себе, прятаться от себя, а обнажив (неслучайно в песне «Сюрприз» авторы показали, как выглядит честное признание своих пороков) самим себе свою душу с её слабыми и сильными сторонами, сам мир станет понятнее, секрет человеческого существования уже для двух личностей будет раскрыт.

Во втором куплете слушателю представляется утренняя картина: «От росы твои ноги намокли, и коса расплелась на затылке», – конечно, создатели песни не отрекаются полностью от отсылок к библейским образам и европейской культуре. Так, роса в христианской символике – это дар Святого Духа, иными словами способ оживления засохшей души, что соответствует изменениям лирического героя и девушки. Проникая в глубины самих себя, своего сознания они духовно очищаются, избавляются от светской пошлости, упадничества из–за потери истинных духовных ценностей, то есть смысла жизни. Они, будто воскрешаются, вновь погружаясь в реальность, с её прелестями и недостатками, но в живое, дышащее, а не существующее общество. У алхимиков роса – это зародыш философского камня и один из символов первоматерии. Она, в свою очередь, является основой, способной создавать новые формы. То есть, роса – зарождение новой жизни. И, действительно, перед героями открывается новый, неизведанный, но такой родной мир – мир души человеческой. К тому же девушка измочила в росе свои голые ноги, чем подчеркивается её погружение в глубины себя, самопознание, очищение. Коса на затылке – достаточно сложная прическа, которую трудно расплести просто так. Быть может, приведенная метафора символизирует освобождение героини от навязанного суетливого мира и убивающих время мечт.

Далее звучит одна из истин, которую обнаружил лирический герой во время своего приключения: «Наше будущее не приблизить, а прошлое не вернуть», – волнение по поводу прошлого и будущего не обоснованно и бессмысленно. Он только уничтожает и так хрупкое время. Авторы раскрывают идею, что жить нужно настоящим, не торопить события, как делали лирические персонажи «Штриха», а наслаждаться определенным моментом, не озабочиваясь. Ведь тревожность только вредит человеку. Стоит принять прошедшие события как опыт, а будущее, как далекое настоящее, полное своих радостей и печалей, которые тоже стоит принять и полюбить.

Так как композиция «Путь» все же можно отнести к жанру притчи, да даже если к балладе, то здесь встречаются образы–символы и даже аллегории, но только неодушевленные. Например, очевидная ситуация с ботинками и телефоном из первого куплета. Во втором слушатель тоже сталкивается с подобным. Пивные бутылки, которые человек использует вместо бинокля можно рассматривать как символ простоты жизни: «Я использую вместо бинокля две пустые пивные бутылки». Авторы упрощают образ лирического героя, придавая ему немного бытовой характеристики, искренней, детской, игривой, а самое главное ясной каждому. В руки лирическому герою не суют настоящий бинокль, а лишь пивные бутылки. Выступая средством для поиска дороги, по которой действительно стоит двигаться человеку, они олицетворяют не только идеальный взгляд на жизнь, то есть через призму душевной простоты, честности и искренности, но и человеческие проблемы, вызванные запутанностью в себе. Из–за нее люди прибегают к каким–то методикам, не сильно вдохновляющим и не оправдывающим его реальные неудачи. Например, алкоголь, либо равнодушное отношение к загадкам бытия, к поиску смысла или хотя бы себя. Ведь тогда размножаются заблуждения – подсознательно человек не может смириться с определёнными вещами и начинает придумывать себе, что определённые нехорошие вещи – способ насладиться моментом. Это еще один побег от реальности, от которого авторы пытаются отгородить слушателей, вновь проводя золотую середину. Лирический же герой обращает пивную бутылку – признак неблагопристойной жизни в полезную вещь: бинокль, позволяющий найти истинный путь. Таким образом, в этом стихе заключена и идея, что сами по себе предметы не виноваты, человеческое восприятие влияет на них. Пивная бутылка – обычный невинный предмет, изначально созданный, как и любая другая бутылка, для облегчения жизни. Но для людей она стала признаком опошленности и духовной безнравственности из–за своего содержания. Лирический же герой смотрит на эту вещь так, как она была создана изначально. Для него вещь, связанная с алкоголем, не становится методом очередного побега от устрашающей реалии бытия, а помощником при ее изучении. Его способ насладиться моментом более обширен, чем у человека, что выпивал это пиво. Бутылка – символ тупика, встретившегося на пути и одновременно с тем символ его обхождения, «выкарабкивания» лирического героя из суетливого мира, пошло растрачивающего время и ценности, где привыкли обвинять и осуждать вещи, а не себя, ведь боятся признаться в собственных страстях и слабостях.

Последний стих второго куплета оборачивается смысловым центром композиции «Путь»: «В этом тёмном тоннеле нет никакой цели, есть только путь». В пути под тёмным тоннелем имеется в виду судьба, которая неизвестна. Но у человека в любом случае сохраняется право продвигаться по этой судьбе – делать выбор, влияющий на её развитие. Сам путь с выбором направления, что ищут лирический герой и его подруга олицетворяет судьбу. Это превращается в исследование себя, трудный и ёмкий процесс, но того стоящий, как говорится. «В этом тёмном тоннеле нет никакой цели, есть только путь», – как таковой цели то у жизни и нет, в принципе есть смысл, представляемый твоим путем и заключающийся в принятии дарованного – в счастливой, свободной жизни. Эта строка служит объединением всех песен альбома, ведь в ней заключена идея, становящаяся ответом на вопросы предшествующих лирических героев альбома. Истина, те самые духовные ценности – счастливая размеренная жизнь, не копирующая чужую, а создающая свою историю. Эта мысль созвучна со строками из романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы», в котором один из героев – старец Зосима – рассуждает в своих записках: «Для счастия созданы люди, и кто вполне счастлив, тот прямо удостоен сказать себе: "Я выполнил завет Божий на сей земле"». Жизнь представляется лирическому герою тёмным, неизведанным тоннелем, в которой дорога не очерчена ясно, а значит не имеет за собой цели. Отношения пути и человека взаимосвязаны: дополняют друг друга, как и мужчина с женщиной в этой песне сплочаются в одной идее, показывая, что по природе люди равны, их сближает единый смысл – жизнь, в которой необходимо найти смысл. Человек выбирает путь, которые направляет его или наоборот сбивает с толку в походе к мечте. Оттого так важно осознать неблагополучные веяния суеты и сделать правильный выбор: познакомиться с собой настоящим, разрешить себе быть счастливым, по–детски искренним.

Этот же стих отсылает на фразу из книги «Хагакурэ» Ямамото Цунэтомо – практического и духовного руководства воина, представляющего, созданного в 1716 году. В ней высказала следующая мысль: «У самурая нет цели только путь». Что свидетельствует о том, что идея, отражённая в стихе Дайте танк(!), оборачивается правдой в поиске смысла жизни, это духовное наставление, как у сильных японских воинов: жить счастливо, идти вперед, бесстрашно, уверенно, принимая всё плохое как опыт, не тратя драгоценное время на пустые переживания.

Эта идея объясняет многие вещи высказанные и обозначенные раннее. Отражает образы–символы и мысль о сплочении разных внешне людей в одно целое. Теряя ботинки и телефон, лирический герой вместе с подругой теряют путь, по которому шли до этого. Вместе они начинают искать его. Недаром, девушка теряет именно ботинки и вообще в её обращения присутствует мотив ног («От росы твои ноги намокли»), а у парня все вещи связаны больше с глазами: телефон, бутылки, ставшие биноклем. Вместе они отлично дополняют друг друга, становятся одним целым. Мысль о единении душ, их сплочении схожа с христианским посланием к Галатам апостола Павла: «Во Христе Иисусе нет мужеского пола, ни женского, а есть только богоподобный разум, созданный божественным знанием…»

При этом, в описании женщины тоже выступает мотив головы: «… и коса расплелась на затылке», – описание такой странной причёски свидетельствует об их ревности между собой. Они оба потеряли важную часть жизни, а точнее – себя, и готовы найтисмсыл жизни, подходящий для всех людей – единый путь. Заглядывая «внутрь себя», герои видят, что внутренний мир практически одинаков. Неслучайно, песня выстроена в форме диалога: лирический герой обращается не только к подруге, но даже себе, подчёркивая важность заглянуть в свою душу. Теряя навязанную тропу, они преисполняются, заглядывая не за пределы жизни, а в важный, спрятанный среди людской суеты, её аспект. Можно представить картинку, на которой изображены мужчина и женщина, стоящие друг другу спиной к спине. Она, будто смотрит и ищет с одной стороны, а он – с другой. Мозг у них един, что подтверждают образы ног и головы. Отказавшись от суеты, они находят то, что искали. Эту идею подчеркивает и то, что будто у девушки тоже нет телефона, а у мужчины – ботинок. Авторы могли построить сюжет по другому, ведь такие базовые вещи имеются практически у каждого современного человека, но путь они всё равно ищут вместе, пользуясь старыми методами («Оближи указательный палец – уточни направление ветра»).

В аутро: «Мы зашли чересчур далеко / Мы зашли чересчур глубоко», – авторы вновь надевают маску иронизирующих сатириков. Лирический герой опосается, что разгадал слишком много духовных загадок, найдя истину, смирившись с реальностью. Это будто надсмехание над обществом, так как лирический герой раскрыл тайну, мучающую каждого довольно простым, даже банальным способом: понять самого себя. При чем, эту идею затрагивали многие, но никто не исполнял в совершенстве: суета занимала весь духовный мир. И лирический герой, будто дразнит общество за его страх перед раскрытием недр души. Люди бояться признать слабости, оттого появляюися опасения, мол: «Мы зашли чересчур далеко / Мы зашли чересчур глубоко». Страшно выворачивать свои тайны на изнанку, особенно самому себе. Это больно, страшно, иногда может перерасти в ненависть. Однако грамотное признание способствует очищению разума и души, вот истина, что ищут люди всю жизнь.

Таким образом, песня «Путь» становится объединением идей, на которые авторы намекали на протяжении всего альбома. На примере лирического героя и его подруги они разбирают основы мироздания: единство душ со стороны изначального взгляда, то есть их зарождения, уже внешние данные и отношение социума изменяет характеристики, подгоняя их под определённый гендер. Создатели альбома взывают к читателям с просьбой избавиться от суеты, ведь без неё легче понять жизнь. Отчаянные поиски пути, пребывание в необъяснимой тревожности, загноннасти из–за страха перед вещами, которых не минуть приводят к заблуждениям, побегу от реальности, который по существу ещё ужаснее и опаснее, чем то, чего опасаются люди.

Композиция всего альбома также влияет на его восприятие и выражение смысла, вложенного в него. Сюжетная связь между песнями не прослеживается, однако они раскрывают каждую сторону затронутой проблемы и поиска её решения. Они перетекают из одной микротемы в другую, объединяясь в итоге под одной общей мыслью: не стоит прожигать время, но и тревожиться не надо, лучше взглянуть на жизнь проще, тогда и счастье придёт, которое так важно сберечь. Фанаты видят в песнях раскрытие аспектов разных мировоззрений и личностей. Будто альбом – это сборник историй совершенно незнакомых между собой людей. На лирических героев надеты разные роли, маски, профессии, жизненные принципы. А название описывает, как хрупки эти точки зрения; хрупки настолько, что человек пытается их защитить и оправдать их хотя бы для самого себя. Что позволяет отразить многогранность жизни и мироздания, тревожности из–за общественного мнения и одержимости испугом по поводу траты драгоценного времени. Авторы находят золотую середину предупреждая слушателей об осторожности в признании определённых истин. Не уходить из крайности в крайность, ведь это не поспособствует сохранению хрупкого времени.

Интересно, что песня «Конец» стоит в начале альбома, превращая его в игру смыслов и слов. В треке «Конец» смысловым центром становится строка: «Любой конец — это хорошее начало». Так, основная мысль, мораль песни подчёркивается тем, что «Конец» открывает альбом «Хрупко». То есть само расположение трека выделяет лозунг: следовательно, любой конец — это хорошее начало. Песня «Конец» выступает позитивным, красивым, отличным вторжением слушателя в альбом.

Почему тогда трек «Путь» завершает альбом «Хрупко»? Потому что авторам важно оставить финал открытым,чтобы дать слушателям возможность самим прочувствовать и осознать раскрытую ими истину, без навязывания. Фразой «Мы зашли чересчур далеко / Мы зашли чересчур глубоко», – создатели альбома возвращают свободу мысли, забирая ответственность за свои слова. То есть, изучив очень важные, серьёзные вещи, они оставляют их на «подумать», изучить самим, а сами они остаются в глубине, к которой призывают пробраться и слушателей, изучивших текста. Благодаря наставлениям музыкантов, их притчам «Путь», «Сюрприз», «Штрих», «Эфир», «Гармония» мы учимся понимать мир глубже, яснее, осознавать важность любви к себе, принятия себя и истинного счастья. Словно авторы – учителя, дающие представление о жизненных ценностях, а слушатели –– их дети, ученики. А песня «Путь» становятся выпускной: она говорят, что всё, вы выпустились с этими заниниями можете продолжать свой дальнейший путь так, как пожелаете именно вы. Выбор за человеком.

Скорее всего количество треков тоже выбрано не случайно: довольно большое число для Дайте танк(!): 12. Оно может символизировать часы, на которых обычно указано 12 цифр. День состоит из двух половин по 12 часов. При чем песня «Пунктир», в которой вышедшее в Зенит солнце стало причиной тревоги подруги лирического героя, символизирует этот самый зенит – центр, середина, ведь по порядку является 6ым треком. Определённое количество песен – олицетворение времени, которое так не хочется терять, которое становится основным мотивом альбома «Хрупко», даже названного в его честь. Посыл альбома группы Дайте танк(!) «Хрупко» заключается в идее, что время не подвластно людскому контролю, и, чтобы провести его с пользой, обрести счастье и благополучие, нужно меньше отчаиваться и пребывать в унынии. Именно время становится в этом случае хрупким объектом. Время – единственный ресурс, который никак не восстанавливается, не поддаётся человеческому контролю. И скорее всего альбом выходил на две минуты позже красивого ровного числа: 00, чтобы подчеркнуть мотив опоздания, отложенной жизни: лёгкой утрачиваемости времени.

Интересно отметить и другую игру цифр в композиции альбома: песня «Просьба» длится ровно 53 секунды, когда как «Штрих»: 5 минут 3 секунды. Визуально образуется трехзначное число 503 или двухзначное 53, как и в случае с просьбой: 053 либо 53. Если обратиться к нумерологии, то значения этих цифр противопоставлены друг к другу. 5 ассоциируют со свободой, импульсивностью, а тройку с гармонией и поиском духовного смысла. Можно предположить, что песня «Штрих» разделяет альбом «Хрупко» на две части: поиск проблематики, то есть земная версия «Хрупко» (это песни, а вторая – духовная, попытка разобраться в страданиях и найти ответ, как их избежать, или показывает другую сторону бытия. Пока лирические герои смеялись над обществом, как например в «Фамилии» и «М», утверждали истины («Любой конец – это хорошее начало») они чувствовали счастье, видели, что смысл жизни не в навязанных социумом идеях, но как только пришли к осознанию, что мир не такой уж светлый и чистый, которое олицетворяет «Просьба» – некое безобидное роптание, сожаление о том, что многие вещи неподвластны контролю человека. После такого разочарования в мире лирический герой и лирические персонажи пытаются прийти к истине, найти смысл жизни. Они ошибаются, падают, заблуждаются… Но песня «Путь» вновь отсылает к возвращению истинной гармонии – смирению, что всё «совершенно несовершенно».

При чем, фанаты заметили, что этот альбом наиболее сильно взаимосвязан с другими композициями группы. Будто каждая новая песня продолжение старой: «Путь» – «Вуайерист», якобы лирический герой наконец–то покинул вечеринку, понял, что свои мечты и желания нужно осуществлять, натыкается на необходимость поиска жизненного пути; «Сюрприз» – «Утро», «Шанс» или «Искры» лирический герой продолжает свой роман с девушкой, пытаясь создать для неё романтичную атмосферу, но из–за привычки поджидать благополучный момент, не исполняет ни свои, ни чужие мечты, а в отношениях важно идти на маленькие жертвы, переходить через себя; «Пунктир» – «Клад» или «Шанс», лирический герой всё таки будит девушку и решается искать клад на берегу, где «трава зеленей и деревья выше» или доезжает с ней до этих «дивных мест» в своём путешествии, начатом в песне «Шанс»; некоторые относят даже «Фамилию» к «Искрам», лирического героя будто заставляют жениться на девушке.

Расположение синглов вышедших до альбома тоже имеет интересную закономерность: «Логика», вышедшая первой, оказывается предпоследним треком; вторым был «Эфир», в альбоме он тоже расположился между «Рекурсией» и «Логикой», ведь «Рекурсия», которая была опубликована последней встречает слушателя первой из уже знакомых ему синглов. Получается, песни, анонсирующие альбом, расположились в обратном порядке. Значит, авторам было важно подчеркнуть основную мысль альбома «Хрупко» заранее для большего поучительного эффекта.

Альбом «Хрупко» очень глубок по смыслу. Авторы раскрыли разные аспекты жизни, объединив их общей проблемой: скоротечность бытия. Создатели рассказали, как влияют на восприятие мира зависимость от чужого мнения, тревожность, усталость, суета, идеализации, озабоченность, синдром отложенной жизни и отказ от мечт, которые не позволяют наслаждаться жизнью, которая для того нам и дана. Группа «Дайте танк(!)» мастерски лавирует между талантом поэта–символиста и писателя сатирика. Мысли, высказанные в альбоме «Хрупко» о счастье, как смысле человеческого существования на земле, созвучны с идеями многих писателей, поэтов... Например, И. Тургенев в повести «Ася» тоже отражает мысль об упущенном счастье в настоящем. Жизнь главного героя после отказа любимой девушке, а, следовательно и запрете себе чувствовать себя счастливым и дарить свою любовь другому, начинает терять смысл жизни. Дайте танк(!) отражают примерно ту же идею и показывают, что, конечно, можно совершать ошибки, но надо научиться на них понимать себя, прощать, контролировать и признавать, что была совершена ошибка. Стать более честным с самим собой, быть таким, какой ты есть, искренним, радостным, любящим или даже противоположностью описанного примера, в любом случае, оставаться собой - выход из кризисной ситуации. Тогда можно обрести счастье, такое значимое в человеческой жизни - дар, и не упустить его, не потерять в моменте.