Ну что, друзья, любители фрикаделек, IKEA и группы ABBA. Когда мы думаем о Швеции, что приходит на ум? Нейтралитет, селёдка, Spotify? Страна, которая не воевала уже триста лет, сидит себе на севере, сортирует мусор и с укоризной смотрит на весь остальной мир, который вечно что-то делит.

Но история, что та сварливая бабка у подъезда, помнит всё. И она знает, что этот самый хваленый шведский нейтралитет во время Холодной войны был, мягко говоря, с душком. Впрочем… Хотя, не будем отвлекаться. Это была такая поза: «Я ни с кем не дружу, но вот этому парню в звездно-полосатых трусах я под столом передаю записки, а вот этому в ушанке с красной звездой - улыбаюсь, но держу фигу в кармане».

Сегодня поговорим об инциденте, который чуть не превратил холодную Балтику в кипящий котел Третьей мировой. История о том, как шведы играли в шпионов, Советы играли в «морской бой», а крайними оказались восемь мужиков и одна несчастная летающая лодка.

На дворе июнь 1952 года. Балтийское море. С одной стороны - СССР, который подозрителен так, что даже в чайках видит агентов ЦРУ. Сталин еще жив, железный занавес уже опущен, на берегу стоят новые, секретные радиолокационные станции. С другой стороны - «нейтральная» Швеция.

И вот, 13 июня, с шведского аэродрома Бромма взлетает самолет DC-3. Позывной «Хугин» (в честь ворона бога Одина, символично). На борту 8 человек. Официальная версия полета: «Учебный навигационный полет, проверяем радиооборудование, ничего интересного, просто летаем кругами, любуемся волнами».

Ага, конечно.

На самом деле DC-3 был нашпигован британской и американской разведывательной аппаратурой под самую завязку. Это была летающая лаборатория радиоэлектронной разведки (SIGINT). Шведы летали вдоль советских границ, «слушали» наши радары, записывали частоты, а потом, по-братски, сливали эту инфу в НАТО. Ну, или меняли на что-то полезное, например, на новые ракеты.

Естественно, Москва об этом знала. Советская разведка работала не хуже, и в Кремле прекрасно понимали: этот «нейтральный» самолетик - очередное ухо Вашингтона.

В то утро «Хугин» вышел на маршрут. Летел он восточнее острова Готланд, в нейтральных водах (как утверждали шведы), но очень близко к той черте, за которой начинаются проблемы.

В 11:25 пилот передал обычное сообщение о погоде. И всё. Тишина. Самолет исчез. Как в воду канул. Ни сигнала SOS, ни обломков, ни масляных пятен.

В Стокгольме паника. «Где наш самолет? Где наши восемь парней?». Родственников успокаивают, говорят какую-то чушь про аварию, плохую погоду. Но военные уже вытирают холодный пот. Они-то знают, ЧЕМ занимался самолет. И догадываются, КТО мог его «уронить».

Швеция начинает поисковую операцию. В воздух поднимают всё, что может летать. В том числе - две летающие лодки PBY Catalina. Такие большие, медленные, неуклюжие, но надежные самолеты-амфибии. Похожи на беременных уток, однако свое дело знают.

Проходит три дня. 16 июня. Одна из «Каталин» ищет пропавший DC-3 в районе эстонского острова Хийумаа. И тут на горизонте появляются гости. Два советских истребителя МиГ-15.

Это как если бы к велорикше подъехали два гоночных болида «Формулы-1». МиГ-15 - новейшая реактивная машина, гордость советского авиапрома, быстрая, опасная, смертоносная. А «Каталина» - ... ну, это лодка с крыльями.

Советские пилоты (позже выяснится, что ведущим был капитан Николай Семенцов) не стали размениваться на этикет. Сначала они сделали пару заходов, намекая: «Валите отсюда, пока целы». Шведы намек поняли, развернулись на запад, к дому.

Но МиГи не отстали. Они зашли с хвоста и открыли огонь на поражение.

23-миллиметровые пушки разносят «Каталину» в щепки. Левый двигатель подбит, управление повреждено, в кабине дыры, радист ранен в ногу. Пилот «Каталины», Свен Тёрнеберг на горящем, разваливающемся корыте сумел спланировать и плюхнуться на воду. Причем не абы где, а рядом с немецким грузовым судном «Мюнстерланд».

Экипаж «Каталины» выпрыгнул в надувные лодки. МиГи еще пару раз пролетели над головами, убедились, что самолет тонет, и ушли на базу. Немцы подобрали шведов. Все выжили. Кроме «Каталины», она пошла на дно.

Начался настоящий цирк. Швеция взвыла: «Наших бьют! Мирные спасательные самолеты расстреливают средь бела дня над международными водами! Варвары!». В Стокгольме начались демонстрации. Народ пошел громить советское посольство. Горячие шведские парни кидали камни в окна, кричали про «русского медведя-убийцу». Полиция еле сдерживала толпу.

Шведский МИД шлет ноту протеста в Москву: «Вы сбили наш самолет! Объяснитесь!». Ответ из Москвы был шедевральным образцом советской дипломатии: «Во-первых, мы ничего не сбивали. Во-вторых, ваши самолеты нарушили нашу границу. В-третьих, наш патрульный МиГ просто пролетал мимо, а ваша "Каталина" открыла по нему огонь первой». Медленная спасательная летающая лодка, у которой из вооружения, может быть, только ракетница и бутерброды с селедкой, атакует новейший реактивный истребитель. Москва заявляла: «Наш самолет, увидев, что по нему стреляют, был вынужден ответить». Это было настолько нагло, что даже сами советские дипломаты, наверное, хихикали, печатая этот текст.

«А что про первый самолет, про DC-3?» - не унималась Швеция. СССР: «Какой DC-3? Не знаем никакого DC-3. Может, он улетел в Финляндию? Или в Америку? Мы тут ни при чем». Швеция: «Но наши парни пропали!». СССР: «Ищите лучше. А к нашим границам не лезьте».

И вот тут начинается самая гнусная часть истории. Шведское правительство знало, почему сбили первый самолет. Они знали, что DC-3 был шпионом. Но признать это они не могли. Потому что тогда рухнул бы миф о нейтралитете. «Как так? Мы нейтральная страна, а наши военные работают на НАТО?». Это был бы скандал внутри страны и повод для СССР начать давить еще сильнее.

Поэтому шведские власти выбрали тактику «морозиться». Они продолжали врать своему народу и родственникам погибших летчиков. Жены и дети экипажа DC-3 жили в аду. Им не говорили правду. Ходили слухи, что летчики перебежали в СССР и сидят в ГУЛАГе. Или что они работают на американцев. Им не платили нормальных пенсий, потому что официально смерти не было зафиксировано. Их просто вычеркнули. «Пропали без вести при учебном полете».

СССР тоже молчал. Хотя в 1991 году, уже после развала Союза, в архивах нашли документы. Генерал Шинкаренко в своих мемуарах потом честно признался: «Да, был приказ сбить. Самолет-разведчик обнаглел, надо было проучить». Пилот МиГа, Григорий Осинский, который сбил DC-3, получил орден Красного Знамени. Тихо, без шума. За «выполнение спецзадания».

Прошло 50 лет. Холодная война кончилась. Швеция вступила в ЕС (хотя в НАТО пока нет, это произойдет позже). И вот, в 2003 году, шведская экспедиция с эхолотами находит на дне Балтики, на глубине 125 метров, тот самый DC-3. Он лежал там все эти годы.

Подняли обломки. И что вы думаете? Во-первых, фюзеляж был похож на дуршлаг. Следы от 23-мм и 37-мм советских снарядов. Во-вторых, внутри нашли то самое шпионское оборудование. Британские приемники, американские самописцы. Шведскому правительству пришлось краснеть. Пришлось официально признать: «Ну да, мы вам 50 лет лапшу на уши вешали. Это был разведчик. Мы работали с НАТО».

Четверо членов экипажа были найдены внутри и похоронены. Остальные четверо так и остались в море. Родственникам погибших пилотов наконец-то отдали медали, выплатили компенсации и сказали «простите». А «Каталину» так и не подняли. Она лежит где-то там, в холодных водах Балтики.

Эта история - идеальная иллюстрация лицемерия большой политики. СССР врал: «нас там не было». Швеция врала: «мы просто гуляли».

Самое печальное, что это привело к обратному эффекту. СССР хотел напугать соседей, чтобы они держались подальше от НАТО. Но после инцидента шведское общественное мнение так резко качнулось в сторону Запада, что сотрудничество стало еще теснее.

Сейчас обломки того самого DC-3 лежат в музее авиации в Линчёпинге. Каждый может прийти и посмотреть на рваные дыры в металле. Для шведов - дань памяти погибшим пилотам, для всех остальных - напоминание, что нейтралитет иногда просто красивое слово для прикрытия грязных игр.

Чему нас учит история «Каталины»? Тому, что если вы видите двух дерущихся гигантов, не стоит подходить к ним слишком близко с биноклем и блокнотом, даже если у вас на лбу написано «Я нейтрален». Могут и в глаз дать, причем оба сразу. И еще тому, что правда - как тот самолет на дне Балтики. Можно её топить, можно скрывать полвека, но рано или поздно её найдут.

Принято считать, что главная проблема в браке - это отсутствие общих интересов. Но позвольте вас уверить: настоящая катастрофа - когда ваша свекровь управляет государством, считает вашего мужа своей собственностью и имеет ключи от всех дверей в замке. Включая вашу спальню.

Дорогие друзья, заварите себе чай покрепче и давайте поговорим о женщине, которая умудрилась выжить в любовном треугольнике «Она, Он и Его Мама», родить в осажденной крепости и при этом не сойти с ума. Речь пойдет о Маргарите Прованской.

История эта началась солнечным днем 27 мая 1234 года. Санс, собор, витражи горят огнем. Маргарите всего тринадцать. Она хороша собой - в Провансе вообще знают толк в красоте и поэзии, темноволосая, умная, с искоркой в глазах. Её жених - Людовик IX, король Франции. Ему двадцать, он высок, благороден, добр и... как бы это помягче сказать... будущий святой.

Жить со святым - это, как мне кажется, испытание не для слабонервных. Но настоящим испытанием для Маргариты стал не Людовик, а Бланка Кастильская. «Белая королева». Женщина-кремень, женщина-ураган. Она правила Францией железной рукой, пока сын рос, и совершенно не собиралась отдавать «своего мальчика» какой-то прованской девчонке. Первые годы брака напоминали плохую комедию положений. Бланка Кастильская заявила примерно следующее: - Вы можете быть женаты, но видеть друг друга будете только по расписанию. А расписание составляю я.

Молодожены жили в замке Корбей. Комнаты короля - внизу, королевы - наверху. А посередине - винтовая лестница, на которой они встречались.
- Маргарита, - шептал Людовик, оглядываясь, как нашкодивший школяр, - матушка уснула?
- Уснула, мой король, - отвечала Маргарита, прижимаясь к холодным камням стены. - Но она оставила стражу у моей двери.
У них была система. Слуги-сообщники должны были стучать в дверь или кашлять, если Бланка, проснувшись среди ночи (видимо, от ревности), решала проверить, где сын.

Однажды Бланка всё-таки поймала их. Зашла в комнату, взяла Людовика за руку и буквально потащила к выходу:
- Здесь вам не место, - отчеканила она.
Маргарита, которая к тому времени уже устала быть «мебелью», вскрикнула:
- Побойтесь Бога, мадам! Вы не даете нам видеться при жизни, неужели и в смерти разлучите?!
Людовик тогда покорно ушел. А Маргарита, думаю, именно в тот момент поняла: если она хочет выжить при этом дворе, ей придется отрастить броню толщиной с крепостную стену.
Шли годы. Маргарита рожала детей (всего их будет одиннадцать - видимо, лестничные встречи были продуктивными). Но настоящий характер нашей героини проявился не в будуарах Парижа, а в пекле Седьмого крестового похода.

1248 год. Людовик, охваченный религиозным пылом, решает освободить Гроб Господень. Маргарита едет с ним. Не потому, что хочет воевать, а потому что оставить мужа наедине с его советниками и воспоминаниями о маме - себе дороже. Они прибывают в Египет. В июне 1249 года крестоносцы берут Дамьетту. Всё кажется прекрасным. Но, как это часто бывает у мужчин, решивших поиграть в войну в пустыне, всё идет наперекосяк.

Апрель 1250 года. Катастрофа. Армия разбита, Людовика берут в плен мамелюки. Маргарита остается в Дамьетте. Она на девятом месяце беременности. Город в панике. Рыцари, которые должны были её защищать, пакуют вещи. - Мы уплываем, Ваше Величество, - говорят они, отводя взгляд. - Сарацины близко. Спасайтесь.

И вот тут эта женщина показывает, кто здесь настоящий монарх. Маргарита вызывает к себе в спальню старого рыцаря, которому за шестьдесят. Велит всем выйти.
- Сэр рыцарь, - говорит она, тяжело дыша и держась за огромный живот. - Поклянитесь. Если сарацины ворвутся в эту комнату... вы отрубите мне голову раньше, чем они меня схватят. Рыцарь смотрит на неё. В его глазах - смесь ужаса и восхищения.
- Мадам, - отвечает он совершенно спокойно, - я именно об этом и думал. Я бы не позволил им коснуться вас.

Через день она рожает сына. Его назвали Жан Тристан. «Тристан» - от слова «tristesse», печаль. Рожденный в скорби. Но времени на послеродовую депрессию у неё нет. Ей приносят весть: пизанские и генуэзские моряки, охраняющие город и продовольствие, собираются бежать. Если они уйдут, Дамьетта падет, и тогда Людовика точно казнят, потому что город - единственный козырь для обмена короля.

Маргарита, лежа в постели с младенцем (которого, кстати, нечем кормить, у неё от стресса пропало молоко), вызывает адмиралов.
- Вы хотите уйти? - спрашивает она.
- Хорошо. Но знайте: вы убиваете своего короля.
- Мадам, мы голодаем, - мнутся суровые моряки.
- Я куплю всю еду в городе, - заявляет она. - Я заплачу за каждого из вас. Из своих личных средств. Только останьтесь.
И она заплатила. Потратила астрономическую сумму - более 360 тысяч ливров (историки до сих пор спорят о точной цифре, но суть одна: это были ВСЕ её деньги). Она удержала армию и сохранила Дамьетту.

Когда 6 мая 1250 года город сдали в обмен на освобождение Людовика, король вышел на свободу только благодаря тому, что его жена не сбежала. Думаете, муж упал к её ногам и сказал: «Дорогая, ты чудо»? О нет. Когда он вернулся на корабль, первым делом спросил про детей, помолился и посетовал на грехи. Людовик был сломлен пленом и чувством вины перед Богом. Маргарита смотрела на него и, наверное, думала: «Я только что спасла твою жизнь, корону, милый. Хоть бы цветочек подарил».

Они вернулись во Францию только в 1254 году. К тому времени Бланка Кастильская умерла (ноябрь 1252 года). Новость эта застала их в Сидоне. Людовик рыдал два дня. Маргарита... скажем так, она сдерживала улыбку, но тоже плакала – больше из сочувствия к горю мужа.

После возвращения жизнь изменилась. Людовик IX всё больше превращался в святого: носил власяницу, мыл ноги беднякам, запрещал смеяться за столом и ненавидел роскошные платья, которые так любила Маргарита.

- Мадам, - говорил он ей, - вы слишком пестро одеты. - Сир, - парировала она, - я одеваюсь так, как подобает королеве, чтобы подданные видели величие Франции. Вы можете носить свои лохмотья, если вам так угодно, но не заставляйте меня это делать.

Маргарита была единственной, кто мог сказать ему правду. Когда он собрался в Восьмой крестовый поход в 1270 году, она отказалась: - хватит с меня песка, сарацинов и родов в осаде. И была права. Людовик умер в Тунисе 25 августа 1270 года.

Маргарита пережила его на целую вечность - на 25 лет. Стала вдовой, матриархом. Пыталась влиять на политику своего сына Филиппа III. И, по иронии судьбы, сама стала немного похожа на собственную назойливую свекровь, но это уже совсем другая история.

Последние годы провела в монастыре клариссинок, который она же и основала недалеко от Парижа. Умерла она в декабре 1295 года, в возрасте 74 лет. Её не похоронили рядом с мужем в Сен-Дени сразу. Потому что Людовика канонизировали. Он стал святым. А святому негоже лежать с женщиной, даже если это его законная жена. Бюрократия пострашней любой свекрови.

Глядя на судьбу Маргариты Прованской, я думаю вот о чем. Историки часто пишут о «Веке Святого Людовика». Но за спиной святого, который смотрел в небо, стояла женщина, которая смотрела под ноги, чтобы этот святой не свалился в яму. Она терпела его маму, спасала его армию, рожала детей в нечеловеческих условиях и при этом сохранила способность шутить и любить красивые платья. Так что, если вас заедает семейный быт, вспомните Маргариту. По крайней мере, вам не нужно подкупать генуэзских адмиралов, чтобы муж вернулся с работы домой.

Представьте: вы - испанский рыбак. Утро 30 апреля 1943 года. Вы тянете сети у берегов Уэльвы и видите тело. Мужчина в форме британского офицера. К запястью пристегнут портфель. На груди - спасательный жилет. Лицо опухшее, кожа бледная. Явно утопленник.
Вы зовете полицию. Полицейские открывают портфель. Внутри - секретные документы. Письма от генералов. Планы вторжения союзников в Европу. Испанцы (формально нейтральные, но дружественные к Гитлеру) тут же передают копии немецкой разведке. Гитлер читает. И верит.
Он перебрасывает танковые дивизии, корабли и самолеты туда, куда указывают документы. А через два месяца союзники высаживаются совсем в другом месте - и почти без сопротивления.

Всё это - результат одной из самых безумных операций Второй мировой войны - «Мясной фарш».
Название подобрано с чисто британским черным юмором. Потому что главную роль в этой операции сыграл труп. Не шпион. Не диверсант. Не супероружие. Мертвец в офицерской форме.

1943 год. Союзники выбили немцев из Северной Африки. Следующий шаг - вторжение в Европу. Но откуда? Любой, кто хоть раз смотрел на карту Средиземноморья, включая Гитлера и Муссолини, понимал - Сицилия. Огромный остров. Идеальный плацдарм для удара по Италии. Немцы это знали. И укрепляли Сицилию так, будто там спрятан Святой Грааль.Черчилль смотрел на разведданные и думал:
- Если мы полезем в лоб, будет мясорубка. Нужно обмануть Гитлера. Но как? Просто подкинуть фальшивые документы? Немцы не дураки. Они проверят всё - от бумаги до чернил. Нужно, чтобы документы попали к ним так, чтобы они поверили на 147%.

И тут в игру вступают два гения (или два психопата, грань тонка).

Юэн Монтегю - офицер военно-морской разведки. Серьезный, методичный, с юридическим образованием. Чарльз Чолмондели - сотрудник MI5. Эксцентричный тип с огромными усами, который однажды предложил сбрасывать на немцев парашютистов с радиоприемниками, настроенными на вражескую волну, чтобы их деморализовать.

Идея с трупом пришла им в голову не без помощи Яна Флеминга. Да-да, того самого - будущего «отца» Джеймса Бонда. Флеминг тогда служил в разведке и читал детективы. В одном из романов был сюжет: подкинуть врагу мертвеца с документами. Монтегю и Чолмондели, должно быть, переглянулись:
- А что? Звучит как план!

Им понадобился труп. Но не абы какой. Требования:
- выглядит как жертва авиакатастрофы над морем,
- никаких пулевых ранений,
- возраст призывной,
- поплавал пару дней, но не сильно разложился.

Найти подходящего мертвеца в военном Лондоне оказалось задачей со звёздочкой - родственники не хотели отдавать тела для «секретных нужд». Наконец, в морге больницы Сент-Панкрас нашли идеального кандидата: Глиндур Майкл. 34 года. Валлийский бродяга. Приехал в Лондон, нищенствовал, от отчаяния съел хлеб, намазанный крысиным ядом. Умер в муках. Но для разведки это был подарок судьбы:
- в легких была жидкость (как при утоплении),
- яд уже трудно было обнаружить

Монтегю писал: «Этот человек при жизни ничего не добился, но после смерти сделает больше, чем целая дивизия». Цинично? До безумия. Но это война.

Тело поместили в холодильник и начали превращать бродягу в героя. Глиндур Майкл исчез. На свет появился капитан (бревет-майор) Уильям Мартин, Королевская морская пехота.

Разведчики подошли к созданию легенды с дотошностью маньяков-перфекционистов. Они понимали: немцы будут проверять карманы. Карманный «мусор» должен рассказывать историю живого человека.

В карманы положили:
- чек из ювелирного на покупку обручального кольца за 53 фунта (бешеные деньги);
- два любовных письма от невесты Пэм. Фото «Пэм» взяли у сотрудницы MI5 Джин Лесли. Письма писали всем отделом, стараясь поймать тон влюбленной, но слегка истеричной девушки;
- письмо из банка с требованием погасить овердрафт в 79 фунтов. Гениальный штрих! Это делало Мартина живым: кутит, тратит на баб, влез в долги. Верю!
- билеты в театр (корешки, чтобы показать, что он там был);
- ключи, сигареты, спички.

Но всё же Глиндур Майкл выглядел... ну, как мертвый бродяга. Сфотографировать труп для документов так, чтобы он выглядел живым офицером, не получалось. В итоге нашли капитана Ронни Рида, который был поразительно похож на покойного, сфотографировали его и приклеили фото в удостоверение.

И да, трусы. Монтегю всерьез озаботился вопросом:
- А какие трусы носил бы майор Мартин? Если он купил их недавно - они новые. Но он же был в отъезде? Монтегю заставил одного из сотрудников носить шерстяное белье несколько дней, чтобы придать ему «поношенный вид». Представляю диалог:
- Джон, ты должен послужить Родине. Надень эти кальсоны и не снимай неделю. - Есть, сэр!

И, конечно же, «главное блюдо» - портфель. Пристегнутый к руке майора цепочкой (чтобы не потерял в воде). Внутри - личное письмо от заместителя начальника Имперского генерального штаба генерала Арчибальда Ная генералу Харольду Александеру в Тунис. Письмо было шедевром дезинформации. Между делом, как бы невзначай, обсуждались планы высадки в Греции и Сардинии. А про Сицилию написано так: «Мы хотим, чтобы немцы думали, что мы пойдем на Сицилию». Чтобы письмо выглядело натурально, к нему приложили рукопись книги о коммандос и пару шуточек.

Тело положили в специальный металлический контейнер с сухим льдом. Водителю, который вез контейнер в Шотландию (к подлодке), сказали, что внутри «метеорологическое оборудование». Хотя водитель наверняка догадывался, что «оборудование» подозрительно напоминает гроб.

4:30 утра 30 апреля 1943 года, у побережья Испании (город Уэльва), субмарина HMS «Seraph» всплыла. Офицеры вытащили контейнер, достали «майора Мартина», надели на него спасательный жилет и аккуратно столкнули в воду. Капитан Джуэлл прочитал 39-й Псалом. Затем создали турбулентность винтами, чтобы тело отнесло к берегу.

Утром испанский рыбак нашел тело. И, как было задумано, «майора Мартина» передали властям. Британский консул в Уэльве (в курсе операции) начал разыгрывать спектакль:
- Где тело?! Где портфель?! Там государственные тайны! Верните немедленно, не вскрывая!
Он играл панику так убедительно, что испанцы поверили – им в руки попало что-то ценное. И, конечно, не собирались вот так запросто возвращать находку англичанам. Правда, будучи бюрократами, не хотели отдавать документы и немцам. Но местный агент Абвера, Адольф Клаус, задействовал все связи.

Испанцы аккуратно вскрыли конверты (использовали технику наматывания мокрой бумаги на сургучную печать, чтобы не сломать её), сфотографировали содержимое и запечатали обратно. Потом вернули портфель британцам. Те отправили его на экспертизу. Специалисты посмотрели под микроскопом и обнаружили: ресница, которую специально подложили в конверт, исчезла. Значит, письма читали! В Лондон полетела телеграмма: «Mincemeat swallowed rod, line and sinker» - «Фарш проглочен вместе с удочкой, леской и крючком».

Копии же «документов» легли на стол Гитлеру. И он поверил. Потому что немцы всегда считали британцев разгильдяями, которые могут потерять секретные документы вместе с офицером. И как мы можем судить, не так у ж они и ошибались, кстати. Плюс, детали «майора Мартина» были слишком убедительны.

Гитлер отдает приказ:
- перебросить танковую дивизию СС из Франции в Грецию
- отправить туда корабли и самолеты
- на Сицилии ослабить оборону
- Роммеля (Лиса пустыни) отправить в Афины командовать группой армий.
Танки едут через всю Европу, жгут топливо, ломают гусеницы, чтобы защищать пляжи, на которые никто не собирался высаживаться.

9 июля 1943 года союзники начали вторжение на Сицилию. Немцы были в шоке. Даже когда британские и американские солдаты уже бегали по сицилийским пляжам, немецкое командование думало:
- Это отвлекающий маневр! Сейчас они ударят по Греции! Надо ждать! Они ждали главного удара в Греции еще две недели!

Вторжение же на Сицилию прошло гораздо легче, чем ожидалось. Тысячи жизней солдат были спасены благодаря одному мертвому валлийцу.

Историки (включая официальных авторов британской разведки) отмечают, что переброска немецких войск была вызвана комплексом факторов: паранойей Гитлера, успехами других операций дезинформации (Operation Barclay), общей растянутостью коммуникаций Вермахта. «Мясной фарш» стал катализатором, но не единственной причиной ослабления обороны Сицилии.

Бревет-майора похоронили в Уэльве со всеми воинскими почестями. На могиле написали: «Уильям Мартин. Любимый сын, брат и жених Пэм». Семья «Пэм» даже прислала венок. Правда открылась спустя годы. Полноценный надгробный камень с именем Глиндур Майкл и пояснением «Глиндур Майкл. Служил как майор Уильям Мартин» был установлен в 2005 году по инициативе местных жителей и при участии британского правительства.

Человек, который при жизни был никем - изгоем, которого общество выплюнуло и забыло, после смерти стал для союзников одним из главных героев. Не получив медалей при жизни, но он получил, пожалуй, самую необычную судьбу в истории войн.

Ну а какие мы можем сделать из этой истории выводы?
1. Внимание к деталям - это всё. Если врёте, врите про нижнее белье и долги в банке.
2. Иногда мертвые могут сделать больше, чем живые.
3. Если вы нашли на пляже утопленного офицера с портфелем, пристегнутым цепью, - будьте бдительны. Возможно, это геополитика.

Есть истории, после которых хочется сесть и молча посмотреть в стену. Осада «Маунт-Кармела» - из таких. Потому что, как ни крути, а виноваты там все. И те, кто внутри сидел, и те, кто снаружи стоял, и те, кто потом объяснял, что так и было задумано. Спойлер: не было.

Но давайте по порядку.

В техасской глуши, недалеко от города Уэйко, стояла себе ферма. Называлась «Маунт-Кармел», принадлежала религиозной общине «Ветвь Давидова» - подразделению адвентистов седьмого дня.

Адвентисты, если кто не в курсе, такие протестанты, которые ждут второго пришествия Христа и очень серьёзно относятся к субботе. «Ветвь Давидова» ждала того же, только ещё серьёзнее. И с оружием.

К началу девяностых общиной руководил Дэвид Кореш. Урождённый Вернон Хоуэлл, тридцати трёх лет, музыкант-неудачник, зато харизматик от бога (как он считал). Кореш объявил себя мессией, финальным пророком, агнцем божьим, который откроет семь печатей Апокалипсиса.

Последователи верили. А чего не верить? Человек уверенно цитирует Библию часами, не заглядывая в текст, объясняет, что именно через него говорит Господь, и вообще очень убедительно выглядит. Плюс конец света на носу, а тут готовое убежище с запасами. Логично же присоединиться.

Проблема была в том, что помимо духовных практик, Кореш увлекался вещами более приземлёнными. Многожёнство, например. «Духовные браки» с прихожанками, включая несовершеннолетних. И оружие. Много оружия. Очень много оружия.

«Маунт-Кармел» был натуральным арсеналом. Винтовки, пистолеты, гранаты, комплектующие для автоматов - в общине этого добра хватило бы на маленькую армию. Формально, часть они продавали на выставках, это был бизнес. Неформально - ну, вы понимаете.

Бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием (ATF) давно присматривалось к этой компании. И в феврале 1993 года решило: пора брать. План был такой - нагрянуть внезапно, арестовать Кореша, изъять оружие. Всё красиво.

Получилось некрасиво.

28 февраля к «Маунт-Кармелу» подъехали грузовики с агентами ATF. Семьдесят шесть человек в полном обмундировании, вертолёты в небе, камеры местного телевидения неподалёку - журналистам кто-то слил информацию, и они решили, что это прекрасный повод для репортажа. О внезапности можно было забыть.

Кореш, естественно, знал. То ли свои предупредили, то ли сам догадался, глядя на вертолёты. Но дверь открыл. Агент ATF крикнул что-то про ордер и федеральную полицию. А дальше - до сих пор спорят, кто выстрелил первым.

Перестрелка длилась два часа. Когда дым рассеялся, четверо агентов ATF были мертвы, шестеро «давидианцев» тоже. Раненых - десятки с обеих сторон. Сам Кореш получил пулю в бок, но остался жив.

И вот тут начинается та самая осада.

ATF, опозорившееся по полной программе, отступило. Дело передали ФБР. Те пригнали бронетехнику, снайперов, переговорщиков и приготовились ждать. Сколько надо - столько и простоим. Терпение - наше всё.

Кореш тоже не торопился. Ему внутри было неплохо. Еда есть, вода есть, последователи верят ещё крепче - видите, сам сатана в лице федерального правительства пришёл нас уничтожить! Всё по писанию!

Переговоры шли каждый день. ФБР просило выйти. Кореш просил дать ему время дописать толкование семи печатей. ФБР предлагало гарантии безопасности. Кореш отвечал цитатами из Откровения Иоанна Богослова. Диалог глухих с немыми, помноженный на богословие.

Периодически из здания выпускали детей. По несколько человек за раз, как жест доброй воли. Но взрослые оставались. И дети, кстати, тоже не все вышли. Внутри оставалось больше двадцати несовершеннолетних.

ФБР теряло терпение. Пробовали психологическое давление - круглосуточно врубали прожекторы, транслировали через громкоговорители звуки забоя скота, детский плач, звук стоматологической бормашины, тибетские мантры. Кто это придумал и почему решил, что поможет - загадка американской криминалистики.

Не помогло. Кореш засел крепко. Пророчествовал, записывал послания, общался с богом. Его последователи готовились к концу света, который, как они считали, начнётся со штурма.

Это продолжалось пятьдесят один день. Почти два месяца две сотни федеральных агентов, танки, вертолёты и лучшие переговорщики страны не могли справиться с сектой в полторы сотни человек.

А потом пришёл приказ. 19 апреля 1993 года генеральный прокурор Джанет Рино санкционировала штурм. По плану: бронетехника проламывает стены, внутрь закачивается слезоточивый газ, люди выбегают, их берут тёпленькими. Что могло пойти не так?

Всё.

Рано утром бронемашины M728 начали крушить здание. В пробоины полился газ CS - тот самый, который запрещён в военных конфликтах, но почему-то разрешён против собственных граждан. ФБР ожидало, что давидианцы выбегут наружу, спасаясь от химикатов. Давидианцы не выбежали.

Около полудня в здании начался пожар. До сих пор спорят - то ли сектанты подожгли сами, то ли газ воспламенился от чего-то, то ли танки повредили керосиновые лампы. Версий столько, что хватит на отдельный сериал. ФБР настаивает - самосожжение. Выжившие давидианцы клянутся - поджога не было.

Факт остаётся фактом: деревянное здание с запасами оружия и боеприпасов вспыхнуло как спичка. Пожарных не подпускали - слишком опасно, там же стреляют. А потом стало поздно.

Семьдесят шесть человек погибли в огне. Включая Кореша. Включая двадцать пять детей. Самому младшему было два года.

Выжило девять человек. Кто-то выскочил в последний момент, кого-то вытащили. Их потом судили и посадили. Ну а как иначе - преступники же.

Америка смотрела прямую трансляцию. Горящее здание, чёрный дым, бронетехника вокруг - всё это показывали в прямом эфире. Реакция общества была... неоднозначной. Одни говорили - так им и надо, сектантам проклятым. Другие - федералы убили женщин и детей, какой позор.

Последствия аукаются до сих пор. Через два года, ровно 19 апреля 1995-го, некто Тимоти Маквей взорвал федеральное здание в Оклахома-Сити. Сто шестьдесят восемь погибших. Маквей прямо говорил - это месть за Уэйко.

Комиссии, расследования, слушания в Конгрессе - всё это было потом. ФБР признало ошибки. Частично. Сдержанно. С оговорками. Джанет Рино взяла ответственность на себя, но в отставку не ушла.

А «Маунт-Кармел» теперь - место паломничества. Туда приезжают конспирологи, либертарианцы, противники федерального правительства, просто любопытные. На месте бывшей фермы - мемориал и новая церковь. Маленькая община давидианцев до сих пор существует.

Кореш, конечно, был преступником. Растление несовершеннолетних, незаконное оружие, много чего ещё. Его нужно было арестовать и судить. Только вот арестовывать - это не то же самое, что сжигать. А получилось то, что получилось.

Как сказал один из переговорщиков ФБР годы спустя: «Мы хотели спасти детей. В итоге все они погибли». Вот вам и вся мораль. Пойдёмте молча смотреть в стену.

1095 год, итальянский город Пьяченца. Огромный собор. Тысячи епископов, аббатов, рыцарей. Папа Римский сидит на троне.Появляется женщина. Молодая. Красивая. В дорогом платье. Она - императрица Священной Римской империи. Жена одного из самых могущественных правителей Европы. И она начинает говорить. Голос дрожит, но слова чёткие:
- Мой муж принуждал меня к оргиям. Он использовал моё тело в сатанинских ритуалах. Он приказал своему сыну вступить со мной в связь, чтобы сломать его волю.

Это Евпраксия Всеволодовна - внучка Ярослава Мудрого, сестра Владимира Мономаха. Единственная русская княжна, которая стала императрицей. И единственная женщина Средневековья, которая публично уничтожила репутацию своего мужа-тирана.

Забудьте про Анну Ярославну. Это история её племянницы. И она в сто раз круче.

Началось всё в Киеве, примерно в 1071 году. Папа Евпраксии - князь Всеволод Ярославич - был самым интеллигентным правителем своего времени. Человек знал пять языков, сидел в библиотеке, был «ботаником» на троне. Мама - половецкая княжна (по другой версии - гречанка). Генетический коктейль взрывной.

Евпраксия росла в атмосфере: «Доча, учи греческий, читай Гомера и не вытирай руки о скатерть». Киев тогда был мегаполисом, по сравнению с которым большинство европейских городов напоминали грязные деревни с амбициями. Когда девочке исполнилось 12 лет (возраст, когда современные дети снимают тиктоки), папа решил: - пора делать большую политику.

Евпраксию отправили в Германию, в Саксонию, выходить замуж за маркграфа Генриха Штадена по прозвищу «Длинный». Представьте шок ребёнка. Из солнечного, златоглавого Киева она попадает в суровый саксонский замок, где:
- сквозняки
- сырость
- лучшее развлечение - охота на кабана
- лучший десерт - жареная репа.
Но первый брак продлился недолго. Маркграф Генрих оказался не очень живучим и вскоре скончался. Евпраксия осталась юной, богатой и очень красивой вдовой.

И тут на сцену выходит Он. Главный злодей нашей истории. Генрих IV, император Священной Римской империи.Личность, мягко говоря, неоднозначная. Вы, возможно, слышали про «Хождение в Каноссу»? Это когда он три дня стоял босиком на снегу, умоляя Папу Римского даровать прощение и впустить, погреться. Так вот, это тот самый парень. Унижение в Каноссе, похоже, сломало его психику. Он стал: подозрительным, жестоким, мстительным. И, судя по всему, сексуально озабоченным в самом плохом смысле этого слова.

Увидев юную вдову Евпраксию (которую в Европе переименовали в Адельгейду, потому что «Евпраксия» для немецкого уха звучало как заклинание вызова демона), Генрих решил:
- Хочу!

Ему было 38, ей - около 18. Он - император. Она - княжна из хорошей семьи, связь с которой может помочь против Польши и Папы Римского. В 1089 году они поженились. Евпраксия стала императрицей. Казалось бы, живи и радуйся. Но сказка кончилась, толком не успев начаться.

Сразу после свадьбы Генрих IV начал вести себя странно. И под «странно» я не имею в виду разбросанные носки. Историки до сих пор спорят, что именно там происходило, но показания современников рисуют картину настоящего ада. Во-первых, император был параноиком. Ему казалось, что все хотят его свергнуть. Во-вторых, он увлёкся какими-то мутными сектами. Ходили слухи о «николаитах», которые практиковали оргии и чёрные мессы. И Генрих решил, что его молодая жена должна стать главной звездой этих вечеринок. По хронике, он принуждал Евпраксию к участию в оргиях. Но это ещё цветочки. Самый жуткий эпизод связан с его сыном от первого брака - Конрадом. Генрих якобы приказал Конраду вступить в связь с мачехой (то есть с Евпраксией), чтобы повязать сына грехом, шантажировать и сломать волю. Конрад, к его чести, оказался парнем морально устойчивым. Он сказал:
- Батенька, Вы больной? Я в этом не участвую.
И сбежал к Папе Римскому.

Ещё была история про «рыцаря в доспехах». Генрих, желая проверить верность жены (или просто извращаясь), подослал к ней в спальню одного из своих баронов с предложением интима. Евпраксия, не будь дурой, сделала вид, что согласилась, но назначила свидание в темноте. Сама подговорила служанок встретить «любовника» дубинами. Когда кавалер явился, его отлупили от всей души. А потом выяснилось, что под плащом скрывался сам император Генрих Наутро, весь в синяках, пытался делать вид, что упал с лестницы. Евпраксия лишь окинула его взглядом:
- Ну что, дорогой, как прошла ночь?

После этого случая император озверел окончательно. Он запер жену в Вероне. Фактически, это была тюрьма строгого режима:
- никаких служанок
- еда через окошко
- постоянное психологическое насилие.
Евпраксия понимала, если она останется - её либо убьют, либо она сойдёт с ума. Ей нужен был союзник. И она нашла самого мощного союзника в Италии. Матильда Тосканская. «Железная леди» Средневековья, владелица замка Каносса, главная фанатка Папы Римского и личный враг Генриха IV. Матильда была женщиной-воином, которая водила армии и не боялась ни чёрта, ни императора.

Узнав, что в Вероне томится жена её врага, Матильда организовала спецоперацию. В 1093 году, с помощью верных людей, Евпраксию выкрали. Ночная погоня. Укрытие в неприступных стенах Каноссы. Там, в замке Матильды, две женщины - русская княжна и итальянская маркграфиня - сели у камина, выпили вина и решили:
- Мы уничтожим этого гада.
План был прост, как всё гениальное. Информационная война.

В 1095 году Папа Урбан II (тот самый, который скоро объявит Первый крестовый поход) созвал церковный собор в городе Пьяченца. И вот, перед тысячами епископов, аббатов и светской знати, вышла Евпраксия-Адельгейда.

Это был беспрецедентный случай. Женщина. Императрица. Публично свидетельствует против своего мужа-императора. В XI веке это было равносильно взрыву атомной бомбы. Евпраксия не стала стесняться. Она рассказала всё:
- про оргии
- про принуждение к блуду
- про попытку инцеста с пасынком
- про чёрные мессы, где её тело использовали вместо алтаря.
Европа была в шоке. Хронисты писали, что епископы закрывали лица руками, а рыцари хватались за мечи.

Папа Урбан II тут же объявил Генриха IV исчадием ада, предал его очередной анафеме и освободил всех подданных от присяги этому «монстру». Репутация Генриха была растоптана в ноль. Гвоздём в крышку её гроба стала речь Адельгейды. Его политическая карьера превратилась в руины. Сын Конрад восстал против отца. Германия погрузилась в хаос. Император-абьюзер получил по заслугам.

Евпраксии же отпустили все грехи.

После триумфа в Пьяченце она пожила у Матильды, потом перебралась в Венгрию. Но Европа для неё была отравлена воспоминаниями. После нескольких лет скитаний, Евпраксия решила вернуться домой. Правда, Киев 1106 года был уже не тем уютным гнёздышком. Папа Всеволод давно умер. На троне сидел брат Владимир Мономах - мужик суровый, правильный, автор «Поучения детям». Возвращение сестры - «разведёнки», замешанной в самых грязных скандалах Европы, было для него тем ещё «подарком». Дома Евпраксия чувствовала себя чужой. На Руси к женщинам, побывавшим в таких переделках, относились с подозрением. «Дыма без огня не бывает», - шептались киевские кумушки.

Не найдя покоя в миру, Евпраксия постриглась в монахини в Андреевском монастыре. Она прожила в Киеве всего три года после возвращения. В 1109 году, в возрасте примерно 38 лет (столько же было Генриху, когда он на ней женился), Евпраксия умерла. Её похоронили в Киево-Печерской лавре. Она получила отдельную гробницу - честь, которой удостаивались немногие женщины.

История Евпраксии Всеволодовны - это триллер о выживании. Она была пешкой в большой игре своего отца, пешкой в большой игре Папы против Императора. Стала жертвой мужа-психопата. Но в отличие от многих женщин того времени, которые терпели, плакали в подушку и умирали от тоски, она нанесла ответный удар. Евпраксия стала голосом всех униженных женщин Средневековья, пусть и всего на один день в Пьяченце.

Генрих IV умер всеми покинутый, проклятый и свергнутый собственным сыном. А Евпраксия вернулась домой. Да, её жизнь была сломана. Но в битве между хрупкой русской княжной и могущественным императором Священной Римской империи победа однозначно осталась за нашей девочкой. Шах и мат, Генрих.

Часть вторая. Абсолютно автономная.

Вчера, листая, прости господи, Дзен, я осознала, что вижу рекламу. Которую видеть не должна, поскольку у меня подписка именно для этого.
Конечно же, как человек опытный и неглупый, я решила убедиться, что подписка никуда не делась. Все было в порядке. В приступе, пока еще легкой, ярости написала в техподдержку (ТП), мол, а что такое происходит. Мне сказали ждать и обещали разобраться.
Шло время. Много. В конце концов, ТП написала, что у меня недостаточно средств на карте. Не, ну гипотетически такое может быть, хоть у нас и приняли закон, что никаких автоматических продлений и списаний, давайте признаемся, работает он так себе.
Поэтому я полезла проверять баланс.

Конечно же, как человек опытный и неглупый, для всяких таких целей я имею специально обученную карту, куда ежемесячно кладу сумму стоимости подписок. Раз в месяц (потому что разные сервисы списывают в разные даты) мной пополняется баланс на цифру, полученную в результате арифметической операции сложения.
Теперь следите за руками. На 13 мая на карте оставалось 360 руб. Путем несложных подсчетов я поняла, что это 200 руб на Смотрим и 160 на Дзен.
В голове тревожной мыслью забился вопрос – сколько хотел списать Дзен, если стоимость подписки 160 руб, а на карте 360 руб и им недостаточно. Я волновалась, но задала этот вопрос ТП.

Судя по времени ожидания, Дзеном (или как он там называется) была предпринята попытка мозгового штурма. Увы, неудачная. По итогам которой, мне предложили провести оплату заново. Ну, ок. Правда, непонятно, если у Дзен не получилось списать своими кривыми руками, почему они назвали причиной нехватку средств, ну да ладно.
Я торжественно снова захожу в нужную вкладку, чтобы оплатить уже не автоматически, а моими золотыми рученьками, и вижу, что кнопки-то «оплатить» и нет. Есть только «отменить».
Снова пишу в ТП. Всё, продолжения, заключения, даже морали не будет. Я все пишу и пишу. До сих пор.

На текущий момент я имею:
- деньги на карте, которые как были, так и есть, в том же количестве,
- подписка неактивна, я вижу рекламу,
- не могу руками оплатить, потому что у Дзена кривое все, включая мозги, а у меня просто нет нужной кнопки,
- не могу отменить подписку, потому что у Дзена там опять «что-то пошло не так, попробуйте снова»,
- в ЛК статус подписки активный.
В ответ на мои мольбы о помощи – тишина. Но я в корпоративных продажах сто лет работала, хрен меня чье-то молчание остановит. Пишу.
UPD: ТП поисковика, агрегатора новостей, называющего себя экосистемой, снова ответила: Информация уточняется, мы вернемся с ответом, как только появятся новости.
Рука-лицо.

Но, раз пошло такое дело, я решила привести в порядок и прочие вопросы.
У меня есть аккаунт в Пинтерест, куда выкладываю всякое красивое для дома: интерьер, посуда, текстиль. Такая вот моя борьба с шопоголизмом. Естественно, сохраняю ссылки на товары (ну а вдруг?), а в последнее время стала еще часто этими ссылками делиться, например, красоту - в Пинтерест, а ссылки – в ВК. Там уже и народ собрался, человек 500. Не скажу, что активно этим занимаюсь, скорее по порыву души, но стала переживать, как бы не попасть под раздачу, с нашими-то драконовскими рекламными законами.

На счастье таких волнушек как я, у ВК есть реферальная программа. Прелесть ее в том, что причиндалы для поста, который могут расценить как рекламный, формирует ВК. То есть купят или нет по твоей ссылке – хз, но по башке уже точно не прилетит, потому что норму соблюдения законодательства выполняет площадка. «Что же для этого нужно?», - наверняка, хотите узнать вы. Самую малость: быть самозанятым, ИП или ЮЛ, пройти верификацию и отправить свое сообщество, в котором более 100 человек, на рассмотрение. Ну, естественно, самоцензура перед этим какая-то тоже должна быть.

Поскольку у меня вроде как все ок, я радостно отправляю сообщество на модерацию и предвкушаю, как буду наслаждаться только поиском красивых вещей, без нервяка и головоломства. Поверите, нет? Сама себе позавидовала.
Зря. Потому что ответ модераторов пришел сразу: «Недостаточно подписчиков в группе». Обращаю внимание, это все происходило уже после бесплодных попыток Дзена списать 160 из 360 руб. У меня задергался глаз.
Конечно же, как человек опытный и неглупый, я снова прочитала условия. Ну все верно – нужно 100, у меня 500. Почему 500 недостаточно, при необходимых 100? Магия чисел? Игры разума? Не знаю.

Конечно же, как человек опытный и неглупый, и даже проверила подписчиков, ну вдруг боты. Честно, на 500 меня не хватило, но сотню с мелочью проверила. Может, и боты, но выглядят как люди.

Махнула рукой и пошла на Яндекс Маркет. Условия те же, ответ тот же: «Недостаточно подписчиков». А если точнее: «Наберёте 1000 - приходите».
Конечно же, как человек опытный и неглупый, я задала вопрос ТП: как при требуемых 100 вы вдруг хотите 1000? Ответ уровня «му-хрю» успокоить уже не мог. «Извините, если нечаянно ввели в заблуждение…» Да не нечаянно. Осознанно. Благодаря этой размытой сотне, заявок до хрена, показатели эффективности улетают в космос. Можно бегать по конференциям, рассказывать про импортозамещение, получать преференции и финансирование. Только вот этот же «суверенный» патриотичный Яндекс даже красноармейца в своём Шедевруме создать не может, правила запрещают. Зато всяких фашистских персонажей его ИИ клепает сколько хочешь. Поразительный контраст между позиционированием и реальной неработоспособностью. Стоит говорить, что у меня к этому моменту глаза были налиты кровью?

Я была настолько зла - руки тряслись. Почему-то в результате моих потуг действовать в рамках закона (понимаете какой бред? Потуги, чтобы просто соблюдать закон!), меня поставили в положение просящего, ждущего, чающего. На пустом месте. Осознание идиотизма происходящего меня потрясло. Позже добавилось осознание подлости.
Но, когда я легко сдавалась, пассионарий хренов? И пошла на Озон. Можете посмеяться. Мне сейчас тоже уже немножко смешно от собственной воли к победе.

На Озоне модерация площадки длится неделю, итоги пока неизвестны, но это уже и неважно. Потому что в этой истории судьба повернулась ко мне другой гранью, вернее крышкой, крышкой гроба, – налоговой.
Озон требовал сконнектиться и подтвердиться через приложение «Мой налог». Я им не пользуюсь. Как самозанятая, финансы обслуживаю в Т-банке, этого функционала хватает. Партнеров подключаю через ЛК на сайте ФНС. Но Озон прямо настаивал на приложении. Вернее как? Он утверждал, что мой номер телефона в его аккаунте не совпадает с номером телефона налогоплательщика. Вообще-то совпадает. Но я лояльно допустила мысль, что причина может быть в том, что у меня ЛК налогоплательщика не приложение, а именно сайт. И хоть, после внутрипопочного введения макса, или как он там себя называет, установка чего бы то ни было провоцирует короткое, но буйное умопомешательство, я все-таки скачала «Мой налог». И попыталась в него войти. Оцените степень моей целеустремленности, между прочим.

Кстати, когда я меняла фамилию (никому не рекомендую) я полгода жила в двух личностях и одновременно меня не существовало вообще, вот так у нас подтягиваются данные. Единственное ведомство, которое заменило данные на новые быстро и правильно – ФНС. Ха-ха! Поэтому в их приложении предложение зарегистрироваться самозанятой меня повергло в пучину отчаяния. ИНН совпадает, телефон совпадает. Только вот на сайте и в жизни я уже почти год СМЗ, а в приложении еще нет.

На этом месте я сдалась и заплакала. Цифровая бюрократия как эмоциональное насилие. Понимаете, я просто хотела сделать все правильно, чтобы мои действия соответствовали требованиям и законам, чтобы я платила налоги и спала спокойно. И очередной раз меня буквально раздавило понимание, что люди вообще, все, любые, могут быть честными, умными, благородными, исключительно положительными и законопослушными, бескорыстными, патриотичными, талантливыми, добрыми, неравнодушными. Но это не имеет никакого значения и ценности в недружелюбной среде. Которую создают эти же люди, то там, то тут, то как я вчера, уступая тотальной системной некомпетентности.

Так что… ребята, сорри, но кажется, мы обречены.

Ребя-я-а-та, я вам расскажу страшную и дикую историю. Прям леденящую кровь. История о том, как вчера я поймала комбо тупости и некомпетентности. Произошедшее настолько меня подавило, что я весь вечер плакала. Даже ночью проснулась, поплакала и снова заснула.
Начну издалека. Назовем это частью первой.

Мне тяжело рядом с теми, кто отказывается мыслить.Я очень не люблю глупых людей искренне и бескомпромиссно. Ведь что такое глупость? Это не когда вы чего-то не знаете, это-то как раз нормально. А еще нормально не прочитать все книги мира, задавать вопросы, просить о помощи, делегировать задачи специалистам.

Ненормально – перекладывать ответственность за отсутствие у себя разума, прикрывать безмозглость беспомощностью, делать окружающих заложниками чужой тупости. И на мой субъективный взгляд, ненормально не пытаться это исправить.
Ведь, по сути, ум - единственное, что мы можем «накачать», не взирая на исходные данные. Тут, надеюсь, всем понятно, это не касается клинических случаев – заболеваний, поражений и последствий травм. В остальном, мы даже тело собственными стараниями не можем получить то, какое хотим – у нас есть природные данные, в рамках которых мы ограничены. Убейся в спортзале, но, если ты больше похож на тумбочку, пусть стройную и подтянутую, из тебя не получится тонкая и звонкая балерина.

Мне часто прилетает за мою безапелляционность, мол, ну не все же такие умные… И вообще, что я кичусь своим умом.
Во-первых, никогда не считала себя умной. Неглупой, да. Но чтоб аж умной? Не-а. Да я минимум раз в пару месяцев сворачиваюсь калачиком, придавившись осознанием объемов моего незнания (хорошо сказала?).
Ну это ладно, это мой родненький синдром Даннинга-Крюгера, который, судя по всему, со мной навечно. Но я же иногда делаю реально тупые вещи. Например, однажды мне стало интересно сколько весит 20-литровая бутыль воды. Я пыхтела и корячилась, когда тащила её в ванную, чуть не померла, пока водружала на весы. Потом корячилась и пыхтела в обратном направлении. Поставив бутыль на место, моментально забыла цифру на весах. Зато в тот же миг поняла, что весы-то притащить было бы проще. Да что уж теперь.

А еще я боюсь газонокосилок и мясорубок. Не умею заправлять машину и никогда этого не делала сама.
Я настолько не понимаю электричество, что считаю, будто его боженька в розетку засунул. Впрочем, физика вся для меня - область чудес.
Делает ли меня это глупой? Вряд ли.
Могу ли я после этого считать себя умной? Возможно. Но, как говорится, есть нюансы.

Теперь, насчет того, что я кичусь. Это тоже не совсем так. Да, я не буду подстраиваться под глупого человека. Его глупость – не моя проблема, моя беда, но не проблема. Допустим у нас было разное детство, моя семья поощряла тягу к знаниям, меня рано научили читать и к 10 годам я прочитала все книги дома, а у нас их было да и есть навалом. Потом я взялась за книги родственников, знакомых и библиотеки. Господи, да я весь список литературы на лето читала, и даже те книги, которые какого-то хрена были исключены из школьной программы. Но так не у всех, я понимаю.
У меня были отличные учителя и одноклассники. В школе мне было комфортно, безопасно и интересно. Да, у меня была возможность поступить в университет и закончить его. И это тоже было дано далеко не всем.

Только семья и образование вообще не равно уму. Это хорошая база, «унавоженная почва». Семья и школа - это фундамент, но не дом. Ум - это то, что ты строишь внутри: привычка задавать вопросы вместо поиска удобных ответов, готовность делегировать, когда не знаешь, и смелость сказать «я ошибся». Это отношение к мысли. Самокритика, самоирония. И кстати, сюда же входит эмпатия - потому что без понимания другого ума мышление становится слепым и самодовольным.

И это все делает человек сам, внутри себя, по своей воле. Нужно только желание. Теперь, когда есть интернет и доступ к знаниям открыт (пока еще), когда есть книги, видеолекции, обучающие подкасты. Есть платные и бесплатные курсы. Господи боже мой, даже нейросети есть, которые помогут изучить или хотя бы узнать массу полезного. Только руку протяни.

Сегодня глупость - это выбор. Возможно, где-то он продиктован соображениями безопасности, уверена, что так жить проще. «В великих знаниях - великая печаль» не фигура речи. И в принципе, надо бы принять чужой выбор. Но беда с глупостью в том, что она комфортна лишь для носителя, а для остальных опасна, иногда смертельно.

Её часто прячут за гордостью. Не нужен нам берег турецкий, у нас и самих все есть. Это хорошо, когда есть. А когда нет? А когда лица, принимающие решения, некомпетентны в вопросе – оно, таки, есть или его все же нет? Но при этом обладают полномочиями выносить суждение, от которого многое зависит.

Её часто прячут за наивностью. Отличить бывает очень сложно. Когда учительница из провинции отдает все свои сбережения «наследному принцу Буркина-Фасо», чтобы вызволить жертву дворцовых переворотов и возвести на трон – это наивность. А когда упорствует, при попытке ее остановить, берет кредиты, кидает коктейли Молотова в трансформаторные будки – это глупость.

Гордость крошится, под гнётом реалий. Наивность лечится, хотя, болезненно. А вот глупость… Как сорняк. Живуча, плодовита, мимикрирует. Если от нее не защищаться, правила будет диктовать она.

Для меня ум – это не эрудиция, а готовность сомневаться, проверять и менять мнение перед лицом новых данных.Я приложила массу усилий, чтобы удалить глупых на комфортное для меня расстояние. За это, конечно, получила репутацию социопата прямолинейного и жестокого, иногда деспотичного. А мне и по фиг, потому что удовольствие от общения с умными людьми вообще ни с чем не сравнится. Пусть они будут странные, с разными степенями образования или вовсе без него, пусть у нас будут абсолютно разные интересы, биографии и взгляды на жизнь. Умному можно простить многое за то, что он есть. Поэтому, держите проверенный лайфхак: "Когда говоришь про свое отношение к глупости, некоторые сильно обижаются".
Пока это лучший маркер.

Вы видели это сотни раз в кино.
Десантник стоит в открытом люке самолета. Ветер бьет в лицо. Внизу - километры пустоты. Он делает шаг в бездну и орет: «ДЖЕРОНИМО-О-О!»
Звучит естественно, да? Как «Ура!» или «Поехали!».
Но вот что странно. Джеронимо - имя индейского вождя, который всю жизнь воевал против армии США. Это человек, который с отрядом в 30 бойцов годами водил за нос тысячи американских солдат.

И именно его имя американские десантники сделали своим боевым кличем. Это как если бы российские солдаты шли в атаку с криком «Наполеон!», а немецкие - «Жуков!».

Где, черт возьми, логика?

Сегодня я расскажу вам историю о том, как пьяный спор, дешевый вестерн и мужское эго создали одну из самых известных военных традиций в мире.

Кто же такой Джеронимо и почему его боялись? Для начала - матчасть.

Джеронимо (настоящее имя - Гоятлай, что значит «Тот, кто зевает») был вождем апачей. Родился в 1829 году на территории современной Аризоны. Это был не просто индеец, а настоящий кошмар для двух армий - американской и мексиканской.

В 1858 году мексиканские солдаты убили его мать, жену и троих детей. С того момента Гоятлай стал машиной мести:
- с отрядом в 30-40 человек держал в страхе тысячи солдат,
- мастер партизанской войны (атаковал, исчезал, появлялся через сотни километров),
- знал пустыню как свои пять пальцев,
- выживал в условиях, где белые солдаты умирали от жажды за пару суток.

Его поймали только в 1886 году, после того как он сдался добровольно (видимо, устал). Американские солдаты произносили его имя с уважением и ужасом. Но кричать его перед прыжком?

В XIX веке никто об этом ещё и не думал. Потому что парашютов еще не было. Но перенесёмся в 1940 год.

Форт-Беннинг, штат Джорджия. Здесь формируется первый в истории США Test Platoon - взвод парашютистов-испытателей. Это добровольцы. Безбашенные парни, которые согласились прыгать с тряпкой за спиной, когда парашютный спорт был ещё экспериментом, а статистика выживания - «как карта ляжет». Им скучно. Им страшно. Им хочется выпить. Накануне первого массового прыжка, группа бойцов идет в кинотеатр в городке Коламбус (рядом с базой). Там показывают вестерн «Джеронимо» (1939 года).

В фильме есть сцена: армия загоняет Джеронимо на край отвесной скалы. Высота - метров сто. Внизу - бурная река. Солдаты уверены: «Попался!» А Джеронимо смотрит на них, кричит свое имя и прыгает с обрыва. И выживает.

Парни выходят из кинотеатра под впечатлением.
- Вот это мужик! - говорит рядовой Обри Эберхардт. - Прыгнул и не зассал.
- Да ладно, - смеются товарищи. - Это кино. В жизни ты бы обделался.
- Я?! - возмущается Эберхардт. - Да я завтра прыгну с самолета и буду орать так же, чтобы вы знали, что мне не страшно!

Классика мужского спора на слабо.

На следующее утро. Аэродром. Самолет набирает высоту. В животах у парней - не бабочки, а птеродактили. Обри Эберхардт стоит у люка. Товарищи смотрят на него с ухмылкой: - Ну что, герой? Забыл про свое кино?

Эберхардт делает шаг в пустоту и орет во всю глотку: «ДЖЕРОНИМО-О-О!» Парашют раскрылся. Эберхардт приземлился, подошел к товарищам: - Съели?

И тут сработал эффект домино или, как бы мы сказали сейчас, вирусный маркетинг. Остальные подумали:
- Это круто звучит!
- Это помогает перебороть страх!
- Это ритмично!
И начали орать то же самое.

Сначала это была шутка одного взвода. Потом - роты. Потом - всего 501-го парашютно-десантного полка. Офицеры сначала не поняли, что происходит:
- Почему мои люди орут имя индейца? Это какой-то шифр? Они сошли с ума? Попытались запретить:
- Отставить индейщину! Кричите что-то патриотичное! «За Америку!» или «Свобода!»
Но солдаты - народ упрямый. «За Америку» - скучно, а «Джеронимо» - чистый драйв.

Командование махнуло рукой:
- Черт с вами. Орите что хотите. Главное - стреляйте в нужную сторону.

А потом и вовсе, имя Джеронимо стало официальным девизом 501-го полка. Его разместили на шевронах! Представьте иронию: на эмблеме элитного подразделения армии США - профиль человека, который эту армию ненавидел.

Но почему именно это слово?
1. Ритм
Слово «Geronimo» идеально ложится на выдох: Дже-ро-ни-мо-о-о. Четыре слога. Долгий гласный звук в конце. Удобно орать.
2. Символ
Джеронимо был символом безбашенной храбрости. Прыжок с парашютом - тоже безбашенство (на мой взгляд), храбрость – на взгляд прочих.
3. Суеверие
Солдаты – народ такой, один крикнул и не разбился, значит, это работает как оберег.

Кстати, рядовой Обри Эберхардт прошел всю Вторую мировую, выжил и стал знаменитостью в узких кругах. Когда его спрашивали про «героический смысл» клича, он всегда смеялся: «Я просто хотел доказать парням, что не трус». Никакой философии. Никакого патриотизма. Просто мужской спор на слабо.

Позже «Джеронимо» вышел и за пределы армии. Его кричали: - дети, прыгая с тарзанки - герои мультиков - одиннадцатый Доктор Кто сделал это своей коронной фразой. Слово стало синонимом прыжка в неизвестность.

Но есть обратная сторона медали.

Потомки апачей были не в восторге от того, что имя их великого предка стало просто кричалкой для белых парней. Скандал разгорелся в 2011 году. Спецназ США проводил операцию по ликвидации Усамы бен Ладена. Кодовое название операции: «Джеронимо». Сообщение о смерти бен Ладена звучало так: «Geronimo EKIA» (Enemy Killed In Action - Враг убит в бою).

Индейцы взорвались:
- Вы сравниваете нашего героя с террористом номер один?!
Пентагону пришлось извиняться и пояснить, что код использовался лишь как условный сигнал, а не как оценка личности.

О чем же эта история?
Во-первых, бывает, традиции рождаются из глупости и споров «на слабо».
Во-вторых, вдохновение можно найти где угодно. Даже в проходном вестерне под банку пива.
В-третьих, история любит парадоксы. Имя человека, который боролся против системы, стало боевым кличем этой самой системы.

Так что, друзья, если вам когда-нибудь придется прыгать с парашютом (или принимать сложное решение - увольнение, признание в любви, развод), не стесняйтесь. Наберите полные легкие и орите имя старого индейца. Говорят, помогает. Ну, или придумайте свое. Эффект обещают тот же: страшно, но дело делается.

Представьте: ночь, апрель 1944 года, где-то над линией фронта.Ваш самолёт горит. Пламя пробивается в кабину. Огонь жжёт лицо, плавит очки, добирается до ног. У вас есть парашют. Вы можете выпрыгнуть и спастись.
Но за вашей спиной - 10 детей. У них парашютов нет. Если прыгнете - они сгорят заживо или разобьются.
Что вы сделаете?

Александр Мамкин сделал выбор, который не укладывается в голове обычного человека. Остался в горящей кабине и повёл самолёт на посадку. Сквозь пламя. Сквозь боль, за которой должна была быть только смерть.

Но прежде, чем мы дойдём до этого момента, давайте начнём с операции, которая больше похожа на эпическое фэнтези, в котором супергерои спасают детей из лап врага.

Зима 1943-1944 года. Витебская область, Белоруссия. Город Полоцк под немецкой оккупацией. В детском доме №1 - около 200 детей-сирот. От 3 до 14 лет. Родители погибли, ушли на фронт или были расстреляны. Директор детдома - Михаил Степанович Форинко. Человек, которому надо ставить памятник.

Фашисты к детям относились... прагматично. У них был план: использовать как доноров крови для раненых солдат вермахта или вывезти в Германию для «онемечивания» (тех, кто подходил под арийские стандарты).

Михаил Степанович понимал, детей надо спасать. Но как? Бежать с двумя сотнями малышей через линию фронта, да ещё зимой - это самоубийство.

Форинко пошёл к немецкому коменданту с «рациональным» предложением:
- Герр комендант, дети голодают, ослаблены. В городе тиф. Если они заразятся, заразят и ваших солдат.
- Что вы предлагаете?
- Давайте, я вывезу их в деревню? Там свежий воздух, молочко. Они поправятся, откормятся, и тогда... ну, вы сможете использовать их кровь.

Немец разрешил. Михаил Степанович перевёз детей.

Правда, деревня была не простая. Она находилась в зоне действия партизанского отряда имени Н.А. Щорса, входившего в состав бригады имени В. И. Чапаева. Чтобы спасти сирот, ими был разработан план, учитывавший всё вплоть до мельчайших деталей.

В деревню направилась группа разведчиков, которая, обойдя вражеские посты, проникла в дома, где были размещены дети, чтобы вывести их с воспитателями в заранее условленное место. В это время вторая часть отряда вплотную подошла к деревне, чтобы встретить.

Зима. Снег. Мороз. По сугобам ведут цепочку детей закутанных в платки. Заболевших несут на руках партизаны, малышей - воспитатели и старшие ребята. Ночью 19 февраля санный поезд доставил их в расположение отряда. Детей разместили по домам жителей деревни Емельяники.

Но это лишь полдела. Вокруг - каратели, начавшие операцию «Весенний праздник» (Frühlingsfest) по уничтожению партизан. Кольцо сжималось. Надо было срочно эвакуироваться за линию фронта.

На помощь пришел 105-й гвардейский авиаполк ГВФ (Гражданского Воздушного Флота). Вывозить детей поручили лётчикам на самолётах Р-5 и По-2. Р-5 - такой «кукурузник»-переросток. Биплан. Фанера, перкаль, открытая кабина. Скорость - как у хорошего мотоцикла. Двухместный, но в него набивали столько, сколько влезет.

Детей размещали в кабине штурмана и в специальных подкрыльевых кассетах (фанерных ящиках под крыльями, обычно для грузов).

Самым известным героем этой операции стал лейтенант Александр Мамкин. К своим 28 годам уже опытный пилот. До войны работал в гражданской авиации - возил почту и агрономов. Человек надёжный как скала. Он делал по несколько рейсов за ночь. Прилетал на партизанский аэродром (замёрзшее озеро Вечелье), сажал детей, воспитателей, раненых и летел обратно. И так снова и снова.

В ночь с 10 на 11 апреля 1944 года был девятый рейс Мамкина. Последний рейс эвакуации. В самолёт загрузили: - 10 детей, - воспитательницу Валентину Латко, - двух раненых партизан.

В разных отчётах указывается от 9 до 12 детей. Число 13 встречается в мемуарах и публицистике, но в боевом донесении полка фигурирует «группа детей и взрослых». Точный поимённый список сохранился частично.

Итого: 13 человек. Как они влезли в Р-5? Маленьких - в кабину штурмана, по двое-трое. В кассеты под крыльями - воспитательницу и раненых.

Взлёт. Набор высоты. И тут удача от них отвернулась.

Над линией фронта их перехватил немецкий ночной истребитель.

Мамкина ранило в голову. Осколки пробили приборную доску, разбили очки, вонзились в лицо. Но самое страшное - загорелся двигатель. Пламя било прямо в кабину пилота.

В такой ситуации пилот должен прыгать. У него есть парашют. Самолёт обречён. Но у лейтенанта за спиной - 10 детей и 3 взрослых. И у них парашютов нет. Если прыгнет - они погибнут.

И Александр Мамкин принял решение - сажать горящий самолёт.

Огонь прожёг перегородку. Пламя охватило кабину. Горела одежда. Горел шлемофон. Плавились очки. Огонь добрался до ног. Унты сгорели. Горела плоть. Боль, должно быть, была такой, что любой человек потерял бы сознание от болевого шока. А Мамкин держал штурвал. Он вёл самолёт сквозь ночь, будучи живым факелом.

Дети, сидевшие в кабине штурмана, видели огонь, и плакали от страха. Но лётчик не бросил управление.

Перетянул через линию фронта. Нашёл ровную площадку - озеро Болныря и посадил самолёт прямо на лёд. Сам выбрался из кабины. У него обгорели ноги до костей. Очки вплавились в лицо. Спросил: - Дети живы? - Живы, товарищ лётчик.

И только тогда лейтенант потерял сознание.

Врачи, которые увидели его, были в шоке. Они не могли понять, как человек с такими травмами (ожоги, ранение в голову) мог не то что управлять самолётом, а вообще оставаться в сознании. Это было за гранью физиологии, чистая силе воли.

Александр Мамкин скончался 15 мая 1944 года – через 5 недель после подвига. Все 13 пассажиров выжили. Операция в целом прошла успешно. Спасли около 200 детей.

Приказом ВС ГВФ от 1944 г. Александр Мамкин награждён орденом Ленина и орденом Красного Знамени (посмертно). Представление к званию Героя Советского Союза не было утверждено из-за ведомственной принадлежности (ГВФ, а не ВВС РККА) и бюрократических задержек.

В советское время про это снимали фильмы, писали книги. Но сейчас, в эпоху блокбастеров, мы иногда забываем, настоящий супергерой - это не мужик в трико. Это парень в горящем комбинезоне, который не отпускает штурвал, потому что за спиной дети.
Ведь человеческие возможности безграничны, когда есть ради кого терпеть. Подвиг - это не всегда убить врага. Иногда это:
- выполнить задание, даже если ты уже горишь, как лейтенант Мамкин,
- придумать хитрый план, как директор детдома,
- тащить детей на закорках, как партизаны,
- летать ночами – в темноте, «на ощупь», как те лётчики.
Все они были звеньями одной цепи мужества.

Когда вам будет казаться, что у вас плохой день, что начальник несправедливо наорал или кофе пролился на рубашку, - вспомните Александра Мамкина. Вспомните его горящие унты и спокойный вопрос: «Дети живы?» И все проблемы покажутся такой мелочью.

Мы живем в удивительное время. Кто-то боится 5G-вышек, кто-то верит, что Земля плоская, а кто-то всерьез считает, что чипирование через вакцину нужно было для того, чтобы Билл Гейтс знал, как часто мы ходим в туалет. Но поверьте, вся эта наша современная паранойя - просто детский утренник по сравнению с тем массовым психозом, который накрыл Соединенные Штаты в середине XX века.

Добро пожаловать в эпоху «Красной паники» (Red Scare). Время, когда за ношение красного галстука (обычного, не пионерского) могли косо посмотреть, за чтение Достоевского - уволить, а за подписку на «неправильную» газету - сломать жизнь об колено. То была эпоха, когда целой страной мира рулил страх, а главным шоуменом был сенатор с харизмой бульдога.

Чтобы понять, почему у американцев так сорвало крышу, нужно взглянуть на контекст. 1945 год. Война кончилась. США считает себя царем горы. У них есть атомная бомба, доллар крепок, как никогда, в пригородах строят белые заборчики, а домохозяйки осваивают посудомоечные машины. Жизнь удалась!

Но вдруг, как в плохом хорроре, из темноты выходит Советский Союз. Во-первых, СССР никуда не делся и занял пол-Европы. Во-вторых, в 1949 году СССР взрывает свою атомную бомбу. Для американцев это был шок уровня «инопланетяне высадились». Они-то думали, что монополия на «большую дубинку» у них лет на двадцать. В-третьих, Китай становится коммунистическим. Мао Цзэдун машет ручкой. Ну и в-четвертых, выясняется, что шпионы - это не выдумка. Дело Розенбергов, Клаус Фукс - всё было реально.

Народ был напуган и требовал ответов: «Как так вышло, что мы теряем лидерство? Кто виноват?». И тут на сцену вылезает человек, который громко крикнул: «Я знаю! Виноваты предатели среди нас!».

Знакомьтесь, Джозеф Маккарти. Сенатор от штата Висконсин. Человек, скажем так, не самых выдающихся талантов. Выпивоха, популист, и к 1950 году его рейтинг был где-то в районе плинтуса. Ему нужна была фишка, чтобы переизбраться. И он эту фишку нашел. 9 февраля 1950 года в городе Уилинг (Западная Вирджиния) Маккарти выходит к женскому клубу республиканок и произносит речь. В какой-то момент он эффектно трясет листком бумаги и орет: «У меня в руках список из 205 человек, которые известны госсекретарю как члены Коммунистической партии, и которые, тем не менее, все еще работают и формируют политику в Госдепартаменте!»

Зал ахнул. Журналисты побежали к телефонам. Сенсация! В правительстве 205 шпионов! Правда, была одна маленькая деталь. Списка не было. Это была пустая бумажка, или список покупок, история скромно умалчивает.

Более того, цифра постоянно менялась. То 205, то 57, то 81. Когда Маккарти спрашивали: «Джо, так сколько их?», он делал загадочное лицо и говорил: «Много! Они везде!». Так родился маккартизм. Охота на ведьм XX века.

Началось безумие. Была создана Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности (HUAC). Звучит многообещающе плохо, правда? Эта комиссия вызывала людей на допросы. Вопрос был один, сакраментальный: «Являетесь ли вы или являлись ли вы когда-либо членом Коммунистической партии?» Если человек говорил «Да» - тюрьма или черный список. Если - «Нет», но был донос - тюрьма за лжесвидетельство.

Единственный способ спастись - «настучать» на других. «Да, я был на собрании в 1938 году, и там еще были Вася, Петя и Мэрилин Монро». Это была проверка на лояльность, ломающая хребты.

Особо досталось Голливуду. Логика была такая: кино смотрят миллионы, значит, через кино коммунисты зомбируют свободных американцев. Появилась «Черная десятка» (Hollywood Ten) - сценаристы и режиссеры, которые отказались отвечать на вопросы комиссии, сославшись на Первую поправку (свобода слова). Их посадили в тюрьму. Реально посадили. За молчание.

Карьеры рушились за секунду. Чарли Чаплин? Вон из страны! Орсон Уэллс? Пшёл в Европу!

Дальтон Трамбо, гениальный сценарист («Римские каникулы»), тоже попал в черный список. Он был вынужден писать сценарии под чужими именами, сидя в ванной (он любил работать в ванной с попугаем на плече, эксцентричный был дядька). И что вы думаете? Сценарий, написанный им под псевдонимом, получает «Оскар»! А автора на сцене нет. Сюр.

Студии, типа Disney и Warner Bros., в панике тоже создавали «черные списки». Уолт Дисней лично был ярым антикоммунистом и стучал на своих сотрудников только так.

Паника проникла в быт. Команда «Цинциннати Редс» (Cincinnati Reds - «Красные») в ужасе переименовалась в «Цинциннати Редлегс» (Redlegs - «Красноногие»). Чтобы, не дай бог, никто не подумал, что они за Сталина.

В штате Индиана один член комиссии по учебникам потребовал запретить книги про Робин Гуда. Почему? Ну как же! Он отбирал у богатых и давал бедным. Это же чистый коммунизм! Шервудский лес - это ячейка Коминтерна!

Помните генерала из «Доктора Стрейнджлава», который боялся, что русские «оскверняют наши драгоценные телесные соки»? Это не шутка Кубрика. Это реальная теория заговора тех лет. Люди верили, что добавление фтора в воду (для защиты зубов) - советский заговор, чтобы сделать американцев апатичными и бесплодными.

В школах проводили учения «Duck and Cover» (Пригнись и накройся). Детям показывали мультик про черепаху Берта, которая прячется в панцирь при виде вспышки. Идея, что школьная парта спасет от ядерного взрыва, была, конечно, излишне оптимистичной, но поколение невротиков она воспитала отлично.

Соседи стучали друг на друга. «У Боба вчера играла странная музыка, и он не стрижет газон. Точно красный!». Библиотекари изымали «подозрительные» книги. Учителей увольняли за то, что они рассказывали про революцию в России не в тональности «Ад и погибель», а нейтрально.

Помогал Маккарти в этом деле серый кардинал всей Америки - Эдгар Гувер, глава ФБР. Этот парень собирал папочки на всех. У него было досье на каждого, кто хоть раз чихнул в сторону левых идей. Гувер поставлял Маккарти информацию, а тот орал с трибуны. Идеальный симбиоз параноика и карьериста.

Маккарти возомнил себя богом. Ему казалось, что он может уничтожить любого. И в 1954 году он совершил фатальную ошибку - пошел войной на Армию США. Ему показалось, что в армии слишком много «мягкотелых» офицеров и шпионов. Слушания транслировали по телевизору. И это стало концом Джо. Вся Америка увидела не героя-защитника, а потного, грубого, орущего хама, который перебивает свидетелей и несет чушь. Кульминацией стал момент, когда Маккарти напал на молодого юриста из фирмы главного адвоката армии Джозефа Уэлча. Уэлч, пожилой интеллигентный джентльмен, не выдержал. Он посмотрел на сенатора с такой тоской и презрением, и сказал фразу, которая вошла в историю: «Сэр, у вас совсем нет чувства приличия? Неужели у вас, в конце концов, не осталось ни капли совести?»

Зал взорвался аплодисментами. Прямой эфир не вырежешь. Маккарти сидел, открыв рот. Он не понял, что произошло. А произошло то, что пузырь страха лопнул. Люди вдруг увидели, что король-то голый, да еще и пьяный.

Через несколько месяцев Сенат вынес Маккарти порицание. Его карьера рухнула. Журналисты перестали его слушать. Он умер через три года, в 1957-м, от цирроза печени, в возрасте 48 лет. Сгорел на работе.

Но «Красная паника» оставила глубокие шрамы. Тысячи сломанных судеб. Талантливые люди, которые умерли в нищете или спились, потому что не могли найти работу. Страх перед любыми социальными реформами, ведь бесплатная медицина - это социализм, а социализм - это ГУЛАГ! Америка стала более конформистской, более серой, более пугливой.

Ирония всей этой истории заключается в том, что, борясь с «советским тоталитаризмом», США на какое-то время сами превратились в тоталитарное государство. С доносами, чистками, цензурой и страхом высказать свое мнение. Они так боялись стать похожими на идеологического врага, что скопировали все свои страхи.

Чему нас это учит? Тому, что страх - плохой советчик. Тому, что патриотизм - это не поиск врагов, а любовь к своим. И тому, что, если политик трясет перед вами бумажкой и кричит, что кругом предатели, - скорее всего, на бумажке написан список покупок, а сам политик просто хочет власти.

А Робин Гуда, кстати, реабилитировали. Книжки вернулись в библиотеки. Всё-таки парень в трико оказался крепче, чем сенатор с виски. И это радует.