Нет, не в боксёра: в Летицию, Синди, Наоми,
Клавдию, Линду, которыми полон журнал, –
Бог воплощался на каждой странице, и кроме
Этого бога, других ты тогда и не знал.

Только хотел, чтобы было как можно иначе,
Долго хотел, спотыкаясь на том, что сбылось,
Но до сих пор эти женщины что-то да значат,
Воспоминанья тебя прошивают насквозь.

Где у других приготовлены фетвы и бритвы,
Ты развернёшь свой подслипшийся иконостас
И ни одной не пропустишь вечерней молитвы
Богу, который тебя не единожды спас.