Але зараз живу у Черкасах із хлопцем у стосунках та не проти товаришування та гарно проведеного часу

☕Мені 24 Зріст 186 Вага 90

❗День народження 06.09.2001

❗Роль у сексі: Уні

🔻Статура: Середня

Член 17см/4або5 в діаметрі (точно не знаю)

🔻Знайомлюсь для Спілкування/Дружби/Сексу (Вже у відносинах)

🔻Освіта: Вища медична, фармацевтична

🔻Займаюся: Подорож, Малювання, Прогулянки

🔻Цікавить тематика DogPlay/PuppyPlay
Тут буде фото у масці

За гороскопом Діва☺️.

🔻Улюблені страви: Шаурма

🔻Характер: Спокійний

🔻Дуже люблю: Анімешки, Манги та Ранобешки

🔻Шкідливі звички: Вейплю

🔻Мій Telegram 👉 @zybr2000001

Що сталося з останнім європейським гігантом електроніки.

Philips — назва, яка знайома кожному. Компанія, що подарувала світу компакт-касети та CD-диски, революційні лампи розжарювання та перші радіоприймачі. Ще на початку 2000-х років це був справжній технологічний гігант з армією в 350 000 співробітників, що посідав третє місце у світі серед виробників електроніки. Здавалося, ніщо не віщувало біди, інформує Блог Богдана.

Сьогодні від колишньої величі залишилася лише тінь. Що сталося з останнім європейським гігантом електроніки? І кому тепер належить техніка, що випускається під брендом Philips? Давайте розберемося.

Як починалася історія Philips

Історія величі Philips почалася в далекому 1891 році, коли родина Філіпс відкрила невелику фабрику з виробництва ламп розжарювання. Жерар Філіпс, син банкіра та власника великої тютюнової компанії, після отримання технічної освіти та стажування в Англії та Берліні, вклав 75 000 гульденів, які йому дав батько, у купівлю покинутої шкіряної фабрики та найняв 35 співробітників. Хоча інженерні навички Жерара були відмінними, з управлінням бізнесом справи йшли не так гладко — до 1894 року компанія опинилася на межі банкрутства.

Ситуацію врятував молодший брат Антон Філіпс, який отримав комерційну освіту в Лондоні. Об'єднання інженерного таланту Жерара та комерційної хватки Антона виявилося винятково успішним — уже через рік компанія вийшла в прибуток, а до 1897 року фабрика зі штатом у 170 осіб виробляла 630 000 ламп на рік. До 1903 року фабрика родини Філіпс стала четвертою за розміром у Європі.

Але справжній прорив відбувся в 1914 році, коли компанія створила власну дослідницьку лабораторію Philips — справжній храм науки, який навідував навіть Альберт Ейнштейн. Лабораторія отримувала щедре фінансування та зібрала під своїм дахом найкращі наукові уми з усього світу. Результати не змусили себе чекати — уже під час війни Philips освоїв виробництво рентгенівських трубок, слідом з'явився перший портативний рентгенівський апарат Metalix Junior, а потім і перший стоматологічний рентген Oralix. А в 1915 році одним із перших запустив виробництво економічних газорозрядних ламп на основі аргону.

Після війни компанія увійшла в нову, швидко розвиваючу індустрію радіо. У 1918 році почався випуск перших голландських радіоламп, і вже через рік їх використовували сотні виробників радіоприймачів по всій Європі. Завдяки роботі лабораторії за час війни компанія перетворилася на міжнародного гіганта з представництвами по всьому світу, включаючи Австралію, Китай та Бразилію. Вона налагодила власне виробництво скла, водню та пакувальних матеріалів, що дозволило компанії залишатися незалежною від постачальників.

Інновації йшли одна за одною. У 1927 році Philips запустила власну радіостанцію, що з'єднала Нідерланди з колоніями по всьому світу. Усього через три роки компанія стала найбільшим світовим виробником радіоприймачів. Але головні прориви були попереду.

Саме Philips подарувала світу компактну касету — перший масовий носій для запису музики, що здійснив революцію в індустрії звукозапису. За нею послідували CD-диски, DVD та Blu-ray — формати, що визначили розвиток медіаіндустрії на десятиліття вперед.

У сфері освітлення компанія також не знала рівних. Philips не просто виробляла лампочки — вона формувала цілу індустрію, хоча й не завжди етичними методами. У 1925 році компанія увійшла до сумнозвісного картелю Febus, куди входили також General Electric та інші гіганти. Цей картель фактично винайшов концепцію планового застарівання, штучно обмеживши термін служби лампочок до 1000 годин.

У 1930-ті роки з'явилися знакові винаходи в галузі побутової техніки. Була представлена перша електробритва з обертовими лезами, а також Philips Respirator — перший пристрій для штучного дихання. І це, звичайно, далеко не все.

Під час Другої світової війни керівництво компанії зуміло зберегти ключові активи, евакуювавши більшу частину виробництва і передавши його в управління британському уряду. Незважаючи на часткову окупацію та вивезення обладнання до Німеччини, заводами в Нідерландах керував Фріц Філіпс, син Антона, який не тільки підтримував виробництво, але й врятував життя сотень працівників єврейського походження, за що пізніше був визнаний Праведником народів світу.

Телевізори Philips

Телевізійний напрямок був одним із ключових в історії Philips. У 1950-х роках компанія почала виробництво телевізорів, швидко ставши лідером європейського ринку. Перша модель, Philips TX, мала 22-дюймовий чорно-білий екран і могла приймати чотири канали.

До 1980-х років Philips контролював близько 40% європейського ринку телевізорів. Компанія постійно впроваджувала інновації: технології покращення зображення, нові типи кінескопів із поліпшеною передачею кольору, системи Digital Natural Motion та Pixel Plus.

У 1997 році Philips здійснив революцію, представивши перший плазмовий телевізор для масового ринку — 42-дюймову модель за 15 000 доларів — і розробив технологію Pixel Plus для обробки зображення. Серія Flat TV з можливістю настінного монтажу визначила напрямок розвитку всієї індустрії.

Однак на початку 2000-х років становище компанії на ринку телевізорів почало погіршуватися через конкуренцію з азійськими виробниками. У 2012 році Philips створив спільне підприємство з китайською TPV Technologies, якій відійшло 70% телевізійного бізнесу. До 2014 року TPV повністю викупила цей напрямок, отримавши права на використання бренду Philips у виробництві телевізорів.

Сьогодні телевізори Philips виробляються TPV Technology без участі оригінальної компанії. Philips отримує лише ліцензійні відрахування за використання бренду, не маючи відношення до розробки чи виробництва пристроїв.

Початок кінця

Але повернемося до історії. До початку 1980-х років Philips була справжньою імперією технологій. Компанія не тільки винаходила нові формати та пристрої, але й отримувала роялті від інших виробників, що використовували її технології. Здавалося, цьому пануванню не буде кінця. Але перші тріщини в фундаменті імперії вже почали з'являтися... Зростаюча конкуренція з боку азійських виробників, особливо японських компаній, почала підривати позиції концерну на світовому ринку. Застарілі європейські виробництва не могли конкурувати з більш ефективними азійськими фабриками, де була істотно нижча собівартість продукції завдяки слабкій єні.

У 1981 році компанія вперше за довгий час оголосила про збитки в розмірі 2,2 мільярда доларів. Для порятунку ситуації в 1982 році на посаду CEO був призначений Віс Деккер, кандидатуру якого висунув сам Фріц Філіпс. За два роки Деккер закрив 30% усіх заводів і скоротив персонал холдингу на чверть. Його стратегія включала співпрацю з іншими компаніями та придбання часток в успішних бізнесах для зниження витрат на інноваційні розробки.

Одним із ключових рішень стала купівля чверті акцій Grundig у 1984 році для прискорення розробки нових телевізорів. У США була проведена реорганізація North American Philips, куплені компанії Magnavox, Sylvania та Philco.

Масовий розпродаж активів

Однак вже в 1990-х роках компанія опинилася в складному фінансовому становищі. Витрати на розробки та нові технології росли швидше, ніж доходи від продажів. Кредити, взяті для розвитку, ставали все більш обтяжливими, відсотки по них постійно збільшувалися.

Інвестиції в інновації не окупалися, що створювало серйозну загрозу фінансовій стабільності підприємства. Керівництву було необхідно терміново знайти способи скорочення витрат або створення нових джерел доходу.

Тоді керівництво компанії очолив Ян Тіммер, який розпочав радикальну програму реструктуризації під назвою "Операція Центуріон". Щоб продемонструвати серйозність ситуації, на першій же конференції топ-менеджерам роздали фіктивні прес-релізи про банкрутство компанії.

Тіммер діяв рішуче: ввів нову систему мотивації та жорсткі KPI для керівників усіх рівнів. До кінця 1991 року штат скоротився на 68 000 осіб — 22% всього персоналу. Було закрито збитковий комп'ютерний підрозділ, а виробництво почали переносити в країни з дешевою робочою силою, переважно в Південно-Східну Азію.

Спроби утриматися на ринку через інновації не приносили успіху. Співпраця з Sony та Nintendo у створенні революційного CD-I (інтерактивного компакт-диска) завершилася провалом, а вихід PlayStation у 1994 році остаточно поховав ці плани. Philips часто випереджав час зі своїми розробками — наприклад, експериментував з інтеграцією інтернету в телевізори ще на початку 1990-х, але все частіше втрачав здатність успішно виводити продукти на ринок.

Початок 2000-х ознаменувався масштабним розпродажем активів. Виробництво батарейок і акумуляторів пішло до Matsushita, телекомунікаційний підрозділ було закрито зі збитком у 1,5 мільярда доларів. У 2006 році напівпровідниковий бізнес був проданий і перетворений на компанію NXP, яка, звільнившись від неповороткої системи управління Philips, сьогодні коштує в чотири рази дорожче своєї колишньої материнської компанії.

Особливо показові історії ASML і TSMC. ASML, заснована Philips у 1984 році, сьогодні є найбільшою технологічною компанією Європи з капіталізацією в 266 мільярдів доларів. А частка в тайванському стартапі TSMC, в який Philips інвестував у 1986 році, сьогодні коштувала б 121 мільярд доларів. Але компанія поспішила позбутися обох активів.

Особливо болісною стала відмова від телевізійного бізнесу в 2012 році. Спільне підприємство з китайською TPV Technologies завершилося повною втратою контролю над виробництвом телевізорів Philips до 2014 року. За компанією залишилося лише право отримувати відрахування за використання торгової марки.

У 2016 році компанія відокремила свій найстаріший бізнес — виробництво освітлювального обладнання, створивши незалежну компанію Signify. Фінальним акордом став продаж підрозділу побутової техніки китайській Hillhouse Capital у 2021 році за 3,7 мільярда євро.

Але чому це сталося? Можна припустити, що, по-перше, компанія стала занадто великою і неповороткою. Щоб прийняти навіть просте рішення, потрібно було пройти безліч узгоджень. Через це хороші ідеї або не реалізовувалися взагалі, або виходили на ринок занадто пізно, коли конкуренти вже пропонували щось схоже. У Philips був величезний потенціал, але громіздка система управління не давала його реалізувати.

По-друге, Philips занадто довго вважав себе непереможним лідером і не сприймав серйозно нових конкурентів, особливо з Азії. Коли Samsung і LG почали активно розвиватися, в Philips просто відмахувалися від цієї загрози, вважаючи, що їхня репутація та якість завжди будуть важливіші для покупців, ніж ціна. Але азійські виробники виявилися більш ефективними, гнучкими та здатними швидко реагувати на зміни ринку. У результаті маржинальність бізнесу Philips впала до критично низьких значень, що призвело до необхідності розпродавати активи.

Philips сьогодні

У даний час Royal Philips NV зосередився на виробництві медичного обладнання, включаючи магнітно-резонансну томографію, комп'ютерну томографію, рентгенографічні системи та ультразвукову діагностику.

При цьому різні категорії продуктів під брендом Philips, як і раніше, присутні на ринку: телевізори виробляє TPV Technology, побутову техніку — Hillhouse Capital, освітлювальне обладнання — Signify. Однак оригінальна компанія Philips не має відношення до розробки та виробництва цих товарів, отримуючи лише ліцензійні відрахування за використання свого імені.

- Ты маленький развратник, - сказал я и, повернув к нему голову, открыл глаза.

- А маленький ли? - рассмеялся он.

Мэт улыбнулся и сразу замялся. Торчащая головка его члена, придерживаемая рукой, скользила по моей булке.

- Похотливый дурак, - произнося, резко сорвался я с места, схватив его за запястье руки, что руководила его членом, и поднял её над головой.

А сам, оседлав его, уселся поверх этого неугомонного жеребца.

Торчок Мэта упирался в мою промежность между булок. Сопротивляясь, он лежал подо мной ещё какое-то время. Но всё же подчинился и отдал вторую свою руку, позволив и её завести за голову. Я опустил свою попку на его пах, придавив неугомонный член.

- Бля! Кайф, сука. Ну, трахни себя, - постанывая, добавил он и стал подавать бёдра, шевелясь подо мной.

- Ни хуя себе! - сонным голосом, мгновенно оживившись, проговорил Энди.

Перед его взором предстала картина, как будто мы трахаемся.

- Молчи, а то будешь следующим, - властно прохрипел я. - Никакая подушка тебя не спасёт.

Мэт больше не пытался вырваться и мирно лежал, закинув руки себе за голову, слегка приподнимая и опуская бёдра. Я выпрямился и стал волнообразно извиваться, сидя сверху.

Девятнадцать сантиметров его плоти, которые стали увлажнять мою промежность смазкой, тёрлись и скользили между булок, отзываясь всё большим возбуждением на мои движения.

Слегка постанывая, скорее наиграно, я продолжал двигаться, но это устраивало и меня, и парней. Руки Мэта заняли место сначала на моих бёдрах, потом на ягодицах, чуть раздвигая их в стороны. Наши стоны стали более громкими. Я ощущал, как его горячая влажная головка скользит прямо по промежности к моей дырочке, упираясь в неё и проскальзывая дальше.

- Бля, хватит, оставь, я больше не могу! - взмолился парень, когда его боец отвердел, увеличившись до предела.

Энди пододвинулся вплотную к нам. Всё также лёжа на спине, убрал подушку со своего паха. Рука Мэта схватила его член и принялась надрачивать. К нашим стонам присоединился и третий участник.

- Всё, всё, стой! - прохрипел Мэт, приподнимая меня руками, чтобы я встал.

Освободившись от моего тела, он отпустил и член Энди. Не долго размышляя, я пересел поверх Энди, наклонился спиной к нему, и потом, прогнувшись к его ногам, потянулся.

- Класс! - простонал Энди, приставив своего бойца к моей дырочке и промежности, что блестели от смазки Мэта.

Пару раз приподняв свою попку, чтобы скользить по всей длине, как будто это был тест-драйв, я стал уверенно тереться о его ствол.

Мэт резко вскочил с кровати и, встав на колени рядом с нами, пару раз провёл рукой по своему члену. Взорвавшись, он излился на мою попку выше дырочки горячим водопадом своей спермы, которая стекала между моим анусом и членом Энди, увлажняя орган последнего.

- Пиздец котёнку, как он хочет, чтобы его выебали! – выдохнув, сказал Мэт, выпустив крайний залп.

Энди пристально смотрел, как его шоколадный гигант скользит между моих белых булок. Руки мяли их, разводили в стороны, растягивая и так раскрытую для обозрения красную дырочку, натёртую упругим членом, который так настойчиво упирался в неё.

- Нет, куда ты? - непонимающе возмущённо заговорил Энди, когда я встал с него и, развернувшись, начал садиться обратно. - Дааа! - снова застонал он, когда его головка вновь почувствовала мою горячую дырочку.

Мне приходилось вставать почти полностью, чтобы его головка, упираясь в мой анус, снова скользила вдоль половинок.

- Да, да, ещё, - стонал Энди, а я продолжал скачку, точно реально был насажен на его член. Извивался и стонал ему в ответ, пока он не вздрогнул, согнув колени и слегка приподняв меня. Струи его спермы брызнули и разлетелись, оросив мою спину.

- Всё, Лекс. Малыш, не шевелись, - еле слышно произнёс Энди.

Его сперма стекала по моей спине, щекоча. Мой боец торчал как свеча, красная головка блестела своим смазанным навершием. Рука Энди взяла мой перевозбуждённый член и пару раз взвела крайнюю плоть жаждущего органа, и я салютовал, разбрызгивая свой сок по его груди и шее.

- А ты сделал наш день, малыш Лекс, - сказал Мэт и, хлопнув меня по измазанной спермой ягодице, добавил: - Так хочется верить, что это только первый этап твоей игры!

Улыбаясь, он встал с кровати, протягивая руку и помогая встать и мне.

- Хочешь, я тебя помою? - проговорил он с нотками нежности в голосе.

Оставив его предложение без ответа, я скрылся за дверью санузла, пока парни шептались о произошедшем.

- Ты супер! Боюсь даже представить, что будет, когда ты позволишь себе отдаться по полной, той похоти, которая овладевает тобой, - проговорил Мэт, предвкушая страстное продолжение.

Не придавая значения его словам, я продолжил смывать с себя следы нашей утренней игры, перебирая в голове каждую секунду, каждое ощущение, что испытал.

- Я присоединюсь к тебе, - сказал Мэт.

И вот он уже входил в душевую кабинку. Прижимаясь ко мне до тех пор, пока наши тела полностью не соприкоснулись друг с другом, а его лицо не оказалось настолько близко к моему, что он, подав губы мне навстречу, коснулся моих губ и притянул руками мою голову вплотную к себе.

Не впустить такой настырный язык в мой рот оказалось практически невозможным. Его движения были настолько страстными, что я поплыл по течению нашей похоти. И лишь через несколько минут, ощущая давление его члена на мой пах, я очнулся.

Хитро глянув на Мэта и повернувшись к нему спиной, я прогнул спину. Подав попку как раз к члену, придавил его к стене. Аккуратно поёрзал по его стояку. Парень перевёл свои руки на мою талию, стараясь сильнее меня прижать к своему похотливому отростку, который проскользнул между моих ног и, упираясь, долбился в мои яйца.

- Попридержи коней, Мэтью, - сказал я и, отстранившись от него, сполоснул ещё раз свою попку.

Выйдя из кабинки, я стал вытираться, наклоняясь ниже, всё ещё демонстрируя своё сокровище во всей красе.

За завтраком парни всячески искали встречи с моим взглядом. Я стал понимать, что это кардинально отличающаяся реакция в сопоставлении со вчерашней. Меня это и радовало, и успокаивало, и заводило.

Сегодня готовили Макс и Дрейк. Собрав со стола грязную посуду, они принялись за наведение порядка. Следующим этапом были уборка со стола оставшихся блюд и мытье посуды. Все собирались расходиться кто куда. Я допивал кофе и докуривал сигарету в общем зале.

На экране плазмы засияла какая-то таблица. И Пирс возвестил о продолжении эксперимента.

Мой мозг был занят размышлениями о том, как развиваются события во второй тройке. Мне было интересно, прорвало ли так кого-то, так же, как и меня, после всех событий с начала эксперимента. И интересно было бы послушать разговор каждого с профессором.

Голос Пирса звучал, как обычно, холодно и строго. Он и вывел меня из размышлений. Я старался слушать внимательно новые вводные. Подводя итоги прошедшего дня, он вкратце рассказал о цели нового задания, не договаривая и скрывая от нас суть всех условий.

- Мы меняем ваши волосы на предметы одежды, - неожиданно выдал профессор.

Теперь до нас стало доходить всё, что входило в таблицу.

- Те из вас, кто наберёт больше баллов согласно таблице, которую вы видите на экране, получит предмет гардероба, - продолжил Пирс, и дверь для ежедневного общения с профессором отворилась.

На экран была выведена таблица расчётов.

Депиляция тела - 350 баллов,

Бритьё рук - 50,

Бритьё ног - 50,

Бритьё лобка - 50,

Бритьё груди - 50,

Бритьё головы - 100.

Парни всматривались в экран, размышляя каждый о своём волосяном покрове и рассматривая оппонентов.

Моё решение было первым войти в кабинет Пирса. После недолгой беседы, затронувшей мой утренний каминг-аут или его проявление, и обменявшись лишь парой фраз по оценке моего поступка, профессор отметил, что первый шаг к выздоровлению моей психологической скованности сделан. Также он поинтересовался о моём выборе жертвы. Было задано ещё несколько вопросов о моих сексуальных фантазиях. Всё это в купе даже не заставило меня задуматься о подвохе.

- И так, что Вы выбрали для себя, Лекс? - спросил он.

Понимая, что мне, белокожему, светловолосому, нет смысла размениваться по мелочам, я ответил, не раздумывая долго. Мой ответ слегка удивил профессора, и он заулыбался.

- Ну, депиляция, значит, депиляция всего тела. Надеюсь, Вы хорошо подумали? - спросил он.

И указал мне рукой проходить в следующую дверь, ведущую в какую-то комнату. Как только я скрылся там, то услышал, как Пирс поздоровался с Дрейком.

Молодой парень в медицинской униформе предложил мне занять место на кушетке.

- Хороший выбор, - отметил он. - Это, конечно, займёт определённое время. Правда, не так много, как кажется. Но потерпеть слегка придётся, - добавил он, закончив мою моральную подготовку.

У меня не сработал инстинкт самосохранения после фразы «потерпеть слегка». Если бы я знал заранее, что меня ожидает, то, скорее всего, отказался и выбрал что-то другое.

Но отступать уже было поздно.

Стиснув зубы, я постанывал и принимал результат своего решения. В унисон со стонами из глаз брызгали слёзы в самые нестерпимые моменты процедуры. Вся экзекуция заняла около часа.

Сначала всего меня парень обработал тальком. Мой образ напоминал запудренную гейшу с белоснежной кожей. Затем он стал наносить шпателем достаточно густую и подогретую смесь. По очереди одна область за другой были покрыты этой текстурой. Руки, грудь, ноги, пах, спина, ягодицы. Отдельно, кропотливо и аккуратно обрабатывалась зона промежности и ануса, а также лобка. Под подготовку попали и зона роста волос на основании члена, яичках и подмышки. От обработки этих интимных зон я бы точно отказался. Но выбор был сделан и озвучен, следовательно, обратного хода не было.

Преодоление предела уровня моего терпения было близко. Лёжа на простыне и прикусывая её край, мои силы терпеть всё это заканчивались. Эта вязкая карамель, казалось, обжигает кожу, застывая и крепко цепляясь за мои волоски. Парень хладнокровно, не проявляя ни капли сострадания, отдирал этот не застывший сгусток сахара вместе со всем моим волосяным покровом.

Спустя час он обмазал всего меня увлажняющим кремом, который подарил каждой клетке моего тела желанную прохладу, успокаивая и охлаждая кожу.

Всё это время, пока меня избавляли от растительности на теле, за матовой перегородкой одного за другим парней брили. Слышалось бесконечное жужжание бритвы и возгласы парней «Капец!», «Во умора» и другие подобные выражения.

Ещё до выхода в общий зал я понимал, что буду победителем в этом соревновании. То, что Энди брили голову, было для меня вне сомнений. На это и был мой расчёт, что, возможно, он будет вторым.

Если не считать голого лобка и отсутствия пушка на яйцах, о процедуре говорил только лёгкий розовый оттенок всего моего тела из-за перегрева сахарной карамелью, который быстро стихал, возвращая телу нормальный цвет.

Парни уже галдели во всю, обсуждая шизофрению данного задания, и ожидали оглашения результатов, когда я вышел к ним в общую комнату. При виде меня кто-то просто улыбнулся. Дрейк возмутился:

- Какого тебя так долго не отпускали?

Мэт же, погладив меня по руке, выпалил:

- Бля, ты что, депильнулся? И как?

- Нормально. Даже не ожидал, что всё будет так легко, - ответил я, не скрывая своей гордости. Продолжая рассматривать парней, я пытался заметить, что же у них изменилось.

Все как один побрили лобки, после чего их члены стали казаться более внушительными. Парни, что сделали им стрижки, постарались на славу. Профессионально сбрив лобки и подровняв мохнатые яйца, они придали аккуратность их зоне бикини.

Двадцать четыре сантиметра Энди казались значительно больше. Оголённый лобок Мэта подчеркнул, насколько широк в основании его член. Двадцать сантиметров Макса были практически сравнимы с двадцатью четырьмя Дрейка. Они оба казались идеально ровными по всей длине. А двадцать сантиметров Сидни свисали морковкой, зауженной к концу. Под выбритым лобком на обозрение проявилась тату из группы иероглифов, закрываемая ранее чёрными кудрями.

Бритые ноги, руки и грудь Дрейка говорили о его почётном втором месте, опережая Энди на 50 баллов.

Разговоры быстро закончились. Голос Пирса объявил двух победителей. И парень, депилировавший меня, вынес два свёртка.

- Предметами одежды нельзя делиться. Нельзя надевать частями. Снимать, за исключением мытья и купания, - дополнил он, протягивая свёртки мне и Дрейку.

Мы удалились в свои комнаты переодеваться. Голос профессора говорил только в общем зале, что мешало нам слышать суть его объяснений.

- Бля! - выругался я, вывалив содержимое пакета на кровать, и услышал такой же возглас из соседней комнаты.

Трусы-джоки белого цвета, ещё куда ни шло. Дальше была короткая белая стрейчевая футболка, заканчивающаяся чуть ниже груди. На пояс одевалась юбочка-шотландка с оборками. Вся длина юбки была такой маленькой, что оборки не скрывали полностью моих ягодиц сзади. Мешочек джоков с моим членом и яйцами также виднелся спереди.

Я стоял перед зеркалом и смотрел на себя, недовольно вертя головой.

- Бля, он точно меня такого выебет! - сказал я это вслух, выругавшись в воздух и представив реакцию Мэта.

- Лекс, Лекс! - послышался голос из соседней комнаты.

- Бля! - было первым словом, что произнёс Дрейк, когда я вошёл к нему. - Вот почему нельзя было и мне такой костюм дать? - выругался он. - Помоги мне, плиз, - попросил он. - Пирс, мать его так, сказал, что перчатки на руки нужно нормально надеть, застегнув их на липучки. Но только после того, как я надену маску, - сказал скорбящим голосом Дрейк.

Зрелище было похлеще моего. Парень стоял в чёрных джоках, наколенниках, кожаной портупее на груди и ошейнике. В руках держал маску пса и пару перчаток на руки.

- Я просто в ахуе от всего этого, - простонал он. - Меня засмеют. И как вообще мне есть и пить? Да самое простое - ходить в туалет! - продолжал возмущаться он.

- Ты серьёзно сейчас? Засмеют тебя? А что говорить обо мне тогда? Сначала засмеют, а потом выебут! - рассмеялся я, наклоняясь спиной к зеркалу, в котором Дрейк видел мой оголённый зад, пикантно завлекаемый оборкой юбки.

- Ну да, я бы выебал, - добавил он смущённо и расстроенно.

Надев маску и застегнув её у Дрейка на затылке, я помог натянуть и закрепить его перчатки на руках. Он встал на четвереньки. Пёс псом в чёрной коже. Вот только бы залаял.

- Выведешь меня? - спросил Дрейк. - На кровати поводок, - махнул он своей мордой.

Я пристегнул карабин и вышел из комнаты, ожидая, пока он покажется в коридоре.

- Ну, пошли. Сейчас будут овации позора. Ещё бы знать, как долго мы будем в таком облачении, - произнёс я вслух.

- Угу, - поддакнул мне он.

Идя на четвереньках, размахивая ушами из стороны в сторону и куняя с непривычки мордой, он пошёл следом за мной.

Мне было 13. Голубоглазый подросток с ещё несуразной фигурой. Над губой и на лобке начал пробиваться первый пушок.

Большой теннис был моим увлечением. Поэтому я занимался им почти каждый вечер помногу часов. Тренер очень хорошо относился ко мне. Дорожил мной и всячески помогал с тренировками, устраивая их в удобное для меня время и на максимально приближённом к дому корте.

В этот вечер мы занимались допоздна. Кроме нашей была занята ещё одна площадка, на которой играла пара парней и довольно профессионально. Они были старше меня. По возрасту ближе были к моему тренеру, чем ко мне.

После тренировки в душевой я застал одного из мужчин. Не обращая на него внимания, я спокойно мылся в душе, приходя в себя. Внезапно он, схватив меня, придавил к стенке душевой кабинки, облапал всего и плотно прислонился. Его надрывное дыхание прямо в ухо заставляло меня также учащённо дышать.

Без каких-либо вариантов на то, чтобы вырваться из его объятий, и слегка парализованный происходящим, я не понимал, что делать. Просто стоял, подчиняясь его голосу и движениям.

Я чувствовал, как похотливая эрегированная плоть касается меня, трётся о пах и бёдра. Его рука скользила по всему телу, лапая и сжимая мой член и яйца, раздвигая ягодицы, ощупывая мой анус. Вторая рука, закрывающая рот, чтобы я не кричал, не давала нормально дышать.

Вся моя юношеская плоть была готова взорваться. Простая реакция на чьи-то прикосновения. Не было стыда, так как присутствовало чувство страха. Моё мычание, схожее со стонами, на самом деле было мольбой о помощи и попыткой сделать более глубокий вдох.

Мужик надавил мне на плечи и, поставив на колени впереди себя, продолжал держать рукой рот. Его член тёрся о моё лицо, упираясь головкой то в нос, то в глаз.

- Если будешь послушным, то останешься жив, - прохрипел довольный голос мужчины.

Если бы я открыл тогда глаза, то, как мне кажется, увидел бы его удовлетворённую улыбку, растекающуюся по лицу.

- Открой рот. Если укусишь, я тебя убью, а потом изнасилую, - более сурово сказал он, прежде чем убрал свою руку.

И по лицу шлёпнул большой упругий член.

- Открой рот и соси, сука! – прокричал он, как мне казалось, прямо на ухо, прежде чем отворилась дверь в душевую и вошёл тренер.

Он подскочил ко мне, стоящему на коленях, отталкивая за плечо мужика и отбрасывая его в сторону. Насильник кинулся в раздевалку, поскальзываясь на каждом шагу. Тренер, удостоверившись, что со мной всё нормально, бросился за ним следом.

Из соседнего помещения послышались звуки потасовки. Пара громких ударов прозвучали прежде, чем послышался разъярённый голос охраны, которая скрутила мужчину. Окончание драки и как два охранника скручивали голого мужика на полу раздевалки, я застал уже в дверях, приоткрыв их из душа и наблюдая за этим.

Увидев мой шокированный взгляд, тренер вбежал в душевую и крепко обнял меня, стараясь будто защитить. Но в защите уже не было необходимости. Я просто стоял, скованный объятьями, и вдыхал аромат слегка потного мужчины - моего героя и спасителя.

Потом всё по кем-то утверждённому стандарту: родители, полиция, скорая и долгие три месяца хождения к психологу. Тренера я видел всего пару раз. После того как в потасовке насильник разбил ему губу и сломал руку, тренировок он не вёл, да и меня больше к корту не допускали родители.

Хоть психологи и говорили: «В том, что с Вами случилось, нет Вашей вины. Вы должны простить и себя, и насильника. Тогда всё сотрётся из памяти и забудется». Но как это сделать? Если тренер лишился ученика, а я лишился занятий спортом, значит, нас наказали. Значит, мы с тренером тоже виноваты. Это и томило мою душу все годы после произошедшего.

И вот утреннее событие, и всё как одно всплывает в памяти. А профессор как раз этим и заинтересовался. Слово за слово шёл по моему рассказу, цепляясь, как кот, цепкими когтями за мои эмоции, стараясь выдавливать из меня более красочные слова для описания тех злосчастных событий и сегодняшнего инцидента.

Пирс старался погрузить меня снова в то состояние и заставить озвучить заключение, к которому пришёл он, а я должен осознать сам. Лишь сравнивая в моей памяти описание насильника, которого не смог рассмотреть, и заставляя меня представлять выражение лица Энди, мы сделали первый шаг и сразу двинулись дальше.

Тренер, который успокаивал меня на своей груди после драки с насильником, и я, проснувшийся на груди Мэта, который нежно улыбался мне разбитой и ещё не зажившей губой с фингалом под глазом. Он первый вступился, огласив, что всё должно остаться здесь и не выходить за пределы комнаты.

Вот события, которые возродили в памяти больные ощущения. Вот что не давало мне покоя, когда я поднял глаза, и когда Энди предлагал мне сесть на диван, а я боялся. Вот та вина, которая не заставила меня скрыть взгляд, когда Мэт сказал, что теперь он ляжет спать посередине.

И именно эту вину и необходимо уничтожить. Снять груз её оков со своих плеч и, широко расправив лёгкие, глубоко вдохнуть и продолжить жить свободным. Этими словами профессор закончил нашу беседу, а я всё старался сформулировать в голове вопрос, но он никак не поддавался мне.

Уже на пороге кабинета вопрос окончательно оформился и был задан профессору.

- Так Вы считаете, что я должен был сегодня отдаться и стерпеть? – поинтересовался я, одной рукой стараясь открыть дверь и бежать, а всем телом сдерживая себя на месте, дожидаясь ответа.

- Нет. Я не могу давать тебе таких советов, - ответил Пирс. - Не могу тебя заставить пережить эту боль, если ты, конечно, чувствовал боль, когда Энди кончил. Но могу сказать тебе только одно, что разразись ты довольными стонами, когда он кончал, да ещё бы пошутил по завершении, то сто процентов Мэт и Энди боялись бы поднять глаза и не смотрели бы на тебя, как на жертву случайности.

Я с пониманием махнул головой.

- Ведь ты понимаешь, что это был действительно случайный эксцесс. Нельзя говорить о внезапно возникшем вожделении и похоти. Не так быстро, - подвёл итог Пирс.

Поблагодарив профессора за хорошую беседу, хоть она была в какой-то степени не совсем приятной для меня, я закрыл за собой дверь и вышел из комнаты.

- Можете идти отдыхать. Завтра мы проведём ещё ряд тестирований, а утром у вас будет задание, которое если вы выполните, то получите вознаграждение, - проговорил голос в динамиках, расположенных во всех доступных нам помещениях.

Мы разбрелись кто куда. Макс плескался в бассейне. Дрейк тусил у тренажёров. Энди кидал мяч в корзину. Сидни резался в какую-то игру, нацепив маску VR. Мэт заканчивал мыть посуду после ужина. Мне реально ничего не приходило на ум, чем бы себя занять после разговора с Пирсом.

- Не хочешь выпить и полежать в джакузи? - спросил я у Мэта.

- И что будем пить? - спросил он в ответ, давая понять, что он не против, а интересуется лишь для того, чтобы сразу взять бокалы или стаканы нужной формы.

- Мне без разницы. Хочу расслабиться перед сном.

Видя, что Мэт берет стаканы, я взял бутылку виски из бара и невольно улыбнулся.

Сначала, устроившись друг напротив друга, мы начали свой релакс, пригубив по несколько глотков виски. Когда я стал понимать, что мой язык и сознание не прочь поговорить, а присутствие Макса, плавающего в бассейне рядом, может мне помешать, я перелёг рядом с Мэтом лицом ко входным дверям и самому бассейну, протянув сигарету и подлив ещё виски в его стакан.

Устроившись рядом с ним и затянувшись, я выпустил облако дыма и спросил:

- Как у тебя получилось с парнем в первый раз? Как ты себя чувствовал?

Мэт уже опрокинул второй стакан. Откровенность так и полилась из его уст.

- Ну, первую минуту, когда старший соседский парень вошёл в меня, у меня была примерно такая же реакция, как у тебя сегодня! «Что ты делаешь? Перестань!» и всё такое. Я кричал что есть мочи, понимая, что всё равно никто не услышит. Мы в его доме, и я сам согласился попробовать. А потом я почувствовал, как боль сменилась ощущением заполненности. Сладкое давление его члена на простату заставило меня кончить, как только он продолжил свои движения. Тогда я почувствовал наслаждение и, получив удовольствие, расслабился.

- Ты хочешь сказать, тебе сразу понравилось?

Моё любопытство брало верх.

- Понравилось? Да! Да, боль, которая бывает поначалу, несравнима с последующим наслаждением. И, кроме этого, ты видишь и удовлетворённого партнёра, - отметил Мэт. - Кстати, пассив в постели получает больше наслаждения, чем актив. Я вот универсал, - добавил он. - Мне нравится и трахать парня, и принимать член в свою глотку и попку.

Мэт вдруг заговорил заигрывающе. Видимо, в голову ударил алкоголь.

- А что ты вдруг такими вопросами озадачился? - решил всё-таки поинтересоваться он, слегка веселясь и продолжая: - Неужто ты решил подготовиться к ночи со мной?

Не теряя самообладания, я быстро ответил:

- Да так просто. Мне интересно, как я должен был отреагировать после того, что произошло утром.

- Ты гонишь? Сегодня ничего не было! - рассмеялся он. - Что и с чем ты сравниваешь? В тебя не вошли ни спереди, ни сзади. Ай, ай, ай! За бёдра придержал и между булок спермы напустил. Не смеши меня, ёбанная неженка, - выругался он и, слегка отстранившись, взял ещё сигарету и налил себе виски.

Дальше разговор не клеился. Пришедший Дрейк, внаглую влезший в джакузи, тем более не создавал и без того разрушившуюся атмосферу. Сразу вспомнились слова Мэта, что со мной и с Дрейком он бы занялся сексом.

Но, несмотря на все уловки разговорчивого Мэта, Дрейк не поддавался и не обращал на него внимания. Он приводил свои мышцы в норму после тренировки. Не напрягая Мэта и не мешая расслабляться Дрейку, я встал и вышел из джакузи.

В комнате Энди вытирался после душа, играя мышцами и размахивая своим сочным хоботом.

В голове эхом разошлись слова Мэта «В тебя не вошли ни спереди, ни сзади», да и слова Пирса «Разразись ты довольными стонами, когда он кончал» так и толкали меня самому упасть в объятья. Понимая, что это может быть не моя похоть, а шутка выпитого виски, я запрыгнул на кровать, улёгшись по середине, и врубил телик.

- Так ты что, решил спать по серединке? - поинтересовался вошедший Мэт.

- Да, - ответил слегка недовольным тоном я.

- Могу лечь? - обратился ко мне Энди, скромно стоявший рядом с кроватью.

- Да, ложись, конечно, - ответил я и улыбнулся, в первый раз за день посмотрев в его глаза.

- Мэт, одолжи мне свою смазку, смазать очко, если вдруг кто-то из вас захочет повторить!

Тот сразу подорвался с кровати, будто действительно у него где-то был запрятан флакончик. Энди заржал, и я присоединился к нашему общему смеху.

- А куда ты собирался бежать? - поинтересовался Энди.

- Да, развёл меня, как лоха, - пробубнил Мэт обиженным голосом.

- Да всё будет, - успокоил я его. - Энди кончит мне на очко, а ты по его сперме так и влетишь. Ок? - продолжил я шутить, но заметив, что член Мэта начал поднимать голову выше, быстро унялся.

Энди не мог успокоиться, заливаясь смехом и катаясь по кровати, придавливая меня ещё ближе к Мэту.

По телику крутили фильм, как парень переоделся в девчонку, чтобы написать статью о чирлидинге, а в итоге сдал две статьи в редакцию «Жизнь в женском коллективе» и «Парни, запавшие на чирлидерш». Не было никакого разврата. Мыльная романтическая история с элементами комедии.

Не могу сказать, кто из парней выключил телевизор. Я вырубился, как и проснулся сегодня утром, между парнями. Энди спал без подушки, уложив её на уровне своего паха, соорудив своего рода преграду между своим членом и моим телом. Мэт тихонько лежал и поглаживал меня по ягодице, аккуратно, слегка касаясь, точно щекоча.

В голове всё смешалось. Картинки и фантазии менялись местами так же часто, как моргали глаза. Одновременно я стал ощущать лёгкое подрагивание своего члена в такт мыслям-воспоминаниям, пробегающим в мозгу, которые неслись и увлекали меня с немыслимой скоростью.

Примерно так же я стоял с отвисшей челюстью, когда Энди двумя руками намыливал своего бойца в душе, увлекая мою руку за своей. И наверно, также лежал рядом, проснувшись и видел стояк этого гиганта. Если с Максом, Дрейком и Мэтом я шалил или был свидетелем, то с Энди было всё сдержанно. Хотя мне казалось, что я еле держал себя в руках, чтобы не сорваться и не вцепиться в его плоть руками.

Сразу вспомнились слова Мэта: «было бы интересно, войдёт ли гигант Энди в очко или рот».

Мне же было интересно ещё, как это: ощущать его в ладони. Да с чего в ладони. В руках.

Отливая утром после долгой ночи, он держал свой член не двумя пальцами, а как пожарный, обхватывал шланг одной рукой, а другой корректировал прицел.

Это придавало ещё больше устрашения и вызывало интерес. Хотя сам парень был достаточно робким, но стремящимся к общению. Внешний вид всё время его подталкивал

к ситуации, где оппонент соглашается беспрекословно со всем, чтобы Энди не пожелал или

не подумал.

- Да отомри ты! - окрикнул меня Марк.

- Ты точно проглотил его глазами, - рассмеялся он, чем слегка смутил меня.

- Если бы проглотил, ты бы почувствовал, - немного осадив своей шуткой, поддержал беседу.

- Ну вот, пицца, - быстро решил сменить тему, - И пиво.

Приоткрыв холодильник, заметил, что количество изрядно поубавилось. Значит, ребята в моё отсутствие продолжали угощаться. Но это было сейчас самой малой проблемой. Пара коробок пива стояла на полу. Быстро закинув их охлаждаться и достав по банке нам, я одну протянул ему.

К этому времени Марк, поправив полотенце, уселся напротив меня в кресле.

- Так ты Лекс? Да? Лёша или Саша? - поинтересовался он.

- Лекс-Лекс, Алексей, - проговорил я.

- Извини за мой вопрос, - продолжил он, - Но ты по парням или по девчонкам?

Быстро выпалил он и потупил глаза в пол стараясь не нарваться на мой взгляд.

- Не задумывался над этим вопросом никогда, - ответил я, показав, что меня не смущал его вопрос.

- Ты, кстати, симпатичный, - добавил, стараясь отомстить Марку. Заставив его немного засмущаться от полученного комплимента в свой адрес.

- Спасибо. Но по тебе как-то сразу видно, что тебе понравилось во мне, - решил он снова подколоть.

- На одетого меня ты смотрел то в глаза, то на мой пах. На раздетого и в полотенце пытаешься посмотреть на него же, - улыбнулся Марк, давая понять, что он не против.

- Ну, красивый он у тебя. Кто спорит. Большой, сочный, - сказал я, медленно сглотнув слюну.

Мой кадык сначала вздрогнул, потом протяжно шевельнулся и успокоился.

- Да, мне тоже нравится, - ответил Марк.

«В его голосе прозвучали нотки неловкости. Нужно срочно менять тему» пронеслось у меня в голове. Это понял и Марк. Поэтому мы быстро перешли на обсуждение учёбы, предметов

и занятий.

Как выяснилось в ходе беседы, пару предметов у меня пересекались с ним, а остальные были совсем мне чужды. Он учился на программиста систем безопасности, а я на психолога.

Не совсем дружеская комбинация. Программирование: где всё идет по строгому алгоритму, и психология: полная профанация алгоритмов поведения. Как выразился Марк: «надуманная наука».

На этих нотах и зародилось наше более близкое общение. Я стал более яро отстаивать своё понимание науки. Приводить ему примеры таких же механизмов, как в информатике.

Вырисовывать ему схемы поведения, алгоритмы развития и понимания происходящего.

Он, в свою очередь, казалось, специально парирует мне в ответ, стараясь завести меня ещё больше. Совладав со своими мыслями, мы всё-таки смогли не набить друг другу рожу, оставшись каждый при своем мнении.

На следующий день Марк предложил после спортзала зайти к нему на работу. Меня это вполне устраивало и удачно вписывалось в мои планы.

Студенческий город был, наверное, самым зелёным местом в городе, не считая нескольких парков. Скопление десятка учебных корпусов и общежитий высотой от 4 до 7 этажей. Небольшие двух-трёхэтажные здания когда-то частного сектора были переоборудованы в коммуны и клубные дома.

Дорожки, лужайки и небольшие парки, скопления множества деревьев, высаженных в аллеи-всё это не только дарило студентам и преподавателям свежий воздух, но и создавало дополнительный уют этому поселению учебно-научного братства.

Немного приведя мышцы в тонус на убогом списке тренажеров в самом зале и на площадке перед зданием, я решился на лёгкую пробежку. Через пару кварталов дорога привела меня к границам кампуса, которая была размыта таким же подобием зданий и корпусов.

На улице уже смеркалось. Прохладный воздух дарил наслаждение, а желание смыть с себя всю усталость просто заполняло всё пространство моего мозга.

Посещение душа пришлось отложить, так как вчера пообещал зайти за Марком. И я уверенно выдвинулся в указанном направлении.

Четырёхэтажное здание. Вход с фасада на пару ступеней вниз, привёл меня на цокольный этаж.

В комнате с приглушенным светом стояло, наверное, пара десятков компьютеров и других периферийных устройств. Компьютерно-игровой зал. Пару столов были заняты. На стойке администратора, где сидел Марк, стояла табличка, указывающая на круглосуточный график работы.

- Привет, Лекс, - протянул он мне руку, продолжив, - Я сейчас. Мой сменщик будет через пару минут.

Собственно, так оно и случилось. Буквально следом за мной в дверь вошёл парень. Поздоровавшись с Марком, отпустил его, сверив, сколько машин запущено в рабочем режиме.

Марк быстро схватил свой рюкзак. Закинув его на плечи, быстро пошагал со мной в сторону кампуса и здания нашей коммуны.

Шли мы минут 15-20, за которые он немного рассказал о своей работе. Несмотря на то, что с моей стороны не было проявлено никакого любопытства. Я прекрасно понимал суть работы подобных игровых залов.

Попрощавшись и удалившись каждый в свою дверь, мы разошлись по комнатам, чтобы практически сразу встретиться снова. В душе.

Я стоял под прохладными струями воды и размышлял над прошедшим днём. Из головы не шёл один момент, который всё сильнее заставлял меня задуматься. Вода лилась из душа, отбивая какой-то незамысловатый ритм. Перед глазами стояла картинка замеченная на работе Марка: неизвестный парень сидел за компом и только настраивал игрового персонажа или рисовал его.

Было сложно для меня понять, но выбор пола, внешних параметров и одежды быстро возник в памяти вместе с воспоминаниями о Сидни.

Симпатичный кореец по матери обладал хорошими физическими способностями. Хоть и считался заучкой-технарем, разговаривал немного. Чаще тянул меня к игровой приставке, где, устроившись поудобнее, мы провели, наверное бы все сутки, если бы не моё дежурство

по кухне.

С горем пополам у меня получил хоть немного разговорить его. Мы даже обменялись парой подколов в адрес друг друга. Во время приготовления пищи даже поприкалывались над парнями, занявшими наше место у приставки.

По его внешности никогда бы не подумал, что он полукровка. Его внешний вид был настолько типичен для корейца, что стали возникать мысли насчёт правдивости его слов, что отец-европеец.

Красивые выразительные глаза. Точёный нос и скулы. Чёрные, как смоль, прямые волосы. Слегка удлинённая стрижка только подчёркивала черты его лица. Рост немного выше среднего, что уже не такая редкость для азиатов.

Наблюдая за его поведением и внешностью, всё время приходило в голову, что он не будущий инженер, непонятно почему очутившийся здесь, хотя был зачислен в MIT, а порно актёр, вызывающий слюноотделение у любой девушки, а в данном случае и у меня. Хотя я считал, что это связано с тем, что после суток с Дрейком не сбрасывал свою похоть. А как запасной вариант-с тем, что проведённое время с Энди вскормили во мне желание ощутить мужскую плоть.

Сделав для себя заключение, что Сидни настолько высокого о себе мнения, что молчит

и не сильно разговорчив не от того, что ему не интересно общение, а просто считает окружающих слегка не достойными. Может, одев корону красавца-ловеласа, он забывает её снять, а возможно так и считает, что он лучше окружающих.

У меня в итоге коллективе сложилось нормальное общение. Мэт гиперобщительный и наглый. Двое общительных, двое нет. При этом у каждого на это были свои причины.

Мне, как будущему психологу, было очень интересно, как мы прожили эти пять дней.

По ходу совместных интервью с профессором Пирсом мне было занимательно наблюдать, как их откровенность со мной наедине не стыкуется с их объяснениями совершённым поступкам, которые они давали профессору. И это только из того, что я видел и причём присутствовал. Нет, не спорю, было бы интересно знать, что говорилось о тебе и других за спиной, но это

не реалити-шоу, а психологический эксперимент.

Вечером пятого дня с нас поснимали браслеты. Решив для нас одну проблему и создав другую,

о которой мы ранее даже не могли предположить.

Три комнаты и три кровати на шестерых было для нас нормальным. Но Мэт решил поинтересоваться, - Не будут ли из нас делать тройнички?

Все заржали, как и сам Мэт. Как только нам огласили, что одна спальня останется закрыта как минимум на ближайшие сутки, раздались бурные возгласы, и плечо Мэта встретило удар Энди. Все посчитали, что это было с его подачи.

Никто не задумался о том, что нас никто не делил на это раз на пары или тройки. И что в данной ситуации мы сами должны принять решения кто с кем спит. Если вообще можно так выразиться.

Энди и Сидни решили, что они самые умные, и легли спать на диване в гостиной, благо размер его позволял лечь и не касаться друг друга. Но в полночь раздался голос профессора, который возвестил, что все должны ночью быть в комнатах, в противном случае никто

спать не будет.

Кондеры настолько активно задули прохладным воздухом, что даже когда мы улеглись, Мэт, я и Энди нам пришлось прижаться друг другу, чтобы слегка согреться.

Но это издевательство было не долгим. И даже когда температура в комнате нормализовалась до комфортной, моё тело осталось зажатым двумя парнями.

На утро я проснулся лёжа на животе. Голова на груди у Мэта, правая рука была у него на лобке. Сзади меня обнимал Энди. Его рука располагалась на моих ягодицах, а хобот, который напряжённо вздрагивал, упирался мне в попку.

Приподняв голову и осмотревшись, моему взору предстала очень неоднозначная картина.

Мэт уже не спал, а увидев меня проснувшегося, улыбнулся. Его член торчал башней, вздымающейся из его мохнатого лобка, которого я почти касался.

- Утро доброе, Лекс, - проговорил он с улыбкой.

Отстранившись от него назад и прижавшись к Энди. Его твёрдый жезл коснулся моих булок.

На бедро рывками, пульсируя, стала стекать жидкость.

- Блядь! - выругался я и постарался быстро выбраться из-под Энди. Он придерживал меня, прижимая к себе за талию, а одна нога его была закинута поверх моей.

Я недовольно заёрзал, разбудив его окончательно, и подорвался с кровати.

- Повезло тебе, что Энди был сзади, - старался пошутить Мэт, - А то бы точно с великим удовольствием проник в тебя.

Ничего не ответив, лишь подняв взгляд на него. И он понял свою ошибку.

- Прости, Лекс, - сразу извинился Мэт.

- Блядь, ты охуел, Энди, ты бы мог себя контролировать? - cнова стал говорить я, дожидаясь какой-то реакции от него.

- Прости, Лекс, - попытался что-то сказать Энди, но было понятно, что ему тоже было неудобняк. Но я испытывал его в большей степени.

Мэт разрядил обстановку, сказав единственную толковую вещь за всё время нашего знакомства, - Это случилось случайно. И останется, между нами.

Меня это не сильно успокаивало, но это уже было хоть что-то. Прослыть хоть и на два месяца среди парней такой репутацией меня как-то совсем не радовало.

Одно преимущество в данной ситуации всё же было: можно спокойно помыться в душе одному.

Вымывшись и вернувшись в комнату, застал их за разговором. По лицу Энди было понятно, что парни обсуждали случившееся.

- Если нас также оставят втроём, то лягу посередине в следующую ночь, - заявил Мэт, своим поступком спасая меня от повторения ситуации.

- Спасибо, Мэт, - с благодарностью ответил я и исподлобья посмотрел на Энди. После чего он скрылся в душе.

День прошёл без особых событий. Разбуженное чувство вины Энди заставляло его делать разные мелочи, типа пропустить меня впереди себя к столу или в комнату, уступить место на диване гостиной. Это одновременно и успокаивало, типа он понимает. Но в голове промелькнула мысль: «Ведь девчонок мы тоже пропускаем вперёд себя, уступаем им место». Мой мозг окончательно загрузился от подобных мыслей.

Интервью с профессором становились более раскованными, и темы, поднимаемые там, становились не всегда размытыми и поверхностными.

Перед интервью каждый получил по стопке психологических тестов, которые мы к разговору с профессором должны были сдать. Вопросы на обсуждении стали с сексуальной подоплёкой. Мне пришлось рассказать о своих фантазиях, дать оценку сегодняшнему «утреннему казусу», как выразился профессор.

Всплыла история моего детства, о которой я не говорил ранее и надеялся, что разговор до неё не дойдёт.

Но было глупо на это надеяться и пришлось всё рассказать.

В голове, как всегда, роилась куча мыслей. Я снова и снова старался забыть обо всём, что случилось за эти три месяца.

И вот уже позади неделя с того момента, как я веду новую жизнь. Но все ещё не могу выбросить эксперимент из головы. «Может, стоило, как Дрейк, получив вознаграждение, уехать путешествовать, расслабиться, забыться, найти себя или, наоборот, потерять».

После завершения водных процедур я пошлёпал во вьетнамках в свою комнату. Проходя мимо кухни, в поле моего зрения попало несколько человек, толпившихся у плиты и возле стола.

«Тихо, мирно, без выяснений отношений, без пререканий. Всё, как и у нас тогда», - пришло мне на ум. Всячески стараясь удержаться от бесконечных попыток памяти снова вернуть меня в режим «воспоминания», я попытался задержать взгляд на этой компании. Но мои усилия были тщетны. Волна за волной отголоски пережитого накатывали, затягивая в пучину недавно произошедших событий.

Дрейк послушно стоял рядом со мной в душе, пока вода смывала следы его утренних игр с моего тела.

В голове кружились мысли непонимания всего произошедшего: «Сначала Макс, теперь Дрейк отдрочили мой член. Классно, конечно. Но что будет дальше?». Всё это просто не укладывалось у меня в мозгу. Всё время всплывал только один итог: «С таким темпом развития событий мы просто перетрахаемся все к концу эксперимента».

- Слушай, Дрейк, нам нужно обсудить то, что случилось, - обратился я к нему после того, как мы закончили приводить себя в порядок.

- Да нет смысла, - отшучивался тот. - Я же в тебя даже не вошёл. И моими извинениями было то, что твоя сперма растекалась по моей ладони, когда ты кончал.

- Да? Можно, конечно, и так посчитать. Но не хочу повторения этой ситуации. Давай к этому больше не возвращаться, - сказал я с серьёзным выражением лица.

- Хорошо, - с неохотой согласился он.

Мы с Дрейком и Макс расхаживали, уже не прикрывая своей наготы.

Моё желание узнать, как себя ведёт Макс по отношению к Энди, всё больше поглощало меня.

«Интересно, дрочил ли Макс с Энди? Он вёл себя с ним так же, как со мной, или всё было как-то иначе?»

Пока всё выглядело так, будто после общения со мной парни перестают надевать носок, не скрывая больше свой член от посторонних взглядов. Но я не запаривался на этом. Мне хватало мыслей для размышлений.

- Реально, не обижайся, - снова вернулся к теме Дрейк. - Я не специально. Просто сон настолько был яркий.

- Хорошо, проехали, - оборвал я его на полуслове, не дав договорить. - Хотя… - я остановился на выходе из комнаты, решив озвучить вопрос, внезапно всплывший в мозгу. - И что? С Сидни ты тоже так отличился?

- Да неее. Мы вечером, как и с тобой, слили в душе, - не смутившись, ответил он, совсем не задумываясь о моей реакции после своего ответа.

Такой результат сначала меня вроде успокоил, но потом смущение взяло верх. «Получается, этот засранец сдержался с Сидни, а со мной позволил себе пошалить более развратно», эта мысль заполнила весь мой мозг, сделав меня похожим на зомби до завершения дня.

По графику сегодня на нас возлагалась уборка. В противном случае я бы оттяпал себе палец, даже не заметив, загруженный этими размышлениями. А так мы даже сносно прибрались и успели перестелить всем свежее постельное белье.

День быстро приближался к завершению. Время интервью с профессором неумолимо становилось всё ближе. Вопросы, ранее казавшиеся абсурдными, обретали всё более глубокий смысл и подоплёку. Из реально важного, что сказал Пирс, была фраза: «Вы должны максимально стараться не сковывать себя. Эксперимент рассчитан на уход от собственных ограничений и ограничений общества, совести и предрассудков».

То, что мы сейчас услышали, на мой взгляд, порадовало одного Дрейка. Ведь он и так был полностью раскован. А после этих слов для него появилась новая отмазка. «Профессор разрешил. Я просто себя не ограничиваю!» - говорил бы он, обосновывая ситуации, подобные той, что произошла сегодня утром.

Нас первых отстегнули после разговора. Следующими освободились Энди и Макс, в глазах которого чувствовалась радость. Он не стал дожидаться, как вчера, когда объявят, что можно остаться с предыдущим партнёром. После интервью он сразу подошёл к Дрейку.

- Слушай, Дрейк, я бы хотел быть с тобой в паре ближайшие сутки, - сдержанно сказал Макс, одновременно смущаясь, что делал такое предложение в моём присутствии.

- Да без проблем. Если нельзя остаться с Лексом, то готов провести с тобой немного времени, - улыбаясь в мою сторону, ответил тот на поступившее предложение.

«Капец!», - подумал я. - «Мне хватило Макса, который хотел остаться. Теперь Дрейк. А кого мне выбрать? Заучку корейца Сидни? Белокожего драчуна Мэта? Или шоколадного Энди?».

После недолгих размышлений, чтобы не ломать планы Макса на Дрейка, у меня был только один выбор - Мэт. С третьей парой было всё решено.

От Мэта не последовало предложений, как провести время. И пройдя с ним в комнату, я решил заранее обсудить все нюансы.

- Слушай, сразу хочу проговорить, - сказал я уверенно. - Меня не смущает твой член и яйца, так что, если тебе удобнее, можешь не прикрываться носком. Не смущает также стояк и желание. Для этого есть душ и умывальник. Можешь сдоить себя сколько угодно раз. Но если вдруг ты не сможешь сдержать свою похоть ночью и будешь тыкаться ко мне своим стояком, то сразу готовься спать на полу и ходить с фингалом и под другим глазом, - максимально доходчиво попытался я очертить свою границу.

- Да без проблем, - выслушав, ответил Мэт и потянул меня в санузел к умывальнику.

Он сразу оголил свою головку, сдернув крайнюю плоть к основанию ещё не набухшего члена, демонстративно вертя его в руке.

Его девятнадцатисантиметровый ровный член смотрелся очень даже внушительно и напоминал формой морковку. Небольшая заострённая головка члена и ствол, почти вдвое утолщающийся к основанию, с пирсингом на мошонке. Такой легко войдёт в очко, но с каждым сантиметром будет всё больше растягивать его.

Внезапно картина проникновения пробежала у меня в голове, вызвав смущение. «Блин, о чём я думаю!», - постарался развернуть я свои представления в другую сторону. Тем временем Мэт медленно и умело скользил по стволу, не отвлекаясь от разговора.

- Это хорошо, что ты не против, чтобы я помастурбировал, - продолжал он. - Можешь присоединиться.

Парень любезно предложил мне составить ему компанию. «Как будто я собираюсь у него спрашивать», - подумал я.

Это его разрешение так улыбнуло меня, и я стал ощущать прилив крови к члену. «Бля, завожусь!», - пронеслось у меня в голове. «Но всё оговорено», - вспомнил я и, уложив своего бойца в ладонь, присоединился к Мэту. Кончили мы через минут 5-10 одновременно. Наши потоки дружно слились в один.

- Хух, класс! - отметил он и потянул своего мальца ополоснуться под струю воды.

Я последовал его примеру.

Просто валяясь в комнате и смотря фоном какой-то фильм, мы ни о чём не разговаривали. Я не анализировал и не сопоставлял все видео, шедшие на наших экранах, и тут меня внезапно осенило: все они так или иначе демонстрируют мужскую дружбу. Дружбу на грани!

Может, этот факт и подстёгивал наше желание? Может, и то, что наши тела источали аромат тестостерона, которым, как мне казалось, пропахло всё помещение. Как правило, трое, а то и четверо парней одновременно находились в возбуждённом состоянии.

Постепенно Мэт расслабился, но быстро предложил разрешить ему ещё раз подрочить. За второй серией дрочки он рассказал, что он «би» и никогда этого не скрывал. И что парни у нас в компании классные, и он не прочь переспать с некоторыми.

Эти слова меня слегка напрягли.

- И с кем это, с некоторыми? - переспросил я, желая, чтобы он конкретизировал свои слова.

Парень, не смутившись вопроса, продолжал наяривать, отвечая:

- Ну, с Энди я бы просто хотел попробовать. Его монстр смотрится таким огромным, что не понятно, войдёт ли он в меня, - посмеиваясь, заметил он и, толкнув меня в плечо своим, добавил: - Ну, ты понял, что с ним я рассматриваю себя пассом.

Потом, прищурясь и пристально глядя мне в глаза, заявил:

- А вот с тобой или с Дрейком хотел бы побыть в обеих ролях. Интересно узнать, какой ты?

Закончив фразу, он резко застонал и выстрелил залпами один за другим, продолжая оголять и сдавливать головку.

Такое возможное развитие событий мне ещё больше стало не нравиться. Тем более, что при каждом удобном для него случае он похлопывал меня по ягодицам. Потом извинялся, хватаясь за глаз, демонстрируя, что типа помнит, чем закончится его назойливость.

В общей сложности Мэт занимался рукоблудием раз 7 за сутки. Иногда это длилось очень долго. Этим он, как мне казалось, старался похвастаться передо мной, чтобы показать, какой он Альфа. Хотя ночью он прижимался ко мне, подставляя свою попку моему члену.

- Привет! Я Марк, - раздался голос в комнате за моей спиной, пока полотенце продолжало скользить по телу, впитывая в себя оставшиеся капли воды.

- Привет! Рад познакомиться, - ответив на приветствие, я добавил: - Но извини, я не одет, чтобы протянуть тебе руку для рукопожатия.

- Прости, что так ворвался. Просто убегаю на работу. Вернусь поздно. И как-то неудобно встречаться полуголыми в душе, не зная при этом, как друг друга зовут, - отметил Марк, выходя из комнаты.

- Ты как вернёшься, заглядывай. Думаю, не буду ещё спать. Так что можем попить пивка и познакомиться поближе, - сказал я.

Не дав никакого ответа, парень, уходя, закрыл дверь, и контур его фигуры мелькнул перед моей стеклянной дверью. «Может, чтобы не смущать меня голого. Может, просто слишком опаздывал. Видимо, поэтому он и не дал ответа», - подумал я. - «Блин, не сумел рассмотреть его лицо».

Но зато я прекрасно рассмотрел, что он носит свободные тонкие боксёры и имеет хороший размер. Обтягивающие синие брюки были высоковато подтянуты и только лишний раз подчёркивали то, на что я обратил внимание.

Ну, раз пригласил соседа зайти, нужно прогуляться тогда за пивом и за продуктами. Неспешно собравшись, я вышел на улицу. Дневная жара уже отступила, но до заката было ещё 4 часа. Знойное солнце создавало немного дискомфорта даже при минимуме одежды. В супермаркете, хватая продукты из заморозки или банки пива из холодильника, хотелось побыть немного подольше под воздействием этой желанной прохлады.

Затарившись пивом и заказав пиццу на всю нашу коммуну, как-то же надо вливаться в коллектив, а заодно и познакомиться со всеми, я поторопился вернуться. «Что может быть лучше для знакомства, чем совместное распитие пива и поедание пиццы?», - подумал я, и не ошибся.

Разложив коробки с пиццей в кухне на столе и оставив пиво в сумке-холодильнике охлаждаться, мне оставалось только ждать гостей-соседей и сорвать джек-пот. По мере того как ребята приходили, кто с занятий, кто из библиотеки, кто с подработок, все первым делом присоединялись к маленькому застолью, хватая кусок пиццы и откупоривая банку пива.

Кто-то оставался сидеть со мной на кухне, поддерживая беседу и интересуясь информацией обо мне. Кто-то, обмолвившись парой стандартных фраз, благодарил за ужин, знакомство и удалялся допивать пиво к себе в комнату.

Ребята подсказали мне, что обычно Марк с работы возвращается ближе к полуночи. Так внезапно решился вопрос, примерно в какое время можно ожидать его. Перезнакомившись со всеми и поняв, что их подходы за добавкой пиццы прекратились, я решил немного прибраться, скинув пустые коробки и банки из-под пива в мусорный пакет.

Время быстро приближалось к полуночи. Выбросив мусор, мне захотелось всё-таки ополоснуться перед сном. Но стоило мне вернуться в комнату и начать вытираться, как, приоткрыв дверь, заглянул Марк.

- Ты что, реально всё это время вытирался? - засмеявшись, спросил он.

- Нет, у тебя просто чуйка заходить всегда, когда я уже голый, - рассмеявшись, парировал я.

- Это ты тут на пиво и пиццу для всех расщедрился? - спросил Марк и добавил, выйдя из комнаты: - Я тоже сейчас в душ. И буду признателен, если ты и мне найдёшь пару треугольников.

Я улыбнулся ему вслед.

Не теряя напрасно время, я быстро вытерся и, повязав полотенце, вышел в кухню забрать коробки с пиццей и холодильник с пивом в свою комнату.

Вода в душевой уже не текла, и достаточно быстро в комнату заглянул мокрый, не вытершийся полностью Марк в обёрнутом на талии полотенце.

- Решил, что если тебя уже второй раз палю голого, может, тебе будет проще, если и я буду не совсем одетый, - проговорил он, одновременно произнося свои слова и оценивая мою реакцию на свой поступок.

- Да без проблем вообще, - последовал мой ответ. - Тем более в таком виде я тебя уже видел в душе. Так что ничего такого страшного в этом нет.

Но полотенце упало с бёдер Марка, оголив его здоровый, сочный и пока ещё расслабленный член. Следом за ним рухнула и стена моего самообладания, открыв мою неугасающую похоть.

Спустя минут 40-50 такого отдыха я решил поднимать своего соню. Он на удивление быстро откликнулся и как штык стоял у кровати, собственно, как и его член.

- Может, сольём в умывальник дуэтом? - поинтересовался, улыбнувшись, Макс и добавил: - Не совсем прикольно будет парням есть, если мы со стояками подадим им ужин.

Я согласился с ним. И уже через минуту мы стояли у умывальника плечом к плечу, наяривая свои стволы.

- Давай, поднажми, Лекс, - простонал Макс. - Всё, я уже готов, - выдохнул и стал вздрагивать он рядом.

В умывальник полетели брызги белёсой густоватой жидкости.

- Сейчас, сейчас, - точно стараясь его догнать, затараторил я.

Но мой член не сдавался. То ли от перевозбуждения, то ли от стеснения я стал замедляться.

- Да ты что, гонишь? - возмутился Макс. - Ты серьёзно?

И, схватив мой ствол рукой, принялся сжимать, уверенно надрачивая его.

- Сильнее и быстрее. Куда ты замедлился? - поучая меня, начал говорить он.

Это было неожиданно и слегка шокировало меня. Хотя, если честно, не слегка. Я был просто в ахуе. Смотря, как его рука скользит по моему члену, я послушно стонал аж до момента, когда он довёл меня до апогея, выдрочив пять обильных залпов.

- Бля, кайф! - простонал я, получив наслаждение, и добавил, приводя дыхание в порядок: - Спасибо, Макс!

- Да ничего, всё ок. Это за то, что я тебя искупал и разбудил среди ночи. Так что теперь мы квиты, - ответил он, улыбнувшись.

Он ополоснул свою руку от моей спермы и ждал, пока я приведу себя в порядок.

За ужином мы распили по паре бутылок пива и весело обсудили наш первый день вместе. Нас с Максом похвалили за вкусную еду. Чем заняться вечером, нам не пришлось решать. Голос профессора возвестил: «Каждый день в 19:00 на протяжении недели мы меняемся парами».

Нас всех пригласили в зал, чтобы снять браслеты, и дали пятнадцать минут на то, чтобы мы разбились на новые пары. Но Макс старался не отходить от меня.

- Чего ты возле меня трёшься? - спросил я у него, может, слегка грубо, но вопрос был по сути.

- Вдруг скажут, что можно не меняться. Так я буду первым на тебя претендовать! – сглупив, выпалил он, и сам смутился от такого красноречия.

Дрейк подошёл ко мне и, взяв меня за правую руку, отвёл в сторону. Мэт воспользовался замешательством Макса и быстро поручкался с Сидни. Ну и Энди с Максом по правилу оставшихся объединились в пару.

Я находился в полном замешательстве от нового партнёра. В голове был полнейший сумбур. Тело, утомлённое событиями, с нетерпением ожидало сна. Но время, как нарочно, словно улитка, кое как ползло к заветной отметке.

До боли знакомый голос профессора Пирса зазвучал в аудитории.

- Рад всех приветствовать на моём курсе, - обратился он к студентам. - Итак, сегодня у нас тема «Влияние общества на комплексное изменение мировоззрения индивидуума».

И продолжил надиктовывать несколько понятий.

Я устроился в предпоследнем ряду, накинув на голову капюшон толстовки.

- Даже один человек в локально закрытой группе способен изменить или побудить остальных поддаться сомнению относительно признанных другими понятий, - говорил профессор. - Другими словами, для примера, даже одна белая ворона способна заставить других ворон через какое-то время думать, что они не чёрные. Так же, как желание одного постепенно может стать желанием многих. И этот процесс мы с вами назовем…

Пирс сделал небольшую паузу, чтобы дать нам возможность самим подойти к выводу и озвучить его.

Но в аудитории царила тишина и растерянность. И он продолжил:

- Синхронизация сознания, навеивание или внушение. Чаще всего оно может быть бессознательным, - закончил профессор свою фразу и отошёл к доске, где принялся чертить диаграмму. - К примеру, человек, лишившись одного из своих чувств, быстро адаптируется, усиливая другие чувства. Лишившись свободы передвижения, занимает себя пассивными хобби. Человек, запертый в оковы общественного мнения, ищет себе выход, нарушая стереотипы поведения, либо идя на поводу у большинства, либо противясь, увлекая за собой.

Закончив писать на доске, он развернулся лицом к аудитории и продолжил:

- Каждый из вас - индивидуум, способный повлиять на мнение общества. Но вот от чего зависит сила вашего влияния и примеры, как её использовать, расскажите мне вы, подготовив к завтрашней лекции эссе на пять страниц.

Зал оживился. Кто-то замычал, кто-то резво зашкрябал ручкой в тетради.

- До скорой встречи, - прозвучал холодный голос Пирса, так знакомо и по-родному, но всё так же пугающе.

Придя домой, раздевшись и повязав полотенце, я пошёл в душ. Там и столкнулся с парнем, помогавшим мне накануне с коробкой. Отсутствие желания общаться читалось в его глазах больше, чем в моих.

Я небрежно кинул взгляд на его накаченный торс. С груди ещё стекали капли воды, медленно сползая на пояс. Это был первый полуобнаженный парень, которого я увидел с окончания эксперимента. Увиденная картина зацепила меня и кинула в объятья воспоминаний.

Окутанное потоком струящейся воды, моё тело реагировало, не желая мириться с тем, что это просто водная процедура. Капля за каплей возбуждали меня, жаждущего ласки, отключая при этом мозг от окружающей обстановки. Член среагировал очень быстро и просто стоял колом. Сознание предательски снова перенесло меня в пережитые события.

- Как насчёт тренажёров? - спросил Дрейк, скорчив зародыш улыбки и слегка прищуриваясь, одновременно скользя оценивающим взглядом по моему обнажённому телу.

- Ну, если без фанатизма, то можно, - ответил я и, пройдя в спортзал, направился в кардиозону.

Но, как щенок на поводке, был жёстко остановлен.

Дрейк, по всей видимости, был завсегдатаем тренажёрных залов. Сказав повторять за ним, он быстро размял нас и, поставив меня рядом с собой, занял мои и свои руки гантелями. Если бы я не был прикован к нему, можно было бы снизить темп и филонить с количеством. Но здесь было всё непросто. Пришлось выкладываться по полной.

После у нас была пробежка на беговой дорожке. Благо они стояли рядом. И как я думал, в завершении будет 15 минут на эллипсе. Но нет. Дрейк решил ещё отдаться силовым упражнениям и жать штангу от груди.

Мне казалось, что я должен был страховать его. Но в подобной ситуации стандартная стойка у головы никак не спасала. Промучившись пару минут, мы быстро закончили с упражнениями. Чтобы привести дыхание в норму, я предложил ещё зависнуть на велотренажёрах.

За эти полчаса, пока крутили педали, мы достаточно много узнали друг о друге. Дрейк, как выяснилось, был очень доброжелательным парнем, несмотря на свою нелёгкую судьбу и потерю семьи.

Он вместе с командой участвовал в соревнованиях по американскому футболу, играя за сборную школы. Родители, младший брат и девушка Дрейка поехали после игры на семейном авто. Его отец не справился с управлением на мокром участке, и машина вылетела с дороги в обрыв. К месту трагедии спустя пару минут подъехал автобус с командой. Дрейка держали всем составом, чтобы он не сиганул с моста следом за своей семьей.

Так, лишившись семьи и любимой, он очутился в колледже. Дружеских отношений ни с кем не завёл, новой девушки не встретил, так как не забыл свою первую любовь.

- Брат, зачем ты мне так сразу это рассказываешь? - спросил я.

- Да не должно быть у нас секретов. Тем более, что мы вместе спим. И иногда мне снятся кошмары. Не хочу тебя шокировать.

- Ааа. Ну ок! И Сидни ты тоже это рассказал?

- Ты знаешь, как-то даже не задумывался, почему ему не рассказал, - погрузившись в раздумья, ответил мне Дрейк и, скинув ноги с педалей, стал просто сидеть.

Седло велотренажёра массажировало простату, и мы, два брата-акробата, закончили нашу тренировку с конкретными стояками.

- Ну что, Дрейк, в душ? - спросил я и потянул его за руку в комнату. - А после душа можно поплавать.

Услышав моё предложение, он немного скривился.

- Нет, я не пловец. В воде максимум, на что я способен, немного полежать в джакузи или посидеть в хамаме.

- Согласен и на это, - ответил я и добавил: - Вот только пот с тела смоем.

И, молча пройдя в санузел, переступил порог душевой кабины.

Надеясь на то, что после душа наши стояки стухнут, я мылся под освежающей водой, стараясь не думать ни о чём, что могло бы поддерживать прилив сил к стоячему члену. По факту Дрейк был в таком же положении.

Тесная кабинка, два обнажённых тела и его строго торчащий в горизонт член 24 см. Возбуждённый орган то и дело задевал меня, пока я мылся. Когда же нам пришлось меняться местами, то его стояк уже конкретно упирался в меня.

Ничуть не успокоив свою возбуждённую плоть, мы подошли к джакузи. Лишь в душе и сейчас у гидрованны я смог по полной программе оценить его достоинство. Сравнив «на глазок» с моим членом, я тут же представил этот размер в своей руке. Широкий, ровный, такой же смуглый, как и сам Дрейк, член только подчёркивал красоту его накаченного тела. Красноватая головка поблёскивала после воды, увенчанная капелькой смазки, выделяющейся из уретры.

С этой картинкой перед глазами я замер.

Нас встретили радостными возгласами Сидни и Мэт, которые уже валялись в джакузи. Завидев нас со стояками, они сначала оскалили зубы и, улыбнувшись, сдвинулись, пустив нас в большую чашу, в которой ещё хватило бы места и для Макса с Энди.

«Благо их не было», - подумал я. Мне второй день в обнажённой компании как-то очень тяжело давался. У меня не было острой нехватки рукоблудия. Скорее даже можно сказать, я вообще не был её фанатом. Никогда не устраивал марафон ежедневной дрочки, чтобы опустошить гудящие от желания яйца. По неведомой причине именно здесь меня стало подпирать такое желание.

Под потолком зажёгся экран. Замигали картинки, ролики, кадры. Много обнажённых тел, объятий, отдельных частей тела, снятых крупным планом, поцелуев и секса. Всё как-то по нарастающей шкале стало заполнять экран. Одновременно с этим желание стало овладевать моими мыслями. По крайней мере, мне тогда так показалось.

Но лишь встав в джакузи, чтобы выйти, каждый из нас обнаружил рядом с собой ещё по три жёстких стояка. Выдохнув и успокоившись, что это не только у меня такая реакция на происходящее, а по сути, это норма, мы вышли из бурлящего пузырьками бассейна.

- Ты не против, если мы подрочим в спальне перед сном? - спросил Дрейк первым, слегка смущаясь и одновременно заискивая подлизывающимся тоном с хитрым звериным взглядом.

- Без проблем. Только каждый дрочит свой член, - заметил я, не понимая, с чего вдруг выдал это в ответ.

Он поднял удивленные глаза.

- А что, у тебя была взаимная дрочка? - поинтересовался парень и, не унимаясь, продолжил выдавать вопросы в мой адрес.

- Где? В общаге? Или уже здесь? Ты что, дрочил Максу? Или он тебе?

У меня было ощущение присутствия на каком-то допросе, и он, словно профессиональный сыщик или следователь, быстро добрался до истины. Мне было неудобно отвечать. Возникало чувство, что Макс посчитает, что я слил информацию. И главное, будет думать, что я это сделал специально.

- Да не парься ты! Я не спалю Макса. Да и тебя тоже, - будто прочитав в моих глазах беспокойство, произнёс Дрейк.

Обхватив своего бойца и сплюнув пару раз на ладонь, он принялся поглаживать его. От оказанного внимания тот быстро отвердел и стал натянутым как струна. Наблюдая за его движениями, мой орган отвердел и без руки. Внутри меня промелькнула искорка страха, что кончу, даже не коснувшись своего члена.

Когда Дрейк обхватил свой ствол двумя руками и принялся его активно выдрачивать, мне пришлось очень сильно постараться не коснуться его своей рукой. С другой стороны, я торопился быстрее кончить, чтобы успокоить свою разыгравшуюся похоть.

Вскоре мы легли. Мой напарник смотрел какой-то фильм, подложив руку под голову. Мне же пришлось пристёгнутую руку просто задрать вверх и лежать рядом. Не помню, как отключился и проспал до самого утра, не просыпаясь.

Разбудил меня член Дрейка, упиравшийся между моих ягодиц.

Утренняя картина пробуждения выглядела практически зеркальным отражением вечерней, с лёгким оттенком романтики. Как будто мы были настоящей семейной парой. Я лежал на боку с рукой Дрейка, просунутой под мою голову. Он также на боку, вплотную прижимаясь к моей спине, лежал, обнимая меня свободной рукой, уложив её на моё бедро.

Торчащий крепкий орган давил между булок, упираясь и вонзаясь в мой анус. После нескольких рывков бёдрами, головка его бойца протиснулась между моих ног и упёрлась, продираясь из-под моих яиц, на свободу.

С надрывным дыханием слышались лёгкие стоны. Снова пару движений бёдрами - и он выдохнул, сказав вслух протяжное: «Дааа!». На меня тут же полилось что-то горячее и слизкое. Сначала ударило в мою мошонку струёй, а затем, пульсируя, начало растекаться, обливая мою промежность и яйца.

- Бля! - я слегка турнул Дрейка локтем.

Он встрепенулся, отпрянул от меня и замер.

- Прости, брат, - краснея, сказал он, стараясь сгладить произошедшее.

При этом его головка ещё оставалась между моих булок.

- Но, судя по твоему стояку, можно сказать, что тебе понравилось, - словно оправдывая себя за случившееся, сказал он и схватил меня за член, обхватив его крепко у основания.

Я простонал. Головка уже поблёскивала от выделившейся смазки. После пары раз скользящих движений руки, он снова сильно придавил меня к себе. Его крепкий стояк то и дело тыкался в моё очко, но, соскальзывая между ног и проходясь по промежности, упирался в яйца и выглядывал из-под них.

Его смазанная спермой головка то и дело направлялась в мой анус. И если бы я расслабился хоть чуть-чуть и перестал поджимать попку, боюсь, он всё-таки проник бы в меня, оттрахав.

- Ты мне дрочишь, а не ебёшь, - решил уточнить я строго, насколько позволял голос.

Дрейк умерил свой пыл и перестал так интенсивно двигать бёдрами. Я снова застонал, расслабляясь и получая наслаждение. Его твёрдая головка массировала мою промежность, крепкая рука скользила по моему стволу, и через пару минут, не сдержавшись, наступил финал. Сперма разлилась по его руке. Он ещё какое-то время растирал её по моему члену и яйцам, а я вздрагивал от его прикосновений.

Освежающая вода душа шикарно охлаждала моё разгорячённое тело. С члена тянулись нитями последние капли густоватой спермы. Боец после извержения ещё слегка пульсировал. Яички, подтянутые к основанию, стали постепенно расслабляться и отвисать.

- Проходите, но не занимайте свои места. Оставайтесь так же наверху, у последнего ряда.

Холодный, пронзительный и решительный голос профессора Пирса прозвучал в аудитории, как только мы зашли в неё.

Многоярусный зал заполнился непонимающими возгласами, примерно около двадцати студентов. Почти не дожидаясь, пока мы устроимся, он начал озвучивать условия передвижения по рядам аудитории.

- Устраивайтесь в центре, - объяснил профессор, восседая на своем столе, свесив ноги и раскачивая ими. - Кто считает себя азартным, можете сдвинуться на один ряд вниз.

Небольшое смятение и задумчивость в глазах ребят читалась без особого труда. Я догадывался, что в ходе вопросов мы все будем постепенно приближаться к Пирсу, опускаясь ярус за ярусом, занимая места ближе к преподавателю.

- Если вы играли на раздевание в какие-то игры или готовы сыграть, то можете спуститься ещё ниже, в центральной части аудитории, - сказал профессор, добавляя: - Если вопрос раздевания затрагивает тех, кто остался в верхнем ряду, то они также могут спуститься, только в левом блоке, не смешиваясь с массой студентов, обозначивших себя сразу как азартных.

Суматоха и хаотичное перемещение тел в рядах между партами снова привело в движение всю аудиторию.

- Если вы готовы играть до последнего, и ваше сознание позволяет вам лишиться всей одежды, то спуститесь ещё на два яруса, - снова решительно возвестил Пирс, давая заодно и следующую команду, продвинуться лишь на ряд вниз тем, кто считает, что есть грань в раздевании, которую они не могут себе позволить.

Часть девчонок и несколько парней отсеялось и на этом этапе, пропуская парней, которые осознанно или хорохорясь друг перед другом, постепенно опускались всё ниже и ниже.

- На вас остался последний предмет одежды. Вы будете постепенно делать ставки и выжидать удачного расклада или пойдёте ва-банк даже с худшей картой, не боясь остаться голым? - задал Пирс очередной вопрос, позволяя некоторым из нас спуститься ещё на ряд ближе к кафедре.

За спиной уже слышались обсуждения стоящих в первых рядах парней, которые постепенно пустели по мере приближения нас к финишу. Я стоял в их рядах, ожидая дальнейшего хода профессора, оценивая в уме, что ещё он может предложить и какое ещё решение стоит принять.

И оно не заставило себя долго ждать.

- Вы стоите полностью голый. На кону нет существенной суммы, и игра чисто на интерес. Чтобы не выходить из игры, вы готовы предложить в качестве ставки себя и своё тело? Те, кто готов пойти на это, могут занять место в первом ряду, - сказал преподаватель, спрыгивая со стола и расхаживая вдоль доски.

Пятеро парней, стоявших рядом со мной, мирно уселись на места, возле которых стояли. А я спустился на ряд ниже, устраиваясь за столом прямо напротив Пирса, под бурные возгласы и аплодисменты ребят, оставшихся позади меня.

Мне казалось, что я почти на вершине, хоть и был единственным, кто спустился в нижний ярус аудитории.

- Хватит, хватит! - прозвучал голос профессора гонгом по всему залу. - Мы все признательны Лексу, что на его примере мы рассмотрим тему сегодняшней лекции, - добавил он, заставляя аудиторию замолчать и успокоиться.

Когда студенты утихомирились, Пирс продолжил:

- Итак, что это? Это глупость? Или это азарт? Это бездумное поведение? Или всё же холодный расчёт с целью выиграть? Что может двигать человека к таким поступкам? И что не позволило вам спуститься в первый ряд? На все эти вопросы вы дадите ответы в своём эссе к следующей лекции, - проговорил он и, клацнув пультом проектора, запустил слайд с этими вопросами, отобразившимися на доске.

Из головы не выходили задумки профессора. Каждое его задание на лекциях преследовало только одну цель: научить чему-то всех нас. У меня пока не было понимания, чему данное действие должно было научить меня. Ведь задавая все эти вопросы, он почти сразу понимал, что я точно окажусь в первом ряду, понимая моё мышление после множества сессий и обсуждений эксперимента, который снова и снова всплывал в голове по мере моего продвижения вниз по рядам.

Воспоминания окончательно обуяли мной после того, как первый ряд был, по сути, покорён.

- Лекс, всё ли у Вас хорошо?

Окликнул меня голос Пирса с экрана, установленного в комнате для ежедневных сессий.

- Вы где-то далеко. Вы сделали свой выбор относительно парней? - поинтересовался он.

Как и почти всегда, с самого начала проекта он начал свои ежедневные обсуждения с меня.

- Да, - точно всплывая после глубокого погружения, ответил я. - Выбор пал на Мэта.

Слегка замешкавшись, я неуверенно поглядывал на экран, ища то ли одобрения, то ли какой-то реакции или слов с попыткой убедить меня сделать другой выбор.

- Но только он ещё этого не знает, - слегка игриво добавил я, понимая, что Пирс увидит мою нерешительную улыбку.

- Хорошо. А можете обосновать Ваш выбор? - поинтересовался профессор, давая мне минуту на размышление для формирования толкового объяснения.

- Не знаю, что ждёт нас дальше в ходе эксперимента, и поэтому, чтобы настроиться на неожиданность, выбрал Мэта. Ведь от него, как и от Вас, никогда не знаешь, какая последует реакция, - почти смеясь, проговорил я, понимая, что задел и Пирса, и его эксперимент, указав на полное непонимание ожидаемого, но демонстрируя при этом готовность идти до конца.

Профессор не показал своего возмущения или несогласия с моим выбором, а лишь подтверждающе покивал головой и, оставив дальнейшие расспросы, отпустил меня, кинув мне вслед только одно:

- Лекс, Вы хоть предупредите его и парней, чтобы они не строили безнадёжных планов относительно Вас и приняли либо отвергли Ваш выбор.

Этот шаг за дверь и процесс её закрытия, казалось, длился намного дольше обычного. Словно в замедленной съёмке своей жизни, я оценивал свои движения, выражения глаз сидящих в общем зале парней, их реакцию на моё задумчивое лицо и то, как их лица будут изменяться по мере того, как я произнесу своё решение вслух.

- Хочу провести с тобой остаток проекта, - точно делая предложение, беря за руку Мэта, произнес я.

Это звучало в глухой тишине общего зала, как что-то сокровенное и романтичное. На его лице вспыхнула довольная улыбка, полная хитрости и нахальства. Сквозь эту улыбку можно было явно прочитать единственную мысль Мэта: «Я это знал с самого начала!».

Все сидели, стараясь не подавать вида и не показывать своего разочарования. И даже Макс с Сидни, казалось, ожидали, что мой выбор может пасть на них. Огорчение читалось и в глазах Энди, переглядывавшегося с Дрейком. Принимая моё решение, как однозначный выбор, они понимали, что впереди и их ждёт непростая ситуация с принятием решения по определению своей пары.

Мэт, с глазами полными радости, подхватил меня на руки. Покружив, он впился в мои губы, стараясь отблагодарить за произнесённые слова. Как будто мы стояли перед алтарём и, произнеся клятву верности, он получил разрешение поцеловать жениха. Не испытывая больше сомнений от неведения, он окинул парней гордым взглядом.

Широко расправив грудь, как победитель, он вошёл в дверь, усаживаясь в кресло перед экраном монитора, готовый на все сто огласить свой выбор профессору.

Сумятица, созданная моим выбором, в скором времени утихла. Буквально через пять минут Мэт счастливый выскочил из кабинета. Подхватив меня на руки, он уселся на диван, осыпая поцелуями и лаская моё тело у всех на виду, наслаждаясь и показывая всем, что теперь я только его.

Парни очень быстро, один за другим, скрывались в комнате для переговоров и возвращались, получая напутствия и одобрения от Пирса относительно их избранников.

Спальни за это время приняли свой первоначальный вид. И мы бы могли с Мэтом уединиться на правах первой пары, но им так сильно овладело желание, что когда Дрейк с Энди освободились, я уже был нанизан на член Мэта и принимал его движения, выбивающие из меня громкие стоны.

Сидни скрылся за дверью. Макс, стоя возле нас, прицельно наяривал свой член, точно хотел напоследок слить в кого-то, изрядно взбудоражив свой стояк.

- Ну ты лось! - послышался недовольный голос Сидни, который вышел из кабинета через минуту. - Что ты делаешь? - сказал недовольно он, ища поддержки от всей компании, и поинтересовался: - Ты хочешь кончить в кабинете Пирса?

Но Макс хотел так же, как Мэт, высоко подняв голову, почувствовать себя выше всех и произнёс, обращаясь к Сидни:

- Ну так сделай что-то с этим!

На что тот лишь опустил глаза, показывая всем, как ему стыдно за поведение Макса. Стукнув его кулаком в плечо, он затолкал Макса в кабинет к профессору и закрыл за ним дверь.

Энди с Дрейком лишь переглянулись, стараясь своими улыбками не смущать Сидни. А мы с Мэтом были заняты тем, чем он планировал заниматься максимально часто в оставшиеся дни эксперимента.

«Я скучаю, малыш», - выскочило смс на телефоне, когда у меня закончились пары.

Сообщение от Марка радовало и успокаивало. В голове крутились мысли и воспоминания из эксперимента, сегодняшняя лекция и домашнее задание с написанием эссе. Но эта пара слов «скучаю малыш» так засели в голове, что я завис, смотря в экран телефона, пока он не погас. Лишь когда от моего касания экран снова подсветил текст сообщения, я начал писать ответ: «Тоже скучаю и очень хочу…».

Поставив многоточие, я задумался в ожидании ответа Марка. «До семи вечера в компьютерном зале, с восьми ночная смена санитаром в больнице», - написал он. И сразу надпись «Марк пишет сообщение» появилась вверху на экране. Это приятно порадовало меня и распалило и без того разыгравшееся желание. «Так что, можем увидеться в зале? Позже, чтобы оказаться со мной наедине, тебе нужно будет что-то сломать или поранить», - прозвенело прилетевшее сообщение с множеством улыбочек и сердечек.

Сцены прошлого, так или иначе, подстёгивали моё поведение быть ещё более похотливым. Не давая себе возможности отказаться от решительных действий, я стремглав понёсся к Марку на работу в надежде застать его одного, чтобы сразу кинуться в объятья и показать, как я соскучился за те полдня, что мы не виделись после очередной проведённой вместе ночи.

Радостные глаза Марка встретили меня с каким-то чувственным желанием. И последовала мгновенная награда в качестве страстного сладкого поцелуя.

В зале никого не было. Он нажал на кнопку, управляющую магнитным замком входной двери, и сразу заскользил по моему телу руками, увлекая мои штаны вниз, оголяя член и спускаясь на колени.

Лёгкое, нежное полизывание головки, перебирание пальцами моих шаров, и вот головка устремляется в его рот, а потом и глотку. Уже на пороге его зала я был возбуждён до предела, а его поцелуй натянул окончательно все струны моего инструмента.

Не мудрено, что от первого же прикосновения его губ и языка я испытал резкую дрожь. И ещё до того, как Марк успел второй раз проскользить по моему стволу, стал изливаться.

- Да, бля! - вырвалось из моих губ в знак недовольства быстрым семяизвержением.

Но быстро справившись с моим количеством спермы, он сглотнул и, встав на ноги, поцеловал меня, проговаривая:

- Не переживай, малыш!

Его рука уже сжимала мою ягодицу, пока вторая надавливала на влажную, вспотевшую от желания дырочку. Не став рассусоливать, он вертанул меня на месте, развернув к себе спиной и наклонив небрежно на стойку, за которой работал, упёрся рукой мне между лопаток. Плевок на пальцы, и вот они уже скользят сразу по дырочке и проникают внутрь, добавляя громкости моим стонам и влаги в моем очке.

- Как же всё-таки хочу тебя! Что ты со мной делаешь? Ведь я планировал дотерпеть до утра, если ты не придёшь, - проговорил Марк, но при этом уже приставлял свой твёрдый член к дырочке и, подавая бёдра, протискивался внутрь, преодолевая сопротивление сфинктера.

- Даа! - выпалил я почти в унисон, ощущая, как твёрдый жезл раздвигал стенки моего канала, проникая глубже и глубже.

- Дааа, - добавил он, проникнув полностью на всю длину и уперевшись своими яйцами в мою попку.

Слегка согнув колени, он поёрзал бёдрами, стараясь двигаться в разные стороны, чтобы растянуть стенки, будто хотел развальцевать вход для более свободного проникновения.

Стоя сзади меня, он задрал свободной рукой мою футболку, чтобы оголить поясницу и ягодицы. Второй рукой придерживая за бёдра, притягивал к себе и отстранялся бёдрами, раскачиваясь то ко мне, то от меня, постепенно наращивая темп от плавного проникновения до резкого. Заливаясь громкими довольными стонами, я дарил нам обоим сладкие ощущения, пока он настраивал свой ритм.

- Да! Да! - выкрикивал я, ощущая всю мощь его члена, что растрахивал моё очко, точно голодный зверь, с каждым рывком впиваясь глубже и резче.

Складки сфинктера, вплотную обволакивая его ствол, тянулись по нему, когда Марк отступал. И первыми влетали обратно, проталкиваемые его твёрдым стержнем.

Дрожь пробивала всё моё тело. Я начал ощущать, как с члена начинает капать моя сперма от мгновенного второго оргазма, который накрыл меня после первого фиаско. Подмахивая попкой и повиливая ею, я старался не сбивать Марка с заданного ритма.

- Да, да! Ещё, ещё! - стонал я, подстёгивая его продолжать, умоляя не замирать и не замедляться, а довести и себя до такой же реакции, которая сейчас растекалась по моему телу наслаждением. Ещё с десяток толчков и он замер, уперевшись вплотную в мою попку.

Ухватив меня за плечи и пару раз резко подав свои бёдра, он притянул меня к себе и, заставляя выгибать спину, обхватил за шею, крепко сдавливая её двумя руками. И точно боясь упустить отправление поезда, рванул вслед за первыми посылами, с силой и быстро загоняя в меня свой член, что-то сквозь стоны шепча себе под нос, точно повторяя мантру или какое-то магическое заклинание.

- Да! - резко вырвалось из его уст.

Его пах точно припечатался к моим ягодицам. А член словно разорвался внутри, увеличившись, запульсировал и начал сокращаться, раз за разом выплёскивая из себя в мою попку соки.

- Даа! - простонал я, ощущая, как приятная и горячая влага растекается по каналу, заполненному его членом, и как она увлажняет попку изнутри, снижая трение и успокаивая слизистую.

- Класс! - произнёс Марк, опадая на мою спину и обнимая.

Продолжая терзать меня своими пульсирующими движениями, вздрагивая и разнося этими движениями по всему моему телу лёгкую дрожь, он спокойнее задышал, продолжая изливаться своим членом, который постепенно слабел, выскальзывая из меня.

- Малыш, ты супер! Всё как в сказке, - прохрипел я, не имея сил отжаться от стойки, прижатый сверху его телом.

Войти в канал автора Praid

Жил я с мамой, отчимом и сводным братом 24 лет, старше меня на несколько лет. Отчим и его сын были здоровяки, про которых говорят «косая сажень в плечах». Рост у обоих тоже был не маленький — 190 см, не меньше! При этом широкая волосатая грудь, мощные конечности, низкий, зычный голос и смуглая кожа. По сравнению с ними я был просто заморыш. Рост 163, худощавый, длинные, стройные, но тонкие ноги, белая кожа без единого волоска, невинные голубые глаза и светлые длинные волосы. Я постоянно был предметом их насмешек, так как не мог с ними тягаться в силе и размерах.

Всё это длилось несколько лет, и за эти годы я стал почти отшельником. Почти всё время сидел в своей комнате, ни с кем не общаясь. Весь мой мир составлял интернет и соцсети. Не знаю, сколько бы ещё это продолжалось, но наступил тот самый час Х…

Я, как обычно, засиделся за компом за полночь и лёг в кровать около трёх ночи. Долго ворочался и всё никак не мог уснуть. И вот, будучи почти на грани засыпания, я услышал лёгкий скрип приотворяемой двери. Я не придал этому значения и тихо проваливался в сон. Но тут я почувствовал, что с меня стягивают одеяло. Я попытался его удержать, услышал в ответ сдержанное ругательство, и в тот же момент мой затылок сдавила жёсткая рука!

Я лежал, уткнувшись носом в подушку, слышал какие-то шорохи и со сна даже не мог понять, что происходит. Через какое-то время мне на глаза повязали повязку. В комнате и так было темно, а с повязкой рассмотреть что-то было совсем невозможно! Одновременно в мой рот затолкали какую-то тряпку, и я не мог даже мычать. Остались одни ощущения!

Моё сердце колотилось, во рту пересохло, я испытывал дикий ужас! А события продолжали развиваться.

Мои руки были крепко стиснуты большой мужской лапой. С меня быстро стянули нехитрое бельё, и я беспомощно лежал — распластанный, голый… и слепой. Я мог только чувствовать.

Сначала это была боль, но затем… мягкое поглаживание по всему телу… слегка сжали соски (от чего я вдруг покрылся мурашками), затем рука скользнула в промежность… Мой маленький член немедленно отреагировал на это насилие эрекцией! Мне самому было дико, но это было именно так. Я был беспомощен с завязанными глазами. Лишён движения. А мой член встал!

Мой насильник ничего не говорил, но бурно дышал и издавал звуки — иногда смешки, иногда стоны возбуждения.

После поглаживания моего эрегированного члена его рука скользнула ниже, между моих ягодиц. Я инстинктивно сжался, но он продолжил своё движение. И в самое короткое время в моей сокровенной дырочке оказался чужой, мужской палец!

Стыд, боль, неожиданное удовольствие — всё смешалось в моём перепуганном мозгу.

Я не знал, как реагировать на происходящее. С одной стороны, меня насиловали, с другой, мне это нравилось! Палец буравил меня всё глубже и глубже, затем пальцев стало два, мне это понравилось больше, и я даже стал помогать этому человеку, немного насаживаясь на них. Он всё убыстрял свои движения, а я стонал и выгибался ему в такт. Это было удивительно и приятно. Ещё пять минут назад я собирался спать, и моё нетронутое тело ни на что не реагировало. Но какой-то миг — и я уже готов пожертвовать многим за то удовольствие, что дарил мне мой насильник.

Не могу определить, сколько времени длилось вторжение в моё тело, но вот мои руки отпустили и вытащили кляп изо рта. Я дышал широко открытым ртом… но недолго.

Вскоре я почувствовал пальцы уже во рту. Попытался отвернуться, но получил лёгкую пощечину и, не понимая, что мне, собственно говоря, надо делать, начал их посасывать. Как ни странно, процесс мне понравился.

Мне казалось, что мой невидимый любовник чувствовал каждое моё движение. Потому что чем больше росло моё возбуждение, тем активней он усиливал ласки. Когда я, посасывая его пальцы, начал стонать, то он приподнялся и, почти сев мне на грудь, вставил вместо пальцев в мой рот член. Эта смена прошла для меня так органично, что я только глубоко вздохнул и заглотил этот ствол целиком, чем доставил мужчине несказанное удовольствие. Он застонал, замер и погрузился в мой рот на всю длину. А надо сказать, что этот член стоил того, чтобы его заглотить и описать его красоту и вкус. Широкий, утолщённый, но приятный для того, чтобы не порвать рот парня и быть обласканным. Вкус его был чуть горький, солоноватый, но в меру, не вызывающий тошноту. Приятный запах. Гладким он был настолько, что язык скользил по нему без малейшей запинки. Сужающаяся головка позволяла члену проникать в моё горло всё глубже и, дотрагиваясь до моих гланд, вызывала то позывы к рвоте, то усиливала экстаз возбуждения.

Я настолько увлёкся процессом, что потерял счёт времени. Очнулся от того, что меня перевернули на живот и поставили на четвереньки. Я был всё так же слеп и беспомощен, а в это время чьи-то, так и не опознанные мужские руки раздвигали половинки моих ягодиц. Придя в себя, я вскрикнул от страха предстоящей боли, и тут же мой рот опять заткнули тряпкой, а голову уткнули в подушку.

Я бы хотел описать свои ощущения от огромных мужских рук на своём теле, то, как они мяли мои бёдра или сжимали мой слабый затылок, но передать это почти нереально. Это за гранью слов! Такое надо пережить…

Итак, мне пришлось расслабиться и отдаться ощущениям своего тела.

В мой анус уткнулась головка этого вкусного и красивого члена. Как я ни сжимался, я не мог остановить её поступательные движения. Член упёрся в меня с неумолимой жесткостью, моя спина прогнулась против моей воли, я застонал и забился от ужаса, будучи всё так же с завязанными глазами. Но эта жёсткая торпеда всё же вошла в меня. Я выл сквозь свой кляп, но изменить ничего не мог. Меня взяли! Мужчина! И я даже не знал какой! Он был во мне! Весь! Целиком! Большой! Огромный! Мужик! А я, мелкий парнишка, мог только корчиться от бессилия под его членом. Мне было очень, очень больно!

И именно в этот момент я почувствовал стыд. Не знаю почему, но именно тогда, когда меня лишили «девственности», я вдруг понял, что происходит. На смену чувственному удовольствию пришло осознание происходящего. И этот стыд заставил мои мышцы сокращаться, сжиматься сильнее, чем от запрещённых и извращённых ласк. И чем сильнее я тужился и пытался вырваться, тем большее удовольствие я доставлял своему неведомому насильнику. Его движения убыстрялись, дыхание становилось более частым, а руки шарили по моему телу с такой силой, что оставили на мне синяки и царапины.

Не могу сказать, что я когда-нибудь мечтал о связи с парнем. Мне не снились мои друзья в гомосексуальных снах. Всё, что происходило, было для меня неожиданно, грубо, противоестественно, больно, но при этом. .. дико приятно.

Да, меня насиловали! Да, в меня, почти разрывая моё тело, вошёл мужик, но мне-то это понравилось!

Странно рассуждать о морали, когда в твоей заднице мужской член и когда ты получаешь оргазм почти одновременно с ним. Но со мной происходило именно так. Меня драли в задницу, я истекал от удовольствия и одновременно думал о том, что я шлюха.

Самая удивительная мысль, которая посетила меня в эту ночь, была мысль о том, что я хочу продолжения. Я хочу так жить всегда! Меня жёстко трахал мужик, впервые в моей жизни, а я думал о том, что хочу ещё и ещё! Нового мужчину! И не одного, а много! И плевать, что я не буду видеть их лиц! Это опьяняющее ощущение члена внутри меня, эта боль, это насилие заставляло кончать мой мозг и воспламеняло мое тело!

Моего любовника такие мысли явно не одолевали, и он просто драл меня со всей страстью, на которую был способен. Он так и не произнёс ни слова, но мне это было и не надо. Когда он стал кончать, то извержения его спермы вызвали холодную испарину на моей коже. Каждый толчок его спермы я принимал почти благоговейно. И когда насильник излил в меня последние капли и ушёл не попрощавшись, то я, как будто в продолжение действа, не стал снимать повязку с глаз, а стал ласкать себя — всё сильнее и яростнее, пока обильно не кончил себе в руку и на живот. Вот после этого я снял повязку с глаз — символ насилия, вытерся ею и спокойно уснул, повернувшись на бок, как будто ничего и не произошло.

Утро у меня началось с того, что с меня опять стащили одеяло, мои ягодицы быстро и довольно грубо раздвинули и протолкнули в меня член. Больно не было, и член проскользнул внутрь почти сразу, я только выгнулся для удобства. У меня это получилось так естественно и сладко, что мужчина одобрительно хмыкнул и вошёл в меня ещё глубже. Я слышал его дыхание, чувствовал кожей прикосновение его яиц, а сам боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть подступающий почти к горлу оргазм.

Утренний секс был быстрым, каким-то яростным, но невероятно приятным. Я кончил вместе с анонимным насильником. Он ушёл, а я всё ещё «плавал» от удовольствия.

Немного придя в себя, я начал размышлять о том, что же со мной произошло и кто меня использовал? Пришёл к выводу, что меня трахнул отчим. Сводного брата я отмёл, так как по запаху, по опытности моего любовника это явно был зрелый мужчина. Моему отчиму было на тот момент 49 лет, и уж он точно знал, как обращаться с невинным юнцом.

Я лежал и думал о том, как же мы будем жить дальше? Выйдя утром к завтраку, я понял, что всё уже решено за меня.

Мама накрыла стол, я пошёл умываться, но, зайдя в ванную, даже не успел закрыть дверь, как следом за мной зашёл мой отчим. Он молча взял меня рукой за шею и поставил на колени. Перед моим носом оказался его почти стоящий член. Нисколько не сопротивляясь, я открыл рот и начал его ласкать. Иногда я вскидывал глаза на своего «сладкого мучителя» и возбуждался ещё больше, видя, как ему нравится меня трахать.

Кончив, он похлопал меня по щеке и жестом показал, что ждёт меня на кухне.

Мне пришлось встать под ледяной душ, чтобы утихомирить свою эрекцию и «потушить пожар» на щеках.

За столом все сидели как ни в чём не бывало. Мне показалось, что и мой брат не в курсе произошедшего ночью, и я немного успокоился.

Следующие несколько дней прошли спокойно, и меня никто не трогал, хотя я ждал каждую ночь в нетерпении, когда же ко мне придёт мой любимый отчим. Я не выдержал сам! Улучив момент, я подошёл к нему и тихо спросил:

— Когда ты придёшь ко мне?

При этом я прижался к его паху и потёрся головой о широкую грудь. В глазах мужчины как будто полыхнуло пламя! Он так же тихо ответил:

— В понедельник на учёбу не пойдёшь. Весь день наш.

Ещё несколько дней прошли в томлении. И вот наступил долгожданный понедельник.

Я сделал вид, что ушёл учиться, но на самом деле постоял за углом нужное время, после чего со всех ног побежал домой. Дрожащими руками я вставил ключ в замок и увидел его. Он ждал меня! В одних домашних штанах, с голым торсом, покрытым густой порослью чёрных с сединой волос, он показался мне таким красивым и сексуальным, что, едва захлопнув дверь, я кинулся ему на шею. Он посмеивался, но обнял меня, и мы сразу прошли в мою комнату.

— Я хочу ещё! — сказал я. — Всё, что ты уже сделал со мной, и ещё. Я не могу больше терпеть!

— Хочешь, говоришь? — проговорил он. — Тогда раздевайся.

Я лихорадочно сдёрнул с себя всю одежду и почти упал на кровать. Мой отчим, совершенно голый, лёг на меня сверху. В изнеможении от долгого ожидания я со стоном обнял его руками и ногами, и мы страстно поцеловались.

Может быть, это странно, что я так «воспылал» любовью к взрослому мужчине, будучи юношей; очень странно, что мне так понравилось насилие; не менее странно, что анальный секс вызвал во мне такие ощущения. Всё странно. И, тем не менее, я лежал, обнажённый, в одной кровати с моим насильником, первым любовником и моим отчимом по совместительству и таял от его губ и рук. Моя дырочка пульсировала в предвкушении его члена. И он не заставил себя долго ждать!

Мужчина приподнялся и, широко раздвинув мне ноги, подложил под попку подушку. Я был приподнят и полностью открыт для него. Он приставил головку своего прекрасного члена к моей дырочке и стал медленно входить в меня. Я пытался впустить его в себя быстрее, извивался, но он не давал мне этого сделать. Эта пытка длилась и длилась. И вот, когда моя попка стала мокрой, как щёлка у девочек, он вошёл в меня на всю длину…

Этот день я не забуду никогда! День непрекращающегося удовольствия. Мы занимались любовью на кровати, на диване, на кресле, в ванной. Когда мы решили перекусить, то он не смог удержаться и любил меня прямо на кухонном столе. Мне очень понравилось отдаваться ему стоя, опираясь на подоконник и смотря в окно. Мне нравилось представлять, что сейчас какой-нибудь мужчина из дома напротив подглядывает за нами, и эта мысль возбуждала меня ещё сильнее.

Мой потрясающий отчим кончил в меня четыре раза! Я глотал его сперму, я слизывал её с пальцев и просто сходил с ума от происходящего.

Ближе к вечеру мы привели себя в порядок и разошлись по своим комнатам как ни в чём не бывало. Но я знал, что моя жизнь уже не будет прежней. Я переродился…

Мой отчим был моим единственным любовником ещё два года. Не знаю, как так получилось, но мы смогли это скрыть от всех. Но всё тайное когда-то становится явным. О нашей связи узнал его сын, мой сводный брат. Я заинтересовал его, и ещё год у меня было два любовника: отец и сын. Хотя сын с отцом сравниться не мог. Он был грубый, неотёсанный, но отказать ему я не мог.

Через год я уехал в другой город. И там у меня были уже другие мужчины и другие приключения. Но своего первого любовника, своего отчима, я буду помнить всегда!

Устроился я летом на каникулах после первого курса техникума грузчиком на оптовый склад продуктов питания. Очень хотел подзаработать денег на новый смартфон, а подходящей работы в моём возрасте и без образования не найти. Нашлась только эта вакансия. Брать меня поначалу не хотели - типа маленький, щупленький, слабенький, - не справлюсь. Но мне уже 18 лет всё таки. Но так как несколько парней отправили в отпуск, нужны были хоть какие-то новые руки.

И вот прихожу я в первый день на работу. Гляжу - пара десятков молодых, крепких, рослых парней уже переодеваются в раздевалке и готовятся к смене. Парни надменно окинули меня взглядом - типа, что за щенок тут объявился, эта работа для настоящих мужиков, а не для сопляков вроде меня. Стали перешёптываться и посмеиваться. Поначалу мне было неловко, но вскоре я стал осваиваться. Бригадир Руслан (высокий крепкий парень лет 30-ти) выдал мне какую-то рваную старую робу и дал несколько простых поручений по переноске коробок с крупами на одну из площадок для погрузки. Если честно, уже через полчаса я выдохся, руки и ноги просто заныли. Другие же парни работали как роботы. Надо сказать, я с интересом и возбуждением посматривал на их крепкие мускулистые тела, стыдливо отводя взгляд, когда с кем-то пересекался. Погода была жаркая - кто-то работал только в одних штанах, демонстрируя свои широкие плечи, мускулистую грудь и сильные руки. Да уж... на фоне этих самцов я действительно выглядел щенком.

Где-то через час работы к складу подъехала фура и все собрались её разгружать. Я также влез в толпу крепких парней. Двое забрались в фургон и подавали стоящим внизу ящики и коробки с продуктами. Руслан с накладной в руках присев рядом на бетонное ограждение, проверял товары по списку. Когда дошла очередь до меня, то парень сверху скинул мне тяжёлый ящик, по-моему с консервами в стеклянных банках. Я с трудом его удержал в руках и еле ковыляя понёс на склад. И так весь уставший за утро, я еле волочил ноги с таким грузом, к тому же я запнулся за какой-то камень и полетел лицом как раз к сидящему рядом Руслану, к нему между ног. Парень матерясь чуть согнулся, видимо от болезненного удара и даже выронил накладную. Своим фэйсом, я как раз с размаху прилетел ему в пах. Хоть я и удержал ящик в руках, но он сильно ударился об асфальт и какие-то банки, кажись, всё-таки разбились. В ужасе я быстро попытался подняться с колен, вместе с этим ящиком, но поза была крайне неудобная и тяжёлый груз снова потянул меня вниз, и я опять нырнул головой между ног нашего бригадира, упёршись лицом в его крупную выпирающую ширинку на штанах.

— Да блять.. ты совсем охуел, сопляк?, - грубо заорал на меня Руслан, - Чё, ноги не держат? Или отсосать вдруг приспичило?

Вся ситуация и особенно последняя фраза бригадира дико развеселила всех парней. Работа тут же прекратилась и все гогоча наблюдали за мной. Я же, казалось, совсем обессилел. Руки и ноги не слушались, и я никак не мог нормально подняться, елозя лицом между ног крепкого рослого парня.

— Может, в натуре отсосать хочет? - кто-то крикнул и все заржали ещё громче.

И тут Руслан, подыгрывая парням, схватил мою голову своими сильными руками, чуть привстал и начал энергично двигать своим пахом мне в лицо типа трахая меня в рот.

— Ну на соси, раз хочешь! Сам налетел на мой хуй, - смеясь приговаривал он под неумолкаемый гогот всех парней.

Я настолько отчётливо ощущал своим лицом крупное мясистое хозяйство под штанами парня, и казалось - оно становилось всё больше и твёрже. Блять.. вот так да, Руслан почти реально ебёт мой фэйс, хоть и через штаны, при всех ребятах. Конечно, всё это выглядело как непристойная шутка, которую я сам и спровоцировал, но парень просто нагло меня при всех унизил и опозорил. Однако тут же я вдруг осознал, что меня это дико возбудило. Впервые в жизни я был так близок к реальному мясистому хую крепкого взрослого парня. Я даже не пытался сопротивляться, стоя на коленях перед ним и всё ещё держась руками за злополучный ящик. Но вдруг Руслан резко оттолкнул мою голову так, что я откинулся назад и упал на спину. Парни всё продолжали ржать над моим унижением.

— Сучонок, пару банок разбил!, - добавил бригадир, - Накладная в грязи.. Взяли тебя на мою голову! Если слабак, так чё грузчиком пошёл?! Здесь всё крепкие парни. Глянь, какие бугаи! А тебе только унитазы мыть. С получки вычту, короче, за разбитые банки.

— Русик, а классно ты его прямо в рожу! Это было смачно!, - кто-то весело добавил и другие довольно заголосили.

— Да это как-то на автомате, парни, - смеясь ответил Руслан, - Когда чья-то голова у тебя между ног, так и хочется её выебать... Ладно, все за работу! А этому сопляку полегче давайте, а то ещё чё разобьёт.

И парни весело продолжили разгрузку. Но что тут началось! Они всё никак не могли успокоиться, бурно обсуждая случившееся и бросая на меня свои наглые издевательские взгляды. Многие делали мне неприличные жесты типа залупы за щекой или типа трахали в рот как бы держа чью-то голову в руках у себя между ног (голова, конечно, подразумевалась моя)... Короче стыд и позор. Особенно отличался в оскорблениях молодой дерзкий парень лет 20-ти - Антоха. Он дал мне кличку Соска и тут же все дружно её одобрили и обращались ко мне теперь только так, даже при бригадире, который их собственно и не останавливал в этих публичных унижениях. Несмотря на совет Руслана не сильно загружать меня, парни как специально то дадут ящик потяжелее или скинут мне его неудачно, то ещё и толкнут.. В итоге к обеду я разбил ещё пару банок и рассыпал несколько пачек с крупой. Да уж... грузчик из меня тот ещё!

Во время обеда в раздевалке парни всё продолжали обсуждать случившееся со мной и бригадиром, ржали и подкалывали меня. Собственного места в раздевалке у меня ещё не было и мне пришлось усесться на лавку почти у самого выхода. Я хотел скромненько перекусить и достал из сумки пару бананов, что я взял из дома, и только я расчехлил один и сунул себе в рот, как вдруг:

— Гляньте-ка, а наш новенький бананы любит. Смотри, парни, как в рот берёт! Ну точно соска!, - прокомментировал тот самый заводила Антон. И я под ржач парней стал поглощать свой злополучный банан, а он как назло был очень большой и толстый. Стараясь съесть его как можно быстрее, чтоб всё поскорей закончилось, я начал им давиться, что развеселило ребят ещё сильнее. Наконец с горем пополам под весёлый гул разгорячённых парней я его доел, за второй само собой я не принялся.

— Ну что наелся?, - вдруг близко ко мне подошёл Антоха и поставил одну ногу на скамейку так, что моя голова оказалась как раз у него между ног, - А мой банан не хочешь попробовать?, - и парень демонстративно схватил рукой через штаны свой большой напряжённый стояк. Антон явно был сильно возбуждён, сквозь ткань отчётливо прорисовывался его мощный елдак.

Тут к нам подкатило ещё несколько заинтересованных парней, они обступили меня и весело наблюдали, что же будет дальше.

— Такой сладкий ротик явно хочет сочного крепкого хуйца, верно парни?, - возбуждённо сказал Антоха и ребята вокруг весело загудели.

— Давай Тоха, накорми сосунка, - добавил кто-то, подстёгивая парня, - Ему явно одного банана мало.

Вся раздевалка просто гоготала. Не знаю, воспринимали ли парни всё как унизительную шутку и прикол надо мной, но когда Антон реально вытащил из штанов перед моим носом свой разгорячённый елдак, все на какое-то время притихли.

— Смотри, как мой красавец хочет тебе в ротик, - прошипел парень, направив свою большую, уже сочащуюся обильной смазкой залупу мне в лицо. В нос ударил густой терпкий запах возбуждённого самца. Моя голова пошла кругом. Антоха же бесцеремонно стал водить горячей мокрой залупой мне по лицу и губам. Парни вдруг вновь оживились и зашумели ещё сильнее. Они явно не ожидали такого скорого развития событий. Я же просто готов был уже потерять сознание. Большой, горячий, возбуждённый, крепкий хуй крутого парня так близок ко мне. Я всегда страстно об этом мечтал. И сейчас не смог сдержаться и с еле сдерживаемым стоном, дёрнувшись, бурно спустил себе в трусы.

— Тоха, да он кончил, - возбуждённо добавил кто-то из ребят и все громко заржали, - Он реально кончил от твоего хуя.

— Да я знал, что он пидор-хуесос, - ответил разгорячённый Антон, - У него ж это на лбу написано. Мне похуй, что он кончил.. Я-то ещё нет. Так что открывай рот, Соска, и помоги мне как следует разрядиться.

Я послушно открыл рот и тут же сочная Тохина залупа влетела в него. Хоть я и спустил только что себе в штаны, но моё возбуждение только нарастало. У меня во рту большой крепкий горячий хуй! И я не хотел упустить шанс в полной мере им насладиться. Я уже сам жадно присосался к залупе и стал активно работать губами и языком.

— Бляяя.. кайф, - застонал Антон, - Парни, да он реально сосёт. Давай-давай, Соска, покажи всем, как ты это делаешь и как тебе это нравится.

И я, окончательно потеряв голову, стал при всех страстно обсасывать Тохину залупу, лизать мощный жилистый ствол и даже хватал языком его большие волосатые яйца. полные спермы. Во мне вдруг проснулся настоящий прирождённый хуесос.

— Оооо, дааа... Да ты просто супер-Соска. Я в тебе не ошибся. Мне даже тёлки так жадно не сосут, - стонал Антоха, сам уже всё активнее двигая пахом мне в лицо, загоняя своего жеребца всё глубже мне в глотку. Обильная сочная смазка парня заполняла мой рот и я её жадно сглатывал.

— Давай Тоха, выеби его голову как следует!, - подбадривали парня заведённые ребята, - Он реально этого хочет.

И тут я стал замечать, как многие сами уже достали из штанов свои возбуждённые елдаки и дрочили их, наблюдая за моим отсосом. Вся раздевалка наполнялась густым запахом самцов, хуёв и спермы. Кто-то не мог ждать и, пока Антон всё активней ебашил мой рот, ребята пристраивались плотнее и совали свои горячие мокрые залупы мне в щёки, уши, нос.

— Бляя парни, тесно и неудобно тут у стенки. Давайте его на центр, - кто-то предложил и все одобрительно загудели. Даже Антону понравилась эта идея. Схватив меня за волосы, не вынимая при этом свой хуй из моего рта, он потащил меня на центр раздевалки и поставил на колени. Теперь доступа к моей голове было больше, и больше сочных залуп елозили мне по лицу. Антон при этом продолжал активно ебашить мой рот почти на всю мощь своего елдака. Одновременно двумя руками я хватал свободные хуи и энергично их надрачивал. Кто-то уже не мог сдерживаться и обильно кончал мне то на лицо, то на волосы. Густая горячая сперма обильно покрывала мою сосущую голову. В самом крутом эротическом сне со мной такого не было, а тут в реале в первый же день на моей новой работе. Я будто был в каком-то пьяном дурмане, я реально кайфовал от всего происходящего.

— Давай Тоха кончай уже, - кто-то возбуждённо торопил моего ёбаря, - Мы же тоже хотим сунуть ему в рот.

— Да щас парни, - кряхтел Антон, - Сперма уже вовсю бурлит в яйцах. Ааааа... кажись пошла родимая, - заревел парень и вытащил свой разгорячённый хуй из моего рта, - Открой ебальник шире, сосунок!, - заорал самец, выстреливая мне в рот мощные горячие струи своего густого семени, - Глотай, пидор! Всё глотай!

И я жадно глотал обильную сочную сперму. Как же её много и как же она вкусна! Я и сам кончил себе в штаны в очередной раз. Дрочащий рядом парень не сдержался и стал стрелять, тоже целясь мне в открытый рот. Другие спускали мне на волосы, кончали в лицо. После Антохи тут же мне в рот влетел следующий горячий елдак. Не успел я им толком насладиться, как в рот мне хлынула новая сытная порция спермы. Затем новый хуй, ещё, ещё.. Все парни были так перевозбуждены, что кончали очень быстро. Я только успевал глотать их обильную сперму. Кто не успевал сунуть мне в рот, спускали на голову. Так все 20, или около того, парней, кто были сегодня на смене, бурно разрядили свои яйца с моей помощью и постепенно успокаивались. Мой желудок был просто переполнен спермой молодых самцов, но я ловил себя на мысли, что хочу хуёв и спермы ещё и ещё.

— Да у нас появился просто ненасытный хуесос и спермоглот!, - приговаривал Антон, наблюдая за мной, развалившись удовлетворённо на лавке, - Нам парни повезло с пацаном. Сосёт отменно, да ещё и всё жадно глотает.

Все довольно загудели.

— Дааа... Девку, чтоб так охуенно сосала, днём с огнём не сыщешь. А этот сосунок сам к нам пришёл, словно запах сочных хуёв почуял, - кто-то из ребят прокомментировал и все снова поржали.

Пока парни удовлетворённо обсуждали всё случившееся, я всё ещё был при деле и жадно дочиста обсасывал последние отстрелявшиеся хуи. Как вдруг дверь в раздевалку открывается и входит Руслан.

— Бляяя... что тут происходит?, - ошарашенно спросил бригадир. Парни торопливо стали прятать в штаны свои ещё полувозбуждённые хуи. Те, кто стояли передо мной, мигом разбежались по углам, оставив меня по центру одного на коленях, с залитой спермой головой. Вид у меня конечно был тот ещё!

— Чё так воняет спермой-то?!, - продолжил Руслан, - Вы чё придурки, обкончали этого новенького? Делать больше нечего?!

— Да он сам попросил, - стал оправдываться Антон и все тихо поржали, - Сказал, что голодный, попросил накормить. Ну мы и накормили.

Парни еле сдерживали гогот от Тохиных слов.

— Это чё правда?, - спросил меня удивлённый Руслан, подходя ближе, - Сам захотел что ли?

Конечно всё было не совсем так, как сказал Антон, но чтобы не подставлять парней, я утвердительно кивнул. Все опять довольно загудели.

— Да ты ж сам, Русик, его рожу чуть не трахнул там на разгрузке, - добавил Антоха, - А он бы тебе прям там мог и отсосать. Сосёт суперски! Попробуй.

— Да вы чё, похотливые жеребцы! Я ж там в шутку, - сказал бригадир.

— Шутка шуткой, а вон видишь как всё обернулось! Разбудил ты в нём страстного хуесоса. В итоге у всей бригады отсосал, кроме тебя, - ответил Тоха и все опять поржали.

— Пиздец какой-то!, - не мог всё ещё придти в себя Руслан, - А я как раз иду с ним поговорить. Уволить уже хочу. Не годится он, за пол дня столько банок разбил и рассыпал несколько пакетов с крупами. Нахуя мне такой работник?!

— Да ты не горячись!, - продолжил Антон, - Оставь его! Пусть числится грузчиком и зарплату получает, а работать будет хуесосом для всей нашей бригады, а потом и во вторую бригаду его сунем. Ты ж знаешь, как молодым парням разрядка нужна! Чё нам всем в унитаз-то сдрачивать, когда есть такой ненасытный голодный рот! Сосёт он и правда классно. Парни, подтвердите.

И все одобрительно загудели.

— Ну не знаю.., - засомневался Руслан, - Идея конечно интересная. А справится? Я так понимаю, со всеми вами ему будет не просто. У меня ж вас целых пол сотни вместе со второй бригадой.

— Да ты не переживай!, - радостно ответил Тоха, - Этот хуеглот и у роты солдат отсосёт - не поперхнётся.

Все опять дружно поржали.

— Да ты сам, Русик, попробуй уже!, - настаивал провокатор Антоха, - Когда у тебя последний раз был смачный минет? Помнишь хоть?

— Да блять и не помню уже, - ответил Руслан, - Жена вообще в рот брать не хочет. А пиздец как хотелось бы горячего отсоса! Вон хуй в штанах аж зашевелился!

— Давай доставай уже своего богатыря и опробуй нашу Соску, - уговаривал Антон.

— Ну ладно, парни. Только если мне не понравится, уволю его к чёрту.

— Да понравится. Гарантирую!

— Только пусть он рожу свою вытрет, а то она вся в вашей конче.

Кто-то швырнул мне в лицо какую-то тряпку. Приглянулся - чьи-то старые грязные вонючие трусы. Под смех парней я тщательно обтёр ими лицо и был готов к работе.

Руслан ещё ближе подошёл ко мне. Его вздутая ширинка на штанах смотрела мне прямо в рот.

— Давай сосунок, постарайся!, - наставлял меня Антоха, - Покажи нашему бригадиру всё, что ты умеешь. Ты же хочешь остаться с нами?! Сам достань его горячий елдак и отсоси как следует.

И под одобрительные возбуждённые возгласы парней, внимательно следящих за происходящим, я начал расстёгивать ширинку на штанах моего бригадира. Стянув штаны до колен, я проявил фантазию и стал лизать и покусывать губами большой и уже вставший ствол парня прямо через трусы-боксеры, надо сказать - не очень свежие, но меня это заводило ещё сильнее. Руслану это тоже явно понравилось, ибо он довольно застонал. Также я вылизал через тонкую ткань большие яйца парня. Затем я стал медленно стягивать трусы. Вылезла большая сочная залупа, к которой я тут же жадно присосался. Русик чуть дёрнулся и застонал ещё громче. Из залупы уже сочилась обильная смазка, которую я естественно сглатывал. Обнажился толстый жилистый ствол, который я старательно вылизал, и тяжёлые волосатые потные яйца. Их я тоже стал жадно вылизывать.

— Аааа сука.. классно, - стонал бригадир, - Как я по всему этому соскучился!, - и парень положил мне на голову свою тяжёлую крепкую руку, - А ты мне начинаешь нравиться, сосунок! Давай, не останавливайся. Засоси моего красавца полностью. Сможешь?

И я переключился снова на горячую залупу и заглотил её. Дальше больше. Я старательно засасывал мощный пульсирующий хуй всё глубже. Залупа уже упёрлась в глотку. Я инстинктивно её расширил и хуй провалился в самое горло. Руслан опять с громким стоном чуть дёрнулся. Чтобы помочь себе, я схватился руками за крепкую жопу парня и сам стал надеваться головой на его могучий стояк. Бригадир оценил это, ещё крепче схватил мою голову руками и стал сам двигать мне в лицо своим тазом, уже полноценно ебя меня в самое горло. Так его хуй входил в меня уже на всю длину. В подбородок упирались его мясистые яйца, а мой нос тонул в густых паховых волосах. Это было супер! Толчки всё усиливались, как и стоны моего ёбаря. Парни вокруг обступили нас и подбадривали своего бригадира.

— Мммм.. Это реально круто!, - ревел Руслан, - Заглатывает полностью. У меня такого ещё не было.

— А я чё говорил!, - самодовольно добавил Антон, - Соска что надо! Надо оставлять!

— Ща погоди, Тоха, - кряхтел Русик, - Я ещё не кончил. Хотя... уже кажись скоро. Ммммм.. яйца щас взорвутся!

— Давай шеф! Накачай этого сосунка по полной программе, - подстрекали бригадира перевозбуждённые парни. И Руслан с рёвом дикого бизона засадив свой поршень мне в голову по самый корень, что я уже просто чуть не задохнулся, стал бурно сливать в меня свою обильную, застоявшуюся в яйцах, густую сперму. Как же её было много. Она текла горячей лавиной мне прямо в желудок. Наверно целую минуту парень разряжал свои яйца, громко крича и даже матерясь в порыве бурного оргазма. Всё это конечно перевозбудило ребят и они снова подаставали из штанов свои стояки и яростно их надрачивали. Наконец поток спермы моего бригадира стал иссякать и парень медленно достал из моего горла свой отстрелявшийся мясистый хуй. Я же всё не хотел его отпускать и, жадно присосавшись к залупе, высасывал остатки спермы до последней капли.

— Бляяя.., - стонал довольный Руслан, - Такого мощного оргазма у меня за 30 лет ещё не было! Хуесос и правда отличный! И ненасытный какой! Гляньте, всё ещё не отпускает мою залупу. Эй сосунок, гляжу и тебе самому всё это безумно нравится! Ладно парни, оставляю его с нами. От такого горячего ненасытного рта грех отказываться.

И все довольно загудели, стояки парней уже просто дымились в предвкушении очередной ебли в мой рот.

— Ладно, парни, гляжу вы опять не на шутку разгорячились. Давайте все по-быстрому разрядитесь ему в рот и за работу уже! Кто отстреляется - на разгрузку!, - и Руслан вынул свой уже почти успокоившийся член из моего рта, заправил его в штаны и довольный вышел из раздевалки.

Что тут опять началось! Хуй за хуем влетал мне в рот и вновь бурно извергал сочное горячее семя. Я еле успевал всё глотать. Отстрелявшиеся и удовлетворённые парни выходили на разгрузку, а я всё продолжал работать своим ненасытным ртом, пока не отсосал у всех.

— Ну чё, сосунок, экзамен сдан!, - приговаривал Антоха, последним меня осеменивший и размазывающий свою кончу мне по лицу, - Бригадир тобой доволен! Теперь ты наша постоянная рабочая соска! Работы для тебя каждый день будет много. Есть и ночные смены. Плюс есть ещё и вторая бригада на соседнем складе. Тебя и туда будут время от времени перекидывать. Хуёв много - все молодые, крепкие, здоровые! И сперму литрами жрать будешь! Понял? Но ты, гляжу, её и так страсть как любишь!

Конечно, люблю.. да просто обожаю. Со временем я вообще подсел на сперму как на наркотик. Даже в свои законные выходные я мчался на склад к парням, ибо не мог ни дня обходиться без горячих хуёв у себя во рту и их сочной обильной кончи. Так я и был официально оформлен на складе грузчиком, но по факту работал штатным хуесосом для двух бригад из крепких здоровых парней, включая нашего крутого бригадира Руслана. Парням уже не нужно было собираться толпой вокруг меня, чтоб в спешке разрядить свои яйца мне в рот. В любой удобный момент они могли по одному или вдвоём прямо во время работы заглянуть ко мне в раздевалку и неспеша насладиться моим смачным горловым отсосом. Чтоб не было недоразумений и столпотворений, ребята даже составили что-то типа графика с очерёдностью. Так на протяжении всей рабочей смены мой рот постоянно был при деле. А когда меня направили в соседнюю бригаду, я с огромным удовольствием познакомился и с новыми горячими хуями. И конечно, меня не забывал регулярно навещать наш бригадир Руслан. Его большой сочный хуй я полюбил особенно сильно.