По предварительным данным, сегодня сборы аниме-фильма «Истребитель демонов: Поезд „Бесконечный“» (Kimetsu no Yaiba: Mugen Ressha-Hen) превысили 32,1 млрд иен (более $ 310 млн). «Поезд „Бесконечный“» обошёл по сборам аниме «Унесённые призраками» Хаяо Миядзаки и за 72 дня (с 16 октября по 26 декабря) стал самым кассовым фильмом в истории японского проката.

«Унесённые призраками» вышли в Японии 20 июля 2001 года, и больше 18 лет общая касса фильма составляла 30,8 млрд иен (аниме Миядзаки потребовалось свыше 250 дней, чтобы собрать более 30 млрд иен). Но этим летом несколько аниме студии Ghibli были повторно выпущены в домашний прокат, благодаря чему сборы «Унесённых призраками» выросли на 880 млн иен и достигли 31,68 млрд иен. Если бы рекорд аниме не обновили, то «Поезд „Бесконечный“» ещё 19 декабря (за 65 дней) мог бы стать самым кассовым фильмом в Японии.

Говорить об «Альянсе Пепельнокрылых» (более известный вариант названия - "Союз Серокрылых" , и именно так перевели его в Reanimedia - лучшей студии дубляжа аниме, но первый - поэтичнее) и легко и трудно одновременно.

Какими словами ты можешь описать своих друзей? Да и стоит ли описывать? Друзья всегда вне любого формата и описания. А Пепельнокрылые (и, в первую очередь, Рэки и Рака) – для меня и для многих других – именно друзья. Совершенно живые, реальные, несмотря на то, что рисованные (как тут не вспомнить Вернадского с его ноосферой, но это = другое).

Рэки, Рака, Кана, Хикари и другие обитатели Старого Дома из города Гли вошли в мою жизнь… Я могу спросить у них совета, мы можем вместе посмеяться и погоревать, я вполне реально ощущаю заботливые руки и глубоко спрятанную боль Рэки, лучистый взгляд Хикари, самоотверженность и преданность Ракки.

Кто они? Кто я? Кто мы? Кто мы все? Кто из нас в Старом Доме? Кто – на Заброшенной фабрике? А кто – простой житель города Гли?

В небе падает девочка. Летит вниз головой. Она спрашивает – где я? Что со мной? Ее пытается удержать огромная ворона, но сил у птицы мало и девочка выскальзывает из ее лап. «Все равно, спасибо», - шепчет девочка и внезапно с огромной высоты видит землю и прекрасный город. Через некоторое время она появится на свет в этом городе, в Старом Доме. Появится из огромного кокона…

Пролог «Пепельнокрылых» просто ошеломляет. Все, буквально все, включая музыку Ку Отани, пропитано таким чистым воздухом, что им невозможно надышаться. Хочется еще и еще…

И вся первая серия поддерживает это состояние. Рождение, встреча с Пепельнокрылыми, наречение Имени – Ракка, что означает «падающая», крылья, нимб и сигареты Рэки, а уж момент, когда у Ракки прорезаются крылья… меня до сих пор вбивает в кресло.

Но потом четыре серии затишья. Нас знакомят с миром Пепельнокрылых. Таким таинственным и таким обыкновенным, домашним одновременно. Нужно войти в этот мир, почувствовать его, полюбить его обитателей, чтобы вполную оценить все то, что будет происходить во второй половине сериала. И уж в любом случае, чтобы понять то, что будет происходить в последней серии – драматическом шедевре, каноне с таким эмоциональным накалом и внутренней динамикой, что ни один из ныне существующих фильмов, спектаклей и т.п. не может и мечтать.

После «Пепельнокрылых» я очень долго не мог смотреть художественное кино. Не мог! Все было пресно и поверхностно. Ибо реальность и глубина «Альянса…» в его простоте переходят все возможные границы. Но глубина эта достигается не изысками сюрреализма, авангарда и арт-хауса, не «псевдоинтеллектуальным самоудовлетворением» (как сказал когда-то Роберт Хайнлайн), а картинками повседневности, самой обычной что ни на есть жизни, которая очень похожа на нашу с вами. Бытовыми проблемами, которые ожидают и нас на каждом шагу… Поиск работы, воспитание младших братиков и сестричек, приготовление завтрака, походы за покупками. И встречи… Встречи с другими Пепельнокрылыми, с людьми, с Молчаливыми, с руководителем Альянса – таинственным Ваши, который смотрит на тебя через прорез в капюшоне в виде креста…

Традиций и правил в этом городке оказалось много, особенно для Пепельнокрылых. Им запрещено пользоваться новыми вещами, нельзя брать в руки деньги. Все Пепельнокрылые обязаны работать, чтобы не быть нахлебниками, но и труд им разрешён не всякий. А ещё им, как и простым горожанам, запрещено даже приближаться к окружающей город циклопической Стене. Что за ней? Этого не знает никто, кроме торговцев, с которыми строго-настрого запрещено говорить всем, кроме Ваши, — да и тот обходится жестами. А птицы летают над Стеной, куда хотят, вот только ни людям, ни Пепельнокрылым о том, что видели, рассказать не могут...

О чем «Пепельнокрылые»? О грехе и искуплении, о том, что искупление не всегда становится искуплением, если ты не изгонишь из сердца гордыню.

О боли и дружбе. О той, не то, что не побоится положить свою жизнь ради друга, а ей даже не придет в голову мысль, спрашивать: бросаться в омут за друга или нет?

О чистоте и любви, о цене любопытства и неверия… Мир «Пепельнокрылых» многослоен. Смыслы лежат тут и там, но не хаотично, а просто и изысканно. А в результате – совершенный катарсис.

И есть еще две главные «о чем»…

Еситоши Абэ – автор «Альянса Пепельнокрылых», прямо говорит, что этот фильм — о Спасении. Попытка сказать что-то о душе и о том, как человеку сберечь её. В интервью он говорил, что в основу фильма лёг его собственный религиозный опыт, и он хотел бы поделиться им с другими. Рассказывая, что пережил, не всегда можешь объяснить, почему всё было именно так. Но именно по той же причине сериал здесь есть все и для ума, и для сердца, и даже для кое-чего несоизмеримо более глубокого.

А еще «Альянс…» об уходе. Можно, конечно, назвать его и Смертью. Но это не смерть. Это – именно уход. Оставление гнезда. Взросление. Птенец разбивает скорлупу и уходит в высший мир, где голоса друзей и великое молчание Бога, где память (кстати, еще один потрясающий пласт)… где память становится одним из главных смыслообразующих жизни. То, что мир стремительно теряет. Память… И только птицы, могущие перелетать через стену приносят нам забытые воспоминания…

«Рэки… Я никогда тебя не забуду…»

Есть фильмы, которые нельзя смотреть.

И есть фильмы, которые нельзя не смотреть.

Когда же к фильму можно отнести оба эти утверждения - то, сами понимаете, что перед нами как минимум, нечто неординарное. Ты пытаешься его выключить, но не можешь. Странная и страшная магия настоящего кино останавливает тебя. Рассудок и желание в мозгу спорят за право обладать твоей рукой. И в результате побеждает всё-таки любопытство. Желание узнать - к чему приведёт всё, разгорающееся на экране.

Говорят, режиссёр хотел снять этот фильм много лет. вынашивал каждый кадр в своём воображении. Можно поверить. Потому что "Преисподняя" напоминает средневековые картины великих фламандцев - те же краски, те же выразительные ракурсы. Та же непостижимая темная атмосфера. Самое убийственное и выжигающее дарк-кантри. Вестерн по-Босховски. Абсолютная беспросветность. Никакого света, ничего хорошего в преисподней нет и быть не может. И убежать из неё невозможно. Или всё-таки возможно? Вопрос только какой ценой.

Фильм - для ценителей тяжелого, странного, страшного, немыслимого, дискомфортного и при этом магического до умопомрачения кино. Кино, от вопросов которого мозги не разорвутся, как в иных претенциозных картинах, но которые надолго засядут в тебе.

Какой там Звягинцев с его страдающим Серебряковым, какой там Герман с его грязным "ТББ", какой там победитель Оскара - все эти типа поднимающие проблемы "Лунные светы", какой там даже Ходоровски со своим сюрровым "Кротом". Всё это кино даже рядом не стояло с творением Мартина Куллховена. Голландцы если выходят в кино, то выходят так, что мороз по коже. (Вспомнить того же "Летучего голландца" Иоса Стеллинга).

Главный минус, который ставят в упрек фильму. Минус не минус... Даже не знаю как сказать... Многие из нас, конечно, закалены натурализмом "Игры престолов". Но уверяю- даже "ИП" - это милый детский утренник по сравнению с "Преисподней". Возможно, потому что здесь все концентрировано в двух часах, а не разбросано на многосезонный сериал. Многие возмущаются подходом режиссера и считают, что он с мизогиничностью перебрал по самое не могу. С другой стороны, а как тут не перебрать? Это преисподняя и есть.

В общем, тут сложный момент. И именно из-за него я не могу советовать "Преисподнюю" к обязательному просмотру. Детям и впечатлительным натурам смотреть его вообще строго запрещается. Минимум, что обещаю, вы надолго забудете, что такое свинина. А максимум - заболеете. Так что, сильно эмоциональным людям об этом кино лучше даже не вспоминать. Если кто читал роман Никак Кейва "И узре ослица ангела Божия", то он вполне может себе представить, что такое "Преисподняя". Так что - еще раз повторяю - смотреть людям только с крепкими нервами.

Актеры, конечно, выложились.

Тут и Кит Харрингтон (Джон Сноу) и Кэрис ван Хаутен (Алая ведьма из тех же Игр Престолов) и великолепная Эмилия Джонс, у которой к 14-ти годам уже такой список ролей в кино, что иным и за всю жизнь не светил.

Но Дакота Фаннинг в роли Лиз и Гай Пирс в роли проповедника - это абсолютный зашкал актерского мастерства. Пирс - лучший за последние годы мерзавец в кино. Впрочем, слово мерзавец не точно. Это не мерзавец. Это даже не дьявол - тому и в голову не придёт то, что творил персонаж Пирса. Это как раз человек. Только с жуткой античеловечностью, питаемой глубоко укоренившейся иллюзией собственной богоизбранности.

А Дакота Фаннинг выдала здесь класс уровня богоподобной игры Холли Хантер в "Пианино". Ни больше, ни меньше.

И главное - история немой девушки по имени Лиз, которая скрывается от чего-то жуткого, что произошло с ней когда-то, и преследующего её проповедника - это нечто намного большее, чем просто история двух людей. Это попытка заглянуть в такие мрачные глубины сердца, в которые мы обычно смотреть очень боимся. Боимся увидеть себя во тьме. Боимся увидеть свою природу. ту, которая вырывается наружу, если её не спеленать законом. Нравственным законом.

Но самое страшное даже не это. Страшное начинается тогда, когда та, темная природа, вооружается этим законом...

Представьте следующий рецепт.

Тесто замешиваем из «Однажды в Америке» и «Гангрейва».

Хрусткости и сладости добиваемся «Хрониками вампиров» (теми, что по Энн Райс).

Для остроты бросаем щепотку «Матрицы», а для создания нежной корки – чайную ложку «Достучаться до небес».

Щедро посыпаем экшеном от Джона Ву, драмой от Спайка Ли и слегка добавляем тарантиновского стеба. Запекать в духовке 1 час 45 минут. На выходе…

А на выходе получается такое мощное кино, что даже не понимаешь поначалу чем же тебя пробрало.

Если бы «Дитя луны» делали голливудщики, это была бы полная фигня, о которой можно забыть через минуту.

Но его создали японцы. И главное, не ЧТО они создали, а КАК. И это «КАК» срывает все козыри.

Фильм изумителен своей атмосферностью. Безумно прекрасная музыка, написанная Хидето Такараи (в миру – известном как Хайд). И сам же Хайд играет одну из главных ролей – вампира Кея, терзающегося из-за своей сущности, и удивительно похожего в этой роли на молодого Дэвида Боуи, что отсылает нас еще к одной классике – «Голоду» Тони Скотта.

Партнером Хайда в фильме является не кто иной, как Гакт (бывший вокалист Malice Mizer. Я прямо слышу, как поклонницы вижиал-кея грохаются в обморок одна за другой). И глядеть на то, что вытворяет эта парочка, без восторга – невозможно.

И самое главное:

Знаете, когда фильм начинается как футуристический триллер, а через десять минут меняется на безбашенный комедийный боевик с ураганными перестрелками, а еще через полчаса становится болевой криминальной драмой, а последняя треть фильма – ни больше ни меньше – экзистенциальная трагедия, в финале доходящая до уровня притчи…

Ну, блин, я перед японцами могу только снять шляпу и низко поклониться.

Сюжет банален, но дело не в сюжете, повторюсь.

Тот же Гакт с европейской точки зрения безбожно переигрывает. Но это с европейской. Мерить японское кино теми же мерами, что и европейское — это как писать на советских градусниках Фаренгейты, а не Цельсии, как говорила одна умная девушка. В Японии кардинально иной подход ко многим вещам в театральном искусстве. Правдоподобие здесь не обязательно. Эстетика «Но» продолжает править бал. И аплодисменты в финале, действительно, будут звучать дико. Восторг у японцев принято выражать звенящей тишиной.

У меня не получилось.

Ведь как сказал кто-то в Сети: "Это удивительный фильм. Здесь боль на каждом миллиметре пленки..."

И это правда, клянусь...

Благо, была полночь, я смотрел кино сам, меня никто не видел. А если бы увидел, то решил бы, что у меня натурально плохо с нервами и душевное равновесие давно укатило в Африку… Точнее, в Японию...

...2014 год. В специальной экономической зоне в Японии орудуют банды из разных стран. Район становится местом постоянного притока эмигрантов из-за беспошлинной торговли. В этом муравейнике живут трое мальчишек – Шо, его старший брат Шиндзи и Тоши. Пытаются грабить толстосумов, а то и мафиози.

Как-то, убегая от преследователя, Шо находит в развалинах изможденного молодого человека, на которого ужасно действует солнечный свет. Его кожа начинает пузыриться и дымить. Шо, не долго думая, укрывает парня в своем убежище, самолично перетянув его на циновке, несмотря на слабые протесты. Пытается покормить, но тот не принимает еды. Вдруг их подвал обнаруживает жертва недавнего грабежа – местный мафиози – и собирается прикончить мальчишек. Но молодой человек спасает их, расправившись с бандитом. Выпивает у того кровь.

В отличие от остальных, Шо не испугался и подружился с Кеем, который с тех пор начал защищать мальчишку…

Шо вырос и они вместе с Кеем стали настоящей грозой района, расправляясь с подонками разных мастей. Но не потому, что они были за справедливость. Им просто нужны были деньги на безбедную жизнь. А Кею еще и кушать, то бишь, пить кровушку у негодяев. После одного такого «дела» судьба сводит Шо и Кея с тайваньским парнем Сонном и его глухонемой сестрой Ю-Чи…

С этого момента «Дитя луны» и делает крен в драму. Причем, плавно и красиво.

И вот то, что будет происходить дальше – невозможно просечь ни на шаг. Хоть сюжет и простой, а вот не поймешь и не предугадаешь ни-че-го.

И боль и дружба, дружба и боль...

Дитя рассвета, не знавшее света дня, Смотри - это ветер, он чем-то похож на меня. Ветер проходит мимо, коснувшись дыханьем век, Оставив тебе любимых, оставив себе свой бег.

БГ

Есть фильмы, которые забываешь сразу после просмотра.

Есть фильмы, которые забываешь во время просмотра.

Есть фильмы, которые остаются в сердце, и ты пересматриваешь их из года в год.

Есть фильмы, которые заставляют тебя пережить катарсис, творческий оргазм, эмоциональный шок и т.п.

Есть фильмы, прошибающие насквозь своей тупизной, но остающиеся в памяти как образцы работы операторов и графических дизайнеров.

В общем, есть фильмы разные.

Но есть только несколько фильмов, которые… не прекращаются после просмотра.

Ты можешь больше никогда их не посмотреть. Но каждый кадр будешь помнить наизусть.

Эти фильмы впечатываются в сетчатку глаза и фибры души.

Такие фильмы выходят далеко за пределы кинематографических условностей и переходят в некую реальность мифа. В некое запределье восприятия и познания. Это фильмы, направленные непосредственно к твоему экзистенциальному, к твоему очень глубокому «я». Настоящему «я».

Среди этих фильмов, например, «Страсти Жанны д’Арк» Дрейера (когда-нибудь напишу о глазах Марии Фальконетти) или джармушевский «Мертвец» (вот тут не знаю, писать или нет, ибо об улыбке Тэль; табаке Того, кто говорит слишком много; стихах Блейка; музыке Нила Янга; лице Джонни Деппа; диалоге с машинистом; сказке Игги Попа, зеркальности фильма и золотом сечении его кадров можно говорить бесконечно).

И есть среди этих фильмов и «5 сантиметров в секунду» Макото Синкая.

(Вот кто бы смог нарисовать «Охоту на овец» и «Норвежский лес» Харуки Мураками с полным сбережением духа книг!)

«5 сантиметров…»… Это одна из самых глубоко личных, интимных… я бы сказал, исповедальных Вещей в кино, обращающаяся прямо к нашему экзистенциальному плану.

Обычно мы смотри кино глазами и ушами (я, правда, знаю людей, которые смотрят кино пятой точкой, но это уже особенности физиологии). Глаза и уши передают информацию сердцу, разуму и душе.

В случае с «5 сантиметрами…» информация направляется наоборот.

И даже более того…

Ее воспринимает непосредственно сердце, передает информацию глазам, а те, трансформируя полученные образы в зрительную картинку, оформленную всеми синкаевскими цветами, отдают обратно в сердце. Это происходит в миллиардные доли секунды. Лепестки сакуры падают дольше…

Воздействие «5 сантиметров…», если хорошенько поразмыслить, пугающее. Их киномифологический пласт слишком глубоко нацелен. Он расщепляет твое «я» на три части – «я» прошлое», «я» настоящее» и «я» будущее - и одновременно стирает границы между этими «я» напрочь. В результате ты до такой степени отождествляешь свое эмоциональное поле с пространством «5 сантиметров…», что есть опасность не-выхода из этого пространства. Впрочем, такие случае не зафиксированы, потому как защитный механизм психики сработает в нужный момент. Но определенные точки гипофиза получают свой заряд…

Я не знаю, изучал ли Синкай специально вопросы влияния света и цвета на людей, но, мне кажется, что ему удалось создать практически ИДЕАЛЬНУЮ ПАЛИТРУ. Ту палитру, которой Господь Бог расписывал эмоциональное поле детства. А еще точнее расписывал мир глазами детей, подростков.

Синкай умудряется полностью вернуть смотрящего взрослого человека в состояние 14-ти лет. Но не посредством со-переживания, со-расположения или подобных киношных фишек.

Синкай (внимание!) полностью заменяет файлы нашего восприятия мира в момент созерцания «5 сантиметров…». Он проделывал похожий трюк в предыдущем фильме, но здесь вышел за любые рамки.

Я не знаю, как это объяснить по-другому. Загадка Синкая и сложна и проста одновременно. Но факт есть факт. Мы не «условно» видим мир «5 сантиметров…» глазами героев, мы «действительно» видим их глазами. И мало того – наш собственный опыт, причем давно забытый, выходит на поверхность и включает поле эмоциональной памяти.

Результаты бывают разными…

Лично я свой опыт «5 сантиметров…» не променял бы ни на что. Если и существует фильм, который меня, пускай даже не изменил, но что-то изменил ВО МНЕ, то это – он. «5 сантиметров…» сыграли с свое время для меня роль, подобную роли драконьей шкуры Юстейса в «Повелителе зари» (кто читал «Хроники Нарнии», тот поймет сразу). Хотя это очень неполное сравнение.

Конечно же, я не стал после «5 сантиметров…» хорошим, рассудительным, умным человеком :)

Как был романтическим дураком, так и остался.

Но Макото-сан научил меня ВИДЕТЬ. Точнее, ВЕРНУЛ МНЕ СПОСОБНОСТЬ ВИДЕТЬ СЕРДЦЕМ.

И это умение помогало мне за последние года не раз.

Помогало не обидеть, не уничтожить, не преступить.

Я не знаю, может, я один такой на всем белом свете.

Странный.

Но даже если Макото-сан нашел этот ключик только ко мне одному (а разных ключиков у него великое множество), значит, так было нужно )

Заметки на полях сериала "Altered Carbon"

Зачем нам смерть?

Для кого то этот вопрос странный - ни за чем скажут они. Другие пустятся в пространную философию, вспоминая Камю и Ялома. Третьи промолчат, вспоминая свой опыт смерти.

Зачем нам смерть?

Что это? Кромешный ужас или высочайшее благо? Следствие грехопадения или Дар Илуватара? Кто скажет?

Во все века человечество искало эликсир бессмертия. Бессмертие манит. Оно обещает в наших фантазиях рай и вечное наслаждение жизнью.

Но будем ли мы наслаждаться жизнью, когда она потеряет свою самоценность? Не превратится ли вожделенный рай в безумный ад? Где не будет такого могучего сдерживающего все человечество фактора, как смерть.

Превратится.

Все люди делятся на три части. У одних доминанта - наслаждение. У других - выживание. У третьих - посредине между первыми и вторыми. Эти третьи существуют, но не живут.

Религия (любая) рассчитана на вторых. Которых всегда было несоизмеримое большинство.

Консьюмеризм рассчитан на третьих. И в нынешнем мире доминирует уже он.

Но человек - максималист по своей глубинной сути. Его шатает от полюса к полюсу. И следует идти тяжелейшим срединным путем, чтобы держать баланс.

Выживающий получает наслаждение от страданий. Наслаждающийся в глубине хочет страдать. Им чего то не хватает.

Не хватает возможности выйти за рамки парадигмы существования, принятой ими.

Эти рамки - смерть.

Но что если смерти не станет. Если личность можно будет сберечь в цифровом виде. Если все наше я будет записываться на "флешку". И ксли что то случится с нашими телами, то мы будем воскресать. Или более тоггэо - размножаться в десятках копий? Останемся ли мы людьми? Будуть ли тогда работать все принципы морали, вся наша веками возделываемая цивилизованность и нравственность?

Боюсь, что нет.
Ведь на обратной стороне "я"- святого стоит "я"-убийца-психопат.

И не говорите, что это не о вас.
Это о каждом.

Всем привет.
С 2010-го года меня знают в сети как Киномеханика Макса.
Последние семь лет Фейсбук был моей главной площадкой.
Но шаг за шагом он становится настоящим соцсетевым концлагерем.
Цукер сходит с ума, не зная, что ещё запретить.
Думаю, в скором времени он просто запретит вообще что-либо там говорить, кроме совершенно стерильных фраз.
Поэтому создаю параллельные площадки.
Телетайп напоминает уютный старый ЖЖ.
Очень надеюсь, что он таким и есть по своей сути.
Во всяком случае, мне здесь нравится.
Сказки, истории, стихи и просто тексты о всяком важном и не очень важном.
Хочется сделать тёплый ламповый блог для друзей )
Буду рад здесь видеть всех )

Искренне Ваш
Киномеханик Макс