Коты — не люди. У них лапы, а не руки. Кот физически не может завязать узел, застегнуть замочек, продеть нитку в отверстие бусины или аккуратно нанизать десяток мелких предметов на шнурок. Всё, что кот носит на себе, должно быть создано и закреплено так, как это реально могло бы получиться у существа с когтями, зубами и мордой вместо рук.

Данная статья посвящена исключительно созданию украшений в диких условиях — то есть тому, что коты могут сделать своими лапами. Аксессуары бродяг или бывших домашних, полученные от Двуногих, здесь не описываются. Подобные предметы всегда рассматриваются администрацией в индивидуальном порядке.

Тем не менее, мы настоятельно рекомендуем эту статью к прочтению абсолютно всем игрокам. Она отлично отражает нашу общую политику в отношении аксессуаров и поможет вам лучше понять позицию проверяющих при оценке дизайнов.

*. : ｡✿ * ﾟ * .: ｡ ✿ * ﾟ * . : ｡ ✿

Если украшение выглядит так, будто его сплёл человек-ювелир, оно не будет принято!

только природа, ничего человеческого

Запрещено: верёвки, шпагат, бечёвка, нитки, пряжа, ткань, ленты, кружево, кожа и кожаные ремешки (коты не занимаются выделкой кожи), металлические цепочки, проволока, гвозди, скобы, крючки, кольца, застёжки, булавки, иглы, любые изделия из металла, стеклянные бусины, зеркала, пластик, резина, силикон, керамика и фарфор, кирпич, бетон, бумага, картон, книги, обработанная древесина (доски, фанера и т. п.), лаки, клей, ювелирно огранённые драгоценные и полудрагоценные камни, монеты, любые украшения и предметы, изготовленные людьми, а также любые искусственные материалы и детали, которые невозможно найти в природе в готовом виде.

Доступно: деревья, камни, глина, песок, смола, древесный сок, кора, ветки, корни, листья, хвоя, мох, лишайники, папоротники, цветы, травы, сухоцветы, семенные коробочки, колоски, ягоды (высушенные), ореховая скорлупа, жёлуди и их шляпки, шишки и чешуйки шишек, перья, пух, ракушки, кости, зубы, панцири насекомых, змеиная кожа после линьки, паутина, тростник, камыш, лоза, тростниковые волокна, колючки.

Кот живёт в лесу, у реки, в степи, где угодно, но не на ювелирной фабрике. Всё, что на нём есть, должно быть буквально найдено, сорвано, отломано или добыто в его собственной среде обитания.

Украшение должно быть достаточно лёгким и компактным, чтобы кот мог свободно двигаться. Если предмет настолько тяжёлый или громоздкий, что тянет шерсть, мешает бегу, прыжкам, лазанию, охоте или повороту головы, такой аксессуар считается нереалистичным и не допускается.

На одного персонажа допускается только один аксессуар. Под единым аксессуаром также может пониматься набор одинаковых элементов (например, идентичные перья, веточки или листья), даже если они распределены по разным частям тела. В нестандартных или спорных случаях допустимость украшения по этому правилу рассматривается в индивидуальном порядке с участием старшей администрации.

Украшение не может держаться «само по себе» между шерстинками, быть вплетено в шерсть, заплетено в косу, продето между волосками или закреплено способом, требующим точной работы пальцами. Любое крепление должно иметь реалистичное объяснение: смола, глина, естественное сцепление материалов, плотный обхват без узлов или форма самого украшения. Если невозможно логично объяснить, как кот смог закрепить аксессуар, используя только зубы, когти и природные материалы, такое украшение считается недопустимым.

‼️ВАЖНО:

Кот не может завязать узел лапой. Поэтому любое соединение частей украшения держится либо на липких природных веществах (смола, глина, влажная грязь, засохший сок), либо на естественном сцеплении материалов друг с другом (на липкости смолы, вязкости глины, естественном сцеплении материала с шерстью, на том, что конструкция просто надета или насажена на часть тела и удерживается за счёт собственной формы.

На украшениях не допускаются вырезанные символы, руны, сложные орнаменты, рисунки или надписи — кот физически не способен выполнить такую тонкую работу. Разрешены только максимально простые узоры: круги, овалы, галочки, спиральки или примитивные силуэты (например, контур огня).

Украшение не должно мешать естественным функциям организма. Нельзя полностью закрывать глаза, уши, нос, рот, подушечки лап, когти или ограничивать подвижность хвоста и конечностей.

Украшение не должно представлять опасность для самого кота. Запрещены слишком острые, тяжёлые или длинные детали, способные поранить владельца, зацепиться за кусты, ветви или камни во время движения. Все элементы украшения должны быть соразмерны коту. Огромные ветви, массивные рога, большие кости или тяжёлые камни, значительно превышающие размеры головы или хвоста персонажа, считаются нереалистичными.

Важно помнить: природный материал остаётся природным только до тех пор, пока не подвергся сложной обработке. Кот может обломить ветку, отколоть кусок коры, сточить когтями острый край, очистить предмет от грязи или высушить его. Но он не способен вырезать фигурки, просверлить отверстия, отполировать поверхность до гладкости, симметрично обточить камень или изготовить сложную деталь.

Основой почти всегда служит что-то, что заменяет человеку верёвку или нить — это волокнистый слой под корой: ивы, липы, крапивы, вяза. Кот снимает длинную полоску коры, отделяет от неё мягкие внутренние волокна, и дальше эти волокна можно обматывать вокруг ветки, закреплять смолой, использовать как основу для более сложной конструкции вместо верёвки. Помимо этого подойдут: виноградная лоза и лианы (гибкие, их можно сгибать в форму), молодые побеги деревьев (тонкие, эластичные), корни (более грубые, для прочных оснований), осока и злаки (лёгкие, декоративные), камыш (полый, лёгкий), береста (тонкие полосы берёзовой коры, которые можно скручивать или использовать как ленту).

Что касается скрепляющих веществ — это смола (застывшая, липкая, отлично держит лёгкие предметы на поверхности) и глина (более плотная, годится и как клей, и как основа, к которой можно прилепить что-то ещё, пока она не подсохла).

Смоляные капли прямо на шерсти это тоже вариант украшения: маленькая капля смолы, застывшая на шёрстке, с прилипшим к ней зёрнышком, лепестком или чешуйкой коры.

Украшения, обтягивающие хвост это полоски коры, бересты или волокна, которые несколько раз оборачиваются вокруг хвоста и держатся за счёт того, что плотно облегают шерсть и зафиксированы каплей смолы или глины на конце обмотки (без затягивания в узел, просто плотный обхват).

Ветки на голове или хвосте — небольшие тонкие веточки, которые крепятся к шерсти каплями смолы у корней волосков или примотаны тонким волокном коры. Часто несколько веток кот склеивает между собой смолой в подобие венка или гребня, и уже на сами ветки налепляет более лёгкие материалы — цветы, травинки, мелкие листья, пёрышки. Это самый сложный и самый хрупкий тип украшения: чем больше деталей и слоёв, тем выше риск, что при резком повороте головы или беге через кусты часть конструкции отвалится. Такие головные уборы и хвостовые украшения требуют постоянного ухода — доклеивания, замены отвалившихся частей, иногда полной переделки после дождя или драки.

Паутина (как способ крепления и элемент украшения): чтобы носить паутину на себе, персонаж может натянуть её между двумя застрявшими в шерсти веточками или закрепить на теле по краям с помощью смолы. Благодаря своей липкости, такая сеть служит отличной основой и удерживает на коте мелкие лёгкие предметы (капли росы, пыльцу, крошечные лепестки). Однако стоит учитывать, что это украшение крайне хрупкое — оно рвётся почти от любого прикосновения и продержится максимум день-два.

Цветы — крепятся исключительно каплей смолы или мазком глины у основания стебля, прижатого к шерсти (обычно за ухом, на макушке или у основания хвоста). Никакого вплетения стебля в шерсть наподобие косички — кот физически не может так сделать. Цветок держится ровно до того момента, пока не увянет, не осыплется или не отклеится от движения.

Перо, цветок или любое другое лёгкое природное украшение чаще всего крепится именно за ухом это самое естественное и удобное место, где смола или глина ложится на шерсть и подсыхает, фиксируя предмет.

Подвески — самая кропотливая категория. Основа (полоска коры, скрученное волокно, тонкая веточка) оборачивается или сгибается в форму петли без узла, а сам подвесной элемент (камешек с естественным отверстием, кусочек ракушки, высохшая ягода, шишка) крепится смолой к этой основе. Такая вещь хрупкая и недолговечная просто по своей природе — растительные материалы быстро сохнут, трескаются, крошатся, а смола со временем теряет липкость на морозе или, наоборот, размягчается на жаре и отклеивается.

У котов есть линька… а значит, шерсть, к которой приклеено украшение, буквально выпадает вместе с ним. Есть дожди — вода размывает и глину, и даже отчасти смолу, ослабляя крепление. Есть грязь — украшение может отвалиться просто потому, что кот вымазался и полез в воду отмываться. И есть вылизывание как естественный способ чистки шерсти — кот языком счищает с себя всё лишнее, включая собственные украшения, если они мешают или просто попались под язык во время умывания. Поэтому любые украшения, крепящиеся именно к шерсти (ветки, листья, цветы, травы, колючки и прочие лёгкие материалы) — это по определению временная, недолговечная вещь. Она может продержаться час, может день, а может слететь через пять минут после боя в кустах.

Венки, ошейники, головные уборы — отдельная категория

Более крупные и сложные конструкции — венки, подобия ошейников, головные уборы — всегда изготавливаются на липкой основе (смола или глина держат всю конструкцию воедино), и именно поэтому в повседневной жизни коты их часто снимают. Причина проста и практична: такая громоздкая вещь мешает на охоте (шуршит, цепляется за ветки, отвлекает добычу видом или запахом смолы), опасна в бою (враг может ухватиться за неё зубами или лапой), и просто физически неудобна при активном движении. Поэтому подобные украшения это скорее вещь для церемоний, отдыха или демонстрации статуса, а не постоянный атрибут, который кот носит круглосуточно.

Преобладающие материалы различных фракций

Племя Ночных Небосклонов

• Перья — главный символ фракции. На высокогорье гнездятся хищные птицы (орлы, ястребы, совы), и перья буквально валяются на скалах и уступах. Мелкие пёрышки, пуховые перья, крупные маховые — всё это доступно в изобилии.

• Камни — горная порода даёт мелкие обломки, плоские сколы, камешки с естественными отверстиями (выточенными водой или ветром). Кварцевая крошка, слюда, речная галька из горных ручьёв.

• Лишайники и мхи — горные лишайники: жёсткие, сухие, серебристо-серые и бледно-зелёные. Хорошо крепятся смолой, почти невесомые.

• Кости мелких животных — на скалах остаются кости от добычи хищных птиц: мелкие черепа, позвонки, рёбрышки грызунов и птиц.

• Горная глина — сухая, светлая, может быть белая или серая. Используется и как скрепляющий материал, и как декоративный элемент.

Характерный стиль: лёгкие, обтекаемые украшения. Ничего громоздкого — на ветру и скалах всё лишнее сносит или цепляется.

Скрепляющие вещества: смола, в основном глина.

Племя Расцветающих Лугов

• Цветы и травы — главное богатство. Луговые цветы (ромашки, васильки, клевер, маки, колокольчики), сухоцветы, злаковые колоски, метёлки трав. Всё яркое, лёгкое, ароматное.

• Семенные коробочки и ягоды — высушенные коробочки мака, шиповника, сухие ягоды боярышника и рябины.

• Луговые перья — перья мелких птиц (жаворонки, перепела, трясогузки) — маленькие и пёстрые.

• Кора и волокна — главный «крепёжный» материал. Гибкие, длинные полоски.

• Репейник и колючки — натуральные «кнопки», которые цепляются за шерсть сами. Идеальная основа для лёгкого цветка или пёрышка.

• Береговая галька — от Береговых камней: плоские, гладкие, обкатанные водой мелкие камешки.

Характерный стиль: самые яркие и нарядные украшения из всех фракций, но и самые недолговечные. Цветок за ухом на смоле, венок из согнутых стеблей злаков, скреплённых глиной. Живут от силы день-два, потом вянут и осыпаются. Коты ПРЛ привыкли переделывать украшения постоянно.

Скрепляющие вещества: смола (слабая), глина с берегов, репейник как естественная липучка.

Племя Лунных Заливов

• Ракушки — главный символ. Речные и морские раковины: мелкие спиральные, двустворчатые, перламутровые осколки. Некоторые уже имеют естественные отверстия (проточенные водой или червями).

• Речная и морская галька — обточенные водой камешки самых разных оттенков: белые, серые, рыжие, полупрозрачные.

• Панцири раков и крабов — хитиновые фрагменты: клешни, пластинки панциря, тонкие и лёгкие после высыхания.• Рыбьи кости — мелкие позвонки, плавниковые лучи, жаберные крышки. Тонкие и причудливой формы.

• Водоросли и тростник — высушенные водоросли (ломкие, декоративные), тростниковые волокна и стебли камыша (полые, лёгкие, используются как трубчатая основа).

• Лоза и корни — гибкие лианы, виноградная лоза, корни прибрежных деревьев. Это основной конструктивный материал для ПЛЗ.

• Змеиная кожа — выползки (кожа после линьки), найденные у воды. Тонкая, полупрозрачная плёнка.

Характерный стиль: украшения с «водной» текстурой. Ракушка на тростниковом волокне, обёрнутом вокруг хвоста и закреплённом смолой. Мелкие рыбьи кости, налепленные на каплю глины у основания уха.

Скрепляющие вещества: речная глина (жирная, липкая, отлично держит), древесная смола.

Племя Мрачных Гроз

• Хвоя и хвойные ветки — главный мотив. Еловые, сосновые, пихтовые веточки: короткие, жёсткие и очень ароматные. Вечнозелёные, а значит доступны круглый год. Хвойная смола это главное богатство ПМГ. Сосновая и еловая смола в изобилии: липкая и густая, долго сохраняет клеящие свойства. Это лучший скрепляющий материал на всей карте.

• Шишки и чешуйки шишек — целые мелкие шишечки, отдельные чешуйки, раскрытые и закрытые.

• Кора — толстая кора хвойных деревьев, береста с отдельных берёз. Легко отдирается пластами и полосками.• Мох и лишайники — болотный мох (сфагнум), древесные лишайники (бородатые, свисающие с ветвей). Мягкие, влажные, придают украшениям «дикий» вид.

• Болотная глина — липкая и имеет чёрный цвет! Используется и как краска, и как скрепляющий материал.

• Грибы (высушенные) — трутовики, мелкие древесные грибы. Твёрдые после высыхания, интересной формы.

• Змеиные выползки — Змеиные склоны дают обилие сброшенной змеиной кожи.

• Панцири жуков — в тёмном сыром лесу много крупных жуков. Надкрылья жуков-рогачей, хитиновые пластинки.

• Папоротник — листья папоротника (вайи).

Характерный стиль: самые тёмные, грубые и «мрачные» украшения. Зато самые долговечные: хвойная смола держит крепче всего, а хвоя и кора не вянут, как цветы.

Скрепляющие вещества: хвойная смола (лучшая на карте — густая, долго не теряет свойств), болотная глина.

Клан Золотых Песков

• Кости и зубы — главный материал. В сухом жарком климате кости не гниют, а высушиваются и отбеливаются солнцем. Черепа мелких грызунов, позвонки змей, зубы хищников, рёбра ящериц — всё это в изобилии лежит на выжженной земле.

• Змеиная кожа (выползки) — в степи и пустыне много змей. Сброшенная кожа с красивым рисунком чешуй.

• Панцири насекомых и скорпионов — хитиновые пластинки, надкрылья, целые панцири крупных жуков.

• Сухоцветы и колючки — верблюжья колючка, перекати-поле (отдельные фрагменты), высохшие степные травы, семенные коробочки.

• Перья хищных степных птиц — перья канюков, степных орлов, совёнков.

Характерный стиль: наляпистые, любят всего и много. Многослойные украшения.

Скрепляющие вещества: глина (основной материал — смолы в степи почти нет, деревьев мало). Глина из Священного оазиса: очень плотная, на жаре высыхает до каменной твёрдости (держит намертво), но после дождя или купания размокает и отваливается.

Культ Тени

Смешанный набор — территория КТ находится на стыке всех биомов, поэтому у них нет одного доминирующего материала, зато есть доступ к понемногу от всех соседей.

• Кора и луб лиственных деревьев — дуб, ясень, вяз. Волокна коры — основной крепёжный материал.

• Жёлуди и их шляпки — жёлуди дубов, буков. Шляпки — маленькие природные «чашечки», в которые можно налить каплю смолы и приклеить к ним что-то лёгкое.

• Ореховая скорлупа — от лещины (лесного ореха). Половинки скорлупы хорошие украшения.

• Корни — выкорчеванные мелкие корешки: грубые, узловатые, используются как каркас.

• Паутина — в скалистом лесу много пауков. Паутина используется как декоративный элемент (натянутая между веточками каркаса), но крайне недолговечна.• Песчаник и камень — обломки песчаника, туфа (вулканическая порода от Жерла). Пористый, лёгкий, легко крошится — но и легко обламывается в нужную форму.

• Вулканические материалы — пемза (пористый лёгкий камень), застывшие капли лавы (обсидиановые осколки — но только естественные, без обработки), вулканический пепел (используется как сухая «краска» для шерсти).

• Мелкие кости (больше всего используется) — лесная дичь: мыши, белки, птицы. Тонкие косточки, зубы, коготки.

Характерный стиль: Украшения для них больше про статус и должно отображать личность хозяина. Чаще всего любят комбинировать природу и кости.

Скрепляющие вещества: смола (смешанная — и хвойная, и лиственная), лесная глина.

*. : ｡✿ * ﾟ * .: ｡ ✿ * ﾟ * . : ｡ ✿

Дата — 05.09.2026

Дед Зарево по отцовской линии, Изморозь, не жил в ПЛЗ. Он был одиночкой — мрачным, отчуждённым бродягой, который скитался по дальним окраинам леса, ни к кому не прибиваясь и нигде не задерживаясь надолго. Никто толком не знал, откуда он пришёл. Среди племенных котов ходили лишь смутные слухи: одни говорили, что Изморозь когда-то принадлежал к какой-то далёкой, чужой группе котов, чьи обычаи и законы были непонятны и чужды лесным племенам; другие утверждали, что он всегда был один. Правды не знал никто — да Изморозь и не стремился её открывать. Он появлялся на границе территории ПЛЗ как призрак: безмолвный, с тусклыми голубыми глазами, пахнущий чужими землями и чем-то незнакомым, тревожным. Когда-то, давно, он вступил в связь с Мавкой — бабушкой Зарево, — которая в ту пору ещё была стражницей ПЛЗ, и от этой связи родился Буревестник. Но Изморозь никогда не был отцом в полном смысле слова: он не растил Буревестника, не учил его охотиться и не рассказывал ему сказок. Он появлялся и исчезал — словно тень, скользнувшая по опушке и растворившаяся в сумерках. Буревестник всю жизнь нёс на себе клеймо сына неизвестного чужака, бродяги без роду и племени, и отчаянно пытался доказать, что он — настоящий воин ПЛЗ, не похожий на отца. Зарево видела Изморозь лишь однажды, мельком, когда была ещё совсем котёнком: высохший, седой кот с тусклыми голубыми глазами появился на границе территории ПЛЗ и долго стоял там, глядя в сторону лагеря. Буревестник заметил его, и Зарево видела, как отец окаменел. Они смотрели друг на друга через поляну — отец и сын — и не сказали ни слова. Потом Изморозь развернулся и ушёл обратно в чащу. Зарево дёрнула отца за хвост и спросила: «Кто это?» Буревестник долго молчал, а потом ответил: «Никто, малышка. Просто тень». Мавка, бабушка Зарево по отцовской линии, была когда-то стражницей ПЛЗ — ослепительно красивой кошкой с гетерохромией, один глаз которой был ледяным голубым, а другой — тёплым янтарным. Её связь с Изморозью, чужаком-бродягой без роду и имени, была обнаружена и расценена как предательство. Мавка была изгнана из племени с позором. Буревестник, который к тому моменту был ещё совсем мал, остался в племени — но тень материнского позора легла на него навсегда. Когда Зарево исполнилось шесть лун и она стала воспитанницей, жизнь начала ускоряться. Её наставником стал суровый, но справедливый старший воитель по имени Камень. Венец тренировался у другого наставника, и их пути начали расходиться. Если Зарево впитывала обычаи племени и законы, старалась быть идеальной ученицей, чтобы никто никогда не усомнился в её преданности, то Венец бунтовал. Он дерзил наставнику, нарушал правила, уходил из лагеря без разрешения, дрался с другими воспитанниками. Зарево пыталась образумить брата, но Венец лишь фыркал: «Доказывать? Им? Они не стоят даже клочка моей шерсти». Беда пришла, когда Зарево было около десяти лун. Стояла поздняя осень, и Буревестник вызвался возглавить пограничный патруль у опасной местности. Он хотел доказать свою преданность, раз и навсегда заткнуть рты тем, кто шептал, что сын чужака-бродяги и изгнанницы Мавки не может быть настоящим воином ПЛЗ. Патруль попал в передрягу с дикими животными на камнях. В завязавшейся стычке Буревестник оступился — или его столкнули, этого так никто точно и не выяснил — и рухнул в бурный, ледяной поток. Его тело нашли только через два дня, далеко ниже по течению, разбитое о камни. Зарево не плакала на похоронах. Она сидела рядом с телом отца всю ночь, сжав зубы так сильно, что наутро у неё болела вся челюсть. Венец не пришёл на бдение вовсе — он ушёл в лес и выл там в одиночестве, раздирая когтями кору деревьев. Клюква сидела рядом с Зарево, прижавшись к ней тёплым боком, и ничего не говорила. Крыло Маргаритки стояла в стороне, у входа в лагерь, и смотрела на тело Буревестника издалека. Зарево один раз подняла взгляд и встретилась с ней глазами — и увидела в них такую бездну страдания, что на мгновение почти простила её. Смерть Буревестника ударила по Венцу сильнее всего. Он замкнулся, стал ещё более агрессивным и непредсказуемым. Зарево пыталась до него достучаться, приходила к нему ночами, ложилась рядом, как в детстве, но Венец отодвигался и молчал, и между ними росла стена, которую Зарево не могла пробить. Зарево получила взрослое имя в двенадцать лун. Мятовласка, получившая имя в тот же день, прижималась к ней боком и мурлыкала так громко, что это было слышно на другом конце поляны. Даже Аметистолапка, которая к тому моменту уже стала воспитанницей, подошла и коротко ткнулась носом в плечо Зарево. Венец тоже стал воителем в тот день, но радости на его морде не было. Именно тогда — ей было около шестнадцати лун — в её жизни появился Эхо. Он был воителем на три луны старше, с серебристо-серой шерстью, мягкой, как пух совы, и спокойным, глубоким голосом, который, казалось, отражался от деревьев. Лучший следопыт племени. Однажды ночью, после особенно тяжёлого дня, когда Зарево снова столкнулась с Крылом Маргаритки и снова получила в ответ пустой, стеклянный взгляд, она села на берегу ручья и расплакалась. Эхо подошёл и сел рядом. Ничего не сказал. Просто был. Их любовь расцветала медленно. Зарево боялась привязанности, но Эхо был терпелив, и постепенно лёд в груди Зарево начал таять. Когда Зарево было около восемнадцати лун, из лагеря бесследно исчезла Аметистолапка. Зарево организовала поисковый отряд: она, Мятовласка, Эхо и ещё двое воителей прочесали всю территорию. След вёл к границе с территорией Двуногих. Мятовласка отказалась верить: «Её похитили!» Но Зарево заметила то, чего не заметила сестра: следы шли ровно, без борьбы. Она ушла сама. Для Клюквы это стало ударом. Зарево чувствовала не столько горе, сколько жгучую ярость предательства. Когда ей было двадцать лун, произошло то, что разорвало семью окончательно. На дальнем патруле Зарево и Венец столкнулись с Мавкой. Бабушка была старой, но всё ещё пугающе красивой. Она рассказала им об Изморози — что он жив, что ждёт их где-то далеко, среди котов, которые живут по иным, истинным законам, и что хочет наконец увидеть внуков. По её словам, Изморозь нашёл своё место среди тех, кто понимает его, — среди котов, чьи обычаи и цели непохожи ни на что, виденное лесными племенами. Мавка говорила красиво, убедительно, рисовала картину другой жизни — свободной, не скованной племенными законами — и на один головокружительный миг Зарево почувствовала, как земля уходит из-под лап. Но она сказала: «Нет». Венец сказал: «Да». Вернувшись в лагерь, Зарево доложила обо всём Верховоду. Венец был объявлен изгнанником. Некоторые коты бросали на Зарево подозрительные взгляды: если брат ушёл по зову крови за бабкой-изгнанницей — может, и в сестре течёт та же нечистая кровь? Мятовласка спала с ней в одном гнезде целую луну, потому что Зарево не могла перестать дрожать. Время шло. Эхо стал для Зарево всем — домом, семьёй, смыслом. Они были неразлучны. Когда ей было двадцать шесть лун, Зарево поняла, что ждёт котят. С одной стороны — захлёстывающая радость. С другой — ледяной ужас. Она вспоминала Сверканьеце и Сонушку. Вспоминала Крыло Маргаритки, сломленную потерей. Эхо сиял. Клюква расплакалась от счастья. Впервые в жизни Зарево была безоговорочно счастлива. Однажды утром она проснулась раньше всех с необъяснимым чувством тревоги. Не стала будить Эхо. Вышла из лагеря одна подышать, и лапы сами понесли её к Крылатым скалам. Камень под передней лапой, влажный от росы, сдвинулся. Беременное тело не успело среагировать. Она упала. Рухнула на каменистый склон, проехала по нему несколько лисьих длин, раздирая шкуру о камни, и замерла у подножия — неподвижная, окровавленная. А потом почувствовала другую боль — глубокую, разрывающую внизу живота. И поняла. Её нашли. Врачеватель делал всё возможное, но было слишком поздно. Котёнок — один, единственный — не выжил. Родился мёртвым. Зарево назвала его Искрой — потому что он был искрой, которая не успела стать пламенем. Восстановление заняло много лун. Тело заживало быстрее, чем душа. Эхо поддерживал её, успокаивал, всегда был рядом. Через несколько лун кошка уже поверила, что всё может быть хорошо. Потом Эхо умер. Это случилось, когда Зарево было тридцать две луны. Эхо погиб в пограничной стычке — обычной, грязной, бессмысленной драке с патрулём враждебного племени из-за клочка территории, который не стоил мышиного хвоста. Вражеский воитель ударил его по горлу — один удар — и Эхо рухнул. Зарево лежала рядом с телом Эхо всю ночь бдения и не позволила никому к нему прикоснуться. После его смерти она провалилась в самую чёрную яму, в которой когда-либо бывала. Ходила на патрули, потому что тело помнило дорогу. Ела, потому что Мятовласка клала дичь прямо ей под нос. Спала, потому что организм отключался сам. Внутри не было ничего. Мятовласка спасла её упрямством. Подруга поднимала на лапы, вытаскивала из палатки и рассказывала ерунду. Исцеление было долгим, но оно было. В тридцать две луны до Зарево дошёл слух об Аметисточке — серая кошка с фиолетовыми глазами, толстая, ленивая, с розовым ошейником на подоконнике гнезда Двуногих. Это было ещё на старых землях, за несколько лун до великого переселения. Зарево ушла к границе одна, долго стояла у забора. Не позвала. Не перелезла. Подумала, что у каждого свой путь, и не все ведут домой. Развернулась и больше не возвращалась. В тридцать семь лун Клюква серьёзно заболела. Зарево и Мятовласка устроили дежурство. Клюква, даже больная, оставалась собой — ворчала, требовала «нормальную мышь, а не эту дохлятину», заставляла молодых стражниц рассказывать ей сплетни. Но по ночам, когда думала, что никто не видит, прижимала к себе Зарево или Мятовласку и шептала: «Все мои. Все мои». Сейчас ей спокойно. Иногда, в тихие ночи, когда лагерь спит и только дозорный бодрствует у входа, Зарево выходит на поляну, ложится на землю и смотрит на звёзды, придумывая для них имена — так, как делал Эхо.
История Зарево ещё не окончена.