(Вопросы - Павел)
Ну, давай начнём, Макс, с того, что ты расскажешь, как у тебя произошла трансформация фаната Битлз в хардкорщика.

Хорошо. В 88-м году, не помню, с чего вообще это началось, но меня начала интересовать музыка. У меня было какое-то количество пластинок: Битлз, два советских переиздания, и что-то там вообще непонятное - Андриано Челентано и что-то инструментальное, чепуха какая-то... Ну вот. А потом я, переслушав их, понял: "О, Битлз, это же классная группа!" Стал слушать тогда одно старьё. Как раз в те годы стал выходить "Архив популярной музыки", я стал скупать всякие Дорз, Криденс, такие вот раритеты, и стал слушать отцовские катушки.

То есть тебе тогда 14-15 лет было?

Да. Потом я в техникум пошёл. Там все слушали или металл или Кино. Потом я для себя открыл палатки звукозаписи, и записал там кучу всяких Лед Зеппелин, Хендриксов, Блэк Саббатов. И вот году в 92-м или 93-м я, покупая всякий винил, купил Pixies, который прибалты выпустили, и Sonic Youth. И я так: "Вау! Оказывается, есть и классные современные группы!" И позже, годах в 93-94-м, появилось море кассет, польских вариантов с всякой альтернативой. У меня сестра просто слушала Нирвану, ещё что-то, мне это не очень нравилось, но немножко я начал это слушать.

Старшая сестра?

Нет. Она на пять лет младше меня. Вот. Параллельно я продолжал слушать всякую древность, ну Битлз я уже не слушал, а Лед Зеппелин, Блэк Саббат до сих пор слушаю периодически. И в 1994 году я уже бас купил. Я уже с Рушей познакомился по объявлению, ну, кто у нас на гитаре в Skygrain играл и в Ярче 1000 Солнц. А потом, через Рушеных друзей я познакомился с Гогом и Студентом. Им нужен был басист в какую-то группу, какой-то там хардкор... Думаю, ну интересно. Это был конец 94-го года. То есть, я с трудом представлял, что это такое, но потом Студент и Гог дали основоположников послушать: Minor Threath, Bad Brains, ещё какие-то кассеты у меня оказались. Ну, Bad Brains мне тогда не очень понравились, а позже - очень!!! Это одна из моих любимых групп! Вот даже сейчас, в последнее время, часто их переслушиваю. И тогда Студент мне какую-то кассету дал, не помню что было на одной стороне - чепуха какая-то (чепуха эта была, по моему, Circle Jerks 1985-й), а с другой стороны был Misfits, который мне очень понравился! Вау! Вот это настоящая музыка! Вот это настоящий панк! Даже Ramones мне так не нравился, позже я его уже слышал... Вот. И к началу 1995 года я уже был уже во всеоружии: знал, что такое олд скул, нью скул и так далее, через Студента. Он в Stepback играл.

А что они играли?

Ну такой олд скулл... У меня записи, кстати, есть, я могу переписать.

Ну а вообще, что-то подпадающее под определение "хардкор" когда в Москве появилось?

Вот эта группа собралась, насколько мне известно, летом 1994 года. Я там стал играть в октябре-ноябре. У них там было песни две, наверное, готовых, с лета. То у них басиста не было, то барабанщика не было. Барабанщик был какой-то металлюга малолетний, а после Stepback'a он куда-то исчез. Я его ни разу с тех пор не видел.
Примерно в это же время Студент мне сказал, что есть Стрейт Эйдж, и вот в начале 1995 года я подумал: а чем я хуже Студента и Гога, которые были в тот время как раз стрейтэйджерами? А я тоже могу. С тех пор никак не могу отделаться...

Насколько вы были адекватны той московской сцене? Просто из Волгограда в те годы казалось, что Москва абсолютно застряла в конце 80-х: Чудо-Юдо, Наивы, те же Манго Манго...

Ну, может так всё и происходило, развитие было только в области какого-то там рэп-кора. Уже тогда появился I.F.K., Швах и прочие подобные группы. На остальных - на панк на весь, я не ходил. Летом 1995 года у Stepback был единственный концерт в Джерике. Мы играли там с проектом Байбака из Дистемпера, который играл тоже по моему какое-то "мазафака", а может это "нью-йорк" был, я сейчас, конечно, не знаю. С двумя волосатыми гитаристами... Нет, один гитарист был волосатый, а другой - Носатый, из Дистемпера. И Клоунсболл была ещё группа, это был "нью-йорк", в стиле раннего Agnostic Front. По-моему они и сейчас существуют.

Это была уже ваша тусовка, или вы все там случайно встретились?

Не знаю, кто там через кого всех узнал... Думаю, через Рейха всё дело свелось, потому что тогда на Горбушке существовала такая тусовка любителей подобной музыки: Веталь Баранов был одним из серьёзных деятелей, Рейх, из Дистемпера весь народ. Ну, тут я уже слабо помню и знаю - я приходил на репетиции, интересовался такой музыкой, но на Горбушку, например, я не ездил. Встречался с разными людьми на концертах, например...

А как часто концерты были в 1995-1996 годах?

В 1995-м был один концерт Stepback, после чего, собственно, вся группа и развалилась. И тут же образовался Skygrain. Я уехал на лето отдыхать, все поразъехались, а осенью оказалось что вот - всё! Нашёлся новый барабанщик, остались Гог, Студент, и меня опять позвали - давай играть, будем играть уже на такой олд скулл, а что-то посовременнее. Современнее подразумевало собой что-то типа Gorilla Biscuits, Up Front, такие группы...

Охуенно современно!...

Ну как, а современным тогда был какой-нибудь нью скулл зарождающийся, который, честно говоря, мне вообще никогда не нравился, эти металлизированные группы... Тогда металл я ещё не слушал. Я слушать его начал к концу 1996-го. Slayer, Celtic Frost, прочие подобные коллективы, не слушая при этом практически никакого нью скулла. Ну, может там Integrity - классная группа, но вот остальные - что-то я... Я даже не вспомню сейчас их названий!
И вот начали мы Skygrain. В расслабленности мы провели репетиции две-три, и выяснилось, что есть маза ехать с Дистемпером в Волгоград. Я думаю: ох, у нас репетиций было то всего... Так с чем ехать-то? Песен, наверное, было пять-шесть, и барабанщик был сырой, потому что он всё время забывал - что за чем и сколько чего играть. Мы провели пару усиленных мега-репетиций, одну ночную, и отправились...

Интересно, как ты оцениваешь тот концерт? На вас пришло дикое количество публики, по местным меркам, да и принимали вас, по местным же меркам, очень хорошо.

Ну знаешь, учитывая, что у меня это был концерт третий, вообще в жизни, я считал: ну, что, ну нормально, никакого экстрима не творится, что я наблюдал, вернувшись в Москву...

Что ты имеешь в виду?

Следующий концерт, когда мы вернулись из Волгограда, был декабрь, или уже начало января, у нас был концерт в клубе "Калипсо". И там было просто пол зала нациков. Мы играли там в той же связке с Дистемпером, ещё какие-то мутные, полу-нацистские группы. И там были большие драки. Студенту двинули как следует на сцене, Рейх кого-то там завалил, в общем, там была какая-то ужасная катавасия, началась прям среди нашего выступления. Ну не сказать, что я сильно перепугался, но подумал: Блин, вот это да! Может, это сейчас везде так происходит?

Это когда было?

Январь 1996-го. В результате мы убегали через чёрный ход. Вот. И дальше было всё в том же духе: где-то мы ещё играли, сейчас уже точно не помню, но у меня такое впечатление, что у нас чуть не на каждом концерте были драки.

А вот интересно, как произошла эта "сцепка" хардкор-тусовки с клубом Джерри Рубина?

Ну это я уже помню, потому что это были уже гораздо более свежие события. Это начало 1997-го года было. Насколько мне известно, студент туда ходил часто на какие-то концерты. Я точно помню, что я туда не ходил. Потом мы играли там, в конце 1997-го. Не, в 1997-м году мы поехали, Студент, по-моему, договорился с Ланой - мы поехали в Волгодонск на акцию против атомной станции. Мы успешно съездили-отыграли и потом, осенью, мы играли в Джерике первый раз после 1995-го года. И каким то образом, ближе к зиме, с Волошиным-младшим зашли в Джерик посмотреть, что там происходит. Там был какой-то ужасный концерт: какой-то панк, десять человек народу... Ну, мы ужаснулись, подумали: мрачновато, я б даже сказал - ужасно! Вот. И весной там тоже какой-то концерт намечался, если я ничего не путаю, когда Б 67 уже были, Skygrain существовали, Солнце и Сталь, и там был такой концерт весенний, где был уже один хардкор.

Так как вы туда "влезли"?

Я не знаю, кто договорился. Я только помню, что после этого концерта Света предложила мне работать там по хозяйству и звукорежиссёром. Ну, опыт звукорежиссёрский у меня уже был, провода я тоже уже умел паять достаточно хорошо... Опыт звукорежиссёра был такой: писали не вышедший альбом Skygrain в 1997 году, я там активное участие принимал и получил навыки студийной работы. Причём в приличной студии, при Гнесинском училище. И вот таким образом я оказался в Джерике. И там, мало помалу, вот эти приходящие туда просто потусоваться панки куда-то просто поотвалились. Потому что, во-первых, я их гонял, чтоб они не бухали. Ну Света там редко появлялась, а я апрель-май-июнь 1998 года вообще оттуда не вылезал. Приходил туда и целый день там работал. Света выплачивала какие-то там денежки в месяц, и с концертов кое-что мне перепадало. Работы у меня тогда не было, и я по чуть-чуть хозяйство клуба приводил в порядок и концерты делал. И вот эти панки мрачные все куда-то делись. Появились новые какие-то люди, в том числе, по моему, Бабс с Михалычем, а, они туда вписались чтобы репетировать - это группа Картонка, но это было немного позже. Первая эмо-группа.

Они реально что-то играли? Просто как рассказывал Панч, и какие доходили слухи, так это была просто бригада распездолов, ни на чём не умеющая играть, но HC-Crew их знает, любит и терпит, и поэтому считает их настоящей группой.

Ну, как бы да! Первый концерт был ужасен! Похоже было всё на большую репетицию. Но потом они записали... Одну песню им Байбак на порто-студию записал, и три вещи мы в Джерике записали с ними.

Не слышал ни одной их песни!

Они существуют, но у меня не осталось ни байбаковской песни, ни того, что со мной записывали. Всё это порастерялось. Вообще, очень многое, из того, что я записал - растерялось, я на самом деле жалею.
Вот. Контингент посетителей, которые приходят даже не в день концерта, а просто потусоваться, изменился. Не знаю, Свете, наверное, показалось, что это к лучшему, потому что эти там всё поджигали, приходишь там, а половина стены чёрная... Ну при мне таких инцидентов уже не было, всё было более спокойно, размеренная жизнь началась, созидание...
Вообще, что касается политики кого вписывать на концерт, а кого не вписывать - пока я там активно тусовался, я, в принципе... Раньше, я как себе представляю, как там всё было - приходил кто-то, там, приносил, там, что-то... Подписывали, скажем, Дистемпер, и они вписывали уже своих, ну, грубо говоря, там, Наив, например, и они тоже потом своих приглашали. Просто кассеты с какими-то демо туда постоянно приходили, в 1998-1999 гг., но в массе своей были просто кошмарны! Единственно, когда я сразу понял, что это класс, Лезбиан Бой когда притащили своё демо.

А как, люди сами приходили туда и приносили свои кассеты?

Да, и присылали по почте из других городов, ну там, как правило, какие-то были... То есть, я слушал, Света слушала - что хорошо, что плохо. Но я не помню, чтобы я что-то из других городов слышал путное.

Лезбиан Бой уже были такими, какими мы их знаем?

Да!

А ты знал Альбини до этого?

Нет, наверное.

Тогда интересно, как ты их идентифицировал? В какой ряд ты их поставил?

Ну не знаю... Мне просто показалось, что это классно! Какой это год был, 1999-й? Ну я тогда слушал, наверное, металл... Нет, начало 1999-го было! Да, точно - весна. Я помню, что пришли два таких совершенных фрика ужасных - там, шорты поверх штанов, Шура был с синими волосами, Паша тоже какой-то был такой... И вот, типа, у нас группа... А, и тогда как раз, в этот же день, я помню, я Картонку писал. То есть там Михалыч был, Бабс. Мы послушали - и такие: "Ваууу! А что, классная группа!" Там были две песни, просто на диктофон записанные.
И на следующий концерт мы их прямо и вписали. Единственное, чем всё дело кончилось, что был какой-то Первомай, и прямо накануне первого мая Шура, гитарист, грохнулся на стройке башкой об какую-то трубу и попал в больницу. Первый концерт ЛезБоя был, в общем, в Джерике.
Мы ещё играли с ними в "Как бы", это я точно помню... Потом я с ними сдружился очень, и Паша дал послушать основных деятелей: Rapeman, Jesus Lizard... Послушал - действительно классно! И вот летом 1999-го мы записали вот этот вот альбом.

А в Касимове фестиваль тоже в 1999-м был?

Да, но это уже после записи было, у нас уже всё записано было. Хотя тогда мы уже как XXX играли, и я слушал... О, я и не помню, что я тогда слушал... Явно какие-то сумбурные эмо-группы странные и металл... Потом уже, ближе к концу, Студент дал мне послушать Today Is The Day, он купил 1998-й год, мне, вроде, не понравился, хреновая, какая-то, группа... А 1996 и 1994 года потом мне очень понравились - вот это классная музыка! Вот это да!

А как ты считаешь, насколько адекватно воспринимала Moscow HC-Crew Лезбиан Бой?

Насколько я знаю, Паша, из ЛезБоя, поддерживал с Рейхом какие-то контакты, ну, на Горбушке... Ну тогда, мне кажется, все были зачарованы такими и музыкой и шоу.

Расскажи об их шоу.

Я то видел всего два концерта: в "Как бы" и в Джерике летом, почти перед поездкой в Касимов. Причём вот, очень жалею, что этот джериковский концерт не был записан на видео, потому что было, на самом деле, классно! Ну сейчас то с видеокамерами попроще, а тогда то и фотоаппаратов почти ни у кого не было. Ну что, в "Как бы" было сначала довольно странно, думали, вообще ничего не получится... Шура напился совершенно в дым и настраивал гитару чуть ли не полулёжа на сцене, одётый в какую-то бундесверовскую форму - фуражка, китель, под которым потом оказались колготки... По ходу дела он с себя стащил штаны... Народ, раскрыв рты, смотрел - что же это происходит... На половине программы он стащил штаны и начал трахать гитару на полу... Ну там у них есть такая песня, которая записана, в середине импровизационный кусок гитары, просто шумовой такой, пиууу-пиуууу... Народ просто стоял и стеснялся, глядя на всё это безобразие... Привыкли, просто, наблюдать вспотевших вокалистов орущих, а тут тебе пожалуйста! Что ж это делается?! Содом и Гоморра! Причём, этот концерт в "Как бы" есть где-то на записи на видео у одного чувака, если он конечно не стёр, но чувак этот пропал. Не знаю даже, как его раздобыть. Вот. А в Джерике было всё как-то... Все уже знали, на что идут. Шура предстал там просто в колготках и в юбке из скотча из какого-то и, в принципе, он был более в трезвом состоянии, и звучало всё здорово, мне очень всё понравилось! И оба раза они играли с каким-то хардкором - с нами, по моему были Солнце И Сталь - это в "Как бы", а в Джерике - Unconform, наверное, какой-нибудь, ещё что-нибудь, какие-нибудь такие люди... И Лезбиан Бой первыми играли. Ну вот, такая история. Потом, после этой поездки у них всё и закончилось. Шура ушёл в астрал, перестал вообще музыку воспроизводить.

А кто из них в Ракете сейчас играет?

Они оба играют. Шура вернулся, реабилитировался...

Ну, про неё можно и не разговаривать...

Я и не знаю, что там можно говорить...

Расскажи о реакции московской стороны на инцидент в клубе "Как бы" с Колесом Дхармы.

Сейчас я рассажу. Ну у меня как-то отчётливого мнения не сложилось, но подумал: "Ну, если людям такая позиция важна, то почему бы и нет?"

Какая позиция?

Ну, то что Панч отказался играть... Все говорили: "Блин!!! Ну что это такое, отказался играть! Ну это разве дело! Мы пришли послушать, а он из-за каких-то уродов оказался играть! Не, ну это неправильно!" Ну, в основном такое вот мнение существовало, причём не из-за того, что многие хотели послушать Колесо Дхармы, а из-за того, что такое вообще произошло безобразие. Не говоря уже о том, что мы играли, когда вообще пол зала с нацистским салютом стоит, все играли, ну сейчас про инцидент подобный расскажу ещё...

Если хочешь, я немного поясню, как это всё у нас произошло. Панч играл бы и играл, он не видел и не слышал ничего, он бегал там, продавал свои журналы и всё. Ему надо было поставить очередную галочку перед лидером АМД Петром Казначеевым, который пришёл на "акцию" очередную - антифашистский концерт Алексея Антропова. А мы с Ольгой сидели в фойе, когда к нам подошёл Стас и сказал: "Пашок, ты видел, там нацики!" Я: "Где?!!!" Он: "В баре!" Я: "Да ну нахуй!!! Ну, тогда сейчас тут начнётся! Сейчас их московские хардкоровцы отметелят!"Пошли, смотрим - сидят в баре реальные нацики, не ошибёшься, бухают... И мы в коридоре сели, напротив двери, там диваны были кожаные, и смотрим - спускаются сверху нацики новые и эти хардкоровцы, блин, ну честно скажу - я их всех путаю на лицо, ну из основных кто-то там, и они обнимаются, "Брателло!"... И вот честно скажу, это мы уже восприняли как какое-то предательство. У нас в Волгограде-Волжском настолько жёсткое это противостояние...Панч, о том, что мы не играем, узнал последним. Мы позвали Летова, Стаса, и решили, раз такая хуйня, то выступать здесь мы не будем. Они - а что Панч? Панча я беру на себя, всё нормально... Подзываю его. Он наотрез сначала - давайте играть и всё. Типа, я таких людей серьёзных сюда позвал... я ему объяснил, что это будет супер-акция, мол, тебе ещё больше баллов там начислят, в АМД... Он - ну давай хоть пять песен, ну три... Договорились на одну, а потом заявление. Вот так это было. На самом деле, очень сильная обида была на HC-Crew и на Панча - то что он, живя в тот момент в Москве, ничего этого не знал и не видел. Как потом тут у нас говорили - на кого вы понадеялись!...

У нас это так восприняли - типа, ну подумаешь... А что друзья - что ж поделаешь, даже у нас этот Денис играл...

Какой?

Ну, Коловрат.

Где у вас?

В Skygrain. Ты не в курсе?

Абсолютно!

Ну, это такая история! Короче, в начале 1996-го года мы решили взять второго гитариста. То есть не мы, а Студент, там, Гог. Потому что я там был так - пришёл, сыграл и ушел, поехал домой. И кто-то решил взять второго гитариста. Не знаю, где там и долго ли они его искали, в общем, нашёлся некий Денис. Ну, где он там раньше играл - не знаю, мне говорят - вроде в Пургене он играл. Ну ладно, Пурген так Пурген, почему бы и нет? Значит, они с Гогом новый материал разбирали, тра-ля-ля, потом был один концерт, последний с Гогом, на фестивале "Фашистов и буржуев нахуй!", который Света устраивала. Он причём не в Джерике проходил, а в каком-то ДК, где-то на Вернадского. Там Лисичкин Хлеб был, ещё кто-то, я уже смутно помню. Помню, именно после этого концерта Гог сказал: "Всё, я ухожу. Надоел мне хардкор, ну его на фиг! Я хочу играть NoFX, например". Потому что он всегда был таким любителем поп-панка.
Ну вот, после чего остался вот этот Денис и пригласили ещё откуда-то, с какой-то побочной группы, некоего Диму. Он рэп-кор какой-то играл, и согласился нам помочь, сыграть несколько концертов. Тогда уже было известно, что мы будем играть на "Учитесь плавать", но это уже не знаю через кого - наверное, через Студента мы туда вписались... Потому что туда куда-то ходили такие люди... На радио "Максимум", передача, где Скляр, и туда какой-то хардкор они приносили ставить... Я сам не слушал вообще, ну может раза три я там поймал... Потому что у меня не было приёмника, который ловит радио "Максимум". Потом какой-то магнитофон у меня появился с приёмником, я послушал передачи две-три, ну как-то...

У нас, когда узнали о том, что московская HC-тусовка вписалась к Скляру, стали ставить на ней кресты...

На самом деле мы как-то чудесно туда попали: группа существовала полгода всего, и мы уже попали на Горбушку! Ваууу! Это класс!!!

Так и Денис Коловрат, получается, выступал на "Учитесь плавать"?

Да, и он там выступал. Потом для сборника "Учитесь плавать" мы записывались, мы писали одну песню, и стал с этим Денисом как-то так потеснее общаться. Ну, вроде бы так по разговору он вполне адекватный человек. Единственное, что он всё время ходил какой-то такой, аутичный, что ли, из себя разыгрывал... В жару ходил в балахоне с длинными рукавами... Отрастил он длинные волосы... Я даже не знаю, что у него там в голове было, при этом, но тогда я уже узнал, что он играл в группе Русское Гетто. Причём, он дал мне послушать, говорит, ну вот, играли... Ну не знаю, наверняка, те, кто его брал в нашу группу, думали что он исправится, забудет свои корни... Ну мы с ним слово за слово, он говорит, что хардкор это конечно классно, но я всё же дойчпанк люблю играть, хочу группу такую собрать, давай поиграешь тоже... Ну я послушал дойчпанк - какая-то муть, честно говоря, не вдохновился этими группами...

Мне, кстати, очень нравится ранний дойчпанк. Митяй, по-моему, именно от тебя привозил Abwarts в конце 90-х - обалденная группа.

Ну да...

Ну, хотя это не дойчпанк, а чистая Нью Дойче Велле...

А там были уже такие - полуметаллизированные группы, из того, что он мне давал слушать...

Ой!?

Нет, скорее это на Ой! было мало похоже, Ой! немецкий, по моему, он мне не давал слушать... Не помню, как они там назывались...

Ну так не подписал он тебя?

Я скорее не подписался под это дело. Хотя он давал даже текста какие-то почитать, ну какие-то такие были, атомные войны, ещё что-то там, такая тематика... А потом он от нас свалил, это был год... не помню... в начале 1997-го мы с ним расстались и буквально через полгода группа Коловрат появилась. Набрал себе бритоголовых...

Ну, может вы и в историю попадёте - если он будет писать мемуары, может он про вас и упомянет...

Может быть. Вот такая вот история замечательная.

То-то я прочитал в интервью с George Harrison, они Джерри Рубина поливают - в нем играл кто-то из Коловрата...

Играл!... Они там репетировали, но это ещё было когда было Русское Гетто. Но это и Света помнит и знает, это году так в 1995-м было.
Так что, я вот не спешу набрасываться на кого-то, что вот типа с нациками... Я вот тоже попался. Вот такая вот фигня.
Я уж даже не знаю, как потом все отреагировали, но большого шума, конечно, никто не поднимал, что, мол, Дениска-то, вот какой оказался... Кто с вами играл... Никто так в нас не тыкал. По крайней мере, в Москве я не слышал никаких упрёков... Кроме, разве что, Димы, второго нашего гитариста, который играл рэп-кор, обычный рэп он даже слушал - он говорит: "Блин, вы приютили Дениса! И я с ним играл! Вы что?! Вы сами все фашисты!" Ну он был такой эмоциональный парень, из-за чего мы с ним потом и расстались. С ним невозможно было просто договориться, он начинал сразу размахивать руками: "Я!... Вы!... Вы обидели!... Я - всё!... Я ухожу!..."

А ты присутствовал, когда нацисты нападали на Джерри Рубина?

Это было несколько раз. Я, правда, ни разу не попал под этот... этот...

Раздачу?

Да, под раздачу не попал. Вернее, один раз чуть не попал мистическим образом. Где-то на переломе 1999-2000 гг. какие-то эти бойни начались, и после концерта мне нужно было на работу, а работал я на остановке где универмаг "Москва", рядышком. Ночная была работа, в одиннадцать начиналась. И кто-то узнал, что какие-то нацики должны прийти. Всё, тогда был такой порядок - в десять часов, ну без пятнадцати десять, все собираются и вся куча вываливает, и уходят сразу все организованно. То есть было так уже не в первый раз. А мне надо было на работу. Я подумал - что я попрусь раньше, лучше я приберусь, проводки смотаю. Я остался в клубе. Закрылся, свет снаружи погасил, думаю, как там они дошли...

Это после концерта какого-то было?

Да, после концерта. Какой-то панк-хардкор... Потом слышу - телефон звонит - что-то страшно! Я к телефону так и не подошёл - вдруг это фашисты, и меня одного они будут... Я просто один там остался, боязно как-то. Все были на нервах... Я думаю: "Блин! Боюсь!" Я никуда не пошёл, там затаился тихонечко, смотал всё, сложил, в одиннадцать часов вышел на улицу - никого! Пошёл на работу. Дошёл, всё в порядке. На следующий день выясняется следующая ситуация: около десяти часов Тупикин выходит из метро "Университет" и обнаруживает там человек двести бритоголовых с арматурами, с дубинами, и они отправились к Джерику. Он тут же бросился звонить по телефону в Джерик, что копец, ребята, сейчас вас всех разнесут... Звонил, собственно он. А я, собственно, этого не знал... Если б я знал, что за дверями меня ждут двести человек с арматурой, я бы просидел бы там всю ночь!... А так я в одиннадцать вышел - уже все разошлись.

А те, кто вперёд тебя вышли?

Они дошли нормально, потому что они пошли не на "Университет", а на "Академическую". Вот такая вот история. А в остальные разы я просто с народом шёл, группы какие-то по двору лазили. Ну, в принципе, они не прыгали, ну и хорошо!

Я когда был на концерте, где-то в 2000-м году, в Джерри Рубина, там ещё выступали Солнце И Сталь, Лезбиан Бойз, Unconform, по-моему... Так вот, на этот концерт собирались прийти нацики. И Влад Тупикин собирал-агитировал всех анархистов приходить на этот концерт, типа, мало ли что... Так вот, ни одного анархиста, регулярно стоящего в те дни в пикете на Пушкинской, я там не увидел. Зато когда устраивали акцию у Соловецкого камня анархисты, Тупикин и Мирясова - собирай всех, должны прийти нацики разгонять... И я в Джерри Рубина много кому говорил - на акции музыкантов ни одного не видел! Хардкоровцы эти... Я, почему-то, понял так, что для Москвы это нормально - эти тусовки если и пересекаются, то очень редко. Есть очень редкие, тоненькие связки типа Моделя, которые умудряются быть и там, и там, ну ещё несколько человек...

Может и так... Ну вот я одного чувака знаю, он после меня работал в Джерике по хозяйственной части... Гонял панк-рокеров, чтоб они там не бухали. Там другая волна пришла - уже без ирокезов, в широких штанах, с теми же привычками - приходят в Джерик, бухают, бедокурят... А он тоже разгонял... Потом из Джерика он ушёл... Бузгалин Андрей, он принимал участие во всяких акциях политических... А потом он говорит, мол, нет, я больше так не могу - люди, которые ходят на все эти акции, у них полные карманы травы, всех загребают и проблем ещё только больше. Я даже с ним участвовал в акциях... Одна была замечательная вещь: помоги ФСБ - побрей себя сам! На Лубянке. Я его подстриг налысо и ещё одну девочку.

Забрали?

Нет. Там никого не забрали, там было телевидение, газеты... Я даже в газете потом в "Независимой" обнаружил фотографию, там меня плохо видно... Родителям показал, они такие: "Ваууу! Ты что, там был?!!!" Ну и на парочку я ходил против ввоза ядерных отходов.

Насколько я знаю, в Питере те же Шарапов и Файзулин очень активно с питерскими анархистами сотрудничают. А в Москве, по-моему, ничего подобного нет. Мне кажется, что это плохо. В Москве тусовка намного мощнее... Блин, да мы с Ольгой просто охуели, когда увидели на концерте эту HC-Crew, здоровенных человек семьдесят мужиков!!!...

Ну, не знаю, человек семьдесят, здоровенных...

Ну был полный зал здоровых мужиков, не как у нас - 90 процентов дохлые пионеры...

Ну это да. Ну сейчас таких, не пионеров, очень много. Единственное, что сейчас они, насколько мне известно, между собой плохо ладят. Многие из них, по каким-то своим соображениям, отчасти и политическим, там даже кто-то из футбольных фанатов может быть, фашисты, антифашисты, стрейтэйджеры и алкоголики, нацисты...

Яппи? Есть такие?

Естественно! В Москве одни яппи! Не, ну а как по другому? Такая музыка, как мне кажется, и подразумевает...

Что?

...Ну, какой-то такой, средний класс.

Это у нас подразумевает?

У нас в Москве. У нас по другому не получится. Просто у нас ещё рабочих поискать, на самом то деле... Не тех, кто в офисе сидит, а работает. То есть так вот их и нет! Ну я вот, с натяжкой можно сказать, работаю.

Просто меня смущает такое вот расхождение между текстами групп, и их настоящим образом жизни. Возьми Аргумент 5,45 - тексты - просто бомба! Но они же не лезут на баррикады, и тем более, не строят их... В отличие от уже упомянутых Шарапова с Файзулиным, или Егор Никонов - он живёт, по-моему, порадикальнее, чем весь состав Аргумент 5,45, не так ли?

Ну да, вообще-то так и есть. Ну тут знаешь, в Москве много отвлекающих моментов. Помимо политической борьбы есть масса вариантов альтернативного проведения досуга. Более приятных. Поэтому естественно, что живёт десять миллионов, а на все эти пикеты ходит человек сто.

Это вот как ты про клуб "Пироги" рассказывал - что находится он в каком-то отдалённом районе...

На самом деле от центра там ехать минут двадцать!

Ну всё равно! Я подумал, что клубу, который находится хоть в каком районе и есть проблема собрать 50-60 человек!... Это жопа!

Потому что там не самые маргиналы играют известные. Ну даже если и были известные - всё равно - человек 30-40

Ну а те же несколько сот тысяч, живущих в этом районе, они же куда-то ходят по вечерам? Получается, что никто из них не заглядывает в клуб, который находится в их районе?

Ну да...

Проблема больших городов...

Либо проблема клуба. Там тоже, может, была дурацкая организация... Хотя, рок-клубов сейчас в Москве, можно сказать мало.

Ну сколько? В десятках хоть это число измеряется?

Да в пределах десятка! Ну, вот именно рок каждый день, есть "большие" - это "Точка", "Б2", "Р-Клуб", какой-нибудь там "Вудсток", Джерик, ну вот эти "Пироги" был ещё какое-то время, вот, в общем-то, и всё! Это вот основные, которые я знаю. Может быть, есть ещё никому не известные...
Я не знаю, в силу чего... Нет, ну в центре наверняка сложно платить аренду с концертов... Какой-нибудь "Р-Клуб" держится, потому что там байкеры "Всея Руси" его держат...

Сквоттерство в Москве так и не прижилось?

Я не знаю ничего об этом. В Джерике Света просто запрещает жить.

Нет, я про самозахваты пустующих помещений.

Раньше ЗАИБИ этим промышляли, а сейчас их тусовка очень обновилась... В прошлом году был концерт, первого апреля, День Неизвестного Художника, у ЗАИБИ в Джерике был концерт. Так я там вообще не видел знакомые лица! Вот тех, кого я знал по 1998-1999 гг. - никого. Вообще - все новые лица! Новые группы! Ну там, может, два-три человека я увидел, старых-добрых... Ну а так народ собрался, человек восемьдесят.

А что ты можешь рассказать по поводу избиения нацистами музыкантов в электричке весной этого года?

Ну, вроде там кто-то пытался по своим каналам разведать - кто это, что это... Вроде это провинциалы просто.

Буквально через пару недель Алексей Шведов в ЖЖ дал ссылку на информацию о том, что возле "Р-Клуба" нацики крепко побили толпу металлистов. Ну я подумал, ну этим то ладно, нехуй заигрывать...

Ну да, я ещё тогда в форуме на punk.ru всю эту тему прочёл, море сообщений насчёт панк-рокеров, а потом смотрю - про этих металлистов написали. И смотрю названия групп - они постоянно с Коррозией играли... А что - нормально! На их концерты ходили те же люди, которые их и побили!

А сейчас Троицкий из Коррозии стал таким респектабельным чуваком - в "Роллинг Стоунзе" печатается...

Мы шли по центру недавно, и там плакат, со стенку размером, концерт в Красногорске, это Подмосковье, и там Коррозия, Див, ещё там какая-то группа, которые ужё Ой играют нацистский. Вот они все в Красногорске, в ДК, какой-то там День молодёжи, 5 июня что ли... Не думаю, чтобы кто-то там бойкотировал.

А НБП никак с московской хардкор-средой не связаны?

Не знаю, чтобы кто-то с ними контактировал, скорее к группам около-НБП-шным, Эшелон, Банда Четырёх, имеют отношение ЗАИБИ-шные круги. Басист, который в Лисичкином Хлебе играл, он какое-то отношение к этим группам имел. Потом ещё вот этот чувак из Адаптации в НБП вступил...

Ермен.

Да. Ну это я где-то прочитал. И вот эта тусовка как-то и сюда ходит, и на Лисичкин Хлеб... Может и есть какие-то группы, я просто не слежу за этим. Единственное, сейчас появляется много хардкора "второго течения", которых, вроде, никто не знает... Кто-то мне даже рассказывал недавно, про "второй параллельный хардкор" московский, типа George Harrison...

Мне очень понравилось интервью с ними, в котором они противопоставляют себя московской хардкор-тусовке, типа - мы - отдельно!

Честно говоря, не знаю, где они сейчас, и их никогда не слышал. И не видел. И, по моему, никто никогда их не видел и не слышал.

Товарищу моему они пообещали диск прислать, выслали, да вроде не на тот адрес, ждёт по новой...

Была интересная история, с ними связанная. Я не помню кто, Волошин, может, прислал ссылку, вот, говорит, почитай. И там была пара каких-то мп3. Я скачал одну, вторую - ну, вроде, сыгранно всё более-менее. И второй голос, я явно понимаю, что это поёт Студент! Наш! Я говорю: "Ты слушал? Это Студент поёт?" Говорит: "Ну, похоже". Потом Рушу поставил, или ссылку тоже выслал, спрашиваю: "Студент это поёт?" Говорит: "Да, точно!"

Так что получается?

Непонятно. Вот и сейчас если поставить демо George Harrison, там один голос такой (изображает визгливый голос - ред.), а второй - так ... (поёт громким голосом - ред.), и вот этот второй - вылитый наш Студент. Вот сравнить Stepback записи, там тоже на английском... Для меня это до сих пор загадка... Может, это фальсификация...

А фотографии их ты не видел?

Нет. Ну, вообще я начал эту тему, что это Студент. Потом я уже где-то встречал, может на punk.ru, что кто-то был на их концерте в Джерике...
Сейчас ещё была история с концертом Agnostic Front. Я не помню, кто там должен был с ними играть, в "Точке", групп пять там было перечислено, московских и откуда-то из провинции. Не знаю, кто всё организовывал, кто вписывал, единственное - многие туда идти отказались, типа там фашики играют. Не знаю, кто там был из фашиков... Наша группа Changes играть там отказалась, по тем же причинам. Дело в том, что там Псих, который был в 095, он, конечно, боготворит группу Agnostic Front, и вот он нашёл в себе силы отказаться с ними сыграть!

Так из-за кого конкретно?

Ну я не помню, какая-то Севантинс, может быть, какой-то Ой-панк...

А ты был на этом концерте?

Нет, я не ходил. Последний раз Agnostic Front я слушал очень давно и, в общем-то, и не охота слушать. На следующий день был концерт уже для "бедных" в "Релаксе". Там были две питерские группы, там было мало народа, потому что никто об этом не знал - этот концерт был секретный!

Так для кого он был?

Там был весь московский хардкор, но клуб большой, поэтому народа там было мало. А на тот концерт надо почитать отзывы в сети, что ж там было и что за нацики там играли.

Давай поговорим про Лоа Лоа и их новый альбом. Насколько сильно он отличается от первого?

Ну, отличается тем, что стал более математическим, так скажем. Более просчитанным. В первом было много минутных порывов...

Как получится?

Да, как получится... Отрезание, вырезание записанного. А здесь уже было всё отрепетировано. А шестая композиция - баллада. Всё было записано в кратчайшие сроки. Та запись длилась просто бездну времени, я и не знал, когда же это всё закончится!

Такой маленький альбом?!...

Ну, потому что за день записали барабаны. Потом только бас. Зеленин писал гитары, дня два. Потом клавиши - здесь нужно, не нужно, с каким звуком, Михалыч играть не может - писал Зеленин. Потом подошло время писать вокал - с вокалом засели: там был вокалист отдельный, сначала он начал записываться - не получилось...

Сейчас кто поёт?

Сейчас Зеленин. И тогда он всё записал. Пока писали, я его уговаривал сделать более разнообразный по выразительности вокал - нет, было записано всё бе-бе-бе-бе (кричит визгливым голосом - ред.). Я думаю, что можно было сделать более интересно. Вот. А с этим альбомом уже было всё ясно. Никто уже ни о чём не спорил - как делать и как что записывать. Записали то, что уже отрепетировали. Поэтому он какой-то более цельный получился.

Интересно, ты же с ними общаешься, ты же должен знать, по аналогии с мамоновской "Начитался книг" - чего они наслушались?

Ну, группы подобного типа, как это называется - арт-панк? Типа Locust, An Albatros, ну я, как бы, не очень сведущ, не сильно люблю такую музыку. А по текстам там Тимур заведующий, Тимыч, свои идеи кошмарные перерабатывает в текста. Тимыч на барабанах... Вот что хочу сказать - тот альбом мы писали - это было просто мучение, он просто играл кое-как. Сейчас-то он уже получше стал играть, но всё равно - пару песен не могли записать, писали часа четыре. Как бы всё просто, но через два часа - клин в мозгах, стараешься сделать лучше и лучше и всё равно понимаешь, что через голову не прыгнешь и получается... Вообще ничего не получается! Тогда просто много каши было в аранжировках, что меня очень коробило, сейчас то всё просчитано.

А нет у хардкор-тусовки такого снисходительного отношения к Лоа Лоа?

Ну да, они считают: "А, это вот эти вот... Всё время в нарядах, что с них взять!"...

В смысле?

Ну у них же всегда шоу! Они придумывают какие-то образы...

Мне тяжело понять, как у них могут быть концерты, если один альбом - 15 минут, второй - около десяти...

Ну и что? У нас был первый концерт, мы там играли минут пять!

Они играют что-то "чужое"?

Ну, на ранних этапах они играли какие-то ковера. Для каждого концерта они делали новый ковер, Битлз, там, Iron Maiden, какие-то такие вещи разбирали и в программу свою вставляли. А так у них шоу происходит: или просто в каких-нибудь абстрактных костюмах, или в десантников переодевались... Антивоенный был фестиваль - они с автоматами там, с гранатами ползали по залу... Ну я не ходил на этот концерт, не попал, но я на видео посмотрел. Народ офигел - что это тут происходит?! Люди по залу ползают... С автоматами... Не знаю, что они на этот раз привезут, чем вас порадуют...

А вот альбом Ярче 1000 Солнц почему такой короткий?

Просто это был естественный поток, нормальный ход дела. Материал у нас всегда был, больше было, чтоб было из чего выбирать. Одну песню мы так и не записали, потому что поняли, что она - ерунда, не дотягивала до остальных.

Вас трое было в группе?

Да.

А те двое, они врубались вообще в эти дела?

Ну вот Паша, который сейчас в Аргументе играет, барабанщик, он как-то с прохладой относился: "Нет, это конечно всё классно, но я там бы лучше что-нибудь попроще..." Вот. А Руш сейчас вообще ушёл в дебри прог-рока... Ему нравилась какая-то такая замороченная музыка, более утончённая. Мы вдвоём с ним всё сочиняли, на равных, и приходилось утончённость эту прибирать и делать что-то такое - погрубее.

А он на чём играл?

На гитаре.

А ты на басу?

Да. Там история такова, что я там оказался вообще случайно.

В Ярче 1000 Солнц?

Да!

Нормально!

Они репетировали с Пашей. Я тогда бросил музыку, вообще ничего не репетировал, год так 2001-й это был. Они там всё в поисках басиста были... Я говорю: "А что вы играете?" - "Хардкор. Типа... типа... типа... Ну может, типа Neurosis, там..." Я такой: "Уууу, обломайтесь! Никого вы не найдёте!" То есть, они пробовали музыкантов - каких-то металлюг, панкушку какую-то нашли, в общем, ничем хорошим дело это у них не кончилось. Я говорю: "Ну давайте я...". Вернее, меня Руш уговорил: "Может, попробуешь, всё-таки, с нами?" Я говорю: "Да у меня и инструмента нет!" Ну нашли там бас. Приехал, поделали, думаю - ничего так, можно работать с тем, что есть. Ну вот так, мало помалу, я и спеть могу, всё будет классно, говорю. Вот мы и взялись! Вот сколько песен получилось - столько получилось! сколько мы репетировали - с весны... Года за полтора все эти вещи мы и сделали. По разу в неделю мы репетировали, ну по два... Но два, например, Паша уже не мог: "Ууу, два раза! У меня работы!"

Пиздец! В скольких группах он играет!...

Ну да... В общем, таким образом мы репетировали, потом записались, и я понял, что какой-то тупик наметился после записи. Паша такой: "Я устал..." Руш всегда был такой: "А! Давайте! Давайте! Давайте!..." Ну не знаю, мне нравится, когда какой-то энтузиазм присутствует, ради того, чтобы поиграть хотя бы, не сочинять там что-то, может Паша и играл бы то, что ему предлагали... Не знаю, у всех, конечно, есть в жизни, дома проблемы... Тогда вот так совпало, что я был настроен решительно, после записи сказал, что репетировать я не могу...

Концерты у вас были после записи?

Нет, только до. В Москве было несколько концертов с разными аудиториями - и с мазафакерами играли, с тусовкой инди неоднократно, на хардкор- были каких-то... И в Питер ездили, тоже, с хардкор...

И, мне интересно, в какой из трёх упомянутых тусовок вас лучше восприняли? Где раскусили ваши цитаты из Альбини?

Мне кажется, что народ инди как-то больше в это врубался. С музыкантами, во всяком случае, с которыми я общаюсь из этой тусовки, они как-то более с пониманием относятся...

Типа Silence Kit?

Вот с ними мы ни разу не играли. Ну там Пилоты В Дыму... Сейчас давно их не видел, не знаю, чем они занимаются. Тогда я очень тесно с ними общался, они в Джерике играли много раз...

Митяй привозил от тебя концертник их.

Это как раз в Джерике концерт. И они нас вписывали на свои концерты. И сейчас вот сборник вышел - проводится регулярно такой фестиваль - "Stop the Silence", инди-фестиваль, Пилоты В Дыму, Диффузия, потом чувак из этой Диффузии, который играет такое, типа... Fugazi, может... Вот он этот сборник выпустил, нас туда тоже затащил, ну и куча групп там - инди, панк какой-то странный... Правда у меня этого сборника так и нет.

А что ж Лоа Лоа туда не попали?

Нуууу... Может, Лоа Лоа тоже не многим нравятся, не знаю... Хотя, вот последний их альбом менее прямолинейный, без таких вот долбёжных песен, какие-то они... утончённые стали. Или, как раз, менее грубые. Поэтому, такая публика их тоже поймёт.

Лоа Лоа для них по отношению к Маршаку как - как побочный проект?

Ну Маршак это Тимыч - он там играет и поёт. А Лоа Лоа это детище Зеленина. В силу того, что они в моей группе тоже числятся. Но пока не репетируют, т.е. мы репетировали прошлым летом, но сочинения от них я так и не добился какого-то внятного, того, что мне, по крайней мере, было нужно! Вот такого вот воодушевления, типа: "Вот! Вот это мы сейчас берём и с этим работаем! Во класс!" - как в Ярче 1000 Солнц у нас было, у нас просто было с Рушем вот такое понимание: "Вот это вот здорово! Вот с этим вот мы сейчас справимся. Сделаем песню."
Просто что меня смущает сейчас, что нет некой философии... Тогда у нас с Рушем была какая-то концепция, причём, построенная на каких-то ходульных воззрениях насчёт металла 80-х, гипотетического, который мы вот вроде как возрождаем! Хотя, конечно, никакой это не металл, что-то далёкое от него, но мы вот питались тем, что прослушивали дичайшие совершенно образцы металла 80-х...

Удивительно, как раз об этом никто и не подумал!...

Ха-ха-ха... Нет, а вот когда мы пришли записываться, там мой старый приятель по имени Колхоз, волосатый, бывший металлюга, который играл прог-металл, вот эти Mekong Delta, и вот он когда нас услышал, сказал: "Ваууууу!!! Я всегда мечтал играть такую музыку!!! Так это же..." - я забыл, какую он группу там вспомнил из середины 80-х, какую-то такую, Black Sabbath-подобную, потом я скачал даже один трек послушать... Группа Trublle, по-моему... Малоизвестная какая-то... Говорит: "Да это же вот вообще!..." Мы с Рушем: "Бля, мы ж знали!... Мы знали, что мы делаем!"

А сейчас ты думаешь "мутить" уже с ребятами из Лоа Лоа?

Ну да, потому что Тимыч у меня постоянно спрашивает: "Ну что, когда будем репетировать? Ну что, барабаны купил? Давай репетировать!" Потому что у меня инструментов ни каких нет своих. Боюсь, что просто получится какая-то... то же самое! А мне то же самое не хочется!

Как же "то же самое" с другими музыкантами?

Получится, и очень даже легко. Не то что легко, а так - вторая часть получится. Если вот они будут принимать участие активное, то не получится. Я, правда, даже не знаю, чего ждать, потому что такой опыт сочинения и репетирования музыки - я когда что-то приношу, какую-то идею, и из неё что-то там вырастает, выкристаллизовывается, у меня вот только в Ярче 1000 Солнц был и на поздних этапах ХХХ - когда Студент забросил репетиции, не ходил, а там Зелёнка у нас играла и Паша. Зелёнка играла только то, что ей скажут... Я тогда уже думал: "Блин, я один тут всё тащу!" Почему всё это быстро и закончилось - с полгода в таком состоянии всё просуществовало. А студент потом пришёл: "Блин, я не знаю, где тут петь! Это иструменталы какие-то вы записали!" Я вот так и отдал это всё Шарапову, так это и вышло, и вроде кто-то всё это ещё и слушает. Вот такая вот странная история... Я, честно говоря, не верил, что Аргумент даже что-нибудь запишет...

А они где писались?

На студии... Где Лоа Лоа барабаны писали на первый альбом. Аппарат там очень хороший, за те деньги очень хороший. Не знаю, может там с коммутацией какая-то фигня, но звук там просто мерзкий! Поэтому мне совершенно не нравится, как записался Аргумент и барабаны Лоа Лоа на первом альбоме - их потом еле выровняли во что-то приемлемое. Потому что и Тимыч играет кое-как, и плоскотня какая-то - надолго засели с этим в Джерике... А Аргумент писались... год! Вот четыре песни

Почему ж так долго?!!!

Потому что они начали писать, одну запись сделали - что-то там не понравилось...

Я думал, это вообще разовый проект...

Нет. Писаться они начале где-то в мае-июне прошлого года, а свели всё в марте. Почти год. И писали столько времени, мне кажется, вокал. Ну, т.е. барабаны с гитарами они записали быстро, а потом очень долго писали вокал и пересводили это три или четыре раза - у каких-то металлюг, у себя дома, ещё где-то у мужика на студии... Звукорежиссёров всех этих я вообще ненавижу!

У нас вообще нет такой "культуры записи" - в гараже, на базе поставил кассетный магнитофон, нажал кнопку записи - всё, демо готово!

Демо... Там все пишут сейчас абсолютно альбомами...

Покупаются альбомы? Продаются?

Ну вот Changes, насколько я знаю, Волошин делал второй тираж.

А первый сколько?

500. Первый 500 и второй напечатал уже. А они, кстати, записались мега-отвратительно - дома, на электронных барабанах.

А продаются диски только по почте, или вы ещё в магазины кладёте?

Не в магазины - в клубы. Есть клуб "Авант", там играют всякие монстры молодёжного рока. Так там есть специальный лоток, на котором продаются всякие такие группы - Небо Здесь и прочие... Там наш компакт лежит и его даже кто-то покупает...

Почём?

У Волошина он 50 рублей стоит, не знаю, может в этом "Аванте" он 70 будет... А когда последний раз у Волошина спрашивал, он говорит: "Вот если б вы играли эмо, я бы уже третий тираж бы напечатал! А с такой музыкой всё гораздо сложнее". По-моему, у нас в Москве эмо... А, ну Маршак - по-моему, они 500 дисков, тираж, продали. А остальные группы долго не существовали...
... Я буду стараться записать Ярче 1000 Солнц таким вот образом - без всяких там миллиардов дорожек. Благо, я сейчас уже представляю, что как делать. Живые записи всегда получались у меня гораздо лучше. Я не знаю, до тебя, наверное, не доехала такая запись, она, вообще, мало к кому попала - была группа из Владимирской области - Двенадцать, там состав был: барабаны, бас, саксофон и вокалист. В принципе, это смахивало чем-то на Morphine, но там было больше какой-то импровизации. Там не было таких однообразных повторяющихся кусков - типа саксофон с басом, там была более размазанная, какая-то такая музыка... Вот. Я их писал живьём, потому что их саксофонист - такой джазовый раздолбай (а они все молодые были - до тридцати лет) - говорит: "Не, джаз только живьём пишется. Давай и мы живьём." И мы так и сделали. Я записал барабаны, бас, саксофон живьём, а наследующий день записали вокал. Всё получилось, и запись - одна из лучших и по звучанию, и по общему настроению! Единственное, что она просто пропала у меня!... Людей этих из Владимира я найти не могу... Там один их приятель появляется иногда, но они говорят, что у них нет ничего. Хотя был альбом, не знаю - минут на 30-35, довольно интересный и по текстам... Там какой-то поэт пел...

Как они тебя нашли?

Нашли меня как раз через этого парня... Причём там сборная группа: из Владимира, Карабанова, тоже Владимирская область...

О, у меня много кассет было из тех краёв...

Там Эдик есть. Он там на барабанах играл...

...Какой-то пост-рок - Хрустальный Пёс...

Фиолетовый Пёс.

Да-да!

Вот в этом Фиолетовом Псе басист оттуда играет сейчас. И Эдик этот на барабанах. Гриша там всем заправляет, вокалист Фиолетового Пса. А эти двое - они из Карабаново, вокалист из Владимира, а саксофонист вообще из какой-то Владимирской глубинки. Вот там музыка была вообще класс! А Фиолетовый Пёс мне как-то не очень... Мы с ними играли как раз - Ярче 1000 Солнц, какой-то концерт, клуб был "Полнолуние", какой-то хипповский, даже не хипповский - звукорежиссёр был чувак такой в строгом сером пиджаке, в таких брючках, ботинках с такими носами и причёска под Rolling Stones...

Под осла.

Да. Такие там заправляли всем кадры.
Я тогда чуть ли не три группы записал за лето - вот эти вот Двенадцать, Энола - это такой инди-рок с женским вокалом и барабанами и Ноги Винни-Пуха третья.

В Джерри Рубина много концертов записывалось?

Знаешь, одно время мне это очень понравилось. Я делал следующее: я брал у своего приятеля мини-диск-плейер пишущий, в него просто микрофон втыкал, а сам микрофон у стены у задней висел... В принципе, несколько концертов у чувака этого на мини-дисках валяются. Причём, начиная от нормальных групп, типа Пилоты В Дыму и Noisy Diabolo, до каких-то ужасов - какого-то панка...

Цифровать не думаешь?

А у меня этого нет ничего! Чувак этот пропал вообще! Из жизни выключился, женился на какой-то девушке с четырмя-тремя детьми, ушёл от семьи - от мамы...

Синдром Валька.

... И позвонил мне этой весной, а я его последний раз видел в 2001 году: "Макс, это я. Ты в типографии работаешь?" Я: "Я уже давно там не работаю!" Он: "А, а я хотел начинать деятельность..."

Мне понравилась запись, которую Панч привёз полтора года назад - концерт в Джерри Рубина Колеса Дхармы записали на цифровой диктофон просто на встроенный микрофон, держа его на вытянутой руке над головой! И качество, на мой взгляд, охуительное!

Ну, соотношение "шум-сигнал" у всех отличное, у цифровых этих штук. Микрофоны там тоже более-менее приемлемые. То есть, в принципе, идеально можно даже записать даже на видео-камеру цифровую! Даже можно даже не записываться - просто писаться на цифровую камеру. Некоторые камеры сейчас даже 48000 герц поддерживают, стерео. Так что сейчас вот такие демо можно писать хоть каждый день, по паре штук...

Ну, вроде всё спросил, что хотел.

А так приятно вспоминать!... Единственное, по поводу HC-Crew лучше спросить Студента - вот он, наверняка, больше всех всего знает!

А вообще, так сказать "у истоков" Moscow HC-Crew кто стоял? Он и Райх?

Ну да. Те, кто там на Горбушке тусовались... Нет, ну если брать глубже, то и Distemper туда можно "записать", потому что начинали они там с какого-то "Нью-Йорка", D.R.I. они играли ещё году так в 1989-м!

Я читал, что на "приёмном" концерте в Рок-лабораторию они играли в "металлический" день, я уже тогда насторожился...

Ну, это всё Agnostic Front, Cro-Mags... Это ж всё, в сущности, металл...

Куда ж потом это у них делось? Когда они к нам приезжали, у них был гольный ска-панк!

Тогда они играли втроём, не было Доцента - вокалиста. Тогда сочинял, по-моему, всё Носатый. А сейчас всё сочиняет вообще Байбак. Сейчас вообще всех выгнали - Носатого, Киселя (басиста)... Последний раз, когда я видел Байбака с Доцентом - это был какой-то концерт, в "Релаксе", панк-мега-фестиваль какой-то, групп десять там было. Они оба отрастили себе вот такие вот дреды! Огромные! Их даже никто не узнал!

Как ты, кстати, пережил московскую болезнь кришнаитством?

Да ни как! Максимум, что я себе позволял - это ходить в кафе, сейчас это уже ресторан, раньше это было кафе при храме на Беговой...

А общая атмосфера?

Ну, меня это никаким боком не привлекло! Группа Shelter вообще, честно говоря, никогда не нравилась! Эти вот 108 и прочие Кришна-ребята... Что это, думаю, за херня по музыке... Поэтому к Кришне я ни коим образом не пришёл. Хотя остальные все - да: и музыка им нравилась... И Райх даже кришнаитом был, мантры эти читал... Я, правда, это не видел, но говорили: "Да, теперь он кришнаит. Теперь он никого не трогает, за Любовь, Мир!" И Студент каким-то образом имел к этому отношение...
Всё-таки, было это уже лет десять назад - сейчас уже даже никто и не вспомнит!!! Скажут: "А, детство!..."

Август 2005 г. https://www.realart.narod.ru/Max2.htm

Легенды нью-йоркского хардкора Madball 24 июля выпустили на лейбле Nuclear Blast Records свой десятый студийный альбом под названием «Not Your Kingdom». Состав Madball менялся на протяжении многих лет с момента их образования в конце 1980-х, но Фредди «Madball» Крисьен оставался единственной постоянной фигурой в группе. Когда вышел пресс-релиз о новом альбоме, я был немного удивлён, увидев, что барабанщик Майк Джастиан уже 15-й год играет в группе, а гитарист Майк Гурнари — 7-й. Теперь, когда давний заместитель и друг Пол Делани стал постоянным басистом, Madball, похоже, готовы к новому этапу в своей истории. «Not Your Kingdom» — это по-прежнему тот Madball, который мы все знаем, но в нём также чувствуется прилив новой энергии. Недавно я проснулся утром, и в мою голову просто хлынул поток идей и вопросов о новом Madball, и я сформулировал эти вопросы примерно за 30 минут. Во время редактирования этого интервью я вспомнил, что летом 2026 года исполняется 30 лет с момента моего первого интервью с Madball для 9-го номера фанзина «In Effect». Я до сих пор помню, как встретился с Фредди и (тогдашним басистом) Хойей на углу Сент-Маркс-Плейс и Авеню А и просто задавал им вопросы, направляя на них диктофон, пока люди просто проходили мимо.

IE: Это уже десятый полноформатный альбом, который ты записал и выпустил с этой группой. С течением времени после каждого релиза тебе этот процесс создания и записи нравится больше или меньше?

Фредди: Должен сказать, что именно в случае с этим релизом мне процесс действительно очень понравился. Были альбомы, над которыми я работал, и в процессе подготовки и записи я получал гораздо меньше удовольствия. Такое бывает! На этот раз всё прошло гладко, и я был очень уверен в песнях, которые мы создавали. Они казались органичными и свежими, с ноткой ностальгии. Майки — отличная команда для совместного сочинения… Думаю, когда тебя окружают такие люди и такой талант, процесс становится намного лучше.

IE: Что ты можешь рассказать нам об обложке альбома «Not Your Kingdom»? В пресс-релизе указано имя фотографа, но есть ли у тебя какие-то подробности о том, в каком году и где, возможно, была сделана эта фотография?

Фредди: Эта фотография была сделана в 70-х годах в тюрьме «Аттика» в Нью-Йорке. Фотограф Корнелл Капа снимал жизнь в тюрьме после знаменитых — или, скорее, печально известных — беспорядков в «Аттике». Когда я наткнулся на эту фотографию, сразу понял, что это именно то, что нужно. Сначала я не был уверен, что смогу её использовать, но связался с нужными людьми и получил лицензию. Это изображение действительно отражает многие темы альбома. В переносном смысле, конечно, но да, если вы прочитаете тексты песен, то поймёте, о чём я. Думаю. Надеюсь.

IE: Сам текст песни «Not Your Kingdom» содержится в треке «What Say You» и в некоторой степени отражает ваше общее видение современного мирового лидерства. Какое именно послание вы пытаетесь донести с помощью этого конкретного текста?

Фредди: Да, нет сомнений, что «лидерство» — это глобальная проблема. Но она многослойна и глубже, чем некоторые готовы признать. Речь идет не только о президентах или политиках, которых все видят по телевизору. Не они управляют всем. В этой песне я затрагиваю эту и некоторые другие концепции. Можно сказать, что эта тема проходит красной нитью через весь альбом.

И да, смысл всегда есть. В этой песне я задаю вопрос и делаю заявление. Так что она многослойна. С одной стороны, я спрашиваю людей: что вы думаете об этом мире, о нашем обществе и о том, как им управляют, или о том, как пытаются ввести в заблуждение нашу молодёжь… и нас самих! Вы с этим согласны? Вы соучастники? Для меня всё это очень ясно и очевидно. Коррупция, обман и так далее. Я также напоминаю людям, что наше общество деградировало, а «наши» нравы и стандарты действительно пошли на спад. Возможно, мы живём в технологически продвинутую эпоху, но за завесой происходит много мрачного и тревожного. В конце концов, это не помешает мне и моим единомышленникам оставаться независимыми в своих убеждениях и в том, как мы прокладываем свой путь по жизни. Быть бдительными, максимально самодостаточными и думать самостоятельно — это, по сути, то, как мы всегда жили. Вы знаете, в духе хардкор/панк-рока! Но в его истинном виде… а не ради лайков или чтобы заявить о себе в моде. Мы всегда будем жить, так сказать, «вне рамок». «Ключи у тебя, но это не твоё королевство»… понимаете, о чём я?

IE: Большая часть этого альбома была записана в Нэшвилле. Если это было ваше первое длительное пребывание там, то какие впечатления у вас остались от города и от отделения «Американского легиона», где группа снимала клип на песню «Rebel Kids»?

Фредди: Часть материала мы создавали удаленно и в гастролях, но последние штрихи мы точно добавили в Нэшвилле. Очень важные штрихи. Я сейчас живу там, так что с логистической точки зрения это было логично, да и мы нашли там по-настоящему классных людей, с которыми можно было работать. Эндрю Бейлис и Ли Раус проделали потрясающую работу, помогая нам передать ту атмосферу, к которой мы стремились. Город просто великолепен… Я обожаю Нэшвилл! Там хорошие люди, и город гораздо разнообразнее, чем о нём думают. Во всех смыслах! В зале «Американского легиона» мы закончили писать и собирать альбом, поэтому было логично снимать там клип на «Rebel Kids». Отец М. Дж. связан с отделением № 82, и они разрешили нам писать и репетировать там бесплатно. Очень классные и добрые люди. Мы им очень благодарны… привет мистеру Джастиану и Кевину!

IE: Глядя на видеозаписи с концертов, где ты и в свои 50 лет по-прежнему выкладываешься на полную, становится очевидно, что ты серьёзно относишься к своей физической форме. Не мог бы ты немного рассказать, как выглядит твой режим тренировок?

Фредди: Мне уже 50?! Ой-ой! Ха. Спасибо за признание. У меня нет какого-то особого или секретного режима. Я стараюсь питаться здоровой пищей, делаю отжимания и упражнения с собственным весом время от времени. Возможно, скоро снова запишусь в спортзал, но я уже много лет этим не занимался. Немного работаю с тяжелым мешком, немного занимаюсь джиу-джитсу. Вот и всё. Я бы сказал, что больше всего меня в форме держит сама группа. Именно там я получаю большую нагрузку на сердечно-сосудистую систему и делаю много шагов!

IE: На новом альбоме восьмой трек — это интерлюдия под названием «Sunrise». При первом прослушивании казалось, что кто-то просто переключает радиочастоты, но после нескольких прослушиваний становится понятно, что в ней, возможно, есть более глубокий смысл, ведь в течение этой минуты ты исполняешь нечто вроде акапельной партии. Что ты можешь рассказать нам об этом восьмом треке?

Фредди: В нём разбросаны голосовые заметки с голосами и пением моих детей, а также, по сути, записи всех нас, работавших над альбомом. Заметки, которые мы отправляли друг другу. Там есть риффы от всех… MG, MJ, а также от меня, когда я прорабатывал «Life’s A Mural» на ранней стадии, и я пою оригинальный припев к «The Ride», который написал много-много лет назад. Это все настоящие записи… ничто из этого не было постановочным. Даже хип-хоп-сэмпл взят из песни, над которой я работаю для другого проекта. Мой приятель Stress действительно помог мне передать суть того, к чему мы стремились в этом проекте. Я рассказал ему о своей идее, и он точно уловил её. То же самое с «Rebelude». Это интерлюдии, а не треки, но их пришлось разделить на треки для удобства плейлиста. Изначально они были присоединены к песням «Rebel Kids» и «Life’s A Mural».

IE: Сколько примерно треков у вас было, когда вы впервые пришли в студию, и были ли среди тех, что вошли в финальную версию альбома, песни, которые, как вам казалось в начале работы, имели мало шансов попасть в альбом?

Фредди: Если считать интро, то у нас было около 17 треков. Остальные песни были вовсе неплохими… просто они не вписывались в общую структуру или атмосферу этого альбома. Но я бы не назвал их «бросовыми». Нам нравится, что мы уложились в 30 минут.

IE: Я читал, что недавно ты сказал, что с новым альбомом Madball «как бы заново открыли себя, не утратив ни капли того, кем мы являемся». В чем ты это чувствуешь сильнее — в текстах, в музыке или в обоих аспектах? И есть ли, по-твоему, какой-то конкретный трек, который лучше всего отражает это настроение?

Фредди: Думаю, и то, и другое! Мне кажется, это касается альбома в целом, а не какой-то одной конкретной песни. Конечно, некоторые песни больше в стиле «традиционного MB», но даже в них есть свежий подход. Ребята глубоко понимают, что такое Madball — и в прошлом, и в настоящем, и как мы должны звучать в 2026 году. Мы все были на одной волне, и это действительно помогло процессу, идее и атмосфере… воплотиться в жизнь.

IE: Группа Madball с начала мая приступит к третьему этапу европейского турне. Не мог бы ты рассказать о гастролях в Европе, в частности о весенних и летних месяцах, и о том, насколько важно для американских гастролирующих групп иметь в Европе активную концертную аудиторию, к которой они могут расширять свою деятельность?

Фредди: Европа играет огромную роль во всём этом! Европейцы приняли нашу сцену, нашу культуру и вносят огромный вклад в то, чтобы всё это оставалось живым и процветающим. Не только тем, что ходят на наши выступления в клубах и всё такое, но и тем, что приглашают нас на фестивали и подобные крутые мероприятия… что привлекает внимание не только к нашей группе, но и к хардкору в целом. Это позволяет нам познакомиться с разными людьми и разными аудиториями. Не каждый из них становится фанатом Madball, но появляется осведомлённость и любопытство, и это отражается на клубном уровне. В Америке это только начинает происходить… К счастью! У нас впереди несколько классных крупных американских фестивалей. Кстати… Я имею в виду крупные фестивали, а не хардкорные фестивали, которые тоже имеют место быть. В Штатах на этом уровне всё очень динамично. Я люблю свою страну, но в Америке всё очень зависит от моды. Вещи приходят и уходят. В Европе всё немного более стабильно и лояльно. Там тебя заставляют оставаться честным. То есть, как молодым, так и старым группам приходится усердно работать, чтобы завоевать своё место.

IE: На данном этапе твоей карьеры ты предпочитаешь выступать на крупных фестивалях или в небольших клубах? Изменилось ли твое отношение к этому с течением времени?

Фредди: Мне нравится и то, и другое. Это две разные атмосферы. Главное — чтобы люди веселились и получали удовольствие, и, надеюсь, твоя музыка находит отклик в их душах! Размер концерта не имеет большого значения… главное — это связь с публикой. У меня были небольшие концерты, которые я обожал, и такие, которые я просто не мог выносить. То же самое и с фестивалями.

IE: Ты, очевидно, являешься лицом этой группы, а два Майка уже в общей сложности 22 года почти незаметно держат её на плаву. Теперь к ним присоединился Пол Делани на басу. Можешь ли ты рассказать нам по одному интересному факту о каждом из других участников нынешнего состава Madball, о котором люди, возможно, не знают?

Фредди: Майки — отличные музыканты и авторы песен, это само собой разумеется. Я подверг их испытанию, и они прошли его на «отлично»! Серьёзно, они занимают самые верхние строчки в списке выпускников Madball. Но мастерство в своём деле и/или владение инструментом — не единственное требование для Madball. Мы все должны уметь уживаться и терпеть друг друга, когда мы вместе в туре. Кроме того, у нас должны складываться гармоничные отношения на сцене. Эти ребята — первоклассные как на сцене, так и за её пределами! У всех нас разные характеры и свои причуды, но нас всех объединяет взаимное уважение и высокая трудовая этика. Пол тоже идеально вписывается в эту картину. Его мастерство на басу — это совсем другой уровень! Но нас также связывает дружба, которая длится уже 30 лет. Он гастролировал с Madball более 20 лет назад и много раз на протяжении всех этих лет. Он был самым естественным выбором, и когда у него появилась возможность, мы сразу же его пригласили. Мы все очень рады, что он присоединился к нам. Он завершает эту мозаику.

IE: Группа Madball существует уже более 38 лет, и мировые гастроли занимают огромную часть в истории коллектива. Есть ли на этой планете места, где вы ещё не выступали, но которые хотели бы однажды посетить?

Фредди: Есть очень много мест, где мы ещё не были! Было бы круто поехать на Кубу. Моя мама родом оттуда, но я там никогда не был. Я бывал в Колумбии, откуда родом мой папа, и концерты там всегда проходят потрясающе. В Колумбии очень активная и яркая хардкор-сцена. Не думаю, что на Кубе такая же, но просто поехать туда и общаться с людьми через музыку было бы здорово. Ещё можно было бы увидеться с некоторыми родственниками.

Поддержите репостом, а также донатом

https://www.tbank.ru/collectmoney/crowd/r_yOVXEJkLZi.UxibjoqFUk/xsmm114473/?short_link=5wwxNTLlPeC&referer=https%3A%2F%2Faway.vk.com%2F&httpMethod=GET Т-Банк или 2200 1545 4266 7844 Альфа! любая монета пойдет на улучшение и дальнейшую работу! Заранее благодарю, спасибо

Привет, Лу, спасибо, что нашел время для этого интервью. Давно не виделись, дружище! Как у тебя дела?

Лу: Привет, Крис! Спасибо, что вспомнил обо мне и о группе для этого интервью! Мы с тобой знакомы уже очень давно, брат. Я взволнован и польщён, что могу поучаствовать в этом вместе с тобой. Помню, что в те времена я появлялся в паре выпусков «In Effect». У меня, кстати, до сих пор сохранились все номера, которые ты выпускал! В те времена, когда мы были моложе, у нас всегда получались какие-то сумасшедшие интервью. Постоянно подшучивали друг над другом, не воспринимали всё слишком серьёзно и просто получали от этого удовольствие. Когда хардкор был менее «деловым», если ты понимаешь, о чём я. В те времена, в эпоху нью-йоркского хардкора… если ты попадал в «In Effect», это было как: «Йо! Мы добились успеха!» Ха-ха. Тебя всегда уважали, и я горжусь тем, что ты до сих пор занимаешься этим.

Дни пандемии COVID были… СТРАННЫМИ… Думаю, «странные» — это именно то слово, которое нужно. Сначала никто толком не понимал, что, блядь, вообще происходит, и это было немного жутко. За время этой пандемии мы действительно потеряли немало родственников и друзей. Вчера ушла из жизни наша тётя Энджи. 102 года, крепкая, прямо из Бронкса! Даже в столетнем возрасте ездила на поезде… была настоящей крутой бабкой, пережила ВСЁ, а потом её убил этот дерьмовый вирус. Серьёзно!? Это чертовски грустно. Ужасно. Это не шутка, чувак. В Facebook полно «учёных и врачей», у которых есть свои теории обо всём этом дерьме и которые, кажется, всё знают. Пока они болтают о своих теориях… я буду придерживаться советов экспертов, которые закончили престижные вузы и посвятили большую часть своей взрослой жизни изучению и практической работе в области науки, биологии, медицины и т. д. Пока мы не поймём до конца, что это, блядь, за штука и что нужно сделать, чтобы избавиться от неё или хотя бы не допустить, чтобы она стала смертельной в массовом масштабе… я буду осторожен, следовать советам экспертов, носить маску и соблюдать социальную дистанцию от окружающих. У меня также ослабленный иммунитет из-за пятилетней истории борьбы с раком. Да, я пару раз облажался, забыл надеть маску и в прошлом контактировал с одним-двумя друзьями, но в остальном… я вел себя образцово. Соблюдал дистанцию ради безопасности своей и своей семьи, а также из уважения ко всем остальным. Удивительно, но мои дети чувствуют себя нормально и не сошли с ума, несмотря на то, что сидят взаперти. Мы довольно быстро приспособились к домашнему обучению и к тому, что нужно делать, чтобы пережить это. А поскольку с самого начала я запер их в подвале с парой буханок хлеба и миской воды… Думаю, можно с уверенностью сказать, что они пока не заразились.

Хотя Subzero время от времени давали концерты в рамках «воссоединения», с момента выхода вашего последнего альбома «The Suffering Of Man» прошло уже 15 лет. Какие факторы побудили вас всех к тому, чтобы сочинять, записывать и гастролировать с новой музыкой?

Лу: Ну, это не то чтобы было для нас просто хобби с самого момента создания группы. Я бы не назвал эти выступления «концертами воссоединения». Мы на самом деле никуда не уходили. Мы всегда были частью нью-йоркской хардкор-культуры, панк- и метал-культуры. В некотором смысле это образ жизни. Это не то, что можно просто бросить и полностью забыть. Это на 100% стало частью нашей жизни, частью того, кем мы были и кем стали. Мы ели, спали и мечтали об этом круглосуточно, и продолжаем делать это до сих пор. Это у нас в крови. Сейчас у нас есть семьи и «настоящая работа», поэтому сложно просто взять и отправиться в тур так часто, как раньше, и мы не выпускаем новый альбом каждый год. Мы никогда этого не делали даже в самые ранние годы… но мы всегда в этом, думаем об этом, живём этим и дышим этим так или иначе. У всех нас есть другие группы, над которыми мы работаем, у Ричи своя студия… это никогда не уйдет из нашей жизни. Одна только эта группа — это то, что было частью меня буквально больше половины моей жизни. Не говоря уже о том, что я был вовлечён в эти сцены задолго до появления самой группы. То же самое и со всеми остальными. Ненавижу, когда появляется новая группа, пытается всё захватить и взрывает сцену за одну ночь, потому что обманом заставила всех влюбиться в себя, а через пару лет просто ИСЧЕЗАЕТ, и о ней больше ничего не слышно. Как будто это ничего для них не значило. Денег не было, так что они просто ушли, чтобы заняться чем-то более прибыльным. Мы никогда не делали это ради денег и по-прежнему здесь, спустя 30 лет, не имея ни гроша за душой. Дело не в этом. Если бы дело было в этом, мы были бы одной из тех групп, о которых я только что говорил. Эта сцена — не гребаная мода. Эта хрень существовала задолго до нас, много-много лет, и её зародили люди, которых высмеивали, оскорбляли и изгоняли из того, что считалось и считается «мейнстримом», — и всё из-за того, как они/мы выглядели и что слушали. Эта сцена спасла жизни многим людям и дала им смысл жизни. Ребята боролись и усердно трудились, чтобы построить эту сцену и создавать музыку. Чтобы ИЗОБРЕСТИ новые стили музыки и моды, которые были бы ИХ, которые они могли бы назвать СВОИМИ! Это сцена, где люди могут носить или слушать хардкор, панк, метал или какую-то малоизвестную хрень и не подвергаться осуждению за это… потому что все там находятся по тем же причинам, что и ты, и все остальные. Мы все в той или иной степени сопереживаем друг другу и можем понять друг друга! Эта культура когда-то была андеграундной и считалась чистой и СВЯЩЕННОЙ. Сейчас я не могу сказать того же самого, поскольку в эту сферу ворвался бизнес. А из-за интернета и современных технологий её эксплуатируют больше, чем когда-либо прежде… НО времена меняются, и мы ищем способ сохранить её подлинность, как можем, чтя и помня корни, откуда всё это взялось и почему было создано изначально. Я вовсе не говорю, что нужно зацикливаться на прошлом. Я более чем за прогресс и изменения. Просто нужно уважать то, откуда всё это взялось, и защищать это от того, чтобы его отняли, использовали до тех пор, пока оно не станет бесполезным, а потом выбросили и забыли, как кусок мусора. Если кто-то не может это уважать, то он не продержится слишком долго и в конце концов найдёт что-то новое, за что можно ухватиться, пока не появится следующая «большая вещь». К чёрту всё это дерьмо. Вот почему мы до сих пор здесь и всегда будем здесь. Вот почему… даже несмотря на то, что мы не так часто гастролируем или что-то в этом роде… мы на самом деле никуда и не уходили. Всегда поддерживали группы, музыку и всегда тем или иным образом вносили свой вклад, чтобы помочь сохранить эту сцену живой. Для нас это не просто мода. Как бы банально это ни звучало… это на 100% часть нашей жизни… без всяких сомнений. И если нам захочется написать новую музыку… мы именно это и сделаем. Нет никаких правил, когда нужно выпускать следующий альбом или отправляться в тур. Мы будем делать это по-своему, когда почувствуем, что пришло время. Это время наступило именно сейчас, и мы выпустим то, чем гордимся, независимо от того, что об этом думают другие. Если вам нравится наш новый материал… то это, блядь, круто! Мы это по-настоящему оценим, это точно. Если нет… я ценю вашу честность, и я/мы по-прежнему в хороших отношениях с вами, что бы ни случилось. Мы никогда не задумывались о том, зачем мы это делаем. Просто так и есть.

Итак, вы, ребята, работаете над новым альбомом вместе с Марио и лейблом Upstate Records. Не могли бы вы рассказать, как вы с ним познакомились, а также поделиться информацией о песнях на новом альбоме?

Лу: Просто я постоянно замечал, что каждый раз, когда открывал одну из своих страниц в соцсетях, видел, как этот лейбл Upstate Records неустанно продвигает какую-нибудь из своих групп. Я имею в виду, буквально каждый день, когда я заходил, я видел пост от Upstate Records, раскручивающий какую-нибудь группу, так что мне стало любопытно. Я увидел, что у них целая куча классных групп со всей страны. Это довольно новый лейбл по сравнению с большинством других, с которыми я общался… но он, очевидно, активно продвигает музыку, выпускает качественные альбомы и обложки, а также обеспечивает хорошую дистрибуцию. Это казалось именно тем, что я искал. Я связался с ним, и он оказался одним из самых милых парней, который выглядел абсолютно искренним. Мы сразу нашли общий язык и договорились. С тех пор Марио и его партнёр по лейблу, которая, кстати, является его женой, Ким… просто НЕВЕРОЯТНЫЕ! Очень классные люди, которые относятся к лейблу и группам скорее как к семье, чем как к бизнесу, нацеленному на прибыль. Я имею в виду… Марио искренне заботится о своих группах на ЛИЧНОМ уровне. Я знаю это, потому что он всегда готов поговорить, если у меня проблемы дома, в жизни или что-то ещё. Как будто он мой настоящий брат, а я даже ещё не успел с ним познакомиться! Ха! Такое ощущение, будто я знаю его всю жизнь. И это уже о многом говорит с самого начала! Так что, да… я на ТЫСЯЧУ процентов чувствую себя с ним комфортно и знаю, что Upstate — это ОДНОЗНАЧНО тот лейбл, который нужен для выпуска этого EP под названием «Beauty In Sorrow», релиз которого запланирован на эту осень, а новый сингл «House Of Grief» выйдет уже в августе. Опять же… в песнях этого EP прослеживается множество разных стилей и влияний, и это лишь небольшая проба того, каким будет наш полноформатный альбом. В эти песни добавлено много неожиданных сюрпризов. Мы действительно очень гордимся тем, как всё получается. Названия остальных песен ещё не утверждены на 100%, так что я не могу точно ответить на этот вопрос. Могу только сказать, что на альбоме переплетается широкий спектр самых разных стилей.

Когда мы договаривались об этом интервью, Марио сказал мне, что я должен спросить тебя, какой твой любимый соус в банке, ха-ха!

Лу: Марио! Засунь себе в нос резиновый шланг!

Ладно, вернёмся к новой музыке. Итак, вы, ребята, записывали этот новый альбом в студии, которой руководит (или владеет?) Ричи, и уже близки были к завершению работы, а потом что произошло?

Лу: Да, Ричи пару лет назад открыл новую студию под названием Barking Dog Recording Studios в Брюстере, штат Нью-Йорк. Прямо по соседству со старым клубом «Boardwalk Cafe», если честно. Место просто класс. Ричи — феноменальный звукорежиссёр, который действительно вкладывает душу в то, чтобы всё, над чем он работает, звучало великолепно. Он очень глубоко вовлечён в работу с группами, с которыми сотрудничает, и это здорово. Раньше он работал звукорежиссёром в студии «Big Blue Meenie Recording Studios» в Нью-Джерси, а затем в «Sear Sound» на Манхэттене. Наряду с Electric Lady, Sear — одно из последних великих, ИСТОРИЧЕСКИХ студийных заведений в Манхэттене, где записывались все — от Боуи и The Police до Sonic Youth, Бьорк, Норы Джонс и других подобных исполнителей. Проработав там несколько лет и накопив необходимый опыт… он решил, что пришло время открыть собственное студию, о чём мечтал уже много лет. Пока что всё идёт довольно успешно. Мы, кстати, записали там нашу другую пост-панк/панк-группу под названием BLACK IN MOURNING. В её состав входят участники Subzero, Into Another, Youth Of Today, Stabbing Westward и т. д. EP уже готов. Осталось только сделать микширование. Следите за новостями и по этому поводу. Что касается нового альбома Subzero… мы делали отличные успехи, но потом нас настигла пандемия. Владелец здания, в котором находится студия, был вынужден закрыть его из соображений безопасности. Сейчас студия снова работает, и мы полным ходом занимаемся завершением оставшейся части записи, которую планируем закончить в октябре этого года. Приходите и посмотрите на студию! Она находится буквально в 5 минутах ходьбы от станции Metro North или в 40 минутах езды от Манхэттена.

Было ли у вас какое-то искушение или мысль пробраться внутрь, чтобы доделать то, что осталось, или вас буквально не пустили?

Лу: На самом деле не было никакой возможности пробраться обратно на работу. Совершенно невозможно. Это было отстойно, но в некотором смысле… для нас всё обернулось даже лучше, потому что пока мы ждали… мы написали и добавили в альбом ещё одну песню, что стало плюсом для всех. Просто пришлось набраться терпения и переждать эту хрень. Говорят, терпение и труд всё перетрут. Я всё ещё жду. Ха!

Вернёмся к альбому «Happiness Without Peace» и даже к более раннему периоду: звучание Subzero всегда было в стиле тяжёлого хардкора, но вы, ребята, всегда вставляли в него какие-то припевы или мелодии в стиле панк-рока. На альбоме «Necropolis», например, была такая песня, как «Swimherd». «The Suffering Of Man» был более прямолинейным альбомом в стиле тяжелого хардкора с меньшим количеством таких панк-влияний. Мой вопрос заключается в том, в каком музыкальном направлении вы, ребята, движетесь с этим новым альбомом?

Лу: Как ты и сказал… мы никогда не следовали никаким трендам и не придерживались строгого шаблонного формата при написании музыки. Что бы ни пришло нам в голову — так и будет. И мы не собираемся зацикливаться на прошлом или чувствовать необходимость звучать так, как звучали 30 лет назад… или копировать стили тех, кто был до нас. Конечно, всё это в той или иной степени всегда каким-то образом вплетается в нашу музыку, БЕЗ СОМНЕНИЯ… потому что это то, кем мы являемся и что на нас повлияло. В то же время мы по-прежнему оставляем двери открытыми, чтобы впустить более широкий спектр различных влияний, пытаясь сделать нашу музыку интересной и свежей. Мы никогда не писали специально для публики. Дело не в том, чтобы создавать музыку под то, что, как вам кажется, ОНИ хотят услышать. Конечно, мы хотим, чтобы им это понравилось, но если нет… то это совершенно нормально, и я уважаю это. Если нравится… то это круто, и я рад, что мы смогли найти общий язык на каком-то уровне, и уважаю их точно так же. В любом случае… если ты не пишешь от души или не то, что ТЫ сам хочешь услышать… то это не по-настоящему, и это будет видно.

Состав, который вы собрали — вы, Ларри и Ричи — придаёт этому воссоединению подлинную атмосферу, ведь вы, ребята, составляли три четверти того состава Subzero, который все знали и видели на протяжении многих лет. Не могли бы вы рассказать нам об истории остальных двух участников группы — в каких коллективах они играли?

Лу: Ну, на самом деле это не воссоединение. Мы никуда и не уходили. Просто взяли перерыв, чтобы заняться другими делами. У нас по-прежнему есть материал на целый альбом и даже больше, который мы писали, пока не гастролировали. Всё это выйдет после EP. Мэтти Паста играет на гитаре с нами уже более 10 лет. Он участвовал в нескольких наших европейских и японских турне, был с нами на туре EXODUS/SUBZERO и с тех пор не уходил из группы. Я нашел Мэтти много лет назад, когда он играл в Merauder, и, играя с нами, он в промежутках ещё несколько лет круто выступал с Crown of Thornz, Skarhead и Leeway. Мы знали Риггса Росса, нашего барабанщика, с тех пор, как ему было около 13 лет. По-моему, его первым хардкор-концертом был концерт Subzero. Мы все познакомились и с тех пор остались друзьями. Некоторое время он играл в Hatebreed, Madball и Crown of Thornz, прежде чем присоединился к Subzero лет три или четыре назад. Риггс — настоящий зверь за барабанами, и мы в восторге от того, что он наконец записывается с нами. То же самое и с Мэтти. Два потрясающих музыканта, которые к тому же настоящие, давние друзья и братья. Это лучший рецепт для совместной работы в группе. Если ты не можешь ладить с товарищами по группе, то лучше сразу завязать с этим или заняться чем-то другим. Ничего не выйдет. Нам повезло, что между нами такая связь. Я безмерно благодарен за то, что знаю всех этих ребят и что они есть в моей жизни. До самой смерти!

Клип на песню «Liohearted» вышел в 2007 году, его просмотры приближаются к 900 000, и, вероятно, именно это видео приходит на ум многим, когда они думают о Subzero. Клип представляет собой смесь кадров с концерта в клубе CBGB и сцен, где ты просто гуляешь по улице. Не мог бы ты рассказать нам о том, как снимался этот клип?

Лу: Эта песня была написана после того, как я прошел через пятилетнюю борьбу с острым лимфобластным лейкозом 4-й стадии. Я дважды умирал. Лучевая терапия головного мозга, спинномозговые пункции с введением химиопрепаратов в позвоночник, чтобы они проникли в мозг, пересадка костного мозга, множество различных видов химиотерапии буквально 5 дней в неделю на протяжении 5 лет подряд. Ходячий труп. Но! Вопреки всем прогнозам, после того как мне вынесли смертный приговор с, как они сказали, 23-процентным шансом на выживание… я победил болезнь. Позитивный настрой, хорошие друзья и семья, а также неукоснительное выполнение предписаний врачей каждый божий день. Это было сумасшедшее путешествие. Чтобы немного развеять мрачную атмосферу, ха-ха… Я помню первый день, когда меня выписали из больницы, чтобы я мог продолжить лечение дома. Моя тогдашняя девушка отвела меня в отличный итальянский ресторан напротив бара «Родео» в Манхэттене, чтобы отпраздновать хотя бы то, что я выбрался из больницы. Я заказал огромную телячью голень с гигантской косточкой, торчащей из нее! У меня просто слюнки потекли после столь долгого пребывания в больнице. Я съел эту штуку до последней крошки. Через 5 минут, потому что я, очевидно, все еще проходил химио… меня чертовски стошнило. Все владельцы и персонал были рядом, пытаясь меня утешить. Наконец, через полчаса, пролежав за столом и не в силах пошевелиться, я смог встать. Мы начали переходить 3-ю авеню к нашей квартире. Когда мы проходили мимо «Rodeo Bar» — классного ресторана/бара/музыкального клуба, где часто выступали блюграсс- и рокабилли-группы… мне снова стало оооочень плохо. «Родео Бар» находится на углу 27-й улицы и 3-й авеню. Стены заведения фактически представляли собой окна, которые шли от пола почти до самого потолка по всему периметру. Люди обедали за столиками прямо у окон, чтобы смотреть на улицу. Ну, вот я иду со своей девушкой, чертовски плохо себя чувствуя после этой огромной порции еды и с тошнотой от химиотерапии. Что происходит дальше? ДА… Я ИЗРЫГАЛ ОГРОМНОЕ количество РВОТЫ прямо на окна, а с другой стороны была забитая до отказа столовая, хахаха! Выражение лиц у всех было ПРОСТО ВЕЛИКОЛЕПНО! Как будто прямо у них на глазах кому-то отстрелили голову. Я извинился через окно, нервно хихикнул и пошёл дальше. Иногда в таких ситуациях, когда ты буквально умираешь, нужно смеяться и относиться к этому с юмором. Что ещё я мог сделать? Ха-ха. В общем… да. Песня «Lionhearted» о том, как сталкиваться с испытаниями, которые бросает нам жизнь, и пытаться сломать стены, сдерживающие нас. На самом деле, это может относиться ко всему в нашей жизни. Зависимость, депрессия, утрата, горе, болезнь, потеря работы или что бы то ни было… я, мой рак, конечно. Что бы это ни было… это песня о том, как собрать в себе мужество и силы, чтобы преодолеть трудности. Думаю, именно потому, что она так близка людям, она набрала к настоящему моменту почти миллион просмотров. Совершенно неожиданно. Я написал эту песню для себя, чтобы рассказать свою историю, а она превратилась в это. Это очень трогает. Я до сих пор получаю много писем от людей со всего мира, которые переживают тяжелые времена в своей жизни… они благодарят нас за песню и рассказывают, как сильно она им помогла. Это очень трогает. Наверное, это самое крутое, что когда-либо происходило со мной, помимо рождения детей. Я благодарен по многим причинам. Видео с концерта было снято во время выступления, которое мы дали в последние недели существования клуба CB’s, перед тем как он закрылся навсегда. Потрясающий концерт! Столько людей пришло поддержать нас! Это было потрясающе. На кадре с прыжком в начале — наш парень Деймон, Майк из Last Call Brawl, наш друг Джош, Брайан Фитц, на которого набросились… а позже он появился с дробовиком во рту. Эта сцена снималась внутри «Manitoba’s». Дик Манитоба из легендарной группы The Dictators… это был его бар в то время. 99 Avenue B. С этим местом связано много сумасшедших историй. О, боже… вам лучше не знать. Ха-ха. Сцены, где я лежал на больничной койке, на самом деле снимались в квартире режиссёра Кевина Кустера (режиссёр клипов Hatebreed, Redman, Wu Tang, Madball и т. д.), которую преобразовали под больничную палату. Специалист по спецэффектам снова сделал мне грим больного с помощью лысой шапочки и макияжа. В одной из сцен знаменитый татуировщик в стиле хоррор Пол Бут делает кому-то татуировку «Lionhearted». Это был просто отличный день. Много работы, но море удовольствия. Рэт Боунс появляется в нескольких сценах в заднем переулке у CB’s и в других местах. Я уже очень давно не смотрел этот фильм. Извините, если сейчас не могу вспомнить обо всём, кроме того, что это было очень весело и в компании множества замечательных людей. Я просто помню, как играл на концерте, а потом сразу же отрубился, потому что был совершенно измотан. Это был отличный день, и я благодарен за то, что у меня была возможность сделать что-то такое классное вместе со столькими замечательными людьми, которые пришли, чтобы принять участие! Джеймс Диджан! он же Malta The Damager был там на сцене! Дэнни-Воп и ребята! Хорошие времена. Мне нужно сейчас вернуться и посмотреть фильм, чтобы разглядеть все лица.

Вы, ребята, часто выступали в CBGB’s, и с течением времени наши воспоминания о некоторых вещах начинают стираться. Что из того, что вы пережили в CB’s — как поклонники музыки и как исполнители — вы никогда не забудете?

Лу: Это звучит как настоящий блюзфем, но я должен быть честен… Я не был ярым поклонником CB’s. Не говорю, что ненавидел это место, но в то время мне больше нравились другие клубы. Мне больше нравилось тусоваться с ребятами на улице перед клубом, чем играть там. Не знаю, в чём дело, но это не было моим любимым местом ни для выступлений, ни для просмотра концертов групп. Что касается выступлений в Нью-Йорке в «наши времена»… Wetlands и Coney Island High были моими любимыми местами для выступлений и тусовки. Там всегда было здорово, независимо от того, приезжали ли мы туда выступать или просто посмотреть на другие группы. После 80-х и, возможно, самого начала 90-х… у CB’s, казалось, уже не было той самой ауры. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление. Мне казалось, что играть там было как-то неинтересно. Не знаю. Просто в 80% случаев я этого не чувствовал. Хотелось бы сказать что-нибудь получше. Ха! Ходить туда как фанат групп в 80-х и начале 90-х было просто безумием! Те, кто там был, понимают, о чём я. Я обожал ходить в «The Ritz» в те времена! В этом месте витала просто невероятная атмосфера. Звук там был неповторимым. Он, блядь, не выходил из головы. Мой любимый хардкор-концерт всех времён прошёл именно там — с Bad Brains и Leeway в 87-м или 88-м? Билеты были распроданы. Помню, как после выступления Leeway я оказался на улице, а там было чертовски много людей — по всей улице толпились фанаты, которые сходили с ума. Множество хардкорных и скинхедских групп просто сходили с ума. Разбивались бутылки, драки вспыхивали одна за другой. В те времена в городе ещё царило настоящее безумие. Не у всех на улице были билеты, и я никогда не забуду… как только первый аккорд из «I Against I» раздался на улицах… ВСЕ, включая тех, у кого не было билетов, ринулись к входным дверям и прорвались сквозь охранников или кого там ещё, кто работал на входе. Это было чертовски безумно! Зал был ПЕРЕПОЛНЕН! Каждый человек в этом проклятом зале хором пел припев: «О-о-о-о-о»! У меня волосы на затылке встали дыбом. По спине побежали мурашки. И эта музыка в том зале! Ах, чувак… НИГДЕ на свете Bad Brains не звучали бы так невероятно, как в THE RITZ в ту ночь! Просто великолепно! Незабываемое впечатление!

За эти годы у вашей группы накопилось немало ярких впечатлений от совместных выступлений с такими грандами мира хэви-музыки, как Iron Maiden, Slayer, Megadeth, Motorhead и даже Эминем. Для хардкор-группы это довольно впечатляющий список. Не могли бы вы рассказать о некоторых из ваших впечатлений от выступлений с упомянутыми мной группами?

Лу: Да, чувак… столько историй. Начиная с того, как мы прятались в кладовой на корабле по пути из Швеции в Финляндию, куря травку с моими парнями и Джерри Олни (ему пришлось делать это тайком, потому что во время тура им не полагалось ни пить, ни что-то подобное, ха-ха), пока он рассказывал нам все эти истории о своих ранних годах и о том, как они играли с такими группами, как Black Flag, которые ночевали у них дома, когда бывали в городе. Истории о временах Danzig и о «ситуации» между ним и Misfits в то время. Он рассказывал нам столько классных историй. Это было как будто мы — кучка детей, сидящих вокруг костра, а какой-то старший парень рассказывает нам страшные истории или что-то в этом роде. Очень крутой момент. Или вот когда наш тур-автобус припарковался рядом с автобусом Megadeth на фестивале Grasspop. Я был ПЬЯН и дрался с и без того раздражённым Дэйвом Мастейном у его тур-автобуса… ПОД ЛИВНЕМ! Ха-ха. После того, как я сказал ему, что надеру его рыжую задницу… я случайно пролил на него пиво, потом ЗАСТАВИЛ его сфотографироваться со мной и отправил обратно в его автобус. Он был ВЗБЕСЕН… красный, как помидор… есть фото, где он злобно/плаксиво пялится на меня, а я смотрю на него с выражением «ну и что, блядь, ты с этим сделаешь?». Ха! Лазерные взгляды прожигают дыры в лицах друг друга. Его тур-менеджер стоит рядом с ним и нервничает… а Крис из Ryker’s стоит рядом со МНОЙ и подзадоривает меня. Ха! Вот что ты получаешь за то, что припарковал свой автобус рядом с нашим. Придурок! Это было во время европейского тура Subzero/Rykers. Один из самых запоминающихся моментов для меня — это когда я стоял на сцене с Maiden во время «Revelations» и слушал/ЧУВСТВОВАЛ ветер от 20 000 человек, СКАНДИРУЮЩИХ в паузах и устремляющихся обратно к нам. ДА, ДА «ХЕЙ!» ДА, ДА «ХЕЙ!» Невероятное ощущение! Можно только представить, каково это — выступать перед такой публикой каждую ночь. Мурашки по коже. Или наблюдать, как металлисты прыгают с банджи с гигантского крана, пока Slayer рвут и мечут «Raining Blood» в сумерках среди огня и взрывов! Ха-ха! Сумасшествие! А ещё были драки. Оооочень много чёртовых драк. Особенно во время тура с Misfits. Наш лейбл Century Media предупредил нас перед началом тура, что на концертах Misfits будет много панков старой школы, и они будут плевать на вас, если вы им понравитесь, и плевать на вас, если не понравитесь. В любом случае… я не собирался терпеть эту херню. Один раз за другим, и это, блядь, выводило нас из себя. Микрофонные стойки разбивались людям по головам! Целые барабанные установки швырялись в публику, сквоттеры каждую вторую ночь штурмовали стойки с мерчем! Насилие повсюду! Но лучше всего было, когда Дойл вступал в драку вместе с нами, и никто не знал, кто он, потому что он был без грима! Ха-ха-ха! Не знаю, чувак. Есть столько чертовых историй, что я буду здесь сидеть днями напролёт. Но вот несколько самых запоминающихся, наверное. Subzero занимается этим с перерывами уже более 30 лет, и за это время было пролито много крови, пота и слёз.

Если оглянуться назад — от самого начала существования группы до сегодняшнего дня — чем вы больше всего гордитесь в том, чего добилась Subzero?

Лу: Тем, что мы просто не сдавались и никогда не пытались быть кем-то, кем мы не являемся. Никогда никому не подлизывались, чтобы выступить на каких-то концертах или получить возможность делать то, что нам удалось. Я горжусь тем, что мы всегда оставались верны себе и всегда писали то, что хотели писать для СЕБЯ, не следуя «правилам». Спустя 30 лет мы по-прежнему такие же. Вместе с этим у нас появилась преданная культовая аудитория — люди, которые были с нами с самого начала и до сих пор приходят на все наши концерты, а также множество новых лиц. Я благодарен за это. Я горжусь тем, что мы — та группа, которая занялась этим не просто ради того, чтобы играть в какой-то группе. Горжусь тем, что являюсь частью чего-то такого крутого и значимого, как эта сцена, эта культура… и тем, что внес свой вклад в то, чтобы она оставалась живой все эти годы и ещё много лет впереди.

Интервью взято с сайта Ineffecthardcore

Послушать:

House of Grief [EP] (2020): https://vk.ru/audio_playlist-2000692454_8692454?access_key=60580e97dd4696e23d

Happiness without peace (1996): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114344?access_key=28a186e84bc7f99d52

The suffering of man (2004): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114348?access_key=1eb60b32b67b835372

Facecarz & SubZero [Split] (2006): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114349?access_key=d53d246fb82f73d156

Necropolis City Of The Damned [EP] (2003): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114347?access_key=54c06b3ec9f5cc93e9

Ice Age [EP] (1991): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114345?access_key=5df78542bb81636001

Live On WNYU (1990): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114343?access_key=234d4263f300337d83

[Demo] (1990): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114342?access_key=b816132fa9669d71c3

H.R. Giger [Demo] (1993): https://vk.ru/audio_playlist-54026921_79114346?access_key=8748559aca849fda29

Видео:

"Образовались в сентябре 2007, на осколках переформатированной местной воскресенской говно-мазафака-группы DeseKrate. Записи с репетииции начала 2008 года. Просуществовали ровно год  и были распущены , ввиду потери интереса «идейного вдохновителя» и «лидера» к данной затее, т.к. параллельно появившийся КОТS, казался более интересным и жизнеспособным проектом."

"В 2007 Дали несколько концертов в Москве, на каких-то убогих говно-фестивалях разнокалиберных ансамблей, даже давали интервью на местном радио... Была попытка записи альбома - удалось записать барабаны и гитары.

Далее, в течение 2008 года, как правило, выступали уже только разогревным «бонусом» к КОТС на площадках юговостока области, но все было заброшено за ненадобностью, в тени растущей «славы» КОТС :)"

"Можно сказать, что буквально разочаровались и потеряли интерес к тому , что самими же поется и делается - понимали, что получается какая-то убогая и глупая пафосная пародия на группы, которые слушали..."

Есть история, что в свое время группа достала номер телефона Рибсона и позвонила ему, чтобы попросить его помочь пробиться и быть услышанной, но по другую сторону телефонной линии услышали лишь недопонимание и отказ. Впоследствии в интервью Макс Баженов писал, что разочаровался в идеалах жанра (хардкор).

Демо альбом Voice of Pride:

послушать в ВК плэйлистом

https://vk.com/music/playlist/-230619367_14_9fe1a33690ea90d032

особенно нравится инструментальная песня M.R.H.C. (Moscow Region Hard Core)

Поддержите репостом, также донатом

https://www.tbank.ru/collectmoney/crowd/r_yOVXEJkLZi.UxibjoqFUk/xsmm114473/?short_link=5wwxNTLlPeC&referer=https%3A%2F%2Faway.vk.com%2F&httpMethod=GET

Т-Банк или 2200 1545 4266 7844 Альфа! любая монета пойдет на улучшение и дальнейшую работу! Заранее благодарю, спасибо

Максимально возможно собранный фотоматериал:

Чем ты занимаешься в последнее время? Как жизнь на Западном побережье? Чем ты занят?

Я женат и являюсь гордым отцом двух мальчиков, Таннера (4 года) и Райли (2 года). Работа и забота об этих двоих занимают практически все мое время, но это здорово. Южная Калифорния — классная. Я не в восторге от нее, но мы с женой переехали сюда из Нью-Йорка, чтобы быть ближе к семье и создать свою собственную. Мы наконец-то купили дом, и все хорошо.

Ты скучаешь по игре на гитаре? По чему скучаешь больше всего? А по чему не скучаешь?

Я, безусловно, скучаю по игре на гитаре. Хотя такое чувство появилось у меня совсем недавно. Некоторое время я был немного озлоблен и даже не хотел прикасаться к гитаре после того, как ушел из Madball, но не из-за самой группы, а из-за всей той ерунды, которая сопутствует попыткам зарабатывать на жизнь музыкой. Больше всего я скучаю по самой игре и по тому удовольствию, которое она доставляет, без необходимости беспокоиться о всякой ерунде. А вот по вынужденным гастролям и попыткам заработать достаточно, чтобы оплатить счета, я не скучаю.

Есть какие-то проекты?

На данный момент нет, но я хочу попробовать что-нибудь затеять. Я разговаривал с несколькими людьми, но все, с кем я хочу работать, так же заняты, как и я, так что трудно это запустить. Посмотрим...

Как ты увлекся хардкором?

Я увлекся хардкором на самом раннем этапе, когда он ещё находился под сильным влиянием панка. В 70-е, когда я был ещё маленьким, я был ОГРОМНЫМ фанатом Kiss, и благодаря этому привык слушать музыку с «более жёстким» звучанием. Люди всегда говорили мне, как сильно Kiss отстойны, а сами слушали Styx или Supertramp, и эти группы казались мне слабыми, так что панк и его «пошел ты» отношение стали естественным переходом.

К тому же, у меня родители из шестидесятых: мама действительно участвовала в уличных протестах и называла вещи своими именами, когда видела ерунду, а папа любил настоящую музыку и держался подальше от мейнстримной фигни.

Все это привело меня к панку, и к тому времени, когда я действительно начал в это вникать, было где-то 82–83-й, и такие группы, как Black Flag, Agnostic Front, Bad Brains и Minor Threat, определяли новое поколение, которое было настоящим хардкором, отделившимся от панка.

Так что же появилось первым в твоей жизни: метал или хардкор/панк?

Ну, сначала был классический рок, с которым меня познакомил отец — Led Zeppelin, The Who, Deep Purple и т. д. Потом появились Kiss, так что метал мне нравился, но я никогда не был «металлистом». Потом, когда я увлекся панк-роком в 82–83 годах и сделал себе ирокез, каждый металлист в моем городе хотел надрать мне, маленькому худышку, задницу, так что я возненавидел металлистов и метал.

Хардкор рассказывал о реальных вещах, а метал — это либо кучка парней с женским макияжем, поющих о любви, либо о Сатане. Так что для меня первым был панк/хардкор. После того как я стал скинхедом в 86-м и ситуация немного изменилась, и у меня появилась тусовка, которая могла соперничать с металлистами, я стал немного терпеть метал, но все равно считал его банальным. Я не мог принять всю эту чушь про «666» и «поклонение Сатане». Я начал по-настоящему увлекаться Slayer только с альбома «Seasons In The Abyss», который большинство фанатов Slayer ненавидят.

Какие группы тебе нравились в то время и откуда ты черпал вдохновение как действующий музыкант (независимо от того, играл ли ты хардкор)?

Мои любимые группы в детстве были в следующем порядке: The Beatles > Kiss > Van Halen > Sex Pistols > Различные панк-группы и ранний хардкор (GBH, Discharge, DKs, Black Flag, Jerry’s Kids, AF, Bad Brains, Misfits, Minor Threat, Negative Approach и т. д.) > Cro-Mags > поздний NYHC (Killing Time, SOIA, Underdog и т. д.). Большую часть своего юного панк/хардкорного периода я ненавидел металлистов, но Metallica в основном считалась панк-группой с длинными волосами. В те времена они тоже были круты.

В целом я всегда любил все виды музыки — от классического рока до блюза, джаза, R&B и хип-хопа, — что, как мне кажется, помогло сформировать меня как музыканта в целом, но если говорить о влиянии на группы, в которых я играл, то это, безусловно, ранний панк/хардкор, подобный группам, которые я упомянул выше, и ранние Metallica. Позднее на меня определенно повлияли AF, Cro-Mags, Killing Time и Obituary (Cause Of Death — чертовски хороший альбом, а их концерты в те времена были просто шикарными).

Ты осознавал, что являешься частью какого-то движения (хардкор, панк или стрейт-эдж), или это было что-то другое?

Я точно понимал, что хардкор — это движение, и именно это меня привлекало. Как я уже говорил, в моем городе, Сент-Поле, штат Миннесота, было полно отвратительных белых отбросов, которые считали Mötley Crüe чем-то особенным и не могли смириться с тем, что я и мои друзья-панк-рокеры существовали. Они называли нас «педиками», а мы отвечали: «Вы видели фотографии Винса Нила и Томми Ли??? Эти парни носят помаду и сетчатые чулки, а мы тут педики??» К тому же, послушай Minor Threat или AF и скажи мне, что это не круче, чем «Too Young to Fall in Love» или какая-нибудь другая херня из металла.

В конце концов, после того как Cro-Mags появились в Миннесоте, все металлисты стали подлизываться к нам и нашей сцене. А как движение, поскольку мы, панк- и хардкор-ребята, были в меньшинстве, нам приходилось держаться вместе, и мы так и делали. В те времена можно было поехать в любой город страны и, найдя группу парней, одетых так же, как ты, понимать, что вы — братья. Ты знал, что увлекся музыкой по тем же основным причинам и пережил то же самое. Это было круто.

Есть ли какие-то концерты того времени, которые особенно запомнились тебе?

Концерты, которые запомнились мне (в произвольном порядке):

1. GBH в качестве хедлайнеров, а Cro-Mags — на разогреве в клубе First Avenue в Миннеаполисе, штат Миннесота, 1986 год. Я был настоящим фанатом GBH и даже носил причёску с длинными обесцвеченными игольчатыми волосами. Я узнал название Cro-Mags на флаере, потому что всего за несколько недель до этого видел по телевизору шоу Donahue, посвященное панк- и хардкор-сцене Нью-Йорка, где брали интервью у Харли и Джона. Я решил, что это Oi-группа, потому что они были скинхедами, а Oi тогда не было моим, так что я не придал особого значения тому, что они были в афише.

Я зашел в клуб, и эти парни просто зажигали на сцене! Это был первый раз, когда я слышал, как хардкор-группа играет с точностью метал-группы и звучит по-настоящему профессионально. К тому же их энергия на сцене была просто нереальной. Я помню, что около 1100 человек были этим довольно шокированы, включая меня. Харли между песнями говорил что-то вроде: «Следующая песня посвящается всем вам, ублюдки, у которых на лицах выражение, будто вы не понимаете, что происходит. У вас, наверное, какая-то «MALFUNCTION» (неисправность). Я побрил голову примерно через неделю.

2. The Dead Kennedys и Husker Du в St. Paul, MN Armory. 1985 год. Мой первый большой концерт. Там было ОЧЕНЬ много людей, а я был еще совсем молодым парнем. Я не был уверен, изобщо не надерут ли мне задницу, но именно это и делало все таким захватывающим.

3. Black Flag на туре «Slip it In», First Avenue. 1985 год. Я был их большим фанатом, но больше любил их ранние вещи, такие как «Nervous Breakdown» и «Damaged». Я смотрел на Генри Роллинса на сцене с его длинными жирными волосами, а группа играла эту медленную, скучную хрень. Настоящее разочарование и первый раз, когда я понял, что мне не обязательно это нравиться только потому, что это хардкор.

Я уже упоминал концерт 1986 года, когда Cro-Mags впервые выступили в Миннесоте и просто сразили всех наповал. В следующем году нам посчастливилось выступить с ними на одной сцене, и это было чертовски круто — играть и тусоваться с этими ребятами как на дневном концерте, который собрал полный зал, так и на более позднем «пьяном концерте», где в зале почти никого не было, кроме групп и Джоан Джетт. На следующий день мы с Скоттом прогуляли вторую половину уроков в старшей школе, чтобы проехать 5 часов до Милуоки, штат Висконсин, и попасть на их концерт, и группа приняла нас, поделилась с нами своим бэкстейджем, едой и т. д. Это тоже было отличное выступление и хорошее воспоминание.

4. Agnostic Front в рамках тура «Liberty And Justice For...», где-то в пригороде Чикаго, 1988 год — тем же летом, когда вышел альбом «Live at CBGB’s». По какой-то причине AF так и не приехали в мой родной город в Миннесоте, пока я не присоединился к группе, а мы с друзьями были их большими фанатами с тех пор, как были маленькими панк-рокершами и слушали «Victim in Pain». В 1988 году мы все были скинхедами, и зал был забит скинхедами со всего Среднего Запада. Мои друзья из Миннеаполиса и большинство парней из Чикаго были антирасистами и составляли подавляющее большинство в тот вечер, но всегда была вероятность, что нацисты могут появиться.

Кроме того, хотя мы все хотели верить, что Agnostic Front не были сторонниками «белой силы», ходило много слухов, и, поскольку мы никогда не видели их вживую, нам было любопытно, как пройдет этот вечер. AF вышли на сцену, и первыми словами Роджера были: «Весь этот сет посвящается всем антирасистским скинхедам», — и они начали с «Crucified». Зал сошел с ума. Это было чертовски хорошее шоу.

5. Bad Brains на туре I Against I в First Avenue в 1987 году. Группы, выступавшие в First Avenue, обычно давали по два концерта в день — дневной концерт для всех возрастов и более поздний «пьяный» концерт вечером, на котором открывался бар и вход был разрешен только тем, кому исполнилось 21. По какой-то причине у Bad Brains в этот раз было только «пьяное» шоу.

First Avenue не создавал проблем мне и моим друзьям, потому что мы знали руководство, и они впускали нас, если с нами был какой-то законный опекун, так что в последнюю минуту в тот вечер мы убедили моего отца пойти с нами. Зал был заполнен не даже наполовину, так что мы отлично провели время внизу на танцполе, а мой отец смог удобно устроиться и смотреть с балкона. Группа была потрясающей, и моему отцу очень понравилось. Сейчас у него даже есть две пластинки Bad Brains (конечно же, виниловые).

Интервью для HEAVYMAG о проекте S.O.S.

Имя Мэтта Хендерсона — это не просто имя в мире хардкор-музыки. Будучи участником двух самых известных и легендарных нью-йоркских групп, Agnostic Front и Madball, после пятилетнего перерыва он недавно объединился с вокалистом Скоттом Фогелем и барабанщиком Ником Джеттом, обоими из Terror, басистом Крисом Битти из Hatebreed и гитаристом Сэмом Трапкином из Trapped Under Ice, чтобы создать нечто, что можно было бы назвать хардкор-супергруппой. S.O.S. — это проект, который начался как идея и завершился 11-минутным EP под названием «I Owe You Nothing», сочетающим в себе интенсивное мастерство музыкантов и хаотичные идеи.

«I Owe You Nothing» длится всего 11 минут, но, если я не ошибаюсь, от написания альбома до его записи прошел довольно длительный процесс, верно?

Да, от зарождения идеи записать альбом до того, как мы собрали команду, с которой нам было приятно работать, прошло много времени. Как только мы определились с этим и физически собрались вместе… мы потратили всего несколько выходных на запись альбома от начала до конца, включая написание и запись.

А учитывая, что участники группы были так заняты своими другими проектами, было бы сложно собраться для репетиций из-за несовпадающих графиков?

Да, было много подобных проблем, и именно поэтому так долго не получалось начать, но, к счастью, как только мы начали, на завершение работы ушло не так много времени, что, на наш взгляд, было хорошо.

Альбом действительно имеет олдскульный хардкорный саунд, напоминающий такие группы, как Gorilla Biscuits и Manliftingbanner, что для меня лично является предпочтительным стилем. 

Я не был уверен, насколько хорошо это сработает. Мы не говорили себе: «Ладно, это должно звучать в стиле олд-скул», но мы действительно хотели, чтобы альбом был очень прямым и лаконичным. Лично для меня образцом послужил альбом «Victim In Pain» (Agnostic Front), который я до сих пор считаю потрясающей хардкор-пластинкой от начала до конца. В нём есть эта сырая, взрывная энергия, он хаотичен, а песни — классика! Песни отлично подходят для подпевания. Я не говорю, что мы создали «Victim In Pain», но для меня это был образец, который я держал в голове.

И краткость песен… Мне это очень нравится в этом альбоме. Он просто бьёт по ушам и оставляет желание услышать ещё. Мне нравится в хардкоре то, что в нем нет лишней чепухи. Просто БАМ! Начало, конец, минута — и все готово.

Конечно. Чтобы донести свою мысль, ты просто выкрикиваешь её — и всё. Ты говоришь прямо, не ходишь вокруг да около. Песни длится минуту, потому что это всё, что нам нужно было сказать. Нет смысла повторяться или пытаться донести мысль по-другому… это прямо и прямо в тебя, и на это уходит всего минута, и мы можем сделать это 7 раз.

И учитывая, что это так коротко, а у вас у всех такой плотный график, я должен спросить: услышим ли мы еще что-нибудь от S.O.S. в будущем, или это был просто разовый проект?

Ну, поскольку мы все друзья и постоянно поддерживаем связь друг с другом, и все мы были очень довольны тем, как все получилось, никто не говорит: «Все, мы больше ничего не будем делать», но это не входит в основные планы. План состоял в том, чтобы просто повеселиться и сделать это, и предполагалось, что мы не вернемся к нашей обычной деятельности, учитывая, что эти ребята сейчас в своих группах, а я занимаюсь семейной жизнью, так что… посмотрим. Я не могу сказать, когда это будет, или сказать «никогда», но на данный момент нет никаких ближайших планов.

Учитывая, что ты гитарист, хорошо известный своим стилем и звучанием в хардкор-музыке, мне интересно узнать, какое оборудование ты используешь, чтобы добиться того особого звучания, которое слышно на альбомах, на которых ты играешь, ведь оно довольно характерное.

Прежде всего, у меня никогда не было достаточно денег, чтобы покупать топовое оборудование. Мне всегда приходилось нелегко добиваться того звучания, которое я действительно хотел. Как гитарист, я вырос на классическом роке, а потом перешел к Эдди Ван Халену, который был моим главным кумиром. Очевидно, что его звучание никогда бы не подошло к тому стилю музыки, который я играю сегодня, поэтому я и не пытался добиться такого звучания. Следующей группой, ориентированной на гитару, которая, на мой взгляд, действительно повлияла на мое тяжелое звучание гитары, была Metallica; Metallica старой школы с характерным стилем. Возможно, это и было самым большим влиянием на меня, благодаря которому я добился того, что слышу как мощный, жирный звук, но я никогда не шел по пути попыток выделять риффы так, как это делают более поздние металлисты, и не пытался добиться супер-хрустящего звучания, потому что я все еще играю на всех 6 струнах, когда бренчу аккорды, понимаете, о чем я? Я играю полные барр-аккорды. Я никогда не играю простые пауэр-аккорды, используя только первый и третий пальцы. В конечном счете, я думаю, что это больше зависит от моего стиля игры, моего отношения и того, как я пытаюсь сыграть рифф, чем от самого звука. Для записи альбома я использовал гитару марки Agile, которая выпускает копии Gibson. Они стоят недорого и сделаны хорошо. Я очень доволен этой гитарой, которую я купил. Я бы порекомендовал их всем и каждому, если вам вообще нравятся гитары в стиле Gibson. Я просто подключился к Dual Rectifier, старой, побитой, с кабинетом Marshall. Все довольно просто, просто включите громко!

Фредии Мэдболл о Мэтте в интервью 2018 году на сайте New Noise magazine 

Для записи этого альбома вы вновь объединились со своим бывшим гитаристом Мэттом Хендерсоном. Как вам удалось восстановить с ним связь спустя столько лет?  

Мы никогда не переставали быть друзьями. Он всегда оставался для нас как член семьи. Это важно, потому что именно так и начиналась эта группа: она начиналась с друзей. То есть, да, мы начали с помощью Agnostic Front, и мой брат как бы помог все это собрать воедино и вывести меня на сцену перед людьми и все такое, но все равно это не было чем-то, что было создано индустрией, лейблом или кем-то еще. Это были друзья, которые собрались вместе, чтобы играть. Ребята из Agnostic Front превратились в ребят из Madball. [Бывший барабанщик] Уилл Шеплер до сих пор остается одним из моих лучших друзей. Мэтт Хендерсон тоже до сих пор один из моих лучших друзей.

Так что, да, мы поддерживали связь на протяжении многих лет, и всякий раз, когда мы играли где-то рядом с Мэттом, он выскакивал на сцену и играл на второй гитаре, и он присоединялся к нам на пару туров. Так что он как бы был частью команды. Даже несмотря на то, что он ушел из группы в… неважно, в каком году это было, в 98-м, 99-м, он как бы всегда оставался членом Madball. Он не поедет с нами в тур, потому что на данном этапе своей жизни он не может этого сделать, но он всегда будет частью нас, и я был рад, что смог привлечь его к работе, особенно над этим альбомом. Он действительно привнес свой звук во все это, и это было идеальное сочетание.

Роб Каллин (вокал) и Крис Бенетос (бас-гитара) из группы Everybody Gets Hurt дали интервью после своего выступления в пабе Shakers Pub в Окдейле, штат Нью-Йорк, 2 ноября. Группа «EGH» была центральной фигурой возродившейся в конце 90-х — начале 2000-х годов хардкор-сцены района Квинс в Нью-Йорке, которая в основном базировалась в легендарном клубе Castle Heights, расположенном в Джексон-Хайтс. EGH не извиняются ни за брутальный стиль хардкора, который они играют, ни за жестокие питы, возникающие во время их концертов, которые за почти 30-летнюю историю группы привели их во все уголки земного шара. Я знаю басиста Криса Бенетоса и его семью уже более 30 лет, так как мы практически выросли вместе и все вместе открыли для себя эту сумасшедшую музыку — от Exodus и Slayer до Leeway и Outburst. Тот факт, что EGH были активны в 2024 году и играли концерт недалеко от дома, стал для меня отличным поводом съездить туда и пообщаться с ним и Робом, чтобы узнать, как у них дела. Фрэнк на гитаре и Марио на барабанах дополняют нынешний состав EGH. Фото на обложке: Даниэль Домбровски. Графика: Пол Турано.

IE: Как дела, ребята? За последние пару недель EGH дали несколько концертов как в Европе, так и теперь на Восточном побережье, в Филадельфии и на Лонг-Айленде. Ранее в этом году вы играли на FYA во Флориде, а также дали концерт в Бруклине. Какие факторы повлияли на возвращение EGH в этом году?

Роб: Изначально мы думали, что просто дадим пару концертов, а потом как бы уйдем со сцены. У меня просто было такое небольшое желание, которое нужно было реализовать, и я пошел к Крису и сказал, что хочу снова собрать группу и просто сыграть пару концертов, чтобы удовлетворить это желание. Кто знает, может, нам повезет и мы сыграем на Суперкубке.

Крис: Мой сын Эйдан открыл для себя группу в подростковом возрасте и очень хотел увидеть нас вживую. Это стало для нас большим стимулом, чтобы снова собраться.

Роб: Кроме того, мы встретили Майка Диджана (Crown Of Thornz), и он сказал нам, что мы даже не представляем, что у нас есть с EGH. Я спросил его, что у нас есть? Он ответил, что нынешнее поколение подростков, увлеченных хардкором, очень заинтересовано в том, чтобы увидеть группы, которые раньше играли в Castle Heights в Квинсе. Именно такой хардкор из Квинса и этот боевой стиль. Он сказал нам, что если мы хотим вернуться к этому, то у нас будут возможности, и я спросил: «Что ты имеешь в виду?» Он сказал, что может помочь нам выступить на фестивале FYA во Флориде, что знает парней Боба и Джо Хардкора и что они нас примут. Мы согласились, и все прошло просто отлично. Они так хорошо нас приняли.

Крис: У них там действительно отличная сцена, очень хорошие люди, отличная атмосфера.

IE: Так это выступление на FYA привело к двум недавним концертам в Европе?

Роб: Ребята, которые недавно привезли нас в Шотландию, прилетели, чтобы увидеть нас на FYA. Они действительно классные парни. Когда мы узнали, что они прилетели из Шотландии, чтобы увидеть нас во Флориде, мы были в шоке. Они подошли к нам, хотели сфотографироваться и всякую такую ерунду, а мы были типа «да, блядь». Потом они предложили отвезти нас в Шотландию и оплатить все расходы. Бельгия тоже хотела, чтобы мы приехали, так что мы решили объединить поездки, вместо того чтобы ехать по отдельности. Типа, да пофиг, устроим себе быстрый уик-энд. Шотландская сцена просто дикая. Эти ребята там просто убийцы! Там была такая группа Despize, они были просто невероятны!

Крис: У нас много родственников и друзей в Бельгии. А в Шотландии мы были впервые. Но сразу почувствовали себя как дома. Клуб, в котором мы играли… The Flying Duck… у него был свой ритм. Он пульсировал, у клуба было как бы собственное сердце. Это было феноменальное выступление.

Роб: Это было как попасть в шотландскую темницу. Как будто всех этих маньяков засунули в эту маленькую комнату. Охранники сказали: «Хер с этим, мы будем наверху, делайте, что надо», а мы: «Ладно, отлично». А концерт в Бельгии, как сказал Крис, там как в семье. Приехали ребята из Германии, приехали ребята из Франции. Оба концерта были распроданы, и это было просто здорово.

IE: Вас, наверное, удивляет, что спустя столько лет вы все еще можете давать концерты с аншлагом в других странах, причем промоутеры еще и оплачивают вам поездку туда.

Крис: Это заставляет смириться.

Роб: Без сомнения. Мы просто отбросы из Квинса. Ребята из DMS были на пике популярности в 90-х. Madball, 25 Ta Life, Crown Of Thornz, Bulldoze… эти парни были как звезды, чувак. А мы были теми, кто боролся в андеграунде, просто пытаясь попасть на концерты. Все нас как-то ненавидели. Наши друзья устраивали кучу неприятностей. Было много драк, так что было тяжело. Сейчас кажется, что это совсем другой мир. Молодые ребята смотрят на нас как на равных, и это фантастика.

IE: Когда ты вспоминаешь о периоде расцвета EGH, какие концерты сразу же всплывают в твоей памяти — в лучшую или худшую сторону?

Роб: Некоторое время назад я написал песню под названием «At Sunset In Osaka». Мы были в Японии, и наш первый концерт прошел в Хиросиме, где собралось около 150 ребят. Это был хороший концерт… было весело, но при этом создавалось ощущение, будто мы играем у себя дома. Ничего особенного не было. Ребята там были действительно классные, танцевали и все такое. На следующий вечер мы пошли в заведение под названием Bayside Jenny’s. Вместимость зала была около 3000 человек, и когда мы вошли, мы подумали: «О, блядь, мы должны были собрать полный зал?» Это же, блядь, шутка какая-то. А мы были хедлайнерами. Я вышел и просто побродил по Осаке, а когда вернулся, зал был просто забит людьми, которые висели, блядь, на стенах. Мы доказали себе, что можем быть чем-то большим, чем просто какой-то дерьмовой группой из Нью-Йорка. Выступать хедлайнерами на аншлаговом концерте в Осаке перед 3000 зрителей было чертовски воодушевляющим.

Крис: Во время последней песни сцена была просто забита людьми. Они подняли нас на плечи. Это было безумие. Концерт, который мне особенно запомнился, был в Вашингтоне, где мы выступали на разогреве у Bad Brains на «Суперкубке хардкора». Нас даже не было в афише. Мы просто ворвались на «Суперкубок» и спросили, можно ли нам сыграть.

Роб: Организатор концерта сказал: «Я приглашал вас в прошлом году», но мы не приехали. Мы ответили ему: «Мы здесь сейчас». Он посмотрел на нас и сказал: «Я дам вам 20 минут». Shutdown играли на большой сцене, а мы — на маленькой, и вдруг все как будто вырвались из толпы. Все эти отбросы вышли и начали драться друг с другом ради нас.

IE: Мы уже упомянули название «Castle Heights», и я не могу представить себе интервью для EGH без упоминания этого культового клуба в Квинсе, ведь он был одним из самых важных андеграундных заведений Нью-Йорка за пределами Манхэттена. Для тех, кто по каким-то причинам никогда о нём не слышал, не мог бы ты рассказать немного об истории твоей группы и других коллективов, с которыми вы часто там выступали?

Крис: В Нью-Йорке хардкор зародился на Манхэттене. В эпоху дневных концертов в CBGB никто не пинал в мош-пит. Если ты это делал, тебя спрашивали, не балерина ли ты. Однажды в CBGB проходил концерт Warzone, и наш друг Джеймс Диджан начал пинаться напротив сцены и просто всех убивал. Он был просто сумасшедший. На Манхэттене был «ту-степ», но мы хотели поднять его на новый уровень. Через некоторое время «ту-степ» стал немного скучным, и мы усовершенствовали его с помощью таких вещей, как «кулаки ярости», вращающиеся удары ногой и все эти приемы кунг-фу в пите. Вот что мы делали в Castle Heights. Мы просто усовершенствовали сцену и танцевальные движения.

Роб: Наш друг Ричи Тернбулл… Я познакомился с этим парнем, когда он вскочил на руки. Я вошел в Castle Heights с напитком, чувствуя себя по-настоящему крутым. Я в своем клубе, все мои друзья здесь, и этот парень прыгает на руках и начинает засыпать меня ударами ногами по лицу, мой напиток разлетается, и я такой: "Что за хуйня?". А он смотрит на меня и говорит: «Эй, мы в Касл-Хайтс, брат! Вот что тебе нужно делать!»

IE: С какими еще группами вы там чаще всего играли?

Крис: У нас были «Five Fingers of Death»! Наши братские группы. «Sworn Enemy», «Irate», «Billy Club Sandwich», «Everybody Gets Hurt», «Eye 2 Eye», а «Witches Finger» — это «Five Minute Major». Эти ублюдки… мы все там творили чудеса. А потом мы привозили туда и своих друзей. Мы привозили Cold As Life, Punishment, Shattered Realm…

Роб: Наш друг Кит из GFY сейчас рефери в UFC, парень путешествует по всему миру в качестве рефери, но он все равно находит время, чтобы приехать на благотворительный концерт.

IE: Как у тебя сейчас обстоят дела вне музыки?

Роб: Я занимаюсь кунг-фу. Хожу на занятия по шаолиньскому кунг-фу. Это очень тяжело, и я полный ноль. Я буквально худший боец в истории. У меня нет координации. В моей школе тренируются примерно 3 дня в неделю, а суббота — день боев, так что приходится драться с другими ребятами из класса. Ребята в моей группе все моложе и сильнее, лучше подготовлены и быстрее. Так что у меня есть? У меня нет ничего, кроме чертовски большого носа и способности сидеть там и принимать на себя удары. Они избивают меня, но я остаюсь там и бьюсь с ними. Им это нравится. Им нравится иметь боксерскую грушу, которая бьет в ответ. Это фантастика. Я люблю это, но Брюсом Ли я никогда не стану.

Крис: У меня есть семья и моя прекрасная жена Радия. У меня двое детей, Эйдан и Мелия. У меня замечательная семья, и мы все делаем вместе. Для меня важно возить их в отпуск и по всему миру, потому что я никогда не ездил в отпуск с семьей, так как мы были бедны. Мы росли в любви, но в бедной семье. Я стараюсь сделать для своих детей все то, чего у меня никогда не было.

IE: Продолжая тему детей… что они знают об EGH и что они об этом думают?

Роб: Мы все женаты и имеем детей. Моего старшего сына мы раньше часто брали с собой в CBGB’s. Он знал, что к чему… сейчас ему 28 лет. Но мои младшие… мы сделали перерыв в работе группы, поэтому, когда мы взяли их с собой на FYA Fest в начале этого года… это был их первый хардкор-концерт. Они смотрели на меня так, будто спрашивали: «Кто ты такой?» (Смеется). Они видели, как их папа выходит из-за угла и превращается на сцене в сумасшедшего маньяка.

Крис: Я старался дать своим детям настоящее детство. Я сам вырос слишком быстро. Я старался не показывать им тяжелую музыку, когда они были маленькими, но когда они стали подростками, они сами ее нашли. Мой сын Эйдан очень увлекся Everybody Gets Hurt и говорил мне, что он самый большой фанат. Он знал все, даже тексты песен. Он сыграл большую роль в нашем возвращении. Он говорил Робу: «Эй, дядя Роб, а можно устроить воссоединение EGH, чтобы я мог увидеть вас вживую?» Теперь он приходит на наши концерты, выходит на сцену и поет вместе с нами. Он невероятный, и я очень горжусь всей своей семьей. Я люблю их.

IE: На мой взгляд, «Everybody Gets Hurt» — одно из лучших названий для хардкор-группы за всю историю, тем более что оно так хорошо соответствует имиджу группы. Я уже спрашивал тебя раньше, как появилось это название, но хотелось бы услышать более подробную версию, если можно.

Крис: «Everybody Gets Hurt» — это группа, которую мы основали где-то в 1990 или 1991 году, и название придумал вокалист Юджин. Это был боевой клич. Он был в баре на Лоуэр-Ист-Сайде, там играла песня «Nobody Move, Nobody Get Hurt» (Yellowman), в баре началась драка, и он просто сказал: «Да пошло оно все, EVERYBODY GETS HURT». Позже в клубе The Wetlands ко мне подошел Роб и сказал, что хочет создать группу. Я пел в другой группе, как подменщик, и Роб подошел ко мне и сказал: «Эй, Крис, у тебя большой нос, у меня большой нос, мы можем захватить хардкор-сцену, давай создадим группу вместе». Он знал, что я был в группе под названием Everybody Gets Hurt, и спросил, можем ли мы снова использовать это название. Так что название нам дал Юджин, а остальное — история. Мы пронесли его по всему миру.

IE: Какие самые серьезные травмы, связанные с хардкором, ты получал?

Роб: Мне сейчас 51 год. Я поехал посмотреть на выступление Фила из Irate в Джерси. Он выступал в качестве приглашенного гостя с группой Fury Of Five — это действительно отличная группа. Я знаком с этими ребятами еще со времен своего становления и очень их люблю. Они вышли на сцену, и эти парни были чертовски накачаны, они в отличной форме, песни звучат великолепно, они выглядят как надо, и я думаю, что это снова 1997 год… Я выхожу туда. Я вышел туда, и это не сработало так уж чертовски хорошо. Так что я танцую и чувствую, как парни пинают меня по ногам, у меня синяки по всей длине ног. Наконец, один парень действительно сильно меня пнул, так что я нанес ему удар сзади, и почувствовал, как у меня просто хрустнуло в плече, потому что я чертовски старый. А я тренируюсь по кунг-фу, так что должен быть растянут и готов к бою. Я ударил его по макушке, и мое плечо просто хрустнуло и просто опустилось на меня. И я почувствовал, что могу сбить этого парня, так что я собирался ударить его ребром ладони. Я вращаюсь так быстро, как могу, но неправильно оценил его рост и ударил его прямо по макушке, сломав себе большой палец. Это было жестко, но не драка, я просто сделал то, что должен был. Итак, подведем итоги. Я вывихнул плечо и сломал большой палец за один раз. Это был мой последний раз, когда я танцевал. Эти ребята грубые, и я больше не буду в это ввязываться.

Крис: Они пинали его по ногам и бедрам, и у него были огромные синяки. Однажды мы играли в Castle Heights, и я запутался в проводах во время первой песни. Я упал и ударился о звуковую аппаратуру у сцены. Раздался щелчок, и я сломал ключицу. Я отыграл весь сет со сломанной ключицей.

Роб: Я расскажу тебе историю, которая еще хуже, про этого парня, когда он пел в Outburst. Он сделал сальто назад в толпу в Wetlands. Когда он оказался вниз головой, он ударился о чертов динамик и разбил себе голову. Он посмотрел на меня и сказал: «Брат, ты помнишь слова следующей песни?» Я сказал ему, что не знаю текстов Outburst, и он сразу же вернулся на сцену, истекая кровью и выглядя как профессиональный рестлер, которого порезали лезвием.

Крис: Однажды во время тура я сломал три ребра, и ездить в фургоне со сломанными ребрами было просто ужасно. Пару недель назад, когда мы играли в Шотландии, я складывал ладони чашечкой, чтобы подбрасывать ребят в толпу, и сломал оба больших пальца. Они до сих пор не зажили.

IE: Где EGH гастролировали в прошлом и в какие регионы/страны вы ещё хотели бы попасть?

Роб: Мы были в Германии, Франции, Испании, Бельгии, Великобритании, выступали в Японии, Пуэрто-Рико, Канаде и, конечно же, в США. США — странное место. Мы не совсем то, что можно было бы назвать «любимцами Америки». Сейчас всё изменилось, всё стало совсем не так, как раньше.

Крис: У нас было много проблем с организацией концертов здесь, в США. Нам в жизни никогда ничего не давали просто так. Мы были хедлайнерами каждого тура, в котором когда-либо участвовали, и я сам организовывал каждый тур, в котором мы участвовали. Никто никогда не давал нам тура. Нас часто игнорировали. Есть много крупных промоутеров и много крупных тур-агентств, которые говорят, что они хардкорные, но они никогда нас не брали. Мы — настоящая независимая хардкор-группа, и ни один из этих парней никогда нас не брал. Позор им за то, что они не поддерживают андеграундную сцену. В итоге мы сами объехали весь мир. Любой может это сделать. Нужно только усердно работать и быть настойчивым. Продолжайте бороться, и у вас все получится.

IE: Приведут ли последние несколько выходных с концертами в Европе и на Восточном побережье к тому, что EGH начнет давать ещё больше концертов? Есть ли что-нибудь на горизонте прямо сейчас?

Крис: Мы хотим дать нашим фанатам возможность увидеть нас, прежде чем мы завершим карьеру. Мы стареем и думаем о том, чтобы когда-нибудь в будущем завершить всё. Я знаю, что в Калифорнии и Аризоне просто сгорают от нетерпения увидеть нас.

Роб: Понимаешь, у меня нет никаких гребаных фанатов, никому нет дела до моей уродливой задницы. Им нравится группа, им нравится атмосфера, которую мы создаем, и, честно говоря, эти ребята хотят испытать то, что происходило в Castle Heights. Они хотят прийти и отрываться по полной. Мы — повод прийти туда и вести себя как идиоты. Ну, ублюдки, если вы, ребята, хотите драться и избивать друг друга до полусмерти, я дам вам музыку, под которую это делать, без проблем. Крис здесь такой милый, он такой сладкий, но я настоящий злодей и настоящий злодей, и я знаю, кто мы такие, чувак. Мы — гребаная машина для уничтожения людей.

Крис: У нас чертовски жестокая музыка, чувак.

Роб: Мы приходим и устраиваем беспорядки, и я счастлив это делать. Вот почему все эти группы нас не любят. Мы приводим с собой наших тупых друзей и устраиваем беспорядки, а люди, которые хотят нас увидеть, приходят не для того, чтобы сосать друг другу члены у витрины Macy’s. Они хотят кого-нибудь избить до полусмерти, так что простите, что я привожу сюда невежественных ублюдков. Крис во всем видит хорошее и говорит, что мы приводим хороших людей, и они веселятся, а я говорю: «Нет, мы приводим монстров, которые хотят надирать друг другу задницы».

И.Э.: Хочешь что-нибудь добавить, прежде чем мы закончим? Спасибо за уделенное время.

Роб: Мы будем в Калифорнии, в Техасе, в Тампе, в Осаке (Япония), у нас снова есть несколько предложений из Европы.

Крис: Все это на 2025 год.

Роб: Мы будем продолжать гастролировать в 2025 году, не знаю, может, и в 2026-м, но, возможно, это будет последний занавес. 30 лет?

Крис: В 2026 году нам исполнится 30 лет.

Роб: Я хочу уйти победителем, чувак. Я не хочу уходить, как одна из тех групп, на концерты которых приходит 20 человек. Спрос по-прежнему очень хороший, и у нас есть много хороших возможностей, например, предложение поехать в Таиланд. Интересная штука. Нас еще ждет много интересных приключений, но я не знаю, сколько сил у меня еще осталось, так что мы просто будем продолжать играть, пока не почувствуем, что пришло время прощаться.

Крис: Я хочу поблагодарить свою семью — Радию, Эйдана и Мелию, мою маму Диану. Я готов на все ради них. И, конечно же, спасибо всем фанатам EGH.

Послушать:

The Dark Seeds of Man (2001)

https://vk.com/music/album/-2000758931_8758931_f57fc2b632d44faebb

It Is What It Is (2007)

https://vk.com/music/playlist/6063431_360_a5b558930d9c3033e9

Музыка New York HardCore представляет собой самостоятельное явление, отдельный жанр, который изначально был географическим обозначением. Конечно, это так и остаётся, но само обозначение NYHC сейчас используется для описания определённых групп.

Одной из самых недолговечных, но исторически значимых групп настоящей NYHC-сцены является Rest In Pieces. Группа была основана в 1985 году барабанщиком Sick Of It All Арманом Маджиди, который возглавил группу вместе с гитаристом Робом Кальхуном, басистом Джошем Баркером и барабанщиком Альбертом Брандом. Они преуспели в том, что у них получалось лучше всего в то время, а именно в создании агрессивной, насыщенной тестостероном тяжелой музыки.

Эта музыка была переполнена душащей энергией, выразительными эмоциями и черпала вдохновение из жизни на улицах Нью-Йорка. Rest In Pieces выпустили свой первый альбом, «My Rage», в 1987 году на лейбле One Step Ahead Records (с тех пор он переиздавался несколько раз множеством лейблов). К моменту его выпуска к группе присоединился гитарист Роб Эчеверрия (ex-Helmet, ex-Biohazard). Альбом, продолжительность которого составляет менее тридцати минут, представляет собой прямой взрыв безудержной, мужественной городской тревоги.

В то время Rest In Pieces довольно регулярно выступали в своем регионе, и примерно в 1988 году к ним присоединился басист Крейг Сетари (SOIA, бывший участник Cro Mags, Youth Of Today и Agnostic Front), а в 1990 году они выпустили свой самый известный альбом «Under My Skin», выпущенный лейблом Roadracer Records. Второй альбом группы отличался гораздо более чистым и качественным звуком, чем его предшественник, а также немного более ориентированным на грув музыкальным стилем.

Его украшала обложка с работой знаменитого художника Брайана «Pushead» Шредер, который сам был музыкантом (см. Septic Death) и чьи работы на протяжении многих лет украшали релизы Metallica, Prong, Corrosion Of Conformity и других групп.

«Under My Skin» стал последним (на данный момент) студийным альбомом Rest In Pieces, поскольку группа настолько превысила свой бюджет на запись, что лейбл отказался выделять им дополнительные средства или время. Говорят, что единственным способом, который они видели для того, чтобы противостоять условиям контракта, было расформирование группы, что они и сделали вскоре после этого.

Время от времени Rest In Pieces давали разовые концерты, например, на фестивалях. Последним из них стал ежегодный Black ‘N Blue Bowl 2017 года, где к классическому составу группы — Арманд, Крейг и Роб — присоединился Дэнни Шулер (Biohazard) на ударных.

Интервью с Rob Echeverria (Straight Ahead, Rest in Pieces, Biohazard, Helmet)

Ты играл в группе Rest in Pieces одновременно с Straight Ahead? И как ты оказался в Rest in Pieces?

В 1984–1985 годах я подружился с Лу и Питом Коллерами через Майка Сенткевица. Мы учились в разных школах, но увлекались одним и тем же: Anti-Nowhere League, Motörhead, Misfits и т. д. Время от времени Арманд приезжал из Тарритауна [деревня в округе Вестчестер, штат Нью-Йорк] и тусовался с нами. В какой-то момент он принес демо RiP, и я увидел трио в составе группы. Straight Ahead образовалась примерно в то же время, так что мы какое-то время пытались совмещать обе группы. В то время многое происходило. Думаю, именно тогда Крейг Сетари начал играть с Youth of Today и Agnostic Front. В итоге это привело к тому, что Арманд спросил меня, не хочу ли я играть с Pieces. Потом в состав вошли я, Арманд, Джош и Эл. Крейг присоединился, по-моему, где-то в 88-м.

Помнишь, как калифорнийский лейбл (One Step Ahead) решил выпустить альбом Rest in Pieces «My Rage»?

Все, что я помню, — это то, что Майк Рубинштейн из One Step Ahead Records в Калифорнии хотел дать нам деньги на запись LP. Так что мы это сделали. Думаю, песни отличные, но в типичном для Pieces стиле мы так и не смогли добиться идеального результата. Запись звучит довольно неплохо, учитывая, что мы были просто детьми, но всегда сложно передать то, как группа звучит вживую. В студии у нас никогда не было надежного барабанщика, не было фундамента. Для меня и Арманда все должно было быть правильно, слаженно, понимаешь? Но так и не получилось. Мы пытались стать более слаженными, добавив Крейга, но так и не нашли приличного барабанщика.

Мы подписали контракт с Roadracer [ныне Roadrunner Records], и это было началом конца. Эл не мог и не играл на том альбоме. Арманд был вынужден записывать партии барабанов и по какой-то причине захотел «петь». Мы перебрали бюджет, и лейбл отказался давать нам больше денег и времени. Дела пошли так плохо, что единственным способом выйти из контракта был распад группы. Арманд уже был в Sick of it All, так что, полагаю, он выбрал путь наименьшего сопротивления. Крейг последовал за ним. Я всегда чувствовал, что у нас троих была особая химия и негласное взаимопонимание в музыке, которое должно было привести группу очень далеко. Pieces могли бы стать чертовски крутой группой. Мне до сих пор жаль, что у этой группы так и не было шанса.

Тем не менее, второй альбом Rest in Pieces, «Under My Skin», сильно недооценен. Вы получили много критики, когда он вышел, из-за изменения звучания и потрясающего кавера на Montrose?

Обложка с Montrose была больше связана с влиянием Iron Maiden и «рок-корнями», которые были у RiP. В этом-то и дело. Мы любили The Sweet, Рори Галлахера, Hawkwind, даже классическую музыку. Арманд был блестящим автором песен и потрясающим гитаристом. Мы разделяли любовь к музыке, ко всей музыке. Под поверхностью этой группы было столько всего, что так и не воплотилось в жизнь. Это было идеальное смешение рока, панка и метала.

Участники:

Armand Majidi - Vocals, Drums (1985-1990, 2017) играл также: Sick of It All, ex-Straight Ahead

Rob Echeverria - Guitars (1987-1990, 2017) иград также: ex-Helmet, ex-Biohazard

Craig Setari - Bass (1989-1990, 2017) играл также: ex-N.Y.C. Mayhem, Sick of It All, ex-Cro-Mags, ex-Agnostic Front, ex-Axe Attack, ex-Bloodclot!, ex-Crab Society, ex-Creep Division, ex-Cro-Mags JM, ex-Smegma, ex-Straight Ahead, ex-Youth of Today

Danny Schuler - Drums (2017) Играл также: Biohazard, ex-Among Thieves, ex-Bloodclot!