Драко изменился до неузнаваемости. Мальчик, огрызавшийся, прикрываясь привилегиями и гордостью, стал мужчиной, выкованным молчанием, сдержанностью и гнетущей болью от осознания, что когда-то стоял не на той стороне истории. Он стал менее жестоким, но и менее уверенным в себе. В нем появилась хрупкость, словно в стекле, которое, наконец, остыло после долгих лет в пламени.

А Гарри перестал пытаться спасти мир. Ему больше некого было спасать. Война забрала слишком многое — детство, близких людей, смысл продолжать бежать в огонь. Теперь он просто дышал и пытался отыскать кусочки себя в тишине, наступившей после криков.

Они нашли друг друга случайно. Или по воле судьбы. Или, возможно, вселенная, все еще неумолимая и древняя, решила подарить им что-то нежное, хотя бы раз. Всё началось медленно. Сначала они писали друг другу письма — сначала формальные и сухие, как разговоры о министерстве, затем всё более личные, но в едва уловимой манере. Они говорили о дожде, о воспоминаниях, вызванных небрежным словом.

Затем появились взгляды. Кивки в коридорах. Тихий, испуганный смех в тихих лифтах. Долгие взгляды, о которых никто из них не говорил. Гарри заметил, что Драко всегда колебался, прежде чем улыбнуться, словно ожидая боли. Драко заметил, что Гарри никогда не подходил слишком близко к стенам, как человек, обученный ожидать засады.

И вот однажды ночью, в тишине коридора, тускло освещенного угасающим светом, Гарри поцеловал Драко. Нежно. Осторожно. Словно он проверял край чего-то священного. И Драко не вздрогнул. Он позволил ему.

С этого момента они начали строить что-то вместе. Осторожно. Ночи, проведенные за обводкой старых шрамов на коже друг друга, не всегда спрашивая, что они означают. Утра, запутанные в простынях, полные неуклюжих прикосновений и неохотных прощаний. Драко держал Гарри, словно тот был чем-то, что нужно простить, чем-то хрупким и мимолетным. Гарри касался Драко, словно боялся проснуться и обнаружить, что всё это ушло.

Они говорили о прошлом, произнося лишь наполовину сформированные фразы, позволяя тишине делать большую часть работы. Они говорили о будущем, как о далекой мечте, которую они не заслуживали. Это было тихо. Нежно. Что-то, что ощущалось как любовь, даже если они никогда не называли это вслух. Возможно, они боялись того, что последует, если они это сделают.

Но это не история любви. Это нечто совсем другое — что-то острое, медленное и неизбежное. Расплата, замаскированная под тепло. Месть, обернутая в нежную кожу и прошептавшая «Я люблю тебя».

Потому что Гарри никогда не забывал. На самом деле. Ни чулана. Ни войны. Ни похорон. Ни тех дней, что сливались в ночи, когда его руки не переставали дрожать. Он никогда не забывал могильную тишину детства, когда никто не приходил его спасти. Он никогда не забывал Люциуса Малфоя, стоящего в зале суда. Нераскаявшегося, безупречного и гордого, в то время как имена мертвых произносились как обвинения. Кровь на его руках и ни проблеска раскаяния в глазах. И Драко был там тоже. Рядом со своим отцом, который носил свою фамилию, как знак почета, который молчал, пока люди кричали, который заплакал только тогда, когда война достигла ворот его собственного дома. Драко любили. Это было самым жестоким во всем этом. Не всегда нежно, возможно, не всегда безоговорочно. Но яростно. Люциус Малфой мог быть жестоким, надменным, злобным, но он был отцом, защищавшим своего сына, оскалив зубы и подняв палочку. Драко вырос в крепости, построенной из страха и власти, и его там лелеяли. Поэтому он закрывал глаза. Затыкал уши. Делал вид, что не слышит криков. Было легче любить своего отца, не спрашивая, что означает кровь на его туфлях. Было легче выжить, когда ценой была только чужая боль.

У Гарри никогда не было шансов против такого наследия. Не тогда, когда все, кого он когда-либо любил, умирали, крича или истекая кровью. Не тогда, когда правосудие так и не свершилось. Не тогда, когда горе стало языком, на котором он свободно говорил. Поэтому нет, он не забыл. Он не мог забыть.

Драко, однако, знал правду. Он понимал это с первого поцелуя, с первого «я люблю тебя», застрявшего в горле Гарри. Он замечал, как Гарри иногда смотрел на него, словно измеряя расстояние и просчитывая риски. Он слышал это в тишине между каждым поцелуем. Он чувствовал это в нерешительности, в секундной паузе, прежде чем Гарри тянулся к нему, словно ему нужно было напомнить себе, почему он здесь.

Драко всегда знал. Он знал, что Гарри пришел за кровью, а не за искуплением. Но ему было все равно. Если это — руки Гарри, рот Гарри, голос Гарри посреди ночи — было его наказанием, то он примет его с радостью. Потому что, по крайней мере, Гарри видел его. По крайней мере, он держал его. Даже если это было не по-настоящему.

И когда это наконец сломалось, когда все развалилось, Драко не кричал. Не умолял. Он стоял на их кухне, свет лился на пол, как золото, и ждал. Голос Гарри был ровным, ровным, холодным: «Ты действительно думал, что я могу любить тебя?»

«После того, что твоя семья сделала с моей? После всего, чему ты позволил случиться?»

«Я использовал тебя, Малфой. Это все, чему ты когда-либо был».

Драко улыбнулся. Не потому, что ему не было больно, а потому, что часть его ждала этого. Потому что боль, когда она наконец находит свой дом, кажется почти облегчением.

— Я знаю, — сказал он, голос дрогнул, дыхание сперлось. — Я просто надеялся, что ты соврешь еще немного.

И Гарри ушел, не сказав больше ни слова. Он осторожно закрыл за собой дверь, что почему-то было больнее, чем если бы он ее захлопнул. Драко простоял там долго. Тишина в квартире была похожа на крик, запертый под водой. Он не заплакал сразу. Пока не сел на кровать, которую они когда-то делили. Пока не понял, что запах Гарри уже выветрился с подушки.

И даже тогда его сломило не предательство. Его сломило эхо тепла, которого почти хватило, чтобы исцелить его. Почти. Драко плакал, потому что на краткий миг он почувствовал вкус любви. Настоящей любви. Не долга. Не наследия. Не страха. Чего-то нежного, щемящего и живого. И теперь он будет голодать до конца своих дней. Он будет жить с призраком этого, тоскуя по тому, к чему ему больше не позволят прикоснуться.

Когда-то он боялся войны, боялся позора. Но ничто, даже самые холодные моменты его жизни, не подготовило его к этой тихой, личной скорби.

И где-то Люциус Малфой однажды услышит об этом. И, может быть, почувствует тяжесть этого в своей груди. Потому что даже самые жестокие люди могут любить своих сыновей. И, возможно, тогда поймет. Что не министерство, не тюрьма и даже не история заставили его сына заплатить.

Это был Гарри Поттер.

И это была любовь.

Истинная любовь.

Такая, которая не убивает, а позволяет жить достаточно долго, чтобы чувствовать ее отсутствие каждый день.

— Конец.

Пепельница на кофейном столике уже переполнялась окурками тонких сигарет, а в бокале плескались остатки вишневого ликера. Драко, полулежа на потертом диване, смотрел в окно, где за стеклом уныло моросил дождь. Он не чувствовал особого влечения к чтению старого томика Шекспира, который лежал раскрытым у него на груди, но и делать абсолютно ничего тоже не хотелось. Просто существовать в этом полумраке, под шум дождя, в окутанной дымом комнате.

В дверь тихонько постучали.

— Войди, — пробормотал Драко, даже не повернув головы.

Гарри. Конечно же, Гарри. Он всегда появлялся в такие моменты, словно чувствуя перемены в его настроении, словно притягивался к нему каким-то невидимым магнитом. На нем была его любимая старая вязаная кофта, пропахшая камином и книгами, и на щеках играл легкий румянец от морозного воздуха. В руках он держал небольшую коробку.

– Принес тебе кое-что, – сказал Гарри, опускаясь на край дивана рядом с ним. Его голос звучал тихо и мягко, словно шепот ветра.

Драко лениво взглянул на коробку. – Что это?

– Шоколад, – ответил Гарри с легкой улыбкой. – Знаю, ты любишь.

Драко вздохнул, но взял коробку. Открыв ее, он обнаружил там ассорти из темного шоколада, украшенного сушеными ягодами и орехами. Выглядело почти произведением искусства.

— Ты, как всегда, — пробормотал Драко, беря одну из конфеток. — Слишком заботливый.

Гарри пожал плечами. – Кто-то же должен быть. Можно я включу музыку?

Драко кивнул, и Гарри подошел к старому проигрывателю, стоявшему в углу комнаты. Он аккуратно поставил на пластинку какой-то джаз, и комната наполнилась приглушенными звуками саксофона и контрабаса.

Драко закрыл глаза, наслаждаясь вкусом шоколада и мелодией. Гарри сел обратно на диван, но уже ближе. Он взял руку Драко в свою, переплетая их пальцы. Его прикосновение было теплым и успокаивающим.

— Все в порядке? — тихо спросил Гарри.

Драко открыл глаза и посмотрел на него. В зеленых глазах Гарри было столько искренней заботы и понимания, что у Драко сжалось сердце.

– Просто… один из тех дней, – ответил Драко. – Когда прошлое кажется ближе, чем настоящее.

– Тогда просто побудь здесь, со мной, – прошептал Гарри, поднося руку Драко к своим губам и нежно целуя костяшки пальцев.

Драко подался вперед и прижался к Гарри, ощущая его тепло и его запах. Они сидели так молча, в полумраке комнаты, под звуки джаза и шум дождя, и в этом молчании было больше слов, чем в тысяче разговоров.

В какой-то момент Драко почувствовал, как Гарри осторожно убирает у него изо рта почти докуренную сигарету и тушит ее в пепельнице. Затем он взял еще одну шоколадную конфету из коробки и поднес ее ко рту Драко.

– Открой, – прошептал он.

Драко послушно открыл рот, и Гарри положил шоколад ему на язык. Сладкий вкус растаял во рту, и на мгновение Драко почувствовал, как тьма отступает.

Он притянул Гарри к себе за кофту и поцеловал его. В этом поцелуе не было страсти или желания, только благодарность, доверие и тихая, глубокая любовь.

Когда они оторвались друг от друга, Драко прижался лбом к лбу Гарри.

– Спасибо, – прошептал он.

Гарри улыбнулся и нежно погладил его по щеке.

– Всегда пожалуйста, – ответил он. – Я всегда буду рядом.

И Драко знал, что это правда. Даже в самые темные и унылые дни, Гарри будет его маяком, его теплом, его спасением.

Тонкий аромат свежемолотого кофе невесомо танцевал в воздухе, смешиваясь с едва уловимым запахом свежей выпечки, который словно окутывал все вокруг, создавая уютную атмосферу в маленькой кофейне. Гарри, погруженный в свои мысли, сидел у окна, наблюдая за дождем, лениво стекающим по стеклу. Он неторопливо отпивал бодрящий напиток, ощущая, как тепло мягко разливается по всему телу, согревая изнутри.

Дверь кофейни тихо звякнула колокольчиком, говоря о чьем-то приходе. Гарри, оторвавшись от завораживающего танца дождя на стекле, поднял глаза и увидел Драко, стоящего на пороге. Дождь слегка растрепал его светлые волосы, а на темном пальто виднелись темные пятнышки от капель. В его облике чувствовалась хрупкая уязвимость, но при этом он оставался невероятно элегантным, как будто сошедшим со страниц старинной книги. Драко окинул взглядом помещение, и его глаза сразу же нашли Гарри. На губах расцвела легкая улыбка, и в этот момент показалось, что в комнате стало немного светлее. Он неспешно прошел к стойке, оставляя за собой невесомый шлейф терпкого парфюма, напоминающего о хвойном лесе после дождя, заказал что-то у бариста и направился к столику Гарри.

—Прости, задержался. Ливень начался, как назло, — проговорил Драко, присаживаясь напротив.

— Ничего страшного, мы же не торопимся, — ответил Гарри.

На столе появилась тарелка с бельгийскими вафлями, щедро посыпанными сахарной пудрой, словно невесомым снегом. Драко улыбнулся, увидев, как глаза Гарри загорелись тихим детским восторгом.

— Помню тебе нравится вафли отсюда.

— Они лучшие во всем Лондоне, — с благодарностью подтвердил Гарри, осторожно отламывая кусочек вафли.

Разговор тек плавно и неторопливо, как и дождь за окном, словно тихая мелодия, сотканная из обрывков фраз и взглядов. Они говорили обо всем и ни о чем – о работе, о погоде, о глупых новостях из «Пророка». Гарри с нежностью наблюдал за Драко, за тем, как он слегка морщится, отпивая слишком горячий кофе, за тем как по-детски радуется, когда ему удается рассказать забавную историю, словно лучик солнца пробился сквозь тучи.

— Знаешь, — вдруг сказал Гарри, откладывая вилку и задумчиво глядя в окно, — мне кажется, мы стали… обычными.

— Обычными? В каком смысле?

— Ну, мы… как все нормальные люди. Ходим в кофейни, едим вафли, обсуждаем погоду. Нет никаких темных лордов, никаких смертельных опасностей. Просто… жизнь.

В глазах Драко мелькнуло что-то, похожее на мимолетную грусть.

— И что в этом плохого, Гарри? Разве ты не этого хотел?

— Хотел, — признался Гарри, его голос звучал почти неслышно. — Но иногда мне кажется, что мы теряем что-то важное. Что-то, что было между нами.

Драко молчал, в его взгляде читалась глубокая задумчивость, он смотрел на свои руки, сложенные на столе, словно пытаясь найти в них ответ. Потом поднял глаза и посмотрел прямо на Гарри, словно пытаясь заглянуть в самую душу.

— Мы прошли через такое, чего никому и не пожелаешь. И это навсегда останется с нами, как шрамы на сердце. Но сейчас… сейчас я хочу быть просто человеком. С тобой. И если для этого нужно есть вафли и обсуждать погоду, я готов это делать всю оставшуюся жизнь.

Он осторожно взял руку Гарри в свою, переплетая пальцы, словно пытаясь создать невидимую нить, связывающую их навеки. Гарри почувствовал тепло, исходящее от его прикосновения, словно прикосновение солнечного луча.

— Я тоже, – прошептал он, его голос был полон нежности.

Снаружи дождь постепенно стихал, словно прислушавшись к их словам. В кофейню проникли первые лучи солнца, освещая их лица мягким золотистым светом, словно благословляя их союз.

Гарри посмотрел на Драко, и в его глазах он увидел все, что было между ними – боль, страх, надежду и, самое главное, любовь. И он понял, что «обычные» – это совсем не плохо. Это значит иметь возможность просто быть рядом, вместе, в этом маленьком мире, полном запахов кофе и свежей выпечки.

Увы, вместо роли главной героини или завидного жениха, Драко переродился в совершенно незначительного злодея! Его задача – издеваться над слабым главным героем, чтобы тот, закалившись, стал достойным принцем.

Драко был в ярости. Мало того, что его роль была до смешного ничтожной, так еще и в оригинальной истории его персонаж просто исчезал после проигрыша главному герою. Последнее появление – позорное поражение, и всё, привет, забвение! Какая нелепая судьба!

Решив переписать свою глупую и жалкую "предрешенность", Драко сосредоточился на собственных желаниях. Как наследник древнего рода, он нес бремя ответственности, поэтому усердно занялся учебой и оттачиванием боевых навыков. Конечно, фехтование давалось ему с трудом, но он стремился хотя бы к минимальной самообороне.

Зато в учебе Драко оказался настоящим вундеркиндом. Гордый своими успехами, он расправил крылья во всю ширь, демонстрируя уверенность перед всеми, включая самого короля.

Тем временем, главный герой, Гарри Поттер, рос, не подозревая о своем истинном происхождении. Потерянный принц, выросший в крестьянской семье, где с ним обращались, как со скотом. К счастью, отставной рыцарь узнал правду и забрал Гарри в дворянскую резиденцию. Чтобы защитить его, настоящее имя Гарри держали в секрете.

Все знали его лишь как приемного сына небогатого дворянина, и именно этот факт служил причиной издевательств второстепенного злодея в оригинальной истории. Драко помнил это и тщательно избегал любых светских мероприятий, где мог встретиться с Гарри. Издевательствам не бывать, потому что их детские пути никогда не пересекутся.

Но все пошло наперекосяк, когда в свой семнадцатый день рождения, блаженно опустившись на любимые подушки, Драко обнаружил рядом с собой чужое тело. Прежде чем он успел издать вопль ужаса, незнакомец зажал ему рот рукой. В панике Драко начал мысленно перечислять врагов его семьи и возможные пути побега.

— Тише, эй, успокойся, — прошептал незваный гость. — Прости, я не хотел тебя так пугать. Меня зовут Гарри, ты Драко, верно? Наследник Малфоев.

Стоило Драко услышать свое имя, как его ледяные голубые глаза встретились с парой глубоких зеленых. Почему-то он поверил ему.

Несмотря на замешательство и нарастающий страх ("Какого дьявола здесь делает главный герой?! В моей комнате?! Посреди ночи!!"), Драко коротко кивнул. Гарри вздохнул с облегчением и убрал руку. Едва освободив половину лица, Драко злобно прошипел:

— Зачем ты здесь?

— Мне нужна твоя помощь, — честно ответил Гарри. Главный герой просит о помощи ЕГО, того, кто должен был мучить его в детстве? Ха! Какая ирония!

— Нет, — отрезал Драко, уткнувшись лицом в подушку и демонстративно отвернувшись.

— Подожди! Почему?! — взмолился Гарри, тряся его за плечи. — Да пойми же! Ты единственный наследник, ты просто обязан мне помочь! Иначе наше королевство будет обречено!

С раздражением Драко выслушал сбивчивое объяснение Гарри. Оказалось, что он – настоящий принц ("Ну и что?", "Погоди… ты мне веришь?!") и ему нужно занять трон, чтобы предотвратить древнее проклятие.

— И что я должен делать? Отправиться с тобой в дурацкое путешествие, сразиться со злобным колдуном, бла-бла-бла, а потом надеть корону тебе на макушку?

— Ну… Если ты не против…

— Нет. И почему ты покраснел?!

— Да не краснел я! Заткнись!

— Эй! Ты вломился в мою комнату без спроса! Так что это тебе стоит помолчать!

— У меня не было выбора, понял?!

— Значит, твой единственный выбор – это развалиться на моей кровати и ждать, пока я соизволю проснуться?!

— Ну, если уж на то пошло…

— Заткнись, я сказал «нет». А теперь проваливай! – выкрикнул Драко, тщетно пытаясь выдворить из комнаты печально насупленного принца. Потерпев неудачу, он побежденно вздохнул и закрыл глаза. День и без того выдался отвратительным, и Драко с радостью позволил сну увлечь себя в надежде, что все это окажется лишь кошмарным видением.

Как бы не так. Судьба явно решила поиздеваться над ним. Сначала – перевоплощение в никчемного дворянского сынка, а теперь еще и пробуждение бок о бок с храпящим во всю глотку главным героем! Сцепив зубы, Драко толкнул Гарри, чтобы разбудить его:

— Подъём, бестолочь! Ты должен уйти! Горничная вот-вот явится! Шевелись!!

— Ай! Ладно-ладно, господи, — пробормотал Гарри, протирая заспанные глаза. — Вечно ты такой угрюмый.

— А ты чего ожидал? Теперь – марш из моей комнаты! – нахмурился Драко, скрестив руки на груди.

Однако Гарри и не думал двигаться с места. Зевнув во весь рот, он уставился на Драко, и его зеленые глаза словно вспыхнули:

— Что? – рявкнул Драко, пытаясь придать голосу угрожающее звучание.

Гарри ухмыльнулся:

— Вау, утреннее солнце делает тебя еще краше.

— Что ты вякнул?! – возмутился Драко.

Гарри пожал плечами:

— Да, в прошлый раз, когда я видел…

Внезапный стук в дверь заставил Драко похолодеть.

— Чёрт! Уходи! Немедленно! – прошипел он, вскакивая с кровати в панике.

— Погоди, погоди! Ты должен помочь мне! – запротестовал Гарри, следуя за метаниями Драко.

— Ладно! Ладно! Прячься! Быстро! – Драко указал на свой огромный платяной шкаф, и Гарри, не раздумывая, юркнул внутрь, прежде чем дверцы захлопнулись за ним. Так и завязалась эта странная связь между наследником Малфоев и потерянным принцем. Драко нутром чувствовал, что, произнеся это проклятое "ладно", он подписал себе смертный приговор. Теперь ему придётся помогать Гарри, иначе этот нахал просто не даст ему покоя.

И все же, несмотря на неприязнь к главному герою (и его удручающей компании), Драко не мог не видеть выгоды для себя и своей семьи.

Примкнув к сторонникам законного наследника престола и помогая Гарри вернуть корону, Малфои имели все шансы стать одним из самых влиятельных и уважаемых дворянских родов в королевстве.

Поначалу было непросто: соратники Гарри относились к нему с явным недоверием. Однако Драко не был бы гением, если бы не сумел разгадать их интересы и использовать эти знания, чтобы смягчить их враждебность.

Со временем ему даже удалось подружиться с кудрявой каштанововолосой девицей по имени Гермиона, оказавшейся, к всеобщему удивлению, единственным по-настоящему умным человеком в этой шайке (до появления Драко, разумеется).

Разобравшись с этой проблемой, Драко с головой окунулся в мир политики, интриг и лжи. Гарри, наконец-то, перестал скрываться.

Драко поддерживал его на каждом шагу, давал ценные советы о том, как общаться с людьми, просвещал о хитросплетениях знатных семейств, исправлял его манеры и сомнительные привычки и, самое главное, учил держаться с уверенностью, достойной настоящего принца.

Поначалу Гарри сопротивлялся, но, несмотря на бесконечное нытье, ни разу не попросил Драко остановиться, а их и без того небольшая дистанция постепенно сокращалась до нуля.

И тогда, как это обычно бывает, в жизнь Драко бесцеремонно вторглась Судьба. Словно ангел, посланный небесами, явилась главная героиня, и Драко едва сдержал желание вырвать все волосы на голове. Дело в том, что Гарри познакомился с ней именно через него.

Драко прекрасно знал о "божественной силе" главной героини и потому хотел перехватить ее раньше врагов, наладив дружеские отношения, чтобы предотвратить любые "ненужные" повороты сюжета. Но Гарри, будучи тем ещё олухом, не мог удержаться от того, чтобы постоянно крутиться вокруг Драко, как назойливая муха.

И вот, "судьбоносная" встреча наконец-то состоялась: главный герой "случайно" подхватил главную героиню, когда та оступилась. Однако вместо того, чтобы заключить ее в крепкие объятия, как поступил бы любой порядочный джентльмен, Гарри лишь схватил ее за руку, цокнул языком и отчитал, чтобы та была осторожнее. И на этом все закончилось.

Ни томного взгляда глаза в глаза, ни романтичного дождя из лепестков роз, ни смущенного румянца на щеках. Ни-че-го.

Драко был в полном замешательстве. И все же он понимал, что им необходимо заполучить поддержку главной героини. Поэтому, набрав в грудь побольше воздуха, он решил проявить великодушие и извиниться за грубое поведение Гарри.

Главная героиня, наконец, влилась в их ряды, и Драко не мог не похвалить себя за удачный ход. Его рабочая нагрузка заметно снизилась, ведь теперь, получив столь ценную союзницу, они могли сосредоточиться на укреплении сил Гарри.

Когда разразилась финальная битва, все, и особенно Драко, были готовы к ней. Зная, что произойдет, он заготовил тысячи запасных планов, опираясь на опыт, накопленный в обеих жизнях.

Он наблюдал, как Гарри сражается плечом к плечу со своими верными друзьями. Видел, как его меч пронзает врагов, прокладывая путь союзникам. Заметил, как главная героиня, не отставая ни на шаг, бежит рядом с ним, оказывая поддержку и вдохновляя на подвиги.

Драко наблюдал за всем этим со стороны, испытывая гордость и… что-то еще, что упорно отказывался признавать.

Убедившись в том, что Гарри одержит победу и вернет себе корону, Драко покинул поле боя.

Он, наконец, отправился в заслуженный отпуск в соседнее королевство, где приобрел очаровательный коттедж на берегу ручья, чтобы осуществить свою давнюю мечту о тихой пенсии (ха-ха, и это в двадцать с хвостиком!).

Он жил в своё удовольствие.

Несмотря на то, что пробуждение в этом теле поначалу не вызвало восторга, в конечном итоге все сложилось не так уж и плохо. Он стал идеальным наследником, приумножив богатство и влияние Малфоев, познакомился с Гарри и его друзьями и, самое главное, помог ему вернуть трон, принадлежавший ему по праву.

Невольная меланхолия омрачала минуты покоя, когда Драко, сидя на крыльце и потягивая ароматный чай, наблюдал за танцем птиц в небе. Прошли недели, а может и месяцы с тех пор, как завершилась битва, и он, казалось, окончательно свыкся со своей тихой, размеренной жизнью.

Он поручил своим родственникам заботу о родовых делах, чтобы ничто не мешало его заслуженному отдыху. По крайней мере, до тех пор, пока не состоится свадебная церемония.

Ведь, несмотря на неудачное первое впечатление, Гарри и главная героиня были предопределены друг другу судьбой, и они были его друзьями.

А потому Драко от всего сердца желал им счастья… издалека.

Он не мог заставить себя присутствовать на этом торжестве, смотреть, как они обмениваются клятвами верности.

Вздохнув, Драко поставил чашку и поднялся, собираясь вернуться в дом. Ему отчаянно захотелось уткнуться лицом в подушку и дать волю накопившимся слезам.

Но, едва успев сделать шаг, он заметил под одеялом очертания чьего-то тела. В ужасе Драко издал пронзительный крик, на который из-под одеяла вынырнул довольный хохочущий Гарри.

— Я уж думал, никогда больше не услышу этот крик, – пробормотал он, с трудом сдерживая смех.

Драко уставился на него, разинув рот.

— Какого черта ты здесь делаешь?!

Гарри расплылся в лукавой ухмылке:

— Мне снова нужна твоя помощь.

Драко моргнул, нахмурился и со всей силы ударил его подушкой:

— Да я уже все сделал, бестолочь! Кто, по-твоему, помог тебе стать королем?!

Гарри легко перехватил подушку, и его ухмылка стала еще шире:

— Знаю. Но на этот раз мне нужна совершенно другая помощь.

Драко вздохнул, пораженно покачав головой. Он прекрасно понимал, что этот нахал никогда не оставит его в покое.

— Ладно, и какая же помощь тебе понадобилась на этот раз?

Улыбка Гарри стала ослепительной, когда он услышал долгожданный ответ. Придвинувшись ближе, он прошептал на ухо Драко:

— Помоги мне жениться.

— Что… – слова застряли у Драко в горле, когда он вдруг почувствовал, как Гарри надевает на его палец кольцо с огромным сверкающим бриллиантом.

Задохнувшись от изумления, он повернул голову и увидел, что этот бестолковый король, которого он считал другом, смотрит на него с нежностью и обожанием:

— Выходи за меня, Драко.

Конец.

Их свадьба была грандиозной, настоящим праздником для всех. Романтическая напряженность между ними достигла своего пика, и все облегченно вздохнули, устав наблюдать за их жалкими попытками скрыть очевидное.

Гарри приметил Драко давным-давно, несмотря на все старания последнего оставаться незамеченным. Его охватило восхищение блондином, непреодолимое желание узнать его ближе, что вылилось в постоянное наблюдение ("Ты следил за мной?!", "У меня не было выбора!").

Он решился обратиться к Драко за помощью, когда узнал о его прошлом ("Ты не просил! Ты требовал!", "Ну, я всё-таки член королевской семьи"). Чувства Гарри вспыхнули с неожиданной силой, и, боясь потерять Драко, он предпочитал молчать, одновременно отшивая всех, кто осмеливался привлечь внимание блондина ("Так вот почему мне никто не предлагал руку и сердце?!", "Тебе никто не нужен, кроме меня!").

Так продолжалось до тех пор, пока не появилась та самая героиня, завладевшая вниманием Драко. Надвигающаяся битва не позволяла Гарри действовать, и он сосредоточился на более важных задачах, надеясь, что с Драко все будет в порядке, когда он разберется с проблемами. И, к счастью, блондин справился.

Найти убежище Драко оказалось непросто ("Я не прятался!!"), но Гарри не был бы королем, если бы не смог этого сделать ("Ты угрожал всем?", "Нет, я попросил их о помощи", "Попросил?", "...Может, слегка надавил?").

И вот он нашел его, прекрасного блондина, единственного человека, на котором он всегда мечтал жениться.

— А как же главная героиня?!
— Что с ней?
— Ты же должен был жениться на ней.
— Фу, на ней? Никогда!
— Что значит "никогда"?
— Во-первых, фу. Во-вторых, эта женщина влюблена в тебя, и в-третьих, я её терпеть не могу.
— Что!? Она не любит меня в таком смысле! Она относится ко мне как к брату!
— Только тебе так кажется.
— Что? 😨

Теперь точно конец.