Бэк Джон.

Бэк Джон представляет собой классический гибридный тип криминального элемента. Он управляет бойцовским подпольем, где даркнет служит ширмой для кровавого шоу.

Прикованные к экранам даркнета анонимные пользователи, жадно следят за дикими поединками на выживание, оплачивая биткоинами трансляции кровавых боев без правил.

Изучая Бэк Джона как серийного маньяка, криминалистический профайлинг раскрывает его темную сущность, он идеально совмещает в себе черты Властолюбца и Гедониста ради выгоды.

Для классического гедониста его насилие не является сугубо сексуальным актом. Каждое калечащее действие или кровавая смерть на ринге ему приносит колоссальную прибыль — и не меньшее удовольствие.

Он упивается страхом и безпомощьностью своих бойцов и их близких — они лишь расходный материал для достижения большей власти и грязных денег, ради поддержания своего теневого бизнеса.

Деньги для Бэк Джона — лишь одна сторона медали. Вторая, более истинная, глубинная жажда — подчинить чужую волю, возвышая свою.

Острее всего психологический тип властолюбца раскрывается в его одержимости боксером Гон У. Его надменное эго не сумело смириться с неповиновением его воле Гон У. Властолюбец упивается крахом человеческих судеб, получая высшее наслаждение в треске их жизней.

Когда подкуп не срабатывает, он переходит к тотальному контролю — шантаж, манипуляции. Он похищает мать Гон У. Для него важна не просто власть, а полный контроль над ситуацией. Лишить жертву выбора, сломить волю, и растоптать его судьбу и принципы, оставив лишь прах.

Как падший боксер, чья карьера закончилась позорным насилием, он упивается своим физическим превосходством. Его опьяняет роль дирижера человеческих судеб, когда лишь его воля определяет, кто сегодня падет на окровавленной арене.

Бэк Джон — это опасный психопат - манипулятор, у которого жажда наживы тесно переплетена с патологической потребностью ломать людей и доминировать над ними.

Мун Бэк.

Серийный убийца класса «Миссионер» руководствуется чёткой идеологией: он убежден, что выполняет высший долг, «очищая» мир от определённой категории людей или искореняя глобальную социальную несправедливость.

Маньяк-миссионер убежден, что общество больно, и лишь он знает «лекарство» от его морального гниения, очищая улицы от тех, кто, по его мнению, не заслуживает права на жизнь.

Его больной замысел заключался в том, чтобы вооружить уязвимых, слабых людей, доведенных до отчаяния, чтобы они сами могли вершить правосудие.

Он выстраивает сложную, интеллектуальную систему, и вместо того, чтобы нажать на курок самому, вкладывает оружие в руки тех, кто в момент нажатия на спуск теряет не только свою жертву, но и остатки собственной души, навсегда становясь рабами его идеального плана.

Он выступает невидимым режиссёром, расчетливо подталкивая людей к насилию. Для него массовые расстрелы в стране не хаос, а «священная война» граждан за самооборону.

Часто классические миссионеры имеют глубокую психологическую травму, которая искажает их моральный компас. Мун Бэк рос в нищете, и в очень юном возрасте стал жертвой черной трансплантологии. Получив смертельный диагноз, при котором у него остались считанные дни, от включает режим «социального камикадзе», совершив репутационное харакири, ради достижения своей идеологии.

Время поджимает, и поэтому его миссия становится порывистой и агрессивной, он жаждет поставить на колени страну, что предала его и не защитила.

Мун Бэк — пугающе притягательный тип преступника. Он искусно совмещает в себе две маски: в начале навязчивый, ребяческий и дружелюбный парень, что легко втирается в доверие. Но за ребячеством прячется леденящая кровь расчетливость, полное отсутствие эмпатии к случайным жертвам, и фанатическая преданность своей утопической идее.

Мун Бэк — «миссионер» нового типа, который убивает не своими руками, а посредством идеологического заражения. Он считает себя не преступником, а мучеником и освободителем, который через кровь и нелегальное оружие дарует угнетенным божественную справедливость.

Сон Юно.

Он представляет собой классический вид серийного убийцы - гедониста. Его мотивы — получение острых ощущений, психологическое доминирование и плотское упоение. Люди для него лишь средство достижения эйфории.

Как архитектор, он привык проектировать пространство, и этот же подход переносит на свои преступления. Он получает высшее удовольствие от самого процесса: отслеживание уязвимостей жертвы через приложение знакомств, планы «идеальных» встреч, и момент, когда жертва осознает, что попала в кровавый капкан.

Сексуальное удовлетворение Юно заключается не столько в физическом акте, а сколько в акте доминирования. Яркий пример — нападение на девушку инвалида в кресле. Он оставил её в одиночестве, посреди лесной глуши без коляски, с садистическим упоением наблюдая за паникой и унижением жертвы. Для маньяка - гедониста страдания жертвы — сильнейший эмоциональный и сексуальный допинг.

Юно коллекционирует телефоны своих жертв в тайниках. Это не просто сокрытие улик — это гедонический ритуал. Переписка с новых аккаунтов от лица своих жертв, позволяет ему их раза в раз возвращаться к моменту убийства, вновь переживая те самые острые ощущения и моменты, когда жертва смотрит на него угасающим взглядом, испуская последний выдох.

Гедонический тип убийц остро нуждается в постоянном получении эйфорических чувств, поскольку обычная жизнь пресна и пуста. Юно успешен, красив и умен, но глубоко несчастен и разочарован в обществе. Убийства для него — это способ преодолеть экзистенциальную скуку.

Сон Юно убивает не из-за мести, идеологии или голосов в голове — он убивает просто потому, что это приносит ему наивысшее удовольствие.

Му Джин.

Му Джин идеально вписывается в тип Организованного убийцы, но с отчетливыми элементами Смешанного типа, которые появляются из-за эмоционального давления и личных привязанностей.

Му Джин обладает всеми ключевыми чертами организованного преступника. Он полностью контролирует ситуацию, действуя хладнокровно и расчетливо.

Возглавляет крупнейший наркосиндикат. Его отличают выдающийся ум, высокий статус и способность оборачивать законы в свою пользу.

Он полностью манипулирует своих жертв, подавляя их как физически, так и морально. Его каждое устранение врага или предателя расписано заранее.

Выбор его жертвы никогда не случайный, каждое убийство имеет свой мотив — защита бизнеса, месть или наказание за предательство.

Он годами водил за нос полицию, внедрив в их ряды своего агента.

Моменты дезорганизованного типа проявляются, когда Му Джин теряет эмоциональный контроль, его хладнокровие заменяет импульсивность — он действует непредсказуемо и жестоко.

Вместо быстрого устранения, он прибегает к демонстративным, изнывающим пыткам.

Он испытывает болезненную привязанность к тем, кого убивает — как в случае с Джиу и её отцом. Му Джин подчиняет себе Джиу с помощью газлайтинга и психологического насилия, тем самым заменяя ей отца. Он не просто подчинил её себе — он сделал из себя центр её вселенной.

Он забирает её из обители, где её травили в школе и преследовала полиция. Му Джин появился в жизни девушки в её глубочайший кризис — сразу после жестокого убийства её отца.

Он внушает ей, что теперь единственный смысл её дальнейшего существования — это месть за отца. Му Джин построил идеальную ментальную тюрьму, где Джиу подчинялась ему добровольно, искренне веря, что его воля — её собственное желание.

Му Джин — это организованный хищник, чей фасад трещит по швам из-за собственной эмоциональной нестабильности. Он выстраивает преступления с хладнокровной точностью гроссмейстера, но воплощает их в жизнь с дикой яростью и страстью безумца, для которого насилие — лишь извращенный способ выразить свою привязанность.

Запах свежести и сырости успокаивал, холодя лицо и на мгновение заставляя поверить, что посреди этого неонового хаоса я всё ещё жива. Тяжесть металла, что покоялась в кармане плаща, отчетливо напоминала о раннем происшествии.

В дали все ещё были слышны отголоски раскатов грома. Небо все никак не успокаивалось, в такт моему разуму. С моей работой все должно быть под чутким контролем — любая ошибка, стоит мне жизни.

Почувствовав мягкую вибрацию, я достала руку с кармана, приложив телефон к уху.

— Новый заказ. — коротко отозвался мужской голос с одышкой.

— Адрес. — одно слово и я сбросила трубку.

Черная, спортивная машина отозвалась глубоким урчанием, когда я её завела. Мимолетно взглянув на адрес, я выехала из переулка. Это был мужчина средних лет, живущий в огромной высотке. Венец этой зеркальной башни — роскошный пентхаус с панорамным видом. Там и скрывается моя добыча — мерзкий ублюдок, привыкший к полной вседозволенности. Но ничего, дышать тебе осталось совсем недолго.

Капли дождя врезались в окна авто, заставляя свечение мегаполиса плавиться и стекать по стеклу жидким разноцветным неоном. По дороге были видны подсвеченные лужи — снова начался дождь, будто он так отчаянно хотел стереть с лица земли все человеческие грехи, они — отражение тех теней, что живут в каждом из нас. Путь был недолгим. Я оставила машину поодоль от входа и зашла в огромные двери.

Нажав на нужную кнопку, лифт тягуче устремился ввысь. Плавно двигаясь вдоль коридора, перед глазами мелькали комбинации чисел: 774, 775, 776, и 777 — дверь, за которой покоится безнаказанный ублюдок.

Для входа требуется ключ - карта. Придётся переиграть. Я пару раз постучалась в дверь, та отозвалась дорогим гулом.

Дверь отворилась спустя две минуты. Мужчина держал бокал вина. Он был в смятении с неожиданного визита. Я заговорила первая.

— Мне передали, что здесь сексуальный мужчина, одиноко попивающий вино. Я так полагаю это вы?

Я склонила голову к правому плечу, рассматривая его внешний вид. Рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы, чёрные волосы, зализанные гелем. Он долго рассматривал меня, его взгляд каждый раз останавливался на моем декольте. Затем он заговорил.

— Такой прекрасной даме, что сама пришла в мои руки — не смею отказать.

Наивный ублюдок, это ты попался в мои сети. Это было легче, чем я полагала. Он отошёл от двери, и я вошла. Его пентхаус был сделан в темных тонах: глубокий коричневый, темно серый, а ведущий цвет черный. Интерьер был расставлен со вкусом.

Я не стала спешить. Медленным шагом пройдя вглубь дома, мне открылось огромное пространство, с парой коридоров, ведущих в неизвестность. Справа от меня была кухня, остальное место занимала гостиная, вдали которой виднелась лестница на второй этаж.

Его пространство — густой сигаретный дым. Сладковатый запах винила переплетался с терпким бурбоном, прослеживались еле уловимые запахи дурманящей вишни.

Я услышала шаги за своей спиной. Он уже почти встал позади, но я не позволила, плавно шагнув в сторону кухни. Черный мраморный островок с золотыми прожилками отражал неоновый свет мегаполиса, льющийся сквозь панорамные окна.

Я перевела взгляд на окна, что тянулись вдоль всей стены, от потолка до пола. Стоит признать — у ублюдка отличный вкус, с такими то деньгами.

— Впечатляет? — с усмешкой прервал он меня.

Я и совсем позабыла, что он все это время наблюдал за мной.

— Я зрела и получше.

Я не удостоила его взглядом, продолжая изучать пространство.

— У кого?

Я повернулась к нему, глядя прямо в глаза.

— У меня лучше.

Он медленным шагом стал сокращать расстояние между нами.

— Так может, ты мне покажешь?

— Зачем терять на это время. Я ведь здесь, сейчас, рядом с тобой.

Он взял бутылку дорогого вина со столешницы, достал второй бокал и подал его мне. Темно багровая жидкость окрасила бокал, и я преподнесла его к лицу, вдыхая пьянящий аромат. Приложив бокал к губам, я лишь смочила их, не глотая напиток. Пикантная кислинка осела колюче-горьким послевкусием на языке.

Я отложила бокал, взглянув на мужчину. Его изучающий взгляд не покидал меня с тех пор, как я оказалась в его дверном проёме. Самое мерзкое в моей работе, что мне приходится заигрывать с наивным мужчинами, заставляя их поверить в то, что я не вонжу им нож в горло.

Я прошлась языком по верхней губе, положив руку на стол. Мрамор холодил кожу, напоминая о том, что я здесь лишь временный гость, который покинет это место, как только доведёт дело до логического конца.

Я начала постукивать ноготками, из под ресниц взглянув на мужчину.

— Займёмся чем-нибудь интересным?

Омерзительная ухмылка поползла по его лицу, выдавая его удовлетворение. Он подошёл ко мне вплотную, опустив свою руку мне на талию.

— А чем «интересным» ты хочешь заняться?

Я положила свои руки на его плечи, глядя прямо в глаза.

— А что ты можешь мне предложить?

— Перейдём на диван?

Он кивнул в сторону большого округлого дивана из дорогой черной кожи по середине комнаты. Перед диваном стоял журнальный столик из дымчатого стекла с позолоченными ножками.

Я обошла островок, стремясь в сторону дивана. Цоканье шпилек разрывало тишину, нарушаемую лишь каплями дождя, врезающимися в окна.

Дойдя до дивана, я плавно опустилась, переведя взгляд на мужчину. Он уже предвкушал, как подогнет меня под себя, впечатав лицом в кожаный диван.

— Душновато, не замечаешь?

Я помахала себе рукой, прикрыв глаза. Он остановился на пол пути, и отошёл к окну. Холодный запах озона с лёгкими металлическими прослойками наполнил пространство.

Он дошел до дивана и сел вплотную ко мне. Расставив свои ноги, он похлопал себе по бедру, приглашая сесть. Чёртов ублюдок, я ведь могу прострелить тебе яйца. Я положила руку ему колено, плавно двигаясь вверх. Остановившись у паха, я подняла взгляд на его лицо.

Он с замиранием дыхания наблюдал за мной, и огорчился, когда я остановилась. Он опустил руку мне на поясницу, посадив на свои колени. Лаковый плащ проскрипел от движений, и я опустила свои руки ему на плечи, приблизилась к нему лицом. Схватившись за его шею и чуть сжав, врезаясь ногтями, последовал еле слышный, сдавленный стон.

Я гортанно рассмеялась, удовлетворившись его реакцией.

— Что ты делаешь?

Он точно не ожидал такого от меня, его реакция была искренней. Я плотнее прижалась к нему, и прошептала на его ухо.

— Сейчас ты встаёшь. Достаёшь все документы своей черной бухгалтерии и отдаёшь мне. И делай это очень осторожно — кислород вокруг тебя внезапно стал невероятно дорогим.

Атмосфера моментально изменилась. Она стала густой, удушающей — почти осязаемой. Его глаза безумно расширились, приковавшись ко мне. Он резко сжал мои волосы на затылке и закинул мою голову назад.

— Чёртова сука, кто тебя подослал?

От едва сдерживаемой злости на его лбу проступила вена, а его пальцы все сильнее и сильнее сжимали мои волосы.

Я вцепилась в его предплечья, рассмеявшись ему в лицо.

— С твоим списком грехов? Считай это коллективной жалобой.

Резким толчком он опрокинул меня на стол, стоящий рядом. От удара перехватило дыхание, и меня на мгновение оглушило. Стеклянный стол тот час разбился, впиваясь осколками в мои ладони, а металлические ножки болезненно уперлись в спину.

Я издала сдавленный стон, на мгновение потеряв контроль. Перед глазами полетели искры, застилая обзор. Осколки впились в ладони, окрашиваясь в кровавый.

Промелькнул темный силуэт, и я не успев все обдумать, перевернулась на другой бок. На месте, где мгновение назад лежала я, разбилась ваза из черного хрусталя, осыпая битые кровавые осколки багровыми розами.

Я встала на ноги, в ушах все ещё звенело, пошатывая мою стойку. Мужчина шагнул в осколки, вытягивая руку, дабы схватить меня. Успев отреагировать, я шагнула назад, ударив того каблуком в колено.

— Я тебя убью! Слышишь? Тебя и твоего жалкого босса! На кого ты работаешь!? Это тот ублюдок Мун Бэк?

— Что? Я понятия не имею, о ком ты бредишь. А наша игра уже знатно затянулась, пора заканчивать эти развлечения.

Что ещё за Мун Бэк, очередной авторитет, которому он перешёл дорогу?

Я скользнула рукой в карман за пистолетом, но мою руку перехватили. Подняв голову, перед глазами возник этот мужчина. Резко потянув на себя, он швырнул меня на пол. Рассеченная губа отозвалась пульсирующей болью, а во рту осел холодный металлический привкус.

Я схватила осколки с пола, и швырнула ему в лицо. Он не успел среагировать, множество глубоких ссадин исказили его лик. Он провел ладонью по лицу, размазывая проступившую кровь.

— Чёртова сука! Я тебе кишки спущу! Тебе и твоему ублюдку Мун Бэку!

Пока он был обезоружен, я успела перевести дух, и сделать резкий шаг, оказавшись за его спиной. Я не стала медлить: мой локоть с тяжелым, тупым звуком впечатался ему в основание черепа, и ублюдок кулем повалился на колени.

Он приложил руку на затылок, встряхивая головой, пытаясь прийти в себя. Пальцы нащупали в кармане плаща холодную сталь, которая за все это время стала такой родной. Щелчок затвора отдался эхом в пространстве, став началом конца.

Холодный срез ствола коснулся его виска, заставив его замереть, почувствовав, как воздух вокруг него загустел.

— Разве что в аду, ублюдок.

Палец потянул спусковой крючок. Оглушающий выстрел разорвал тишину полумрака, став финальным аккордом этой затянувшейся игры. Выстрел угас, и комнату мгновенно затопило бездыханное безмолвие.

За панорамным окном бушевал проливной дождь, стирая очертания ночного города. Вспышка раската грома озарила сумрак, отбрасывая блики в кровавой луже на ледяном полу.

Пистолет сново опустился в свое законное место до следующего акта. Осколки под ногами прозвучали хрустальным плачем, нарушая мертвый покой. Я опустилась на диван, положив голову на спинку.

Ладони саднили уже знакомой болью, пачкая кровью лаковые рукава плаща. Я провалилась в свои мысли, фантомно ставя точку в этой законченной истории.

Тишину полумрака вдруг нарушило отчетливое, пугающе размеренное эхо чужих шагов. Совсем близко. Кто-то приближался, не скрывая своего присутствия — он хотел, чтобы здешний почувствовал его.

Я опустила руку в карман, готовая к внезапному удару. Но его не последовало. Незнакомец плавно вышел из тени, и моему взору привстал мужчина, весь в белом. Нет, не врач. Врачи даруют жизнь, а этот их безжалостно крадёт. Его волнистые и влажные от дождя волосы хаотично лежали на голове.

Сквозь белую, шелковую майку проглядывала татуировка на груди. Взгляд зацепился за чернильные края узора, что покрывали роковой шрам, скрываясь под одеждой.

Его губы тронула блаженная ухмылка, когда он оценил обстановку. Его ничуть не смутило зрелище — напротив, он с явным удовольствием осматривал остывавшее тело, и меня, беспечно восседающую рядом.

Он скользнул взглядом по багровой луже на полу и посмотрел мне прямо в глаза, словно одобряя этот хаос.

— Впечатляющее зрелище. Похоже, я пришел как раз к финалу. Убийственно красивая... В самом буквальном смысле. Не предполагал, что стану свидетелем столь приватного таинства в вашем исполнении, миледи.

Его голос звучал глубоко, чарующе, наполняя оглушительное безмолвие несвойственной игривостью. Он неторопливо переступил через растекающуюся по кафелю кровавую лужу.

— Не знал, что утонченность может быть столь... смертоносной.

Я подняла голову, заглядывая в его загадочные глаза. Вернее в глаз. Левый. Он был...так скажем неестественным, до одури гипотетическим. Неужто?...

— Неужто ты и есть тот Мун Бэк, чьим именем бредил этот покойник?

— Он успел перед смертью меня представить?

— Он до последнего вздоха был уверен, что я твой личный палач — твоя наемница, присланная за его головой.

— Как лестно. Узнаю знакомые нотки присуще покойному ублюдку.

Достав телефон, он набрал короткое сообщение.

— Эту грязь скоро уберут.

Он поднял руку, неожиданно нежно коснувшись моего подбородка. Его большой палец провел по разбитой губе, где кровь обратилась в багровую корку.

— Не прочь стать моим компаньоном? Очевидно, я ведь лучше толстого дядьки, на которого ты работаешь.

— Я подумаю над вашим предложением.

Я не могла оторвать взгляд от лица мужчины, вглядываясь в его глаза.

— Пожалуй, нам не стоит дольше оставаться в этой обители упадка.

Он любезно предложил мне руку, и я не раздумывая приняла её, плавно поднявшись с дивана. Мун Бэк аккуратно увёл меня от кровавого пятна, направляя к выходу.

Молодая работница на ресепшене нам улыбнулась, видимо подумав, что мы пара. Мужчина открыл дверь, выпуская меня первую.

Послышался щелчок зажигалки, и затяг тлеющего табака. Запах мокрого асфальта, остывающего табака и темных тайн, спрятанных за ярким неоном ночного мегаполиса. Теперь мы с ним едины в одном грехе.

Густой дым ментоловых сигарет отрезвлял, вынуждая вернуться на землю, к человеческой жизни, после недавней кровавой бойни.

Невольно, взгляд сам собой приковался к алому пятну, что сквозь дождь струилось к зияющему зеву городского стока. Я перевела взгляд на Мун Бэка, а он в свою очередь все наблюдал за мной.

— Не смотри на меня так, мы повенчаны единым грехом. Составь мне пару, в эту холодную ночь. Нам есть, что обсудить.

Кинув окурок в ближайшую лужу, он галантно пригласил взять его под руку. Не отыскав причин для отказа, я обхватила его локоть двумя руками и позволила ему вести меня в эту холодную, порочную ночь.

Мун Бэк

Его девушка знает о его прошлом и о том, чем он занимается сейчас. Она не пытается его «исправить» — она принимает его таким, какой он есть.

Он не часто говорит словами «я люблю тебя», он просто оставит на столе кружку любимого кофе, обезопасит ваше жилье насколько это возможно, просто сядет рядом в тихие вечера, когда ты читаешь книгу и будет играться с твоими волосами.

Его девушка возможно тоже столкнулась с несправедливой системой или испытала на себе всю жестокость людей. Ваши отношения не строятся на том, что вы спрашиваете друг друга «как ты это пережил?» — вы знаете насколько это больно, поэтому просто не донимаете друг друга вопросами о травмирующем прошлом, вы и так обо всем знаете.

Он бывает мягким, даже очень. Нежно заправляет непослушную прядь волос за ухо, еле касается костяшками руки твоей скулы, оставляя после себя призрачные ощущения, мягко обхватывает за плечи, притягивая в свои объятия и целует в макушку.

Но даже в такие моменты нежности, он остаётся на чеку. Он всегда просчитывает риски, дистанцируется от мира, ради твоего же блага.

У него бывают времена, когда он становится слишком тихим. Тогда просто нужно податься его такту, позволив ему побыть в тишине. Не заваливать его вопросами, а опуститься рядом на диван, притянуть его голову к себе на колени, и медленно перебирать его волосы.

Он человек невероятной расчетливости — он может хладнокровно выстраивать планы, раздавать приказы и контролировать криминальный мир одним мизинцем, но когда ты появляешься на его глазах, он становится невероятно трогательным, трепетно поправляя твой шифоновый шарфик.

Мун Бэк никогда не скупится деньгами для любимой. Он будет дарить полезные, брендовые вещи самых редких коллекций. Ему не составит труда отыскать для тебя те самые часики, которые во всем мире в нескольких экземплярах.

Для него цена должна оправдывать качество. Поэтому он подарит тебе черную, бронированную машину, тонированную в ноль, приобретет для тебя самый лучший и удобный пистолет с гравировкой твоих инициалов, который сам же будет чистить по вечерам. Редкие издания твоих любимых книг и роскошные ювелирные украшения, которых ни у кого не будет.

Но самый важный подарок от него — это знания. Как стрелять из пистолета, как обороняться, как сохранить холодную голову даже в самых безумных ситуациях.

Сон Джун

Отношения с этим парнем настоящие эмоциональные качели. В одно время он может может быть нежным, сидя рядом с тобой и перебирая твои волосы, а в другой он может схватить тебя за эти же волосы, и швырнуть в стену.

Он будет испытывать твое терпение, задавать неудобные вопросы, устраивать скандалы при каждом удобном случае, которые часто доходят до избиений с его стороны — вину, после которых он заглаживает бархатными коробочками с новыми, дорогими украшениями.

Он не из тех, кто будет петь серенады, говорить тебе «я тебя люблю» и другие приторные словечки. Он грубо схватит тебя за шею, и будет целовать, пока у тебя не закружится голова от нехватки кислорода.

Ты его девушка, а значит — должна соответствовать его статусу. Он не выберет обычную простушку без характера. Он выберет ту, кто сумеет перечить ему, но не будет перегибать палку. Он выберет девушку из богатой семьи, чтобы вы соответствовали статусу друг друга.

Для свиданий он всегда будет выбирать дорогие рестораны. Вы будете заказывать дорогую еду и напитки, которые оплатить он, чтобы произвести на тебя впечатление.

Его подарки будут редкие, украшения, о которых низкий слой населения даже не будет знать. Он знает, что ты их семьи с большим достатком, поэтому его подарки всегда будут тщательно подобраны.

После каждой вашей встречи, на теле будут появляться новые багровый отметины на шее, зоне декольте, и не редко на внутренней части бёдер. Почти каждое ваше свидание заканчивается тем, что он вжимает тебя в кожаное сидение своей дорогой иномарки.

Довольно часто тебе приходится покупать новое белье, потому что этот безумный парень в порыве страсти может его разорвать прямо на тебе.

Отношения с этим парнем настоящие эмоциональные качели. В одно время он может может быть нежным, сидя рядом с тобой и перебирая твои волосы, а в другой он может схватить тебя за эти же волосы, и швырнуть в стену.

Он будет испытывать твое терпение, задавать неудобные вопросы, устраивать скандалы при каждом удобном случае, которые часто доходят до избиений с его стороны — вину, после которых он заглаживает бархатными коробочками с новыми, дорогими украшениями.

Ты его девушка, а значит — должна соответствовать его статусу. Он не выберет обычную простушку без характера. Он выберет ту, кто сумеет перечить ему, но не будет перегибать палку. Он выберет девушку из богатой семьи, чтобы вы соответствовали статусу друг друга.

Для свиданий он всегда будет выбирать дорогие рестораны. Вы будете заказывать дорогую еду и напитки, которые оплатить он, чтобы произвести на тебя впечатление.

Его подарки будут редкие, украшения, о которых низкий слой населения даже не будет знать. Он знает, что ты их семьи с большим достатком, поэтому его подарки всегда будут тщательно подобраны.

После каждой вашей встречи, на теле будут появляться новые багровый отметины на шее, зоне декольте, и не редко на внутренней части бёдер. Почти каждое ваше свидание заканчивается тем, что он вжимает тебя в кожаное сидение своей дорогой иномарки.

Довольно часто тебе приходится покупать новое белье, потому что этот безумный парень в порыве страсти может его разорвать прямо на тебе.

Ты его девушка, а значит — должна соответствовать его статусу. Он не выберет обычную простушку без характера. Он выберет ту, кто сумеет перечить ему, но не будет перегибать палку. Он выберет девушку из богатой семьи, чтобы вы соответствовали статусу друг друга.

Для свиданий он всегда будет выбирать дорогие рестораны. Вы будете заказывать дорогую еду и напитки, которые оплатить он, чтобы произвести на тебя впечатление.

Его подарки будут редкие, украшения, о которых низкий слой населения даже не будет знать. Он знает, что ты их семьи с большим достатком, поэтому его подарки всегда будут тщательно подобраны.

После каждой вашей встречи, на теле будут появляться новые багровый отметины на шее, зоне декольте, и не редко на внутренней части бёдер. Почти каждое ваше свидание заканчивается тем, что он вжимает тебя в кожаное сидение своей дорогой иномарки.

Довольно часто тебе приходится покупать новое белье, потому что этот безумный парень в порыве страсти может его разорвать прямо на тебе.

Гон У.

Гон У не станет сразу лезть на рожон с кулаками. Сначало он обсудит это с тобой. Он не умеет скрывать эмоций — все написано у него на лице.

Увидев, что кто - то флиртует с тобой, он не полезет в драку. Он посмотрит на тебя наивным взглядом, неловко почесывая затылок.

В присутствии соперника Гон У не станет вести себя агрессивно, он лишь подойдёт ближе к тебе, закрывая своей широкой спиной. Он будет стоять как несокрушимая скала, все ещё улыбаясь в лицо сопернику.

Наедине он подойдёт к тебе, и с лёгким беспокойством спросит: «А...этот парень, он лучше меня бьёт джеб?»

Он может начать отжиматься на одной руке, бить грушу дольше обычного, как-будто случайно продемонстрировать свой пресс, высеченный годами тренировок — показывая, что он физически превосходит этого парня.

Если парень начнёт приставать к тебе, распуская руки, Гон У перехватить его руку своей железной хваткой, приговаривая: «Отпустите. Ей неприятно». И тогда собеседник поймёт, что перед ним боксер, способный отправить его в нокаут одной левой.

Бэк Джон.

Его ревность имеет крайне опасный, собственнический и доминантный характер. Будучи лидером подпольной лиги, и подчиняя людей жестокой силой и грязными деньгами, он бы проецировал этот контроль и в личных отношениях.

Бэк Джон не станет устраивать сцен ревности, криков и расспрашиваний: кто это, как вы познакомились, кем он вам приходится. Вся информация о сопляке уже у него в папке.

Он бы молча отсекал от тебя любого мужчину, который проявил к тебе хоть малейший интерес. Его люди следили бы за тобой круглосуточно, каждый час давая отчёт Бэк Джону — где ты, с кем ты, чем занимаешься.

Смельчак, который попытался с тобой флиртовать, на следующий же день окажется на ринге его лиги, против профессионального бойца-тяжеловеса. Он бы хладнокровно устранял людей, не пачкая собственных рук.

В моменты ревности он не кричит — он подойдёт к тебе со спины, обхватит своей крепкой ладонью твою талию либо шею, устремив свой тяжелый взгляд на собеседника, давая понять, что разговор окончен.

Ду Ён.

Он мужчина воспитанный жестоким криминальным миром, который не станет церемониться со смельчаком. У него четкие морали основанные на искреннем уважении к своей женщине.

Его ревность была бы зрелой, ироничной, но при этом мгновенно перерастающей в жесткое бандитское давление, если кто-то перейдет черту.

Он подойдёт к тебе, положит свою руку на твою талию и станет откровенно стебать парня. Он будет кидать колкие фразы по типу: «А у тебя смелости больше чем ума», похлопывая бедолагу по плечу.

Если соперник окажется настойчивый, он не будет сразу махать кулаками. Он прижмет его к стенке за углом, закурит сигарету, и тихо, доходчиво объяснит, какие его органы пострадают первые, если тот ещё раз посмотрит в сторону его женщины.

Дома перед выходом, когда он увидит тебя в открытой одежде он станет ворчать: «Куда так нарядилась? Чтобы у придурков шеи посворачивались?». Он накинет на твои плечи свою кожаную куртку, и всю прогулку не уберёт своей руки с твоей талии.

За его суровостью скрывается мужчина, который многое потерял в жизни, лишился дорогих людей, видел много ужасных вещей. Так что его ревность не беспочвенна, он искренне хочет, чтобы ты была ему предана так же, как и он к тебе.

Кон У.

Будучи близкой подругой Кон У, я часто ходила с ним на тренировки. У Джин сегодня не смог пойти с нами, маме Кон У понадобилась помощь. Поэтому в зале были лишь мы одни.

Груша, которую боксировал Кон У трепещала под его сокрушительными ударами. Он дышал тяжело, с каждым ударом его грудь вздымалась. В полумраке спортзала эта картина казалась интимной — тяжёлое, рваное дыхание Кон У, звон железной цепи, на которой висела груша, обнажённые торс, блестящий от пота, его потемневший, сосредоточенный взгляд.

Я завороженно наблюдала за ним, прикусив нижнюю губу. Мой взгляд скользил по его серьёзному лицу, опускался к тяжело дышащей груди, напряжённым бицепсам, и останавливался на рельефном прессе.

Я не заметила как Кон У уже закончил. Он стянул с себя перчатки и подошёл ко мне, тяжело и громко дыша. Я поднялась со стула и передала ему бутылку воды. Он с лёгкой улыбкой принял её, став большими глотками осушать её.

Я взяла со спинки стула полотенце и протянула ему. Его горячие пальцы на мгновение коснулись моих. Пока он промокал полотенцем тело, я следила за его руками — то как напрягались его мышцы при каждом движении.

Он кинул полотенце на стол. Я не стала медлить — сделав шаг вперед, я встала на носочки и коснулась его губ своими. Мы замерли на некоторое время в этом положении. Кон У растерялся от неожиданности, но быстро пришёл в себя. Его большая, теплая ладонь легла мне на скулу, углубляя поцелуй.

Мои руки легли на его плечи, притягивая ближе к себе, а его руки скользнули к моей талии, прижав меня к своей груди. Его язык осторожно углублял поцелуй. Он действовал не спеша — боясь, что я отступлю.

Его пальцы сжались на моей талии, а наши губы наращивали темп поцелуя. Стало жарко, воздуха не хватало, но мы и не думали отрываться друг от друга. Я скользнула рукой к его груди. Он промычал в поцелуй, оторвавшись от меня.

— Не здесь. Нам нужно поговорить. Наедине.

Его голос подрагивал от переполнявших чувств, он неотрывно смотрел в мои глаза, а его губы налитые кровью, разгорали моё желание все больше. Я тяжело дышала, вдруг смутившись от своих же желаний.

— Поехали домой. — коротко отозвалась я.

— Дома нам не дадут спокойно поговорить. Я сниму нам номер в отеле, там все обсудим.

смог пойти с нами, маме Кон У понадобилась помощь. Поэтому в зале были лишь мы одни.

У Джин.

Кон У с тетушкой убирались дома, пока мы с У Джином готовили ужин. Этот парень был очень хорош в кулинарии. Честно сказать, я лишь как загипнотизированная наблюдала за движениями его рук — крепких, мускулистых. А что если бы эти руки оказались на моем теле, тесно бы прижали меня к себе.

У Джин рассказывал какую-то забавную историю с сегодняшней тренировки, но я его совсем не слушала. Хотелось заставить его замолчать, коснувшись к его губам своими.

— У Джин.

Голос вышел хриплым и неожиданно низким.

— Да?

Он не открывался от готовки, помешивая еду лопаткой. Я не стала ничего говорить, продолжая наблюдать за его профилем. Он отложил лопатку и повернулся ко мне.

— Что случилось?

Я схватила его шею двумя руками и прижалась к его губам. У Джин чуть опешил от моей резкости, но сам же положил свои руки мне на талию, углубляя поцелуй.

Поцелуй был жадный, громкий, с причмокиванием. Он прижал меня к столешнице наращивая темп. Вдруг он разорвал поцелуй. У Джин помотал головой, пару раз цокнув.

— Что же ты творишь со мной.

Он взял меня под бедра, усадив на столешницу. Его рука сжалась на моей талии, и он меня поцеловал. Вторая его рука легла мне на затылок, не позволяя отступить.

Мои руки скользнули под его футболку, ложась на горячий пресс. Он напрягся — я почувствовала это кончиками пальцев. Его язык дразнился с моим, в соперничестве. Каждый хотел взять на себя ведущую роль.

На втором этаже послышались голоса. Тетушка с Кон У уже закончили с уборкой, как не вовремя. У Джин нехотя оторвался от меня, вернувшись к готовке. На его губах играла слабая ухмылка, сводящая меня с ума.

Я разочарованно вздохнула, спрыгнув со столешницы. Кон У подошёл к нам, став внимательно осматриваться.

— Чем вы двое занимались?

Прямо в лоб спросил парень. Тетушка стоящая рядом с ним, легонько ударила его по плечу. Она приулыбнулась мне, заметив моё сбитое дыхание и опухшие губы.

Бэк Джон.

Мы с Бэк Джоном дома остались вдвоём, остальные ребята отлучились по делам. Он сидел на диване с прикрытыми глазами. Я сидела за стойкой, борясь с диким желанием нарушить его спокойствие.

Меня не волновали последствия — единственное чего я желала, так это прижаться к его губам в жарком поцелуе.

Я встала со стула, медленно ступая к парню. Он даже не открыл глаз. Я подошла к дивану и остановилась. Дальше за мои действия отвечал мой разум, затуманенный этим жестоким мужчиной.

Я села к нему на колени, обхватив своими бёдрами его. Он поднял голову, его холодный взгляд приковался ко мне. На секунду я даже пожалела, что затеяла это.

— Что ты заду... — его голос прозвучал жёстко, но я ему не позволила договорить.

Мои губы врезались в его губы — горячие, и такие желанные, а руки легли на его широкие плечи. Он не позволил мне вести в этой опасной игре, взяв на себя инициативу, как привык всегда все контролировать.

Его рука схватила меня за шею, сжимая пальцы и притягивая к себе, для более глубокого поцелуя. Вторая рука проникла под короткий топ, сжимаясь на ребрах.

Мои ногти оставляли кровавые полосы на его плечах. Он целовал властно, интенсивно, его поцелуи походили на болезненные укусы. Лишь бы завтра губы не посинели.

Эта сладкая боль выбивала из моей головы все принципы. Его рука скользнула к пояснице, прижимая мои бедра теснее к своим. Плотная ткань его брюк в районе паха заметно натянулась, очерчивая его неистовое, едва сдерживаемое желание. Вдруг воздух между нами стал заметно жарким. Было невыносимо тесно. Я поёрзала на месте, почувствовав, что он на грани от того, чтобы прижать меня лицом в диван.

Рука Бэк Джона легла на мой затылок, сжав волосы. Он разорвал поцелуй, все ещё держа меня за волосы. Его томный, потемневший взгляд разглядывал моё лицо, опускаясь к декольте, очерчивая грудь, и заканчивал нашими бёдрами, плотно прижатыми друг к другу.

Его грубый, хриплый голос разорвал тишину, в которой было слышно наше рваное, разгоряченное дыхание.

— Ты это начала, и я не позволю этому закончиться, пока сам того не захочу.

Тэ Гом.

Он не был многословен, да и наши отношения близкими назвать нельзя было. Мы лишь обменивались немыми взглядами, не решаясь заговорить. Разговоры были коротки, и по делу, наша работа бóльшего не требовала.

Мы сидели в небольшом кабинете, ожидая противника Бэк Джона. Остальные готовились к бою. Полумрак подпольного клуба давил, но Тэ Гом как всегда был непробиваем.

Я не знала как начать разговор, чтобы он не зашёл в тупик, и просто без зазрения совести, в наглую смотрела на него. Он всячески избегал меня, минимизируя каждый разговор, как привык на службе и в лиге. Но теперь мы остались наедине, и отступать было некуда.

— Не понимаю, что ты пытаешься разглядеть в моем лице.

Он первый нарушил нашу игру в молчанку. Я тихонько посмеялась, будто выиграла приз.

— Нет, ты понимаешь.

Он сидел на небольшом диване, я была рядом на стуле. Тэ Гом сново проигнорировал меня, отвернувшись. Но мы же не может вечно избегать того, что рано или поздно должно произойти.

Я встала со стула и опустилась рядом с ним. Его безразличное лицо на долю секунды потеряло маску, но через мгновение он вновь пришёл в себя. Не став мешкаться, я взяла инициативу в свои руки.

Я резко подалась вперед, поймав пальцами лацканы его тяжелой кожаной куртки, и притянула его к себе. Прежде чем Тэ Гом успел среагировать, мои губы накрыли его.

Это не был нежный и робкий поцелуй — это был отчаянный поцелуй, в котором были собраны злость на его упрямство, и почти болезненное желание, которое я больше не могла сдерживать.

Тэ Гом замер. Его руки застыли в воздухе, так и не осмелившись коснуться меня. Глаза мужчины расширились от абсолютной неожиданности. На мгновение он полностью потерял контроль над ситуацией — то, чего с ним давно не случалось.

Я оторвалась от его губ, моё дыхание было прерывистым. На его скулах играли желваки, а взгляд потемнел, когда опустился на мои припухшие губы.

Прочистив горло, он хрипло, но уже без прежней стальной уверенности произнес:

— В машину. Живо.

Тэ Гом не стал меня ожидать, а резко встал и вышел из помещения. Я поспешила за ним. В полумраке коридора можно было разглядеть еле заметную ухмылка, играющую на его губах.

Аллен.

В полумраке комнаты пахло энергетиками, перегаром и чем-то железным. Уже какой час этот несносный парень испытывает моё терпение. Каждое моё недовольство сопровождается его: «Да, да, сейчас».

Его пальцы быстро бегали по клавиатуре, набирая нескончаемые коды. Дисплей отбрасывал зеленое свечение на его лицо. Когда ставки выросли до предела, я заметила как напрягались его плечи.

— Аллен, клянусь, я разобью этот монитор тебе о голову, если ты не оторвешься от экрана.

Он ещё некоторое время набирал коды, а потом его указательный палец опустился на заключительную клавишу.

— Все стёрто. Мы чисты.

Он откинулся на спинку, повернувшись ко мне. На его губах заиграла его привычная ухмылка, а в глазах читалось облегчение.

— Что, детка, даже «спасибо» не скажешь своему спаситель?

Я не стала отвечать на его колкость. Сделав шаг вперед, я вплотную встала к креслу, и наклонившись, мягко, но уверенно накрыла его губы своими.

Аллен замер. Его ухмылка тут же исчезла с лица. Его пальцы, способные взломать абсолютно любую систему, замерли, не сумев дёрнуть и фалангой. Он совсем не ожидал, что я, вечно скрывающаяся за маской безразличия, сделаю этот шаг первой.

Я отсторонилась, облокотившись. бёдрами о стол. Он смотрел на меня широко открытыми глазами. На его щеках выступил еле заметный румянец, контрастирующий с неоном монитора.

Он почистил горло, пытаясь вернуть себе контроль, который так резко и неожиданно рухнул.

— Эй... — наконец выдавил он, прочистив горло, и его голос слегка дрогнул. — Это... это была какая-то особая хакерская атака на мое сердце? Предупреждать надо, у меня система защиты на такое не рассчитана.

Я тихонько рассмеялась, глядя, как парень судорожно пытается поправить свои зеленые пряди, беспорядочно лежащие на голове, окончательно потеряв свою притворную крутизну.

У Джин.

В жизни У Джин улыбчивый шутник, лёгкий на подъем, но когда дело касается тебя, то его маска беспечности моментально слетает.

Узнав о нападении, он тут же примчится к тебе. Он будет аккуратно осматривать или раны, чтобы не сделать ещё больнее. Его руки будут подрагивать, от страха за тебя. Он будет глушить собственную злость, чтобы ещё больше тебя не напугать.

Он будет нежно касаться ваткой смоченной в перекиси, тихо приговаривая: «Все хорошо. Я здесь, я рядом. Они больше тебя не тронут.». Закончив с ранами, он притянет тебя в свои тёплые объятия, поцеловав в лоб, и нежно поглаживая волосы.

Он обеспечит тебе полную безопасность. Закрытые окна, и двери на ключ, камеры наблюдения. Он попросит надёжного знакомого присмотреть за тобой, в его отсутствие.

Убедившись, что ты в безопасности, он позвонит Кон У: «Кон У, они навредили моей девушке. Мы должны их найти.». Он сразу не побежит на рожон, он с Кон У посчитают тактику. Узнают информацию о них, выследят виновных, зажмут и накажут так, как они умеют.

Ты для него центр вселенной, и он не простит себе, если с тобой что-нибудь случится, а особенно по его вине.

Аллен.

Его реакция бы была холодной и расчетливой, основанный на цифровом превосходстве, а не на открытом кулачном бою.

Он использует все камеры наблюдения, геолокации телефонов, он детально вычислит личности, контакты и местах где бывают нападавшие на тебя.

Как оператор даркнета он знает множество грязных секретов опасных личностей. Он запустит цифровую атаку: обнулит все их банковские счета, сольет в сеть и анонимно передаст полиции все прямые доказательства грязных дел нападавших.

Аллен сам не пойдёт на врагов с голыми руками. Он использует свои IT-навыки, чтобы запугать врагов: он будет присылать им с разных анонимных номеров их фотографии, контакты, их счета в криптокошельках, записи с видеокамер и их записанные разговоры с телефонов, давая понять, что они круглосуточно на прослушке и каждый их хлипкий шаг по лезвию может быть последним.

Ду Ён.

Эта реакция будет бескомпромиссной, яростной и кровопролитной. В отличии от молодых парней, Ду Ён — человек «старой закалки» криминального мира. Для него семья и защита любимой женщины — абсолютный приоритет, ради которого он мгновенно переступить через все рамки морали.

Он не станет обращаться в полицию или вести переговоры. Он задействует все свои боевые навыки, чтобы выследить нападавших, действуя скрытно, жестоко и безжалостно.

Врагам не стоит ждать пощады — Ду Ён будет действовать холодно, идя на пролом, оставляя за собой шлейф убитых.

Он готов пойти на любые удары, подставляя свою грудь, становясь живым щитом, лишь бы его женщина была в безопасности. Для него защита семьи важнее собственной безопасности, он готов положить свою голову, если это значит, что его ты останешься невредима.