Моей первой любовью стала та, кого я блять больше всех ненавидел в своем классе. Мы ненавидели друг друга, просто пздц, не переносили на дух. В классе из всех мы больше всех собачились, причем из-за любой хуйни.

Плюс ко всему мы гуляли в одной компании, у нас были общие друзья. Так что и на улице покоя не было. Кусались с ней и на улице, причем еще жестче чем в школе.

Но в один прекрасный момент всё перевернулось. Я блять и сам не заметил, как мы хорошо стали общаться. Произошло это после одной вписки. У друга было др, и собственно меня и мою первую любовь он пригласил к себе. Я на тот момент вообще не пил. Был спортиком до мозга костей, алкашку ненавидел. Так вот, эта пизда набухалась в такие щи, что не в состоянии была дойти до дома одна. Хорошо, что хоть её квартира была через дорогу, было недалеко идти. Я был единственный, кому было по пути закинуть это тело домой, и сука как бы я ненавидел эту швабру на тот момент, бросить её я не мог.

Пока тащил её до дома, она несла разную хуйню. О том как я ей на самом деле нравлюсь, что она течёт от меня. Я этим словам значения не придал. Верить пьяной шалаве - себе дороже. Закинул её домой, отдал мамке, и попиздошил в свою сычевальню.

Вот здесь то и состоялся переломный момент. После той пьянки, я и сам не заметил, как мы много стали общаться. В шкалке начали подъебывать друг друга как только увидимся, причем если видемся на переменках, не хотелось друг от друга отходить, внутри блять что-то просыпалось. Переписочек вконтукте стало овердохуя, я переписывался можно сказать только с ней.

И вот как-то так всё перекатилось в любовь. Я понял, что сутками просто голова забита мыслями о ней, просто на всё похуй кроме неё. В шкалку ходил исключительно из-за неё. Если она заболела или по каким-то другим причинам не пришла в шкалку, то день автоматом становился УГ и я съебывал уже после 2 урока. Еще я чувствовал, что она мой человек. Мне нравился её характер. Как оказалось, у нас было очень много общего.

Далее она сама призналась о чувствах ко мне, и я признался. Начали встречаться. Гуляли вместе чуть ли не каждый день, ездили в кино, даже в театры блеать, кафе. Все было прекрасно первые полгода, наверное. Затем начались ссоры, причем из-за любой хуйни. Ругаться начали чаще, чем сосаться.

Вообщем встречались мы с тян 2 года, отношения эти были больными. Любовь длилась в нашем случае полгода/год. В остальном одни ссоры и недопонимания. Вообще, скажу тебе анон, любовь это такая хуйня. Голова вообще выключается, не думаешь вообще. Потом после расставания дикая депрессия, слёзы, пиздострадательство. Я блять после расставания похудел на 8кг. Пиздострадал надо сказать, я очень долго. Так что нахуй любовь и отношения. Самые ебливые чувства на свете. После этого отношений больше не заводил. Перетрахал кучу тянок, трахаю, и буду трахать. И этим доволен. Никаких отношений, только ебля.

Катати, жалею только об одном, что не лишился листвы с первой любовью) Возможности были, но я ими не воспользовался. Помню на выпускном она пьянющаяя в дрова лезла ко мне чуть ли не в трусы. На тот момент мы уже расстались) Но я не воспользовался моментом, мало ли. А она в такой юбочке была... Уууу, сука.

— Закурить есть?
Классический вопрос для тёмного переулка.

Ночь уже почти отпустила небо, и неровные штрихи тучек ползли сквозь серо-голубеющее бытие по ветру вместе с мерзкими шлепками дыма заводских труб. Умереть в переулке промышленного района? Весьма "элегантно".
По крайней мере, я так думал, глядя на возможную причину появления невинно убиенных душ в чистилище. Если, конечно, души этого города можно хоть как-то назвать невинными.

Обычный гопник, каких поискать — твидовая серая восьмиклинка, синие спортивки в полоску и классические носатые туфли, сверкающие в софите слабых уличных фонарей. Барсетка под локтем, руки в карманах. Довольно мощной комплекции. Учитывая нынешних холёных мальчиков в узких трико, шныряющих обычно по улицам, данный представитель выглядел довольно древним — сразу вспомнились архивы формата флоппи дискеты и VHS-эпоха.

— Мне повторить вопрос? — прозвучало совершенно негрубо и с интересом.
— Секунду.

Я внимательно посмотрел на гопника: прячась в тени козырька восьмиклинки, на меня смотрело простое скуластое лицо с выраженным (и что удивительно) прямым носом, с тонкой улыбкой бледных губ. А ещё фонарь под глазом. Для такого "Рарного" прикида он был удивительно молод, но глаза...
Давненько я не видел этого взгляда. На простом лице очевидно простого на первый взгляд человека отпечаталось что-то болезненно знакомое, бесконечно пустое...

— Есть только сигариллы. — Ответил я.
Иронично. Именно в этот день на работе в честь увольнения коллега подарил мне упаковку шикарных сигарилл Бэквудс — ручная скрутка и великолепный вкус. По крайней мере, меня уверяли в этом. Но, видимо, мне не придётся опробовать это самому.

Глаза бандита блеснули в темноте. Шагнув в мою сторону, он убрал руки из карманов — ножа в ладони нет, значит, возможно, отделаюсь только бумажником. Я извлёк из наплечной сумки заветную упаковку и потянул за пломбу, вручая гопнику всю.
— Благодарю. — Сказал он мне.

Я ослышался? Не похоже. Вместо всей пачки маргинал аккуратно взял одну сигариллу, не задевая другие кончиками пальцев. Затем, снова покопавшись в карманах, паренёк извлёк старенький "крикет" и чиркнул колёсиком, раскуривая. Я удивился второй раз, когда пламя зажигалки было предложено мне. Не долго думая, я вытянул из пачки ещё одну сигариллу и спешно, рвано затянулся, ожидая удара. А может, он решил дать мне закурить напоследок? Хотя, думаю, если бы хотел, то я уже б давно лежал на асфальте.

— Хреновый день, да? — Участливо спросил маргинал, и дым едва не встал мне поперёк горла.
— Не считая увольнения без аванса и отсутствия перспектив на будущее — вполне нормальный.
— Значит, ты никуда не торопишься? — Вскинул бровь мой собеседник, и я кивнул.
— Тогда я предлагаю вам увлекательный разговор с последующим распитием портвейна на стадионе.

Я окончательно выпал. Впрочем, завтра дел у меня действительно не было. Да и отказывать вежливому психопату себе дороже.
На самом деле, рациональное зерно во мне ударилось ростками о крышу, которая давно просела и протекла — ведь когда ещё я смогу побухать в компании гопника?

Стадион "Юность". Буквально в двух шагах от старой школы и через улицу от моего дома. Будучи школьником, я проводил здесь много времени на спортивных соревнованиях и просто на уроках физкультуры.
Невольно вспомнились тяжёлые футбольные баталии с одноклассниками. Я был жилистым, но меня почему-то ставили на ворота, благо мячи я ловил исправно. А после мы бежали в местный универмаг за газировкой, скидываясь с денег на обед, за что нам влетало. А ещё воровали карбид у химички, которым однажды взорвали школьный туалет... Возможно, я один из немногих в этом городе, кто вспоминает школу хоть как-то более или менее позитивно. И потому я не мог без грусти смотреть на то, что осталось от стадиона: тёмными пятнами по белым полусгнившим доскам трибун тянулись широкие расколы, чередующиеся проломами. От асфальта осталось одно название и неровные островки с проросшими сквозь трещины сорняками, сквозь которые шла полустёртая линия старта. Где-то ближе к центру старые ржавые ворота тонули в большой луже с песочными краями. От турников остались только обточенные коррозией и временем кривые зубья железных прутов. Усевшись на самые ровные и целые лавки в третьем ряду, мы уставились на поле стадиона. Справа из-за густой сирени на нас лукаво выглядывали серые панельные пятиэтажки. По левую сторону утопала в деревьях моя школа, обшарпанная и такая родная. Привычно горел свет на первом этаже.

— Серёга, можно Серый, конечно же.
С этими словами Гопник протянул мне руку.
— Михаил. И можно на ты.

Я ответил на рукопожатие и вдруг увидел, как его рука, освободившись от положенной на скамью барсетки тянется за пазуху. Мгновение, и бутылка портвейна "777" с двумя стаканчиками ставится между нами. Я снова выпал.
— Даже и не знаю, что сказать. — Протянул я, пока Серёга плавил пластик пробки зажигалкой.
— Расскажи, что у тебя случилось?
— Да нечего рассказывать. Уволили с работы. Мне всё пишет бывшая, которая наставила мне рога с год назад. Угнали машину. Ничего особенного. А у тебя что? Не часто меня НЕ грабят гопники, а уж поить вином.
— Ну... Признаться, у меня тоже плохой день. — Как-то вскользь сказал Сергей, разливая портвейн по стаканам.
— И что же случилось? — С удивлением для себя спросил я.
Отрешённость вкупе с невероятной манерностью маргинала интриговали до глубины подкорки головного мозга.
— Я устарел.

Вот так вот просто и чётко сказал гопник, пододвигая ко мне пластиковый стаканчик с портвейном. Я в свою очередь протянул ему сигариллу.
Мы затянулись одновременно.

— Это как? — Спросил я.
— Да вот так... — задумчиво протянул маргинал, — знаешь. Просто однажды выходишь из дома. И понимаешь, что ты какой-то лишний на улицах. — Он вздохнул. — Меня и свои-то не очень принимали, сам понимаешь — надо быть проще и отжимать мобилы. Но это не моё. А сейчас какие-то странные дети, невнятная речь, какие-то шевроны.
Помолчав немного, будто собираясь с мыслями, Серёга продолжил:
— Даже не знаю... Ты однажды понимаешь, что ты кусочек прошлого в будущем. Как старая фотография, на которой изображено что-то ушедшее, но ценное, дорогое. А все остальные вокруг уже давно флешки. С огромной памятью... Которая набита мусором. И вот эти флешки заменяют новыми флешками. А фото выцветает, рвётся, разваливается под дождём. Так и я... Разваливаюсь. Хотя что поделать, я же быдло, ёпта. Вечно молодой, вечно пьяный.
С этими словами гопник усмехнулся.
Мне оставалось только заворожённо слушать. Он говорил о себе, но без эгоизма. Совершенно. Я узнал, что он поэт. Пожалуй, только я могу похвастаться тем, что я пил на стадионе с гопником, и... Он декламировал мне свои стихи...

"Как Данко в тоске предсмертной
Несём своё пламя мы в сердце
Мы сделать желаем бессмертной
Память за старою дверцей

И многогранна та старая память
Что слайдами фото старинных
Норовит всё сгореть иль растаять,
Лишая картинок тех дивных

И нет уже многих ведь рядом
Тех, кто был, или не был
С кем ты встречал звездопады,
И видел снов своих небыль.

Вопреки мы храним в алтаре
Декаданс душных воспоминаний
Ведь отсутствие их в голове...
Вызывало бы больше страданий".

***

Дни пролетали довольно незаметно. Вскоре я нашёл новую работу. Рутина почти затянула меня, но я помнил: мы условились встретиться сегодня в одиннадцать на том же месте. Прихватив на этот раз пачку обычных сигарет "Тройка", я спешно вышел к стадиону, но по дороге возле школы в кружке фонаря я обнаружил толпу местного "нового" пацанья, обступившую кого-то. Судя по короткому вскрику — девушку. Я прибавил газу, с ходу громко оповещая о своём присутствии:

— Ребятки, весна в голову ударила?

Компания развернулась. Четверо. Малолетние щенки. Худые ноги в зауженных трико и широкие на вид корпуса в бомберах. Чёлки и нашивки. Ребята быдловато выкатили вперёд губы, растянутые в глуповатой мерзкой ухмылке, и следом на меня посыпались вопросы:

— Слыш, дядь. А ты герой, да? Шмот дашь поносить? Кожанка топчик прям.
— А заработать пробовал? — Огрызнулся я, стараясь отвлечь компанию на себя, чтобы девушка имела хоть какие-то шансы на побег. Подавая ей незаметный знак глазами, невольно заметил ладную миниатюрную фигурку и аккуратное личико, обрамлёное светлой чёлкой. Девушка застыла на месте, будто вкопанная, но мой план удался, и четыре "мушкетёра" начали обступать меня, в руке одного из них блеснуло лезвие ножа...

Синее пятно метнулось откуда-то из темноты в круг софитов, снося одного из нападавших. Стараясь не упустить возможности, я двинулся вперёд, выписывая ногой под дых подстрекателю. Главаря с ножом тем временем ронял об асфальт столь вовремя появившийся Серёга. Первый лежал в нокауте. Второго и третьего мы хорошенько отпинали, но главарь к сожалению успел сбежать.

— Хы. Знай старую школу, ёпта! — Заключил Серёга.
Оставив мне номерок телефона то ли для приличия, то ли ради интереса, девушка скрылась за поворотом. Мы же направились на стадион, на этот раз выбрав угол в тени, чтобы в случае возвращения подростков с подкреплением не отсвечивать.

— Ты уж звякни ей, не зря же писала. — Гыгыкнул маргинал, протягивая на этот раз одну баклашку "Шахтёрского" десятипроцентного светлого пива. Жёсткое пойло, осмелюсь доложить.
— Мне кажется, ты заслужил это право больше, чем я. — Усмехнулся я.
— Поверь, не охота. Да и ты первый начал геройствовать.
— Но разносил-то ты. — Заключил я, отхлебнув из бутылки, протягивая хрустящую пластиковую баклашку обратно.
— Мне оно, не нужно, правда. — Отмахнулся бандит.
— А что, у тебя уже есть кто-то? — Спросил было я, о чём сразу же пожалел.
Сергей едва заметно помрачнел, и печаль отразилась во взгляде чуть сильнее:
— Есть, вернее. Была.
— А сейчас... — любопытство во мне победило вежливость, — она...
— Ушла.
— И почему же?
— Я быдло, Миха. Забыл?

Серёга улыбнулся неожиданно ярко и позитивно, сверкнув глазом.
Я вздохнул, непонимающе мотнув головой. Звёзды мотало по небу меж облачных прослоек, осеняя обсидиан ночи тусклым фонарным светом. Порывы тёплого ветра мотали летнюю пыль по стадиону почти что кругами, стравливая потоки в битве маленьких ураганчиков. Стадион старел, казалось, с каждым днём, обращая краску и покрытие металла в прах, ломая доски скамеек.

— Я не понимаю. Серёг. Ты пишешь прекрасные стихи. Ты думаешь, как никто на моей памяти. Почему ты так говоришь о себе?
Этот чёртов гопник улыбнулся, затянувшись. Отведя взгляд от неба, он прикрыл глаза, пустив облако табачного дыма в воздух:
— Да потому что я херовый созидатель, знаешь.
Хмыкнув, он продолжил:
— Жизнь как поезд. Офигенный такой поезд. И у каждого своя станция, понимаешь? А Бог типа начальника состава. Или машинист, как хочешь...
А я опоздавший. Который бежит по перрону вслед за составом с матами жуткими. А денег на новый билет нет. И есть смутный шанс попасть на следующий поезд по старому билету... Крайне смутный, и знаешь...
— М? — Вопросительно хмыкнул я, затягиваясь последней сигаретой.
— Я не могу сказать, что всё было плохо. Я удачно отучился в школе. Я... Сносно закончил училище. В семье было всё более-менее. Но блять...
Горечь в его голосе пронзила новой нотой, а я замер, впервые услышав от него матерное слово.
— У меня всю жизнь ощущение, что я — тот самый единственный опоздавший. Вечно молодой. Вечно пьяный.
Мне осталось молча похлопать друга по плечу, вручив ему оставшееся пиво.

***

С Анной (той самой девушкой) у меня начало налаживаться интересное общение, переросшее в нечто большее. Она оказалась тренером в одном спортивном зале. В котором ей иногда не очень везло сталкиваться с теми самыми ребятами, которые решили подкараулить её в переулке в надежде залезть под спортивную форму. Гопник уговорил меня записаться к ней на тренировки. Таким образом я стал ближе к Анне, Анна стала дальше от мелких похотливых щенков... А Серёга вскоре получил шикарную резную трубку и пакет махорки. Впрочем, счастье длилось недолго. На этот раз толпа юных мстителей ждала нас за ближайшим поворотом от зала. Я уговорил её убежать. И это помогло мне спокойно пережить избиение ногами в дешёвых кроссовках. Только куртку жалко, а так.

***

— И ты, жопа, молчал, да?

Я сидел за столом, когда дверь открылась. В проходе с бумажным пакетом под локтём с великой укоризной во взгляде на меня смотрел Сергей. Из-за его плеча виновато смотрела Анна. Я только выписался из больницы, потому отдал ей копию ключей, чтобы поливала фикус по имени Андрей.

— Да ладно, всего недельку полежал с сотрясением лёгким.
— Ань. Можешь, пожалуйста, выйти? — На удивление тихо попросил Сергей, и девушка вышла, закрыв за нами дверь.
— Я тут тебе фрукты принёс, там... И ещё кое-что.
С этими словами маргинал вытащил из пакета промасленый газетный свёрток, и грохнул его на стол.
— Я знаю — у тебя скоро юбилей.
Я с интересом начал разворачивать странички "Спортивных новостей" и замер. В груди похолодело — передо мной лежал старенький видавший виды пистолет ТТ.
— Полный магазин. Маслят могу ещё подсыпать потом. Номера сбиты. Если что, выбросишь и никто ничего не сможет сказать. — Гордо заявил Сергей.
— Ты охренел? — Очень тихо спросил его я.
— Это на случай, если меня рядом не будет. Ну, если не хочешь, я его отнесу и спрячу под лавочку, где мы сидим. А по поводу ребят этих...
Гопник посуровел:
— Я одного из них в больницу отправил в качестве предупреждения. Братвы может у меня и нет, но я один целой бригады этих щенков стою, понял?
— Спасибо. — Мягко улыбнулся я, пожимая другу руку.

***

Неделю подряд тревога не покидала моё сердце. Встреча была назначена.

И снова я иду к стадиону. Уже издали на нашей лавочке я замечаю сгорбившуюся фигуру Серёги и машу рукой. Он не отвечает. Я ускоряю шаг, насколько это возможно хромому человеку, едва не споткнувшись, взлетаю по лестнице трибун стадиона. Дотрагиваюсь рукой до плеча друга — спина отклоняется назад, и на меня смотрят стеклянные глаза. И до боли знакомая улыбка будто ещё шире. Ещё счастливее. Рассвет, скорая. Одно ножевое. Прямиком в сердце.

Следствие встало — закон уснул. Но проснулась справедливость.
Вернувшись на наше условное место, я бережно сдвинул опустевшую рюмку и кусочек чёрствого хлеба в сторону, отдирая доску скамьи, стараясь не порвать перчатки. Там, в темноте лежал заветный газетный свёрток.

Компания уродцев не заставила себя долго ждать. Они караулили меня возле школы, ехидно посмеиваясь:
— Ну что, гопозавра прибили, ага. Ты пришёл друга поддержать?
Компания засмеялась. Всё те же четыре урода. Ладони дотронулись до козырька восьмиклинки, надвигая козырёк на глаза.
Серёг... Спасибо тебе за второй магазин.
В два шага сократив расстояние меж нами до метра, я вскинул пистолет, целясь в лицо когда-то убежавшему от нас главарю, и давлю на спуск...

***

Звонок в дверь подобно упавшему на голову снегу всполошил меня, и я чуть не свалил на пол кастрюлю с варившимися пельменями. На пороге стоял наш участковый. Всё-таки я вне подозрения?
— Чем обязан? — Спросил я, рукой закрывая дыру на футболке.
— Следствие закончилось, и я хотел бы передать вам кое-что из вещей друга. По крайней мере, ваше имя на этой записке.
В мою руку лёг клочок жёлтой клетчатой бумажки, испачканный кровью в уголке — лежала под сердцем, видимо. Попрощавшись с участковым, я закрыл дверь, сполз по стене на пол, и, развернув бумагу, не сдержал скупых слёз и улыбки. Типичный Серёга.

Не плачьте по мне, я проснусь.
Здесь я лишь спал, и тем паче,
Где-то так, или иначе
Мира иного коснусь

Я ничто — я забытый бродяга
Бумагу марали стихи
И там, где остались грехи
Как плоть сгниёт та бумага

Я вечно юн — не скорбите по мне
И пьян — поминать уже поздно
Запомните только те звёзды
Что показал вам во сне

Встречу тех, с кем был, да и не был
Вспомню то, что я здесь позабыл
Пусть труп мой остыл
Но на поезд успел я — он уже отбыл

Не плачьте по мне, я проснусь.
Здесь я лишь спал, и тем паче,
Где-то так, или иначе
Мир

Это наименование товара я узрел на ценнике в строительном магазине. Я пришел туда за молоком, но обнаружил куда больше. Ведь это явно то, что мне нужно. Название говорило за себя, спрашивать не было смысла.
— А что, тот ключик прям всерьёз разводной? — хитро подмигнул я продавцу.
Он как то странно посмотрел на меня (как на ебанутого) и ответил:
— Ну да. Разводной. Используется для...
— Тсссссс. Молчи! Мы же не хотим раскрывать всех секретов, не так ли? Дайте мне один. Не терпится опробовать.

Продавец в недоумении дал мне ключ и взял с меня целых 700 рублей. Здоровенный, тяжелый, но так удобно лежащий в руке, он просто придавал мне тонну уверености в том что теперь я разведу кого угодно и на что угодно. И начать я решил незамедлительно.
С кого начать? Разумеется с батька! Он у меня всегда как подопытный выступает. Я бежал домой, размахивая ключом как битой.

Около лифта стоял какой-то паренек. Ну лаааадно....
— Слушай, не будет сотки в долг? На хлеб не хватает...-спросил я сунув ключ ему в морду. Его затрясло мелкой дрожью и через секунду в моих руках оказалось две бумажки по 100 рублей, всякая мелочь и мобильный телефон. Работает! Я блядь, прям запел на весь подъезд. пел пока поднимался в лифте, пел открывая дверь в квартиру, пел,пел...и тут меня нагло прервал батя.
— Хули ты стонешь, урод? Хлеб купил?
Время пришло.
— Бааать...иди на хуй, и дай мне косарь, я пойду с телками бухать. — И ключом в морду тычу.

Парочки ударов хватило мне, чтобы понять что эта магия на моего батька не действует. Еще парочки хватило чтобы я понял что если щас не свалю, то уже никогда никуда сваливать не смогу. И отмахиваясь ключом от разъяренного батька я выскочил в падик. По пути вниз я охлаждал синяки холодным ключом и решил попытать счастья в другом месте. И тут на выходе из подъезда мне попалась ооочень красивая девушка. Ну прям очень. Такая красивая, что меня чуть пиписькой по лбу не оглушило. И я тут же пустил в ход магию.
— Привет, красотка, как насчет того чтобы уединиться со мной скажем, прямо в лифте? — и ключом в морду, разумеется.

В ответ мне в лицо ударила струя газового балончика. И крики девушки зовущей на помощь. Потом топот ног, мужские голоса и удары. Спустя какое то время я понял что бьют меня.
— Пацаны, дайте денег!!! — заорал я поднимая над собой ключ. И тут кто то вырвал его из моих рук.
Когда я очнулся, было уже темно, лампочек в подезде нету, поскольку я их все спиздил, и я на ощупь добрался до квартиры. Ключ торчал в моей жопе, очень глубоко и очень больно. Мой отец никогда так не ржал. Кое как он извлек ключ, а я извлек для себя урок. Завтра пойду требовать обратно свои деньги. Меня же наебали.

Шел я как-то, короче, по делам, иду себе, хорошо иду, не трогаю никого, и тут навстречу мужик такой косматый в пальто и говорит: купи хуй. Я его обойтить пытаюсь, а он хоба шаг наперерез и снова: хуй купи. Я ему, мол, а нахуя мне хуй? Вопрос резонный, и он мне говорит, типа, купи, пригодится, хуй в хозяйстве — первая вещь.
Купи, говорит, а то пожалеешь. Я его прямо в товар послал, обошел и дальше потопал. Пришел домой, дай, думаю, поссу. Зашёл в сортир, стянул штаны и что бы вы думали.
Хуй как Гарри Гудини куда-то съебался.

Побежал я, кароче, искать того мужика. Выискал, говорю, СУКАВЕРНИБЛЯ, а он укоризненно, мол, надо было сразу брать. Теперь хуй тебе, а не хуй. Я на него с кулаками, типа, я тебе ща пачку в жопу затолкаю, а он пальцами щелк, и мне полный рот залуп наколдовал. И побежал по улице, а я за ним, выплевываю по дороге. Смотрю, кстати, а за мной тоже бегут. Я им кричу: вы чо, а они: да он нас тоже развел, хуекрад ебаный. Гоним его в переулок, окружили кое-как, а он обернулся, из-за пазухи выхватил елду обрезанную и такой, типа, не подходите, короткоствол заряжен.
Ну я вышел из толпы, руки поднял и начинаю переговоры. Говорю: ты мне скажи, ебаная тетя, зачем ты весь город на хуи кинул? А он вдруг в слезы: да как же мне хуи не пиздить, когда у самого беда. В юношестве был трубачом, ебаться хотелось, ну и сунул в тромбон, а обратно никак. И хоть ты как — не слезает, дудит только. А тут на беду батя вернулся, ну а трубач то голый с тробоном на хую, ну и кинулся в шкаф. А тромбон не поместился, наружу остался. И шо вы думаете?
Заходит батя в комнату, видит тромбон у шкафа, и, ворча, мол, заебал сын вещи раскидывать, как рванет инструмент! И такое резкий высокий гудок, как в шапито, а за ним из шкафа ор.
Батя с тех пор запил и каждый раз, как духовые увидит, крестится, а трубач с тех пор стал завидовать всем, у кого хуи остались, ну и, короче, во всезнамусе высмотрел, как хуи выкрадывать. И с тех пор орудует.
Мы на него смотрим, а он прямо захлебывается и хоба обрез себе к подбородку. Я к нему кинулся, да поздно: спустил торгаш курок. Разметало ему голову тугой струей.

Хуи мы все нашли потом и обратно пришили, всем городом праздновали. С тех пор у нас каждый год Международный День Хуев, к нам оркестр приезжает с тромбонами. Ровно 8 марта.

Как всегда в этот поздний час Саша сидел в своём любимом кресле, и запахнув полы старенького купального халата расслабленно следил за ползущими по экрану монитора строчками текста. В данный момент его внимание занимал тред про массовое изнасилование маленькой девочки, приведшее к её смерти. На экране сменяя друг друга появлялись подробные фотографии то больших, испачканных в сперме членов, то практически вывернутого на изнанку маленького детского влагалища, то перекошенного страхом и болью нежного детского личика. Аноны вовсю смаковали подробности, делились похожими фото мечтая поучаствовать в чём-то подобном.

Глядя на всё это Саша чувствовал приятное тепло, постепенно разливающее в области паха. Можно было-бы неплохо пофапать, тем более, что находясь дома он почти всегда носил халат просто поверх трусов. Вот только родители могли вернуться с минуты на минуту. Он посмотрел на часы в углу экрана. На часах было без пятнадцати полночь. "Вот-уж и новый год скоро", каким-то не особенно радостным тоном произнёс голос в его голове. Родители как всегда в такое время обходили соседей по подъезду, угощая всех своими фирменными пирогами и получая

в ответ кучу поздравлений, сладостей и прочей мишуры. Телевизор за его спиной тихонько бурчал что-то о подведении итогов уходящего года и обернувшись, Саша увидел на экране пожилого лысеющего человека в очках в тяжёлой роговой оправе. На улице кто-то нетерпеливый уже запускал первые фейерверки, большую часть комнаты в которой находился Саша занимал огромный, составленный из двух праздничный стол, щедро сервированный самыми разнообразными блюдами. Были здесь и традиционные для предстоящего праздника салаты и всевозможные горячие

и холодные закуски и несколько видов алкоголя различной крепости, начиная шампанским и кончая литровой бутылкой водки. И вот глядя на всё это, Саша вдруг невольно подумал о том, а какие итоги для себя за этот год он мог-бы подвести, если-бы взялся.

Над ним издевались всегда и всюду. Всегда, сколько он себя помнил. Ещё в детском саду ребята отнимали и ломали его игрушки, за что ему неизменно доставалось от матери. В школе одноклассники, перепробовав все мыслимые способы поиздеваться над ним, кажется просто забыли что он существует. Сашу это вполне устраивало. Для одноклассников он стал просто фоном, тенью на пустом месте и всячески старался, чтобы это положение не менялось. Он мечтал, что поступит в институт и уж там-то незнакомые взрослые люди примут его в свою тусовку. Но вот закончив школу и поступив на платное отделение одного непрестижного ВУЗа он с удивлением открыл в себе одну интересную особенность. Казалось, он может взбесить совершенно незнакомого человека одной, совершенно невинной фразой, а то и просто появившись в поле зрения. Даже самый флегматичный пожилой преподаватель увидев Сашу моментально раздражался, что немало веселило всю группу. Однокурсники смотрели на него как на инопланетянина, перешёптываясь и смеясь за спиной. Так прошёл первый курс, затем второй, и просвета из этого всего не было видно.

И вот он сегодняшний. Взрослый долговязый парень из полной и весьма обеспеченной семьи, вынужден проводить новогоднюю ночь с родителями, просто потому что ему некуда пойти. Некуда и не с кем. Без пяти полночь. Сейчас по телевизору начнётся речь президента, затем покажут куранты, и он, с бокалом шампанского, который ему налила мама, вновь, как и во все предыдущие годы пожелает, чтобы в его жизни хоть что-нибудь изменилось. Чтобы он наконец понял, как избавиться от этой ауры всеобщей тотальной ненависти, которая преследует

и окружает его всю жизнь. А за окном люди будут кричать и взрывать петарды. И какая-то стройная кареглазая девушка с длинными вьющимися волосами прижмется к такому-же как он, Саша, долговязому парню, и тот по-хозяйски приобнимет её одной рукой.

И вот, представив себе эту последнюю картину, он не торопясь вылез из кресла, сунул ноги в старые стоптанные тапки, и достав из папиной сумки связку ключей направился в сторону чулана, туда, где в углу, с чёрном металлическом сейфе хранилось папино охотничье ружьё. Затем, вернувшись обратно в кресло и стянув с правой ступни носок, Саша аккуратно зарядил двустволку и ещё раз окинул комнату взглядом. Сколько времени было проведено в стенах этой комнаты! Сколько дней и ночей в темноте, и только свет монитора отражался на бледном лице.

Год за годом. И каждый раз он убеждал себя, уж в следующем-то году обязательно всё изменится, люди поймут, что он не так плох как они думают и у него наконец-то начнётся нормальная жизнь. Хватит обманывать себя. Впереди у него только годы бесконечных серых будней, хамовитый начальник, малооплачиваемая нелюбимая работа, а потом одинокая старость и смерть. Может быть он не выдержит и сопьётся, и тогда его жизнь закончится бугорком земли на безымянном кладбище и табличкой с надписью "неизвестный № XXX". Но зачем ждать, если всё это можно ускорить? И с этой последней мыслю он сунул дуло ружья себе в рот, зажмурился, и большим пальцем правой ноги надавил на курок. В этот момент президент как раз закончил свою поздравительную речь, на экране поплыли виды Кремля и красной площади. Раздался оглушительный грохот, брызги кровавым фейерверком взлетели под потолок. испуганно зазвенели хрустальные кубики люстры и обагрившие их красные капли начали медленно стекать на белоснежную скатерть праздничного стола. На экране телевизора под торжественные звуки гимна виднелась красиво присыпанная снегом спасская башня, заливаемая сверху вниз тонкими красными ручейками.

В коридоре хлопнула входная дверь, раздался шум радостных голосов. Сашка, выходи!-с порога закричал отец. Тут к нам в гости Кристиночка пришла! Помнишь, в школу вместе ходили? Саш-ша!-звала мать, пытаясь одновременно снять сапоги и удержать за пазухой маленький мяукающий комок. А мы тебе что-то принесли! Сашка!! Саша?..

Я по своей натуре человек немного образованный. Даже знаю как правильно -тся -ться писать. Знаю, что земля круглая, что яблоко не Птолемею, а Ньютону на голову упало. А еще я ходил в школу когда-то. И был у нас такой ниибически важный предмет, как химия. А на ней рассказывали много интересного. А жена моя пошла еще дальше — закончила Менделеевку. И не просто Менделеевку, а магистратуру. Мы своими четырьмя вышками на двоих не выеживаемся, лежат дипломы в шкафу, пылятся. Но в один прекрасный день они нам понадобились.

По городу давно ползали прокаженные, проклятые всеми разведенными людьми мошенники, которые представлялись работниками водоканала и приходили типа «проверять качество воды». На самом деле, они хотели только путем навешивания лапши отнять у бедных пенсионеров и нешарящих людей денег за свой супер-пупер-пипец-распипец фильтр, который судя по цене должен не только фильтровать воду, а по желанию главы семейства делать ему минет.

Я коротко опишу для тех, кто не в курсе, каким образом происходит алгоритм их работы. Приходит к вам в квартиру тело, представляется работником водоканала, хотя по виду оно только вчера ссало у подъезда, бухало водку и лузгало семки. В арсенале 2 прибора — один из которых электролизер, а второй замеряет солевой баланс воды. Берется вода из под крана, из фильтра-кувшина, из унитаза — не суть. Опускается солемер в воду, показывается какой-то результат в зависимости от калибровки и начинаются причитания: да у вас вода хуже сточных вод! Да вы завтра умрете от заворота почек! Да ваш ребенок и года не протянет!

Подтверждая свою теорию, достают электролизер, на нем несколько металлических палок. Окунают эти палки в воду, аки хуй в мед, и включают адскую машину в сеть. Происходит электролиз, палки на приборе взаимодействуют с растворенными в воде элементами периодической таблицы менделеева, коих в воде намешано предостаточно, и выпадает осадок. После этого пенсионеры обычно теряют сознание, у мамочек пропадает молоко, хомяки и морские свинки просто сдыхают. Дэвид Блэйн произносит удручающую фразу: «Видите что вы пьете?», опосля чего лезет в закрома и достает оттуда шкалик с водой, которая набежала из чудодейственного фильтра, который стоит у него дома.

Ясельным детям понятно, что он опускает оба прибора в свою баночку, и никакого осадка не выпадает, и другой прибор не зашкаливает, и вода блестит на солнце, и падает от этой воды на стол радуга (стакан, сука, специально при случае на солнышко ставит, чтобы свет преломлять).

Пидор лезет в свой портфель и достает талмуд с описанием работы чудо фильтра, до фига времени рассказывает про его достоинства, и наконец добивает жертву, что именно сегодня и именно для него скидка. Почти 200 рублей. (при стоимости девайса от 40 тыщ и до бесконечности). Жертва кидается либо к заначке, либо в банк брать кредит, дальше рассказывать нет смысла, есть куча форумов, на котором жертвы плачут и говорят, что их обманули. Это преамбула. Дальше открывается занавес.

Ясным весенним солнечным днем, мне позвонили, назвали по имени-отчеству (вот суки), и сладким голосом сказали, что завтра ко мне придут работники водоканала проверять качество воды, потому что они заботятся о моем здоровье. Я от счастья чуть не наложил в штаны. Счастье было огромным, у меня в запасе были сутки и я успевал подготовиться. Радостно сказав, что я буду их ждать с нетерпением, я пошел готовиться к представлению.

Продуктовый магазин был почти пуст. Я купил там мелкой йодированной соли. Потом зашел в автомагазин и купил 10 литров дистиллированной воды, плюс маленькую литровую бутылку (кто не в курсе, в такой воде электролиз не работает, и именно она выступает у них в роли отфильтрованной воды). В хозяйственном магазине купил шланг для смесителя, а маленький компрессор и большая герметичная емкость у меня уже была. На следующее утро я открутил горячую воду в кухне от водоснабжения, прикрутил к смесителю вместо нее шланг, по которому в него подавалась дистиллированная вода под давлением (компрессор + герметичный сосуд, в который я пустил шланг). Литра три точно вытечет. Маленькую бутылку с дистиллятом я аккуратно открыл и очень круто посолил, не забыв потом аккуратно закрыть, типа новая, девственная бутылка. Все было готово к встрече гостей. Я ждал.

Ясный весенний день радовал всех: трахающихся кошек, воробьев на ветке, детей, запускающих в ручьях кораблики, и меня, удава, поджидающего жертву, которая сама пока чувствовала себя удавом, подбираясь к моей квартире. Зазвонил звонок. Я с улыбкой открыл дверь, там стоял мужичок лет 25-30, в кожаной курточке и портфелем в руках. Ну заходи, сука! — подумал я, ща я тебя поимею. Я ему улыбнулся и пригласил на кухню.

Представление началось. Первый акт я бы назвал подготовка смазки жертвой. Паренек минут 10 пытал меня, слежу ли я за своим здоровьем, сколько денег в месяц я готов потратить на здоровье, ссал в уши и вел себя очень уверенно. Я пока прикинулся тупым двоечником и отвечал на его вопросы, чтобы он подумал, что я повелся. Он достал 2 прибора. От мысли, что я угадал с приготовлениями, и через некоторое время он будет стоять в дерьме по уши, а я буду срать сверху и громко смеяться, я улыбнулся. Он заметил и спросил, что я улыбаюсь. Я ему сказал, что не видел таких хитрых приборов и интересно, как они работают. Чувак окончательно расслабился.

Я сказал, что в последнее время вода из под крана у меня идет хорошая, кошка пьет только ее, и кошачья моча даже перестала вонять. Он попросил набрать воды из крана. Я набрал в стакан дистиллированной воды из емкости под умывальником. Он опустил приборчик в воду… и завис без выражения эмоций, как фригидная макака. Показания явно не сходились с тем, что он ожидал увидеть. Программа дала сбой. На моем лице появилась улыбка. Я спросил, что значат показания. Он решил, что я совсем идиот, и сказал, что прибор показывает количество плохих веществ в воде, хотя за несколько минут до этого, описывая прибор, говорил совсем другое. Я попросил показать мне прибор, на нем была шкала для наглядности. Дистиллят показывал отличный результат. Парень занервничал.

Потом он попытался провести электролиз дистиллированной воды, но ни осадка, ни изменения цвета воды не обнаружил. Программа трещала по швам. Чувак реально начал охуевать. Он потерял контроль и раскололся. Он спросил, у вас что, дистиллированная вода в кране идет? Я был готов к этому вопросу. Начинался акт 2, доминирование и унижение.

Я его спросил, почему он так считает? Он сказал, что такая вода бывает только после их фильтра, либо дистиллированная. Я честно сказал, что фильтра у меня не стоит, зато есть бутылочка дистиллированной воды, которую я заливаю в утюг, и спросил, можно ли померить волшебным приборчиком ее?

Последней его ошибкой было согласие на мое предложение. Я принес из комнаты бутылку круто посоленной дистиллированной воды. Он опустил в нее свой хуеметр, он зашкалил, отрубился, и больше не включался. На такое количество соли эти приборы не рассчитаны, получилось равноценно тому, если бы медицинский термометр с пределом 42 градуса опустили бы в кипяток. Чувак расстроился. Наставало время кульминации

Я сказал, что у меня на стояке стоит краник, который очищает воду от всех вредных примесей. Отвел его в туалет и показал. Он не поверил. Я достал из шкафа 4 диплома и сказал, что мы с женой придумали его сами. Предложил набрать еще раз воды из под крана, и сунуть оставшийся работающий прибор в нее. Он почему-то отказался, сказал, что ему надо идти, собрался и ушел. До бумажек с его чудо-приблудой и шкаликом дистиллята у него в портфеле дело даже не дошло.

Подводя итоги, скажу, что получил громадное удовольствие. Очень дорого стоят глаза мошенника, когда он понимает, что его развели. Так что если к кому придут такие – вы знаете, что делать!

Думаю, прежде чем начать, нужно сделать небольшое пояснение. Я немного повернут на оружии, а также всяких стратегиях выживания, тактическом снаряжении, биноклях, фонариках и прочем. Такого добра у меня довольно много, а жемчужина коллекции – винтовка Ремингтон 700-ой модели (ее вполне легально можно купить в России после пяти лет владения гладкостволом). К ней у меня есть парочка очень хороших оптических прицелов – один помощнее, другой послабее. Не то, чтобы я псих какой–нибудь, но, скажем так, мне нравится чувствовать себя готовым к неприятностям в наше неспокойное время. Ну, это, как я уже говорил, предыстория.

А сама история такова. Довелось мне раз снимать квартиру в одном из районов Северо-Восточного округа Москвы. Снимал её ввиду производственной необходимости, долго задерживаться там не собирался, так что договор заключил на пару месяцев всего. Квартира была на последнем этаже двенадцатиэтажного дома – вид из окон был бы шикарный, если бы не одно "но". Напротив, метрах в двухстах стоял другой двенадцатиэтажный дом, и кроме него из своих окон я почти ничего не видел. Квартирка моя была дешевенькая, даже телевизора там не было. Интернет я туда тоже проводить не собирался, все равно скоро съезжать, так что развлечений было, прямо скажем, не много. Как назло, и работы оказалось меньше, чем я думал, так что вечера я проводил читая, а потом, когда стемнеет, брался за винтовку и играл в «гляделки». Это развлечение я придумал себе день на третий проживания в той квартире. Я настраивал прицел, глядя через него на улицу, прикидывал расстояния до разных объектов, случайно заглянул в пару окон и как-то увлекся. Потом я подтащил к окну письменный стол, установил на него свой Ремингтон с оптикой и через щель в задернутых занавесках стал изучать жильцов дома напротив. С тех пор я проводил так почти каждый вечер.

Конечно, Вы можете осудить меня, и я соглашусь с Вами. В том, чтобы разглядывать людей через перекрестье прицела, пускай и незаряженного ружья, нет ничего хорошего, но черт возьми, один раз попробовав, я уже не мог остановиться. Дом напротив был просто скопищем колоритнейших персонажей. И если мужик с шестого этажа, каждый вечер смотрящий порнуху, быстро надоел, то мелкий пацан-каратист с девятого, устраивавший себе ежедневную беспощадную тренировку на кухне, и молодая парочка с седьмого стали моими любимцами. Парочка эта, кстати, была очень горячая, за несколько дней, что я за ними наблюдал, они делали ЭТО всеми известными мне способами и явно не собиралась останавливаться. А еще они, похоже, не знали, как в их спальне выключается свет. Наблюдать за ними можно было бесконечно, я надеялся многому у них научиться. Были еще алкоголики, интересные лишь во время своих пьяных драк, разведенки с детьми, более-менее нормальные семьи, в общем, много чего. Но рассказ не про них.

Как-то раз, во время очередных «гляделок» я совершенно случайно посмотрел в окно на восьмом этаже, в которое раньше особо не заглядывал. Я увидел почти пустую комнату, освещаемую единственной висящей на потолке лампочкой, дверь была плотно закрыта. В углу стояла кровать, на которой в классической позе йога сидел человек. Он привлек мое внимание своей неподвижностью, и я решил понаблюдать за ним. Человек сидел спиной к окну и смотрел в стену. Он был очень худым, бледным и высоким, совершенно лысая голова казалась непропорционально большой, майки и штанов на нем не было. Минут пять я разглядывал его, но он так и не пошевелился. Я перевел прицел на стену, куда он смотрел – стена, насколько я мог видеть, была пуста – ни картин, ни ковров, выцветшие обои местами ободрались. Я обвел прицелом комнату – тоже ничего интересного: пара стульев, журнальный столик с ворохом газет, старое кресло, маленький коврик на полу у кровати. На закрытой двери я заметил несколько непонятных вертикальных полос и все. Я решил, что чувак просто медитирует, и каких либо приколов от него ждать не стоит, после чего переключился на своего любимого каратиста, который как раз разогревался перед очередной тренировкой.

Часа через два, когда и малолетний боец и неугомонная парочка закончили свои выступления, я еще раз для порядка заглянул в окно к йогу. Он сидел все в той же позе и смотрел в стену. Выждав секунд 30, я убрал винтовку и лег спать.

Я бы, наверное, и забыл про все это, если бы через пару дней по ошибке снова не заглянул в окно к этому йогу. Я не увидел ничего нового, и это меня почему–то разозлило. Признаться, я уже на полном серьезе считал, что каждый жилец дома напротив каждый вечер обязан меня развлекать. А этот тип просто сидел и смотрел в стену. Хотя, может, и не смотрел, а, например, спал сидя. А может, он и не живой? В смысле – кукла. А может, и, правда, дуба дал? Медитировал-медитировал, да и в астрал ушел. В общем, заинтересовало меня это. Целый час я наблюдал за ним – он не шелохнулся. Точно – кукла. Тем более, такой худой и высокий, голова огромная, кожа бледная, руки, похоже, почти до колен… Таких людей не бывает! Но что эта кукла делает одна в комнате? Эта комната – склад реквизита? А где остальные вещи? Почему в комнату никто не заходит? Квартира пустая? А кто тогда зажег свет? Я осмотрел соседние окна. Справа, насколько я представляю планировку, явно другая квартира, там живет семья с двумя маленькими детьми. А слева – темные окна, свет не горит. Ладно. Я решил отвлечься, но ни каратист, ни влюбленные естествоиспытатели меня в тот вечер не радовали.

На следующий день я пришел с работы пораньше и сразу же прильнул к прицелу. Сидит, гаденыш. В той же позе. Хотя, вроде, немного в сторону теперь повернулся. Значит, что–то там, все-таки, происходит.

Я наблюдал весь вечер. Даже в туалет не отходил. Сижу. Смотрю в прицел. И он сидит. Смотрит в стену. Вроде, дышит еле-еле. Или мне кажется. Когда заболели глаза, я плюнул и лег спать.

Утром перед уходом на работу еще раз глянул. Без изменений.

Так я наблюдал за ним целую неделю. Пара минут утром и несколько часов вечером. Время от времени его положение немного менялось, но как и когда это происходило, я не видел. Однажды я вернулся с работы и увидел, что у него поменялись простыни на кровати! И тогда я решил устроить ублюдку круглосуточное наблюдение.

Я провозился весь вечер, но результат меня удовлетворил. Винтовку на сошках я нацелил на окно, а к окуляру прицела с помощью штатива подвел объектив видеокамеры. Видео она писала прямо на жесткий диск ноутбука, так что можно будет посмотреть, что происходило в те несколько часов, которые я буду на работе. Утром я еще раз все проверил и, нажав «запись» на камере, вышел из дома.

В первый день меня ждало разочарование. Камера честно все записала, а йог все восемь часов видео честно просидел на кровати, не шелохнувшись. Я едва набрался терпения, чтобы повторить всю процедуру на следующий день.

На второй раз мне повезло. Вечером, просматривая видео, я увидел как в 14 часов 17 минут дверь в комнату к йогу открылась, и в нее вошла женщина с подносом в руках. Сперва я решил, что она будет его кормить, но на подносе почти ничего не было. Я увидел лишь какой-то пузырек и несколько небольших коробок. Женщина медленно подошла к йогу и поставила поднос перед ним на кровать. Некоторое время она стояла рядом и смотрела на него. Я думал, что они разговаривают, но, присмотревшись, увидел, что губы у нее не шевелятся. Потом она стала тереть его левую руку, а потом на несколько секунд напряженно склонилась перед ним. Что именно она делала, рассмотреть было нельзя, так как мешала худая спина йога, но было похоже, что она сделала ему укол в руку. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление. Потом она как-то странно, боком, подошла к окну, открыла форточку и закурила. Выкурив сигарету, она закрыла форточку, забрала поднос и, пятясь, вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Больше ничего не происходило. Оторвавшись от монитора, я глянул в прицел – в комнате все было точно так же, как на последних кадрах записи. Если бы не камера, я бы так и не узнал, что туда кто-то приходил.

Я еще раз пересмотрел видео. Было в нем что-то странное. Даже пугающее. Хотя, казалось бы, все понятно. На кровати сидит бледный, тощий чувак, наверное, даун, или еще что-нибудь такое, к нему заходит его сиделка или типа того, делает укол, выкуривает сигарету, уходит. Я пересмотрел видео еще раз. И еще. Так ничего не решив, я еще раз проверил в прицел своего подопечного (сидит, сволочь) и лег спать.

За следующую неделю, используя свою систему наблюдения я установил, что:

а) женщина с подносом заходит в комнату раз в два дня, примерно в 14-15 часов, она делает укол, выкуривает сигарету и уходит;

б) похоже, больше в комнате не происходит ничего!

Тем не менее, все это начинало становится навязчивой идеей. Во-первых, я так и не видел, как ему меняют простыни. Во-вторых, я, кажется, понял, что странного было в поведении женщины. Я видел, как она приходила к нему в комнату три раза и никогда — ни на секунду — она не поворачивалась к нему спиной.

Я наблюдал за ним несколько недель, почти забил на работу. За это время ему еще раз поменяли простыни, но я этого так и не увидел. Не знаю, как это произошло, если только ночью, когда я спал. Еще я узнал, что пару раз в неделю женщина из его квартиры куда–то уходит на 30-40 минут. Я видел, как она выходит из подъезда и возвращается обратно с парой пакетов. Несколько раз я смог проследить за ней – она ходила в ближайший продуктовый магазин, а на обратном пути заходила в аптеку. Я пытался узнать, что она покупала в аптеке, но чек она забирала с собой, а спрашивать у фармацевта я не решался.

Раз в два дня женщина заходила к нему в комнату, делала укол, выкуривала сигарету, выходила. Она ни на секунду не отворачивалась от него. Я досконально изучил его комнату. Я много думал про полосы на двери, про ободранные обои. Полосы на двери – это ободранная краска. И ободрало её то же, что и обои на стенах – ногти на его руках. У меня не было ни одной причины думать, что это так, но других объяснений я не находил. Он начал пугать меня. Я смотрел на него через прицел, часами пялился ему в затылок, а он просто сидел на своей кровати в углу. Особенно жутко было видеть, как в соседней квартире маленькие дети играют и прыгают на диване, а за стеной, фактически в паре метров от них на кровати сидит этот урод.

Я понимал, что нужно что–то делать, но не мог придумать что. Вызвать милицию? И что им сказать? Ну приедут они, позвонят в дверь, им не откроют, а дальше что?

Я весь извелся. Перерыл весь Интернет, но кроме стандартных страшилок, ничего не нашел (хотя одна паста, мне кажется, все же имела к этому отношение). Пытался узнать что–то у жителей дома, но, похоже, про него никто ничего не знал. В конце концов, я решился на самый идиотский поступок в своей жизни.

Я хорошо подготовился – взял пару своих лучших ножей, травматический револьвер, маску, чтобы в случае чего скрыть лицо, отмычки, фонарик, петарды для отвлечения внимания, дымовую шашку. Я рассовал это все по карманам, стараясь при этом не выглядеть подозрительно и не громыхать при каждом шаге, потом вышел на улицу, сел на лавочку у подъезда и стал ждать. Если бы ко мне в этот момент решили докопаться менты, проблем у меня было бы выше крыши. Иногда я жалею, что этого не произошло.

Самый прикол был в том, что тогда, сидя на лавочке, я понятия не имел, что собираюсь делать.

Минут через 40 я увидел, что женщина из той квартиры вышла из дома и пошла своей обычной дорогой в сторону магазина. Полчаса времени у меня точно было. Я встал и зашел в подъезд, из которого она вышла.

Поднялся на восьмой этаж. Дверь в холл была не заперта, и я открыл её. Я оказался в середине слабо освещенного коридора, один из концов которого был невероятно сильно захламлен. Вдоль стен стояли металлические спинки от кроватей, велосипед без колес, лыжи, санки, какие-то пыльные коробки, обломки деревянной мебели, а еще там была инвалидная коляска. Почему–то она привлекла мое внимание. Прикинув, что дверь в интересующую меня квартиру находится как раз в захламленном конце коридора я, затаив дыхание, двинулся туда. Вот она, обитая коричневой клеенкой дверь, квартира номер 41. Дверная ручка, замочные скважины, глазок – ничего особенного. Я остановился в паре метров от двери, стараясь собраться с мыслями. Что я здесь делаю? Что собираюсь сделать? Меня била крупная дрожь. Я просто стоял и тупо переводил взгляд с двери на инвалидную коляску и обратно. В какой-то момент я вдруг понял, что кроме своего тяжелого сопения слышу что-то еще. Я задержал дыхание и прислушался.

«Швааарк… Швааарк…»

Звук шел из-за двери 41 квартиры и явно приближался. Прежде, чем я понял, что это, звуки стихли. Наступила напряженная тишина. Мысли в моей голове медленно-медленно шевелились. До меня дошло, что я слышал его шаркающие шаги. Он подошел к двери и сейчас стоит за ней. Бл*, да он же на меня через глазок смотрит!

В этот момент дверная ручка стала быстро крутиться, а на дверь изнутри, похоже, хорошенько навалились, судя по тому, как она затрещала. Я, как вы тут выражаетесь, вывалил кирпичей и, что было духу, побежал оттуда. Как спустился с восьмого этажа – не помню, одно могу сказать – очень быстро. Только выбегая из подъезда, смог взять себя в руки. Хватило ума не сразу к своему дому бежать, а сделать крюк по кварталу, следы запутать. Дома у себя я был через 10 минут. Не разуваясь, забежал в комнату, схватил винтовку, навел прицел на его окно.

И вот тут я испугался по-настоящему. Он стоял у окна, скреб руками по стеклу и, будь я проклят, если он не пялился прямо на меня. Я видел его всего секунду, но то, что я увидел, не забуду никогда. Худое вытянутое тело, сквозь бледную кожу проступали кости, длиннющие руки скрюченными пальцами скребут по стеклу, на огромной, почти белой, безволосой голове крошечное уродливое безносое лицо – два больших темных глаза и рот без губ. Его руки двигались, рот открывался и закрывался, оставляя на стекле влажные следы, а глаза смотрели точно на меня. Я просто чувствовал этот взгляд.

Знаете, хотя в тот момент мой мозг был парализован ужасом, но тело знало, что делать. Как во сне, я отпрянул от окна и бросился к шкафу, где у меня лежала коробка патронов. Секунд через десять я вернулся с уже заряженным Ремингтоном. Мне было все равно, что будет после. Передернув затвор, я вскинулся и быстро взял окно на прицел. В перекрестье я увидел лишь покачивающиеся, плотно задернутые занавески.

Я съехал из квартиры в тот же день. Расплатился с хозяином, он не задал вопросов, я был ему благодарен за это. Сосредоточившись на работе, я прожил несколько месяцев, все стало забываться. Иногда я вспоминаю о нем. Я понял, почему он сидел лицом к стене – его так посадили. Специально, чтобы он не увидел других людей. Кто он? Я не знаю. Опасен ли он? Я считаю, что безусловно.

Иногда я вижу его во сне. Он скребется в мою дверь, а я смотрю на него в глазок. И моя винтовка в этих снах раз за разом дает осечку.

Мне не нравится, что он меня тогда видел. Боюсь ли я? У меня есть оружие, и я могу за себя постоять, но я солгу, если скажу, что мне не страшно.

Сап, анон. Хочешь тяночку-хуяночку? Мильнькую, няшненькую аутисточку, что вы вы вечерами няшились под пледиком и орали вместе с мемчиков?
А я - нет.
А знаешь почему? Потому что у меня есть соседи, благодаря которым без какой либо боли или обиды ко мне приходит понимание, что ТНН. Ну может и нужны, но явно к выбору надо подходить также серьёзно, как, например, к покупке авто.

А всё дело в том, что где-то год назад, соседи продали свою 2-х комнатную квартиру в хрущевке, её купила какая-то тётка, которая сдает её в аренду. И сдает она, уже пол-года как молодой семейке сбежавшей с какого-то цирка. Там живет парень и девка, и иногда еще другая девка, и еще по началу там была личинка, от которой ни слуху ни духу уже пару месяцов. И каждый день ёбаные сцены. Каждый сука день. И какзалось бы какие могут быть сцены? Ну, наверное, что то житейское, типа "стульчак не опускаешь", или "опять хату прокурил". Но нет. Эта Шура каждый ёбаный день не пускает своего ёбыря на работу, аргументируя это тем, что он от неё уйдет на всегда. Каждый ёбаный день, пацан гасит её в хате, убегает как от гранаты, закрывая все двери на своём пути и убекая как можно дальше и быстрее. И каждый раз шкура, с криками преодолевает набор замков, выбегает в одном халате на мороз и начинает орать. И диалоги у них не менее интересные:

— ПОБУДЬ СО МНОЙ, МНЕ ГРУСТНО БЕЗ ТЕБЯ?
— МНЕ НА РАБОТУ НАДО.
— ЗАЧЕМ?
— ЗА ХАТУ ЧЕМ ПЛАТИТЬ БУДЕМ, А?
— НУ ПОБУДЬ СО МНОЙ
— ДА БЛЯТЬ, МНЕ НА РАБОТУ НАДО
— ТЫ МЕНЯ НЕ ЛЮБИШЬ, ДА?
— ДУРА, БЛЯТЬ, Я ВЕЧЕРОМ ПРИДУ
— НЕТ, ТЫ МЕНЯ БРОСАЕШЬ, ААААААААА!

— Я СДЕЛАЮ ВСЁ, ЧТО БЫ ЧТО БЫ ТЫ ЖЕНИЛСЯ НА МНЕ, КОЗЁЛ ЕБАНЫЙ, Я ТЕБЯ ТАК ПРОСТО НЕ ОСТАВЛЮ, МУДАЗВНОН, БУДЕШЬ ЖИТЬ СО МНОЙ ВСЮ ЖИЗНЬ, ПОНЯЛ? -> отсюда делаем вывод, что они просто сожители.

— ХУЛИ ТЫ МНЕ МОЗГ ЕБЕШЬ, СУКА, Я УСТАЛ, ДАЙ ОТДОХНУТЬ?
— ОТ ЧЕГО ТЫ УСТАЛ, А? УДЕЛИ МНЕ ВРЕМЯ! ЭТО Я УСТАЛА ОТ ВСЕГО ЭТОГО!
— ОТ ЧЕГО ТЫ-Ы УСТАЛА, БЛЯДЬ? ТЫ ЦЕЛЫМИ ДНЯМИ ДОМА СИДИШЬ И НИХУЯ НЕ ДЕЛАЕШЬ.
— ТЫ ДУМАЕШЬ ЭТО ЛЕГКО, ЦЕЛЫЙ ДЕНЬ СИДЕТЬ И ЖДАТЬ ТЕБЯ? Я СТРАДАЮ, МЕЖДУ ПРОЧИМ, В ОТЛИЧИЕ ОТ ТЕБЯ.

— ТОГДА Я БУДУ ОРАТЬ! ААААААА! ВИДИШЬ, Я ОРУ! ААААА! ПОНЯЛ! АААА? СЕЙЧАС СОСЕДИ МИЛИЦЫЮ ВОЗОВУТ! ААААА! ПОНЯЛ? АХАХХАХАА, СКАЖУ, ЧТО ТЫ МЕНЯ ПИЗДИШЬ, УСЁК?

— ПОЧЕМУ ОПЯТЬ В ХАТЕ НАКУРЕНО, БЛЯТЬ, ХОЗЯЙКА ЖЕ УБЬЁТ НАС НАХУЙ?
— ПОТОМУ ЧТО ТЫ УЁБОК!

— ТЫ МНЕ ВСЮ ЖИЗНЬ УГРОБИЛ!
— КАКИМ ОБРАЗОМ-ТО? ТЫ У МЕНЯ НА ШЕЕ СИДИШЬ, А Я ПАХАЮ, БЛЯДЬ.
— ТЕМ, ЧТО ТЫ МЕНЯ НЕ ЛЮБИШЬ НИХУЯ

— НАЙДИ РАБОТУ УЖЕ НАКОНЕЦ!
— НЕ МОГУ! МЕНЯ ВЫГОНЯЮТ КАЖДЫЙ РАЗ.
— ОНО И ПОНЯТНО ПОЧЕМУ.
— УРОД, ТЫ ДОЛЖЕН ПОДДЕРЖИВАТЬ СВОЮ ЛЮБИМУЮ

Диалоги уровня детсадовских игор, но это реальность. Я так понял, что шкура залетела, довольно давно, и теперь шантажирует попавшего пацана. Других причин оставаться ему с ней, я не вижу. Личинка куда-то делась, видимо бдительные родственники забрали куда подальше от греха. Еще к ним иногда приходит какой-то дед, предок видимо, и они там начинают бурно ругаться за жизнь. Другая, девка, я так понял, подруга первой. Её почти никогда не слышно, но судя по всему она подливает масла в огонь и только.

И вот, каждый раз когда мне кажется, что я живу хуёво, я вспоминаю своих соседей и про себя говорю: Спасибо, Боже, что я Сыч.

раньше все только на рынке и одевались!! не было никаких торговых центрав и к лутшему, потому что они как делают - пакупают там же в китае только цену ставят в 10 раз больше чтобы мы втридарага плотили!!!!

а на рынке без наценки прадают - всё по лютски!

утром в субботу мамка будит бывала - вставай, ахламон, на рынок идем тебе джинсы пакупать..встаеш, батя на кухне сидит, усами шевелит с пахмелья: "што мол так часто одежду ему пакупаем, он что атличник что ли у нас?" и страх такой бирет, думаеш - сейчас пиздюлей мне выпишут, а не штанов новых!!

но бате лень, патамушта выхадной и он мамки баится, что та заставит его уроки у меня проверять, а вечером хоккей и футбол россия португалия!

идеш с мамкой на бозар, мамка знает чо и как выбирать. делает лицо будто бамжа дохлаво увидала: ой почем эти штоны?...
прадапщица говорит: триста рублей, но это КАШЕМИР и ЧЕБОКСАРСКИЙ ТРИКОТАЖ - сносу не будет!

мамка щупает: вроди качество не очень...

прадапщица: У МЕНЯ СЫН ТОКИЕ НОСИТ!

мамка: ну-ка сына померий штонов?

Встаешь на кортонку, кругом талпа ебаная, думаеш - сейчас своих штанов сниму, их сразу свистнут нахуй, народ на базаре игривый, озорной! держиш одной рукой, второй мерииш штоны..велики вроде...

прадапщица говорит: ЧТО ВЕЛИКИ ТАК ТО ХУЙНЯ, ТАМ ПОДШИТЬ ДЕЛОВ НА ТРИ ВЕЧЕРА - И КАК НОВЕНЬКИЙ ПОЙДЕТ, ВОТ В ОЧКЕ УШИТЬ НАДО И ТУТ ДВАДЦАТЬ СТЕЖКОВ СДЕЛАТЬ НА МАШИНКЕ ШВЕЙНОЙ, ДА МОЛНИЮ СПОРОТЬ ДА ПОНИЖЕ ПРИХУЯЧИТЬ!

мамке штаны не нравяться. но в открытую скозать нельзя - всё токи время украли у прадапщицы, нехорошо так.

- мы падём еще паходим - мамка хитрит.

ходиш, ходиш, мамка тоже шаристая, то колготы леванте прикупит, то семена для укропа на весну, всё падсчитано, без баловства жили ебаного, копейка в копейку! идеш по базару - навстречу тетка с пирожками, кричит зозывает. соки желудочные пузо пробивают - с утряни не жрамши!! мамку спросиш: купи мать!
мамка категорична: они из сабак да и дорого вдобавок, дома щи стаят, скоро уж пойдем до дома, там алкаш уж проспался наверна.

подходиш к тетке, той самой прадапщице, с которой начали.
мамка лицо еще унылей и скучнее делает: чо пачём штаны эти..?? - будто ни знает))

прадапщица тоже свою выгоду чует, дело под закрытие и хорошо бы ШТАНОВ ПРАДАТЬ ТО. двести дивяносто - гаварит она, сама щупает штанину, искоса на нас смотрет...
мамка напускает еще больше тоски и скуки на лицо, будто упадет сичас от бессилия на асвальт - "давай за ДВЕСТИ возьму"

-не, за двести не прадам, сама за сто девяносто брала..выгоды мне...
кашемир вот...чебоксары...качество...двести семьдисят край!

ну мамка нехотя лезет в кашелек - отсчитывает. я сразу хачу переадеться в новинку, чтобы пачуять как это - в новых штонах то пойти по улице?!!
но мамка атрезает: адевай старые, вон грязюка какая. эти новые пабереги пока, не носи, вот осенью будет у тети зины юбилей, или дядя валера балеет - может к нему на поминки еще...так тогда и наденеш, а что сичас - и в старых хорошо, а через два месяца лето уж - шортики наденеш, у меня астались в загашнике еще саветские, сносу им нету...

идешь с мамкой, решаеш куш сарвать: купи мароженое..!
ну мамка и купит, празник все таки - ШТАНОВ НОВЫХ ПРИОБРЕЛИ!

Просто пипец, пацаны, какая вчера фигня была, только сейчас толком отошел и могу написать сюда. Короче, вводная. Кун, 20 лет, Эстония. Вчера поехали праздновать день рождение девушки друга за город. Приехали мы довольно поздно из-за работы, в результате так получилось, что все уже были под градусом и мероприятие плавно подходило к концу (народ шел спать). Тогда я, мой друг и еще один парень решили ехать домой на такси, благо город был не особо далеко. Время было около двух ночи. Пока суд да дело, к трем мы с другом высадились на остановке недалеко от наших домов, а третий парень уехал дальше к себе. С другом попрощались, он пошел в свою сторону, а я некоторое время возился с телефоном и наушниками, чтобы все это заработало и я мог идти домой под музыку. Через несколько минут, закончив свои дела, я обернулся назад и увидел, как по дороге в мою сторону ковыляет какой-то весьма странный мужик. До меня донеслось небольшое похрипывание, которое раздавалось когда он шагал. Такое чувство, что у него мокрота скопилась и он никак не решался ее отхаркнуть. Но мне, по своей сути, было на него пофиг, так как моя дорога лежала в противоположном направлении, так что я надел наушники и побежал домой под музыку. Тут интересный момент. Сам я довольно спортивного телосложения, бегать люблю, а под музыку особенно, поэтому я до дома добрался довольно быстро. Подбегая к подъезду я замедлился, вытащил наушники и стал искать ключи. «И тут я услышал уже знакомое похрипывание». Я оборачиваюсь и вижу что этот мужик, очень быстро прихрамывая полубежит в моем направлении. Вот здесь, анон, я сильно обгадился. И несмотря на то, что расстояние было довольно велико, он ФИЗИЧЕСКИ не могут успеть за мной бежать, если он так прихрамывал. Я немножечко пересрал, достал ключи, вбежал в подъезд, доехал на лифте до своего этажа, начал открывать дверь в квартиру, и тут… ПОХРИПЫВАНИЕ БЫЛО ДВУМЯ ЭТАЖАМИ НИЖЕ И Я СЛЫШАЛ ШАГИ, КАК МУЖИК БЫСТРО ПОДНИМАЛСЯ НАВЕРХ! Е…. В РОТ! ПИПЕЦ! Не то чтобы я какое-то ссыкло, и драться приходилось, и спортом занимаюсь, НО! В тот момент мне было очень крипово из-за такой фигни. Я открываю дверь в квартиру, запираю ее на два замка и тупо сползаю у двери. Все – я в безопасности. Хрипа не слышно и я уже думал о том, как завтра буду рассказывать эту историю друзьям и как они пололируют надо мной, как я решил посмотреть в глазок, что происходит на лестничной площадке. Глядя в глазок я удивился, что свет на площадке так быстро погас (он автоматически включается и выключается с характерным щелчком). Значит вглядываюсь в эту темноту И ТУТ ПРЯМО ЗА ДВЕРЬЮ РАЗДАЕТСЯ ХРИП, СКРИП ПО ДВЕРИ, ЭТА ТЕМНОТА НАЧИНАЕТ ДВИГАТЬСЯ ТУДА-СЮДА И Я ПОНИМАЮ, ЧТО Я ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ СМОТРЕЛ В ЗРАЧОК МУЖИКА! Я СЕЙЧАС ВСПОМИНАЮ, ДО СИХ ПОР В ДРОЖЬ КИДАЕТ! Он начинает бить в дверь, звук как будто он когтями по двери проводит, я ору как мудак, выхватываю телефон, звоню в полицию. Они на той стороне еще, не берут, это говно ломится ко мне, я нахожусь в состоянии «пипец», когда мне, наконец-то ответили. Я ору в трубку, что меня преследовало какое-то говно, что оно ломится ко мне, что мне вообще сейчас хана, пусть высылают наряд, в ответ на это я слышу «Вы слишкам быстра гавариите, я вас не панимааю», тогда я уже заорал «ГОВНО, МЕНЯ УБИВАЮТ, ПРИСЫЛАЙ ПОЛИЦИЮ». Я назвал адрес, женщина меня убедила успокоиться и объяснить, что происходит. Мужик на той стороны двери затих, как я начал орать в трубку про полицию, не знаю, что он делал, на площадку я выглядывать не стал, меня чуть сердечный приступ в прошлый раз не хватил. Оператор просит меня выглянуть в окно, чтобы увидеть если мужик будет выходить из подъезда. Я говорил с ней минуты четыре, глядя в окно, как подъехал патруль. Если считаете эстонскую полицию медленной, то сосите, я явное тому подтверждение. Мужик из подъезда не выходил. Я передал это женщине, она по рации связалась с полицейскими, после чего они вошли в дом, она попросила меня следить за дверью подъезда до тех пор, пока полицейские не постучаться мне в дверь, после чего положила трубку. Тишина была чуть ли не абсолютной. Я слышал, как где-то внизу хлопнула дверь и через некоторое время раздался стук в мою дверь со словами «Откройте дверь, полиция». Немного пересравшись я глянул в глазок, но увидел там только двух полицейских. Открыв им дверь, мы немного поболтали, они попросили еще раз пересказать историю, проверили меня на алкоголь, после чего они решили дойти по лестнице до последнего этажа. Я пошел с ними, потому что дома точно оставаться не собирался. Мы поднялись на пять этажей наверх, проверяя каждый угол. Причем было заметно, что полицейские немного нервничали, видать моя история и мой внешний вид немножко их напрягли. Мы поднялись до девятого этажа, но так ничего и не нашли. Я высказал идею, что может мужик все это время сидел в лифте? Они вызвали лифт, причем офицер положил руку на кобуру. Лифт приехал, двери открылись, но он был пуст. Полицейский обернулся ко мне, как мы услышали какой-то звук выше по лестнице за закрытой дверью, которая ведет на чердак со всякой технической фигней. Оказалось, что эта тяжелая дверь была почему-то приоткрыта. Полицейские зашли туда, я держался за ними. Мы поднялись по лестнице. Звук раздался из бокового помещения. Один из патрульных медленно открывает дверь, а там армяне сидят и в нарды играют. А с ними и дядя Авет сидит, рукой мне машет. Он в Карабахе осколок получил, поэтому небольшие проблемы с дыханием имеет. На улице меня увидел, видимо тоже решил позвать поиграть. Вот такая вот история, пацаны, я не тролль.