автор: Дмитрий Лесков

Глава 1. Зачем рабочим такая партия, зачем партии такая тактика?

Отвечая на критику нашей тактики, необходимо напомнить критикам, что любая тактика это часть общей стратегии, как метода достижения цели. Конечная цель коммунистов — построение бесклассового общества. А какова ближайшая цель? Ответ: диктатура пролетариата = власть рабочего класса.

Именно постановка такой цели и метод её достижения (стратегия) отличает последовательных коммунистов от оппортунистов и ревизионистов всех мастей.

Мы говорим: лишь в условиях диктатуры пролетариата возможна успешная борьба за решение тех вторичных (по отношению к диктатуре пролетариата) вопросов, которые в рамках диктатуры буржуазии неразрешимы: национальный вопрос; вопрос войны и мира; женский вопрос; вопрос меньшинств; вопрос экологии и тд..

Именно сама возможность окончательного разрешения этих вопросов исключительно в рамках диктатуры пролетариата делает вопрос достижения диктатуры пролетариата первостепенным для коммунистов.

Оппортунисты отказываются от борьбы за диктатуру пролетариата в угоду сиюминутных выгод. Ревизионисты отказываются от борьбы за диктатуру пролетариата в угоду вопросам второго плана, либо же вовсе отрицают необходимость диктатуры пролетариата как переходного периода от капитализма к коммунизму.

Все марксисты сходятся на том, что для достижения диктатуры пролетариата необходимо сочетание объективного фактора — революционная ситуация и субъективного фактора — революционная партия. Отдельные группы марксистов не могут повлиять на объективный фактор, но могут и обязаны влиять на фактор субъективный.

Таким образом, проблемы тактики для коммунистов это в том числе вопрос создания революционной партии рабочего класса, способной в решающий момент воспользоваться объективно сложившейся ситуацией и привести рабочий класс к власти.

Так что все споры по поводу тактики критической поддержки КПРФ и профсоюзов по сути есть споры о том, как именно нам строить партию-авангард рабочего класса здесь и сейчас, в текущих условиях и как именно вести борьбу за влияние на рабочие массы.

Может ли у рабочего класса быть несколько партий-авангардов? Как показывает практика 20 века — нет, не может. Партией-авангардом становится та организация, которая следует верной тактике. Как только иная группа встаёт на те же тактические позиции, она неизбежно сливается с партией, становится её частью.

Поэтому нет ничего удивительного, что в России есть всего одна партия, последовательно придерживающаяся тактики критической поддержки массовых рабочих организаций. Количественное и качественное состояние этой партии есть ни что иное как отражение состояния рабочего движения, с 2022 года прибывающего в фазе спада.

Несистемная независимая партия может пережить своих критиков только если: её стратегия верна; эта верность подтверждается на практике; сама эта практика несмотря на любые кризисы и спады внутри рабочего движения раз за разом позволяет партии подниматься с колен, привлекать в свои ряды новые поколения активистов, передавать наработанный опыт и, что наиболее важно, анализ ошибок прошлого.

Но из того, что РРП самая долгоживущая не только независимая, не только троцкистская, но и вообще левая организация в стране, некоторые из критиков «критической поддержки» как новые, так и давно политически почившие, делают вывод, что дело вовсе не в верной стратегической линии нашей партии, а в том, что партия якобы зависима от «немецких денег» то ли Зюганова, то ли Путина (единства таких критиков не наблюдается даже в их домыслах насчёт источников финансирования РРП).

Что ж, некоторым критикам куда приятнее выдумывать конспирологические теории, чем анализировать собственный опыт и признавать собственную неправоту.

Но даже самые добросовестные из критиков так или иначе искажают саму суть стратегии работы с массовыми рабочими организациями, не понимают или намеренно отказываются её понимать.

Глава 2. Критическая поддержка: что критикуем, а кого поддерживаем?

Тактика критической поддержки КПРФ на практике означает поддержку политически активных рабочих, как непосредственно в низах КПРФ, так и в её окружении, и, одновременно, критику оппортунизма, ревизионизма и бюрократизма правящей верхушки КПРФ перед рабочими массами.

Если бы критики хотя бы попытались следовать нашей тактике, они бы обнаружили, что значительная часть рабочих в низах КПРФ относится к правящей верхушки КПРФ с таким же презрением, как и к буржуазии. Но также как и активисты РРП, активисты в низах КПРФ не хотят терять связей с рабочим движением и понимают роль массовых рабочих организаций, как организаторов этого движения. (Почему же этого не хотят понимать левые критики?).

Конкретно на выборах в буржуазный парламент тактика критической поддержки КПРФ подразумевает: поддержку прогрессивных пунктов программы КПРФ с одновременной критикой реакционных пунктов; поддержку протестного голосования слева; ориентацию на настроение масс, голосующих за КПРФ как за абстрактный социалистический выбор, какой бы кандидат этот выбор не представлял — условный Николай Бондаренко или условный Николай Харитонов.

Тактика критической поддержки КПРФ также означает работу в предвыборных штабах КПРФ прежде всего кандидатов-рабочих, но, за неимением таковых, работу в предвыборном штабе любого кандидата, выдвигаемого КПРФ.

Нам, марксистам, должна быть интересна не сама фигура кандидата, а его способность аккумулировать вокруг себя протестные настроения трудящихся масс. В условиях, когда наши кадры малочисленны, необходимо направлять их на работу с тем кандидатом от КПРФ, который способен собрать вокруг себя наибольшую массу трудящихся. Чаще всего таким оказывается кандидат-рабочий. Чаще всего, но не всегда.

В конечном итоге наша задача — построение собственной партии и завоевание влияния в широких массах трудящихся. У нас для этого есть всё необходимое: план строительства (нефальсифицированная марксистская теория), техника (35-летний опыт борьбы) и инструменты (большевистско-ленинский метод). Не хватает только строителей (кадров).

Где брать новые «рабочие руки», которые помогут достроить партию-авангард? Ответ: вокруг массовых рабочих организаций — профсоюзов и КПРФ.

Глава 3. Твёрдость в принципах, гибкость в тактике.

Среди критиков нашей тактики не мало тех, кто вовсе отрицает роль КПРФ и зарегистрированных профсоюзных федераций как традиционных массовых организаций рабочего класса России. (Неудивительно что среди них порой встречаются и те, кто отрицает само существование рабочего класса в России как такового).

Из этой очевидной ошибки критики делают вывод, что РРП якобы занимается соглашательством с руководством КПРФ и руководством «жёлтых» профсоюзов, прикрываясь работой с низовым активом и массами, собирающимися вокруг этих традиционных и известных каждому рабочему страны организаций.
Пусть критики покажут нам левую организацию в России, с левой программой, которая аккумулировала бы вокруг себя протестно настроенные рабочие массы в куда большем масштабе, чем это получается у КПРФ. Если бы такая организация появилась, мы бы тут же отказались от тактики критической поддержки КПРФ и перешли бы к тактике критической поддержки этой новой массовой рабочей организации, точно также как в 00-е годы мы перешли от критической поддержки Трудовой России и РКРП, теряющих массы рабочих, к критической поддержки КПРФ, набирающей эти массы.

Владимир Ленин критиковал меньшевиков и эссеров в руководстве массовых организаций — советов, поддерживая рабочих в низах советов (читай работу Ленина «Детская болезнь „левизны“ в коммунизме»).

А до возникновения советов большевики критиковали профсоюзную бюрократию, поддерживая рабочих, организованных даже в самые реакционные «зубатовские» профсоюзы. Те периоды (до возникновения советов как массовых рабочих организаций), когда большевики отказывались от работы в стачкомах, жёлтых профсоюзах, и даже созывах царской думы — Ленин признаёт ошибками, единственная польза от которых — опыт, переданный потомкам. (Если бы потомки ещё изучали этот опыт, не было бы надобности в написании данной статьи).

Лев Троцкий даже после изгнания из Коминтерна призывал своих соратников критически поддерживать коммунистические партии, входящие в состав Коминтерна и имеющие громадное влияние среди рабочих масс. Даже сами эти компартии по завету Ленина и самого Троцкого со времён II конгресса Коминтерна ещё продолжали работать в реформистских социал-демократических массовых рабочих организациях, завоёвывая в них доверие рабочих масс. Но в 1928 году сталинисты окончательно порвали с тактикой Ленина, выдвинув на VI конгрессе Коминтерна концепцию «социал-фашизма», предписывающую разрыв коммунистов с массовыми социал-демократическими рабочими организациями, что привело к расколу и последующему краху рабочего движения во всём мире.

Прямым следствием отказа сталинистов от ленинской тактики в Германии стал приход Гитлера к власти в 1933 году.

Тед Грант, чья организация, а впоследствии и интернационал, наиболее приблизились к положению авангарда рабочего класса второй половины XX века, критиковал бюрократов правого крыла лейбористской партии, поддерживая рабочих и особенно рабочую молодёжь — «молодых социалистов» в рядах этой системной, правящей (и куда более реакционной, чем КПРФ) партии (читай Гранта «Вопросы работы в массовых организациях»).

Поскольку в лейбористской партии были разрешены фракции (в отличие от КПРФ в России) группа Теда Гранта работала внутри лейбористской партии вокруг марксистского журнала «Militant», что позволило им рекрутировать в свои ряды массы рабочих, стать самой успешной марксисткой организацией в стране и основать крупнейший интернационал — Комитет за Рабочий Интернационал, затем — Комитет за Марксистский Интернационал.

Критическая поддержка массовых рабочих организаций у Ленина, Троцкого и Гранта — есть стратегия создания подлинной массовой партии-авангарда, как необходимого условия достижения диктатуры пролетариата. Критическая поддержка КПРФ и зарегистрированных профсоюзных федераций — есть продолжение этой тактики в конкретных условиях Российской Федерации первой четверти XXI века.

Глава 4. История РРП, как история борьбы за верную тактику.

Сергей Биец и КРДМС (Комитет за рабочую демократию и международный социализм — прежнее название РРП) до 2002 года в определённые периоды следовали тактике критической поддержки Трудовой России и РКРП, на тот момент самых массовых рабочих организаций России, критикуя сталинистов в их руководстве, не желающих анализировать ошибки прошлого и поддерживая массы рабочих, наиболее сознательные из которых становились членами РРП (читай статью Михаила Дороненко «Проблемы тактики»).

Члены РРП в 1992-1993 годах работали с низовым активом Трудовой России, в 1998-1999 годах ещё и с низовым активом РКРП, а с 2002 года и с низовым активом «гораздо более оппортунистической и реформисткой» КПРФ. И чем больше масс рабочих перетекало от Трудовой России и РКРП в КПРФ, тем больше тактика критической поддержки разворачивалась от Трудовой России и РКРП к КПРФ.

На X съезде РРП в том же 2002 году были приняты принципиальные решения по работе с массовыми организациями рабочего класса — КПРФ и ФНПР. Это решение привело к первому (но не последнему) серьёзному расколу в РРП по вопросу тактики критической поддержки КПРФ.

Последующие 10 лет следование тактике критической поддержки КПРФ дало свои плоды во времена самого массового раскола в КПРФ, результатом которого стало формирование ОКП (Объединённой Коммунистической Партии), в которую РРП вошла с двумя членами в ЦК и газетой «Рабочая Демократия» в качестве печатного органа всей ОКП.

Когда ОКП, заняв аналогичную с КПРФ абсолютно не критическую позицию по донбасскому вопросу, а также аналогичную с КПРФ ориентацию на попытку регистрации партии для участия в выборах, отодвигая организацию рабочего движения на второй план и тем самым теряя связь с рабочими массами, РРП вышла из состава ОКП, многократно увеличив свои ряды.

На сегодняшний день среди всех несистемных коммунистических организаций в России РРП — единственная, кто твёрдо стоит на позициях критической поддержки КПРФ. Даже официальные и куда более некритические союзники КПРФ «Левый Фронт» (с 2017 г.) и Движение «За новый социализм» (с 2021 г.), имеющие по одному депутату во фракции КПРФ в Государственной Думе VIII созыва (что во многом и определило их политический капитал), временами колеблются, что выражается в публичных дискуссиях по вопросу критической поддержки КПРФ на грядущих выборах в Государственную Думу IX созыва среди рядовых активистов этих организаций.

Но что конкретно дало РРП следование тактике критической поддержки КПРФ? Для честного ответа на этот вопрос необходимо проанализировать как самые успешные годы подъёма рабочего движения в РФ, так и годы спада, спровоцированного началом СВО.

Глава 5. Пять лет подъёма 2017 — 2021 года.

Когда рабочее движение пребывает в состоянии спада или «стабильности», сложно понять, чья тактика верна и наиболее эффективна среди разных марксистских организаций. Все левые группы в данные исторические периоды, как правило, плюс-минус одинаково малочисленны. Начиная с тех, кто пытается выстроить независимую кружковую, медийную или даже рабочую организацию, заканчивая теми, кто пытается плестись в хвосте либеральной оппозиции или «рассерженных патриотов», выстраивая широкие «народные фронта».

Но картина меняется в годы подъёма. Тогда те, ранее малочисленные группы, кто следовал верной тактике, начинают разрастаться и пополнять свои ряды новыми заряженными на борьбу молодыми кадрами.

Так произошло и с нашей партией. В 2017 году, следуя тактике критической поддержки КПРФ, РРП выдвинула одного своего кандидата на муниципальных выборах в Москве по спискам КПРФ. И ещё четверых независимых кандидатов. Никто не одержал победы, но кандидат, который шёл по спискам КПРФ, набрал наибольшее количество голосов, что позволило ему привлечь в РРП наибольшее количество новых кадров.

Выборы нужны сознательным коммунистам исключительно как трибуна для агитации. Пополнение партийных рядов — есть высший показатель успеха такой агитации.

Практическим следствием использования выборов как трибуны для агитации в Москве стало создание ячеек РРП по всему подмосковью, где количество промышленных предприятий отличалось от Москвы в положительную сторону, а условия труда рабочих — в отрицательную.

Одновременно с ростом РРП росло и количество критиков «критической поддержки» внутри самой партии.

В 2018 году выдвинутый кандидатом в президенты от КПРФ Павел Николаевич Грудинин официально обратился к Революционной Рабочей Партии за поддержкой его кандидатуры на выборах. Но часть членов партии, не излечившая «детскую болезнь „левизны“» наотрез отказывалась поддерживать «олигарха и бывшего члена Единой России». Руководство РРП, боясь раскола, пошло на вынужденный компромисс, который на практике означал отказ от активного участия в предвыборной кампании Грудинина. Весь «гешефт» от президентской кампании достался возрождённому Левому Фронту, практически догнавшего по численности реального актива нашу партию.

Эта ошибка должна была стать уроком для всех членов РРП, но вместо этого привела к крупнейшему со времён 2002 года расколу, по той же самой позиции принятия или не принятия тактики критической поддержки КПРФ. (Подробнее о причинах и ходе раскола читай статью Семёна Козырева «История РРП 2014-2024»).

Тем временем в стране начались протесты против пенсионной реформы. Активизировавшиеся массы рабочих как никогда ранее повернулись лицом к левой агитации. В результате раскола РРП разделилась на две части. Противники тактики критической поддержки КПРФ объединились с отколом 2002 года в «Марксистскую Тенденцию».

В отличие от активистов РРП, использующих организованные КПРФ митинги, как трибуну для агитации наиболее сознательных рабочих, оппоненты сделали ставку на работу с левыми блогерами, кружковыми организациями и прочими левыми группами, выступающими против КПРФ. Все вместе они выходили на параллельные КПРФ митинги и протесты, изображая единство левых сил. Это мнимое единство скрепляло только одна общая позиция — неприятие КПРФ (читай статью Сергея Бийца «Какого единства мы добиваемся?»).

Дальнейшие события немилосердно обнаружили им их ошибку. К 2019 году из протестов против пенсионной реформы РРП вышла самой массовой несистемной левой организацией в стране, часть членов которой составляли участники организованных КПРФ митингов, которые выходили именно туда, потому что не знали о митингах, организуемых маленькими неизвестными им левыми группами.

Политически сознательные активные рабочие и рабочая молодёжь, разумеется, не желали вступать в КПРФ, а если и вступали, то быстро разочаровывались в оппортунизме и ревизионизме её руководства. Они могли пойти в Левый Фронт или набравшее популярность «движение за новый социализм» Платошкина, чьи флаги также регулярно присутствовали на мероприятиях КПРФ. Но у первых не было чёткой сплочённой идейной позиции, а позиции вторых были далеки от революционного марксизма. К тому же обе организации жизненно зависели от авторитета своего лидера, чего нельзя сказать об РРП. Хоть авторитет Сергея Бийца, как основателя и лидера РРП, значил многое, он сумел создать костяк кадровой организации, который после его смерти в 2019 году смог действовать самостоятельно и партия продолжала пополнять свои ряды.

Люди вступали в РРП, потому что их привлекали наши политические взгляды, а узнаваемость партии давала тактика критической поддержки КПРФ.

В 2020 году под предлогом пандемии коронавируса власть объявила режим самоизоляции и запретила проведение публичных массовых мероприятий, перекрыв оппозиции, в том числе и нашей партии, доступ к главному кадровому ресурсу — улице.

Практически единственной легальной возможностью массово выйти на улицу (для оппозиции) остались возложения цветов. Но даже в таких условиях критики РРП из левого лагеря предпочитали организовывать собственные, параллельные КПРФ, акции возложения цветов в те же памятные даты, что и сама КПРФ. Стоит ли говорить, что несмотря на количество левых и псевдолевых (вроде нацболов) организаций, участвующих «народным фронтом» в параллельных КПРФ акциях возложений цветов, количество их участников было в десятеро меньше, чем участвующих в акциях КПРФ.

Пока прочие левые группы выгуливали сами себя, РРП пополняла свои ряды новыми членами, в том числе и наиболее сознательным рядовым активом КПРФ и ЛКСМ РФ.

В 2021 году после разгрома «навальнингов», повестку на которых зачастую удавалось перехватывать региональным ячейкам РРП, протестный потенциал аккумулировался вокруг наиболее оппозиционных депутатов КПРФ, организующих протесты против ДЭГ (дистанционного электронного голосования) и непризнания результатов выборов в Государственную Думу VIII созыва.

Агитационное влияние РРП на этих протестах было настолько велико, что некоторые наши члены получали административные штрафы и аресты за якобы организацию своих собственных «нелегальных митингов» внутри легальных встреч с депутатами КПРФ.

Всё это сопровождалось вступлением в ряды РРП последнего поколения активистов, заставшего годы великого подъёма, часть из которых теперь возглавляет нашу партию.

Глава 6. КПРФ и СВО.

В тактике критической поддержки одинаковы важны оба аспекта, как «поддержка», так и «критика».

С объявлением начала СВО, РРП заняла открытую принципиальную позицию интернационалистов. За что фактически была исключена бюрократами из протестного штаба КПРФ. Консервативное руководство КПРФ, её правое крыло, пытались дистанцироваться от неподконтрольных, а потому непредсказуемых «ленинцев-троцкистов» из РРП, «без пяти минут инагентов и экстремистов».
Но позиция КПРФ по СВО спровоцировала жесточайшую критику не только со стороны всего антивоенного левого лагеря и сознательных рабочих масс, но и со стороны значительной части рядовых членов и депутатов внутри самой КПРФ. Одни выходили из компартии или были бюрократически исключены руководством. Другие формально поддержали официальную позицию КПРФ, скрыв свои истинные взгляды. Но и те и другие безразлично отнеслись к критике КПРФ со стороны леваков, которых они не знали из-за их отказа от работы с КПРФ в предшествующие годы.

Только наша партия смогла пополнить ряды вышедшими из КПРФ и ЛКСМ РФ активистами, просто потому, что только нас они и знали, как существующую на практике альтернативу.

Годы совместной работы и своевременная справедливая критика руководства массовых рабочих организаций даёт свои плоды в лице ценных профессиональных кадров будущей действительно коммунистической партии-авангарда. Это та диалектическая суть стратегии критической поддержки массовых рабочих организаций, которую понимал и отстаивал Ленин, и которую не в силах понять большинство современных российских левых.

Глава 7. Пять лет спада 2022 — 2026 года.

Несмотря на то, что 2022 год принято считать началом спада рабочего движения, спад не проявился сиюминутно на следующий же день после 24 февраля. Инерция рабочих протестов 2020-2022 годов сохранялась ещё минимум год.

Так, весной 2022 года прошли успешные кампании РРП с рабочими Мосводоканала и Коломенского завода за индексацию зарплат. Рабочие массово вступали в ячейки «жёлтого» профсоюза ФНПР, большинством переизбирали лояльное владельцам завода руководство профсоюза и добивались заключения коллективного трудового договора.

Благодаря тактике критической поддержки КПРФ, РРП удалось привлечь к борьбе одного из наиболее радикальных членов КПРФ и депутата Мосгордумы —Евгения Ступина* (23 июня 2023 года Министерством юстиции РФ включён в реестр иностранных агентов). Благодаря его депутатскому статусу нам удавалось организовывать встречи с рабочими предприятий, направлять депутатские запросы в различные инстанции и вытаскивать арестованных полицией во время агитационных раздач товарищей. РРП не только завоевала авторитет у КПРФ и профсоюзных активистов, но, что наиболее важно, получила узнаваемость среди рабочих масс Москвы и области.

Также с весны 2022 года курьеры устраивали стихийные малочисленные забастовки. Незарегистрированное НКО с названием «Профсоюз Курьер» хоть и пыталось возглавить борьбу, но было не способно оказать юридически значимой помощи и консолидировать курьеров по всей стране. Курьеры — члены РРП из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска и Воронежа зарегистрировали первички профсоюза «Рабочий Союз Курьеров» на базе Союза Профсоюзов России (СПР) (ещё одной массовой рабочей организации на ряду с ФНПР и КПРФ). От лица профсоюза шла агитация курьеров и подготовка к всеобщей забастовке, которая прошла 21-25 декабря в более чем 30 городах России, в которой приняло участие около 4 000 курьеров.

И тут тактика критической поддержки дала свои плоды в лице депутата Государственной Думы от фракции КПРФ — Сергея Обухова. Через него РРП вынесла обсуждение забастовки на заседания Государственной Думы, придав ей общефедеральную медийную огласку и запустив законотворческую деятельность по нормализации положения платформенно занятых работников.

Несмотря на публичное отрицание забастовки как случившегося факта, Яндекс пошёл на уступки курьерам, частично удовлетворив их требования, а ряды РРП пополнились новыми политически сознательными кадрами.

Кажется, этот пример должен был продемонстрировать всей левой аудитории невероятную эффективность стратегии критической поддержки массовых рабочих организаций (СПР и КПРФ в частности), заставить их задуматься о неверности сектанского подхода. Но вместо самокритики, большинство левых (от сектантов до блогеров) ополчились на РРП, обвинив партию в расколе профсоюза. Они пытались представить курьеров «баранами», которые «повелись» на агитацию «троцкистов», не понимая, что курьеры пошли за теми, кто был способен организовать их борьбу в федеральном масштабе и привнести в неё конкретные политические требования — заключение трудового договора со всеми платформенно занятыми рабочими.

В 2023 году борьбу за трудовой договор подхватили другие платформенно занятые работники — сотрудники складов и ПВЗ Wildberries. И в этот раз РРП привлекла к борьбе депутата ГД от КПРФ — Сергея Обухова и вместе с рабочими сразу после забастовки, как её закономерный итог, наша партия зарегистрировала профсоюз работников Wildberries — РПРиУ на базе СПР с первичками на складах WB в Подольске, Коледино и Мытищах. До сих пор в 2026 году лидер профсоюза Александр Александрович Швец продолжает добиваться в судах перевода работников Wildberries с договора ГПХ на полноценный трудовой договор, что создало судебный прецедент в РФ и спровоцировало давление на Швеца со стороны руководства маркетплейса.

На момент написания статьи (май 2026 года) в профсоюзе числится около 3 000 работников складов и ПВЗ Wildberries, более 1 000 из них добились заключения трудового договора, каждый член профсоюза — работник склада — освобождён от унизительной процедуры «голого досмотра» дважды в сутки при входе и выходе с рабочего места.

И опять, по аналогии с курьерами, на РРП ополчились разные интернет-левые с обвинениям в якобы расколе якобы профсоюза (в действительности, чата в интернете) «Правда сотрудников».

К 2024 году большая часть критиков РРП перестала существовать. Власть окончательно закрутила гайки. В относительно крупных организациях произошли расколы по вопросу СВО, более мелкие «ушли в подполье», часть левых блогеров уехала из страны, часть заняла антимарксистские позиции. Общая деморализация нашла своё выражение либо в соглашательствах с властью, либо в самооправданиях и пространных концепциях, вроде той, по которой часть левых считает, что в России якобы установился фашизм, а потому невозможно вести публичную деятельность и открытую агитацию, как это продолжает делать РРП.

Абсолютно всех левых, как несистемных, так и КПРФ, затронул серьёзный отток кадров. Многие левые организации вслед за либералами были признаны экстремистскими и запрещены на территории РФ. Именно в 2024 году у нескольких членов руководства РРП прошли обыски с подозрением на ст. 278 УК РФ (насильственный захват власти). По итогу товарищи отделались административными арестами за якобы неповиновение требованиям полиции. И хотя ряд критиков РРП за рубежом связал именно эти события с причиной раскола, на самом деле действительно значимый удар по РРП нанёс спад рабочего движения.

Новые условия, в которых коллективы рабочих фактически перестали бороться с работодателями, спровоцировали внутрипартийную дискуссию и, несмотря на то, что большинство членов партии заняло верную позицию (по сочетанию теории с практикой, с упором на первое), от партии откололось две крайности «теоретиков» и «практиков» (от которых в последствии часть людей вернулось обратно в РРП).

В 2025 году прошла восстановительная конференция Революционной Рабочей Партии, в которой на тот момент осталось три работоспособных отделения: Московское, Ленинградское и Ростовско-Азовское, не считая отдельных активистов и групп сторонников из прочих регионов РФ.

Долгие годы РРП была напрямую связана с рабочим движением, по сути являясь его политическим отражением. На подъёме в 2017-2021 годах качественно и численно поднималась и сама партия. В 2022-2023 годах инерция рабочей борьбы продолжала укреплять партию. И несмотря на кризис 2024 года, наша принципиальность в отношении тактики критической поддержки массовых рабочих организаций привела к тому, что в прошлом 2025 году РРП фактически была единственной несистемной организацией, которая оказалась способна организовать успешную рабочую кампанию в стране: забастовку рабочих Ростиндустрии в Ростове-на-Дону, к которой мы также подключили местное отделение КПРФ и создали профсоюз на базе СПР.

Благодаря тактике критической поддержки КПРФ у РРП в том же году открылись партийные отделения в Саратове и Сыктывкаре — то есть в регионах с наиболее радикальными по меркам КПРФ отделениями и лицами партии (в Саратове это Александр Анидалов и Николай Бондаренко, а в Сыктывкаре депутат Государственной Думы — Олег Михайлов).

В 2026 году наши товарищи в Республике Коми совместно с КПРФ и рабочими Жешартского ЛПК приняли участие в кампании за национализацию предприятия, а в Саратове привлекли местное отделение ЛКСМ РФ к общефедеральной кампании за СВОБОДНЫЙ ИНТЕРНЕТ.

Прямо сейчас между РРП и низовым активом КПРФ и ЛКСМ РФ выстраивается перспектива полноценного стратегического сотрудничества, что может дать нашей партии небывалый ранее доступ к политически активным рабочим массам на следующем витке подъёма рабочего движения. Именно так и возникнет подлинная коммунистическая партия-авангард в России — как неизбежный итог верной стратегической линии.

Глава 8. «Внешняя фракция». Почему РРП не вступает в КПРФ?

Не только у критиков, но и у сторонников нашей партии может возникнуть закономерный вопрос: «А почему бы РРП не вступить в КПРФ?».

И это очень правильный вопрос. Задайте его сектантам и они вам ответят: «Потому что КПРФ не настоящие коммунисты, они буржуи, предатели, соглашатели, шовинисты, поддержавшие СВО, они обманывают рабочих и поддерживают Путина. Пусть немедленно честно признаются, что они не коммунисты, а социал-демократы, или фашисты. КПРФ — КАПИТАЛИСТИЧЕСКАЯ партия Российской Федерации! А вот мы (сектанты) самые настоящие коммунисты, и к нам должны вступить все сознательные рабочие, а не в проклятую КПРФ!».

Нет никаких сомнений, что каждая из многочисленных левых групп хотела бы, чтобы именно под её знамёна вставили рабочие, но они (внезапно) всё равно идут в КПРФ, за что объявляются сектантами — «неправильными рабочими», точно также западные сектантские сталинисты в несистемных компартиях обвиняют рабочих в рядах массовых социал-демократических организациях — неправильными рабочими, чем только окончательно отворачивают массы от себя. Что это, если не величайшая глупость?

Конечно, куда проще обвинять рабочих, чем признавать ошибочность своего подхода, критически пересматривать свою тактику. Главная проблема сектантов — неспособность мыслить диалектически. Они просто отказываются видеть разницу между руководством КПРФ, её низовым активом, рабочими активистами, прибывающими «на орбите» КПРФ и не вступающими в неё, и, наконец, миллионными рабочими массами, голосующими за коммунистическую программу КПРФ.

Однако, и не верно будет делить КПРФ только на «плохих» бюрократов и «хороших» партийных рабочих. Хоть КПРФ и остаётся пролетарской по составу партией, массовой по численности и представленности, что делает её крупнейшей и виднейшей оппозиционной партией в РФ, куда стекаются всякие недовольные, и рабочие в первую очередь — КПРФ заключает в себе и органических меньшевиков; и тех, кто просто неграмотен; включает честных рабочих, которые хотят быть вместе с большой группой братьев по классу; шкурников; карьеристов; включает и идейных, которые давно скрипят зубами, но не видят альтернативы; как передовых, так и совсем тёмных рабочих; а больше всего, конечно, середняков — все эти оттенки и слои имеют место быть в КПРФ.

И причина, по которой наша партия существует независимо от КПРФ, далека от сектантских воззрений леваков. РРП не вступает в КПРФ, потому что для выхода на низовой актив КПРФ и рабочих активистов, аккумулировавшихся вокруг КПРФ, вполне достаточно честного внешнего взаимодействия, в то время как открытый энтризм (а только такой энтризм мог бы иметь смысл для искренних марксистов) провоцировал бы «охоту на ведьм» со стороны руководства КПРФ и мог бы дискредитировать нас в глазах рабочих масс.

Не стоит забывать, что в сталинистской (по форме, но социал-демократической по сути) КПРФ уставом запрещены фракции, что значительно затрудняет вести свободную открытую критику и агитацию за РРП будучи в её рядах. А если критика невозможна, то невозможна и тактика критической поддержки.

Эта причина не взята из воздуха, а вытекает из критического осмысления практики:

1) Тед Грант построил самую успешную независимую коммунистическую организацию второй половины XX века, работая внутри социал-демократической Лейбористской партии, в которой фракции были не только разрешены, но и поощрялись, чего невозможно сказать о сталинистской по форме КПРФ.

2) В 2019 году, годом ранее отколовшаяся от РРП Марксистская Тенденция (МТ), наблюдающая кадровый успех нашей тактики, решила развернуть свой собственных подход отказа от тактики критической поддержки КПРФ на 180 градусов и полным составом вступить в ряды первичек ЛКСМ РФ в Москве, пологая что так им удастся захватить первички и переагитировать к себе больше молодёжи, чем удавалось РРП на митингах против пенсионной реформы и по ходу предвыборных кампаний.

Авантюра закончилась исключением лидеров МТ из КПРФ и ЛКСМ РФ за создание фракции и нарушение устава, в то время как часть низового актива МТ и вовсе предпочла встать на позиции КПРФ, покинув ряды самой МТ. Этот провал на долгие годы лишил Марксистскую Тенденцию доступа к массам КПРФ и ЛКСМ РФ.

Перегибы в ту или другую сторону никогда не заканчиваются ничем полезным. Будь то зигзаги сталинистов от концепции социал-фашизма до народных фронтов с либералами и/или националистами, будь то зигзаги разных российских левых от полного отказа от тактики критической поддержки КПРФ до энтризма без учёта запрета фракций и специфики самой КПРФ.

Как когда-то Ленину и Троцкому приходилось выдерживать принципиальную линию единого рабочего фронта и рвать с уклонистами в ту или другую сторону, так и сегодня РРП приходится выдерживать линию тактики критической поддержки КПРФ, прощаясь как с «сектантами», так и с «энтристами» до тех пор, пока их собственные позиции не изменятся.

Автор надеется, что его статья поможет колеблющимся осознать ошибки этих двух крайностей, искренни занять верную стратегическую линию и вступить в ряды Революционной Рабочей Партии.

Глава 9. Что такое КПРФ и куда она идёт?

Большая часть критики тактики критической поддержки КПРФ проистекала и продолжает проистекать из-за неверного неклассового анализа этой организации. Используя марксистский метод, можно дать КПРФ следующее определение:

КПРФ — традиционная массовая организация рабочего класса в РФ, представленная в буржуазном парламенте, руководство которой захвачено оппортунистами на фоне пассивности трудящихся масс.

Разделим это определение на составные части и проанализируем каждую из них.

1. «Традиционная организация рабочего класса» — это привычная, узнаваемая и массово признаваемая форма объединения наёмных работников, направленная на защиту прежде всего экономических интересов рабочего класса реформистскими методами.

Традиционными рабочими организациями в современной РФ в первую очередь являются КПРФ и «жёлтое» профсоюзное объединение ФНПР, а также прочие зарегистрированные профсоюзные федерации: КТР, МПРА, СПР и др.

2. «Массовая рабочая организация» — это такая форма организации, через которую класс наёмных работников выражает себя в борьбе за социально-экономическое преобразование общества.

Массовыми рабочими организациями в РФ, помимо КПРФ и зарегистрированных профсоюзных объединений, также являлись РКРП, общественное движение Трудовая Россия, ВКПБ Нины Андреевой и др. (в 90-х).

Ключевое отличие этих близких по смыслу понятий состоит в том, что когда мы говорим о «традиционной организации рабочего класса», то имеем ввиду прежде всего фактор узнаваемости организации в рабочей среде. Когда же мы говорим о «массовой рабочей организации», то имеем ввиду политически активных рабочих, выражающих себя через организационную структуру.

Массовой рабочей организацией может стать не только системная, зарегистрированная организация, но и независимая, незарегистрированная организация, в том числе партия-авангард на определённом этапе развития классовой борьбы (исторический пример: партия большевиков, начиная с периода «большевизации советов»).

3. «Представленная в буржуазном парламенте» — КПРФ является единственной массовой рабочей организацией, имеющей своих представителей в Государственной Думе РФ, региональных и местных советах.

4. «Руководство которой захвачено оппортунистами из-за пассивности трудящихся масс» — руководство КПРФ состоит из буржуазных, наиболее правых элементов партийной бюрократии. Такое положение дел в организации — прямое следствие пассивности рабочего движения в РФ.

Чем КПРФ не является:

КПРФ не является коммунистической партией нового типа (по Ленину), а является социал-демократической организацией со сталинистской риторикой (две стороны одной медали ревизионизма).

КПРФ не является буржуазной партией (оценка классового состава и программы партии).

КПРФ не является правящей партией (Единая Россия), или фракцией партии власти (Справедливая Россия, ЛДПР, Новые Люди и тд). (Анализ результатов голосований по тем или иным вопросам в ГД).

Тактический вывод: подлинным марксистам нужно бороться не с КПРФ, а с правящим классом, поддерживая политически активных рабочих в рядах КПРФ, их требования и прогрессивные пункты программы КПРФ, критикуя руководство КПРФ за оппортунизм, ревизионизм, бюрократизм, социал-шовинизм, буржуазный патриотизм, за отказ от борьбы, разоблачая те позиции руководства КПРФ, которые не выражают интересов рабочего класса.

Каковы же перспективы КПРФ и нашей тактики?

C ростом рабочего движения и обострением классовой борьбы, КПРФ, внутри и вокруг которой вновь начнут собираться массы политически активных рабочих, ждёт либо радикализация снизу, либо раскол из-за невозможности смещения нынешнего руководства партии демократическим путём, чему способствует неповоротливость бюрократического механизма партии сталинистского типа. В первом сценарии мы поддержим настроения радикализировавшихся партийных масс КПРФ, во втором сценарии мы вступим в левый откол от КПРФ, проводя в нём собственную политическую линию.

Дмитрий Лесков, май 2026 год.

Список литературы и источников:

1. «Детская болезнь „левизны“ в коммунизме» — работа Владимира Ленина, написанная в апреле-мае 1920 года ко II конгрессу Коминтерна.
2. «Вопросы работы в массовых организациях» — работа Теда Гранта, изданная 26 апреля 1999 года.
3. Запись марксистского кружка РРП по работе Теда Гранта «Вопросы работы в массовых организациях»: https://vkvideo.ru/video-77216158_456239245?list=ln-jIOz5dKssgkvhHxnsm
4. «Перманентный революционер» — работа Алана Вудса, 2013 год.
5. «Какого единства мы добиваемся?» — статья Сергея Бийца, 2018 год.
6. «Проблемы тактики» — статья Михаила Дороненко, 2021 год.
7. «История РРП 2014-2024» — статья Семёна Козырева, 2025 год.