персей отрезает золоченую голову зырит далеко

в молоко патлатых деревьев сквозь в море

в поземке времен корявые лапки надстрочные

времен и времен которые не выбирают не причесывают пятерней

волны дронов хаер восьмидесятилетнего рокера

изрытого морщинами солевая венеция каналами

солнце запах больницы паркинсонизм

кудлатое время видит усатого долгоносика в янтаре

закорючки усов пружинки часов топорщатся из глин войны

наших ненаших потом опять наших потный шепот

нос долгоносика с пузырьком золотым застывает в смоле

на щите на телефоне твой нос твои губы

качание метронома как кашель

в миклате из под одеяла с котами торчит чья-то пятка

розовые коты сминаются видимо детской ногой

и вот ее нет все серо как шинель

2.

голова розовой птицы сердитой на заднем

сиденьи тойоты моча течет между

корней ветвятся лапками котов сизых когтятся

лишайники птица грызет клювом башни башни трупов

отверстые солнцу серые ребра

оторванная буроватая нога на жухлой прошлогодней

траве это Бог это то что тебя нет рядом

это сплющивающиеся коробки

бочки жестяные ржавые гремящие от птиц

шелестящих сквозь штампы несуществующих организаций

самолетных полос макулатуры небес

3.

нога привязана к доске желтый замшевый

ботинок а второй нет как слышно

споры про вино на лпд это кровь или что

лишь бы не на лбс да

звезда над площадью веселая без пары

зубов голая полупьяная звезда танцует на столе

пятидесятых черный раскрывая рот

твои волосы струи бордового вина

твои серьги кольцо в которое двухметровый негр

метает рыжий шар нет бошку

твоя любовь это стопка вискаря перегнанный зимний дуб

куар код за которым кот это белый кот

белый окопный кот теряет свой черный хвост

4.

солнце лижет спины берез пробуждая реки в спине берез

они текут мне восемнадцать я на войне

подземные трубы зарастают ржавчиной

бурорыжая вода это крот сосед выпил крот

и впал в кому я уже не хочу быть красивым

ни быть правым я хочу течь соком через носик

в канистру мутноватым белесым

сок течет хочешь я покажу слоника

хочешь я покажу соника синего как сакс

в переходе на Купчино хочешь

я постою цаплей над болотом розоватый лиловый

мрак сгущается над проплешиной

над подмороженными травами реет маленький дрон

я не хочу быть любимым я хочу

дыхание твое над лысеющей бошкой

дыхание ветра синего над черепом голым как валун

теплое дыхание медвяное

5.

я вижу твое платье лимонно-спелое

кадмий поле одуванчиков в пять лет

в мертвых травах валяется моя нога в берце

твоя нога в желтом желтом желтом

как песня про солнечный круг драбадан фортепиано

в развалинах школы кричат детишки

слышу визги новых детей с четвертого этажа

мой глаз лангольер твоей желтизны

мой глаз дрон твоих ног

леопардовые пятна солнца на коммиблоках

я хочу петь голым в леопардовом манто

унесли Господа моего и я не знаю куда

6.

пар над прудом ивы и утки

пьяные карие глаза колеблются

седой чел с коньяком ветеранской корочкой

челюсть вынесло осколком

черные утки в студенистой воде

я собирал калаш лет двадцать назад

моста практически не видно

черные нити в молоке это стрелочки я хочу схватить тебя

мазки кисти по бумаге пережеванным лесам горелым бревнам

в пульпе времен мясе ветвей

мой живот под броником совершенно пуст

в нем не ночуют утки спрятав клювы

под хаки мокрое крыл

в женщине есть какая-то загадка

изюминка война это пакет изюма это пума

это черный мех пумы в твоих трусах это я не

могу говорить о том как я люблю тебя

что у меня стоит на рыжих скуфов или что жалко

что я не зверь на синей дорожке

синей волне круглые зрачки вояки

круглое горлышко коньяк лапы янтаря

вряд ли есть хоть один человек который бы хотел меня видеть

когда я вижу медный блеск заката я думаю о смерти

о том что огонь куполов погаснет он исчезнет как и я

как исчезает клик чайки над крышами

я произвожу впечатление больного ребенка

мне бы хотелось быть как тот карлик Веласкеса, сурово

смотрящий в камеру. Веласкес умел писать мутный

остановившийся взгляд. Абрамович

смотрела людям в глаза, я бы при этом думал как ей после подтяжек

удается так выглядеть в семьдесят девять

столько лет моей матери, возможно она скоро умрет

вчера я читал плакат НОРВЕЖСКАЯ РАСПРОДАЖА

я говорил с тобой, мне казалось очень важным сказать что

я тебя очень люблю, я этого не сделал, я смотрел на европейскую морду

я смотрел на догорающий закат. розоватые часы

молчаливо золотые воды

все такое. я очень одинокий человек. психолог спросила

плачу ли я по ночам. в это время вошла уборщица

стала дергать меня чтобы я пересел

я не вижу смысла в культуре, религии и тому подобном

то что имеет смысл - это смелость любить

смелость отдать себя

например, ты зазевался на переходе и накрыт

полиэтиленовым пакетом, падает снежок, кто-то снимает

возможно на снегу пятно крови или я это придумал

свет проникает через березы

бессмысленно писать что я тебя люблю

смерть это просто объективный закон природы

жизнь проникает через смерть как воздух через спущенные шины

гравий через задницу

мои слова через этот экран

2.

К. работает дворником, он встретил во дворе

котика с белыми носочками, купил ему подушечки

у К. чудовищные зубы

можно ли говорить о классовом угнетении

не с позиции культуры, без руки гегемона

в жопе петрушки, не на языке

так называемых нормальных людей

с тридцатью двумя белыми зубами, можно ли говорить о котике

без чьей-то лапы в очке, как-то ко мне приехал очень пьяный

чел в женских колготках на волосатых ногах

у меня дистрофичные руки, надо было совать ему руки

знаете анекдот про зоотехника и гвоздь да

а теперь еще один анекдот бык осеменитель на картине Тициана

целлюлитная баба золото лазурь

царственный закат и какие-то безумные сияющие рыбы

К. рисует бельчонка глупого бельчонка

в синей футболке NBA он прыгает с мячом высунув язык

апрель практически летний дети ловят рыбок

нырки вяло плавают в горчичном пруду

дети обсуждают чем срет русалка а ничем

бык стащивший Европу уже насрал в океан

буроватый блестящие хвостики шпрот

3.

я сказал не следует бояться ничего

потому что воскрес Христос да

девочки визжа поют кропя друг друга ершиками в сортире

не страшно совать член в кулич треская розовую глазурь

говорить об этом в эфире канала союз

говорить с рыбоглазым ментом на фоне гипрока

ничего не страшно крошки пасхи желтые

застряли в щуплой моей бородке

4.

я говорю о скуфах в хаки с рюкзаками с лабубу

о желтом пушке верб толпы верб

черных трусах они призывно качаются в лесу апреля

я говорю о толпах с калашами в песочных храмах Лалибэлы

словно тараканы бегущие на просфоры

словно да

я говорю моя любовь к тебе сегодня как война

она шоколадный старик с посохом на пороге истертом

она шум вод

запах коньячка в лапе потертого скуфа

выковыренные в розоватом камне колонны порталы

кафе-мороженого моего детства креманок жестяных уже нет

шариков крем брюле уже нет они уже ролики

серых бетонных стен уже нет

нет и кувалд

5.

и вот после полбутылки портешка я опять лечу на веле

падаю внутрь ориона как внутрь

твоих глаз они как тормоза или скорее бирюза

какой-то китч типа попсы девяностых когда я пьян можно все

управлять поездами двадцать первого века

слово пресс-папье из лабрадора

проламывает череп треугольная дыра из нее зырит

котик рыжий звезды синие сияют в лабрадоре да

как-то раз в говно я ехал в купчино

а напротив пес черный очень умный он сказал ты что Федя

совсем мудак не понимаешь что ты говоришь

что ты говоришь что ты гово

Вообще все абсолютно с 19 века в том числе импрессионисты и все что потом _в этом смысле_ нечто типа пиццы студенческая в ларьке по отношению к пицце в римской траттории (хотя вторая может быть не то чтобы какой-то супервкусной, там вопрос именно в перформансе пиццайоло или официанта, вот тут все были в Италии кроме меня и знают как они любят из всего делать театр). Вообще любое искусство это тусовка, вот эти все люди помимо того что учились в Риме рисовали мраморы бухали там еще и КОПИРОВАЛИ рафаэля или тициана и друг друга и они же были еще и искусствоведами/знатоками/антикварами (как Рубенс). Это было возможно потому что их патроны (папы и герцоги) в 17 веке сами превратили свою жизнь в какой-то перформанс (как королева Кристина, кстати мы обитаем на "ее землях"), а Рубенсы в этом перформансе были скорее не декораторами а кураторами.

Менины Веласкеса тоже придворный перформанс. Они там все курции лукреции и рыцари святого гроба. Тут можно наметить три линии разговора (почему в первой половине 17 века возникло именно такое) - это рождение науки (например телескопа) как виртуозного перформанса типа театр мира, как ни странно рождение глобальной католической церкви (ну например вот это вот

>Вдовствующая императрица Ван (ок. 1594? - 1651), личное имя неизвестно, формально известное как Вдовствующая императрица Сяочжэн (孝 正 太后), была вдовствующей императрицей династии Южный Мин. Она была главной супругой Чжу Чанъин, принца Гуя, отца императора Юнли. Она обратилась в католицизм и приняла имя Елена .)

в пандан к Кристине как раз

ну и "Дон Кихот" как ни странно как "первый роман" и как произведение о тотальном бессмысленном полит. перформансе (Баратария и все такое). Это дело (я имею в виду католическую версию тотального перформанса as opposed to король-солнце то есть национальная версия) сначала не победила потом победила. Мария Медичи умерла в доме Рубенса в 1642 как известно, в этом же самом году умер и Галилей.

В галерее Медичи в Лувре я был и у меня какое-то совершенно другое впечатление осталось чем то что видишь сейчас на фотках, это какая-то психоделия как грибами обожраться в лесу, это вообще не "искусство" а непонятно что. Да, кстати, слово медичи в 17 веке понимали вполне буквально (типа ирония), итальянские аристократы любили травить друг друга как известно

>По научным данным, Франческо был отравлен мышьяком, скорее всего, самим Фердинандом[4]. Вступив на тосканский престол, он оставался одновременно кардиналом, но отказался от титула с разрешения Папы

и так далее. Так вот художник пиццайоло, скажем, который ЕЩЕ И копиист/антиквар/куратор это в принципе некая достаточно уникальная модель отношений с сувереном (например Медичи), и тут надо какбе книгу писать (ну например Декарт это критика мира-тотального-перформанса с точки зрения "разума вооруженного методом", то есть в смысле искусства РИСОВАТЬ ПРАВИЛЬНО АНТИЧНО КРАСИВО ПО ПРАВИЛАМ и так далее, Декарт прямо отсылает к Дон Кихоту). Некоторый конфликт между Богом-поваром и Богом-механиком (православный Бог это безусловно ближе к повару, то есть Он буквально приглашает нас на пир скорее чем запускает механизм домостроительства бла бла).

Уникальность модель отношений спеца с сувереном (здесь) в том что спец И обслуживает красивую роскошную вкусную жызнь аристократа И организует одновременно политический перформанс, в котором все рыцари святого гроба короли иерусалима и я не знаю что, в котором ВОТ ЭТОТ зал ВОТ В ЭТОТ момент есть некоторая застывшая напряженная сцена типа например спутников Юпитера в телескопе (даже у меня есть и можно с балкона смотреть). Европы например. Ио.

Это все преамбула, а вот чего я реально не знал. Если Менины мы традиционно рассматриваем как высшее выражение вот этого всего то

>На дальней стене висят картины «Паллада и Арахна» Рубенса по сюжету из «Метаморфоз» Овидия и копия «Аполлона, сдирающего кожу с Марсия» Йорданса, выполненная главным помощником, зятем и последователем Веласкеса Хуаном дель Масо[9].

>Копия «Паллады и Арахны» Рубенса была создана Хуаном Баутистой Мартинесом дель Масо, испанским художником эпохи барокко и родственником Диего Веласкеса

>На заднем плане композиции полотна висит частично видимый гобелен Тициана «Похищение Европы», которое, согласно версии Овидия, послужило темой гобелена, сотканного Афиной во время её соревнования с Арахной

и так далее, то есть Веласкес сам все вот это и организовал (он и закупал эти картины), это картина в картине в картине, Рубенс-Тициан-Веласкес _буквально_ встречаются в одном полотне которое и есть критическое высказывание про тотальный перформанс и кихотизм, и вероятно Веласкес хочет нам сказать что виртуозность НАКАЗУЕМА (Арахна) и наказуема она не столько Афиной или Аполлоном сколько временем которое все затемняет бурой грязью (ну потому что мы НЕ ВИДИМ что там собственно нарисовано, это знает только заказчик, король, который в зеркале). То есть про это писал и Фуко и еще бог знает кто триста раз, нам тут интересна не барочная эпистема или репрезентация, а то что Веласкес как бе говорит что виртуозность-техничность-традиция это СМЕРТЬ, высшее достижение Дон Кихота скажем это СМЕРТЬ, это про смерть высказывание? Типа пир виртуозности прекращает смерть? Ну как опять же тициановский Себастьян в том же Эрмитаже, кажется вообще последняя его картина (и она не про голого мужика виртуозно написанного как пицца а про чуму вообще-то).

Веласкес какбе критикует cogito в том отношении что предел репрезентации это не ratio а СМЕРТЬ, ты смотришь на свою смерть. Тициан умер. Рубенс умер. Король умрет. Смерть это то что ты видишь сейчас. То есть Менины это некий монолог спеца о смерти которая есть мрак твоего взгляда.

Вообще если спец (в живописи) это такой чел который средствами именно мазка, накладывания красочек умеет создавать эффект ЖИЗНИ и так далее то почему бы ему не говорить о СМЕРТИ именно как о буро-серой мгле перед глазами. Следует понимать так что Веласкес высказывается в том смысле что копирование-диалог (Рубенс копирует Тициана Веласкес Рубенса) прекращается археологией-реставрацией то есть мы вот вглядываемся в эту бурую муть где "спрятан" Рубенс и Тициан, и мы ЖИВЫ потому что МЕРТВЫ так сказать. Мы живые на пире мертвых и как мертвые мы живы. Такое вот высказывание (оно "антибарочное" в смысле анти-виртуозности да).

Забавно что Веласкес (который главный герой картины) - это еще и предок королей Бельгии Швеции собственно Испании и короля Нидерландов и герцога Люксембурга и князя Лихтенштейна. То есть этот вот бурый мрак это что-то типа видения Макбета (кстати Карла I казнили в 1649). То есть Веласкес не просто друг короля, репрезентатор жизни королевского тела, но еще и сам предок королей, более король чем короли на картине. Ну и клоун (это про клоунов картина). Какой-то примерный аналог Веласкеса сейчас это какая-то омерзительная картина с Сатурном кушающим детей в виде чудовищного грязно пастозно написанного клоуна который лезет лапами в сырную тянущуюся пиццу? Кстати еще одна линия Рубенс тире Гойя да.

Смерть это нечто вроде буро-шоколадной патины на трех коронах выкопанных ЗДЕСЬ (оч распространенная мелкая монета на рынке).

tone of voice. текст, который хочет создать у вас позитивное впечатление

я совершенно не хочу вам что-то продавать. я тут просто можно сказать

вышел поссать. кстати я осуждаю агрессивную войну. да. можно ли продать

что-то клиенту или я уже подвел его под статьи о дискредитации.

но я просто создаю у вас впечатление доверия. интимности. я не мыл руки

после члена. это не по-пидорски? этот текст использует такие обороты как:

каждый из нас в глубине души. мы все понимаем. обычно это повышает

лояльность клиента, да? некоторое НЛП. сейчас застегну ширинку

вот после вчерашнего отключения света я подумал… но не надо про войну.

это дело политиков. все политики мудаки. согласны? у нас можно недорого…

хаха. а вот я вас и потрогал ссаной рукой. я создал у вас ощущение

отвращения, некоторой неприязни, даже ужаса, но на самом деле

вы бессознательно доверяете мне, вы считаете что я не причиню вам вреда

даже если я сейчас скажу что-то про Украину, атаку на Украину,

беспричинную… конечно причины были. Путин моет руки после туалета?

или может быть он нажимает кнопку начать войну ссаной рукой

этот текст не хочет вас прямо в чем-то убедить, заметьте. твердо и четко.

вы можете отправить мне донат на пиво. кстати я алкоголик, да

состою на учете хожу на группы. это отвратительно. вы не понимаете

что такое быть алкоголиком, зависимым. графомания это род зависимости.

это как понимаете быть пиратом алкогольных морей. быть вне закона.

бродягой в общем. я сейчас использую немного другой tone of voice

это я прописал в маркетинговой концепции. сказки. сказки это тема.

представьте у меня вместо руки крюк. я пират. я протягиваю вам этот крюк

а я только что поссал. кстати вам не кажется что Путин с его экстерри…

тори… тороидальностью (как бублик да?) похож на пирата, Крюка?

крюк похож немного на тор, да? это сказка. причем я использовал

в маркетинговых целях фрейдистскую метафору. задонатьте мне

на бутылку. бутылочку. кораблик в бутылочке. я бродяга запертый

в этой бутылке. как джинн, можно сказать так. я хочу исполнить ваше

сокровенное желание - более интимный, намекающий tone of voice

вы думаете, Путин исполняет желания русских? о да, но давайте

о чем-то другом. если бы мой член застрял сейчас в бутылке,

что бы мне сказал хирург? представляю его голубые перчатки,

в этом всем есть какая-то голубизна, правда? как логотип телеграма

который вы читаете сейчас пока моя рука в вашем кармане трогает…

это трогательный tone of voice. это продающий текст в инфостиле.

на самом деле я просто вышел поссать за гараж в час ночи.

а сейчас я уйду и у вас останется теплое впечатление. неприятное,

но одновременно какое-то душевное как в пять лет когда вы

гуляли с пьяным отцом. мне еще осталось только сказать вам

купите бублики, горячи бублики! правда все патриоты это бублики

на чужом хую? несите рублики!

https://www.youtube.com/watch?v=s7t8ZuhSorc

мусагет

сегодня ходил менять паспорт, предыдущий залит минским бальзамом

во время странствий по диктатуре, а прошлый я потерял, на самом деле

сунув в книжку типа духовность пушкина, которую подтибрил по пьяни

и читать такое стал бы тоже только по пьяни. в седьмом году нос мой

был еще цел, тогда было модно обсуждать - является ли шоплифтинг

искусством, перформансом, кто тут автор: я уже в говно сую коньяк

в сумку, составляют протокол, я не могу даже подписаться кривыми лапками

кто тут автор и в чем сообщение, смысла не больше чем в писанине про логосы

Пушкина, или в писанине пьяного Пушкина на полях заснеженных полях

Родины на которых пьяный я протоптал - лэнд-арт! - я люблю тебя -

или люблю я себя в те времена когда еблись за наследника медвежонка

а сейчас все бородатые скуфы, у главы партии Родина в жопе осколок,

сидит он с этим осколком в сенате от Запорожья, пишет письма султану

наверное, еще лет через 5 и миллион трупов откроет в Запорожье клуб

русских космистов - лысина казака и скафандр Гагарина и ягодицы юбилеев

где-то тогда же умер Летов, вижу поднимается с колен, чтобы встать раком

как Пушкин (или дядя) сказал про сенат, за задницей Кастора (или брата его)

там рядом я стоял на навальнинге уже лет пять назад господи, я так много

пишу о задницах потому что лучше нет влагалища чем вы сами знаете что

было написано в старых аудиториях ЛГУ на парах по философии, Сократ

был штурмовиком в бронике и хватал Алкивиада за жопку, а через пять

лет будет шестьдесят лет поехали ты что поехавший Пахомов в фейсбуке

с поповской бородой обсуждает Искусство вот курлыкает на закате клин

журавлиный практически как на новом стольнике а на старом только яйца

мусагета, стольник - хуй с двумя яйцами на храме настоящего Искусства

где говорят участникам спецоперации во время балета Щелкунчик показали

слово хуй на искусственном снегу (СЛОВНО), мусагет это мусарня

хуй так сказать в плену у ФСБ, это мои инициалы кстати лол.

детишки

на парковке ленты на таллинском детишки моют фары потому что

надо учиться знать цену деньгам зарабатывать вписываться в реальность

капитализма в его сугробы отороченные грязью мы присоединили

четыре региона в двадцать втором вот скуф с новых регионов заманил

мальчика в машину наверное расчленил его выкинул в лесу такая история

судимость за кражу а еще один чел у нас свихнулся назвался нацистским

генералом жил с женщиной лет сорока шести домогался ее дочери лет

десяти ну его спалили арестовали он поехал на спецоперацию там

записывал видео как он ранен сидит под дронами вражескими дронами

черный ворон что ты вьешься об этом и федеральные СМИ писали

потом его арестовали обратно в суде выступал без ноги дали пятнадцать

лет да вы представляете как в колонии жить без ноги наверное не очень

говорят вот зачем нам война говорят ну а чо они а другие говорят хаха

распятые мальчики в трусиках бред просто казенное надувание пузырей

в общем-то имеет смысл только крест а не выдавливание эмоций

детишками или там ветеранами в тельняшке с ногой оставленной в окопе

встретил вот скуфа еще одного в тактикале подпитого из соседнего падика

он говорит если мы не пацаны то москва не столица рядом полбутылки

водки даже поздоровался что странно пока я это писал труп мальчика

выловили из озера в псковской области там говорят вообще не работает

интернет у нас очень литературная страна все что-то пишут сантехник

прячет на даче тома педофильских фанфиков дети на третьем этаже

курлыкают калибры летят на морозе я спился до полной дистрофии

апатии это капиталистический реализм детишки лазающие по горе

грязного снега розовый дымок тэц типа выносимых в Киеве минус

двадцать два плюс двадцать два лебеди плавают в зеркальном пруду

вокруг сияющего креста это ничего не значит это бессмысленно это

просто бубнеж усталого больного человека солнце проникает сквозь

ветви которые становятся ящиком этих понурых серых костей

ящик сколачивается тем же челом что и крест но на самом деле

приколачивают куда-то только Бога это совершенно не имеет смысла

я просто говорю тебе это потому что очень скучаю по тебе

между грязных прямоугольников раскинутых шпалерой облезлой с редкими квадратами, в коих ходит некто.

Кружится и кружится, атакуя невидимого великана погрузчик среди стен, ждущих с салфеткой и ложкой

ковровой бомбардировки, которая пятилетнего плана и речей на съезде литеры вызволит из бетонной крошки,

и течет злобными струйками пот по округлой его морде кружится прокладкой в унитазе этой проклятой ночи

погрузчик, поп, атеизмом и тремя детьми своими гордый, крутящий руль, как в ГТА кроша реальность в клочья.

Над ним петляет вместо белого ангела ворон черный, взбивающий крыльями грязь облаков, с опалом

страшного глаза. Мускулы напряжены, упорно он крутит и крутит руль, давя колесом куски кала.

Он мстит живущим и спящим уже в могиле, бабкам, бормотавшим свои сны у аналоя.

Его следы - звёзды и кресты на снежке - крылья снизу зовут самолета что чёрной приплывёт стрелою

и в море огня кубы спящего города вколотит, чтобы он, навсегда свободный, мчался через равнины

и ворон, алчущий жирной и розовой плоти будет за ним лететь, пока ему хватит бензина.

лебеди качались на пруду

в животе рос как будто гриб

зеленела карта

дым томный как гобой окружает бой

будто бы грибницы рек

глаз перерезал на лапках-ресницах

буквы скачут как синицы

синь тяжка

она повозка крытая холстиной

воз усталых старых кургузых тел

я не видел тебя два года

наливается глянцевитый боровик

амниотическое молчание

идиотическое

сладко синеет гобой он вырезанная птичка

он чмок в щечку неба-старца

тяжкий как лебедь

ковра в доме бабушки мне было четыре года

мне кажется мы уже не встретимся

реки белые присыпанные

лоснится головка

сияние синих сисечек сис

это твой носик киска

синий синий иней забвения

киска смотрит в окно

за окном синеет старинный снег

что там у нас на фронте

что там надувается

что блестит внутри синевы как сталь

как сердечник в голубоватой упаковке

что значит быть вместе

бликовать голубоватым пузырьком

в тёплом рассоле тьмы

блеклые лебеди и за окном синеет тоска

что такое разлука

синий дым над усами бойца

синегнойная палочка в ноге на снегу

милый лебедь плыл в мертвом пруду

отзвук паровоза -

нагльфар шелестящий записаться на ноготочки доесть

мандарины ковыряемые

облезлой фуксией завтра тапать клаву перед экраном завтра

завтра не настанет потому что сегодня я, астеничный

от мохнорылой этой ночи (как бы сказал

я не знаю, БГ - не сказал тебе что я очень люблю тебя

нагльфар, аврора цвета спелой вишни

черными лабиринтами торчащей громоздящейся эта вишня

не созреет у моего дома я не разжую ее

отсутствующими зубами потому что я не сказал тебе что я

очень люблю тебя очень

мерцает фифа в соседнем окне

я не могу сформулировать - нападающий не знает куда

прилетит мяч. не считает баллистику.

или вот пуля гуляет между броником ребрами и легкими

прокуренными за фифой бродит и бродит

как котик бессмысленно и беспощадно бродит как любовь

заброшенная в синем лесу в синей яме

в сумрачном лесу (мне хотелось тут вставить цитату)

я космонавт на планете поющих зеленоватых грибов

я очень тебя люблю если даже ты не знаешь

об этом. во льдах плавает вишня, проткнутое сердце

такое родное, далекое, котик облизался

прытко побежал дальше

двинулся черно-белый корабль катафалк завтра отчет

сегодня фифа ночнушка девицы

в соседнем окне. ночь это то что я люблю тебя а еще

поезда. а еще мерзкий писк ребенка

https://www.youtube.com/watch?v=I1DL5UzrGHw

будем ориентироваться на некий средний уровень речи

ребенок орущий, его забыла мамаша на рынке

рядом автомат для ваты,

такая матовая центрифуга, снежные колтуны

я не говорю о метафорах

моя речь совершенно не концептуальна

ребенок визжит, какой-то мужик в серой куртке

спрашивает где твоя мама мальчик

я совершенно не подразумеваю ничего педофильского

вата крутится как вьюга

звенит январская вьюга

люди теряют друг друга

моя речь это всего лишь красный открытый ротик

это волшебный кролик

который рисует нолик

мужик в серой куртке говорит пойдем я тебя отведу к дяде полицейскому

речь является формой полиции

бляшкой полицейского с красной эмалью

бляхой мухой

некая обыденная речь

в которой вата это всего лишь глюкоза на палке

наматываемая пока ребенок хнычет упирается

моя речь должна упираться

ребенка отводят к полицейскому

мамаша тут уже рядом с красным красным лицом

моя речь должна быть равнодушной как казенное заведение

вата должна крутиться бесконечно

вата кружится в космической центрифуге

или вот елочная игрушка космонавта шестидесятых

сколько за нее хотите - моя речь это рынок

моя речь абсолютно нормальна и ничего из себя не представляет

плач 2

допустим, на улице кто-то кричит помогите

вероятно какие-то алкаши

или вот у меня остеохондроз

будем ориентироваться на речь сотрудника

давай погружай его

или на скрип двери на трели домофона

ведущие в никуда

будем ориентироваться скажем на макбета, что-то подобное

завтра завтра завтра

моя речь совершенно лишена ассоциаций, я называю диагнозы

артрит. остеохондроз

вопли на улице начинают затихать

мигают гирлянды. идет снег

речь совершенно десоциализированного человека

будем ориентироваться на вербатим

я рассказываю тебе скажем про грыжу. это такой монолог про грыжу

как я весь скручен как каким-то средневековым

орудием пыток. на улице тишина

посмотри как мигают гирлянды, не это ли волшебство

синие мигалки в снегу

моя речь принадлежит полиции, я говорю под запись

сейчас меня записывают.

я говорю тебе как тихо мигают маленькие огоньки

1.

красный дошик это лишайник на синеглазом камне

был страшный шум и чуть хриплый голос

и на станции было зябко и я сказал

я ничего не сказал

табло горело рыжим я сощурился и взял

руку твою и потом посыпалась земля мощный артобстрел

я увидел небо

беловатое рядом кто-то закричал мне не было страшно

я был весь в грязи рядом

не было никого и я вспомнил перрон механический этот голос

и я взял тебя за руку

и тогда только понял что у меня нет ног

мне показалось это смешным вокруг был страшный шум невыносимый

на тебе была брошка с зайчиком

и блаженны плачущие

и шел холодный дождик как обычно в ноябре

ты пыталась улыбнуться

я хотел смахнуть землю с лица и была потом тишина

земля казалась огромным самолетом

гудящим самолетом

над странным зеленоватым морем колышущим щупальцами

они утешатся и мне казалось я к тебе прижался

а тогда мне было неловко

и голос сказал встань и иди и я пошел

среди вывороченных изломанных деревьев и я видел

тебя опять

2.

зачем нужно говорить об этом

говорит земля говорит

в продолжение нашего разговора

высылает погребенных среди белесых кореньев

зачем нужно говорить об этом

поезд шумит в полночь

в продолжение нашего разговора

который был прерван обстрелом мне так тяжело без тебя

ты бы знала зачем говорить об этом

в поезде который говорит говорит говорит

переплетение корней китайских

узелки путей

далее рельсы разворочены

зачем нужно говорить об этом

в продолжение нашего разговора

земля говорит говорит говорит

ваш звонок очень важен для нас ваш шепот

твои волосы крабик розовый

а далее мы не поехали потому что поезд стоял

мы спали и я видел как мы с тобой идем по полю

зверобой васильки и так далее

и дальше была сирена я проснулся в крови

зачем нужно говорить об этом

я встал неизвестно где

3.

лягушка в траве прыгает и солнце и дым

такой сладкий но тебя нет рядом нет нигде

твое лицо просвечивает между крон намазано облаками

ребенок играет в поезда

твоя рука отцепилась и она прицепилась вновь

железная дорога несуществующей страны

что прицепилась прицепилась чертополохом я вижу

тебя везде ты маленький этот лягушонок

калибра семь шестьдесят два так твое грязно-зеленое платье

куда-то там летит

между ребер и я ничего не сказал потому что

сгорел заживо как зацепер свалился угольками

и раccыпался в зелени уснул в обнимку с землей стал чертополохом

об этом невозможно говорить

мы встанем вместе с примятой травы

4.

зачем я пишу тебе, если я не могу тебя обнять?

я говорю тебе об этой тележке, черных мешках с охристой листвой

я говорю тебе о хмуром человеке в тактикале

медленно идущем на костыле

без костылей не компилируется это небо

не гудит самолет стюардесса с усталым лицом со стрелками

не разносит шампанское

я не могу тебя обнять прямо сейчас мои слова

всего лишь протез китайский протез

на дереве сидит синица

дерево прорастает во мне мои пальцы огонь

шумящий в парке огонь синица сидит на моей голове

она пищит я пищу мои руки это всего лишь писк на ветру

пузырьки поднимающиеся на высоте три километра

проводница разворачивает рыжий спасательный жилет

зачем я пишу тебе это

чел с костылем закуривает яркое солнце

5.

клубок лисичек яблоки банки с закатками

у потертой бетонной стены времен шамкающего

в стеклянной банке диктатора банки банки банки

и белесые корни в земле под полиэтиленом

бумажки с растерянными городами

поезд прибывает на станцию инсмут колышется грибница

бороды проводника в тумане нечетком глаза его томаты

соленые шары соленых морей этот город уже затоплен

на поверхности рыжие буйки

вялый оскал из запотевшей банки россии

лисички должны шипеть с картофелем скрежетать как краны

у серого моря над гаражами над бутылками гаража оставленными летом

лета уже не будет

твоих бледных бедер уже не будет

дипломатии панд уже не будет будет дипломатия ос

не трогай серую их бумагу серое это небо не трогай его

не трогай эти призрачные белые ноги

спрятанные в сыроватой земле

банки с землей

завтра землю припорошит снежок как шкуру панды

вагончики времени будут тихо стучать

зубы будут стучать в банке

зеленые глаза будут бежать по стенке

я буду петь в промозглой ночи как крошечная птица

я буду сжимать рукоятку ножа

из жующего куст бурого лося в мокром лесу

закатки катятся катятся

яблоки катятся по сырой земле матери земле

мертвые не встают никогда и поэтому они встают и идут

колобок идет хотя у него нет ног как он идет

солнце встает я сжимаю нож

за верандой идет тёплый резкий дождь
пузырятся сизые лужищи
маленькая девочка в бледно розовых туфельках
дуется она держит куколку

пухлощекую горизонтальную в чепчике
я хочу смотреть на твои глаза
как на хеллоу китти
выкопать окопы на серозеленой карте

в форме котика котика котика
глаза котика блиндажи
над которыми шелестит дрон
я хочу шелестеть дождем над девочкой

сующей куклу под стол
летняя печалька ле ле ле
я хочу горизонтально лежать как в гробике
надо мной будет щелкать дрон

в виде маленькой хеллоу китти
я хочу не шницель а маршмеллоу на самом деле
чтобы девочка дулась как принцесса
засунутая в какао

и распухшая там вросшая в болота
в родные так сказать края
синеватая как труп под ряской прыг прыг
я хочу смотреть как дождь веранду мочит как

девочка куклу достает поправляет
чепчик вязаный хочу смотреть
хеллоу китти машет лапкой над какао заболоченных руин
кукла кушает какао дождь уже прошел

а ты сдохнешь с десятью кошками
они будут есть твое лицо миу миу

пожар на острове любви

зек находит треугольный осколок (сеанс)
чашки в стиле ампир, безголовая полуголая нимфа
томно мочит ногу в источнике

скрежещет морковь в сковороде медузы порскают
в сине-винном море в супе бледные макаронины это бедра
твои под пледиком винным малиновым

и вот за дорогой леса распахивают рыжий свой жаркий
зев ликующий это паровоз несущийся
сквозь леса пляшущий по раскаленным проплешинам

гор о паровоз ставший козочкой жрущей листву черной козочкой
пеплом лижущей пляжи
вот зек разрезает язык белым треугольником

с бедрами тронутыми кармином примерно когда русские
кричали бистро бистро на елисейских
полях лижет лезвие

кровь течет огонь течет по горам пожирает дряхлые жигули
время течет рыжей змеей между решеток кирпичного
дома и лазурь стекает

по ноге нимфы под беспощадным этим солнцем
плавящим решетки лесов между которыми ты видишь море море
безмерное море моей любви к тебе

бегающей зайцем между горящих сосен совершенно охуевшим
прядающим серыми ушками
в окнах багровые холмы налитые зенки алкаша

его одинокий зуб торчит задумчивый коринфский
столп наверху над плясками пурпурных мотыльков ослепший Полифем
говорящий с ласточками

сосущий свирель как подросток понявший все дерьмо свой вейп
моя жизнь дерьмо и пусть оно скорее сгорит
оно горит и треугольники венерины жуют

остров волосатый в оспинах заброшенных городов и скал
охристых скал и черной черной и кудлатой
ночи паровоза стучащего в

голове в вагоне ресторане желтоватом я пью
водку с капитаном ФСБ пока зырит дебильная минервы сова
венера безрукая прикройся уже наконец

немецкая пушка вечером

луна изрешеченная обгрызенная

висит над кладбищем где между крестов трещат

голодные кузнечики черная спина

круппа c округлыми лакричными заклепками которые

обратно лунным дыркам

вдавливаются в задницу последний крупп

любил марроканские бронзовые

задницы припорошенные желтоватым песочком как пикачу

бутсы нила армстронга. зубы нила армстронга.

пушка высунувшая черный глаз

на луну на другой стороне на которой ест шпинат

дедушка мрачно вилкой колет

лыбящихся лабуб из шпинатной массы

занесенных снежком зеленоватых мертвяков

обнажились зубы нила армстронга бурые соломинки на деснах

в кратерах под черноглазыми пушками укутанными

чадрой истории. монистами госконтрактов. косами забвения

вместо зайчиков скачущих в имени Бога

на дирхемах нацарапано feuer

всякий человек засыхает райграс мятлик или

лисохвост. обнажается разбитый снарядами вылизанный

кирзачами асфальт мальчика

вечно укуренного как барсук из брейкинг бед

в вязаной шапочке. чернобелый ящик

грязнобурый сизожелтый, то бишь. соломенные вихры

диакритики на рябоватом

имени того кого здесь нет нет вопит сирена

пушка падает в яму твоих глаз

тает там как желейный мишка она придорожный крест

с заклепками в черных заплесневелых

руках я хочу тебя обнять мертвыми этими руками

торчащими из-под казенного ватного снежка feuer sicher

без тебя нет никакого огня

волосы твои огонь ты скачешь на красном красном коне ты поешь

песня твоя нарезное дуло черное колодец с ледяной

водой лейка нацеленная на железобетон

раскоряченный обстрелами

горящая вата в банке кожу мальчика сосет

зубы поблескивают в торфе это ганнибаловы слоны