Сокращенный вариант сюжета —

В современном мире вампиры давно скрываются среди людей, управляя бизнесом и адаптируясь к обычной жизни благодаря строгим правилам, созданным после древней войны. Они используют донорские центры и строго контролируют обращение новых членов общества, чтобы не привлекать внимания. Однако эту систему начинает расшатывать таинственный неизвестный, который устраивает утечки архивов, рассылает студентам престижного Колледжа Ночного Ворона и соседней Королевской Академии Меча угрожающие сообщения и раскрывает тайные эксперименты старых семей. На фоне этого из-за сбоя искусственного интеллекта в вампирский колледж случайно попадают обычные люди-стажеры, которых руководство селит в полуразрушенном корпусе, пытаясь избавиться от них без шума. Теперь, когда правда о вампирах начинает просачиваться в человеческий мир, а внутри самого общества зреет раскол между старшим поколением и молодежью, героям предстоит сделать выбор: попытаться сохранить вековую тайну, поддержать радикальные перемены или найти компромисс до того, как грянет катастрофа.

Полный вариант сюжета —

В современном мире вампиры существуют уже много веков, однако человечество давно забыло о том, что когда-то они не были легендой. Для большинства людей вампиры существуют исключительно в книгах, фильмах и старых суевериях. Кто-то считает их частью фольклора, кто-то любит придумывать теории о тайных обществах, а кто-то и вовсе не верит в сверхъестественное. Никто не подозревает, что прямо сейчас в соседнем доме, в университетской аудитории, в дорогом ресторане или в ночном клубе может находиться тот, кто прожил несколько сотен лет и прекрасно научился выглядеть самым обычным человеком.
Само вампирское общество давно адаптировалось к современности. Древние семьи владеют крупными компаниями, медицинскими центрами, гостиницами, ночными заведениями и фондами, а некоторые вампиры занимают настолько высокие положения в человеческом обществе, что их имена можно встретить в новостях. Конечно, никто не знает об их настоящем возрасте или происхождении. Документы подделываются, личности меняются, а когда вампир достигает возраста, при котором его человеческий образ начинает вызывать вопросы, он просто исчезает из публичной жизни и появляется спустя несколько лет под новым именем. Благодаря этому вампиры могут существовать практически вечно, не привлекая лишнего внимания.
За долгие годы они научились не просто скрываться, а буквально вливаться в человеческую жизнь. Современный вампир уже давно не обязан жить в старом замке, спать в гробу или питаться исключительно случайными путниками. Кто-то снимает квартиру в центре города, кто-то работает в ночную смену, кто-то учится в университете, а кто-то может провести половину ночи в кофейне, жалуясь друзьям на то, что ему опять поставили слишком много заданий. У вампиров есть собственные больницы, банки, магазины и даже закрытые сообщества в интернете. Для них существует практически всё то же самое, что и для людей, только некоторые вещи устроены немного иначе.
Главным отличием остаётся кровь. Когда-то именно она была причиной большей части конфликтов между вампирами. Одни семьи предпочитали охотиться самостоятельно, другие заключали соглашения с людьми, третьи искали способы заменить человеческую кровь искусственными аналогами. Со временем появилась целая система донорских центров, где кровь получают законным путём и перерабатывают для вампирского употребления. В крупных городах существуют заведения, где вампир может спокойно заказать необходимую ему кровь так же, как человек заказывает напиток. Подобные места тщательно скрываются от людей и работают только благодаря сложной системе посредников.
Однако полностью отказаться от человеческой крови удалось не всем. Некоторые старые семьи считают искусственные заменители недостаточно качественными, а некоторые вампиры испытывают зависимость от свежей крови. Именно поэтому употребление человеческой крови напрямую и особенно нападение на людей строго контролируются. Вампир может получить кровь добровольным путём, но причинить человеку вред без разрешения — уже преступление. Ещё строже относятся к обращению людей. Создать нового вампира можно только с разрешения соответствующих органов, поскольку никто не хочет однажды обнаружить целый город, в котором половина населения уже принадлежит к вампирскому обществу.
Именно из-за этого существует негласная система, которую знают все вампиры, даже если никогда не сталкивались с ней лично. Есть те, кто следит за соблюдением правил, есть те, кто занимается сокрытием следов, есть те, кто отвечает за контакты с людьми, и есть те, кто разбирается с нарушителями. Эта система существует настолько давно, что большинство перестало задумываться о том, откуда она вообще появилась.

А появилась она после очень старого конфликта.

Когда-то вампиры и люди не скрывались друг от друга, они могли заключать союзы, торговать, жить на одной территории и даже создавать семьи. Но мирное сосуществование постепенно разрушилось. Чем больше люди узнавали о вампирах, тем сильнее становился страх перед ними, в ответ вампиры начали относиться к людям как к угрозе. Начались нападения, охота, ответные расправы, попытки контролировать территории. В какой-то момент конфликт стал настолько серьёзным, что обе стороны поняли: если ничего не изменить, от прежнего мира не останется ничего.
Тогда представители нескольких древнейших вампирских семей заключили соглашение с людьми. Вампиры обязались исчезнуть из человеческой жизни и никогда больше не раскрывать своё существование. Люди, в свою очередь, прекращали охоту на них. Были установлены территории, правила обращения, способы получения крови и наказания за нарушение договора. Со временем само соглашение стало чем-то вроде основы нового общества.
Прошли десятилетия, потом столетия. Люди забыли правду, а вампиры привыкли к тайне, только вот далеко не все были согласны с таким исходом.
Среди вампиров всегда существовали те, кто считал договор ошибкой. Они были уверены, что их народ не должен прятаться и подстраиваться под человечество. Для одних это было вопросом гордости, для других — вопросом свободы. Они считали, что старые семьи используют договор как удобный инструмент, позволяющий удерживать власть над остальными.

Большинство таких групп со временем исчезло.
... По крайней мере, так принято считать.

Одним из мест, где всё это прошлое практически не ощущается, становится Колледж Ночного Ворона. Для людей это закрытое престижное учебное заведение с необычной репутацией. Официально здесь обучаются талантливые молодые люди, однако настоящие причины существования колледжа знают только те, кто имеет отношение к вампирскому обществу. Колледж был создан для того, чтобы молодые вампиры могли получать образование, не раскрывая свою природу, учиться контролировать способности и одновременно привыкать к современному миру.

Именно здесь пересекаются представители совершенно разных семей.

Для кого-то принадлежность к определённому роду значит почти всё. Фамилия может открыть двери в самые закрытые клубы, обеспечить обучение, работу и влияние. Для кого-то семья, наоборот, является постоянным источником проблем. Одни гордятся своим происхождением, другие стараются не упоминать о нём вовсе. Некоторые вампиры родились в семьях, которые существуют уже несколько сотен лет, а другие являются первыми в своём роду и вообще не привыкли к старым правилам, поэтому NRC никогда не был спокойным местом.
Но в основном конфликты ограничиваются обычными вещами: соперничеством между общежитиями, семейными разногласиями, личной неприязнью, вечными спорами из-за правил и попытками пережить очередной учебный семестр. У студентов есть собственные друзья, привычки, проблемы и отношения, которые зачастую совершенно никак не связаны с большой политикой вампирского мира. Именно поэтому первые признаки надвигающейся проблемы практически никто не замечает.

Всё начинается с одного человека.
Поздним вечером в одном из районов города происходит нападение, пострадавшего находят практически случайно. Он жив, но находится в состоянии сильного шока и практически ничего не может рассказать. Единственное, что он помнит, — незнакомец, которого он сначала принял за обычного человека. Слишком бледное лицо, странные глаза и ощущение, что тот двигался настолько быстро, что происходящее казалось нереальным.
Полиция не находит ничего необычного. Нападение списывают на животное, хотя некоторые детали явно не сходятся.
Для вампиров же всё становится очевидно практически сразу, это был один из них.
Проблема только в том, что нападавший нарушил сразу несколько правил. Он действовал в общественном месте, оставил после себя свидетеля и, судя по всему, даже не попытался скрыть следы.
Пока руководство пытается разобраться в ситуации, происходит второй случай... Потом третий.
Каждый раз полиция находит всё новые объяснения.
В интернете тем временем начинают появляться фотографии: сначала неясные, почти бесполезные. На одной видна фигура, которую можно принять за размытого человека, на другой — отражение в витрине, а на третьей кто-то замечает необычные глаза.
Люди начинают обсуждать происходящее. Кто-то смеётся, кто-то считает это рекламной кампанией, кто-то говорит, что фотографии поддельные, а кто-то начинает всерьёз искать вампиров.
Появляются небольшие группы людей, которые собирают свидетельства, сравнивают старые фотографии и ищут совпадения. Особенно быстро распространяются теории о людях, которые практически не меняются с возрастом. Пользователи начинают замечать одни и те же фамилии в старых документах, фотографиях и современных новостях.
Сначала вампиры не воспринимают это как серьёзную угрозу.

Они ошибаются.

Одновременно с появлением фотографий несколько студентов NRC получают сообщения с неизвестных номеров.

Первое сообщение предельно короткое: "Я знаю, кто вы."

Кто-то решает, что это шутка, кто-то удаляет сообщение, кто-то показывает его друзьям, кто-то пытается вычислить номер.

Через несколько дней приходит второе: "Вы действительно думаете, что люди ничего не замечают?"

После этого руководство колледжа начинает ужесточать контроль. Студентам напоминают о правилах, усиливают охрану, ограничивают ночные выходы. Несколько преподавателей внезапно начинают интересоваться тем, где учащиеся проводят свободное время и с кем общаются. Естественно, это вызывает недовольство. Многие не понимают, почему из-за нескольких городских происшествий им внезапно запрещают делать то, что они спокойно делали раньше. Многие нарушают правила, начинают специально проверять границы дозволенного, а остальные, наоборот, понимают, что дело действительно серьёзное.
Параллельно с этим появляются новые сообщения. На этот раз они становятся личнее. Неизвестный начинает упоминать семейные истории, старые фамилии и события, о которых знают только сами вампиры.
Он не просто знает, что они существуют, он знает их.
Через некоторое время один из персонажей случайно сталкивается с незнакомцем в городе. На первый взгляд тот выглядит совершенно обычно. Обычная одежда, обычная манера разговора, ничего подозрительного, но в какой-то момент незнакомец произносит имя, которое не мог знать. После этой встречи персонаж получает фотографию. На ней он сам, снятый несколько минут назад. Это становится первым доказательством того, что за студентами действительно наблюдают. После этого события начинают развиваться быстрее. В городе появляется журналист, который несколько лет занимается исчезновениями и необъяснимыми нападениями. Он находит старые материалы и замечает странную закономерность: в каждом деле, связанном с предполагаемыми вампирами, фигурируют одни и те же фамилии. Другой человек создаёт анонимный сайт, где публикует архивы, третий пытается продать найденные доказательства крупным СМИ.
Ситуация становится ещё сложнее, когда несколько людей действительно исчезают. Вампиры сразу подозревают, что за этим стоит тот же неизвестный, но постепенно выясняется, что не все исчезновения связаны между собой.
Некоторые люди стали жертвами обычных преступников, которые воспользовались паникой, другие действительно столкнулись с вампирами, а третьи исчезли потому, что слишком много узнали. Граница между правдой и слухами начинает исчезать.
Внутри самого вампирского общества тем временем происходит раскол.
Старшие семьи требуют любой ценой сохранить тайну. Для них происходящее — потенциальная катастрофа. Они прекрасно помнят старые конфликты и считают, что человечество никогда не примет вампиров спокойно.

Молодое поколение думает иначе. Многие из них никогда не видели войны, не знают старых порядков и не считают людей врагами. Они выросли рядом с человеческой культурой и не понимают, почему должны бояться собственного сосуществования с ней.
Начинаются споры. Кто-то требует отменить старые ограничения, а кто-то предлагает полностью закрыть вампирское общество, кто-то предлагает начать вести с людьми переговоры, а кто-то уверен, что людям вообще нельзя ничего рассказывать.
На этом фоне начинают всплывать старые документы. В архиве NRC обнаруживается информация о событиях, произошедших много десятилетий назад. Тогда один человек действительно узнал о вампирах и попытался раскрыть их существование. Его звали иначе, но описание подозрительно напоминает нынешнего неизвестного. По официальным данным, он погиб, но доказательств смерти нет.
Последняя запись о нём заканчивается странной фразой: "Объект не найден".
Именно после этого персонажи начинают подозревать, что неизвестный может быть связан с прошлым гораздо сильнее, чем казалось сначала, но есть одна деталь, которая не даёт покоя. Если этот человек действительно тот самый, который исчез много лет назад, почему он вообще до сих пор жив? Ответ на этот вопрос постепенно выводит героев на другую тайну.
Когда-то вампиры пытались создать способ обратить человека без потери его человеческих качеств. Эксперимент был запрещён после нескольких неудачных попыток. Теоретически существовала возможность создать человека, который сможет получить вампирские способности, не становясь полноценным вампиром.
Проект закрыли, все материалы уничтожили. По крайней мере, так считалось. На самом деле часть исследований сохранилась, и этот неизвестный человек каким-то образом связан с ними. Это объясняет, почему он способен знать так много и почему некоторые вампиры считают его не обычным человеком, но это также означает, что кто-то из старых семей всё это время продолжал эксперименты.
Постепенно расследование приводит персонажей к людям, которые занимают достаточно высокие позиции, чтобы скрывать подобные вещи десятилетиями. Оказывается, часть старых семей никогда не прекращала изучать человеческую кровь и возможность создания новых разновидностей вампиров. Они скрывали исследования даже от собственного общества, потому что прекрасно понимали: если правда выйдет наружу, последствия будут непредсказуемыми. Неизвестный знает об этих экспериментах, и именно поэтому он решил раскрыть существование вампиров, его цель оказывается намного сложнее обычной мести. Он хочет разрушить систему, которая, по его мнению, десятилетиями держалась на лжи, он хочет показать людям правду, чтобы старые семьи больше не могли прятать свои преступления за древними законами, но есть проблема. Он совершенно не думает о том, что произойдёт после раскрытия. Для него главное — разрушить старый порядок, даже если вместе с ним рухнет всё остальное.
В какой-то момент в сеть попадает первый настоящий архив, там находятся фотографии, документы, записи разговоров и сведения о нескольких древних семьях. Материалы быстро распространяются по интернету, и удалить их уже невозможно. Люди впервые получают не слухи, а доказательства.
Мир начинает реагировать. Одни не верят, другие пугаются, третьи начинают искать вампиров. Некоторые люди пытаются помочь тем, кто оказался втянут в происходящее, а другие начинают относиться к каждому подозрительному человеку как к потенциальному врагу. В городах появляются протесты. СМИ пытаются разобраться в ситуации, государственные структуры начинают искать тех, кто стоит за утечкой, вампирское руководство пытается сохранить контроль, но впервые понимает, что обычных методов недостаточно.
NRC оказывается практически заперт: Студентам запрещают покидать территорию без разрешения, у входов появляются дополнительные посты, телефоны некоторых учащихся начинают проверять, любая утечка информации становится поводом для расследования.

Именно на этом этапе личные истории персонажей начинают постепенно переплетаться с происходящим вокруг. Семейные связи, которые раньше казались совершенно незначительными, внезапно приобретают смысл: старшие родственники могут оказаться связанными с руководством вампирского общества, а давно забытые семейные истории — иметь прямое отношение к событиям, происходящим сейчас. В старых документах начинают всплывать фамилии, знакомые героям с детства, а среди архивных материалов обнаруживаются сведения о семьях, которые когда-то принимали участие в запрещённых исследованиях и после этого сделали всё возможное, чтобы стереть собственные имена из истории. Одновременно становится известно, что человек, распространяющий информацию о вампирах, не так уж далёк от их круга, как казалось сначала: с ним уже могли пересекаться в городе, разговаривать, учиться или даже поддерживать вполне обычные отношения, совершенно не подозревая о его настоящих намерениях. Для некоторых персонажей происходящее становится первым серьёзным столкновением с той частью вампирского общества, о которой им никогда не рассказывали. Привычная уверенность в собственной семье, друзьях и людях, которым они доверяли, начинает постепенно исчезать, поскольку слишком много вещей оказывается недосказанным. Старые разговоры вдруг приобретают совершенно другой смысл, странное поведение близкого человека перестаёт казаться случайностью, а случайная встреча, на которую раньше никто бы не обратил внимания, может оказаться частью гораздо более крупной истории. Постепенно возникает ощущение, что прошлое, которое считалось давно похороненным, никуда не исчезло — оно просто ждало подходящего момента, чтобы снова напомнить о себе.
Естественно, одинакового отношения к происходящему от персонажей ждать не приходится. Для одних раскрывающаяся правда становится причиной страха и желания как можно скорее отстраниться от происходящего, другим гораздо проще поддаться злости и начать искать виновных, особенно если выясняется, что за событиями стоят люди, которым они доверяли. Кто-то предпочтёт молчать, опасаясь последствий для себя и своей семьи, а для кого-то происходящее, наоборот, станет первой настоящей возможностью изменить собственную жизнь и избавиться от правил, которые он никогда не считал справедливыми. Постепенно становится очевидно, что единого правильного решения здесь не существует, поскольку любой выбор неизбежно затронет не только самого персонажа, но и тех, кто находится рядом с ним.
Тем временем становится известно, что всё происходящее было лишь подготовкой к гораздо более крупной утечке. У неизвестного остаётся последний архив, который до сих пор не был опубликован, и именно в нём собрана информация, способная окончательно разрушить привычный порядок. Там находятся настоящие личности древних семей, сведения о закрытых территориях и местах, где на протяжении многих лет скрывались вампиры, документы о способах обращения, подробности старого договора с людьми и материалы запрещённых экспериментов, которые старшие семьи предпочли бы навсегда оставить в прошлом. Если этот архив окажется в открытом доступе, вернуть прежнюю жизнь уже не получится: даже если часть людей откажется верить увиденному, само существование вампиров перестанет быть тайной, которую можно просто спрятать очередным удалённым постом или поддельным объяснением.
Именно тогда перед персонажами встаёт вопрос, который раньше казался совершенно невозможным. Сохранить тайну любой ценой и попытаться остановить публикацию, даже если вместе с архивом наружу могут выйти доказательства преступлений, совершённых их собственными семьями, или позволить правде выйти в мир и надеяться, что люди окажутся готовы принять существование вампиров, — оба варианта несут последствия, от которых уже нельзя будет отмахнуться. Возможен и третий путь, при котором представители обеих сторон попробуют договориться до того, как информация будет опубликована, создав новые правила вместо старого соглашения, однако для этого придётся заставить людей и вампиров сесть за один стол после веков взаимного недоверия. И наконец, всегда остаётся возможность не выбирать ни одну из сторон, сосредоточившись исключительно на безопасности близких и пытаясь вывести их из конфликта, хотя сохранить нейтралитет становится всё сложнее с каждым новым событием.
К этому моменту полностью остаться в стороне уже невозможно. Слишком многое произошло, слишком много людей узнали правду, а старые порядки начали разрушаться изнутри. Даже те, кто изначально не имел никакого отношения к расследованию, постепенно сталкиваются с его последствиями в повседневной жизни: меняются правила колледжа, исчезают привычные места, в городе становится больше людей, ищущих вампиров, а обычная прогулка или случайный разговор могут неожиданно закончиться встречей с человеком, который знает о тебе больше, чем должен. Сам неизвестный при этом не собирается просто исчезать после публикации архива. Напротив, он намеренно выходит на связь с теми, кто пытался его остановить, потому что считает, что они заслуживают услышать правду непосредственно от него. Он объясняет, что всё это время наблюдал за студентами не ради развлечения и не потому, что хотел причинить им вред, а потому, что видел в них единственное поколение, которое действительно способно изменить вампирское общество. Старшие вампиры слишком давно существуют внутри созданной ими системы и уже не представляют жизни вне неё, тогда как молодые успели вырасти в совершенно другом мире, где люди перестали восприниматься как естественные враги, а старые правила всё чаще кажутся бессмысленными ограничениями. Постепенно становится понятно, что конфликт выходит далеко за пределы простой борьбы между людьми и вампирами. В его основе оказывается противостояние двух представлений о будущем: сохранения привычного порядка, каким бы несовершенным он ни был, и попытки разрушить его ради возможности построить что-то новое. Между этими крайностями существует множество промежуточных вариантов, и именно они становятся причиной самых сложных решений, поскольку далеко не каждый готов полностью отказаться от прошлого, но и возвращаться к прежней жизни после всего случившегося уже невозможно. Когда последняя часть архива наконец оказывается готова к публикации, город уже знает о существовании вампиров, однако большая часть правды всё ещё остаётся скрытой. Несколько часов или дней отделяют общество от момента, когда наружу могут выйти сведения, способные разрушить репутацию целых семей и изменить отношение людей к вампирам окончательно. В это время каждый персонаж оказывается перед личным выбором, который уже невозможно переложить на руководство, семью или кого-либо ещё: поддержать тех, кто пытается сохранить старый порядок, помочь неизвестному довести дело до конца, попытаться уничтожить часть материалов или найти способ договориться до того, как станет слишком поздно. Именно поэтому последствия могут оказаться совершенно разными. Полная публикация архива способна привести к началу новой эпохи, в которой людям и вампирам придётся впервые открыто существовать рядом, однако вместе со свободой неизбежно появятся страх, недоверие и попытки найти виноватых за всё, что происходило на протяжении веков. Уничтожение архива сохранит тайну, но уже не вернёт прежнего спокойствия, поскольку слишком многие знают правду и слишком много доказательств успело разойтись по миру. Компромисс же может привести к созданию нового соглашения между людьми и вампирами, однако оно потребует огромного количества уступок с обеих сторон и, скорее всего, станет только началом нового конфликта, а не его окончанием, при этом повседневная жизнь персонажей продолжает существовать даже на фоне всего происходящего, и именно это должно оставаться важной частью истории. Утром можно спорить из-за занятий или опоздания, днём обсуждать чужие сообщения и последние новости, вечером встречаться с друзьями или проводить время в городе, а уже ночью столкнуться с чем-то, что заставит взглянуть на привычную жизнь совершенно иначе.

На одном канале может появиться совершенно обычная фотография, пока в другом в это же время обсуждается исчезновение человека, а спустя несколько часов выясняется, что эти события каким-то образом связаны между собой. История постепенно складывается не только из крупных сюжетных событий, но и из мелочей, которые сначала кажутся незначительными. Неизвестное сообщение, удалённая фотография, незнакомое лицо в толпе, фамилия, случайно замеченная в старой статье, человек, который слишком хорошо помнит события двадцатилетней давности, или неожиданная встреча с тем, кого персонаж считал давно исчезнувшим, — всё это может оказаться частью одной цепочки. И чем дальше развивается сюжет, тем сложнее становится понять, где заканчивается обычная жизнь и начинается история, которая всё это время разворачивалась прямо рядом.

Происходящее не ограничивается одним Night Raven College. Параллельно с ним существует Royal Sword Academy — другое крупное учебное заведение, также связанное с вампирским обществом. Несмотря на то, что между двумя колледжами существует давнее соперничество, их отношения никогда не доходили до открытой вражды. Студенты знают друг о друге, периодически пересекаются на общих мероприятиях и прекрасно осведомлены о различиях между порядками, которые царят в двух учебных заведениях. Если NRC привык к более закрытой системе и строгому контролю со стороны старших, то RSA всегда считалась несколько более свободной и спокойной академией, где молодым вампирам предоставляли больше самостоятельности. Из-за этого у студентов обоих колледжей сложились довольно противоречивые представления друг о друге: одни считают RSA слишком беспечной, другие смотрят на NRC как на место, где от студентов требуют подчиняться каждому правилу, не задавая лишних вопросов.
До недавнего времени это оставалось обычным соперничеством между двумя академиями, которое почти никак не влияло на их повседневную жизнь, однако после первых происшествий выясняется, что RSA уже успел столкнуться с чем-то похожим. За несколько недель до нападения один из студентов академии замечает возле территории человека, который явно не имеет отношения ни к преподавателям, ни к учащимся. Сначала на это никто не обращает особого внимания, но спустя несколько дней тот же человек появляется снова, уже в другой части. Камеры фиксируют его рядом с местом, где позднее происходит одно из нападений, а затем запись неожиданно исчезает из внутренней системы наблюдения. Руководство RSA старается не придавать этому огласки, чтобы не создавать лишней паники среди студентов. Ситуацию рассматривают как отдельный инцидент, а учащимся просто напоминают о необходимости соблюдать осторожность за пределами территории академии. Спустя некоторое время несколько студентов начинают получать странные сообщения с неизвестных номеров. Они не содержат прямых угроз, но в них упоминаются вещи, которые посторонний человек знать не должен: расположение некоторых помещений академии, имена преподавателей, старые семейные фамилии и даже события, которые никогда не обсуждались публично. Особенно странным оказывается то, что сообщения, приходящие студентам RSA, отличаются от тех, которые получают в NRC. Если студентам NRC неизвестный открыто даёт понять, что знает об их вампирской природе, то в RSA он практически ничего не говорит о вампирах напрямую. Вместо этого он оставляет намёки, заставляя получателей самостоятельно искать связь между происходящим, иногда сообщение состоит всего из одной фотографии, иногда содержит старую дату или фамилию, а иногда отправитель просто присылает координаты места, которое большинство студентов RSA никогда раньше не посещало. Поначалу эти случаи никак не связывают с событиями в NRC. В двух академиях ситуация воспринимается по-разному, и каждая сторона продолжает заниматься собственными делами.

Однако вскоре обнаруживается первое совпадение: одна из фотографий, найденных у студента RSA, оказывается сделана в том же месте, где несколькими днями позже происходит нападение, о котором уже начинают говорить. Руководство обеих академий вынуждено признать, что между событиями существует связь.
Начинается осторожный обмен информацией. Поначалу он проходит исключительно между преподавателями и старшими представителями академий, поскольку ни NRC, ни RSA не хотят допускать студентов к сведениям, которые могут поставить под угрозу их безопасность, но долго скрывать происходящее не получается. Слишком много учащихся уже столкнулось с неизвестными сообщениями, странными людьми и ситуациями, которые невозможно объяснить обычным совпадением. Кроме того, некоторые студенты начинают самостоятельно сопоставлять события, замечая то, что руководство предпочитает не обсуждать.
Постепенно становится известно, что несколько лет назад RSA уже сталкивалась с похожей историей, тогда один из выпускников академии заинтересовался старым вампирским договором и начал самостоятельно изучать документы, связанные с его заключением. Исследование неожиданно привело его к сведениям о нескольких семьях, которые на протяжении десятилетий занимались тем, о чём предпочитали не говорить даже внутри вампирского общества. Вскоре после этого выпускник прекратил выходить на связь, а все материалы его исследования были изъяты. Официально считалось, что он просто решил покинуть академию и начать другую жизнь, однако некоторые преподаватели RSA до сих пор помнят эту историю и понимают, что официальная версия никогда не была полной.
Именно эти старые сведения начинают всплывать снова.
В архивах RSA обнаруживаются документы, которые каким-то образом связаны с теми материалами, что сейчас ищут в NRC. Оказывается, обе академии когда-то имели доступ к одной и той же системе архивов, однако после нескольких внутренних реформ информация была разделена, и большая часть документов оказалась либо перемещена, либо намеренно закрыта от студентов. В результате у NRC сохранилась одна часть истории, а у RSA — другая. Ни одна из академий по отдельности не располагает всей картиной, но если сопоставить их архивы, становится очевидно, что некоторые события прошлого были представлены совершенно иначе, чем принято считать. Особенно интересным оказывается старый договор между вампирами и людьми. В документах RSA встречаются упоминания о дополнительных соглашениях, которых нет в архивах NRC. В них говорится не только о сохранении тайны, но и о том, что после заключения договора существовала группа вампиров, которая должна была следить за его соблюдением с обеих сторон. Эта организация официально перестала существовать много лет назад, однако некоторые её методы и система связи сохранились до сих пор. Именно через эти старые каналы, предположительно, и распространяется часть информации.
Пока NRC пытается понять, кто передаёт сведения о вампирах, RSA оказывается занята другим вопросом: почему неизвестный человек имеет доступ к архивам, которые должны были быть недоступны даже большинству преподавателей. Это заставляет руководство академии пересмотреть события последних лет и проверить, не осталось ли внутри RSA людей, которые продолжают поддерживать связь с теми, кто давно должен был исчезнуть. Постепенно становится понятно, что неизвестный интересуется обеими академиями не случайно. NRC и RSA связаны общей историей гораздо теснее, чем принято считать. Многие семьи, которые сейчас воспринимаются как совершенно независимые друг от друга, когда-то заключали союзы, заключали договоры и участвовали в совместных проектах. Некоторые из этих связей сохранились до настоящего времени, просто молодое поколение практически ничего о них не знает, поэтому для студентов обеих академий происходящее начинает приобретать совершенно личный характер. Обычное соперничество между NRC и RSA постепенно уступает место взаимному недоверию, особенно после того, как становится известно, что часть информации могла быть передана именно из одной академии в другую. Каждый колледж начинает подозревать, что источник утечки находится на противоположной стороне, а любые попытки скрыть информацию только усиливают напряжение. При этом далеко не все студенты вообще знают о происходящем, для многих жизнь в RSA и NRC продолжает идти своим чередом: занятия, экзамены, встречи, прогулки по городу, общение между друзьями и всё то, чем обычно заполнены дни студентов. Кто-то впервые сталкивается с представителями другой академии именно из-за общей ситуации, а кто-то и раньше поддерживал с ними отношения, поэтому происходящее заставляет пересмотреть старые знакомства. Обычный человек, которого раньше воспринимали просто как знакомого из RSA или NRC, внезапно может оказаться связан с определённой семьёй, старым делом или исчезнувшим архивом.
В некоторых случаях пересечение происходит совершенно случайно. Студенты могут оказаться в одном месте в момент очередного происшествия, встретиться при поиске одной и той же информации или обнаружить, что каждый из них располагает частью сведений, которых нет у другого. Постепенно между ними начинают формироваться собственные связи, которые уже не зависят от того, в каком колледже они учатся. Для одних это становится причиной сотрудничества, для других — поводом для взаимных подозрений, а для третьих — возможностью наконец выяснить правду о вещах, которые их семьи предпочитали не обсуждать.
Особое внимание начинает привлекать территория между двумя академиями. Несмотря на то, что NRC и RSA находятся в разных частях, существует несколько мест, которыми пользуются студенты обеих сторон. Это могут быть определённые кафе, библиотеки, магазины, клубы и другие заведения, где вампиры могут спокойно находиться среди людей. Именно там всё чаще происходят странные встречи, появляются неизвестные лица и обнаруживаются следы, связывающие отдельные происшествия между собой.
Постепенно становится очевидно, что человек, стоящий за утечками, прекрасно понимает особенности обеих академий. Он знает, какие семьи связаны с NRC, какие имеют отношение к RSA, кто из студентов может оказаться достаточно любопытным, чтобы начать расследование, и какие старые конфликты способны заставить две стороны подозревать друг друга. Иногда он оставляет информацию там, где её обязательно найдут, словно специально подталкивая студентов к определённым выводам. Из-за этого невозможно понять, какие из найденных сведений являются настоящими, а какие были оставлены намеренно. Чем дальше развивается ситуация, тем больше появляется вопросов именно к прошлому RSA. Некоторые старые выпускники внезапно начинают фигурировать в расследованиях, архивы оказываются неполными, а несколько имён, которые должны были исчезнуть из истории академии, вновь появляются в документах. Выясняется, что RSA также был связана с исследованиями, о которых официально никогда не рассказывали студентам, и что некоторые из её нынешних порядков появились именно после тех событий. При этом никто не утверждает, что руководство RSA обязательно замешано в происходящем. Наоборот, часть преподавателей сама оказывается перед необходимостью разбираться с тем, что скрывали их предшественники. Некоторые сведения могли быть намеренно удалены задолго до появления нынешних студентов, а часть людей, знавших правду, давно покинула академию, поэтому даже внутри RSA никто не может быть уверен, насколько хорошо они понимают собственную историю.
В результате обе академии постепенно оказываются втянуты в одну и ту же историю, хотя изначально каждая из них воспринимала происходящее как отдельную проблему. То, что начиналось с нескольких странных сообщений и случайных происшествий, постепенно приводит к старым архивам, забытым соглашениям, семейным тайнам и людям, которые явно заинтересованы в том, чтобы прошлое снова стало известно молодому поколению вампиров.

Чтобы до бесконечности тщательно, методично и скрупулезно поддерживать и без того безупречную, отполированную до блеска репутацию в огромном и вечно недоверчивом человеческом мире, успешно маскироваться под самые современные, модные и глобальные стандарты корпоративной прозрачности, инклюзивности, разнообразия и социальной ответственности, а также всемерно и эффективно избегать даже малейших, гипотетических или случайных подозрений со стороны бдительных человеческих правительств, правительственных комиссий, министерств и специализированных контрольных ведомств, могущественный транснациональный конгломерат, который железной рукой жестко контролирует элитный Колледж Ночного Ворона, принял решение запустить масштабную, дорогостоящую и широко освещаемую в средствах массовой информации глобальную программу студенческих стажировок, призванную продемонстрировать открытость миру. Для достижения абсолютной, кристальной объективности, полного устранения кумовства, семейного фаворитизма, блата и исключения абсолютно любой субъективности или человеческого фактора при отборе кандидатов этот сложнейший процесс полностью доверили новейшему, исключительно сложному искусственному интеллекту последнего поколения, чьи квантовые процессоры работали на пределе возможностей. Четкие алгоритмы этой продвинутой нейросети оценивали исключительно предоставленные соискателями резюме, общую стрессоустойчивость в экстремальных ситуациях, академические успехи в прошлом, лидерские задатки и результаты глубокого, многоступенчатого, изнурительного психологического тестирования, в то время как ключевая, фундаментальная графа видовой принадлежности соискателей — строго разделяющая обычных смертных людей и древних, скрытных обитателей ночи — была надежно, непроницаемо зашифрована сложнейшим цифровым кодом, исключающим любые утечки на сторону.
Однако хрупкий баланс между цифровой безопасностью, строгими протоколами безопасности и вековым тайным укладом изолированного вампирского общества рухнул в один самый неподходящий, критический момент из-за масштабного, катастрофического сбоя серверов, к которому определенно приложил руку тот самый загадочный хакер, методично расшатывающий устои вампирского мира из глубокой тени. Системная ошибка фатально переплела доселе изолированные базы данных, из-за чего продвинутый искусственный интеллект принял группу обыкновенных людей за идеальных кандидатов на престижные позиции старост, координаторов кампуса и элитных стажеров, автоматически разослав им официальные приглашения с полной гарантией трудоустройства и проживания.
Ничего не подозревающие новички подписали электронные соглашения, собрали чемоданы и преодолели долгую дорогу к закрытому, обнесенному многометровыми каменными стенами готическому кампусу, искренне веря, что направляются в престижное учебное заведение для одаренной молодежи. Вся иллюзия рухнула в считанные минуты прямо на проходной во время обязательного биометрического сканирования на входе, когда высокочувствительные системы безопасности зафиксировали полное отсутствие вампирской природы у прибывших гостей. На верхних уровнях администрации мгновенно поднялась паника, переросшая в ожесточенный скандал в директорском кабинете, где руководство колледжа осознало себя заложниками безвыходной юридической ловушки. Контракты со стажерами были оформлены по строжайшим стандартам человеческого Трудового кодекса, и любая попытка грубо уволить людей в первый же день без железобетонного правового основания грозила корпорации колоссальными штрафами, публичными судебными разбирательствами в человеческих судах и неизбежным крушением вековой тайны, за сохранностью которой веками следили поколения древнейших семей.
Простого и быстрого решения проблемы не существовало, так как выставить новичков за ворота обратно в город тоже было категорически нельзя. Переступив порог кампуса, люди успели увидеть непривычную архитектуру, столкнуться с аномальным расписанием, заметить странный ночной ритм жизни академии и столкнуться с первыми аномалиями, которые обычным студентам видеть не положено, что напрямую ставило под удар Древний договор о ненападении. Применение же радикальных мер вроде химических стирателей памяти или ментальных блокираторов оказалось под запретом, поскольку любое грубое вмешательство в человеческий мозг оставляло тяжелые, необратимые неврологические повреждения, которые немедленно привлекли бы внимание независимых медицинских экспертов и человеческой полиции. Пытаясь выиграть время, избежать международного скандала и найти хоть какую-то юридическую лазейку для расторжения контрактов без шума, администрация принимает решение временно поселить смертных в заброшенном, изолированном от остального студгородка корпусе Ramshackle, который долгие годы стоял пустым и полуразрушенным. Официально это преподносится как временная мера на период переоформления документов, однако за закрытыми дверями руководство преследует совсем иной умысел: создать для новичков настолько спартанские, давящие, пугающие и неуютные условия, чтобы они сами испугались изоляции, устали от бытовых трудностей и написали заявления по собственному желанию, избавив академию от надвигающейся катастрофы.
Вот только появление обычных смертных людей в самом сердце закрытого вампирского мира становится той самой искрой, способной взорвать гигантскую пороховую бочку. На фоне того, как неизвестный киберпреступник начинает методично рассылать учащимся первые загадочные сообщения с текстом вроде «Я знаю, кто вы» и постепенно сливать в общедоступную сеть закрытые архивные тайны, присутствие смертных в изолированном корпусе превращается в часовую бомбу замедленного действия. Обитателям колледжа теперь приходится не просто балансировать на грани разоблачения и тщательно скрывать клыки под маской обычных студентов, но и сгорать от паранойи, гадая, не являются ли случайные соседи по этажу пешками в чьей-то масштабной и опасной игре. Эта напряженная атмосфера окончательно стирает грань между безопасным прошлым и неизбежным крахом системы, подготавливая почву для грандиозного противостояния, где каждый новый день приносит новые угрозы, а один неверный шаг способен выпустить на свободу правду, готовую уничтожить привычный мир до самого основания.

— Родной мой, с днем рождения тебя! Тебе сегодня исполняется 17 лет — это такой важный, прекрасный возраст, когда ты стоишь на пороге по-настоящему взрослой жизни. Мне бесконечно тяжело от мысли, что в этот день нас разделяют километры. Больше всего на свете мне хотелось бы сейчас оказаться рядом, крепко обнять тебя, посмотреть в твои глаза и сказать всё это лично, чувствуя твое тепло, а не отправлять строчки в экран телефона.

Знаешь, твой день рождения — это еще один повод оглянуться назад. Мы вместе уже 9 месяцев, и для меня это время стало самым особенным. Я хочу сказать тебе огромное спасибо за каждый этот день. Спасибо за то, что несмотря на любые расстояния и плохую связь, ты всегда остаешься со мной. За то, что ты умеешь выслушать, поддержать, рассмешить, когда мне плохо, и заставить поверить в себя. Ты доказал мне, что для настоящих чувств нет никаких преград. За эти 9 месяцев ты стал для меня не просто любимым человеком, а моей самой надежной опорой, моей тихой гаванью и тем, ради кого я готов преодолевать любые трудности.

В твои 17 лет я хочу пожелать тебе уверенности в каждом шаге. Ты невероятно сильный, умный и целеустремленный, и я безумно горжусь тем, какой ты человек. Никогда не бойся ставить перед собой самые казалось бы нереальные цели — я знаю, что ты сможешь добиться абсолютно всего. Пусть этот год откроет перед тобой все нужные двери, пусть рядом будут только те, кто тебя искренне ценит, а каждый день приближает тот момент, когда мы наконец-то сможем встретиться и больше не расставаться.

Мне хотелось сделать для тебя в этот день что-то действительно особенное, что останется с тобой навстречу всем городам между нами. Обычных слов мне не хватило, чтобы передать всё, что я чувствую, когда думаю о тебе, о наших отношениях и о том, как сильно я скучаю. Поэтому я попытался превратить свои мысли и свою любовь в стихи, которые написал сам, специально для тебя. Пусть они согревают тебя сегодня вместо моих объятий...

AND THIS IS US IRLLLLLL!1!1!!1!1!1!1!1!:::::::

I love u, my world.

Он родился в семье одного из самых влиятельных и медийных людей Нью-Йорка — человека с жесткими правилами, старой закалкой и амбициями, которые давили на сына с самого детства. Жизнь Телемаха должна была быть расписана на десятилетия вперёд: престижный университет Лиги Плюс, кресло в правде корпорации и безупречный фасад для светской хроники. Но для Телемаха этот мир ощущался как музей восковых фигур, где он был лишь экспонатом. В восемнадцать лет, забрав минимум вещей и оставив отцу короткое сообщение на кухонном столе, он садится в ночной автобус и уезжает на противоположный конец страны — в Лос-Анджелес, решив начать всё с абсолютного нуля.

Поначалу реальность бьёт жестко: аренда крошечной студии на окраине Студио-Сити, ночные смены и полное одиночество в мегаполисе, где никто не ждет «принцев». Однако его уникальная внешность — резкие скулы, глубокий, слегка уставший взгляд и отстраненная, аристократичная грация — делают своё дело. Случайный скаут замечает его в кофейне на бульваре Сансет, и уже через неделю Тил подписывает контракт с известным модельным агентством. Его карьера развивается стремительно: кислотные вспышки камер, обложки молодежных журналов, показы на Неделе моды в Нью-Йорке и Милане. Он становится новым лицом американского глянца, воплощением эстетики меланхоличной юности и современной бунтарской роскоши.

Но за блеском подиумов и миллионами просмотров в соцсетях скрывается глубокое внутреннее одиночество. Модельный мир требует молчания и соответствия чужим лекалам, а Тилу есть что сказать. Ночами, закрывшись в своей комнате, он начинает писать музыку. Его треки — это честный инди-поп и темный синти-R&B с текстами о вечном побеге, поиске дома и попытках понять, кто ты, когда все вокруг знают только твой сценический образ. Свой первый независимый трек «No Ithaca» он записывает на старый микрофон прямо на полу гостиной и выкладывает в сеть без продюсеров и рекламных бюджетов. Песня взрывает тренды TikTok и становится гимном потерянного поколения, превращая вчерашнего манекенщика в культового поп-артиста.

Сегодня TAEL балансирует на стыке двух миров: высокой моды Лос-Анджелеса и большой музыки. Его жизнь — это бесконечные перелеты между Нью-Йорком и Калифорнией, тусклый свет гримерок, вспышки папарацци.

О. 1. 𝕻ᴩ𝖆ʙиᴧ𝖆 𝖔ᴏбщᴇния

О. 2. 𝖅𝖆ᴨᴩᴇщённыᴇ 𝖙ᴇʍы 𝖉ᴧя 𝖔бᴄуждᴇний

О. 3. 𝕾ᴨ𝖆ʍ

О. 4. 𝕽ᴇᴋᴧ𝖆ʍ𝖆

О. 5. 𝕾ᴏɜыʙ

О. 6. 𝖀ход 𝖚 𝖁озвр𝖆щение

О. 7. Чиᴄᴛᴋ𝖆

____

➤ 1.1. Кᴀᴛᴇᴦᴏᴩичᴇᴄᴋи ɜᴀᴨᴩᴇщᴇны ʙᴄᴇʙᴏɜʍᴏжныᴇ ᴏᴄᴋᴏᴩбᴧᴇния ᴧичнᴏᴄᴛи учᴀᴄᴛниᴋᴏʙ и ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀции, ᴀ ᴛᴀᴋжᴇ хᴀʍᴄᴛʙᴏ. Уᴦᴩᴏɜы и ʍᴀниᴨуᴧяции ᴄᴏ ᴄᴛᴏᴩᴏны ᴀᴦᴩᴇᴄᴄᴏᴩᴀ будуᴛ нᴀᴋᴀɜыʙᴀᴛьᴄя ʙᴀᴩнᴏʍ и ʍуᴛᴏʍ ᴏᴛ дʙух чᴀᴄᴏʙ ʙ нᴇɜᴀʙиᴄиʍᴏᴄᴛи ᴏᴛ ᴏбᴄᴛᴏяᴛᴇᴧьᴄᴛʙ. Чᴩᴇɜʍᴇᴩнᴀя ᴀᴦᴩᴇᴄᴄия ᴨᴩᴇᴄᴇᴋᴀᴇᴛᴄя ᴋиᴋᴏʍ.

Пᴏд ᴏᴄᴋᴏᴩбᴧᴇниᴇʍ ᴧичнᴏᴄᴛи нᴇ ᴨᴏдᴩᴀɜуʍᴇʙᴀюᴛᴄя ɯуᴛᴋи, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ ниᴋᴏᴦᴏ нᴇ ᴏбижᴀюᴛ.

➤ 1.2. Зᴀ ᴩᴀɜʙᴇдᴇниᴇ ᴋᴏнɸᴧиᴋᴛᴀ ʙ ᴏбщᴇʍ чᴀᴛᴇ будуᴛ нᴀᴋᴀɜᴀны ʙᴄᴇ, ᴋᴛᴏ ᴋ нᴇʍу ᴨᴩичᴀᴄᴛᴇн. Нᴀᴋᴀɜᴀниᴇ ᴏᴨᴩᴇдᴇᴧяᴇᴛᴄя ʙ ᴄᴏᴏᴛʙᴇᴛᴄᴛʙии ᴄ ᴨᴩᴀʙиᴧᴀʍи.

!!! Оᴛʍᴇᴛьᴛᴇ ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀцию, ᴋᴀᴋ ᴛᴏᴧьᴋᴏ ɜᴀʍᴇᴛиᴛᴇ ᴄᴄᴏᴩу ʙ чᴀᴛᴇ, ᴨᴩинᴏᴄящую Вᴀʍ диᴄᴋᴏʍɸᴏᴩᴛ.

➤ 1.3. Любыᴇ ᴨᴩᴏʙᴏᴋᴀции учᴀᴄᴛниᴋᴏʙ ᴄ цᴇᴧью ʙыʙᴇᴄᴛи их нᴀ ᴋᴏнɸᴧиᴋᴛ будуᴛ ᴨᴩᴇᴄᴇчᴇны ʙᴀᴩнᴏʍ, ʍуᴛᴏʍ иᴧи ᴋиᴋᴏʍ ʙ ɜᴀʙиᴄиʍᴏᴄᴛи ᴏᴛ ᴏбᴄᴛᴏяᴛᴇᴧьᴄᴛʙ.

➤ 1.4. Еᴄᴧи нᴀ Вᴀɯᴇ ᴨᴏʙᴇдᴇниᴇ будуᴛ ʍᴀᴄᴄᴏʙᴏ жᴀᴧᴏʙᴀᴛьᴄя (ᴋᴀᴋ ʍиниʍуʍ 4 чᴇᴧᴏʙᴇᴋᴀ), и ᴇᴄᴧи ϶ᴛи жᴀᴧᴏбы будуᴛ ᴏбᴏᴄнᴏʙᴀнныʍи, ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀция иʍᴇᴇᴛ ᴨᴩᴀʙᴏ удᴀᴧиᴛь Вᴀᴄ иɜ чᴀᴛᴀ, ᴄᴏхᴩᴀниʙ ᴨᴩи ϶ᴛᴏʍ ᴋᴏнɸидᴇнциᴀᴧьнᴏᴄᴛь учᴀᴄᴛниᴋᴏʙ, ᴏᴛ ᴋᴏᴛᴏᴩых ᴨᴏᴄᴛуᴨиᴧᴀ жᴀᴧᴏбᴀ.

➤ 2.1. Нᴇ ᴩᴇᴋᴏʍᴇндуᴇᴛᴄя ᴏбᴄуждᴀᴛь ᴄᴏʍниᴛᴇᴧьныᴇ ᴛᴇʍы, ᴄᴨᴏᴄᴏбныᴇ ᴨᴏᴩᴏдиᴛь ᴄᴄᴏᴩу иᴧи ʙыɜʙᴀᴛь диᴄᴋᴏʍɸᴏᴩᴛ у ᴄᴏбᴇᴄᴇдниᴋᴀ, ᴛᴀᴋиᴇ ᴋᴀᴋ ᴨᴏᴧиᴛиᴋᴀ, ᴄᴇᴧɸхᴀᴩʍ и ᴄуицид, ᴩᴇᴧиᴦия (ʙ ᴄᴧучᴀᴇ ᴇᴄᴧи Вы хᴏᴛиᴛᴇ ϶ᴛиʍ ᴏᴄᴋᴏᴩбиᴛь ᴄᴏбᴇᴄᴇдниᴋᴀ), ᴀ ᴛᴀᴋжᴇ ᴨᴇдᴏɸиᴧия, ɜᴏᴏɸиᴧия, нᴇᴋᴩᴏɸиᴧия, ᴦᴏʍᴏɸᴏбия, нᴀᴄиᴧиᴇ, буᴧᴧинᴦ и ᴛ.ᴨ.

➤ 2.2. Еᴄᴧи ʙ ᴩᴇɜуᴧьᴛᴀᴛᴇ ᴏбᴄуждᴇния ᴄᴏʍниᴛᴇᴧьнᴏй ᴛᴇʍы ᴩᴀɜᴩᴀɜиᴧᴄя ᴋᴏнɸᴧиᴋᴛ, ʙᴄᴇ, ᴋᴛᴏ учᴀᴄᴛʙᴏʙᴀᴧ ʙ диᴄᴋуᴄᴄии, ᴨᴏᴧучᴀюᴛ ᴨᴩᴇдуᴨᴩᴇждᴇния. Пᴩи ᴨᴏʙᴛᴏᴩнᴏʍ ᴏбᴄуждᴇнии ϶ᴛᴏй ᴛᴇʍы будуᴛ ʙыдᴀны ʍуᴛы ᴋᴀᴋ ʍиниʍуʍ нᴀ ᴏдин чᴀᴄ.

➤ 2.3. Зᴀᴨᴩᴇщᴇнᴏ ᴨубᴧиᴋᴏʙᴀᴛь ɸᴏᴛᴏᴦᴩᴀɸии, ʙидᴇᴏ, иɜᴏбᴩᴀжᴇния, ᴄᴛиᴋᴇᴩы, GIF-ɸᴀйᴧы и инᴏй ᴋᴏнᴛᴇнᴛ ᴄᴏʍниᴛᴇᴧьнᴏᴦᴏ, ᴨᴩᴏʙᴏᴋᴀциᴏннᴏᴦᴏ иᴧи хᴀᴩᴀᴋᴛᴇᴩᴀ 18+, ᴄᴨᴏᴄᴏбный ʙыɜʙᴀᴛь диᴄᴋᴏʍɸᴏᴩᴛ у дᴩуᴦих учᴀᴄᴛниᴋᴏʙ ᴄᴏᴏбщᴇᴄᴛʙᴀ.

➤ 2.4. Еᴄᴧи ᴏᴨубᴧиᴋᴏʙᴀнный ᴋᴏнᴛᴇнᴛ ʙыɜыʙᴀᴇᴛ жᴀᴧᴏбы ᴄᴏ ᴄᴛᴏᴩᴏны учᴀᴄᴛниᴋᴏʙ иᴧи нᴀᴩуɯᴀᴇᴛ ᴋᴏʍɸᴏᴩᴛную ᴀᴛʍᴏᴄɸᴇᴩу ᴏбщᴇния, ᴇᴦᴏ ᴀʙᴛᴏᴩ ᴨᴏᴧучᴀᴇᴛ ᴨᴩᴇдуᴨᴩᴇждᴇниᴇ. В ᴄᴧучᴀᴇ ᴦᴩубых иᴧи ᴄиᴄᴛᴇʍᴀᴛичᴇᴄᴋих нᴀᴩуɯᴇний ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀция ʙᴨᴩᴀʙᴇ ʙыдᴀᴛь нᴀᴩуɯиᴛᴇᴧю бᴀн.

➤ 3.1. Сᴨᴀʍ ᴄᴛᴩᴏᴦᴏ ɜᴀᴨᴩᴇщён.

Сᴨᴀʍᴏʍ ᴨᴩиняᴛᴏ ᴄчиᴛᴀᴛь:

— Оᴛ ᴨяᴛи и бᴏᴧᴇᴇ ᴏднᴏᴛиᴨных иᴧи ᴩᴀɜᴧичных ᴄᴏᴏбщᴇний, ᴋᴀᴩᴛинᴏᴋ, ᴦиɸ, ᴦᴏᴧᴏᴄᴏʙых, ᴋᴩужᴋᴏʙ, ʍуɜыᴋи и ᴨᴩᴏчих ɸᴀйᴧᴏʙ, нᴇ иʍᴇющих ᴄʍыᴄᴧᴀ, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ ɜᴀᴄᴏᴩяюᴛ чᴀᴛ, ɜᴀ ᴋᴏᴩᴏᴛᴋий ᴨᴩᴏʍᴇжуᴛᴏᴋ ʙᴩᴇʍᴇни (ɜᴀᴄᴏᴩᴇниᴇ ʍуɜыᴋи будᴇᴛ ᴋᴀᴩᴀᴛьᴄя ʙ нᴇɜᴀʙиᴄиʍᴏᴄᴛи ᴏᴛ ʙᴩᴇʍᴇни ᴏᴛᴨᴩᴀʙᴋи ɸᴀйᴧᴏʙ).

— Тᴀᴋжᴇ ɜᴀ ᴄᴨᴀʍ ᴨᴩиняᴛᴏ ᴄчиᴛᴀᴛь ᴋᴏʍᴀнды, ᴏᴛнᴏᴄящиᴇᴄя ᴋ бᴏᴛᴀʍ (ʙ иᴩиᴄᴇ ϶ᴛᴏ ᴋᴀᴄᴀᴇᴛᴄя ду϶ᴧᴇй, ʙ ɜᴀɜыʙᴀᴧᴇ – ᴋᴏʍᴀнды "чᴀнджʍи"). Вᴏ ʙᴩᴇʍя ᴨᴏᴧьɜᴏʙᴀния ϶ᴛиʍи ᴋᴏʍᴀндᴀʍи убᴇдиᴛᴇᴧьнᴀя ᴨᴩᴏᴄьбᴀ ᴨᴏдчищᴀᴛь ɜᴀ ᴄᴏбᴏй ᴄᴏᴏбщᴇния.

➤ 3.2. Пᴏднᴀчиʙᴀниᴇ нᴀ ᴄᴏʙᴇᴩɯᴇниᴇ ᴄᴨᴀʍᴀ и учᴀᴄᴛиᴇ ʙ нёʍ нᴀᴋᴀɜыʙᴀᴇᴛᴄя: ʙыдᴀёᴛᴄя ʍуᴛ ᴋᴀᴋ ʍиниʍуʍ нᴀ ᴨᴏᴧчᴀᴄᴀ. В ɜᴀʙиᴄиʍᴏᴄᴛи ᴏᴛ ᴏбᴄᴛᴏяᴛᴇᴧьᴄᴛʙ, ᴄᴨᴀʍᴇᴩ ʍᴏжᴇᴛ быᴛь удᴀᴧᴇн.

➤ 4.1. Пᴏ ᴨᴏʙᴏду ᴩᴇᴋᴧᴀʍы чᴇᴦᴏ-ᴧибᴏ уᴛᴏчняᴛь у ʙᴧᴀдᴇᴧьцᴀ. Бᴇɜ ᴩᴀɜᴩᴇɯᴇния ᴩᴇᴋᴧᴀʍиᴩᴏʙᴀᴛь чᴛᴏ-ᴧибᴏ нᴇᴧьɜя.

— Зᴀᴨᴩᴇщᴇнᴏ ᴩᴇᴋᴧᴀʍиᴩᴏʙᴀᴛь ᴄʙᴏи ɸᴧуды/ᴩᴏᴧᴇʙыᴇ ᴋᴀᴋ ʙ ᴏбщᴇʍ чᴀᴛᴇ, ᴛᴀᴋ и ʙ ᴧичных ᴄᴏᴏбщᴇниях ʙ ᴨᴩинудиᴛᴇᴧьнᴏʍ ɸᴏᴩʍᴀᴛᴇ.

➤ 4.3. Оᴛᴨᴩᴀʙᴋᴀ нᴇᴨᴩияᴛнᴏᴦᴏ иɜᴏбᴩᴀжᴇния/ʙидᴇᴏ, ᴧёᴦᴋᴏй ϶ᴩᴏᴛиᴋи ᴩᴀɜᴩᴇɯᴀᴇᴛᴄя, нᴏ ᴄᴋᴩыʙᴀᴇᴛᴄя бᴧюᴩᴏʍ и TW ᴄ уᴋᴀɜᴀниᴇʍ ᴄᴏдᴇᴩжᴀния ᴋᴀᴩᴛинᴋи иᴧи ʙидᴇᴏ. Еᴄᴧи Вы нᴇ уʙᴇᴩᴇны ʙ ᴛᴏʍ, ʍᴏжнᴏ ᴧи ᴏᴛᴨᴩᴀʙᴧяᴛь ᴛᴏᴛ иᴧи инᴏй ɸᴀйᴧ – уᴛᴏчниᴛᴇ ϶ᴛᴏ у ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀции ʙ ᴧичных ᴄᴏᴏбщᴇниях.

➤ 4.4. Зᴀᴨᴩᴇщᴀᴇᴛᴄя ᴏᴛᴨᴩᴀʙᴧяᴛь ɯᴏᴋ-ᴋᴏнᴛᴇнᴛ, ᴛᴀᴋᴏй ᴋᴀᴋ ᴨᴏᴩнᴏᴦᴩᴀɸия, ᴩᴀɜʍнᴏжᴇниᴇ ᴧюдᴇй и жиʙᴏᴛных, ᴩᴀᴄчᴧᴇнᴇнᴋᴀ, ᴨᴄихᴏдᴇᴧиᴋᴀ. Тᴀᴋиᴇ ɸᴀйᴧы будуᴛ удᴀᴧᴇны, ᴋᴀᴋ и чᴇᴧᴏʙᴇᴋ, ᴋᴏᴛᴏᴩый их ᴏᴛᴨᴩᴀʙᴧяᴧ.

➤ 5.1. Учᴀᴄᴛниᴋᴀʍ ɜᴀᴨᴩᴇщᴀᴇᴛᴄя иᴄᴨᴏᴧьɜᴏʙᴀᴛь ᴄᴏɜыʙ ʙ нᴇɜᴀʙиᴄиʍᴏᴄᴛи ᴏᴛ ᴨᴩичины. Адʍиниᴄᴛᴩᴀции ᴩᴀɜᴩᴇɯᴀᴇᴛᴄя иᴄᴨᴏᴧьɜᴏʙᴀᴛь ᴄᴏɜыʙы ᴛᴏᴧьᴋᴏ ʙ ᴩᴀʍᴋᴀх ᴄʙᴏих ᴏбяɜᴀннᴏᴄᴛᴇй. Нᴀᴩуɯиʙɯиᴇ дᴀнный ᴨунᴋᴛ ᴨᴩᴀʙиᴧ ᴨᴏᴧучᴀᴛ ʙᴀᴩн. Кодовое слово — Волна!

➤ 6.1. Пᴏᴄᴧᴇ уʍыɯᴧᴇннᴏᴦᴏ ухᴏдᴀ бᴇɜ ᴏбъяᴄнᴇния ᴨᴩичины ʍᴏжнᴏ ʙᴇᴩнуᴛьᴄя ʙᴏ ɸᴧуд ʙ нᴇɜᴀʍᴇдᴧиᴛᴇᴧьнᴏʍ ᴨᴏᴩядᴋᴇ ᴧиɯь ᴏдин ᴩᴀɜ. Еᴄᴧи ᴄиᴛуᴀция ᴨᴏʙᴛᴏᴩяᴇᴛᴄя, ᴛᴏ ʙхᴏд ʙᴏ ɸᴧуд дᴧя Вᴀᴄ ᴏᴛᴋᴩᴏᴇᴛᴄя нᴇ ᴩᴀньɯᴇ, чᴇʍ чᴇᴩᴇɜ ʍᴇᴄяц.

➤ 6.2. Еᴄᴧи Вы быᴧи удᴀᴧᴇны ɜᴀ нᴀᴩуɯᴇниᴇ ᴨᴩᴀʙиᴧ, Вᴀɯᴇ ʙᴏɜʙᴩᴀщᴇниᴇ ʙ чᴀᴛ нᴇʙᴏɜʍᴏжнᴏ.Вᴄᴇ ʙᴀᴩны ʙыдᴀюᴛᴄя нᴀʙᴄᴇᴦдᴀ.

Об удᴀᴧᴇнии ɜᴀ нᴇнᴀбᴩᴀнную нᴏᴩʍу чиᴛᴀйᴛᴇ нижᴇ. (ᴨунᴋᴛ 7.4.)

➤ 7.1. Еᴄᴧи Вы нᴇ будᴇᴛᴇ ᴀᴋᴛиʙиᴛь ʙᴏ ɸᴧудᴇ бᴏᴧᴇᴇ ᴛᴩёх днᴇй, ᴨᴩᴇдʙᴀᴩиᴛᴇᴧьнᴏ нᴇ ᴨᴩᴇдуᴨᴩᴇдиʙ ᴏб ϶ᴛᴏʍ ʙᴧᴀдᴇᴧьцᴀ, ᴀдʍиниᴄᴛᴩᴀция иʍᴇᴇᴛ ᴨᴩᴀʙᴏ нᴀ ᴛᴩᴇᴛий дᴇнь нᴇᴀᴋᴛиʙᴀ ʙыдᴀᴛь ᴨᴩᴇдуᴨᴩᴇждᴇниᴇ ᴨᴏ дᴀннᴏʍу ᴨунᴋᴛу, ᴀ нᴀ чᴇᴛʙᴇᴩᴛый дᴇнь – удᴀᴧиᴛь.

➤ 7.2. Чиᴄᴛᴋᴀ нᴇ ᴋᴀᴄᴀᴇᴛᴄя ᴧюдᴇй, нᴀхᴏдящихᴄя ʙᴏ ɸᴧудᴇ ʍᴇнᴇᴇ 4 днᴇй.

➤ 7.3. Вᴏ ʙᴩᴇʍя чиᴄᴛᴋи ᴨиᴄᴀᴛь ɜᴀᴨᴩᴇщᴇнᴏ. Нᴀᴩуɯᴀющиᴇ дᴀнный ᴨунᴋᴛ ᴨᴏᴧучᴀᴛ ʍуᴛ нᴀ ʙᴩᴇʍя чиᴄᴛᴋи.

➤ 7.4. Еᴄᴧи Вы быᴧи удᴀᴧᴇны ɜᴀ нᴇнᴀбᴩᴀнную нᴏᴩʍу иᴧи ɜᴀ нᴇᴀᴋᴛиʙ, Вы ʍᴏжᴇᴛᴇ ʙᴇᴩнуᴛьᴄя, нᴏ ᴋᴀᴋ ʍиниʍуʍ чᴇᴩᴇɜ дʙᴇ нᴇдᴇᴧи ᴨᴏᴄᴧᴇ ᴛᴏᴦᴏ, ᴋᴀᴋ Вᴀᴄ удᴀᴧиᴧи.

Тᴀᴋиʍ ᴏбᴩᴀɜᴏʍ ʙнᴏʙь ʙᴏɜʙᴩᴀщᴀᴛьᴄя ʙᴏ ɸᴧуд Вы ʍᴏжᴇᴛᴇ нᴇ бᴏᴧᴇᴇ ᴛᴩёх ᴩᴀɜ.

____

Ночная гавань Ли Юэ в этот предрассветный час казалась ожившим свитком работы древнего мастера, кропотливо и виртуозно выведенным тончайшей тушью на шероховатой рисовой бумаге. Шумные торговые площади и просторные ряды, которые ещё несколько долгих часов назад неистово гудели от зычных, раскатистых криков зазывал и купцов, ожесточённых споров за каждую мору и гулкого грохота тяжело гружёных повозок, наконец-то полностью утихли. Могучий, величественный портовый город, смертельно уставший от дневной суеты и бесконечного хаоса, медленно и безмятежно погружался в зыбкую, глубокую дремоту. На смену привычному людскому многоголосию пришёл мягкий, убаюкивающий стрекот невидимых цикад, надёжно прячущихся в густых, пышных кронах раскидистых древних деревьев, и тихий, мерный, успокаивающий плеск тёмных волн, лениво бьющихся о массивные деревянные сваи причалов.

Многоярусные черепичные крыши с их изящно и круто изогнутыми карнизами, отдаленно напоминающими распростёртые крылья диковинных фантастических птиц, постепенно тонули в густом, прохладном полуночном тумане, тяжело спускающемся с суровых, неприступных вершин гор. Густой, тёплый и мягкий золотистый свет каменных фонарей лениво и трепетно дрожал на зеркальной тёмной глади морского залива, вытягиваясь в бесконечно длинные янтарные дорожки и создавая вокруг вас редкое, ни с чем несравнимое ощущение абсолютной, почти осязаемой, сокровенной уединенности. В прохладном воздухе, обычно насквозь пропитанном резкими, тяжелыми запахами жареной на углях рыбы, пряных восточных специй и едкой морской соли, теперь царил совершенно иной, неуловимый, пьянящий аромат — тончайшая, сладковатая нота распускающихся в тишине ночи глазурных лилий и кристальная свежесть влажной земли послепоистине вечернего тумана.

Бай Чжу шёл невероятно медленно, плавно и осторожно переставляя ноги по гладким, отполированным веками каменным плитам старинной набережной. Каждое его движение было предельно выверено, размеренно и неторопливо; он слегка и привычно опирался на свой высокий деревянный посох, украшенный сложной, искусной резьбой, чтобы хоть немного бережно экономить стремительно тающие физические силы. Но, несмотря на постоянную, подтачивающую изнутри тело глухую слабость, его чистый взгляд, неотрывно и преданно устремлённый на твой силуэт, ярко светился искренней, глубокой и какой-то по-детски чистой радостью. Твой скромный букет из нежных, хрупких цветов цинсинь он бережно и трепетно прижимал к груди левой рукой, словно самую большую, неоценимую и бесценную драгоценность во всём необъятном Тейвате, смертельно боясь случайно обронить хотя бы один лепесток.

— Посмотри, как удивительно тихо и безмятежно вокруг... — тихо, бархатно и убаюкивающе произнёс лекарь, и его голос мягким эхом разнёсся в ночной пустоте спящей гавани. — Днём наш прекрасный, оживлённый Ли Юэ напоминает огромный, растревоженный пчелиный улей, где каждый встречный куда-то спешит, подсчитывает торговую прибыль, яростно спорит о контрактах или горько сокрушается о невыполненных делах. Кажется, что в этой бесконечной, слепой погоне за мнимым процветанием люди напрочь забывают о самом главном — просто жить и дышать. Но именно сейчас, когда уставший город наконец-то засыпает и гасит свои яркие, кричащие вывески, он искренне обнажает свою истинную, тихую и умиротворённую душу. Знаешь... я бесконечно благодарен тебе за то, что ты согласился/лась разделить этот редкий, драгоценный момент со мной.

Ты слегка улыбнулся/лась, плотнее и привычнее запахивая полы своего тёплого плаща от налетающей со стороны открытого моря зябкой прохлады, и медленно повернул/а голову к мужчине, внимательно и с нежностью вглядываясь в его мягкие, благородные черты лица.

— Мне тоже невероятно не хватало наших совместных прогулок, Бай Чжу. В хижине «Бубу» в последнее время всегда невероятно многолюдно, все суетятся, бегают, и мне порой просто совестно отвлекать тебя от работы своим присутствием. Я ведь прекрасно осознаю, как тяжело тебе даётся каждый сознательный, полный боли час. Рад/а, что мы всё-таки смогли выбраться хотя бы на исходе этого тяжёлого дня.

— Твоё присутствие никогда, ни при каких обстоятельствах и ни под каким предлогом не может меня отвлечь или обременить, — мягко, но с удивительной, непоколебимой настойчивостью возразил лекарь, чуть приподняв уголки бледных губ в тёплой, успокаивающей улыбке. — Напротив, оно дарит мне те редкие, благословенные минуты истинного покоя, ради которых действительно хочется жить, бороться и поскорее заканчивать любые, даже самые сложные и изнурительные осмотры.

Внезапный, резкий и колючий порыв прохладного ветра, неожиданно налетевший со стороны бескрайнего темнеющего моря, заставил Бай Чжу внезапно прерваться на полуслове. Он негромко, надсадно и тяжело закашлялся в кулак, слегка согнувшись под его напором и на секунду сильнее опершись на свой резной посох. Чан Шэн, обвивающая его шею, тут же встревоженно приподняла свою гибкую голову. Белая змейка недовольно, громко и тревожно зашипела, скользнув вертикальными зрачками по его болезненно бледному лицу, и не удержалась от едкого, язвительного комментария, нарушившего хрупкую тишину набережной:

— Опять за своё, старый упрямец-лекарь? Сам же в своём недавнем письме настоятельно просил укутываться теплее, а у самого плащ тонкий, продуваемый насквозь всеми штормовыми ветрами! Твоё глупое, эгоистичное желание погулять в ночи приведёт лишь к тому, что завтра ты физически не сможешь даже встать с постели. Если ты прямо сейчас свалишься с жестокой лихорадкой посреди этой пустой набережной, тащить тебя на себе обратно в хижину я точно не стану, так и знай!

Ты встревоженно остановился/лась, резко сокращая шаг, и с глубоким беспокойством заглянул/а ему прямо в лицо, отчаянно стараясь разглядеть его истинное состояние за толстыми стёклами очков в элегантной золотой оправе.

— Бай Чжу, Чан Шэн абсолютно права, может быть, нам действительно стоит повернуть назад и вернуться? Ветер у залива стал слишком ледяным и пронизывающим, а ты сегодня с самого раннего утра без отдыха принимал больных. Пожалуйста, не нужно так жестоко доводить себя до сильного приступа ради меня. Моя простая прогулка вовсе не стоит твоего хрупкого здоровья.

Мужчина лишь мягко, успокаивающе покачал головой на твои полные искренней тревоги слова и на очередное справедливое ворчание своей верной спутницы. Аккуратным, донельзя привычным движением указательного пальца он поправил чуть съехавшие по переносице очки, демонстрируя абсолютное, непоколебимое внешнее хладнокровие.

— Ну полно тебе ворчать по пустякам, моя дорогая Чан Шэн, не пугай нашего гостя/тью... Всё в полном порядке, душа моя, это всего лишь лёгкая прохлада, самое обычное дело для моего бренного тела, не стоит так сильно переживать из-за мелочей.

Он снова полностью повернулся к тебе, и его глубокие зелёные глаза мгновенно наполнились до краёв безграничным, исцеляющим теплом. Заметив, как ты сам/а невольно зябко поёжился/лась от очередного сырого порыва ночного ветра, лекарь без лишних красивых слов сделал плавный шаг ближе, почти вплотную, решительно сокращая оставшееся между вами расстояние. Он медленно протянул руку и бережно взял твою замёрзшую ладонь в свои пальцы.

— Ох, я ведь так и знал. Твои пальцы снова совсем ледяные, мой маленький, нежный цветок... — Бай Чжу тихо и тяжело вздохнул, и его теплое дыхание на мгновение коснулось твоего лица. — Позволь мне согреть их. Мои ладони, возможно, из-за долгой болезни тоже не самые горячие в этом огромном мире, но, поверь, моё сердце сейчас горит ярким пламенем от того невероятного, живого тепла, что ты даришь мне одним своим драгоценным присутствием.

Он очень аккуратно, стараясь не причинить ни малейшего дискомфорта, переплёг свои длинные, изящные пальцы с твоими, делясь тем скромным и крошечным запасом тепла, что ещё теплился в нём под конец этого тяжёлого дня. Ты почувствовал/а, как сквозь тонкую, мягкую ткань его перчаток передается едва уловимое, но такое спасительное, уютное тепло, проникающее, кажется, прямо до самой глубины души.

— Спасибо тебе... — тихо, почти едва слышным шёпотом выдохнул/а ты, чувствуя, как к щекам стремительно приливает яркий, жаркий румянец под его прямым, проницательным и бесконечно любящим взглядом. — С тобой мне всегда... становится намного теплее, где бы мы ни находились.

— Это лишь меньшее из того, что я искренне могу и хочу для тебя сделать, — тихо отозвался он, и в глубине его глаз мелькнула сокровенная, тщательно скрываемая до этого от всего остального мира нежность. — На самом деле, это вовсе не я согреваю твои руки. Это ты исцеляешь меня от моей вечной боли.

Вы вновь возобновили свой неспешный путь вдоль бесконечной пустой набережной, уходя всё дальше и дальше вглубь погружённых в таинственную тьму старинных улочек, где над головой тихо и одиноко покачивались тусклые бумажные фонарики. Никому из вас больше не требовалось заполнять густую тишину пустыми разговорами — тихое шуршание тяжёлого подола длинного шёлкового плаща Бай Чжу, мерный, редкий стук его деревянного посоха о камни и крепко соединённые руки говорили обо всём гораздо красноречивее любых слов. В эту прохладную, туманную ночную пору великий лекарь Ли Юэ, полностью отложив в сторону все свои бесконечные свитки, рецепты, лекарства и тяжелые обязанности, впервые за долгие годы чувствовал себя по-настоящему счастливым, умиротворённым и надёжно защищенным от любых невзгод.

Густой туман над Ли Юэ становился всё плотнее, мягкими белыми волнами спускаясь с крутых утёсов и укутывая спящие деревянные домики у самого подножия величественной террасы Юйцзин. Вы медленно поднимались по крутым каменным ступеням, ведомые лишь приглушённым золотистым сиянием редких фонарей. Бай Чжу шёл чуть позади, намеренно пропучая тебя вперёд, чтобы в любую секунду успеть подстраховать, если нога вдруг случайно соскользнёт на влажном от ночной росы камне. Его деревянный посох мерно постукивал по плитам, и этот тихий, монотонный звук действовал удивительно успокаивающе.

Наконец, вы остановились у небольшого, уютно скрытого в тени раскидистых бамбуковых ветвей крыльца твоего дома. Прогулка, начавшаяся ещё поздно ночью, незаметно подошла к своему завершению. На душе у тебя было светло и тепло, но в воздухе уже повисла та самая лёгкая, щемящая сердце недосказанность, которая всегда неотступно предвещает скорое расставание.

— Вот мы и пришли, — тихо произнёс лекарь, останавливаясь на нижней ступеньке. Он аккуратно отпустил твою руку, и ты сразу ощутил/а, как прохладный ночной воздух коснулся опустевшей ладони. Мужчина слегка приподнял голову, и в стёклах его очков отразился бледный лунный свет. — Знаешь, душа моя, дорога сегодня показалась мне на удивление короткой. Обычно этот долгий путь от террасы до жилых кварталов сильно утомляет меня, но рядом с тобой я совершенно позабыл о времени.

Ты повернулся/лась к нему, нерешительно сжимая пальцами края своего плаща.

— Мне тоже совсем не хочется, чтобы эта ночь заканчивалась, Бай Чжу. Спасибо тебе за этот прекрасный букет... и за те слова у пруда. Я обязательно буду помнить о твоём обещании беречь себя.

Лекарь тепло, открыто и ласково улыбнулся, глядя на то, как бережно ты прижимаешь к себе цветы цинсинь.

— Я непременно сдержу его, даю слово. Моё слово гораздо крепче любого самого строгого контракта, ведь теперь у меня появилась по-настоящему веская, драгоценная причина не поддаваться болезни, — он на секунду прервался, прижав свободную ладонь к груди и сдерживая лёгкий кашель.

Чан Шэн, до этого тихо дремавшая на его плечах, лениво потянулась, скользнув белой чешуёй по воротнику. Змейка устремила на тебя свои умные рубиновые глаза и негромко, но весьма отчётливо прошипела:

— Ну всё, наше затянувшееся трогательное прощание официально окончено. Лекарь, если ты сейчас же не развернёшься в сторону хижины «Бубу» и не выпьешь свой положенный согревающий отвар, я лично заставлю Ци Ци наглухо запереть тебя в рецептурной лавке на всю следующую неделю. Да и твоей/твоему избраннице/избраннику давно пора спать, посмотри только, как у неё/него нос покраснел от холода.

Бай Чжу слегка смущённо покраснел от столь бесцеремонного вмешательства своей спутницы и виновато кашлянул в кулак, пытаясь вернуть бледного лицу привычное хладнокровие.

— Прости её за бестактность, душа моя, Чан Шэн порой совершенно не знает манер... Хотя, признаться честно, в одном она безусловно права. Тебе действительно пора отдохнуть. Ночные туманы сейчас слишком коварны, и я просто не прощу себе, если мой маленький нежный цветок увянет от банальной простуды.

Он сделал один плавный шаг вперёд, поднимаясь на ступеньку выше, и на мгновение оказался совсем близко. Ты ощутил/а тонкий, изысканный аромат горьких целебных трав и сладкого горного мёда, исходивший от его одежды. Бай Чжу медленно поднял руку и невесомо, одними лишь кончиками пальцев коснулся твоих волос, аккуратно поправляя выбивающуюся прядь.

А затем, словно поддавшись внезапному, глубокому порыву, мужчина чуть наклонился вперёд. Его губы — мягкие, тёплые и сухие — бережно и невесомо коснулись твоей щеки. Этот поцелуй вышел абсолютно целомудренным, трепетным, но в него была вложена вся та сокровенная, безграничная нежность, которую лекарь так долго прятал на самом дне своего сердца.

Когда он отстранился, его смущённый румянец стал отчётливо заметен даже в бледном лунном свете, а взгляд зелёных глаз на секунду показался растерянным.

— Ступай к себе, согрейся и ложись спать, — тихо, убаюкивающе прошептал он, поправляя очки привычным движением пальца. — Не думай ни о каких дневных заботах. Твой покой отныне — моя главная обязанность. А я... я буду считать дни до нашей следующей скорой встречи. Обязательно напиши мне, как только проснёшься, хорошо? Мне будет гораздо спокойнее знать, что ты чувствуешь себя отлично.

Ты кивнул/а, чувствуя, как к лицу приливает жар, а сердце делает радостный кувырок. Сказав ему последнее тихое «доброй ночи», ты приоткрыл/а дверь своего дома и наконец скользнул/а внутрь. Обернувшись уже с порога, ты увидел/а, что Бай Чжу всё ещё стоит на крыльце в туманной полумгле. Он мягко улыбнулся тебе напоследок и, дождавшись, пока замок на двери тихо щёлкнет, неторопливо развернулся, отправляясь обратно в свою опустевшую хижину под тихий шепот ночного Ли Юэ.

I love u . .

Много лет назад, ещё до того, как нынешнее поколение героев появилось на свет, в храме Аполлона в Дельфах прозвучало последнее великое пророчество. Оракул, служивший богу солнца и предвидения, во время одного из видений увидел будущее, которое не смогли разглядеть даже сами олимпийцы. Впав в безумный транс, он произнёс слова, от которых кровь застыла в жилах всех присутствующих:

Сразу после этого оракул умер, а его последнее пророчество распространилось по всей Греции. В ту же ночь произошло редкое солнечное затмение, и по всему миру родились дети, сопровождаемые странными знамениями. Где-то над колыбелью младенца вспыхнул золотой свет. Где-то внезапно расцвели давно засохшие сады. Где-то море успокоилось во время страшного шторма, а где-то жители слышали незнакомые голоса, доносящиеся из пустоты.

Жрецы быстро пришли к выводу, что именно эти дети и были упомянуты в пророчестве. Их стали называть Детьми Пророчества.

Шли годы. История постепенно превратилась в легенду, легенда — в страшную сказку, которой пугали детей. Однако на Олимпе её никогда не забывали. Боги внимательно наблюдали за каждым, кто мог оказаться связан с предсказанием. Одни считали, что избранники станут спасением мира и помогут предотвратить грядущую катастрофу. Другие видели в них угрозу самому Олимпу. Некоторые пытались тайно влиять на их судьбы, направлять их жизнь в нужное русло или использовать ради собственной выгоды.

Теперь прошло около двадцати лет. Дети затмения выросли, и срок, указанный в пророчестве, наконец наступил.

По всей Греции начинают происходить странные события. Древние храмы открывают двери, которые были запечатаны веками. Оракулы видят противоречащие друг другу видения будущего. Монстры, считавшиеся давно погибшими, появляются вновь. Некоторые смертные неожиданно получают способности, которыми прежде обладали лишь полубоги. Даже сами боги замечают, что нити судьбы начинают путаться, а пророчества всё чаще оказываются неверными. Вторая часть : олимпа

Самое страшное заключается в том, что никто не знает, кто именно является Детьми Пророчества. За прошедшие годы появилось множество возможных кандидатов. Кто-то с рождения обладает необычными способностями. Кто-то связан с богами по крови. Кто-то пережил события, которые невозможно объяснить. Некоторые даже не подозревают, что могут быть частью древнего предсказания.

По мере того как мир погружается в хаос, вокруг избранников начинают собираться союзники и враги. Одни стремятся защитить их. Другие хотят использовать их силу. Третьи уверены, что единственный способ спасти мир — уничтожить всех, кто связан с пророчеством, прежде чем оно исполнится.

Тем временем появляется древний культ, существовавший в тени многие столетия. Его последователи верят, что эпоха олимпийцев подходит к концу и пророчество должно исполниться любой ценой. Они ищут избранников, помогают им раскрывать скрытые силы и подталкивают мир к неизбежным переменам.

Но существует тайна, известная лишь немногим. Последняя часть пророчества никогда не была обнародована. После смерти оракула жрецы скрыли её от мира, опасаясь последствий.

В утерянном фрагменте говорится:

Никто не знает, о ком идёт речь. Возможно, это потомок титанов. Возможно, ребёнок одного из олимпийцев. Возможно, человек, которого сама судьба не должна была вплетать в своё полотно. Первая часть : Судьба

Пока боги, герои, чудовища и смертные пытаются понять смысл древнего пророчества, мир медленно приближается к моменту, который определит его будущее. Впервые за всю историю Олимпа судьба больше не предопределена, и никто не может сказать, чем закончится эта история.

Заметка — Всем секайчикам тут 20+ лет!

Роли которые вы можете занять в нашей сетке :

Люди - Обычные граждане, странники, торговцы, гладиаторы, знать, жрецы и т.д.

Нимфы - Низшие божества ( как таковыми не считаются), духи природы. Часто являются спутниками богов и богинь.

Сатиры - Полулюди-Полукозлы, входят в свиту Диониса. Символ наслаждения, вина и дикости, что и объясняет их обычный характер.

Кентавры - Полуоюди-Полулошади, половина мудры, а половина - дикие. Буйный нрав и своеобращие. Сопровождающие Диониса.

Сирены - Полуптицы/рыбы-Полуженщины, завлекающие путников своим сладких голосом, губя корабли.

Гарпии - Полуженщины-Полуптицы, похитительницы детей из городов и душ.

Тритоны - Морские существа с рыбьим и дельфиньим хвостом .

Гекатонхейры - Сторукие пятидесяиголовые великаны, олицетворение стихий.

Ограниченные роли в нашей сетке —

✦ Горгоны

Три древние сестры, некогда бывшие прекрасными девами. После проклятия богов они обрели чудовищный облик и стали хранительницами запретных знаний. Несмотря на свою репутацию монстров, каждая из них по-своему относится к людям и Олимпу.

Кол-во: 3

⸻

✦ Минотавр

Легендарное существо, рождённое против воли судьбы. Веками он был пленником Лабиринта, однако теперь древние печати ослабли. Минотавр является живым напоминанием о грехах богов и может хранить тайны прошлого, о которых Олимп предпочёл бы забыть.

Кол-во: 1

⸻

✦ Дети Пророчества

Люди, полубоги или иные существа, рождённые в ночь Великого Затмения. Именно о них говорится в древнем пророчестве, способном изменить судьбу мира. Никто не знает, кто из них станет спасителем, а кто — причиной гибели Олимпа.

Кол-во: 10

⸻

✦ Боги

Олимпийцы и другие божества, управляющие различными аспектами мира. Они обладают огромной властью, но даже их могущество не позволяет увидеть конец пророчества. Многие из них пытаются влиять на избранников, защищать их или использовать в собственных целях.

Кол-во: 12 . ( Уже 3/12)

—

До того, как это место стало Кайро-Сити, у него было другое имя. Его произносили в новостях, писали в документах, печатали на билетах метро и на чеках из магазинов. Это было обычное имя для большого современного города — удобное, нейтральное, безопасное. В нём не было ни намёка на то, чем всё закончится. Тогда город был частью мира, а не отдельной реальностью. Он не выделялся слишком сильно, но именно это делало его идеальной площадкой для развития. Здесь любили пробовать новое, внедрять технологии, проверять, как люди адаптируются к изменениям. И люди адаптировались — слишком хорошо. Город жил в странном, но гармоничном сочетании культур: аккуратные улицы с автоматами и тихими вывесками на японском соседствовали с широкими дорогами, гигантскими экранами и громкой рекламой. Этот баланс казался устойчивым, почти вечным. Но именно он оказался хрупче всего. Сбой начался незаметно — с мелких перебоев, исчезновения данных, сбоев в системах. Люди не сразу испугались, потому что привыкли доверять технологиям. Но вскоре стало ясно: восстановить ничего нельзя. Серверы не отвечали, резервные копии были пустыми, алгоритмы, управлявшие городом, словно исчезли. Вместе с ними исчезло и управление. Правительство не объявило о своём уходе — оно просто перестало существовать в доступной форме. Город продолжал жить по инерции, но с каждым днём терял структуру. Работа перестала иметь смысл, безопасность — значение, а правила — силу. Экономика не рухнула, она растворилась. Люди начали выживать, каждый по-своему. Первое время это казалось свободой, но очень быстро стало понятно: свобода без структуры — это хаос. Районы начали изолироваться, доверие исчезало, а привычный мир окончательно перестал существовать. Именно тогда появилось новое имя — Кайро-Сити. Оно закрепилось быстро, будто всегда принадлежало этому месту.

Когда хаос стал постоянным, начали формироваться силы, пытающиеся задать городу направление. Так появился Сектор Ноль — люди, стремящиеся восстановить порядок хотя бы на базовом уровне. Они защищали районы, запускали генераторы, устанавливали простые правила, возвращали людям ощущение стабильности. Их символ означал обнуление и попытку начать заново. В противовес им возник Фантомный Шум — не столько организация, сколько состояние. Это были те, кто принял хаос как новую норму. Гонщики, хакеры, художники, люди без имён и ролей, живущие вне правил и ограничений. Они не стремились строить — они просто существовали, усиливая нестабильность города. Кайро-Сити оказался между этими двумя силами, не делясь на территории, а на время: днём — порядок, ночью — хаос. Всё шло к столкновению, но вместо него произошло нечто иное. 17 марта в 03:17 весь город одновременно ожил — загорелись экраны, и появилось сообщение о перемирии. Обе стороны приняли его без объяснений. В этот день Сектор Ноль мог действовать свободно, помогая людям и восстанавливая разрушенное, а Фантомный Шум лишь наблюдал. Перемирие повторялось снова и снова, становясь частью жизни города. Но вместе с ним появились утечки информации. Сначала незначительные, затем всё более серьёзные: списки, маршруты, тайники, личности. Стало ясно — это кто-то изнутри. Крысы. С каждым перемирием утечек становилось больше, доверие разрушалось, люди исчезали. Перемирие из символа надежды превратилось в момент наибольшей уязвимости.

И однажды всё изменилось окончательно. В очередное 03:17 вместо привычного сообщения появилось новое: «Вы ищете крыс. Но вы не понимаете — город сам их создаёт.» Сразу после этого свет начал гаснуть — сначала в районах Сектора Ноль, затем в ключевых точках Фантомного Шума. Системы отключались последовательно, как будто кто-то управлял этим процессом. Впервые обе стороны остались без контроля и без преимуществ. И тогда возник вопрос, который раньше никто не хотел задавать: а что, если Кайро-Сити — это не просто город без правительства? Что, если сбой не уничтожил систему, а изменил её? Что, если всё это время что-то продолжало работать — наблюдать, анализировать, учиться? И крысы — это не предатели, а результат чьего-то отбора. С этого момента начинается настоящая история — не о борьбе порядка и хаоса, а о противостоянии людей и системы, которая больше не принадлежит им.

— А что же насчет локаций?

Кайро-Сити нельзя было разделить на привычные районы. У него не было чёткой карты, которой можно было доверять — границы менялись вместе с влиянием людей, временем суток и даже настроением города. Но были места, которые знали все. Точки, вокруг которых строилась жизнь, страх и редкая надежда.

Неоновая Дуга — главный проспект города, длинная изогнутая улица, которая тянулась через несколько районов и никогда полностью не гасла. Здесь смешивалось всё: старые японские вывески с иероглифами, американские билборды с выцветшей рекламой, сломанные экраны, которые иногда сами по себе включались. Днём здесь ещё можно было встретить торговцев, обменять еду или детали, услышать разговоры. Ночью Дуга превращалась в территорию Фантомного Шума — гонки, громкая музыка, вспышки света, люди в масках, которые исчезали быстрее, чем появлялись. Это место никогда не было безопасным, но оно было живым.

Квартал Нулевой Точки — территория, которую удерживал Сектор Ноль. Здесь находился их главный опорный центр: старое административное здание, переоборудованное в базу. В этом районе был стабильный свет, работали генераторы, существовали хоть какие-то правила. Люди приходили сюда за помощью, за защитой, за едой. Но даже здесь чувствовалось напряжение — слишком много людей, слишком мало ресурсов, и постоянный страх, что всё это может исчезнуть в любой момент.

Станция «Хикари» — заброшенная подземная станция метро, ставшая одним из самых загадочных мест города. Когда-то она была одной из самых современных, но после сбоя её закрыли. Однако именно здесь начали появляться первые странные сигналы, перехваченные хакерами. Говорили, что именно отсюда исходят некоторые утечки информации. Фантомный Шум использовал станцию как скрытую точку связи, но даже они не чувствовали себя там уверенно. Иногда свет включался сам по себе, иногда в туннелях слышались шаги, хотя там никого не было.

Ржавые Доки — старая портовая зона на окраине города. Контейнеры, корабли, краны — всё это осталось, но давно перестало работать по назначению. Здесь проходили сделки, обмены, иногда — встречи между представителями разных сторон. Это было одно из немногих мест, где Сектор Ноль и Фантомный Шум могли находиться относительно близко друг к другу, не начиная конфликт. Но доверия здесь не было никогда. Только временные договорённости.

Высотки «Слепого Света» — группа небоскрёбов, большая часть которых погружена в темноту. Лишь некоторые окна светятся, но никто точно не знает, кто там живёт. Эти здания считаются нейтральной зоной, хотя на самом деле они принадлежат никому и всем одновременно. Говорят, что именно отсюда чаще всего ведётся наблюдение за городом. Иногда на крышах замечают фигуры, которые исчезают, стоит только посмотреть на них дольше пары секунд.

Чёрный Рынок «Линия-7» — скрытая сеть торговых точек, расположенная вдоль старой транспортной линии. Здесь можно найти почти всё: еду, детали, оружие, информацию. Но цена никогда не бывает только денежной. Это место не принадлежит ни одной из сторон, хотя обе пытаются контролировать его частично. Здесь легко потеряться — и физически, и в смысле доверия.

Электросеть «Омега» — не столько место, сколько система, но у неё есть узлы — старые подстанции, разбросанные по городу. Именно они удерживают Кайро-Сити от полного погружения во тьму. Сектор Ноль старается защищать эти точки, но многие из них остаются нестабильными. Говорят, что во время последних отключений именно «Омега» вела себя страннее всего — будто реагировала не на поломки, а на команды.

Пустой Круг — центральная площадь старого города. Раньше здесь проходили мероприятия, собирались люди, выступали артисты. Сейчас это почти полностью пустое пространство, окружённое высокими зданиями. Ночью здесь особенно тихо. Слишком тихо. Именно на одном из экранов Пустого Круга впервые появилось сообщение о перемирии. И именно сюда чаще всего возвращаются те, кто пытается понять, что происходит с городом.

— А что насчет штабов?

Штабы в Кайро-Сити никогда не выглядели как классические базы. Здесь не было чётких вывесок, флагов или укреплённых ворот, которые сразу давали понять: «сюда нельзя». Оба лагеря существовали скорее как системы, чем как просто здания. Но у каждого было место, куда всё в итоге сходилось.

Штаб Сектора Ноль находился в бывшем административном комплексе, который когда-то управлял инфраструктурой города. Это было массивное здание из стекла и бетона, с широкими ступенями у входа и пустым флагштоком, на котором раньше висел символ старого города. Теперь там ничего не было — только ветер. Само здание частично пострадало во время первых сбоев, но его удалось восстановить. Внутри всё выглядело не роскошно, а функционально: кабели протянуты прямо по стенам, старые серверные стойки снова запущены, генераторы гудят где-то в глубине здания. Свет здесь стабильный, хоть и немного тусклый, с холодным оттенком.

Первый этаж использовался как точка приёма — сюда приходили люди за помощью, за информацией, за защитой. Здесь всегда было шумно: разговоры, шаги, иногда споры. Выше располагались зоны координации — комнаты с картами города, отмеченными вручную, потому что цифровые системы больше не были надёжными. Там отмечались патрули, ресурсы, зоны риска. Ещё выше — жилые помещения для участников Сектора Ноль. Ничего лишнего: кровати, шкафы, личные вещи. Всё строго и упорядоченно.

Самым закрытым местом был центр управления — бывшая серверная, переоборудованная под мозг всей операции. Именно там они пытались восстановить контроль над остатками городской системы. Немногие имели туда доступ. И именно оттуда чаще всего приходили решения, которые влияли на весь город. Атмосфера в штабе Сектора Ноль была тяжёлой, но устойчивой. Здесь чувствовалась цель. Даже если не все верили, что её можно достичь.

Штаб Фантомного Шума нельзя было назвать одним местом. Он постоянно менялся. Но если говорить о центре их активности, то это была многоуровневая парковка, соединённая с заброшенным торговым центром. Огромное пространство, частично разрушенное, с открытыми уровнями, где ветер гулял между колоннами, а неоновые лампы висели на проводах, освещая всё странным, пульсирующим светом.

В отличие от Сектора Ноль, здесь не было порядка — и это было намеренно. Каждый уровень выглядел по-разному. Где-то стояли переделанные машины, где-то — импровизированные сцены, где-то — зоны для взлома старых систем с кучей экранов и проводов. Граффити покрывали стены, наслаиваясь друг на друга, создавая хаотичную историю города.

Центра управления как такового не существовало. Но был уровень, который считался «сердцем» — там собирались ключевые фигуры Фантомного Шума. Это место не имело постоянного вида: его могли изменить за ночь, переставить всё, переподключить оборудование, перекрасить стены. Здесь обсуждались идеи, строились планы, если их вообще можно было так назвать.

Освещение было нестабильным: вспышки неона, тени, резкие контрасты. Музыка могла звучать в одном углу, а в другом — полная тишина. Люди приходили и уходили без предупреждения. Никто не знал точно, сколько их здесь и кто из них важнее.

Главное отличие штаба Фантомного Шума — в ощущении. Если в Секторе Ноль чувствовалась структура и давление ответственности, то здесь — свобода, граничащая с хаосом. Но под этим хаосом скрывалось нечто большее: сеть наблюдения, связи и влияния, которую сложно было заметить сразу.

И именно в этом была их сила. Они могли потерять одно место — и уже через несколько часов появиться в другом, не теряя ничего.

Два штаба — две противоположности. Один — попытка удержать мир от распада. Второй — принятие того, что он уже распался. Но в какой-то момент оба начали понимать, что настоящая угроза может находиться не снаружи… а глубже, внутри самого города, который они считали своей территорией.

— А роли?

Лидер «Сектора Ноль» — Шелли.

Зам. лидера — 0/1

Лидер «Фантомного Шума» — Кольт.

Зам. лидера — 0/1.

Распределение по бандам :

«Сектор Ноль»

шелли, джеки, чак, фэнг, бастер, сту, булл ,транк, лили, кэндзи, кадзэ, лу, клэнси, биби, лори, ларри, пайпер, тара, эль примо, мэг, колетт, нани, шейд, бо, мико, брок, дэррил, фрэнка, амбер, мистер п, гэйл, мортис, бонни, олли, тик, джи джи, сэнди, р-т, лола,  грифф, джин, пэм, даг, динамайк, эмз, мэнди, глоуберт, леон, сириус.

«Фантомный Шум»

кольт, карл, чарли, финкс, роза, драко, сэм, джуджу, мина, берри, поко, белль, пирс, ворон, джесси, кит, базз, спраут, хэнк, рико, вольт, джэ ён, наджия, алли, луми, спайк, макс, честер, анджело, джанет, барли, мэйси, эдгар, 8-Бит, перл, отис, эш, беа, гас, корделиус, пенни, нита, мо, зигги, мипл, байрон, ева, генерал гавс, виллоу, гром, грей, мелоди.

Важные приметки:

1. Все животные / роботы — тут люди;

2. А все дети — взрослые. ( Минимум 16 лет.)

В центре всего стоит Ridgemont High School — типичная школа начала 2000-х: кирпич, большие окна, вывеска, которая слегка ржавеет по краям, и рынок подержанных машин прямо у входа, потому что половина учеников ездит на старых пикапах своих родителей. Внутри — длинные коридоры с жёлтыми шкафчиками, в которые все пихают куртки, учебники и заколки. На стенах — плакаты с мотивационными фразами типа “Be Kind, Be Bold”, которые висят там уже лет двадцать.

Столовка каждый день предлагает одно и то же: картофельное пюре, салат с подозрительно хрустящей капустой и пиццу по вторникам, которая пахнет пластмассой, но которую все любят. Библиотека — тихий уголок, где школьная библиотекарша миссис Коллинз раздаёт советы лучше любого психолога. Спортзал огромный, холодный и снаружи всегда звучит так, будто там проходит что-то шумное, даже если это просто тренировка.

Но главное — футбольная команда Ridgemont Timberwolves. Эти ребята — местные супергерои. Их форма синяя, серебристая и слегка облупившаяся, но всем всё равно. Каждую пятницу вечером весь город собирается на стадионе: родители, малыши с какао в руках, учителя, выпускники и те, кто просто приходит ради атмосферы. Прожектора светят так ярко, что создаётся ощущение, будто мир состоит только из этого газона, трибун и запаха попкорна.

Где-то рядом постоянно репетирует школьный оркестр Ridgemont Marching Bears — дудят, сбиваются, смеются, переходят с туб на барабаны. Их репетиции слышно даже на Maple Drive, где живут самые спокойные жители Риджмонта.

Сам город разделён на три основных района.

Maple Drive — аккуратные, ухоженные улицы, белые домики, одинаковые заборы. Там всё выглядит так, будто кто-то тщательно расставил каждый цветочный горшок. На крыльцах у всех стоят одинаковые пледы, а соседи здороваются так громко, что слышно на всю улицу.

Pinecrest Lane — более старые дома, треснувшие ступеньки, велосипеды, разбросанные во дворе, и запах барбекю по выходным. Тут часто слышно смех — дети гоняются за собаками, подростки играют в баскетбол на старом ржавом кольце, а по вечерам все сидят у костров.

А вот Old Mill Road — место для тех, у кого душа склонна к приключениям. Там стоит старая мельница, вокруг которой постоянно ходят слухи: кто-то говорит, что там обитает крысиная армия, кто-то — что внутри есть тайный вход, ведущий в подземелья, кто-то — что там живут привидения. Никто этому не верит, но, конечно же, все туда ходят.

В центре города — Ridge Market, магазин, куда ходят буквально за всем: за хлебом, за жвачкой, за советами миссис Ларсен, которая знает о жизни каждого жителя больше, чем они сами. Напротив — Tiny Moose Diner, круглосуточная забегаловка, где подают самые сладкие вафли в штате. Ночью там собираются ученики, сидят за длинными красными диванчиками, пьют какао и жалуются на домашку. А официантка Мэри всегда приносит лишний кусочек пирога «просто так».

Лето в Риджмонте — золотое, пахнущее кукурузой и мятной жвачкой. Все ходят на озеро, загорают на старом пирсе, прыгают в воду, смеются, спорят и возвращаются домой с волосами, пахнущими дымом от костров.

Осенью город утопает в листьях — буквально. Все дороги становятся оранжевыми, запах корицы витает в воздухе, и весь район готовится к самому важному событию — осенней ярмарке.

Зимой Риджмонт превращается в снежную открытку: катки, снежные крепости, горячий шоколад, громкие вечера у каминов.

Весной город оживает — птицы возвращаются, лужи блестят, а подростки начинают снова собираться на мосту через реку, обсуждая планы на лето, мечты, crushes и всё, что кажется важным в моменте.

Риджмонт — место, где каждый день проходит неторопливо, с лёгким шумом, смехом и мелкими проблемами, которые всегда как-то решаются. Где жизнь течёт так просто и светло, что кажется, будто время растягивается. Это город, где можно остаться после школы на стадионе до темноты, где можно заблудиться в лесу, но всё равно выйти к знакомому домику, где каждый праздник отмечается как маленькое чудо, и где подростковая жизнь — это постоянный поток смешков, драмы, дружбы, crushes, приключений и бесконечного ощущения, что всё впереди, и всё обязательно будет хорошо.

So . . . Next stop is Ridgemont!

Welcome to Ridgemont! Stay tuned fellas!

в тексте будет спрятано две части словосочетания , которое нужно будет написать в анкете во время вступления в сетку !

Пролог. Эпоха Песни и Эпоха Умолкания

Когда-то очень давно, ещё до того как люди возводили стены и венчали царей коронами, мир жил в согласии с самим собой. Аинд — так называли эту землю — не знал ни одного закона, кроме одного: Песни.

Говорят, что сама земля пела: ручьи звенели, как серебряные струны, ветра играли на вершинах холмов, море отзывалось эхом, словно на бесконечном органе. Люди слышали эти голоса и отзывались в унисон. Каждый ребёнок рождался с внутренней мелодией, и его первые шаги сопровождались не плачем, а шёпотом песни.

Тогда ещё не было храмов — вместо них собирались кругами под звёздами. Не было книг — вместо них хранили память в ритмах и напевах. Не было войн — но были соревнования: кто споёт чище, кто сумеет затронуть больше сердец.

Но с ростом городов пришла жадность. Вожди поняли, что голос способен не только дарить радость, но и вести за собой толпу. Стоило одному певцу воспеть свободу — и целое племя вставало против владыки. Стоило другому запеть о ненависти — и кровь лилась реками. Музыка, что была подарком, обернулась оружием.

Так началась Эпоха Раздора.

Чтобы сохранить власть, первые короли заключили клятву: «Мы лишим народ Песни». Был издан Декрет Безмолвия — и с тех пор пение стало преступлением. Музыкантов сжигали на площадях, инструменты ломали и бросали в костры. Народ привык к тишине, и сердца постепенно забыли, как откликаться на звук.

Минуло более трёх столетий. Люди воздвигли каменные города, писали законы, воевали за земли — но всё это происходило в гулкой пустоте. Мир стал практичным, умным, но мёртвым. Так наступила Эпоха Умолкания.

Возвращение Песни

И вот однажды, в безымянной деревне у границы Авиннийских лесов, появилась девочка. Никто не знал её родителей. Никто не видел, чтобы она росла среди других детей. Казалось, что она вышла прямо из рощи, как если бы сама земля подарила её людям.

Её назвали просто — Песня (Wer).

Когда она заговорила, её голос был не похож ни на что земное. Он звучал, словно сам воздух вспоминал утраченное. Люди, слышавшие её, рыдали и обнимали врагов. Мужчины бросали оружие, женщины переставали скорбеть о потере детей. На миг мир снова становился живым.

Но для короля Аинда это было угрозой. Он сказал:

«Этот голос опаснее меча. Пусть умрёт, прежде чем развратит сердца».

Девочку схватили. Ей было всего пятнадцать лет. На главной площади столицы её казнили, и толпа видела, как жизнь ушла из её тела.

Казалось, история окончена.

Но спустя пятьдесят лет Песня вернулась. Живая. Не постаревшая ни на день. На том же месте, где её убили, она запела — и народ пал ниц. Ни один клинок не осмелился подняться.

Так началась Эпоха Возвращения.

Ансамбль «Aurum COL’»

Через три десятилетия после её возвращения в разных концах мира начали появляться дети. Их объединяло странное: каждый слышал внутри себя не только свой голос, но и чужой — сильный, древний, словно зовущий их к общему хору.

Эти дети встретились. Их было 20. Они образовали ансамбль, которому дали имя Aurum COL’ — «Золотой Аинд».

Они пели вместе, и в их голосах проступало нечто большее, чем человеческое. Люди говорили: «Это не просто песни. Это дыхание самого мира».

Так впервые заговорили о Покровителях — загадочных силах, что будто бы вложили в сердца певцов своё начало.

✦ Группы ансамбля и их судьбы

✧ «Hoshizora» — «Звёздное небо»

Четыре девушки, подруги с детства. Их деревня стояла на окраине Мивени, и там жизнь была тягучей, серой. Но каждая ночь над ними открывала бездонное небо. Они смотрели на звёзды и мечтали о песнях.

Однажды они ушли — босыми ногами в леса Авиннии. С тех пор их ведёт Dwe — Луна, мужская сущность, мудрый и холодный хранитель тайн. Его свет серебрит их песни, делает их мелодии прозрачными, будто ночное сияние. Но и в голосах девушек слышна тоска — как будто они навсегда оставили часть себя там, в родной деревне.

⸻

✧ «Miiyo mar» — «Дарящие любовь»

В основе этой группы — история одной девушки. Она мечтала о песне, но мир Кера был суров. Там музыка считалась слабостью, и её голос высмеивали.

Но она не сдалась — собрала трёх изгнанниц, что давно молчали, и вместе они создали новую гармонию.

Они были изгнаны за неведомый грех — никто не знает, за что. Может, за дерзость петь, когда мир требует молчания.

Их ведёт Mara — Любовь, женская сущность. Её сердце пылает нежностью, но и скрытой болью. Их песни звучат как признания и как раны, и потому они трогают даже самых чёрствых слушателей.

⸻

✧ «Owang!» — «Взрывающие»

Когда-то это были две пары уличных певцов. Парень и девушка пели вместе на перекрёстках, собирая медные монеты. Они знали друг друга только с дорог, пока не решили объединиться.

Теперь их цель — превзойти Mac — легендарных певцов улиц, чья слава гремела по всему Аинду.

Их ведёт Bom! — Бомбочка, женская сущность. Она безумна и непредсказуема. Их песни рвутся, как огоньки фейерверков, они дикие, смелые и всегда граничат с хаосом.

⸻

✧ «Lok me ceng!» — «Солнечная сказка»

Двое парней и две девушки. Их жизнь начиналась при дворе Мивени: они развлекали короля и вельмож песнями и танцами. Но народ счёл их слишком яркими. В Мивени верили, что свет должен быть равномерным, а не ослепительным.

Их изгнали, но они не смирились. Их цель — доказать, что радость и блеск — это тоже сила.

Их ведёт Ceng — Солнце, мужская сущность. В его песнях сияние, тепло, радость. Их мелодии похожи на золотые рассветы, и в каждом слове — вызов серой тишине Мивени.

1 часть : Песня .

✧ «Ki wilo» — «Забытые»

Это девичья группа, некогда знаменитая в Мивени. Но их начали бояться. Люди заметили, что они каждый день ровно в 25:00 (время, которого не существует для простых людей) собирались на главной площади. Там они пели.

Жители решили: они ведьмы. И прогнали их прочь.

Их ведёт Poyo wic — Помнящая, женская сущность. Она связана с забытым временем, с памятью о том, что ускользает. Их песни звучат странно, будто из другого мира, и в каждом слове таится отголосок чего-то давно утраченого.

Локации Аинда :

Города Аинда отличаются своей природой и духом.

• Анаксия — священная столица, построенная на белом камне, сияющая золотыми шпилями. Здесь стоит главный Храм Песни, и именно сюда съезжаются музыканты и певцы со всего мира, чтобы попробовать обрести благословение. Но в её величии всегда таится страх: ведь именно здесь был вынесен смертный приговор Деве-Песне.

• Мивени — строгий город равнин, где тишина ценится выше песен. Его улицы серы, крыши низки, дома однообразны. Люди Мивени боятся всего яркого и необычного, считая это вызовом традициям. Именно отсюда прогнали и «Солнечную сказку», и «Забытых».

• Кер — суровое королевство на северных холмах. Его жители чтут порядок и воинскую честь, а к музыке относятся как к пустой забаве. Потому изгнание певиц из Кера стало закономерным — музыка в их глазах равнялась бунту.

• Авинния — это вовсе не город, а густые леса, мрачные и чарующие. Здесь всегда пахнет влажной землёй и светляки летят над туманными тропами. Люди шепчут, что в тени деревьев можно встретить фей, духов, забытых богов и самих Покровителей.

Что насчет Покровителей ? :

Хроника Покровителей

«Не все родились вместе. Они пришли в мир по очереди, и каждая их поява меняла судьбу Авиннии. Старшие — тягучие, как вечность, младшие — стремительные, как порыв. Так и поётся:

Луна — старший, Солнце — младший.»

⸻

1. Луна — Старший

Первым явился Луна. Он родился не от события, а от пустоты. Когда мир был безмолвен, и ночь не знала конца, вода в чёрных озёрах впервые отразила свой же блеск. Это отражение стало Луной.

Луна — размышление и одиночество. Он появился, когда люди впервые почувствовали себя маленькими и захотели заглянуть вглубь собственных мыслей. Он хранит тоску, но и даёт силу тем, кто не боится ночи.

2. Помнящая — Вторая

За Луной пришла Помнящая. Её рождение связано с первой смертью. Когда жизнь оборвалась, мир узнал слово «конец». Но вместе с этим появился и голос, что шепнул: «Я сохраню».

Она собрала тени ушедших, сны и шорохи, и сама стала из них плотью. Помнящая — архив всего утраченого. Её рождение — из скорби, из невозможности смириться с исчезновением.

3. Любовь — Третья

Любовь явилась в тот миг, когда жертва стала сознательным выбором. Один человек отдал жизнь ради другого, и там, где его кровь коснулась земли, вспыхнуло пламя.

Из этого пламени вышла она. Любовь — нежность и трагедия одновременно. Она родилась не из радости, а из боли, но её сущность — в соединении, в узах, что сильнее смерти.

4. Бомбочка — Четвёртая

Бомбочка появилась позже, когда люди впервые крикнули «нет». Её рождение — из протеста и смеха. Там, где руки сорвали цепи, а язык сказал правду, раздался грохот. И из этого грохота родилась она.

Бомбочка — свобода и хаос. Она никогда не была ребёнком, она сразу вышла в мир взрослой и разящей. Но при этом в её сердцевине — молодость: вечная жажда крушить старое и строить новое.

5. Солнце — Младший

Солнце — последний, младший. Его рождение — не из скорби, не из тоски, не из протеста, а из желания жить дальше.

Когда мир устал от тьмы, когда сердца начали гаснуть, небеса вспыхнули. Восход впервые разорвал ночную завесу, и из пламени, из зова к жизни появился он.

Солнце — надежда, бодрость, свет. Он младший, но не слабый. Напротив, его рождение — венец: после всех скорбей, после памяти и жертв, после криков и смеха приходит то, что заставляет идти вперёд.

✦ Значение порядка

• Луна дал людям одиночество и способность думать.

• Помнящая принесла память и страх смерти.

• Любовь связала людей друг с другом.

• Бомбочка разбудила их свободу и ярость.

• Солнце стал итогом — светом, который держит всё это вместе.

Потому певцы говорят:

«Кто поёт Луне — зовёт тень. Кто поёт Помнящей — зовёт предков. Кто поёт Любви — зовёт сердце. Кто поёт Бомбочке — зовёт бурю. Но кто поёт Солнцу — зовёт рассвет».

А теперь пояснение !

Луна - Кайто

Солнце - Лен

Любовь - Лука

Помнящая - Мейко

Бомбочка - Рин

Забытые - Нииго

Солнечная сказка - Вхш

Взрывающие - Вбс

Дарящие любовь - Ммж

Звездное Небо - Лео/нид

Песня - Мику .

Каждый участник "золотого аинда" скрывает свою личность , от чего выбирает себе новое имя и скрывается за маской животного которую тоже выбирает и делает сам .

Иерархия "золотого Аинда" :

1. Песня ( Мику ) - управляющая , следит за всем
2. Все Покровители - помогают участникам их и других групп . Выступают как родительские фигуры для секайчиков
3. Участники ансамбля !

Удачного написания анкеты , Да Прибудет С Вами Песня !

Вторая часть слова : Леса .

Внутри Kyarameru Bakery всегда пахнет свежесваренным кофе, карамельным пудингом и ванилью. Мягкий янтарный свет ламп отражается в тёплых деревянных панелях, а на полках стоят банки с чаем, книги и старые фото моря, выцветшие от времени. Под стойкой лежат вязаные пледы, а возле входа в плетёной корзине — зонтики для клиентов, чтобы они не промокли в случайный морской дождь. В витрине, за запотевшим стеклом, блестят десерты — пудинг с карамельным соусом, моти с клубникой и маття, торты с ягодами, черничный чизкейк, вафли с мёдом, тайяки с кремом, печенье с орехами и белым шоколадом, кастелла, яблочные пироги с корицей и маття-роллы.

Кофейная карта не уступает сладостям — айс латте, маття латте, жасминовый чай, клубничный и яблочно-коричный чай, горячий шоколад с маршмеллоу, хоюджя и холодный молочный кофе. Помимо сладкого здесь подают горячее — рамен в трёх видах, удон с темпурой, оякодон, японское карри с тонкацу и окономияки. Иногда, в дождливые дни, из кухни доносится запах бульона тонкоцу, смешанный с ароматом свежей выпечки — и тогда даже случайные прохожие заглядывают в кафе, не удержавшись.

После уроков в Академии Юмэкудзакара сюда приходят работать школьники — кто за стойкой бариста, кто печёт хлеб, кто разносит заказы на велосипедах, а кто оформляет витрины и пишет мелом меню на досках у входа. Иногда вечером в кафе звучит живая музыка — кто-то приносит гитару или маленькое фортепиано, и мягкий вокал вплетается в стук дождя за окном. Люди приходят сюда не только за кофе, но и за теплом — за словами, которые можно произнести только в таком месте, где пахнет корицей, и в окне виден медленный трамвай, увозящий в ночь.

Однажды, после особенно дождливого дня, дверь Kyarameru Bakery открылась с тихим звоном колокольчика. Вошёл ты — в школьной форме, с волосами, чуть влажными от морского тумана. Рин улыбнулась, вытирая руки о фартук:
— Добро пожаловать! Садись, сегодня у нас уютнее, чем обычно.

Лен, стоя у кофемашины, бросил короткий взгляд:
— Опять после школы сюда?

Ты кивнул, снимая пиджак и садясь у окна. За стеклом — мокрые улочки, блеск фонарей на лужах, велосипед с корзинкой у соседнего дома. С мостика вдалеке трамвай медленно ползёт к центру города.
— Тут всегда тепло, — тихо сказал ты.

Рин поставила перед тобой тарелочку с моти, присыпанными маття.
— Потому что мы делаем всё правильно, — ответила она, и в этот момент чайник на плите тихо засвистел.

В кафе вошла девочка с длинным чёрным зонтом, с которого капала вода. Она смахнула капли с волос и улыбнулась:
— Рин, Лен! У вас возле старого филиала снова горели фонари ночью. Кто их включает?

Близнецы переглянулись, и в их взгляде мелькнуло что-то, чего ты раньше не замечал.
— Никто, — тихо сказал Лен. — Они сломаны уже десять лет.

За окном дождь стал сильнее, а в нос ударил тёплый запах карамели и свежего хлеба. И в этот момент ты впервые подумал, что этот городок, такой уютный и медленный, хранит тайны, о которых лучше узнавать только за чашкой горячего чая в Kyarameru Bakery.

Старые легенды говорят, что если зажечь лампы в полночь в самой старой пекарне сети, можно увидеть путь к самому заветному желанию. И пока трамвай стучит в темноте, а море шумит вдалеке, жизнь здесь идёт своим тёплым, дождливым, карамельным чередом.

Примечания к сюжету
• Вы живёте в маленьком приморско-горном городке Юмэкудзакара.
Дома — в старом японском стиле, но с элементами 90-х: бумажные двери, деревянные веранды, винтажные часы и маленькие сады с каменными фонариками.
• У каждого есть свой домик, в котором можно жить одному или с соседями. Можно обустраивать его как угодно: от уютной спальни с мягким пледом и книжными полками до маленькой мастерской или уголка с аквариумом.
• Можно заводить животных — от котов и собак до попугаев или даже козы, если она поместится во двор.
• Вы — обычные школьники Академии Юмэкудзакара.
Никто не мешает вам заводить друзей, влюбляться, ходить в кино, ездить на море, проводить время в магазинах, парках и кафе.
• В городе есть магазины, аптека, больница, библиотека, пляж, трамвайная станция, набережная, парк и рынки — всё доступно для посещения.
• Можно болеть (тогда друзья или NPC могут вас проведать или принести лекарства), ходить на осмотры к врачу, попадать в забавные ситуации в духе школьных ром-комов.
• Ваша жизнь — не только школа и работа, но и масса событий:
• Начало учебного года
• Каникулы
• Летние фестивали с фейерверками
• Зимние праздники с горячим шоколадом
• Весенние пикники под сакурой
• Вечеринки в домах друзей
• Поездки за город
• Местные ярмарки и блошиные рынки
• Вы можете сами придумывать ивенты — всё зависит от вашей фантазии.
• Kyarameru Bakery — место, где многие подрабатывают после школы.

Вакансии в Kyarameru Bakery:
1. Бариста — варить кофе и делать напитки
2. Пекарь — готовить хлеб, пироги, десерты
3. Официант — принимать заказы и обслуживать гостей
4. Курьер — развозить заказы на велосипеде или пешком
5. Музыкант — играть вечерами в кафе
6. Художник-декоратор — оформлять витрины, рисовать меню
7. Кухонный помощник — мыть посуду, помогать на кухне
8. Организатор мероприятий — устраивать тематические вечера, конкурсы и мини-фестивали в кафе

• Рин и Лен — ваши руководители в кафе. Они принимают вас на работу, учат, распределяют задачи, но они тоже работают вместе с вами: Лен часто у кофемашины или за стойкой, Рин — в пекарне или с гостями. Иногда они могут прийти в школу и посмотреть, как у вас дела.
• Город живёт медленно и уютно, но не всё будет тихо — впереди много историй, событий, тайн и случайных встреч, которые могут изменить вашу жизнь.

Примечание - Сюжет писала наша чудесная Корица ! Давайте поблагодарил её !