Во-первых, истинные киноманы впервые за долгое время смогут увидеть на большом экране фильмы культового режиссера Дэвида Линча.

Линч, страдавший от эмфиземы легких, погиб в результате пожаров в Лос-Анджелесе в январе этого года. Когда огонь стал приближаться к его дому, режиссера пришлось эвакуировать. Для ослабленного тяжелой болезнью Линча эта поездка оказалась смертельной.

В качестве трибьюта великому режиссеру в Синематеке Тель-Авива пройдет ретроспектива всех фильмов Линча: от шокирующего дебюта "Голова-ластик" до культовых "Синий бархат" и "Малхолланд драйв". После показов состоится обсуждение увиденного с израильскими кинокритиками. По-моему, в эти не очень светлые дни для Израиля фантасмагорические кошмары Линча, одного из главных гуманистов мирового кинематографа, очень правильный выбор. Ретроспектива будет идти с 6 по 17 апреля.

А 6 апреля стартуют гастроли спектакля "Надеждины" актрисы Маши Машковой. Этот спектакль Маша задумала несколько лет назад, когда ее отец, актер Владимир Машков, передал ей дневники прабабушки. Из этих записей Маша узнала, что ее прадед Евгений Осипович Зеленский был евреем, революционером, бунтарем, и погиб в мясорубке репрессий.

Маша Машкова играет в спектакле сразу все роли – и себя, и свою прабабушку Милю Надеждину, жену Зеленского, и самого прадеда. Закадровый голос Зеленского читает актер Анатолий Белый. Это уже не первые гастроли "Надеждиных" в Израиле. Маша признается, что для нее очень важно показать эту историю именно израильской аудитории, потому что для нее было большим открытием, что в ее жилах течет еврейская кровь. Кстати, музыку к спектаклю написала Анна Друбич – ее принадлежат саундтреки фильма Михаила Локшина "Мастер и Маргарита" и серии Леонида Парфенова "Русские евреи".

Купить билеты можно по ссылке

Ну и, конечно, обязательно стоит обратить внимание на развлечения для детей, чтобы каникулы запомнились. Во-первых, в Тель-Авиве опять откроется уникальный парк надувных аттракционов WiPark.

Откроется он 12 апреля, но заказывать билеты, по опыту предыдущих лет, лучше заранее. Желающих попрыгать, поскакать и повеселиться будет огромное количество. Здесь можно провести целый день и всей семьей – есть зоны для самых маленьких, есть специальная игровая площадка LEGO, подрощенные дети, а также их активные родители могут выбрать батуты и экстремальные маршруты по возрасту и способностям. Парк находится рядом со станцией "Университет", так что не в выходные дни можно добраться на общественном транспорте. Билеты лучше покупать со скидками через банковские карты и разные профсоюзы – так выйдет гораздо дешевле. Ссылка на мероприятие

Еще одно семейное развлечение – менее активное, но тоже красочное и яркое – выставка WORK OFF ART. Это продолжение проекта, который объединяет граффити-художников со всей страны и вдыхает новую жизнь в старые здания. Три года назад это были два жилых дома, потом отель на набережной Тель-Авива, а теперь – большое офисное пространство. Каждый художник получает одну из комнат в полное свое распоряжение. Они могут обыграть определенную тему – таких красочных и остроумных спален и ванных комнат, как на этой выставке, я раньше не видела. А могут открыть дверь в Нарнию и превратить свою комнату в цветущий сад или минималистический образ. На этот раз тема выставки – офисная жизнь. Даже скорее рабочее пространство, ведь после пандемии многие компании так и не вернулись работать в офисы, и офисным пространством для нас становятся наши собственные квартиры. Пофантазировать на эту тему израильские художники собрались в здании старой фабрики "Тара" по адресу Игаль Алон, 119. Что из этого получилось, нужно успеть увидеть. Выставка работает до конца мая. Билеты тоже лучше покупать со скидками, которые предлагают кредитные компании, профсоюзы и другие объединения.

https://www.work-off-art.com/

Алина Ребель

В прошлой жизни — до репатриации и большой войны — мы очень много путешествовали. Объездили всю Европу вдоль и поперёк и выработали для себя оптимальную схему идеального отдыха: минимум больших городов и туристических скоплений, никаких титулованных музеев и путеводителей.

Нет лучшего способа узнать страну, чем свернуть с платной трассы и поехать, куда глаза глядят, по маленьким городкам, останавливаясь в малюсеньких гостевых домах местных жителей и обедая в крошечных кафешках, где пожилые мужчины в полуденный зной играют в шашки.

Но одно дело отпуск — когда приезжаешь куда-то на две недели и в своё удовольствие беззаботно рассекаешь на арендованной машине: что увидел, то и увидел; что о стране понял, то и увёз с собой.

Казалось бы, другое дело — когда ты живёшь в стране. Хочется как-то ответственнее подойти к знакомству. Побыстрее узнать самое главное. Чётче увидеть то, что поможет почувствовать и полюбить.

Поэтому мы — новые репатрианты — первым делом бросаемся в старый город Иерусалима, гуляем по Тель-Авиву, пытаемся добраться до Масады.

На самом деле ищем знакомые места, те, о которых знали и слышали ещё до приезда сюда. На самом деле пытаемся встроить новое в старые представления и знакомые образы.

Нужно время, чтобы понять, что так оно не работает.

Ты ходишь по этим местам, как по музеям — с воображаемым аудиогидом в голове, который рассказывает тебе что-то, что ты узнал ещё 30 лет назад, и вместо того, чтобы постигать новое, ты накладываешь увиденное на пыльные матрицы своего воображения, невольно акцентируя внимание на том, что укладывается в твои представления, и игнорируя то, что им не соответствует.

Правда, ты об этом не задумываешься, пока не попадёшь в действительно новое для себя место и не поймёшь, что по-настоящему узнать страну получается только так — в местах, от которых у тебя нет никаких ожиданий.

За три года жизни в Израиле у нас появились здесь друзья — настоящие, каких, думаешь, в нашем возрасте уже и не бывает.

И кроме замечательного и тёплого общения, эти друзья научили нас узнавать Израиль.

Вместе с ними мы побывали в нетуристических местах, ели в кафешках, где в полуденный зной играют в шашки, сворачивали с главных трасс и ходили заброшенными тропами.

Они показали нам Эйлат таким, каким мы бы никогда не увидели и не полюбили бы его, если бы приехали туда сами.

Обычный маршрут в незнакомом курортном городе всегда понятен: набережная, череда отелей, центральная улица и главный пляж.

Друзья привезли нас на дикий пляж рядом с египетской границей — и там среди плотно расставленных палаток, среди израильских семей — еврейских и арабских — мы провели два лучших за все три года дня: пробуя настоящий Израиль на ощупь, на вкус и даже на запах.

Они возили нас в небольшой друзский город на севере, куда мы бы никогда не рискнули поехать сами и никогда бы не посмотрели и не почувствовали, кто такие израильские друзы.

Они отвезли нас в кибуц, где делают самое вкусное в Израиле мороженое. И оно, правда, самое вкусное.

Они срывали для нас помело и апельсины прямо с деревьев, когда провожали нас до станции после первого знакомства.

И даже в излюбленную туристами Кейсарию они завели нас “с чёрного входа” — с моря, небольшими живописными дорожками.

Это удивительно, но Кейсария с этого ракурса совсем другая — более настоящая.

Благодаря этим поездкам мы поняли — или вспомнили — что витрины бывают очень красивыми, но почти никогда не передают настоящий дух и смысл того, что внутри.

Если хочется настоящего — надо идти вглубь.

В Израиле для этого есть, например, множество кибуцев, которые приоткрывают свои двери для сведущих посетителей и делятся с ними своей, настоящей, израильской жизнью.

Самым вкусным мороженым, самыми красивыми оранжереями, самым ароматным вином, самыми ручными попугаями.

Или даже самыми смешными обезьянками, которых там выхаживают после рук контрабандистов.

Ты не только ешь мороженое и кормишь животных — ты смотришь на то, чем и как живёт Израиль, и потихоньку начинаешь ощущать это всё своим.

Вера Рыклина

Мне доводилось и стоять под нацеленными на меня стволами, и найти момент, чтобы перебежать через мост, по которому работал снайпер, и ночевать в подвале большого здания, от которого после бомбежек и обстрелов этой ночью остались развалины. Пришлось и прорываться под огнем на совершенно не бронированном микроавтобусе, по которому палили из разных видов оружия таким образом, что по окончании этой поездки никакому ремонту он не подлежал. С тех пор я к продукции компании Фольксваген отношусь с большой теплотой — белый Transporter без стекол, весь в дырах, откуда валил пар, все-таки доехал до места.

Так вот во всех этих ситуациях я более-менее сохранял присутствие духа и способность соображать. А леденящий и парализующий не только тело, но и способность мыслить страх я испытал тогда, когда был заложником.

При этом меня никто не захватывал, в заложники я пошел добровольно, пробыл им всего пару дней. Надо мной никто не издевался, меня не морили голодом. Не то что не били, но даже и не угрожали. Меня, как и других в этой роли тогда, в 1995-м по дороге из Буденновска в Чечню использовали как живой щит. В автобусе у окна сидел я, а у прохода — Шамиль Басаев. А над дорогой летали российские вертолеты и почему-то при свете дня пускали осветительные ракеты. В какой-то момент одна из них не полетела вверх, а упала на поле, мимо которого мы проезжали, и сухая трава загорелась. Я в этот момент повернулся к окну, увидел появившийся огонь и подумал, что вертолеты получили приказ об атаке колонны автобусов.

Это был, пожалуй, самый страшный момент моей жизни. По моим ощущениям, мне предстояло умереть, причем не как человеку, который на что-то решился, совершил какие-то действия, а как тому, которого походя использовали так, как считали нужным другие. Умереть без воли и, в общем-то без особого смысла.

Ну и, соответственно, большего облегчения, чем когда через несколько секунд выяснилось, что никакой атаки нет, я тоже не испытывал, даже тогда, когда эта поездка закончилась, нас отпустили и Басаев просил прощения.

Наши в Газе находятся в гораздо худшей ситуации. Они в руках не просто у террористов, а у извергов, подонков, которые хотят их не использовать, а стремятся убить, а не убивают некоторых, потому что им нужен товар для торга. Их пытают, насилуют, над ними издеваются, им угрожают.

Поэтому у меня лично, несмотря на гораздо более мягкий опыт, но все же опыт заложника, нет сомнений в порядке приоритетов.

Если мы считаем, что наше государство отличается от фашистской России, мы обязаны спасти всех, кого только возможно — и выше приоритета нет, и быть не может.

Александр Осовцов

Среди артефактов оказались египетские печати и украшения, указывающие на культурные связи с Египтом во времена Рамсеса II.

Одна печать была обнаружена рядом с жертвенником, другая — прямо внутри алтаря. Возможно, священники Израиля использовали их в культовых целях, но во время ритуала случайно уронили; а может, намеренно выбросили, чтобы символически избавиться от египетского наследия.

Первая печать украшена египетскими символами: на ней изображён цветок с четырьмя лепестками, четыре коршуна и четыре священные кобры. Как известно, урей (изображение кобры) считался символом власти фараонов, которым украшали головной убор правители Египта.

На второй печати виден коленопреклонённый лучник, а над ним изображена саламандра — символ плодородия, поскольку ящерица откладывает множество яиц. Внизу изображена лодка, что символизирует «повелителя». Но самое поразительное — картуш с именем фараона-завоевателя Тутмоса III (1504–1450 гг. до н. э.). Иероглифы на печати гласят: «Тутмос III — повелитель множества лучников».

Благодаря стилизованным изображениям можно с уверенностью датировать печати второй половиной XIII века — началом XII века.

На первый взгляд странно видеть имя Тутмоса III на печати XIII–XII века до н. э., ведь это время правления Рамсеса II. Однако можно предположить, что печать могла быть создана в эпоху Рамсеса, чтобы почтить великого фараона или просто сохранилась со времён основателя египетской империи.

Вероятно, часть семитов, живших в Египте, сумела покинуть страну именно при Рамсесе II — времени смуты, восстаний и войн.

Примечательно, что на памятнике, посвящённом победам его сына Мернептаха, упоминается народ Израиля, живущий в Ханаане.

Возле жертвенника нашли два каменных кубика с круглыми отметинами и процарапанными линиями. Кубики могли использовать не для игр, а для «священного жребия».

Посредством жребия в древности принимали важнейшие решения (Ис. Нав. 14:2).

«Жребий бросают в полу одежды, но все решения, полученные через него, — от Господа» (Пр. 16:33).

Жертвенник на горе Эйвал был возведён в несколько этапов и представлял собой сложное культовое сооружение.

Изначально его форма была проще, но это не мешало приносить жертвы. До строительства жертвенника на этом месте располагалось небольшое сооружение, от которого сохранились лишь фрагменты: огороженные помещения, остатки пола, покрытого осколками керамики, и обломки большого кувшина (пифоса).

Примерно 3200 лет назад священники поднимались по главному пандусу к алтарю, в центре которого горел огонь. Чтобы не ступать на священную часть жертвенника, они передвигались по выступу (совев).

Интересно, что на жертвеннике не было ступеней, что соответствует указаниям Торы: «И не восходи по ступеням на жертвенник Мой, дабы не открылась нагота твоя на нём» (Исх. 20:26).

Удивительно, что форма алтаря, найденного на горе Эйвал, подтверждает непрерывность традиции от Моше до времён Второго Храма. Описание жертвенника времён Второго Храма в трактате «Мидот» во многих важных деталях соответствует строению, найденному на горе Эйвал (Мишна Мидот. Глава 3).

Строительство такого алтаря требовало точных инженерных расчётов и организованного труда. Недалеко от алтаря обнаружили остатки четырёхкомнатного дома, где, возможно, жили священники. Там же находилась своеобразная гениза — место хранения священных предметов, включая каменную чашу для воскурений и два массивных молотка из кварца, которые использовались для обработки камней жертвенника, ведь, согласно Торе, нельзя было использовать металлические орудия для постройки жертвенника.

Жертвенником пользовались довольно продолжительное время, а потом его с почестями похоронили, так как отпала в нём необходимость, ибо центральным местом поклонения Богу Израиля стал Иерусалим.

Теперь можно с высокой долей уверенности сказать, что объект, на который практически случайно наткнулся Адам Зерталь, и есть тот самый знаменитый жертвенник, который построил легендарный Иисус Навин.

Рами Юдовин

Еще более непонятно, почему его решительность по отношению к аятоллам и его прокси так разительно отличается от его мягкости и дружелюбия в адрес ближайшего союзника иранских империалистов — режима Путина. Собственно, Иран и РФ в настоящий момент представляют из себя военно-политический блок, полный аналог некогда существовавшей оси Берлин — Рим — Токио. Третьим у Москвы и Тегерана — Пхеньян, но сейчас не о нем речь.

С момента образования НАТО, даже чуть раньше, основной внешней политикой Вашингтона была доктрина Трумана, согласно которой США оказывали помощь всем странам с демократическими режимами, которым угрожали тоталитарные и диктаторские силы из-за границы.

Этому принципу безоговорочно следовали все президенты Америки и их администрации, независимо от партийной принадлежности. Для того, чтобы закрепить обязательства союзников поддерживать США в этом вопросе, и был создан блок НАТО и написана ключевая 5-я статья его устава. Трудно возражать против того, что значительное количество членов НАТО недопустимо расслабились и пренебрегают своими обязанностями по совместной обороне, чрезмерно полагаясь на Америку.

Давнее требование Трампа о направлении 4% национальных бюджетов на оборону сегодня выглядит явно недостаточно, а для израильтянина и вовсе смешным. Европа вроде бы начала шевелиться, но по ряду позиций все это пока разговоры.

Британский премьер Стормер обещает к 2027 году нарастить расходы на оборону с 2,3% до 2,5% бюджета. Учитывая состояние некогда могучих вооруженных сил Великобритании, звучит, как анекдот. Здесь по существу Трамп абсолютно прав.

Непонятно другое. Почему он одновременно готов не только на словах поощрять агрессию РФ, но и, судя по высказываниям его приближенного Виткоффа, намерен удовлетворить, по крайней мере, многие цели этой агрессии.

Хуже того, американский лидер, как минимум, не исключает собственную агрессию против союзников по НАТО — Дании и Канады. Напомню, что Канада де юре находится под верховной властью британской короны.

Замечу также, что мягкость Трампа по отношению к Путину порождает сомнения в том, что он всегда будет проводить нынешнюю жесткую линию по отношению к аятоллам. Да, пока все, что он говорит в их адрес, звучит разумно и многообещающе, но чем, спрашивается, персидская диктатура отличается от диктатуры российской и где хоть какие-то гарантии того, что отношение американского руководства к двум столь похожим режимам всегда будет столь различно.

Этот вопрос не может не приходить в голову.

Резкое изменение мировой конфигурации началось не с приходом Трампа в Белый дом в этом году, и даже не с его приходом 8 лет назад. Путин неоднократно открыто заявлял, что он воюет не с Украиной, а с НАТО и Западом в целом, в первую очередь, с США. Никаких даже намеков на пересмотр этой позиции и списка врагов кремлевский палач не сделал. Можно делать вид, что не обращаешь на это внимания, но нельзя этого реально не замечать и не понимать.

Непоследовательность американской политики ставит под угрозу весь свободный мир, а отнюдь не только Украину. Да, конечно, свою лепту в общие задачи должны вносить все цивилизованные страны и народы, но при этом сейчас совершенно не время для выяснения отношений между ними по поводу каких бы то ни было спорных территорий и любых вопросов, выходящих за рамки совместной обороны.

Это, кстати, относится и к европейским странами, по привычке и по инерции критикующим Израиль за то, что он борется за существование не так и не теми методами. Но прежде всего, к самой сильной державе Запада — США.

Александр Осовцов

Если вы забыли биологию в школе и не очень помните, что такое экологическая цепочка, не переживайте. Это как некая линия с множеством звеньев, состоящая из разных видов, которые питаются друг другом. Начинается эта цепочка с растений, которые преобразуют солнечный свет в еду. Затем этими растениями питаются травоядные животные, после появляются хищники, которые уже могут съесть более крупных хищников, и так далее.

Вроде бы ничего сложного, но вот что интересно: если один элемент цепочки исчезает, все остальные начинают «плавать» или даже рушатся.

Экологическое равновесие — штука тонкая, как первый лед. Казалось бы, ну исчез один вид зверушек, делов-то? Ан нет, один неверный шаг — и всё, летим кубарем. Исчезновение видов — это как выдергивать кирпичики из здания. Сначала вроде ничего, а потом бац — и рухнуло.

А что с этим у нас в Израиле? Маленькая страна, а сколько всего интересного! Тут тебе и пустыня, и горы, и плодородные долины. И, соответственно, зверья всякого полно. Но мелкие зверушки исчезают из-за расширения городов, а с крупными хищниками всё еще хуже...

Волки и шакалы — это на сегодня хищники высших уровней в экосистеме Израиля. Они играют роль в поддержании баланса, контролируя численность более мелких животных: грызунов, травоядных типа коз и оленей, а также некоторых видов птиц.

Как и в других странах, численность волков и шакалов начинает сокращаться по обычным причинам: охота, утрата среды обитания, конфликты с людьми, болезни и так далее. Сокращение волков и шакалов в Израиле может привести к увеличению численности травоядных животных, перерасходу растительности и созданию проблем как для других видов, так и для сельского хозяйства.

А вы знали, что еще совсем недавно, в XX веке, на территории Израиля водились леопарды? Этот красавец был не просто символом силы и величия, но и важным звеном в местной экосистеме.

В последние годы их почти не осталось — это исчезающий вид, находящийся под охраной государства. Его можно встретить только на севере страны, в горах Хермона.

С исчезновением леопарда, который поедал более слабых и больных животных, расплодились дикие кабаны, которые начали вести себя совсем неприлично: копать газоны, пугать туристов, разгуливать по полям и посевам, приходить в населенные пункты, устраивать грабежи в садах и огородах. Тут-то жители поняли, что всё не так просто. Они начали борьбу с этим вторжением, но у природы свои методы, и борьба с кабанами оказалась не такой простой задачей.

Причина в том, что как только один вид исчезает, все остальные виды начинают давать «аномальное» поведение — нарушается баланс в природе.

Самый редкий и уязвимый хищник Израиля — гепард. Этот вид когда-то жил в пустынных регионах страны, но в течение XX века их число резко уменьшилось, и, к сожалению, на данный момент в Израиле диких гепардов уже нет.

К гепардам у меня свое особое личное отношение, поэтому мне их больше всего жалко. Я писала о том, что у нас в Словакии жила пара гепардов. Они не опасны для людей, но сами по себе генетически очень хрупкие.

При малейшем сбое в питании их организм дает аутоиммунный ответ — это как бы включается процесс саморазрушения, и они погибают. С инфекциями их иммунная система почти не справляется.

В один год как-то пролетел вирус по большим кошачьим, и в соседней с нами Чехии (в Словакии кроме наших гепардов других не было) во всех зоопарках погибли все гепарды разом. Наши тоже болели — тяжело, но выжили только за счет того, что были совсем ручными: мы сидели с ними сутками, нам удавалось уговорить их пить лекарства, переносить капельницы, и мы справились. В природе им и так выживать непросто, а тут и сокращение среды обитания, и охота на них — вот их и не осталось...

Хорошая новость в том, что, несмотря на эти проблемы, Израиль предпринимает усилия по восстановлению популяций леопардов и гепардов.

Одним из основных мест восстановления леопарда — горный регион Хермона, популяции гепардов — в пустынных районах, например, в пустыне Негев.

Возможно, в будущем мы сможем увидеть этих последних животных снова, и тогда экосистема вернется к балансу, сохранению прежней гармонии.

В общем, природа — как сложная головоломка. Убери один пазл, и вся картинка рушится. Так что давайте беречь каждую букашку, а то потом самим же хуже будет.

Давайте думать о природе, как о хрупкой вазе. Беречь ее нужно, чтобы она не разбилась. Иначе потом осколки собирать — удовольствие еще то.

Наталия Александровская

26 марта во всех кинотеатрах страны проходит "День кино". Это ставшее уже традиционным мероприятием направлено в первую очередь на поддержку израильского кинематографа. В отличие от Америки, где отечественные фильмы смотрят гораздо больше зарубежных, израильская ситуация напоминает европейский рынок — голливудские блокбастеры по кассовым сборам в разы превосходят произведения местных режиссеров.

Между тем, израильский кинематограф более чем достоин того, чтобы с ним познакомиться. Весь день во всех кинотеатрах страны (кроме особых показов и вечерних сеансов) можно сходить в кино всего за 10 шекелей вместо обычных пятидесяти.

Кстати, обратите внимание — при покупке билетов на сайте цена всегда выше. К примеру, вместо 10 шекелей в "День кино" стоимость билета на сайте — около 15 шекелей.

В списке фильмов, которые стоит посмотреть, — участники международных и израильских кинофестивалей. Вот, к примеру, картина Мии Дрейфус "Трасс 65" со звездой "Фауды" Иданом Амеди в главной роли. Фильм получил гран-при фестиваля полицейских триллеров Reims Polar во Франции.

Еще один призер международных фестивалей — "Кабаре без границ". Это дебют израильского актера Рои Асафа, который был удостоен особого упоминания жюри на кинофестивале Мар-дель-Плата в Аргентине.

В программе также фильмы из списка Иерусалимского кинофестиваля: "Молоко" Майи Кениг с Хилой Роуч в главной роли о бедной музыкантше, которая вынуждена продавать грудное молоко богатым женщинам, чтобы заработать на жизнь; дебютный фильм Пинхаса Вайи "Ни день, ни ночь" о расизме в среде ультраортодоксов, "Халиса" Софи Артус, который получил приз жюри на Хайфском кинофестивале, рассказывает историю бездетной медсестры, которая пытается сублимировать свою мечту о детях в помощь матери-одиночке и ее малышу.

Кстати, "Халиса" — первая большая роль актера Анатолия Белого в израильском кино.

Сегодня же состоится долгожданная премьера спектакля "Души" по книге драматурга Рои Хена в театре "Гешер". Режиссер постановки — Итай Тиран, чей спектакль "Ричард III" можно смело назвать одной из самых ярких работ театра.

В "Душах", как и в "Ричарде III", играет Евгения Додина, на этот раз ей достался женский персонаж. Ее партнером на площадке стал Ариэль Бронз. https://www.gesher-theatre.co.il/ru/repertoire/a/view/?ContentID=2840

"Души" — роман о поисках искупления, которого веками будет искать главный герой книги. Беря за основу концепцию о переселении душ, Рои Хен заставляет своего героя путешествовать из эпохи в эпоху, из локации в локацию, чтобы снова и снова переживать трагедию совершенного когда-то преступления.

В каждом новом воплощении — в еврейском местечке в Марокко, в Венеции, в Яффо — он надеется искупить вину и наконец избавиться от этого груза. Его перерождения мучительны. Каждый раз, заново выстраивая свою жизнь, он должен решить лишь одну задачу — отыскать сестру, чтобы разделить с ней груз ответственности. Но из раза в раз что-то мешает его освобождению.

Сам Рои Хен говорит, что рассказанная им история не только о вине и обреченности, но и о репатриации отчасти. Ведь переезжая в другую страну, мы берем с собой себя, при этом примеряя совершенно новую судьбу. Так что эта постановка может оказаться еще одним поводом задуматься о том, что мы теряем и находим, начиная жить в Израиле.

Кстати, на ту же тему и новый спектакль хайфского театра Alef "R.U.N.", тель-авивская премьера которого состоится в среду на площадке театра Hanut. Объединив пантомиму, сюрреализм, гротеск и другие формы пластического театра, труппа театра Alef берется осмыслить опыт.  https://www.facebook.com/events/998760644914634/

Алина Ребель

Как человек, живущий в Израиле ТОЛЬКО два с половиной года, я хорошо понимаю, что ещё плохо разбираюсь в местной политике, поэтому я не спешу выбирать сторону и делать политические заявления. Но одновременно — как человек, живущий в Израиле УЖЕ два с половиной года, — я не могу и не хочу просто смотреть на события сторонним взглядом: это достаточно большой срок для осознания своей созависимости со страной и даже зарождения чувства некой гражданской ответственности.

“Катаргейт”, увольнение Ронена Бара, вотум недоверия юридической советнице правительства, противостояние с БАГАЦом, многотысячные акции протеста во всех крупных городах — и всё это на фоне возобновившейся операции в Газе, трагедии с оставшимися там заложниками, фантасмагорическими планами Трампа, усиливающейся конфронтацией с Турцией и приближающейся войной с Ираном. Скорость новостного потока зашкаливает.

Но даже не это впечатляет сильнее всего. Публичность происходящего оставляет нового репатрианта с широко открытыми глазами и приоткрытым от изумления ртом: уже десятилетия в нашей старой стране политика не была такой живой и такой всеобщей. Мы не то чтобы отвыкли от такого, но, кажется, вообще не знали, что так бывает.

По последним опросам, например, по поводу отставки Бара, израильское общество разделилось ровно напополам — по 40+ процентов у сторонников и противников такого решения. Я с трудом могу вспомнить за свою длинную активистскую жизнь в России политический момент, который бы так разделил общество. И не потому, что люди в России в своей массе никогда не выступали против властей, а просто потому, что люди в России вообще никогда массово не интересовались политикой и не придавали особого значения происходящим “в верхах” пертурбациям. Людям в России, в основном, всегда и всё безразлично.

О том, что творится сегодня в израильском высшем эшелоне, говорят везде — родители у школы, старушки в автобусе, продавцы с покупателями в магазинах. Кстати, на этой неделе я обратила внимание, что там, где раньше в магазинах играла музыка, сегодня звучат выпуски новостей.

Удивительное рядом: вот как, оказывается, выглядит демократия — люди вокруг настолько восприимчивы к происходящему в стране, что ты физически ощущаешь, как они чувствуют себя её настоящими хозяевами со всеми вытекающими правами и обязанностями.

Вдвойне удивительно, что ты первый раз в жизни пробуешь демократию на вкус именно в тот момент, когда все вокруг говорят, что она — в опасности.

И пусть я пока не готова в полной мере оценить справедливость этих обвинений, я думаю, что одно их появление — уже нехороший знак.

Мы, люди, недавно приехавшие из недемократической страны, скатившейся в военную диктатуру, к таким предостережениям относимся особенно болезненно.

Нам есть, с чем сравнивать. Наш опыт не просто подсказывает, а кричит о том, что иногда лучше подуть на воду.

Кому, как не нам, знать, что демократия стоит того, чтобы за неё бороться.

Кому, как не нам, знать, что политический штиль достаточно легко и быстро может превратить любой водоём в авторитарное болото.

Вера Рыклина

Предположим даже, что порядок событий был именно такой, как описывает Нетаниягу. Предположим даже, что начальник ШАБАКа и еще какие-то должностные лица не любят Нетаниягу и хотят дискредитировать его в глазах общества. Все это, возможно, и никак не выходит за рамки закона при условии, что они говорят правду и совершают только предусмотренные соответствующими процедурами действия.

Никакой тайминг, в том числе и описанный Нетаниягу, не означает, что сотрудники его администрации, имеющие доступ в главную контору израильского государственного управления, присутствующие на секретнейших, закрытых мероприятиях, знакомые с фактами и документами, составляющими предмет государственной тайны, могут получать деньги от враждебного правительства.

То, что они их получали, уже подтвердил посредник. Пройти мимо этого факта ШАБАК не может ни при каких обстоятельствах. Собственно, для расследования такого рода ситуаций ШАБАК и был создан, и продолжает существовать.

Да, факт получения Фельдштейном и Урихом катарских денег должен быть проверен, в случае его подтверждения необходимо выяснить, знали ли они, чьи это деньги, какого рода обязательства были ими приняты перед плательщиком, какие из этих обязательств были исполнены и как. В общем, должна быть выполнена нормальная следственная, а затем и судебная процедура.

При различных поворотах дела может стоять вопрос или о халатности сотрудников канцелярии премьера, или о коррупции, или о государственной измене. Сейчас бессмысленно гадать, были ли нарушены статьи уголовного кодекса и, если да, то какие именно. Очевидно только одно.

Расследование обязано состояться, и оно не может зависеть от того, когда именно те или иные факты вышли за пределы узкого круга заинтересованных лиц. Тем более, оно не может зависеть от того, каковы политические вкусы тех или иных участников следственных действий, кого и почему они любят или не любят, за кого голосовали.

Собственно, на само существо этих вопросов и, разумеется, содержание будущих ответов тайминг вообще никак не влияет. Все, что нам сейчас доказывает опытнейший политик Нетаниягу, рассчитано строго на эмоции, а не на оценку фактов. Для него это уже стало привычным трюком — «ах, как можно им доверять, когда они все меня не любят».

Его не любит Высший суд справедливости, юридическая советница, ШАБАК. Но они и не должны его любить. Это требование отсутствует в их должностных обязанностях.

Госслужащие должны быть лояльны государству, а не личности. Нелепо настаивать на создании правительственной комиссии по расследованию 7.10, потому что главным виновником этой трагедии является правительство — в широком, американском смысле этого слова. Именно действия правительства в первую очередь должны быть расследованы, а подследственный не может решать, кто и как будет расследовать его провал, а, возможно, и преступление.

Постоянные попытки Беньямина Нетаниягу затормозить те или иные расследования на основании того, что следователи не испытывают к нему любви или даже симпатии, выглядят навязчиво и нелепо. Думаю, что еще ни один подследственный не требовал, чтобы следователем по его делу был человек, который обязательно его любит.

Наш премьер такой первый в мире.

Александр Осовцов

Археолог Адам Зерталь в 1980 году обнаружил на горе Эйвал груду камней на огороженной площади в форме ступни, что могло символизировать присутствие сынов Израиля на обетованной земле.

После того как исследователи разобрали груду камней, они увидели баму (сцену) размером 7×9 метров из неотёсанных камней, к которой вёл пандус.

Три нижние стороны строения окружал выступающий балкон, напоминающий «совев», известный из Мишны. К сооружению примыкали два вымощенных дворика с каменными конструкциями наподобие печей, внутри которых находились глиняные сосуды.

На всей площади огороженного объекта было найдено более ста таких приспособлений для керамической посуды и огромное количество глиняных черепков.

Во время исследования объекта, некогда закрытого белыми камнями, археологи обнаружили на полу слой пепла толщиной в полтора метра, где находилось около тысячи костей животных. Самым удивительным было то, что кости имели разрезы в области суставов и были слегка обожжёнными. Это говорит о том, что животных не употребляли в пищу, а приносили в жертву всесожжения. Огонь доходил до костей, полностью сжигая мясо, согласно предписаниям Торы.

Стало очевидно, что найденное сооружение — древний жертвенник, соответствующий описанию Торы: «Если же будешь делать Мне жертвенник из камней, то не сооружай его из тесаных, ибо, как скоро наложишь на них тесло твоё, то осквернишь их» (Исх. 20:25).

Адам Зерталь немедленно отправил картонные коробки с костями археологу, специалисту по зоологии Лиоре Горовиц. Уже на следующий день эксперт сообщила, что кости принадлежат четырём видам кошерных животных: баранам, козлам, крупному рогатому скоту и ланям.

В зоологической лаборатории Еврейского университета в Иерусалиме было исследовано 942 кости около сотни животных, среди которых оказались и вымершие ныне олени, некогда населявшие Эрец-Исраэль. На месте раскопок не обнаружено костей свиней, ослов или собак — только останки ёжика, который случайно там оказался. Кроме того, все жертвенные животные были самцами возрастом около одного года.

В книге Вайкра (Левит) содержится указание приносить во всесожжение животных мужского пола: «Если всесожжение жертва его из крупного скота, то мужского пола, без порока принесёт его…» (Лев. 1:3).

Интересно, что среди находок оказались кости лани — животного, пригодного в пищу, но не используемого в традиционных жертвоприношениях. Однако в одном из мест Талмуда обсуждается мнение мудрецов, которые отрицали возможность принесения ланей в жертву. Это может указывать на древнюю практику, существовавшую у израильтян за 12 веков до этого спора.

Радиоуглеродный анализ (^С14^) пепла и костей показал, что речь идёт о XIII веке до н. э., что в точности соответствует времени исхода из Египта и расселения сынов Израиля в Ханаане.

Найденные на объекте черепки имеют характерные признаки древнеизраильской керамики: в отличие от ханаанской, она довольно грубой формы, без украшений и изображений. Почти на всех ручках глиняных сосудов были обнаружены округлые отметины и прорези. Возможно, такая маркировка указывала на святость предметов, предназначенных для нужд святилища. В Шило (Силоме), где находилось главное святилище сынов Израиля — переносная Скиния (шатёр), также обнаружено множество маркированных ручек.

Среди других артефактов, найденных на месте раскопок, были украшения (например, серьги в египетском стиле) из золота, серебра и бронзы.

Одной из самых захватывающих находок стали египетские печати в форме жука-скарабея, датированные второй половиной XIII века до н. э. — временем правления Рамсеса II, с именем которого связывают исход сынов Израиля из Египта.

В следующей последней части повествования мы расскажем об этих и других артефактах.

Рами Юдовин