– Наш рассказчик доверился своему отчаянью, а прав ли он в итоге? а смог бы он жить дальше в таком мире жестокости? – начал монолог незнакомец, – смог бы вернуть Ди? Никто не знает. Он лишь доверился своим отрицательным эмоциям и исчез навсегда. Можно только гадать, что могло бы быть.. – ледяной взор пал вниз, – в этом мире его больше нет. Нигде его нет. Он обрёл спокойствие. Спустя столько лет. Разве это не хорошо? Все говорят, что мы плохие, ведь с самого начала мы хотим только украсть тело, убив душу, но ведь мы берём тех, кто в отчаянии и сломан жизнью, разве плохо, что мы даём им свободу? Мы никогда не убиваем сами, мы лишь управляем процессом, когда человек сам решится покончить с этим миром. Вы хотите задержать их на земле, оставить их жестокой жизни, разве не это зло? Вы лицемерны, – он оглядывается по сторонам и садится на невидимую землю, – мы изначально знаем, что хотим. Да, мы обманываем ради тела и пойдём на всё ради него, это мы не отрицаем, а вы закрываете глаза на то, что этим людям плохо. Мы воплощены из их отчаянья, злости, ненависти и всех отрицательных эмоций, чтобы оборвать их жизни, мы рождены из их мучений, не стоит этого отрицать.

Я пал на дно. Теперь каждый день я пил до беспамятства, пытаясь скрыться от проблем, от Ди, от всех. Я не бывал дома, ночевал на улицах и отдалился от команды. Каждый раз, когда они пытались помочь мне или поддержать, я покрывал их матами. Дни стали одинаковыми. С самого утра я пил, потом меня мучил Ди, я снова пил и так до отключки. Я перестал выступать, перестал следить за собой. Даже Ди, что так с радостью издевался надо мной, всё меньше трогал меня в таком состоянии. Я не видел больше надежды. Если я брошу и вернусь на сцену, то Ди продолжит унижать меня. Больше нет чего-то, что могло бы спасти меня. Я всё испортил. Лучше бы я погиб с родителями и не портил отношения с Ди и командой.

Вскоре команда бросила меня, я был балластом. Они бросили, но очень долго старались поддержать. Не виню их, я бы тоже бросил себя в таком состоянии. Я почти перестал бывать в трезвом состоянии. Я лишь был в снах и ждал, когда Тумо придёт ко мне. Я ждал помощь.

Он пришёл нескоро. Тумо предложил мне прогуляться в лесу, ведь я там давно не бывал, а я люблю его. Я взял свой пистолет и пошатался к лесу, поскальзываясь на снегу. Ах да, у нас же наступила зима..

Больше я не рассматривал лес, ничего не представлял, я просто брёл, даже не смотря куда. Мне было всё равно. Лишь в лесу у меня появилось ощущение, что Ди последовал за мной и теперь меня убьёт. Тут уже у меня явились эмоции. Страх и паника. Я не хотел умереть. Тогда я заметил какую-то пещеру и забежал туда, я не думал есть ли там медведь. Паника хорошо управляла мною. Здесь было темно. В начале был туннель, а после шли разветвления в три разных стороны. Я побежал вперёд и наткнулся на тупик. Сзади послышались шаги и тяжёлое дыхание. Рука тут же на автомате зарядила пистолет и я повернулся к пришедшему лицом. Не медля, я выстрелил. И только потом увидел, что это был совершенно не Ди. Некий незнакомец. Я упал на колени. Я не чувствовал страха, что я убил кого-то. Во мне было только спокойствие, что это был не Ди. Без сожаления о содеянном, я потащил тело ближе к карьеру. Нужно побыстрее избавиться от тела и крови. Незнакомца я выбросил поглубже в воду, а после пошёл собирать с помощью снега и, когда требовалось, ткани, кровь. Весь кровавой снег я выбросил в воду. Вроде как я всё идеально скрыл.

Со спины послышались шаги.

– Что ты делаешь? – я сразу узнал голос. Тумо. Его голос невозможно перепутать. В ушах эхом, звенящий..

– Прячу труп.

– Поможешь мне? Ты обещал.

– Конечно.

Тумо толкнул меня в воду и я сразу погрузился в тёмную пучину. Он нырнул за мной и схватил руками мою шею. Я почувствовал, как он сжал её. Не сумев сдержать, я закашлял и почувствовал боль. Слишком больно сдавливал. Но я не сопротивлялся и просто наблюдал за происходящим. Я так и не узнал кто этот Тумо и больше не узнаю. Я не смог прожить хорошую жизнь и вряд-ли смогу. Нет надежды. Нет сил. Ди сошёл с ума из-за отца и матери, а я ещё больше подтолкнул его к этому, вот так бросив. Мне не вернуть его назад. Я не смог сделать свою карьеру хорошей, прославить команду, сблизиться с ним. Мне нечего тут делать. Здесь осталось только отчаянье, печаль и чувство вины. Воздух закончился быстро, веки стали очень тяжёлыми и я закрыл глаза. Тумо с самого начала хотел убить меня?

В тёмной комнате на повторе стоял телевизор. Он транслировал новости. В карьере нашли человека, которого убил Джеймс, самого Джеймса нашли там же. Неудачник-певец сам убился, по всей видимости чтобы не нести ответственность за убийство. Экран резко затух и послушался скулеж собаки. Она смотрела на тело Ди в петле.

Я не знаю сколько прошло времени, я потерялся в нём. Мне оно переставало быть важно. Всё моё время занимал буллинг. Ди с каждым днём давал волю своей жестокости и с каждым разом она становилась всё более невыносимой. Я чувствовал, как вместе с ним схожу с ума. Мы оба ступили на дорожку, с которой не свернуть. У меня не было сил просить о помощи, хотя она мне очень требовалась. Я устал проходить через эти муки.

Вчера Ди принёс раскалённый нож и вырезал на моей спине «Предатель», а после вылил раскалённое масло туда. Мне казалось, что я в эту же минуту погибну, но он не позволил. Я кричал так сильно, что сорвал голос и моё горло начало сильно болеть. Это было невыносимо, я корчился по полу и пытался избавиться от жгучей жидкости. Я перестал чувствовать реальность, лишь боль и сумасшедший смех Ди. Для меня прошла вечность, а на деле всего-то пара минут. Бывший друг грубо поднял меня, чтобы я сел, потушил сигарету об мою щёку и дунул дымом в лицо. Я тут же зажмурился, дёрнулся от боли и зашипел. Не стоило этого делать. Он крипово улыбнулся своей широкой улыбкой, обнажая зубы, а после дал мне сильную пощёчину. Щека закипела огнём, на ней явно остался след. Я не посмел повернуть голову. Мне оставалось лишь терпеть это всё. Тумо был прав. Ди на самом деле всё это время притворился. Он хотел издеваться надо мной. Тумо, где же ты?.. Спаси меня, если я ещё могу помочь тебе.. Используй меня в своём плане, даже если мне придётся убить кого-то. Я не хочу продолжать это. Мои веки стали очень тяжёлыми, ко мне вернулась сильная усталость. Последнее, что я увидел, это как Ди внимательно смотрел на меня, картинка перевернулась и я отрубился на полу.

Очнулся я уже связанный на стуле. Ди неподалёку точил нож. Мутным взглядом понаблюдав за ним небольшое время, я осознал что он делает и задергался. Стул стоял не устойчиво и я рухнул назад на нём. Ди обернулся ко мне и захихикал.

– О, очнулся? Славно, как раз хотел, чтобы ты всё чувствовал, – он поднял меня на стуле за волосы и безумно посмотрел в мои глаза, – я же говорил, что ты пожалеешь.

Я распахнул глаза и хотел закричать, но только осознал, что мой рот заклеен. Что он собрался делать!? Ди прочёл мои мысли по взгляду и ухмыльнулся. Его ухмылка теперь походила на Тумо. Такая же загадочная, отвратительно пугающая, холодная и не предвещающая ничего хорошего. Когда тот взял нож, я напрягся и подергался, пытаясь избавиться от верёвок. Он собрался убить меня? Я не хочу быть убитым им! Опять раскалённый нож? Будет бить им? Я почувствовал как глаза намокли и по щекам потекла солёная вода. Ди посмотрел на меня и расхохотался.

– Как же ты жалко выглядишь! – он говорил с наглой улыбкой, прищурив глаза, – так и хочется ударить тебя, чтобы отчаянья в твоих глазах стало ещё больше.

Я судорожно сглотнул. Спасите..

Прошёл год, если я правильно понял. Или два? Сколько сейчас времени? Я попал в петлю мук и не мог выбраться. Полиция не могла спасти меня, деньги решают всё. Ди публично унижал меня, срывал один концерт за другим, выставляя меня посмешищем, выпускал настоящую жестокость, когда мы оставались наедине. Тумо, как я понял, бросил меня. Все бросали меня. Я очутился на месте Ди, когда его последний человек, который ему был важен, покинул.

Сегодня состоит вновь ещё один неудачный концерт. Я уже знал, что он точно будет сорван, но ещё не знал как. Он мог придумать что угодно. Вздохнув, я глянул на бутылку водки в магазине. Иногда мне кажется, что я опущусь на дно и возьмусь за выпивку. И, похоже, это время с каждым разом становилось всё ближе. Но сейчас я отдернул руку и купил обычной воды, чтобы горло было в порядке, когда начну петь.

На сцене я выдавил улыбку, взял микрофон и начал петь, прикрыв глаза, чтобы не видеть взгляды, ждущие, когда начнётся моё унижение. Я слышал, что всё же некоторые подпевали мне, но их было так мало, что это не заставило меня почувствовать облегчение. Быть может это не моё? Может и правда стоит бросить это дело? Всё же я заметил Ди по его красноватым волосам. На нём была дорогая рубашка и чёрные штаны, образ подходящий под его характер и внешность. Он болтал со своей командой. Неужели ничего не произойдёт? У меня появилась надежда и я расслабился.

На середине песни на меня вылилась красная краска, музыка оборвалась и я застыл. Нет.. Толпа засмеялась и стала дружно кричать унизительные клички. Марк, один из моих близких друзей в команде, стал подходить ко мне, а за ним остальные члены команды, но тут же отпрянули в стороны. Сцену поджог Ди. Пламя легко вспыхнуло и я заметил, что вместе с краской на меня был вылит бензин, вся сцена была в его каплях. Команда спаслась. Я в шоке застыл и стал отступать назад, где ещё не было огня. Он собрался убить меня?.. Стало невыносимо жарко, пламя стремительно двигалось в мою сторону, доски трещали, ввысь выпрыгивали огоньки. И тут я заметил, что несколько людей из моей команды подбросили ко мне сверху верёвку, забравшись на дерево. Не медля, я бросился к ней, зацепился и почувствовал, как они подняли верёвку, чтобы я не попал в пламя, когда буду пролетать на верёвке, словно на тарзанке. Приземлился я очень неудачно, рухнул на землю. Силы испарились, глаза сами закрылись. Толпа уже успела разбежаться, когда сцена только загорелась, бросив меня на произвол судьбы. А вот и скорая..

Очнулся я уже в больнице. Первой мыслью было, что Ди стал очень жестоким. Он хотел меня убить. Он совсем меня не жалел. Не хочу больше вступать на сцену. Он может повторить..

– Привет, – на кушетку присел Тумо, смотря на меня. Я вздрогнул и тут же посмотрел на него. Явился? Я отвернулся от него, – пхах, ждёшь извинений? Ну, прости, у меня были неотложные дела.

– Почему ты не помог мне?

– А ты хочешь? – он улыбнулся.

– Да.

– Тогда.. я могу помочь тебе, хочешь, Джеймс?

– Хочу.

На лице Тумо мелькнула злая улыбка и он положил на мой лоб руку, – отдохни.

Я вновь почувствовал прилив усталости и тут же отрубился.

Я оказался в парке. Тот день, когда я метался по нему, думая, что Тумо преследует меня. Ди остановил меня и с беспокойством осмотрел.

– Что с тобой?

– Ди?.. а-а т-ты чего тут делаешь? – всё было в точности как в тот день.

– Гуляю. А ты, похоже, учишься бегать?

Я замолк. Я посмотрел в его ещё добрые глаза, которые почти заставили меня заплакать, – он пытается убить меня! – я прокричал эти слова, уже не надеясь, что он поверит.

В глазах бывшего друга мелькнул страх и волнение, – к-кто?..

Я не успел ответить. Сон, словно зеркало, начал разбиваться на кусочки и падать в тьму, я тут же почувствовал ощущение, что я должен бежать, как в первом сне, но тьма слишком быстро настигла меня и я очнулся в больнице, вскрикнув. Что значил этот сон? Ди бы смог помочь мне? Выглядело так, словно да. Я поступил неправильно?

Мы оба уже были готовы к экзаменам, ведь ответственно проходили к ним. Мы уже продумали свою карьеру и легко шагали к ней, знали чего хотим и так легко всё преодолевали. Не смотря на то, что мы разойдемся. Очень надеюсь, что Ди поймёт меня.

Экзамен прошёл очень скоро и мимолётно. Моя голова не была забита волнением и стрессом от экзаменов, она была забита Ди. Сегодня мне предстоит рассказать ему обо всём, а это куда волнительнее экзаменов. Да и экзамены я сдам легко..

Я всё успешно сдал. Теперь предстояло дождаться Ди и поговорить с ним. Я нервно сглотнул и стал наматывать круги, дожидаясь его. Он вышел счастливый и стал ещё более радостный, когда увидел, что я жду его. Я почувствовал, как сердце бешено застучало и больно закололо. Я очень не хотел видеть его лицо, когда он узнает то, что я расскажу. Но придется..

– Ди, я.. – я еле удержал взгляд на его добрых глазах, – нам придётся разойтись..

– Ч-Что?.. – он опешил и вздрогнул. Его добрый взгляд сменился на напуганный и непонимающий, – что ты имеешь ввиду?..

– Я ухожу в другую команду, я не смогу быть с тобой, прости.

– Мы.. мы больше не друзья? – его вопрос застал меня врасплох. Он думает, если я уйду, то мы не друзья? Но это же не так работает..?

– Не знаю.. – я правда не знал ответа на его вопрос. Я хотел оставаться друзьями.

В глазах друга вспыхнул холодный огонь, в них больше не осталось прежнего дружеского блеска. Я отшагнул назад, словно меня ударили. Ди в злобе нахмурил брови и испепелил меня взглядом.

– Предатель! – он толкнул меня на пол. Я больно стукнулся локтями об твёрдый пол и зашипел от боли, – я тебе верил! Это ведь из-за того, что у меня странная семья да? Потому что я мало забочусь обо всём? Да пошёл ты! Ты пожалеешь об этом! – он кинул папку с нашими фотографиями на пол, те разлетелись. Я не сдержал слёзы, протянул руку вперёд, пытаясь дотянуться до лучшего друга, но тот быстрым шагом уходил всё дальше и дальше, навсегда разрывая нашу дружбу. Тёмный коридор растянулся до бесконечности, я не мог уже вернуть себе Ди. Я взял топор и сам разломал наш путь. Осколки настоящего больно вцепились в моё сердце и я судорожно стал пытаться вынырнуть из толщи фотографий, чтобы успеть поймать того, кто остался в моей жизни. Но пучина сомнения и страха затянула меня, и я остался сидеть на месте. Я не знал что делать. Перед взором появилось озлобленное лицо бывшего друга. Я не хотел видеть его таким. Никогда. Он ненавидит меня. Мне стоило уйти, но что-то приковало меня к полу. Кажется, мой страх, печаль, бессилие и отчаяние обрели материальную форму в виде цепей. Мне хотелось крикнуть имя, но уже было поздно. Поздно метаться. Я уже совершил этот шаг. Я уже встал на край бездны. Мне пришлось минут тридцать приходить в сознании. Тогда я смог отцепить свой взгляд от тьмы с осколками и взглянуть на мою новую команду, что пришла меня успокоить и помочь собрать фотографии. Я вытер слёзы, грустно улыбнулся им и попросил повесить эти фотографии у меня в коридоре. Я никогда не забуду твою доброту, Ди. Прости меня, братец.

Мой др... Я опустил голову. Ди очень быстро прославился, хотя я не следил за временем. А его уже все любят, уважают и обожают. Все согласны с ним. Настолько, что долгое время не давали подняться на сцену, унижая мои песни. Бывший друг делал всё, чтобы я почувствовал вину за содеянное, молил о пощаде и бросил пение. Он не знал, что я и так очень жалею..

Сегодня был мой, наконец, первый концерт. Вся моя команда меня поддерживает, говорит, что мы сможем превзойти Ди и я справлюсь и без него. Хотелось верить, но я всё ещё чувствую неуверенность на счёт всего. Через какое-то время пришла моя очередь. Ди выступил прекрасно. Он спустился вниз, толкнул меня плечом и шепнул «ублюдок». Я зажмурился и сдержал слёзы. Через силу заставив, я смог подняться на сцену вместе с командой. Все внимательно смотрели на них. Ди не смотрел на меня, как и его новая команда. Я почувствовал сильную печаль и мои глаза упали на микрофон. Нужно.. ради команды.

Под конец нашей песни на меня сверху высыпался мусор состоящий из всех возможных отходов, следом по краям меня облило краской и отключилась музыка. Концерт был сорван. Я услышал, как захихикал Ди со своей командой и поплелся на спуск со сцены. Спустившись, я сорвался с места и в слезах побежал в сторону своего дома, стараясь игнорировать весёлый смех фанатов Ди.

Дома я стал пытаться отмыть это всё. Во время этого я услышал стук в дверь ванной. Моя команда пришла меня поддержать. Я молча выслушал их, поблагодарил и соврал, что всё нормально. Не хочу, чтобы они видели меня таким жалким.

Постояв под душем десять минут, а после помывшись, я вылез и стал вытираться. В ванную пробился вкусный запах свежеприготовленной еды. В животе заурчало. Когда я в последний раз ел? Я надел то, что принёс мне Ди. Этим оказалась моя любимая белая футболка с рисунком пейзажа леса и свободные штаны, чтобы я точно не замёрз. Тихо отперев замок, я выглянул в коридор и посмотрел в сторону кухни. Судя по звукам звона тарелок и столовых приборов, Ди уже накрывал на стол, хотя с кухни всё ещё веяло так, словно еда ещё не готова. Сглотнув, чтобы живот не заурчал, я вышел и закрыл за собой дверцу ванной, а потом прошёл на кухню. Ди заметил меня, улыбнулся и поставил мою тарелку на стол.

– Как ты? Хорошо себя чувствуешь? Не заболел? Мерил температуру? Ты пока садись, еда скоро будет готова, – он указал рукой на стул около моей тарелки. На нём была мягкая подушка и тёплое одеяло. Так заботиться.. Я плюхнулся на стул и вздохнул. О себе бы позаботился, дурак..

– Я.. – Мне пришлось опустить взгляд, чтобы сердце не сжалось от доброго взгляда лучшего друга, – всё хорошо, я нормально себя чувствую.. Можешь не беспокоится.

– Да? – Ди выдохнул и, кажется, облегчённо улыбнулся, – это хорошо. Я рад, что ты в порядке. Я бы не пережил, если бы с тобой что-то случилось.. ты упал в лесу в озеро?

– Ну.. типа того.

– Не ушибся?

– Всё в порядке, Ди, говорю же.

Ди устало вздохнул, – окей.. всё и дальше должно быть хорошо, Джеймс. Я уверен в этом. Мы с тобой сможем двинуть этот мир нашей музыкой, серьезно. Мы будем разъезжать по миру вместе, дарить всем песни, станем популярными. Все будут считать нас братьями и все будут нас любить. И это всё будет из-за тебя, – он хихикнул.

В груди кольнуло чувство вины. Опять он представляет это. Так больно думать как он отреагирует, когда узнает, что я покину его. Всё так продумал, надеется, а я... Вскоре Ди поставил еду на стол, разложил порции по тарелкам и принялись есть. Готовил он отменно, лучше всех в мире. Талант прям. Его мама научила, она тоже очень вкусно готовит. Аж завидно всем становится.

Поев, Ди вытащил фотографию из кармана, взял канцелярскую кнопку и прицепил фото на мою стену в коридоре. Я глянул на неё и всё внутри сжалось. Я и Ди. Лето, мы на отдыхе, так спокойно, ничего не беспокоит. Лучшие друзья, так и видно. Когда Ди заговорил, мне пришлось с трудом оторвать взгляд от фотографии и посмотреть на друга.

– ты самый лучший человек, которого я встречал, Джеймс. Ты всегда мне помогал, а я тебе, не бросал меня, дружил всё это время. Без тебя я бы не смог дожить до этого дня. Я рад, что ты на моей стороне.

Во мне вновь закололо чувство вины, грусти и гнусного предательства. Я почувствовал ком в горле, который стал давить, заставляя слезам все дальше вылезать наружу. С трудом их остановив, я отвернулся, чтобы скрыть покрасневшее от слёз лицо.

– Давай посмотрим фильм, м?..

Ди ушёл после фильма. Мне было трудно смотреть фильм с ним. Я никак не мог сосредоточиться на просмотре. В голове крутились мысли о предательстве и как я всё сделаю. Его слова не выходили из моей головы, повторялись, звенели. Это заставляло сходить с ума. С этой мыслью я услышал странный звук в окне. Подойдя туда, я встал, как вкопанный. В окно залез Некий. Это как понимать? Что ему надо? Почему влезает как преступник? Некий заметил меня и улыбнулся, прищурив свои и без того хитрые глаза.

– Здравствуй, Джеймс, – он без объяснений начал разговор, да с таким голосом, словно ничего такого не случилось и вообще мы друзья, – здоров? Да? Супер. Ты, наверное, уже задолбался спрашивать себя кто я такой? – он хмыкнул, сам мысленно отвечая на вопрос, – можешь звать меня Тумо.

– Т-Тумо?.. – ошеломлённо переспросил я. Что за имя такое? – мне всё равно на твоё имя, что тебе нужно от меня?

– Ах, жаль, ты не из догадливых. Хотя.. это даже лучше, – он задумчиво посмотрел в пустоту, а после широко улыбнулся, резко переведя взгляд на меня, – познакомимся?

– Что? – я опешил и отшагнул назад. Что за жуткий взгляд?

– Что "что"? Познакомиться предлагаю. Не знаешь что это такое? – он осмотрел меня взглядом.

Я пару раз вздохнул, выравнивая мысли и эмоции, – зачем мне знакомиться с тобой?

– И это говорит тот, кто сам вечно думал кто я такой? Уже не хочешь узнать?

– Да твоё блядское имя мне ничего не говорит! Я всё ещё не знаю кто ты такой! Почему только я тебя вижу!? Зачем ты преследуешь меня!? Почему ты был в том сне!? – я психанул и стал орать на него, размахивая руками. Странный Тумо оставался абсолютно спокойным и холодным.

– Всему своё время. А вот зачем преследую.. Мне нужна твоя помощь.

– Помощь? С чем? – нетерпеливо переспрашиваю я. В глазах собеседника мелькнула лёгкая злость.

– Для начала послушай то, что я хочу сказать. Твой друг притворяется. Он только строит из себя абсолютную невинность и то, что будет с тобой всегда. Он бросит тебя, когда ты сообщишь о своих планах. А если и оставит, то ты будешь в его руках марионеткой. Не верь ему.

Я внимательно всё выслушал. Я чувствовал сильное возмущение, что как он смеет так отзываться о моём самом лучшем друге, что он ничего на самом деле не знает, но так же в глубине души я почему-то верил ему. Мне пришлось медленно кивнуть, – хорошо... я помогу, что бы это ни было.. но в случае, если это будет что-то преступное, то я не стану помогать.

Тумо довольно улыбнулся и одобрительно кивнул, – конечно, – он некоторое время смотрел мне в глаза, а после пошёл на выход, – мне пора.

Я не последовал за ним. Не хочу. Хочу обдумать всё. Этот человек, если он является им, слишком подозрительный и мне неуютно с ним. Я всё ещё совсем не знаю его и это пугает. Зря я, конечно, дал согласие, но хоть успел сказать, что преступником я не хочу быть. В голову пришла мысль, что неплохо бы сделать схему или, быть может, таблицу, где я смогу записать всё, что смогу вспомнить, чтобы не потерять. Я глянул на фотографии на стене и выключил свет в коридоре, чтобы не мучить самого себя воспоминаниями, хоть и хорошими.

Я взял стул с кухни и перетащил его к столику в комнате, пару раз врезавшись в вещи в коридоре. Надо будет привыкнуть к этой темноте. Я не хочу снимать эти фотографии, письма и записки. Слишком дороги мне. Плюхнувшись на стул, я взял чёрную ручку и первый листок, что попался под руку. Итак. Что я имею? Во-первых странный сон. Я вписал этот сон на середину. Этот сон странный тем, что я мог адекватно мыслить, а так же после пробуждения на мне остались те же раны, что я получил там. Я принялся быстро всё писать, специально меняя слова так, чтобы не каждый мог прочесть их. Вписал несколько теорий как это могло произойти. Например, внёс сюда "лунатизм", хоть и не могло это произойти. После я начал прописывать всё, что знаю о Тумо. Его имя, его отличительные черты, те места, где я видел его, ключевые слова и то, что он явно против Ди. Во время написания я задумался над его именем и принялся искать значения, как вдруг вспомнил, что хотел назвать свою группу «Бездонный Омут». Омут. Если перевернуть это слово, то получается Тумо.. странно. Это совпадение или нет? Я никому не говорил об этом названии и нигде не записывал, значит этот Тумо ещё и мысли мои знает? Кто же он? Вскоре мысль переключилась на заполнение данных о Ди. Он мой лучший друг, я бы даже сказал брат, хочет петь со мной, а так же не знает о Тумо. Интересно, он хоть когда-то замечал его? Или правда только я вижу двойника? Кажется, если я скажу о том, что вижу, он подумает, что я рехнулся, но при этом это просто напросто мои опасения и я, если честно говоря, не знаю какая будет реальная реакция. Он всегда поддерживал меня и мы знаем друг друга очень долго, может всё не так плохо будет? Но я тут же зачеркнул стрелку с этой теорией. Я брошу его. Ему не нужно знать о моих проблемах. Да и.. если Тумо прав? Если Ди притворяется? Если послушать сплетни в школе, то можно подтвердить это.. Я вздохнул и продолжил писать. Если я уйду в другую команду, то придется обязательно сообщить об этом Ди, чтобы он потом не узнал через время сам и не устроил скандал. В любом случае придется рассказать ему про это. Этого не избежать.

Через какое-то время я услышал новости. Прозвучали знакомые имена.

– Сегодня в городе Кровавые Поляны произошла авария на въезде в город, двое погибших. Натали и Сэм Сноу. По версии следователей, пара возращалась с командировки домой и там в них врезался грузовик. Водитель грузовика находился в алкогольном опьянении и предпочёл гонять по дорогам. На данный момент он находит в полицейском отделении и скоро пройдёт допрос.

Я с шоком посмотрел на экран. Там показали фотографии моих родителей и кадры дтп. Всё внутри меня замерло. Не подумав никакой мысли, я побежал в больницу, искренне надеясь, что всё же я увижу их живыми. Из моих глаз лились слёзы, я не мог в это поверить. Я не хотел верить. Мне было трудно осознать, что мамы и папы больше не будет. Я прибежал очень быстро. Обогнав парочку медсестёр и возмущённых людей, поднявшись на верх, я ворвался туда, где могли лежать мама с папой. На кушетках лежали два трупа. У мамы в глазах торчали куски стекл, в них виднелся страх, они были широко распахнуты. Всё лицо поблескивало, отражая лампы сверху, из-за крови, а шея вывернулась так, словно сломана. Одной руки не было, а на второй до костей была содрана кожа, отчётливо виднелись каждые кусочки плоти на руке. Мне показалось, что на кости трещина, но я не был уверен. Единственное, что оставалось целым - ноги мамы. Не считая того, что их чем-то придавило. Я не увидел папиного лица, оно превратилось в груду мясной каши. Его грудь была пробита частью авто, а ноги напрочь переломаны. Я не мог поверить глазам. Я почувствовал, как что-то внутри меня сломалось, разлетелось на кусочки.

Я бы простоял так весь день, если бы меня не окликнула мама Ди. Пришла вся семья Ди. Его мама, папа и он сам. На лицах чужих родителей виднелась скорбь и сочувствие. Только Ди был какой-то настороженный, поглядывал на них, держался подальше. Особенно заметно было, что остерегается он отца. Заметив мой взгляд на нём, друг сделал вид, что в порядке и тихо произнес, что сочувствует мне. Я перевёл взгляд на его маму, та пошла с отцом прощаться с моими родителями, а Ди пока предложил ненадолго пойти в гости к нему. Мне показалось это странным. Словно он не хочет оставаться один. Почему?

На улице отец Ди странно поглядывал на сына, приближался к нему, приобнимал за талию. Его мать явно специально всё игнорировала и смотрела в телефон. Ди же от каждого касания вздрагивал, его лицо бледнело и он нервно сглатывал. Атмосфера была очень напряжённой и отвратительной. Я начал разговор с Ди о экзаменах и его отец тут же отпустил моего друга и ускорил шаг. Что это было? Дома у Ди меня начали хвалить за оценки, то, что я так хорошо перенес смерть родителей. Эта похвала казалась мне странной. Почему это говорят мне они? Почему не для Ди? Я глянул на друга, что стоял в стороне. Он опустил голову и явно ревновал. Что происходит? Я посмотрел на его родителей, те продолжали хвалить меня. И тут Ди быстро подошёл ко мне и потащил в свою комнату. Я вздрогнул и растерянно посмотрел на того. Он был зол. Мне лишь приходилось молча следовать за ним. Ревнует, что меня хвалят? Когда мы прошли порог комнаты, он отпустил меня так резко, что я почти упал, а после запер дверь комнаты.

– Ди, ты странно себя ведёшь.. всё нормально?

– Забей, – он отмахнулся рукой, – слушай, почему ты избегаешь меня? Я ни раз уже замечаю это. Я как-то обидел тебя? Или, быть может, ты хочешь перестать дружить?

От таких вопросов я опешил. Мне хотелось сразу сообщить о том, что я хочу уйти в другую команду, но меня напрягал отец Ди. Его приставания к моему другу.. явно запретное. Как я могу оставить своего почти брата с таким отвратительным человеком?

– я.. пока не могу поделиться этим с тобой. Особенно тогда, когда я потерял родителей. Просто не обращай внимания..

Ди вздохнул и обнял меня, – всё будет хорошо, ты справишься, твои родители хорошо воспитали тебя. Если что, то я с радостью помогу тебе. Давай провожу тебя? Тебе лучше не оставаться здесь ночевать.

Я медленно кивнул. Тот облегченно выдохнул и начал собираться. Я подумал о том, что он намерено пытается сбежать из дома, не желая оставаться наедине с родителями. Бедный..

Я посмотрел по сторонам. Позади меня громко журчала широкая речка, в которой я и Ди весной ловим ручейников для коллекционирования их красивых работ. Теперь мы никогда не сможем такого сделать. Вода здесь была кристально чистой, приятно прохладной, сверкающей на солнце. Переходил я по небольшим скользким камушкам, выступающих из-под воды. Не хотелось мочить ноги, не планировал идти сюда. Над рекой склонялась великолепная ива, раскачивая своими ветвями по ветру, медленно скользя кончиками кос по поверхности воды. Рядом, на противоположном берегу реки, была проложена моя тропа. Вход скрывали гигантские папоротники, через которые не многие осмелятся пройти, представив клещей на них, а дальше полянка из кустов малины и разных ярких цветов, что очень чудесно пахли. Я не знал всех их названий, но замечал знакомые лепестки. Где-то застрекотал кузнечик, да так громко, что вскоре в ушах осталась только его песня. Мимо пролетали занятые пчелы со шмелями, вдохновляющие меня своим стремлением до конца жизни охранять свой дом. Это место было прекрасно всем. Я прошёл по полянке к двум берёзам, что создавали границу между «городским» и настоящими лесом. Сглотнув, шагнул под лиственную крышу, где на меня сразу упала тень и захватила тусклость леса. Он казался гигантским, но до места, куда я направлялся, нужно было идти безумно мало, и в основном по прямой.

Придя на место, я сел под камень, напоминающий трамплин, чтобы солнце не сожгло своим теплом. В поле было спокойно. Оно было огромным, его окружал лес, защищающий пришедших от проблем. Ветер здесь был нежный, успокаивающий, обнимающий.

Но.. резкий, громкий, оглушающий звук из неизвестного направления заставил вздрогнуть, тут же зажмуриться и инстинктивно закрыть уши руками. Звук мне был знаком. Выстрел. Без глушителя, что странно. Да и сейчас охотиться нельзя, весна же, тогда кто стрелял? Открыв глаза и посмотрев в небо, я увидел неприятную картину: с небес падал подстреленный коршун, что теперь напомнил просто мешок из перьев. Он шмякнулся на землю. Я не смог побороть в себе любопытство и полез смотреть. Мне казалось стрелок ещё не ушёл, так что дополз я на корточках, чтобы хоть на пару секунд продлить себе жизнь. Коршун был большой, сверху он не был таким. Перья бедняги медленно меняли свой цвет в кровавый, крыло было сломано, а шея вывернута. Отвратительное зрелище, не для слабонервных. К счастью относился я к группе со стальными нервами. Но находится рядом с погибшей птицей не лучшая идея. Вокруг вновь воцарил естественный шум живности, никто не подходил. Возможно стреляли ради шутки. Таких нужно ловить. Я медленно поднялся, отряхнул колени от грязи и заглянул в глаза хищной птицы. Янтарные глаза сверкали на солнце, отображая, что владелец драгоценных глаз мёртв. А если это ловушка? Всё стихло в голове, подбирая доказательства к сказанному. Может, это «некий» привлёк меня сюда? Мне неизвестно как давно он следит за мной, возможно, он мог узнать, что я приду сюда. Я медленно ступил назад, не поворачиваясь, смотря в глаза мёртвого. Я увидел, как рука незнакомца медленно обняла мою шею, держа в руке нож. Холодное лезвие коснулось горла и внутри всё замерло. Мгновенный страх зародился в животе, запульсировал холодом внутри меня. На лице незнакомца расплылся злой оскал, ледяные глаза хитро посмотрели со мной в глаза птицы. Ничего не оставалось, кроме как бежать. Изо всех сил туда, где меня никто не достанет. Я на удивление легко вырвался и рванул прочь. Не хочу умирать, я ещё не готов. Паника пожирала все силы, но сам страх не хотел, чтобы я остановился, он не хотел встретить зло с ледяным взором.

Сердце бешено и оглушительно стучало в ушах, в глазах медленно темнело от долгого бега. Нужно было остановиться, но я чувствовал, что мне конец, если я сдамся. Как во сне.

На меня напала быстрая усталость. Благо страх подгонял меня бежать. В глазах потемнело, я моргнул и предо мной появилась куча кустов шиповника, в которые я успешно врезался.

Земля резко ушла из-под моих ног, перед глазами нарисовались острые, разрушенные стены карьера, внизу он был затоплен ледяной водой, куда я и летел. Только у самой воды до меня дошло, что воздуха не будет и я еле успел задержать его в себе. Звуки заглохли, я мгновенно почувствовал жуткий холод, быстро разливающийся по моему телу. Хотелось закричать, но это было бессмысленно. Никто не услышит меня посреди леса. Никто..

Холод оковал меня, затягивал в тёмные глубину, намеревался никогда не отпускать. Я попытался всплыть, но моя одежда стала слишком тяжёлой, а конечности не слушались. Чёрная пучина жестокого холода продолжала медленно поглощать меня, безжалостно отбирала жизнь. Дрожащий голос мыслей шептал «это конец», всё во мне понимало это. Довольно глупая смерть..

Заставило приоткрыть глаза чье-то касание рук. Я видел уже очень мутно, а сил сконцентрироваться не хватало, но я заметил синий взгляд. А после резкий яркий свет ослепил меня и я зажмурился. Я почувствовал как теплый ветерок прошёлся по моей коже, согревая, а солнечные лучи нежно обняли, но мне всё ещё было очень холодно. Я тут же вспомнил про касание и перевёл взгляд на руку, которая держала меня за предплечье, а после мой взгляд поднялся к лицу спасителя. Я застыл от шока. Это был я сам. Это был "некий". Он может касаться меня!? Кто он!? А самое главное: что ему нужно?

Некий ухмыльнулся и стал согревать меня своей кофтой и руками. Почему он мне помогает? Уже во второй раз. Не просто так всё это.. У меня плохое предчувствие. Он молча согрел меня и повёл по крутой тропинке наверх, я тоже молчал, не хотел первый заводить разговор с этим ухмыляющимся незнакомцем.

Подъём был сложный, из-под ног то и дело выскальзывали камни, сыпалась земля, отрываясь от общей массы. Да и сам по себе он был тяжёлый за счёт резкого подъёма. А после попадания в ледяную воду без сил - тем более сложно. Мы поднимались, как мне казалось, десять минут. Тогда «я» повернулся и глянул на меня прищуренными ледяными глазами. Я поднял одну бровь, возмущённо смотря на него. Он лишь пару минут смотрел на меня и повёл на выход из леса. Он реально не будет ничего говорить? Это пугает. Этот некий очень хорошо ориентировался, как я понял. В голове сразу возник вопрос: потому что я знаю эти места или потому что он следил за мной?

Привел он меня к началу города, в район, где была моя квартира. Без слов.

– Эй, может уже скажешь зачем ты всё это делаешь? Мне не нравится, что ты ничего не объясняешь. Кто ты такой вообще?

Как обычно, ответа я не дождался и тот просто ушёл. Я было хотел пойти за ним, но меня окликнул знакомый голос. Ди. Он быстро подбежал ко мне, не посмотрев по сторонам дороги, и стал с беспокойством осматривать, греть и отводить домой. Голова загудела от тысячи вопрос, падающих на меня каждую секунду. Я не хотел отвечать. Может, потому что я подозревал его, или из-за того, что я думал, что не могу поделиться с ним своими проблемами. Во-первых он меня не поймёт, а во-вторых я же покину его.. Не хочу привязывать его себе на цепь из-за проблемы, которую он будет пытаться решить. Или воспользуется ею, когда узнает о предательстве.. Ди привёл меня в мою квартиру. Как брат, бережно снял мою верхнюю одежду, сделал тёплую ванну, достал одежду и отправил греться. Сам он пошёл готовить. Я заперся на замок и посмотрел в зеркало. По щеке проползла тонкая струйка. Прозрачная слеза упала в раковину, а за ней с другой стороны последовала вторая. Не контролируя, из глаз покатился град слёз, я сморщил подбородок и прикусил губу. Он слишком добр, он правда думает, что мы навсегда вместе.. Это.. Это слишком сложно!.. Я не могу так бросить его, это же полностью сломает и его, и меня. Как мне поступить? Это же безвыходная ситуация! Я посмотрел в свои глаза, пропитанные отчаянием. Меня затрясло от злости к себе. Нужно срочно решать.

Я не мог уснуть. Мне казалось, что в квартире кто-то есть. Это наблюдает. Ждёт чего-то. Тьма мешала мне понять, навевала воспоминания о том сне. Медленно сев, я посмотрел на выключатель в другом конце комнаты. Сейчас расстояние до него стало непреодолимым. Страшно подниматься и подходить к нему. Темнота в углу, как мне казалось, таила в себе виновника моих страхов. В мыслях я уже успешно включил свет, но в реальности я оставался неподвижно сидеть, вглядываясь в тьму. И чем больше я смотрел, тем чётче было ощущение слежки. Все конечности отказывались идти туда, в глазах медленно темнело, тишина превратилась в тихое гудение в ушах.

– Шшш.. – услышав это в одном ухе, я вскочил, вскрикнув, добежал до выключателя и ударил по нему, врубая свет. Дыхание, как и сердцебиение, участилось, руки затряслись и я быстро обвёл взглядом комнату, ища объект, что издал этот звук. Ничего. Ветер? Показалось? Призрак? Тот странный «я»? От последней мысли по телу прошлись холодные мурашки. Да. Он просто пытается меня напугать. Я уверен. Нужно включить везде свет, чтобы он не мог спрятаться в темноте. Медленно, тихо, словно мышь, я прошёл по тусклому коридору. Я ничего не боюсь. Это всего лишь странный тип, похожий на меня, взявшийся из сна и который следит за мной.. Под ногами скрипнул пол, заставляя сердце упасть в пятки и побежать за ножом. Я мигом схватил нож и включил свет на кухне. Он точно здесь! Я слышал! Он шёл за мной! Мне точно не показалось.

– Выходи! – я крикнул в пустоту и стал дожидаться его. Но никто не вышел. Боится. Вот и молодец. Нужно меня боятся!

Уснул я, когда пропали последние силы, в три часа ночи. Разбудили меня голуби, решившие устроить тусовку на моём подоконнике. Окно открыл сквозняк и городские птицы залетели ко мне в квартиру доедать крошки на подоконнике. Я очень вовремя проснулся, иначе бы они добрались до хлеба на столе. Уловив ухом их курлыканье, увидев их, я поднялся, полностью открыл окно и принялся выгонять их обратно на улицу.

Скоро экзамены, пора бы начать готовиться. Но сначала прогуляюсь. Надо подышать свежим воздухом, чтобы не сойти с ума. Я лениво сделал утренние дела, оделся и вышел на улицу. Сегодня на улице сияло жаркое солнце и редко гулял прохладный ветерок. От зимы остались только сугробы, уже напоминающее больше грязь, нежели снег. Это хорошо, зима ушла очень рано.

Я выбрал пойти в парк. В это время там никого нет. Всё никак не могу нормально обдумать происходящее. Всё отвлекает. А если он специально отвлекает меня, чтобы я ничего не понял? Краем глаза я заметил какое-то движение у себя. Это остановило меня и я поднял голову, посмотрев туда. Ничего. Показалось.

Или это был он? Он пришёл и исчез. Он опять следит! Мои ноги сами понесли меня куда глаза глядят. Я сам вышел в ловушку. Зверь опять на охоте. Что мне делать? Всегда прятаться? Что ему вообще нужно от меня? Может я по-настоящему сошёл с ума?

– Да-а-а.. – прошептал ветер, и я побежал в другую сторону, вздрагивая на силуэты незнакомца, появляющегося то там, то здесь. Это реально. Какой-то псих преследует меня. Помогите мне!

– Что с тобой? – знакомый голос прозвучал громче шёпота в ушах, распугивая галлюцинации. Рука остановила меня за плечо и повернула к знакомым синим глазам. Синие..

– Ди?.. а-а т-ты чего тут делаешь? – я сделал глупую улыбку, стараясь сделать вид, что это не я только что бегал по парку, пугаюсь воздуха.

– Гуляю. А ты, похоже, учишься бегать? – он вопросительно поднял бровь, – или как понимать твоё бормотание под нос и бег по кругу?

Бормотание? Такое было? – Ха-ха.. Да я это.. – нужно срочно что-то придумать! – всё никак не определюсь куда пойти, ха-ха... – я медленно убрал его руку со своего плеча, сделал шаг назад, почесывая затылок рукой.

– Точно? – он прищурился, пытаясь разглядеть правду в моих глазах, но я отвёл взгляд.

– Да, да, да, можешь идти, – а пошёл я. Прочь от сюда. Не хочу втягивать его в свои проблемы. И он не захочет помогать, узнав, что я скоро пойду в другую группу, бросив его. Я отошёл от него на пять шагов и услышал его шаги. Пошёл за мной. Чёрт, нужно уходить. Вдруг он подумал, что я сошёл с ума? Я не пошёл с ума! Или.. синие глаза. У «него» тоже синие глаза... А если они работают сообща? Мой лучший друг предатель.

Сбежать мне удалось. Ди не стал долго идти за мной. Я выдохнул и упёрся спиной в стенку. Никому нельзя верить. Все считают, что я сошёл с ума, но это не так. Они за «того», потому и не понимают меня.

Закончив, я понял, что передвигаться в бинтах ой как неудобно - то сжимало, то открывалось, то что-то другое. Особенно неудобно надевать на всё это одежду. Особенно школьную. Пока наденешь эти джинсы, успеешь прошипеть парочку гнилых слов. Ещё эта ужасная усталость после сна, мешающая делать движения и говорящая «останься дома, зачем куда-то идти? Отдохни пару часиков»... Куда делись мои силы? Мистика какая-то.

Справившись со всем, я с трудом накинул на себя рюкзак, прохромал на кухню, где пару минут поглядел в глубь светящегося холодильника, приятно морозившего вспотевшее лицо, выпил три-четыре глотка холодной воды и закрыл холодильник. Есть совершенно не хотелось, даже с потерей сил. Спать хотелось, но я чувствую попросту не смогу. Я не выспался - так почему? Так. Школа.

На улице дул приятный прохладный весенний ветерок, гоняющий листья, оттаявшие из под сугробов, по небу и кидающийся ими в прохожих. На неровном асфальте блестели тёмные, на вид бездонные из-за грязи, лужи, рядом, журча, бежали более чистые ручейки воды, по которым все пускали различные вещи: от мелких палочек, найденных неподалёку до наикрасивейших корабликов, сделанных вручную.

На то, как любой человек любого возраста пускает по такому ручью какой-нибудь предмет, радуется, следя за ним, сопровождая его, нельзя смотреть без улыбки. Я редко так делал, а сейчас захотелось отправить в плавание, прилетевший на плечо, листочек дерева. Я аккуратно взял его за тонкое пюсовое основание, медленно, не до конца, присел на корточки и отправил его по ручейку с горки в сторону моей школы. Быстрое течение мгновенно подхватило мой листочек и понесло вниз, я тут же поднялся и быстро зашагал за ним, стараясь не отставать и не сделать хуже себе. Не растаявший лёд по краям дорожки создавал очень интересные препятствия, и я невольно увлёкся рассмотром сложного пути листка, так что перестал замечать весь мир вокруг.

И зря. В какой-то момент дорога сменилась. Здесь недавно растаял снег и снова заледенел, создавая чистый гололёд, а я поскользил вниз на своих нисколько не зимних кроссовках, не в силах остановиться. И так улетел бы я на дорогу к машинам, если б меня не успели поймать почти у её края. С испугом рассматривая дорогу перед собой, где на машинный зелёный свет полетели машины. Моё сердце бешено стучало в груди, сейчас казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди от слепого хозяина. Руки и ноги тряслись от такой близкой смерти, но я утихомирил их одним выдохом.

– Когда ты уже купишь себе нормальную обувь, гонщик? Каждый год одно и то же, – знакомый голос лучшего друга прозвучал рядом со мной, усмехаясь, и он повёл меня в сторону школы, крепко держа за рукав.

– Привет, Ди. Я забываю купить.. – поворачиваюсь к нему и смотрю на него. Ди как всегда одет в тёплую одежду, в перчатках, шапке с шарфом, его ботинки не скользят, когда я вечно хожу в тонком, без шапки и шарфа, в летних кроссовках. Всегда забываю и просто забиваю на покупку, потому всегда болею в холодные сезоны.

– А, да, привет, – он посмотрел на меня, дружески улыбаясь, а после заметил бинты на моих руках и второй рукой указал на них, – вчера уже успел упасть?

– Ага.. – я соврал. А что мне ответить? Правду про сон? Каким бы хорошим другом он мне не был, он не поверит в такой бред.

С Ди мы дружим, я думаю, с детского сада, не помню точно, знаю только, что в первом классе мы уже точно были знакомы. Он хороший друг. Отзывчивый, общительный, не дурак, как бывает с некоторыми. Наши родители, как и мы, лучшие друзья. Не вспомнить ни разу, когда наши родители не праздновали что-то вместе, не отдыхали раздельно. Мне даже кажется, что дальше меня и Ди можно смело считать братьями.

С Ди я учусь в одном классе. Он в самом конце третьего ряда, чтобы сочинять текста на песни и не быть обнаруженным учителями, а я на второй парте первого ряда. Доску здесь видно очень даже хорошо и можно спрятаться от взора учительницы за кем-либо из впереди сидящих.

Ах да, мы с Ди пишем музыку. Он обычно текст, я подбираю мелодию на гитаре. Бывает и наоборот, но фантазии у него куда больше. Хотя ни одна песня без хотя бы одного мата у него не получалась.

После уроков мы каждый день ходим на занятия на гитаре, где в конце играем нашему руководителю. Он разрешает нам текста с матами. И это хорошо. Не хотелось бы каждый раз импровизировать, придумывать что-то другое, чтобы подходило и не сбивался ритм.

Он хочет, чтобы мы стали двумя главами нашей общей группы и стать самыми известными певцами. Говорит мол мы созданы для этого - созданы вместе сочинять, вместе петь и вместе добиться успеха.

В школе мы оба очень тщательно изучаем английский язык, всё связанное с музыкой. Русский, литературу там.. Я вот буду английский и литературу сдавать из выборочных экзаменов. Уже совсем скоро сдавать - пара месяцев и пора, а может меньше. Страшно. Мечтаю поскорее петь на сцене.

Но не знаю. Я познакомился с несколькими людьми, что собираются так же играть. Мы подружились, поиграли вместе, сочинили песню. Готовы играть вместе. Хочу быть с такой группой. Но Ди... Как сказать ему, что я больше не хочу быть в его группе? Что он будет сам в одиночку петь? Боюсь, что это разрушит нашу дружбу. Она у нас крепкая, но он столько спланировал.. А я возьму топор и разобью его планы на мелкие кусочки. Буду предателем? И ведь не могу уйти, ничего не сказав. Сказать боюсь.

Со всеми этими мыслями не заметил, как пролетел учебный день и уже пора возвращаться домой. Силы, к счастью, ко мне вернулись и я решил немного прогуляться куда глаза глядят.

Город у нас не большой, но красивый. Людей здесь достаточно, жить уютно, погода адекватная. Рай, как многие говорят. Я так не скажу - просто нормально. Тут я с самого детства, так что привык ко всему и ничего особо не удивляет.

А погода, как и с утра, была такая же - приятно прохладная, ветренная, светило солнышко, ярко отражаясь в сугробах. Типичная весна.

Городок у нас окружён лесом, в который я частенько хожу побродить и отдохнуть. Громадный лес с различными заброшенными людьми местами, разными карьерами и озерами, куда не ступают доможители. У меня даже карта есть, на ней я отмечаю места, на которых я побывал и зарисовываю примерную местность. До меня северную часть исследовали мои родители. Теперь моя очередь. Традиция так сказать.

И вот я дошёл до начала леса в одном из девяти районов, рядом стояла сцена. На ней, что логично, выступают, и я когда-нибудь буду. Обязательно. Немного полюбовавшись деревянной структурой моего будущего, решил залезть на неё, посидеть на краешке, попредставлять концерты. Я поставил портфель рядом с лестницей и поднялся на середину. Тут хороший вид вниз. Приятно, наверное, видеть, как тебя слушают толпы людей и твои песни им нравятся. Никогда не ощущал подобное, но, думаю, это классно.

Я долго сидел. Очень, очень долго. Полчаса, может, прошло. Я бы так и сидел, если бы не одно «но». «Но» в виде силуэта человека вдали, пристально наблюдающего за мной, не моргающего, следящего за каждым движением, словно шпион. Я напрягся, прищурился, пытаясь разглядеть его странную полупрозрачную фигуру. Мне кажется? Нет? Синие глаза следящего с интересом впервые моргнули и по ним я увидел, что тот улыбается. Заметил мой взгляд на нём? Это очень напрягает. Сколько он уже смотрит?

Мы переглядывались пару минут и только сейчас он сделал большой шаг в мою сторону. Тут же я разглядел его и был шокирован, стал не верить глазам, а по телу прошлись холодные мурашки. Это я. Это был я. Какого чёрта.. Я сделал один шаг назад. А он.. Он просто пропал. Как тогда. Что происходит? Я сошёл с ума? Напуганный произошедшим, я хватаю свой портфель и спешу прочь к дому. Он реальный? Или мне кажется? Почему я его вижу? Только я вижу? Я не понимаю!

Так. Где я, собственно? Здесь.. темно. Очень. И.. холодно? Неясное ощущение, но похоже на холод. Я не вижу здесь какой-либо поверхности, неба и вообще что-то. Сделав шаг, не падаю. Помню, что ложился спать. Как я очутился здесь? Или это сон? Но.. обычно во сне нельзя осознано думать? От большого количества вопросов, нахлынувших в мою голову, медленно приближалась паника - паника, что я здесь навсегда. Нет! Крикнул я себе. Я здесь не останусь! И ринулся вперёд, в пустоту, с каждым отталкиванием от пустоты под ногами ускоряясь.

Начал нарастать страх. Я зажмурился, приготовившись к худшему, а когда я открыл глаза, предо мной была длинная чёрная, мокрая, пустая трасса. Ночь. Вокруг только гигантские поля, за которыми виднелись густые леса. Топот бегущих ног по асфальту, уставшее дыхание и больше ни одного звука. Да что происходит? Я постарался ускориться - такое чувство, что за мной что-то есть. Не знаю почему, не знаю что, но я должен бежать.

Сердце уже сильно и больно билось в груди, боль давила в бока, в лёгкие словно закинули кристаллы, колющие стенки, ноги не слушались, окаменели, хотели отпасть. Сил больше не оставалось. И вот, споткнувшись об свою ногу, упал, проползя по голому асфальту, сдирая кожу на коленях и концах запястья, начала пястья. Я прижал пальцы к их основанию, сжимая руки и стиснул зубы. В глазах потемнело от падения.

Нет, я не сдамся. Морщась от боли и тяжело дыша, я пополз дальше, шипя от каждого соприкосновения с колючим асфальтом ранами, оставляя еле заметные пятнышки крови за собой, цепляя в свои раны мелкие камешки.

– Тебе помочь? – таинственный, слишком знакомый голос, тройным эхом с неизвестным искажением зазвенел в моих ушах, заставляя зажмуриться от неприятного звука и упасть на асфальт всем телом. Я вскинул голову к голосу, мгновенно застыв от шока, впившись взглядом в человека, в точности меня самого, что с улыбкой протягивает мне руку помощи. Я уже ничего не понимаю. Похоже это просто сон. Странный сон.

Разглядываю его, не веря своим глазам. В нём я не нахожу ничего отличающегося от меня, только вот ран у него нет, что даже обидно. Откуда он взялся? Бежал за мной? Просто появился? Ну почему я не обернулся? Хорошо, представим, что это сон. Значит я помогаю сам себе? Необычно. Я верю себе? Наверное.. Думаю, да. Да, верю. Медленно протянув ему руку, берёт её в свою и с лёгкостью поднимает меня на ноги, а я начинаю шипеть как газировка.

Я не успел отреагировать, как он потащил меня куда-то с трассы в поле, крепко держа за предплечье. Камешки в ранах с каждым движением словно впивались ещё сильнее, так что по пути принялся вытаскивать те, что успевал. Это было больно. Двигаться, вытаскивать, всё это. Почему такие реалистичные ощущения?

– А ммм... Куда мы идём? – неловко спрашивать себя.

Молчит. Не хочу спрашивать повторно, но, похоже, придется.

– Хэй?.. Больше не говоришь?

Он вдруг резко обернулся ко мне, заглядывая в мои глаза. Вздрагиваю от резкости и по телу пробегают мурашки, то ли от того, что это я, то ли от его холодного, ухмыляющегося взгляда. Не знаю.

– Будем молчать? – и на это ответа не последовало. Напрягает. Может зря я решил протянуть руку?

У леса он останавливает меня, отпускает и встаёт перед мною, смотрит на меня, осматривает, оценивает, чему-то ухмыляется. Теперь хочу рвануть обратно к трассе и сбежать, но я чувствую, что сил моих не хватит, а раны сыграют злую шутку. Я напряжённо сглотнул. Долго он это делает, будто бы не видел себя никогда. И тут мысленно ударяю себя по голове. Идиот, ты же так же разглядывал! Только без ухмылки.

Всё жду, когда он заговорит. Не хочу остаться без ответов на мои тысячи вопрос. Я хочу знать, что здесь происходит. Но прошло уже больше десяти минут неловкого молчания и он ничего не сказал мне. Развернулся. И просто пошёл куда-то. Я в недоумении посмотрел на его спину, немного постоял и похромал за ним. Да как это понимать? И странно вот что - его больше не было. Нигде. Пропал. Я остановился, вертя головой по сторонам. Зачем он тогда привёл меня сюда?

Я уже не помню, как именно проснулся на своей кровати и происходило ли что-то после моего ухода от себя. С трудом открыв слипшиеся глаза, оглядел свою мрачную комнату. Двинув рукой, чтобы откинуть с себя одеяло, я почувствовал ноющую, острую боль на местах, где были раны во сне. Подняв руки над собой, увидел их. Кровь уже успела стечь на предплечья. Как это возможно? Это был не сон? А что тогда? Я - лунатик? Очень странные дела. Так, нужно остановить кровь.

Попытавшись встать, сразу передумал, почувствовав, что силы куда-то пропали, но нет, кровь остановить нужно. Найдя в себе второе дыхание, задержав воздух во рту, я поднялся и поморщился. Как же всё болит.. Посмотрел на свои ноги. Кровь уже стекла по всей ноге, почти доходя до пола, почти окрасив всю ногу в свой цвет. Плохо. Очень плохо. Там такого не было. Я с трудом пополз в ванную, держась за стены. Потом отмою всё.