Он был провозглашен Генеральной Ассамблеей ООН в специальной резолюции, и отмечается 20 февраля ежегодно, начиная с 2009 года.

В резолюции признана необходимость дальнейшего наращивания усилий международного сообщества в области искоренения нищеты, обеспечения полной занятости, достойной работы, равноправия мужчин и женщин, социального благосостояния и социальной справедливости для всех.

В то же время мы видим, что потребители наркотиков являются одним из сообществ, испытывающих вопиющий дефицит социальной справедливости.

Мы провели небольшой опрос среди читателей нашего канала и получили ответы, которые наглядно иллюстрируют ситуацию с социальной справедливостью среди потребителей запрещенных веществ.

Так на вопрос «Как вы оцениваете свое материальное положение?»

52,9 % процентов оценивают свое материальное положение как нищету и бедность, у 35,3% лишь основные потребности закрыты и всего 11,8% опрошенных сказали, что живут в достатке.

Всего лишь 29,4% имеют постоянную работу, а у остальных ее либо нет, либо она то есть то нет.

Подавляющее число опрошенных потребителей запрещенных веществ не считает себя полноправными членами обществом и всего лишь 23,5% ответили, что чувствуют себя равноправными членами общества.

И всего лишь 17,6% считает, что обладают такими же правами, как и другие члены общества.

Ситуация в сфере гендерного равенства тоже обстоит не лучшим образом и из участвующих женщин всего 33,% считают, что обладают такими же правами как и мужчины

Данные ответы наглядно показывают всю картину вопиющей социальной несправедливости в сообществе людей употребляющих запрещенные вещества. Фонд Андрея Рылькова считает одной из важных целей своей работы устранение социальной несправедливости и работу по уменьшению последствий социальной несправедливости.

Напоминаем, что помимо этого в ФАР вы всегда можете получить чистые шприцы, презервативы, налоксон, перевязочные материалы, сделать тесты на ВИЧ/Гепатит С, получить консультации по вопросам здоровья и получить психологическую помощь. Фонд имени Андрея Рылькова занимается социальной работой, защитой прав людей, употребляющих психоактивные вещества, профилактикой ВИЧ-инфекции и снижением вреда, связанного с веществами.

Контакты для связи: 8 926 887 9087 (telegram/whatsapp)

Ваш ФАР

- Кто по вене ставится тот девчонкам нравится.

- Не ругай, пока не дунешь и не хвали пока не отпустило

- Если покупать шприцы перед поездкой за закладкой - большая вероятность того, что будет ненаход

- Перед подъемом ровным тошнить начинает, а потом в тубзик хочется

- Соблюдай правило двух такси. За стафом на одном, а домой на другом

- Если рубли переводятся в битки очень быстро, значит точно будет ненаход

- Если очень долго мучаешься с переводом, значит будет наход

- В аптеку за баянами со стафом не ходи. Беда будет

- Лучше один убитый, чем двое раненых

- В субботу торчишь - во вторник ворчишь

- Не расстраивайся, если спиды кончились. Зато отхода начались

- Как Новый год встретишь, так Рождество в отходах и проведешь

- Друзья познаются в отходах и ненаходах

- Если башка мокрая - подсуши феном

- Кокаин регулярно употребляют либо очень богатые люди, либо очень удачливые чайки

- Мама дала на дорогу, а хватило на две

- Знал бы прикоп - жил бы в Сочи

- Как посолишься - так и отловишься

- Без битка и киви - клада не вырыть

- Кому тайники да магниты, а кому прикоп да бандиты

- За магнит-закладку и заплатить - сладко

- Ебля под мефом дружбы не рушит

- Человек человеку - друг и брат, займ, возврат и перезаклад

- Хороший ввешник и в капилляр пятеркой поставит

- С паршивого шопа хоть купон или промокод

- Смех смехом, а минет под мефом

- Что в сугроб упало, то пропало

- Что ректально, то интроназально

- Семь кладов в одном падике

- В парке тихо, да с кладом возвращаться лихо

- Фен за носом не ходит

- К пустому кладу и геометку не надо

- Мал вес, да дорог

- Чем дальше в лес, тем больше мастер-клады

- На чужое посягать - палец потерять

- На фото надейся, но глубже копай

- С вечера грамм, с полуночи полка, на заре крошки в зипе

- У всякого наркомана - свои потайные карманы

- Хвались да не передознись

- Я не я, закладка не моя, да и я не курьер

- Репутация росла, да перезаклада не принесла

- Толер хуже соседа - добра не помнит

- Пьяный накуренному не товарищ

- Принял один - трипуют все

- Если дозняк долго и тяжело мутится, то скорее всего прохватишь хуйни или тебя швырнут

- Если ты слышешь “давай бабло и жди тут”, то тебя швырнут

- Если барыга говорит, что ты забираешь последнюю полку и завтра будет новое говно, то значит полка разбодяжена минимум в 2 раза

- Летом колемся - зимой молимся

- Какое может быть почему, когда есть героин?

- Сто пудов отпустит с марки, если выпить святой воды

- Первый не пудра - бросить трудно

- Когда падал пузырёк с винтом и разливался существовало поверие что типа хороший винт не разливается, а плохой не жалко

- Кто не кашляет тот не смеется!

- Самые жесткие трипы начинаются со слов "хуйня какая-то непрокапанная"

- Сигарета после плана догоняет растамана.

- Розы вянут от мороза, пацаны - от передоза

- Все дороги ведут – в нос

- Страшная клятва инъекционного нарк.пот: Век контроля не видать!

- Жизнь без кайфа вторяк

- Каков поп - таков и приход

- Кто-то пьёт и колется, а я люблю ускориться

- Дорожку на дорожку

- Ширево и порево это очень здорево

- Проверь дозняк, потом поздняк.

- Сначала обмутка - потом обмудка

- У винта есть три примочки - фосфор, йод и заморочки

-Кто с наркотиками дружен, тому секс не нужен

• Молись и кайся - колись и майся.

Утро 31 декабря 1999 года выдалось отменно херовым. Коля Ушаков по кличке Укол проснулся рано и как-то резко, словно рухнув с высоты. И сразу понял: взять негде и не на что. Все ресурсы были исчерпаны. “У кого можно было занять денег, я занял, кого можно было кинуть, всех кинул”, - с тоскою подумал он. А дурацкий предновогодний дух прямо в воздухе витал. За несколько лет употребления опиатов Коля его просто возненавидел: люди суетятся в радостном предвкушении, а ему надо думать, где взять, чтобы раскумариться, хотя бы этот проклятый праздник провести не болея. Он лежал и понимал: плохо всё, и очень скоро станет ещё хуже. “Все нормальные люди за шампанским идут, за мандаринами, а у меня вариантов-то нету”, - думал он, и слёзы наворачивались. Сил у Коли не было даже на то, чтобы идти чего-то продавать, да и нечего продавать-то было, так-то силы бы нашлись. Но всё, что в доме оставалось хоть сколько-нибудь ценного, Коля давно продал. Мать поставила на дверь своей комнаты замок, и все свои вещи держала там. Можно, конечно, было бы взломать, но не при ней же… Он лежал, страдая от мыслей, и долежал так до середины дня. “Жопа, жопа, жопа”, - думал Коля. Никому он не был нужен в этот предновогодний день. А была такая последняя надежда, может быть, кто-то зайдет, кому надо помочь взять, а тогда бы и для себя чутка надыбать, но нет. Это 31-е декабря, сынок. Все уже сами как-то решили свои вопросы.

И когда Коля подумал, что никакого смысла нет в его жизни, и возопил мысленно: “Боже, за что мне эти мучения?!” - раздался звонок в дверь.

- Слава тебе, Господи, кто-то зашел! - сказал Коля вслух, как бы действительно от всего сердца обращаясь куда-то в глубины космоса. Он встал с кровати, быстро натянул брюки на худые ноги, кое-где покрытые разной степени заживления болячками, на ходу напялил футболку с надписью “California” и открыл дверь.

- Коля, привет! Помнишь меня? Я мама Жени! - сказала стоявшая там невысокая тетенька в возрасте под 60, в коричневом пальто и шарообразной шапке из искусственного меха. Коля, конечно, помнил её. Это была мама того самого чувачка, с которым они за пару недель до этого хорошенько покуролесили, Женя Крупин его звали. Он у родителей своих украл полторы тысячи долларов, и они их вдвоём прокололи. Время прошло ярко, но быстро. Потом деньги кончились, и Женя вернулся домой, мол, всё, сдаюсь, перекумаривайте меня. И след его пропал. И тут мама его в дверях! Что ей надо? Непонятка. Коля слегка напрягся.

- Коленька, послушай, вот какое дело, - сказала женщина. - Женя мой был должен Серёже тысячу рублей, а до него что-то не дозвониться, я неделю звоню, всё время занято, наверное, номер неверно записала. Коля, ты не мог бы ему передать деньги?

- Тёть Галь! Ну, конечно! Конечно, я передам Серёже тысячу рублей, - сказал Коля, вкладывая в свой голос максимум ласковой убедительности. - Я как раз совершенно случайно собирался прямо сейчас сходить к Серёже, вы меня буквально в дверях поймали. Господи, ну, конечно, я всё передам. Долги надо отдавать - это дело святое.

- Спасибо тебе, Коленька, - сказала мама Жени и протянула ему сложенную пополам тысячную банкноту. - Очень выручил, до свидания, прости, что побеспокоила перед самым праздником!

- До свидания, не переживайте, всё будет хорошо, - Коля улыбнулся ей всем телом от макушки до пяток. - В новый год Женя вступит без долгов. С наступающим!

И захлопнул дверь.

Что это был за человек такой - Серёжа? Тоже какой-нибудь торчеман? Или барыга? Никакого Серёжу Коля не знал, не ведал, да и хрен бы с ним. Ушла мама Жени, а Коля подумал: “Хуяссе! Вот это - реальное новогоднее чудо! Господь смилостивился и вручил тысячу рублей. Что ж, раз так, поеду к цыганям! И возьму у них”. А на эти деньги можно было взять у цыган чуток, то есть четверть грамма. Ещё старые, добрые граммы тогда отмерялись, в конце 90-х, на рубеже веков, когда дорога считалась одной десятой грамма. И чуток у цыган - это была минимальная порция. Надел Коля свой потрёпанный куртец, натянул чёрную вязаную шапчонку и двинул “к цыганям”. А ехать надо было на автобусе в соседний микрорайон, а потом чуть подальше пешком идти, по мостку через овраг и в частный сектор, как в городе говорили, за линию. Там осёдлые цыгане жили, и в то время торговали они героином. Место было палевное, мусора тут же паслись, зайдёшь-то ты к цыганам зайдёшь, а вот на выходе надо было зорко по сторонам смотреть, чтобы с весом не попасться. С цыганами у мусоров был какой-то договор. “Ну, у всех со всеми какой-то договор, главное, с весом мусорам не попадайся, вот тебе и весь сказ”, - думал Коля, засунув руки в карманы куртки и шагая через мосток. Небо было серое, скоро темнеть начнёт. И вот - нужный дом. Он позвонил в звонок. Приоткрылась железная дверь, высунулась усатая цыганка Вита, узнала Колю, покачала головой:

- Нет, Укол, ничего нет, извини, брат, в новый год не работаем, всё добро закопали, приезжай-ка ты снова 1 января, да не раньше обеда, а лучше позже, только тогда начнём продавать. Сейчас не продаём, брат, извини, давай, иди. Праздник скоро!

Так. Облом. Но назад Коля шёл на расслабоне, нет веса - нет корма мусорам. Впрочем, мусоров видно не было - ОБНОН, значит, тоже Новый год отмечать собрался. Уже темнело. Дубак стоял такой, что пальцы в ботинках заныли. Хорошо, автобус сразу подошёл, отогрелся немного, пока назад трясся. И уже на ощутимых кумарищах приехал Коля назад к себе на район. И сразу, не заходя домой, метнулся на так называемый пятак - площадь, где сходились пять улиц и трамвай разворачивался, а посреди стоял универмаг “Дом быта”. За последние пару лет пятак стал эпицентром местной наркоторговли для мелких барыг, которые у цыган покупали грамм, делили на десять дорог и перепродавали. Понятно, что там была не ровно одна десятая грамма, а меньше, да и разбодяжено, ну, в общем, людям тоже жить надо. Зашёл Коля на пятак, встал так, чтобы в поле зрения как можно больше всего держать, мёрзнет и подсчитывает: на его тысячу можно взять пять дорог. Стоит и видит: вьётся там один мелкий барыга, второй, третий… “У этого хуйня какая-то постоянно, у того дороги маленькие, а у третьего и дороги маленькие, и хуйня. Если я сейчас возьму у них, то приду домой и за один раз всё это поставлю, и дай Бог, чтобы мне на сам Новый год чуть-чуть осталось догнаться, но и то не факт, если качество хуёвое и дороги маленькие. Нет, не надо у них брать. Надо мне дождаться Оксанку”, - подумал Коля. А Оксанка была его знакомая барыжница, у неё всегда ништяк: и дороги жирные, и качество. Решив дожидаться Оксанку, Коля включил силу воли: “Не буду брать хуйню на последние деньги! У неё возьму пять дорог, но они хоть нормальные будут”. Была у него в Оксану крепкая вера.

Прислонившись спиной к фонарю, Коля ждал, ждал, ждал и сильно застыл. Снежок повалил. Напротив входа в “Дом быта” стояла высокая ёлка, украшенная лампочками и звёздочками. Лампочки мерцали, звёздочки блистали. Но Коле было не до ёлок.

- Ну, где же ты, Оксана, ни шубы, ни кафтана? - произнёс Коля, стуча зубами, и принялся ходить туда-сюда, спасаясь от замерзания тела. И тут откуда-то сзади - бип! бип! - машина просигналила, и кто-то прокричал:

- Коль! Коль! Коль-Уколь!

Чего за хуйня такая? Обернулся Коля, а там такси, а в такси - Нинка! Стекло в окошке опустила и зовёт его, зубы скалит. А Нинка - это была молодая цыганка, которую Коля давно знал. Она раньше в том же частном секторе жила, за линией, где усатая Вита, по соседству. Семья её тоже героином торговала. Но где-то полгода назад они все внезапно куда-то переехали, и с Нинкой контакт потерялся. А тут она - бац! - зовёт его из такси.

“Хуяссе! Вот это прямо реальный Дед Мороз в образе Нинки!” - изумился Коля и сел к ней в тачку. Она говорит:

- Коль, слушай, я спиздила у мамки героина, сам понимаешь, Новый год, помоги продать. Ты же знаешь тут всех? Помоги раскидать его!

- Бля! Нина, базара нет, - Коля хлопнул себя ладонью в грудь для пущей искренности. - Ща мы тебе всё раскинем! Только, слышь, такая хуйня, я сам сейчас нераскумаренный, сил нет даже двигаться, еле дошёл сюда. Нин, у меня деньги-то есть, слышь, сделай мне по-новогоднему пиздато, чтобы нормально было. Я пойду, быстренько вмажусь, и всё мы тебе тут раскидаем хорошо, я тебе помогу.

- Конечно, Коль, давай деньги, - кивнула Нинка. И Коля отдал ей сложенную пополам тысячу. Достала Нинка откуда-то изнутри себя целлофановый пакет с бурым порошком, насыпала ему прямо вообще, ну, прямо реально дохуя! А водитель такси, усатый, щекастый, в это время в окно смотрел. Мотор работал приглушённо, негромко играла музыка, высокий мужской голос тянул: “Сука-любовь, сука-любовь!”.

- Спасибо, Нин, тебе от души, - сказал Коля. - Сейчас я домой схожу и сразу вернусь.

Вылез он из машины, идёт и думает: “С одной стороны, предложение её заманчиво, можно было бы ей помочь, и ещё бы она мне потом добавила, сука-любовь, но с другой стороны, у меня свои проблемы”.

А дело было в том, что где-то, наверное, за год до описываемых событий перестал Коля колоться чисто героином и начал колоться героином с димедролом. А в этом присутствовала такая особенность: во-первых, для здоровья это было хуже - вены сжигались, и Коле приходилось хорошенько помучаться, чтобы отыскать вену, куда поставиться, во-вторых, без димедрола уже не было никакого эффекта от героина. Но отношение к собственному здоровью у Коли было специфическое. “Болею я, подлечиться надо”, - так он говорил, когда слишком долго не употреблял и просил кого-нибудь помочь достать. “Не хочу весь Новый год провести, болея”, - так повторял он сам себе еще недавно утром. И несмотря на всю заманчивость предложения Нинки, шагая прочь от пятака в сторону дома, Коля всё более укреплялся в осознании того, что дома он и останется. “Там у меня димедрол, - думал Коля, убыстряя шаг против поднявшегося вдруг ледяного ветра. - Да пока я вену отыщу, да здоровье поправлю, уж точно вернуться обратно не смогу. Прости, Нинка, остаться с тобой - дело хорошее, но мне надо подлечиться, сама как-нибудь разберёшься!”

Порывы ветра секли лицо снежной крупой. Коля натянул шапку до самых бровей. Куртец продувало насквозь. Пальцы ног закоченели, и в тот самый миг, когда Коля уже был готов в очередной раз проклясть климатические условия родного города, ветер вдруг стих. Он доковылял до железной двери в парадную, нажал одновременно три кнопки на не хитром кодовом замке (762 - эти цифры тут же были нацарапаны на двери, так что в подъезд, при желании, проникнуть мог любой желающий). Серые ступени лестницы. Стены, до половины выкрашенные тёмно-синей, а выше - какой-то неопределённо бурой краской. Первый, второй, третий этаж. Достать ключ, попасть в замочную скважину с третьего раза (руки всё же задубели), открыть дверь, в прихожей снять куртку, скинуть боты (Коля аккуратно поставил их на коврик, чтобы не натекло). Скорее на кухню! Навстречу вышла мать с чайником в руках.

- Мама, какой хороший новый год получается! Ну, прямо всё удачно сложилось! - радостно сказал Коля. Она посмотрела на него, ничего не ответила и ушла к себе.

Включив все четыре газовые конфорки, Коля уселся на свой любимый диванчик, ожидая, пока воздух достаточно прогреется. Положил на табурет то, что получил от Нинки. Развернул. “Да, дала она реально дохуя, - с удовлетворением оценил Коля. - Хватит и сейчас вмазаться, и на двенадцать часов останется, и ещё на 1 января раскумариться”. Заварил героин, разбавил димедролом. Разделся до трусов и начал искать вену. Руки у него уже с полгода как были нерабочие, искал на ногах где-то с час, а потом плюнул и пошёл ванну наливать. “Полежу немного, отмокну, найду, куда поставиться, и разломаюсь для начала”, - успокаивал себя Коля. Ведь если тебя давно уже кумарит-ломает, то сразу нельзя нормально вмазываться. Как люди говорили, уйдёт в разлом. То есть ты ставишь себе нормальную дозу, а она просто разламывает тебя, снимает кумары, но не даёт целиком нужного эффекта. По уму сначала следовало ставить минимально приемлемую дозу, на разлом, а потом уже по-нормальному. Лёг Коля в ванну, тоже где-то час пролежал, и хоть ты утопись, не может вмазаться! “Ну, пиздец, ни одной вены открытой не найти, - думал Коля, выбираясь из ванны и спуская воду. - Ладно, на всякий болт у нас имеется план Б”.

В соседнем подъезде жил у Коли сосед-приятель, часовщик Олег, лет на десять старше, опытный человек, начинал торчеманить ещё в середине 80-х в Советском Союзе. Он и винт варить умел, и чёрный раствор с ангидридом, а самое главное, мог помочь уколоться. Был у него такой навык. “У меня рука лёгкая для медовой вмазки”, - так говорил Олег и улыбался, показывая не совсем здоровые зубы. Вообще он за собой следил, квартиру содержал в чистоте, работал, внешне по нему и не заметно было, что человек употребляет. Только зубы выдавали. В 89-м году Олега приняли с большим пакетом маковой соломы, дали два с половиной условно, потом за нарушение режима всё же закрыли, а когда он освободился через год, СССР уже не было. С тех пор Олег жил на районе тихо. Характера он был душевного. Когда у Коли оказывалось много героина, он всё время заходил к Олегу. Подогревал его, а тот помогал поставиться. Под коленку куда-нибудь раз - и всё хорошо. “Жалко делиться, но раз у самого не получается, пойду к Олегу, - думал Коля, опять натягивая куртец в прихожей. - Да и количество герасима вроде позволяет!”. Тут мать из комнаты вышла с чайником.

- Пойду к Олегу схожу, мам, - сказал Коля. - Поздравлю с наступающим!

Она только рукой махнула. Иди, мол, куда хочешь, а хочешь, так и не возвращайся.

Олег сидел у себя на кухне уже вмазанный. К нему кто-то заходил из тех, что не могут приобрести сами и помощи ищут у более опытных товарищей. Олег помог, они вместе вмазались, и человек недавно ушёл. На столе перед Олегом стояла кружка горячего чая.

- Не помню, клал я уже туда сахар или нет? - напряжённый лоб Олега выдавал усиленную мыслительную деятельность.

- Глотни, попробуй, - посоветовал Коля.

- Горячий, пусть чутка подостынет, - покачал головой Олег. - Ладно, положу ещё ложечку, от одной лишней худо не будет, а если не хватит, так добавлю!

Он взял чайную ложку и сыпанул в чашку от души.

- Чайку выпьешь, гость непрошеный? Не ссы, Укол, я тебя всегда рад видеть.

- Олежек, давай, я тебя ещё немножечко подогрею, а ты меня вмажешь, - попросил Коля.

- Конечно, вмажу, без базара! - кивнул Олег.

Доставая героин, Коля подумал: “Ну, чего я буду тут с ним колупаться, сейчас, потом, дай-ка я заварю его весь разом и оставлю просто в растворе! Часть Олег мне вмажет, часть оставлю на вечер, часть на утро”. Пацан сказал - пацан сделал. Коля заварил всё, что было, выбрал в инсулинку и отлил на пять точек Олегу. А надо было отметить, что Олег торчал профессионально уже много лет по своей авторской схеме, поторчит и перекумарится, поторчит и перекумарится. Руки он вообще не колол, потому что мусора их первыми проверяли.

- Чего ты, Укол, паришь мозги, что вмазаться не можешь? Ты конченый наркоман, а ведёшь себя, как пионер на линейке, - частенько повторял Олег. - Колись в пах, как все взрослые люди.

- Олежек, ты мне сейчас помоги, а там уж я как нибудь, - Коля протянул Олегу баян.

- Да ладно, не ссы, ты мне как младший брат, - успокоил его Олег. - Ща, я себе только сделаю, а ты пока снимай штаны, садись на стул, закуривай.

- Давай, давай, - ответил Коля, снимая джинсы, пока Олег орудовал на краю зрения. Тем временем Коля поставил на середину кухни стул, под лампу, чтобы было лучше видно, и сел, только не на сам стул, а на спинку стула, ноги на сиденье, закурил сигаретку.

- Бля, охуенно как, - это Олег вмазался сам, стоит, почесывается.

- Давай, давай быстрее! - поторопил его Коля, присматривая вены.

- Ща, Колюнь, погоди... Баян промою... И тебя вмажем… Ваще не ссы, - ответил Олег, слегка запинаясь.

- Олежек, тут, вроде, сзади на левой ноге, видишь вену? Есть шанс. Давай!

Олег молчал, покачиваясь над раковиной.

- Чего ты там, скоро?

Олег молчал. Коля обернулся. Олег смотрел на него широко раскрытыми глазами.

- Бля, Коль, слышь… Я, это...

- Да чего ты там ковыряешься?! - Коля начал раздражаться.

- Да я… Это… Промыл…

- Ну, понятно, что промыл, ты, давай, быстрей меня вмажь, и сядь, отдохни!

- Бля, Коль, я промыл свой баян... И твой баян... С раствором...

- Что?!

- Тоже промыл.

Колю прибило к стулу.

“Промыл”.

До костей пронзил озноб колючего ужаса.

“Промыл”.

До него никак не доходило.

“Промыл?”

Казалось, он сидит тут без штанов на спинке стула у Олега на кухне уже тысячу лет.

“ПРОМЫЛ!!!”

Желудок оторвался и упал внутрь ног. Тягуче заныла нижняя челюсть. Мысли рвались из-под черепа, как бомбы. Буря одновременных разноплановых эмоций затопила Колино сознание. В глазах замелькало. А Олег всё покачивался над раковиной.

И, во-первых, такая была эмоция, что надо встать со стула и прямо въебать ему! Чтобы он на пол ёбнулся! Кровянку ему пустить! Вложить всю злость, всю ярость в этот удар! Сука, да как ты мог так поступить со мной?! ЭТО БЫЛ МОЙ ГЕРОИН!

Но, во-вторых, унылая безнадёга подавила Колю. Ну, и какой смысл был во всех этих новогодних чудесах? В появлении тёти Гали с её тысячей? В Нинкиной щедрости неожиданной? В-третьих, Коля чётко понимал: Олег его подставил не специально. И потом, даже если его теперь убить прямо здесь, на этой кухне, гердос-то из водопровода обратно в баян от этого не вернётся. А времени было уже четверть одиннадцатого. И нового чуда ждать не стоило. Даже если предположить, что где-то удастся резко вырубить денег, то героина сейчас уже точно нигде не найти. “Вилы. Капец. Крышка, - повторял про себя Коля. - Жопа. Жопа. Жопа”. Ему хотелось плакать. “Пиздец, ну, что же за качели ты мне устроил, Господи? Зачем надежду давал? - Коля опять мысленно обратился в глубины космоса. - Вроде, всё счастливо шло, и вдруг такая несправедливость! За что мне эти мучения?!”

- Коль, бля, ну, не обламывайся, ты ж как младший брат мне! - искренне пытался утешить его Олег. - Слышь, может, кто ещё зайдёт ко мне, а? Я тебе оставлю, отсыплю, отолью, не ссы, раскумарю! Ещё есть шанс! Ещё два часа до нового года!

Но шанса никакого уже не было. Все сидели по домам. У всех был праздник. Больные подлечились, а у здоровых какие проблемы? Никаких! Конечно, напьётся народ, но тут что сказать? Синька - зло. Колин батя, когда напивался, мать поколачивал, правда, Коля это плохо помнил. Батя жил с ними только до того времени, как он в школу пошёл, а потом куда-то делся, и мать про это ничего не говорила. Да она и сама побухивала. Наверное, и сейчас сидит у себя в комнате, смотрит “Голубой огонёк” и помаленечку квасит белую. Коля выдохнул, сглотнул слюну и слез со стула. Олега он бить не стал.

- Ладно, - сказал Коля. - Давай, Олег, с наступающим тебя, я пошёл.

Надел штаны и ушёл. На улице всё было белым бело. Ветер стих, и снег лежал ровно, как чистая бумага. Пиши на ней свою новую жизнь! Коля сплюнул и нажал одновременно три цифры на кодовом замке. Пришёл домой, разделся, боты поставил аккуратно на коврик, чтобы не натекло. Матери видно не было, из её комнаты доносились приглушённые раскаты телевизионного хохота. Коля почесал шею. Делать было нечего. В ящике стола у него припасено было одно колесо азалептина. Азалептин - это чистое зло. Но есть и от него польза - вырубает наглухо даже на кумарах. И Коля Ушаков по кличке Укол въебал колесо азалептина, запил водой, лёг в кровать прямо в одежде, закутался в одеяло и поджал ноги. Проснулся он только 1-го января после обеда как-то резко, словно рухнув с высоты. И сразу понял: взять негде и не на что. Все ресурсы были исчерпаны. Наступил 2000-й год, и жизнь потянулась своим бесчудесным чередом.

1. ФАР – это и работа. В фонде каждый занимается тем, что ему интересно, и это важно для нас. Но, в нашей работе есть и обязательства: перед участниками, коллегами, донорами. Мы стремимся делать свою работу более профессиональной.

2. Корректность в высказываниях, проявление уважения друг к другу. Во взаимодействии друг с другом мы стремимся оставаться профессиональными социальными работниками и не переходить на личности, уважать мнение другого и относиться бережно друг к другу.

3. Прозрачность во взаимодействии между сотрудниками. Открытость и понятность действий сотрудников, различных инициатив (комикс, детский проект, женский проект и т.п.) Проявляется в таких вещах как: открытые и своевременные отчеты, каждый имеет право задать вопрос о действиях внутри проекта и получить ответ.

4. Каждый сотрудник имеет право включаться в проекты на всех этапах.

5. Компетенции. Так как мы стремимся к профессионализации нашей работы, нам важно профессионально развиваться в плане социальной работы и наращивать компетенции. Для выполнения определенных действий в социальной работе или участия в проектах необходимы соответствующие компетенции.

6. Равномерное распределение возможностей. Для нас важно, чтобы у каждого сотрудника была возможность для профессионального развития. Мы стремимся делать так, чтобы каждый сотрудник мог поучаствовать в стажировках, семинарах, конференциях и т.п.

7. Активность сотрудников. Важно чтобы каждый сотрудник осознавал свою ответственность был активным в тех вещах, которые он хотел бы изменить. Ситуации не решаются сами по себе. Важно делать что-то в сторону изменений.

8. Коллегиальность. Все важные решения мы стараемся обсуждать и принимать все вместе. Для нас важно привлекать как можно большее количество сотрудников.

9. Этика заботы. В ситуации конфликта или причинения вреда (между сотрудниками или между сотрудником и участником) нам важно решать ситуацию, привлекая сообщество, обсуждая, какой вред причинен человеку, как возместить этот вред и как сделать так, чтобы ситуация не повторилась. Мы стараемся не допускать навешивания ярлыков на участников конфликта.

1. Придание сил. Нам важно, чтобы наши действия, как социальных работников, были направлены на обретение сил участниками и что бы у них появлялось больше возможностей управлять своей жизнь. Мы верим, что у человека есть силы справляться с жизненными трудностями, но иногда ему нужно помочь их увидеть и почувствовать

2. Участник сам эксперт своей жизни. Мы верим в то, что каждый участник знает в чем заключается его проблема и какого хорошего результата нашей совместной работы он хочет достичь. Мы не навязываем участнику свое видение, не осуждаем его жизненную позицию и поведение. Роль социального работника в создании условий для формулирования этого результата, информировании о возможностях, составлении плана и поддержки на этом пути. В своей работе мы ориентируемся на запрос участника.

3. Разделение человека и проблемы. Мы верим, что проблема находится не в человеке, а часто заключена в социальном контексте или отсутствии договоренностей. Мы не виним человека в том, что его ситуация сложилась таким образом и верим, что человек действует, исходя из своих ценностей, защищая что-то важное для себя, иногда не имея в арсенале других способов действия.

4. Мы верим и ориентируемся на ресурсы. Мы внимательны и замечаем сильные стороны и уникальные эпизоды участников и опираемся в работе на это.

5. Активность участников. Мы всячески поощряем активные действия участников в сторону желаемых изменений. И не делаем того, что может сделать сам участник.

6. Маленькие шаги. В уличной социальной работе и в целом в работе над проектами мы ставим реалистичные цели. Мы верим, что достижение больших целей, возможно только при движении маленькими шагами. В этом движении маленькими шагами важно отмечать небольшие успехи и достижения, делать их видимыми для себя и участников.

7. Нам важна честность с участниками, прозрачность - наших действий, наших мнений. Мы не имеем никаких скрытых мотивов и не хотим хитростью причинить добро нашим участникам. Не даем иллюзий, говорим, как есть.

8. Профессионализм. Мы стремимся сохранять профессионализм в своей работе, не смешивая личное и профессиональное. Это важно, потому что работа в ФАРе специфична, часто рабочий контекст сильно смешивается с другими (например, с дружеским). Часто сотрудники – это люди из сообщества наркопотребителей или их близкие. Поэтому часто бывает сложно разделить эти контексты. Реализуется этот ориентир в действиях сотрудников: мы не даем личных денег участникам, не предоставляем им свое жилье, не смешиваем личные и рабочие отношения.

9. Личные отношения с участниками.

Мы стремимся не выстраивать личные отношения с участниками. Это важно для реализации предыдущих пунктов, например, ориентация на придание сил – мы не знаем, как повлияют наши отношения с участником на его ощущение способностью управлять своей жизнью и обретение им сил. Выстраивая отношения с участниками, нужно помнить об эффективности работы и безопасности участника и своей безопасности.

Мы выделили три уровня, на которые отношения с участниками могут оказать влияние: личный, профессиональный, уровень фонда. Если возникает вопрос о каких-то иных кроме рабочих отношениях с участником (идти в кино, гулять, пить вино, пригласить к себе пожить, заводить романтические отношения, сексуальные отношения, употреблять наркотики вместе) нужно задать себе три вопроса:

• как вот это (то что я собираюсь делать или делаю) влияет или может повлиять на меня лично? Как это может повлиять на участника?
• как вот это может повлиять/влияет на мою работу - как с этим человеком, так и с другими участниками проекта? как это влияет/может повлиять на мое самоощущение как профессионала/социального работника? как это может повлиять на репутацию среди участников и среди коллег?
• как это может повлиять/влияет на фонд в целом? (отношения к нему этого участника, других участников, сторонников фонда, посторонних людей, интересующихся фондом)?

Для реализации этого ориентира может помочь такой алгоритм: когда ситуация выходит за рамки профессиональных отношений, сотруднику нужно встретиться с кем-то из коллег, кому доверяет и/или с супервизором и обсудить эту ситуацию. А потом, если необходимо, встретиться всем вместе, в том числе с участником, и спокойно и уважительно все обсудить и решить, как действовать дальше.

Сегодня мы готовы представить вам вторую часть опроса, цель которой - помочь нам понять, что дает вам силы справляться с трудностями и как мы можем в этом вам помочь. И все это благодаря более 200 людям, принявшим участие в данном опросе. Спасибо!

О ситуации в каких городах пойдет речь?

Поскольку деятельность ФАР по профилактике ВИЧ и снижению вреда, проводится в Москве, именно на этот город пришлась почти половина всех ответов.

В три раза меньшее количество участников опроса указали в данной графе Санкт-Петербург. Но, важно отметить, что опрошенные были из всех уголков России, а кто-то даже из Беларуси, Украины и Казахстана!

Пол и гендер

Количество участников женского и мужского пола разделилось практически пополам. Также отметим, что 2 человека указали иной гендер. Опрос прошел даже небинарный квир-гриб Мухомор!

Возраст

Около 50% опрошенных - от 18 до 24 лет. 36% - от 25 до 30 лет.

Далее, согласно количеству процентов (11,4%), идут те, кому от 36 до 45.

В совсем небольшую категорию (2%) попадают участники, в возрасте от 46 до 60.

Инструменты адаптации в ситуации эпидемии в контексте употребления психоактивных веществ

37,3% - 85 человек из 225 - решили действовать по старому, взяв на себя все возможные риски. Получается, что большинство опрошенных вынуждены рисковать возможным штрафом и угрозой инфицирования из за того, что не могут по каким то веским причинам, отказаться от употребления веществ.

При этом, каждый четвертый опрошенный (23,2%) предпочел воздержаться от покупки психоактивных веществ, связав это отсутствием зависимости.

8,6% участников решили данную проблему оформлением пропуска. Например, в качестве курьера или волонтера.

Для 7,2% перекумарка стала выходом из этой проблемы.

Остальные поделились своими решениями. Ниже приводим некоторые из них:

Кофе, медитации, йога, уход в изучение новой информации и в творчество;

Выхожу раз-два в месяц. Шишки оптом дешевле, а так дома, т к работа удаленная;

Запасся заранее;

Беру чуть больше, чтоб реже ездить, но все равно езжу чаще нужного(;

Повесился на кумарах лег в наркуху потом в дурку;

Аптека;

У нас нет какого то строго режима. Но штраф за нарушения всё таки получил. Приняли на подъёме клада. Заодно и для палочки и такой протокол сделали. Но сегодня ходил в суд. Суд закрыт - сказали все дела пересели на неопределенный срок;

Делаю предзаказы на большой вес. В целом поняла, что так гораздо удобнее действовать - не приходиться несколько раз бегать на закладку, нет почти вероятности что сошкурят, получается дешевле. В моем районе, как показала практика, нет проблем с передвижением ни ночью, ни днём, так что я спокойно передвигалась и поднимала стафф;

Ограничиваюсь марихуаной, которую произвел для себя сам;

Ограничил потребление, но не перестал.

Необходимая помощь во время эпидемии

Теперь о главном - о том, что по настоящему необходимо людям, которые у потребляют психоактивные вещества. Спойлер - это не сами вещества.

На первом месте находится финансовая помощь. В созданной ситуации в ней нуждается 62,3% опрошенных.

На втором месте - потребность в поддержке. 44,5% заявили о необходимости психологической поддержки. Напоминаем, что консультацию психолога, как и юридическую помощь, на самоизоляции можно получить онлайн или по телефону. Для этого нужно позвонить или написать на телефон ФАР +7 926 887 90 87 (есть в Telegram и WhatsApp). По этому же номеру сотрудники отвечают на любые вопросы о снижении вреда от употребления ПАВ.

Третье место по значимости между собой делят потребность в общении (41,4%) и уже потом в веществах (36,8%).

Также достаточно много людей заявляют о потребности в продуктах (20%) и медицинской помощи (18,2%).

Делимся с вами высказываниями наших участников за рамками предложенных вариантов:

Не хватает связи с единомышленницами, какой-то полезной инициативы, которая помогла бы наркопотребителям сейчас и слаженных действий, хочется что-то сделать, но так много всего происходит, что просто теряешься. Я состою в активистской организации, но там сейчас тихо, будто все деморализовались или другие проблемы посерьезнее наркотемы. Может, и правда сейчас всё серьёзнее. Знакомые, кто эпизодически употребляют, сейчас легко забыли про покупки и закладки. Вот систематическим употребляющим, наверное, тяжело;

Очень нужна работа. Я пять месяцев без работы сижу и деньги уже совершенно на исходе;

Парадоксально, но не хватает личного пространства и времени наедине с собой;

Таблетки для сна .таблетки от болей .скорее я выберу медицинскую,нежели вещество, была бы возможность ..;

У меня отменили плановую операцию, не знаю как быть, мучаюсь физически из-за этого;

Возможность куда-то тратить энергию, так как до карантина был занят работой и спортом;Культурных мероприятий не хватает);

Совершенно не могу найти работу, все закрыто;

В целом пересмотрел свое отношение к веществам и жизни в лучшую сторону. По крайней мере пока что;

Пиво.

Помощь Фонда в контексте его деятельности

Деятельность Фонда имени Андрея Рылькова обширна. ФАР занимается снижением вреда от употребления психоактивных веществ, профилактикой ВИЧ и гепатита, передозировок, предоставляет психологическую помощь, юридические и медицинские консультации.

Для нас было важно понять, как выстраивать свою работу в период пандемии и после нее и благодаря вам мы поняли, что важно для части наших участников, подписанных на телеграмм канал. Тут следует отметить, что это не совсем репрезентативная выборка и есть не менее большая группа наших участников, которые не пользуются телеграммом. Их мы опрашиваем устно и по телефону, но это уже совсем другая история.

Список, который получился в телеграмме опубликован в соответствии с популярностью того или иного запроса:

Психологические консультации (66,5%)

Медицинские консультации (48,4%)

Правозащитные консультации (43,9%)

Обеспечение инструментарием (шприцы и т.п.) (29,9%)

Обеспечение Налоксоном (средство от передозировок) (26,2%)

Обеспечение тестированием на ВИЧ и гепатит (24,9%)

Социальное сопровождение (больницы, спид центр, опека, полиция и т.п. (20,4%)

Наша работа в условиях карантина

Одной из основных тем была попытка понять, как можно улучшать нашу работу в период пандемии и сделать ее максимально полезной и доступной для наших участников.

Благодаря вашим ответам мы видим, что наибольшей популярностью пользуются консультации в Телеграмм (73,3%).

Кстати напоминаем, что уже сейчас вы можете получить консультацию психолога, юридическую помощь, консультации по снижению вреда. Для этого нужно позвонить или написать на телефон ФАР +7 926 887 90 87 (есть в Telegram и WhatsApp).

Далее идут полезные посты в указанном выше мессенджере (65,2%). Мы обещаем вам выкладывать больше полезных материалов в нашем телеграмм канале.

Третье место делят консультации по телефону (35,3%), доставка на дом (34,8%), созвоны в Скайпе/Зум (33,9%) и закладки с профилактическими материалами в удобном месте (32,1%).

По поводу консультаций по телефону - сейчас вы можете получить консультацию психолога, юридическую помощь, консультации по снижению вреда. Для этого нужно позвонить или написать на телефон ФАР +7 926 887 90 87 (есть в Telegram и WhatsApp).

Доставку на дом мы осуществляем в течении всего карантина и для того, чтобы заказать ее, то вы вам нужно позвонить или написать на телефон ФАР +7 926 887 90 87 (есть в Telegram и WhatsApp). Желательно объединиться с друзьями. Остальные ваши предложения мы обсудим с командой и дадим вам знать, что мы сможем сделать.

В последнюю очередь актуальны вебинары (29,4%) и доставка почтой (18,6%). Это не значит, что это не важная тема, ведь про нее написало много людей и тут мы тоже подумаем, что мы можем делать в этом направлении.

Огромное спасибо вам за все ваши идеи! Мы постараемся максимально полно их воплотить в жизнь.

Ваша помощь знакомым потребителям психоактивных веществ

Мы верим, что в такое тяжелое время взаимоподдержка внутри сообщества крайне важна, поэтому попросили вас рассказать, какие идеи приходят на этот счет и что вы, возможно, уже для этого делаете.

Нам очень радостно видеть все ответы, поскольку из них видно как сильно люди, употребляющие психоактивные вещества, сплочены, особенно в трудный период! Вы помогаете друг другу финансово, делитесь друг с другом новыми хобби и своими знаниями, делаете многое для снижения вреда - спасибо, друзья!

Ниже приводим несколько ответов, которые могут быть примером и делают нас сильным сообществом:

Одному человеку, который потерял работу и пока ищет новую, даю небольшие поручения за небольшие суммы, которых хватает на базовый минимум необходимых товаров. Другому периодически привожу домой шприцы, стерильную воду и прочие инъекционные мелочи. С деньгами у него всё нормально, а вот их дома не выходит;

До введения самоизоляции купила много шприцов, спиртовых салфеток и воды для инъекций, знакомые потребители знают, что у меня это все есть и налоксон ещё несколько ампул осталось;

Поддерживаю морально, пока была возможность - финансово, сейчас сама не знаю, на что купить завтра продукты, уже месяц без работы. Также одной девочке, которая заперта на карантине с родителями и не имеет доступа к пав, подсказала, что можно заменить стимуляторы на легальные жиросжигатели из спортпита (у девочки все хорошо с сердечно-сосудистой системой, так что вреда ей не принесет, во всяком случае вред будет явно меньше, чем от стимуляторов). В принципе, готова морально поддерживать любого потребителя пав, если он еще не потерял себя как личность, если потерял - нужна помощь специалиста, а я им не являюсь. Бросающих систему могу подбодрить и смотивировать своим опытом;

Просто общение и поддержка, интересные занятия по типу музыки, физики, матанализа - учёбы в общем, чтобы помочь отвлечься, игры вместо по дискорду и разговоры по душам;

Выпекла 120 печенек на каномасле. Больше ничего не осталось. Раздала друзьям, знакомым. Очень хочется курить, мигрень просто одолевает;

Помогаю иногда что-то достать. Если беру себе, опрашиваю друзей нужно ли им тоже, чтобы всем по сто раз не шляться по улице;

Делюсь по возможности тем что есть у меня. Хотя на данный момент всё очень тяжело, т.к. нет ни денег, ни веществ;

В основном, не оставлять одних, наедине с отходами и отсутствием денег, разрушенной личной жизнью;

Не доверять новым дилерам и никогда не рисковать делая первую покупку;

Есть ребята которые вышли из проблемы с помощью моего воздействия на них, оказываю психологическую помощь, на своём примере, общаясь с родителями ребят, мне нравится помогать таким как я;

Что дает вам силы проживать эту ситуацию и надеяться на хороший исход кризиса?

Мы очень рады видеть такие развернутые, искренние и оптимистичные истории. Рады видеть, что такое большое количество вещей дает вам силы и надежду. Рады, что вас поддерживают родители, дети, друзья и даже домашние животные!

Конечно, пришлось столкнуться и с несколькими ответами людей, которым кажется, что все плохо и смысла жить совсем нет. Очень просим сохранять позитивный настрой и не терять веру в себя! Именно это и хотят донести наши участники:

Больше всего помогает не пасть духом мой любимый мужчина, вера в светлое будущее и понимание того, что вся эта ситуация временна и скоро закончится. А также творчество, вещества и друзья :);

Все лучшее впереди, бывают взлеты и падения;

Смотрю хорошие добрые фильмы и стараюсь не думать о плохом;

Вера в личное саморазвитие. Шанс покопаться в себе и что то изменить;

Сама жизнь дает силы пережить! Всё проходит и это пройдёт не сомневайтесь;

Верю , что у меня есть будущее без пав. Хочу сохранить семью, которую люблю;

Ребенок, причастность к тому что делаем вместе, звонок своим по духу и душе,вещества;

Силы мне дают мои дети и внуки. Из-за внучки,которой 4 года,я готова сидеть дома да и вообще соблюдать все правила из-за сложившейся ситуации;

Я надеюсь, что все это закончится скоро, и возможно у меня опять будут силы перекумаривать и снижать дозу. Будет возможность сходить к врачу. Увидеть родителей;

Силы мне даёт амфетамин. Надежду - крепкие социальные связи и личные отношения, а также очевидный рост самосознания граждан и личной ответственности каждого перед каждым;

Меня поддерживает трава, и мысль, что это все временно, пока можно взять время на отдых и хобби, а после всего этого можно будет стремиться к своим целям уже отдохнувшим;

Я пользуюсь ситуацией чтобы снизить потребление и заняться тем, что раньше откладывал. Пытаюсь выработать более здоровый паттерн употребления и вложить силы в саморазвитие;

Скоро лето. Лето - это природа, палатки, поездки в лес на карьер/речку, шортики и футболки, тепло, комфорт, катание на велосипеде и доске. А также мечтаю до лета перекумариться;

Просто стараюсь не думать о плохом, хоть это и очень тяжело даётся. Ещё мне дают силы мои животные (кот и собака), благодаря им я не впадаю в полное уныние на выходных. Они уже много лет держат меня "на плаву" и сейчас тоже;

Этот кризис, как и любой другой, будет пережит, обстановка рано или поздно изменится, надо об этом помнить. поддержка близких, осознание того, что не я один в кризисной ситуации, а также хорошее питание, сон, занятия спортом помогают мне не сдаваться;

Занятия музыкой очень хорошо поддерживают в это непростое место. За месяц до увольнения приобрел электрогитару, сел заниматься и до сих пор не бросил. И с самодисциплиной помогло, и с мотивацией жить. Сложно, но получается. А раз получается, если сложно, то и дальше можно что-то с жизнью поменять.

Благодаря участию в опросе вы помогли сделать ряд значимых для сообщества выводов:

- сообщество состоит из людей, живущих не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и из тех, кто живет по всей России и в граничащих странах;

- около 50% опрошенных находятся в возрастной категории от 18 до 24 лет;

- 85 человек из 225 достают вещества привычным для них способом, несмотря на карантин, а каждый четвертый из 225 опрошенных, приостановил покупку ПАВ;

- чаще всего люди упоминают необходимость финансовой (62,3%) и психологической помощи (44,5%);

- психологические (66,5%), медицинские (48,4%) и правозащитные консультации (43,9%) - то, чем в первую очередь сейчас может помочь вам Фонд;

- консультации в Телеграмм (73,3%) и полезные посты на канале (65,2%) являются наиболее приемлемым способом получить информацию;

В конце января в России зафиксировали первый случай заболевания COVID-19, в марте вирус добрался до Москвы. Уже через месяц ограничения начали расти как снежный ком: от запрета на массовые мероприятия до электронных пропусков на выходе из дома, слежки за заболевшими и штрафов за “нарушение социальной дистанции”. Всё это вместе с 40-дневными путинскими “каникулами” поставило под угрозу работу фондов и благотворительных организаций. Проблема не только в том, как официально доказать право на работу в новых условиях, но и в том, что режим самоизоляции мешает людям получать необходимую помощь. Вопреки этому Фонд Андрея Рылькова (ФАР) продолжает работать.

Введение режима самоизоляции значит для ФАР то, что он не может в полную силу заниматься основными направлениями своей деятельности: выезжать на аутричи, то есть раздавать на улицах материалы (чистые иглы, шприцы, мази и лекарство от передозировок опиатами Налоксон), активно тестировать людей на ВИЧ и гепатит, восстанавливать документы и помогать юридически. И все-таки свернуть всю работу фонда оказалось невозможно. Люди исчезли с улиц, но проблемы у них остались. Поэтому ФАР постарался приспособиться к правилам нового времени.

Ежедневных аутричей сейчас нет. Вместо этого несколько сотрудников 3-4 раза в неделю выезжают в районы Москвы и раздают профилактические материалы, наборы для самотестирования на ВИЧ и гепатит. Все это необходимо для борьбы с распространением вирусов, носителей которых в России куда больше, чем заболевших COVID-19: более 1 миллиона россиян живут с ВИЧ, более 3 миллионов — с гепатитом.

Такие выезды происходят по предварительной договоренности: самый активный участник сообщества звонит в ФАР, называет свой код, коды друзей, перечень материалов, которые им нужны, и договаривается о месте встречи, куда приедет автобус с заранее собранными материалами. Код — это первые две буквы имени человека, дата рождения и первые две буквы имени мамы. С помощью кодов участники могут сохранять анонимность, а сотрудники ФАР — вести статистику и учет материалов.

“Многие люди до сих пор звонят и спрашивают: “А вы сегодня приедете? Нет? Как так?”. Они привыкли, что во вторник и четверг мы стоим в Марьино. И карантин — это для них что-то реально далекое, что только косвенно влияет на их жизнь, — говорит координатор ФАР Максим Малышев. — Участники не понимают, почему из-за карантина фонды перестают работать. И они на самом деле правы”.

Кейс-менеджеры фонда продолжают помогать людям получать лечение в СПИД-центре или наркологической больнице, но только тем, у кого есть документы. МФЦ ушли на “каникулы”, а без паспорта человек не может обратиться в СПИД-центр или встать на учет. Не работают и суды.

“У меня есть дело, по которому я выступаю общественным защитником, но из-за карантина его отложили до 8 мая”, — объяснила кейс-менеджер ФАР Екатерина Селиванова. — Скорее бы уже сняли запреты. Чувствую, будет очень много работы. Нуждающихся в помощи людей меньше не стало”.

Сейчас работает только одна наркологическая клиника №19. ННЦ наркологии закрыли, а больницу №17 перепрофилировали под заболевших коронавирусом.

Консультацию психолога, как и юридическую помощь, на самоизоляции можно получить только онлайн или по телефону. Для этого нужно позвонить или написать на Наркофон ФАР +7 926 887 90 87 (есть в Telegram и WhatsApp). По этому же номеру сотрудники отвечают на любые вопросы о снижении вреда: что делать в случае передозировок, как справиться с задувами, язвами, опухолями из-за внутривенного употребления психоактивных веществ (ПАВ), и что делать, чтобы они не появились.

Последние 10 лет ФАР занимается профилактикой ВИЧ и гепатита, помогает наркопотребителям и борется за гуманную наркополитику в России, а именно за легализацию заместительной терапии, безрецептурную продажу Налоксона (лекарства от передозировок опиатами) и соблюдение прав людей, употребляющих наркотики. В прошлом году в ФАР обратились более четырех тысяч человек.

автор: Тамара Муллаходжаева