И, конечно, мимо меня не прошла премьера второго сезона Sex education. Про "Половое воспитание" можно писать много, особенно используя призму психотерапевтической оптики. Мне хочется поделиться своими наблюдениями и обсудить чему нас может научить этот сериал.

Итак, погнали!

Терапия без запроса.

Не знаю почему [знаю], но мне очень запал в душу один маааленький эпизодик, в котором звучит идея о терапии без запроса.

Вот он:

"Если честно, я тоже не просил о терапии".

Сложно говорить о намерениях Отиса в этом отрывке, но могу пофантазировать и представить себя на его месте.

Когда я только начинала обучение на психологическом факультете, мне хотелось раздавать рекомендации окружающим. Всегда ли хотелось окружающим слушать мои рекомендации? А вот похоже, что не всегда.

Советы могут быть в яблочко, полезными и искрометными, но их стоит озвучивать, когда возник запрос.

У психологов тоже бывают проблемы.

Сериал отлично показывает, что помогающие практики — живые люди. У нас бывают проблемы, мы можем запутаться, не понимать, что делать в каких-то ситуациях, ругаться и злиться. Доктор Джин демонстрирует какой жизненный контекст может окружать психолога.

Психолог работает не своей идеальной жизнью.

Основным методом работы психолога является психотерапевтический подход, а не решение проблемной ситуации клиента по образцу и правилу собственной жизни.

В сериале я хорошо просматриваю идею полиисторичности. Что это значит?
Мне близка мысль, что у человека в жизни есть разные нарративы и разные идентичности.
Соответственно, я — психологиня, я — подруга, я — студентка схожие, но не тождественные идентичности.
Вы можете сами увидеть как с разными людьми общаетесь по-разному.
В определённые моменты времени преобладают определённые нарративы.
Но мне кажется, [что важно!] всегда есть альтернативное повествование.
Именно с этим и работает нарративная практика.
Помимо проблемных историй в жизни человека есть предпочитаемые.
Кроме нарратива: "У меня проблемы в отношениях с Якобом", у доктора Джин есть альтернативный нарратив: "Я компетентная специалистка". Это не взаимоисключающие понятия, а то, что делает идентичность человека объемнее и шире.

Доктор Джин может быть разной: она может гулять в клубе до утра с подругой и расстраиваться грязному дому после вечеринки Отиса, а может консультировать день напролет подростков, оказывая информационную и психологическую поддержку.

Доктора Джин могут посещать страх, сомнения, тревоги, разочарования и при этом, она может быть компетентна и собрана на встречах с клиентами.

У людей есть разные жизненные нарративы и описания. Психологи не особенные люди. У нас бывают проблемы, трудности, ментальные расстройства, но это не исключает, что одновременно с этим можно быть компетентным специалистом.

Травма — это не событие, это — переживание.

Я очень благодарна сценаристкам и сценаристам сериала за демонстрацию того, как пострадавшие от насилия могут проживать последствия случившегося.

Травмирующие события нарушают привычный порядок действий, лишают важного, угрожают значимым ценностям. Как и происходит в ситуации с Эйми.

И мне кажется важным, что в сериале показано, что сексуальное насилие — это не только пенетративный акт. Именно поэтому проблема объективации остаётся одной из значимых тем феминисткой повестки.

Совершивший насилие в автобусе – объективирует Эйми, лишает её субъектности и выбора. И мы видим как травмирующая ситуация переживается самой Эйми.

Похожие события могут вызывать разные реакции у разных людей.

Кто-то отреагирует иначе, кто-то посчитает, что произошедшее в автобусе не насилие.

Но мы можем наблюдать, как ситуации, ставшие травмирующими переживаются изнутри.

Можем рефлексировать, думать что значимое затрагивается в таких событиях. Какие выводы можно сделать [например, что насилие это не только пенетрация]. Какие меры можно предпринимать, зная о чувствах, пострадавших от насилия.

И мне кажется важным помнить, что травма – это ни сколько событие, сколько переживание. Вербальный харассмент может быть насилием, объективация тоже может быть насилием. Степень переживания травмирующего события определяют не наблюдатели, а пострадавшие.

Нам нужно научиться слышать голоса перенёсших насилие. И тогда мы сможем оказывать такую поддержку, какая необходима потерпевшим. Такую поддержку, какую оказало окружение Эйми.

Я работаю в нарративном подходе и мне всегда довольно непросто отвечать на этот вопрос. Но постараюсь не затягивать с рассуждениями :) Нарративная практика использует метафору историй. 

Что это значит? В нарративной практике есть допущение, что свою жизнь мы осмысляем с помощью историй. У нас есть множество разнообразных историй, которые объединены определенным сюжетом. 

Как правило, к психологу человек приходит с проблемной историей. Например: «Я всегда был неудачливым человеком, заметил это еще в младшей школе».

Нарративный практик предложит обращаться к альтернативной истории или к предпочитаемой. Можно исследовать: всегда ли были неудачи в жизни человека? Есть ли в жизни события, не связанные с неудачей? Как изменится жизнь, если неудача станет влиять меньше?

Если вы заметили, то я формулирую свои вопросы не как: «Что произойдёт, когда ты перестанешь быть неудачливым», а «Что будет, если неудачливость перестанет влиять на жизнь». В этом моменте заключается один из главных принципов нарративной практики: человек — не проблема, проблема — это проблема.

Как бы сильно человека не захватывала проблемная история, человек не равно проблема.

Нарративная практика не обращается к стигматизирующим, проблемным описаниям. «Невротик, перверзный нарцисс, шизофреник алкоголик, наркоман» и т.д. — это стигматизирующие описания, они смотрят на человека лишь через призму проблемной истории, ставя её в центр повествования. 

Еще одна из отличительных особенностей нарративной практики — внимательность к социальному контексту. 

Мы живем не в вакууме, а в мире различных идей. И порой доминирующие идеи могут не подходить конкретному человеку. Например, женщина, которая не хочет детей, может испытывать давление со стороны друзей и родственников, мнение которых сформировано рамками определенных социальных ожиданий. Она может переживать и думать, что с ней что-то не в порядке, раз она не хочет детей [ведь большинство хочет]. 

Но проблема может быть в отношении людей к определённому выбору человека, а не самом выборе. 

Например, быть открытым геем в Чечне и быть отрытым геем в Берлине — не одно и тоже. Это наглядная иллюстрация того, как социальный контекст влияет на ситуацию. 

2. Как вы думаете, меняется ли отношение к психотерапии в России? Раньше, как мне кажется, люди, которые отправляются за помощью к специалисту, воспринимались скорее негативно. (Даже у меня был опыт в детстве, когда мама сводила к психологу и в школе надо мной посмеялись). 

Мне сложно однозначно ответить на этот вопрос. Я все же нахожусь в психологической тусовке и поэтому кажется, что все поголовно ходят к психотерапевтам :) Но если я приеду в родной город, то наверное, там тоже могут посмеяться над тем, что кто-то ходит к психологу.

Если говорить про Москву и обстановку здесь, то порой встречаюсь с другой крайностью: «Всем нужно ходить к психологам, чтобы проработать свои проблемы». В таких рассуждениях психологи воспринимаются гегемонами над проблемами других людей: как будто только с их помощью можно преодолеть трудности в жизни.

Я так не думаю, есть множество альтернативных способов справляться с проблемами: кому-то подходят духовные практики, кому-то туризм. Да мало ли что может оказывать поддержку! [а кому-то вообще поддержка не нужна]. Но, конечно, хочется верить, что влияния психофобии будет меньше и обращение к психологам/ психиатрам не будет восприниматься в стигматизирующем ключе.

 3. Продолжение предыдущего вопроса: как влияют эти изменения на отношения между людьми? 

Мне кажется, что тоже могут по-разному влиять. Знаю, что доступность психологической литературы помогла многим людям лучше понимать себя или находить общий язык с окружающими [говорят, что особенно хорошо психологические знания помогают при выстраивании отношений с детьми]. 

Но при этом, замечаю, как психологический язык проникает в повседневную жизнь. Я не думаю, что необходимо абсолютно все происходящие события описывать через призму психологических знаний.

4. Какими вы видите главные плюсы терапии? 

Наверное, мой ответ базируется на личном и профессиональном опыте прохождения психотерапии. Мне в свое время было важно понять, что со мной все в порядке. И мне не нужно «прорабатывать» травмы детства, если не хочется этого делать. 

Я довольно часто слышу о тревоге людей, когда им не удаётся достичь рамок «нормативности» или когда они не вписываются в определенные ожидания. 

Идея, что норма бывает разной и нет единой объективной — часто становится освобождающей. В этом я чувствую значимость психотерапии: не считать себя сломанным и не таким. Человек — не проблема, проблема — это проблема. 

Ну и психотерапия позволяет воплощаться предпочитаемым событиям. Это тоже вдохновляет :) Вчера человек находился под влиянием страха полета, а через несколько встреч готов сесть в самолёт. 

 5. Поговорим о профессиональной этике. Какими, на ваш взгляд, должны быть отношение между клиентом и терапевтом? Есть ли какие-то правила?

Для меня главным этическим правилом является отсутствие злоупотребления власти со стороны психотерапевта . 

Позиция власти может проявляться в разных моментах: и в представлениях о том, как правильно жить и в том, что только психотерапевт может интерпретировать происходящее с клиентом [объяснения клиента для психотерапевта звучат, как «ошибочные»]. 

Если говорить про стандарт этики: не давать советов, соблюдать конфиденциальность и т.д. Я это тоже связываю с проявлениями власти. Поэтому мне важно соблюдать баланс взаимоотношений, признавая единственным и главным экспертом в своей жизни клиента. 

6. Как человек внутри этой системы, можете дать советы людям по поиску «подходящего» специалиста?

Хм. Ну вот исходя из предыдущего ответа мне было бы важно избегать психотерапевтов, которые лучше меня знают как мне жить :) Но вообще поиск подходящего психолога дело субъективное. 

Бывает так, что приходишь по рекомендациям, а тебе работа с психологом вообще не заходит. Опираться на психотерапевтический подход? Тоже сложно, работает ведь человек, а не метод. 

Наверное, я бы порекомендовала знакомиться с психологами заочно, читать статьи, которые они пишут, задавать вопросы и обращаться к тем, чьи взгляды импонируют. 

И если с психологом дискомфортно по каким-то причинам, то я бы предложила опираться на свои ощущения, а не на регалии специалиста.  

The Act, 2019 год.

Когда я говорила, что эта подборка реалистична, то я имела в виду буквально этот сериал. "Притворство" основан на реальных событиях, произошедших в 2015 году. Мне, конечно, хочется поделиться своим ужасом, чтобы вы могли прочувствовать атмосферу. Но если я расскажу подробнее, то не будет эффекта неожиданности :) Так что, без спойлеров.

Итак, сериал основан на реальной истории семьи Джипси и Диди Бланшар [не гуглите, будет интереснее смотреть].

Джипси — девочка-подросток со множественными заболеваниями. Диди — ее мама, посвятившая всю свою жизнь уходу за болеющим ребенком. Они переехали в очаровательный розовый дом, чтобы начать жизнь заново, после урагана, который разрушил их предыдущее жилище. Сколько бед вообще может свалиться на одну семью?

Но стоит помнить, что Джипси хоть и подросток с особенностями развития, но все же подросток. А значит чего она хочет? Ну, конечно, любви!

Важный момент: я тут нарисовала картинку чуть ли не романтической мелодрамы по типу "В метре друг от друга", но я просто оберегаю вас от спойлеров. А вообще: в сериале будет настоящая жуть [и много медицинских манипуляций].

В "Притворстве" воссоздали атмосферу очень близкую к реальной истории Джипси и Диди. Я посмотрела 2 документальных фильма. Так вот: в сериале у них даже точно такая же одежда! И многие сцены воспроизведены идентично.

Вот кстати фото реальных Джипси и Диди:

You, 2019 год.

Как вам парень на фото? По-моему, его можно назвать вполне себе красавчиком. А еще, он работает в книжной лавке и очень любит читать. Могла бы я в теории влюбиться в такого? Ну в целом очень даже вполне себе.

При этих вводных данных сериал "Ты" погружает меня в пучину тревоги. Знаете почему? Я думаю, что сюжет сериала может происходить где-то прямо сейчас.

Вообще, нам романтичные поступки часто продают через призму упорства принцев, которые "добиваются своей принцессы, всеми способами". Только вот способы у всех разные.

Например, у героя сериала "Ты" они довольно эксцентричные и противозаконные.

А в целом, кажется, что этот сериал отличный вариант для рефлексии на тему: "Девушка могла не понимать, что живет с чудовищем. Были какие-то сигналы, но она их не замечала".

"Ты" прекрасно демонстрирует, как можно попасть в ловушку человека, способного совершать насилие.

UnREAL, 2015 год.

Знаете, одно время у меня было гилти плэже. Я смотрела российского "Холостяка". Ну и, конечно, понятно было, что события, происходившие там — профанация и постанова. Но мне было любопытно: а как именно они снимают программу?

Сериал "Нереально" позволяет заглянуть в закулисье реалити-шоу. И рассказывает как проходят съемки шоу формата "Холостяка".

Я, конечно, не знаю как оно там происходит на самом деле. Но что-то мне подсказывает, что "Нереально" близко к правде. В сериале раскрывается не только процесс съемки реалити-шоу, но и подковерные игры команды в борьбе за лучшее положение. Кстати, в происходившее в "Нереально" стала верить после интервью участниц "Пацанок".

Так что если вам любопытно заглянуть по другую сторону экрана реалити-шоу, приглядитесь к "Нереально".

Sharp Objects, 2018 год.

Сериал "Острые предметы" основан на одноименной книге Гиллиан Флинн [писательница чьей руки роман "Исчезнувшая"]. Я эту книгу прочитала в далеком 2015 году [спустя 5 лет можно так говорить?]. "Острые предметы" меня захватили так же, как и все творчество Флинн. Поэтому, как только я узнала, что в 2018 году вышел сериал, сразу же отправилась его смотреть.

Что привлекательного в "Острых предметах"?

Добротная картинка, производство HBO, развязка, которая может удивить. Но мне как психологине было особенно любопытно понаблюдать за следующими сюжетными поворотами: раскрытие темы так называемого синдрома делегированного Мюнхгаузена и темы селфхарма.

Ну и еще из бонусов: актерский состав, расследования череды убийств [жутких убийств!], атмосфера американской провинции [основные сцены происходят в городке, где все друг друга знают и куда не хочется возвращаться].

Знаю, что некоторые критиковали этот сериал за тягучий темп.

Я бы порекомендовала "Острые предметы" тем, кто любит психологические триллеры и флешбеки в детство выросших героев [в которых, конечно же! рассказывается как на них повлияли события прошлого].

The Haunting of Hill House, 2018 год.

На первый взгляд может показаться, что этот сериал выбивается из подборки реалистичных событий. "Призраки дома на холме" снят в жанре ужасов. Но знаете: все не так однозначно как кажется.

Сериал рассказывает историю братьев и сестер, которые столкнулись с трагическим событием — смертью матери. Нас перемещают, то в их детство, то в настоящее. И тайной покрыто самое трагичное событие в их жизни и они достоверно не знают, что произошло в ночь, когда погибла их мама в особняке Хилл-Хаус?

Все сиблинги выросли очень разными. Старший Стивен — стал писателем и скептически относится к мистике. Шерли [старшая из сестер] — владелица ритуального агенства. Люк и Нелл — близнецовая пара, которая сложнее остальных перенесла события, произошедшие в Хилл-Хаусе. Люк — наркопотребитель и проходит лечение в рехабе, Нелл сталкивается с депрессиями. Теодора — средний ребенок в семье, во взрослом возрасте она стала работать детской психологиней.

В сериале регулярно происходит возвращение и переосмысление трагической ночи, когда погибла мать семейства. И несмотря на то, что этот сериал можно назвать мистическим, я его интерпретировала совсем иначе.

Интересно, как посмотрите вы на этот сюжет: как на фантасмогоричные ужасы или как на что-то другое?

Спасибо тем, кто дочитал до этого момента.

Забегайте ко мне на канал.