А что же такое фугу?

Блюдо фугу - это одно из самых дорогих и самых опасных блюд японской кухни, которое готовят из некоторых видов рыб семейства иглобрюхих.

Что делает это блюдо таким опасным?

Все дело в том, что рыба фугу ядовитая. Она содержит в себе смертельный яд «тетродотоксин».

В одной рыбке содержится достаточное количество яда, чтоб отравить 30-40 человек. Эффективного противоядия от тетродотоксина ещё нет.
Яд фугу быстро парализует мышцы и приводит к остановке дыхания.

Спасти отравившегося человека можно только в случае незамедлительного подключения к аппарату искусственной поддержки дыхания и кровообращения.

А если дотронуться к внутренностям рыбы голой рукой, то погибнуть можно почти сразу.

Как же едят ядовитое блюдо?

Чаще всего для приготовления используется рыба вида бурый скалозуб. В любом случае рыба, из которой готовят блюда, содержит в себе смертельную дозу тетродотоксина. И его концентрация должна быть уменьшена до допустимой в принцессе приготовления.

Фугу считается деликатесом, ее едят с целью «пощекотать себе нервы». И позволить себе ее могут только состоятельные люди.

Человек, который решился попробовать это блюдо, должен понимать, что его жизнь полностью зависит от мастерства специалиста, приготовившего блюдо. Поэтому о низкой цене не может быть и речи.

Рыба фугу - это настоящая легенда японской кухни. Там ее ели ещё более двух тысяч лет назад. Но потом на протяжении долгого периода в Японии стоял запрет на употребление фугу в пищу и было даже запрещено вылавливать эту рыбу.

С 1958 года фугу, наконец, снова стала легальной. Но готовить ее имеют право только повара, которые прошли специальное обучение и получили лицензию.

В многих странах запрет на фугу существует и по сей день. Хотя, впрочем, он не всегда эффективен. Например, в Тайланде запрет на фугу стоит ещё с 2002 года, но не смотря на это, ее до сих пор можно приобрести на местных рынках.

Как готовят рыбу фугу?

Приготовление фугу - крайне сложный процесс. Из рыбы вынимаются все внутренности, печень, икра - их есть слишком опасно.

Как правило, печень фугу доступна только местной элите в закрытых для посторонних глаз заведениях. Филе тщательно промывают, нарезают тончайшими пластинами и подают к столу.

Особое мастерство поваров состоит в том, чтобы оставить на поверхности филе ровно столько яда, чтобы клиент ресторана остался жив, но при этом почувствовал, как у него немеют язык, небо и, иногда, конечности. При этом человек чувствует не только онемение, но и легкую форму эйфории схожее с наркотической.

На сегодняшний день потребление рыбы фугу в хороших ресторанах относительно безопасно. Но все же, недооценивать ее опасность не стоит.

Так, например, в 1975 году от паралича после съеденной печени фугу скончался легендарный японский актер театра кабуки Мицугоро Бандо.

С 2004 по 2007 годы, отравившись фугу, погибли 15 человек.

А в сентябре 2010 года погибли двое русских туристов. Причиной их смерти послужила уха, приготовленная из рыбы фугу.

Когда первая эйфория по поводу переезда в Европу прошла, наступила пора сомнений. Физическая и эмоциональная усталость от нового для меня быта (я прожила почти 3 месяца одна с детьми, и роль матери-одиночки мне категорически не понравилась), а главное — одинокие тоскливые вечера стали отличной почвой, на которой проросли зерна сомнений и страхов. Я полезла за информацией в Интернет, и бездна меня поглотила.

Внутренний мазохист во мне специально из всего многообразия материалов в сети выбирал самые разнесчастные истории с самыми грустными финалами о том, как в Европе мужья уходили к другим женам или даже к другим мужьям. Становились ужасными скрягами, начинали третировать жен и попрекать каждой копейкой (пардон, каждым центом). А жены, запертые в четырех стенах в чужой стране без работы и языка, постепенно сходили с ума.

Я читала, читала, читала, пока не впала в настоящую панику. Все мои подруги, которые в тот непростой период приезжали меня поддержать с бутылкой красного сухого, в обязательном порядке выслушивали мой спич о том, что тут, в Калуге, я сама себе хозяйка, в случае чего я всегда заработаю денег, сниму квартиру и прекрасно проживу с детьми. Нет, вы не подумайте плохого! У нас с мужем полная гармония и любовь до гроба. Мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день. Но при этом для меня всегда была важна финансовая и прочая независимость от мужа. А в Германии даже мое право на проживание зависит от него! Не говоря уже о том, что тут он стал единственным добытчиком в семье. Я так много об этом передумала, что чуть не докатилась до свадебного контракта перед переездом. Но, к счастью, не докатилась. И этот страх открывает мой рейтинг.

Страх первый: финансовая зависимость от супруга

Так получилось, что первое мое знакомство в Берлине было с мамой-одиночкой двоих детей, которая не так давно разошлась с мужем.

— Как же ты живешь? Ты же не работаешь! Как ты можешь оплачивать трехкомнатную квартиру? — вопрошала я.

Выяснилось, что «Джоб-центр» (JobCenter — агентство по поддержке безработных с небольшими шансами на рынке труда) оплачивает ей квартиру, платит пособие, еще она получает алименты от мужа и Kinder Geld (пособие в 190 евро на каждого ребенка). И вполне неплохо себе поживает!

Потом в большой веселой компании мне также объяснили, что в России, когда у женщины нет работы, накоплений или своей собственности, она может оказаться на улице после развода. Здесь это невозможно. И умереть от голода можно, только если зашить себе рот. Квартиру оплатят, пособие назначат, а дальше уже все зависит от тебя.

С огромным облегчением я вычеркнула этот самый страшный страх из своего списка.

Страх второй: А как же я там без подруг?

Еще один мой самый страшный страх в России. Вот эти мои страдания муж понять никак не мог. Ему, социопату и интроверту, главное иметь оплаченный интернет-траффик. А вот мои калужские подружки очень даже меня понимали — что за жизнь, когда не с кем поболтать, обсудить все важное и неважное, походить по магазинам, в конце концов?!

Я так боялась оказаться в коммуникационном вакууме, да еще и в чужой языковой среде, что с фанатизмом окунулась в мир социальных сетей. Я писала каждый день посты у себя в «Фейсбуке», френдила всех, у кого местом проживания значился город Берлин, и знакомилась, знакомилась, знакомилась! И пусть это сейчас выглядит немножко одой «Фейсбуку», но я на самом деле очень благодарна этой сети, которая подарила мне настоящих друзей — да, тех самых, к которым можно и в беде, и в радости. И хороших приятельниц, с которыми можно погулять вместе, выпить кофе, пошататься по магазинам. Именно в «Фейсбуке» я нашла огромное количество полезной информации — о школе, языковых курсах, страховке, о прохождении всей бюрократии.

Милейшие люди из страны «Фейсбука» помогали переводить мне документы и письма с немецкого языка, отдавали бесплатно мебель и очень поддерживали. Без этой поддержки нам пришлось бы намного тяжелее.

Этот страх также не подтвердился реальностью. Если ты открыт миру — то и мир открыт тебе!

Страх третий: кем я там смогу работать?

На этот вопрос я слышала один и тот же ответ от тех, кто переехал 5-10-15 лет назад: «Домохозяйкой!» Не работать я не умею и в декрете никогда не сидела (в роддоме я пугала медсестер ноутбуком, с которого «вышла» на работу на третьи сутки после родов). Поэтому вопрос работы стоял для меня остро.

Так как мы приехали по «голубой карте», у меня с самого первого дня в Берлине была лицензия на работу. То есть теоретически я могла выйти на работу в любой момент. А практически все упиралось в отсутствие свободных мест в детском саду и незнание немецкого языка. Я решила пока не выучу язык хотя бы до уровня B1 остаться на любимом и привычном фрилансе. Я поездила по встречам, познакомилась с людьми и нашла два интересных проекта для себя, в которых можно начать работать уже сейчас и без немецкого, что я и сделала.

Я перестала надеяться на авось и стала более дисциплинированной. Для такой разгильдяйки, как я, это полезный опыт.

Сколько бы у меня не было страхов, итог таков: я довольна! 

Этот страх также не подтвердился реальностью. Если ты открыт миру — то и мир открыт тебе!

Так получилось, что первое мое знакомство в Берлине было с мамой-одиночкой двоих детей, которая не так давно разошлась с мужем.