Погода в этот день была удивительно теплая, но по приходу на пляж Минаса обнаружила лишь беспокойных чаек, белый влажный песок и невероятной красоты море. Белокурая девушка застыла на мгновение, рассматривая то, что видела только за стеклом. Можно подумать, что это просто много воды, но оно совсем не походило на то, что Хаяси видела каждый день в океанариуме, оно казалось таким живым из-за своих бесконечных волн. Подходя всë ближе, она совсем перестала волноваться и осматриваться по сторонам. Вскоре пляжная сумка была брошена на песок, тапочки и полупрозрачная накидка остались там же. Взволнованная девица осталась в голубом раздельном купальнике, лиф обрамлялся мелкими рюшами, а на бедрах была нашита дополнительная нейлоновая ткань, создавая подобие юбки. Сделав шаг, еë ступня почувствовала приятную щекотку от белой бурлящей пены. Необычные ощущения доставляли девушке удовольствие, прищурив глаза, она вступала все дальше и дальше в воду. Песчаный берег был не обрывистый и очень мягко заводил глубже. Встречные волны бились об пухлые бедра, но обратные были необычно сильные. Чтобы удержаться на ногах, она расставляла руки в стороны и вкапывалась ногами в песок, пару шагов она прошла без проблем, пока не покачнулась на очередном тягуне. Он был настолько сильным, что спокойно сбил Хаяси с ног и потянул вперед. Пару секунд черноглазой это казалось смешным, как будто море играет с новой игрушкой, но веселье сменилось на тревогу. Встать не получалось ни с первого, ни со второго раза, а встречные волны уже начинали накрывать с головой. 

Болтаясь между жестокими волнами, тюленька пыталась отталкиваться от дна, но как только оказывалась над водой, еë снова накрывало. От паники тратилось слишком много кислорода, которого было и так не слишком много, в непривычно сильно солёной воде было больнее открыть глаза, поэтому ориентироваться было практически невозможно. Силы кончались от постоянных мотыляний, а мозг уже переставал давать надежду на спасение, конечности перестали сопротивляться воде, становилось спокойнее, только горело в груди, а в голове крутилось лишь одно: «Папа был прав».

Перед помутневшим взглядом промелькнул знакомый силуэт хвоста, темные пятна напомнили ей тех самых пятнистых акул из океанариума. Блондинка не успела даже испугаться, как этот силуэт стал настолько близко, что она начала чувствовать мнимые прикосновения к своему телу. Было не совсем важно, как она умрет: утонув или от зубов тех, кого побаивалась даже через толстое стекло аквариума. Хватка зубов стала крепкой, настолько, что казалось, ребра раскрошатся в труху. От боли и удушения в глазах окончательно потемнело.

𓆟‧º·˚𓆟 °•

— Не смей умирать тут! —В чувство еë привел громкий женский голос и, похоже, не первый удар по лопаткам. Находясь перекинутой через чужое колено, из нее активно выходила вся лишняя вода. Ладонь легла на узкую шею и стала нащупывать пальцами сонную артерию для проверки пульса. От такой резкой, пугающей тактильности длинноволосая попыталась выбраться, что получилось слегка неудачно. Она оперлась рукой на бедро, на котором лежала, и резко выпрямилась, от чего столкнулась макушкой с чужим подбородком. Обе девушки зашипели от общей боли, но в разных частях. Эта парочка секунд дали возможность вырваться из чужих рук и плюхнуться задницей на землю. 

— Совсем больная? Топишься, дерешься, совести никакой. — Слушая недовольные и даже злые жалобы, девушка наконец-то смогла убрать длинные и мокрые волосы с лица. — Да не топилась я — резко вскрикнула и после этого подняла глаза на человека перед ней. Девушка по виду была высокой и крепко сложенной, мокрые волосы были короткие и светлые, брови нахмуренны, скорее всего, от поведения спасенной. Голубые глаза внимательно рассматривали что-то, а острые зубы виднелись, когда она разговаривала. Такие зубы с легкостью могут перегрызть шею, которую недавно ощупала. Испуганные черные глазки-пуговки скользнули ниже, в районе предплечья находился плавник, а на кончиках пальцев находились острые когти. Набором из когтей и острейших зубов можно было освеживать любую крупную рыбу, что там ослабленную девушку. За спиной виднелся тот самый пятнистый хвост, после всего увиденного лицо Минасы еще сильнее побледнело, а голос вздрогнул:

— Ты выловила меня, чтобы съесть?— Слабое тело пыталось отползти назад, но получалось плохо, ведь силы кончились еще в воде. Осталось лишь одно – заплакать от отчаянья, что она успешно и начала. Крупные слезинки капали с щек прямо на мокрый песок. Умирать совершенно не хотелось, особенно на суше. Голубые глаза расширились от удивления, наблюдая быструю смену эмоций на чужом лице, нужно было ее как-то успокоить, но нужные слова никак не шли на ум, ведь она не собиралась ничего делать.

— Откуда у тебя вообще такие мысли? Взгляни внимательнее на форму, разве спасатели пожирают тех, кого спасли? Подбери сопли и лучше скажи, зачем ты в воду полезла? — По чужой просьбе рыдающая и правда внимательнее вгляделась в яркий купальник, на груди и шортах был принт пляжных спасателей Японии, от этого стало намного легче. Шмыгая носом и размазывая слезы по лицу, девушка рассказала всë как было.

𓆟𓆟

Разговаривая обе девушки шли по пляжу в поисках личных вещей белокурой, все же приходила она сюда не с пустыми руками.

— ... Море выглядело спокойным, поэтому я даже не задумалась, что такое может произойти. О, сумка! — Хаяси уже хотела рвануть вперед, но уставшие ноги не хотели слушаться и путались. Крепкая рука вовремя схватила её за плечо и предотвратила падение.

— Не делай таких резких движений, если не хочешь носом песок пропахать! — Прикрикнув на младшую, Акула стала вести ее уже поддерживая. — Даже если море спокойное, нужно в первую очередь смотреть на флаг при входе, сегодня он черный. При нём даже на пляж не пускают, а ты в воду полезла. Неужели ты со своей причудой ничего о море не знаешь?

Неожиданный вопрос заставил притихнуть, ведь хвостатая была права, она почти ничего не знала про то, куда так давно хотела попасть. Это ее чуть и не погубило. Захватив сумку и не найдя тапочек, мокрые причудные молча продолжали куда-то идти. Низкая, повесив нос, рассматривала песок и камушки под ногами, пытаясь переварить то, что с ней произошло.

𓆟𓆟𓆟

— Итикава! Кусачка, мне нужна твоя помощь и одежда!

 Из мыслей ее снова выдернул грубоватый голос спасательницы, похоже, она кого-то звала. Подняв темные глаза, она увидела необычно большой пляжный домик, около одной из стен находилась интересная барная стойка в виде голубой лодки. Было видно, что он был построен собственноручно, от чего становилось еще интереснее познакомиться с его жителем. Интерес быстро исчез, когда из прохода внутрь выглянуло недовольное лицо.

— Еще как меня назовешь? Я ведь извинился. — С этими словами мужчина показался полностью и, сложив руки на груди, оперся плечом на косяк двери. Названный «Итикава» был выше спасительницы на сантиметров тридцать, тело крепкое, а кожа темная со светлыми пятнами в некоторых зонах. На голове темно-синие дреды, заплетенные в необычную прическу, на хмуром мужском лице выделялись черные склеры и такие же острые зубы, как у акулы. Хвост походил по раскрасу на косатку и был такой огромный, что Хаяси невольно стала паниковать. Куда ее вообще привели? 

— Это косатка? — тихо спросила бывшая утопленница и юркнула за спину к своей защитнице. Вот он правда выглядел невероятно угрожающе.

Чернокожий вскинул бровь и заглянул за спину своей знакомой. В его взгляде читалось небольшое недопонимание, но в дом он их пустил. Оставлять на пороге двух насквозь мокрых девушек было бы очень некультурно.

 — Уроко, сегодня же не должно быть никого, откуда она? Вообще впервые вижу ее. — Оставив испуганную в гостиной, Рыбак утащил пошептаться в другую комнату свою знакомую. Он знал многих на пляже, ведь буквально жил на нем, но эта девчонка была ему незнакомой, что очень смущало. — Ты хоть спросила, сколько ей лет? Вдруг родители уже половину города на уши поставили, а она тут? Тебя ж посадят. — взволнованно шептал он, передавая полотенце и футболку из своего скудного гардероба. Коротковолосая лишь закатывала глаза. — Тс, а куда мне ее? Уйти с пляжа я по протоколу не могу, а ты после своей оплошности пообещал помогать мне, так вот, держи свое слово и иди сделай чай.

Оставшись одной в гостиной, веснушка рассматривала необычный интерьер. Все было такое большое для ее роста, хотя это было и ожидаемо, ведь для большого мужчины нужно очень много места. Подойдя к одному из стареньких кресел, она наклонила голову вбок, рассматривая рыболовную сеть. Тут же, недалеко от дивана, стояли несколько шкафчиков от кухонного гарнитура, возле соседней стены стояла самодельная печь. Сейчас она была не затоплена, а еда готовилась на небольшой переносной плитке, работающей от газовых баллонов. Крутя головой, она и не заметила, как новые знакомые вернулись в комнату, из-за этого вздрогнула, когда на ее голову накинули полотенце. 

— Хватит крутиться, сейчас все полы замочишь. Вот футболка, надень пока ее, чтобы не мерзнуть. — Это сделала спасательница, она уже успела высохнуть в отличие от Минасы. Кивнув на замечание, тюленька быстро завернула кудрявые от воды волосы в полотенце, а поверх купальника натянула чужую футболку, которая висела на ней, как на вешалке. — Спасибо, я обязательно еë верну.

На благодарность все ещё незнакомый великан ответил кивком и поставил кружки на столик возле дивана. После этого они наконец-то смогли узнать хоть что-то друг о друге. Косатку звали Итикава Ичиро, а Акулу – Уроко Акаи. Оба они почти погодки и были недавними знакомыми. 

— Я думал, тебе лет пятнадцать. — нескромно выпалил Ичиро, на это высказывание младшая отреагировала достаточно бурно, хмуря круглые брови. — Ну на столько мне возраст еще не занижали! И вообще, мой рост выше среднего в Японии. Это ты вырос как пальма! — Хаяси на эмоциях воспользовалась очень грубым местоимением для разговора с недругом, который еще и был старше. Поняв свою ошибку, младшая прикрыла рот ладонью, этот жест заставил рассмеяться сначала острозубую акулу, а после и Ичи.

𓆟𓆟

Новые знакомые провожали черноглазую у порога. Пока девушки обменивались соцсетями, Ичиро стоял чуть в стороне и вгляделся в босые ступни. — Точно дойдешь? — Из-за вопроса тюленька оторвалась от гаджета и с легкой улыбкой проговорила: — Конечно, не волнуйся! — «Я и не собирался волноваться о тебе», хотел ответить он, но не успел, ведь младшая успела выйти за порог, махая рукой напоследок.

Дойти до дома было не тяжело, тяжелее было войти в эту квартирку так, как будто ничего не произошло. Стоя перед дверью, она мялась, обдумывая варианты развития событий. Самый благоприятный для нее будет, если отца в принципе не будет дома. Выдохнув, она вынула из сумки ключ и вставила в замок, несколько щелчков, и она открылась. В коридоре было темно, нажав на выключатель, она замерла. Самый худший исход был перед ней.
— И где же ты была? — высокий худощавый мужчина стоял в проходе, сложив руки на груди, рассмотрев дочурку, он нахмурился. Влажные волосы, чужая мужская одежда, босые ноги. — Ты ведь не просто гуляла, правда ведь?
Поджимая губы, Минаса совершенно не знала, что ответить, врать не было смысла, а говорить правду до ужаса страшно.

— Ты же помнишь наш уговор, а если бы ты утонула? — такой до ужаса родной голос становился грубее и злее, его раздражало молчание от дочери. — Ну что ты молчишь, чтобы я делал, если...

— Но меня же спасли! — выкрикнула она. Ощущение, что ее попросту загнали в угол, из-за этого она сказала то, чего не должна была. Минаса хотела оставить в тайне все, что произошло сегодня на пляже, но так глупо проболталась. Сделав шаг назад и прижавшись спиной к холодной двери, девушка наблюдала за реакцией отца. Глазки-пуговки бегали по его застывшему от шока лицу, Исан в полном ужасе смотрел куда-то сквозь дочь. — Пообещай, что больше никогда не пойдешь туда, пообещай мне.

Такой дрожащий голос она слышала лишь раз, в день, когда они дали друг другу обещание больше не посещать губительное море, но как дать его снова, любя всё, что с ним связано.

— Нет, — отказа от единственной в его жизни он никак не ожидал, ступор перерастал в необратимую панику, а также злость. — Нет, пап, нет! Я буду ходить туда, а если бы ты больше рассказывал про него, меня бы не затянуло! — выкрикивая всё, что она думает, юная рецидивистка рванула в свою комнату, чтобы спрятаться от последствий. Хаяси-сан рванул за дочерью, он не совсем понимал, с какой целью хотел догнать ее, но не успел, ведь дверь в комнату захлопнулась.

— Минаса, выйди, мы еще не договорили! Если ты еще раз пойдешь туда, я больше не выпущу тебя из этой комнаты! Ты слышишь меня?? — небритого мужчину аж трясло от таких высказываний, он не понимал до конца, что же сделал не так, где ошибся, чего не додал? Ломясь в дверь, он пытался найти ответы на все эти ответы в своей голове, но ничего не складывалось. Дочурка же пыталась отдышаться, забившись в самый дальний угол спальни, она впервые видела своего любимого отца таким. Но она знала точно, даже это не заставит ее отступить.