Товарищи!

Соотечественники и соотечественницы!

Сегодня, 2 сентября, государственные и военные представители Японии подписали акт безоговорочной капитуляции. Разбитая наголову на морях и на суше и окруженная со всех сторон вооруженными силами Об’единенных Наций, Япония признала себя побежденной и сложила оружие.

Два очага мирового фашизма и мировой агрессии образовались накануне нынешней мировой войны: Германия – на западе и Япония – на востоке. Это они развязали вторую мировую войну. Это они поставили человечество и его цивилизацию на край гибели. Очаг мировой агрессии на западе был ликвидирован четыре месяца назад, в результате чего Германия оказалась вынужденной капитулировать. Через четыре месяца после этого был ликвидирован очаг мировой агрессии на востоке, в результате чего Япония, главная союзница Германии, также оказалась вынужденной подписать акт капитуляции.

Это означает, что наступил конец второй мировой войны.

Теперь мы можем сказать, что условия, необходимые для мира во всем мире, уже завоеваны.

Следует отметить, что японские захватчики нанесли ущерб не только нашим союзникам – Китаю, Соединенным Штатам Америки, Великобритании. Они нанесли серьезнейший ущерб также и нашей стране. Поэтому у нас есть еще свой особый счет к Японии.

Свою агрессию против нашей страны Япония начала еще в 1904 году, во время русско-японской войны. Как известно, в феврале 1904 года, когда переговоры между Японией и Россией еще продолжались, Япония, воспользовавшись слабостью царского правительства, неожиданно и вероломно, без об’явления войны напала на нашу страну и атаковала русскую эскадру в районе Порт-Артура, чтобы вывести из строя несколько русских военных кораблей и создать тем самым выгодное положение для своего флота. И она действительно вывела из строя три первоклассных военных корабля России. Характерно, что через 37 лет после этого Япония в точности повторила этот вероломный прием в отношении Соединенных Штатов Америки, когда она в 1941 году напала на военно-морскую базу Соединенных Штатов Америки в Пирл-Харборе и вывела из строя ряд линейных кораблей этого государства. Как известно, в войне с Японией Россия потерпела тогда поражение. Япония же воспользовалась поражением царской России для того, чтобы отхватить от России Южный Сахалин, утвердиться на Курильских островах и, таким образом, закрыть на замок для нашей страны на востоке все выходы в океан – следовательно, также все выходы к портам советской Камчатки и советской Чукотки. Было ясно, что Япония ставит себе задачу отторгнуть от России весь ее Дальний Восток.

Но этим не исчерпываются захватнические действия Японии против нашей страны. В 1918 году, после установления советского строя в нашей стране, Япония, воспользовавшись враждебным тогда отношением к советской Стране Англии, Франции, Соединенных Штатов Америки и опираясь на них, вновь напала на нашу страну, оккупировала Дальний Восток и четыре года терзала наш народ, грабила советский Дальний Восток.

Но и это не все. В 1938 году Япония вновь напала на нашу страну в районе озера Хасан, около Владивостока, с целью окружить Владивосток, а в следующий год Япония повторила свое нападение уже в другом месте – в районе Монгольской Народной Республики, около Халхин-Гола, с целью прорваться на советскую территорию, перерезать нашу Сибирскую железнодорожную магистраль и отрезать Дальний Восток от России.

Правда, атаки Японии в районе Хасана и Халхин-Гола были ликвидированы советскими войсками с большим позором для японцев. Равным образом была успешно ликвидирована японская военная интервенция 1918–22 годов, и японские оккупанты были выброшены из районов нашего Дальнего Востока. Но поражение русских войск в 1904 году в период русско-японской войны оставило в сознании народа тяжелые воспоминания. Оно легло на нашу страну черным пятном. Наш народ верил и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита и пятно будет ликвидировано. Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, этого дня. И вот этот день наступил. Сегодня Япония признала себя побежденной и подписала акт безоговорочной капитуляции.

Это означает, что Южный Сахалин и Курильские острова отойдут к Советскому Союзу и отныне они будут служить не средством отрыв Советского Союза от океана и базой японского нападения на наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии.

Наш советский народ не жалел сил и труда во имя победы. Мы пережили тяжелые годы. Но теперь каждый из нас может сказать: мы победили. Отныне мы можем считать нашу отчизну избавленной от угрозы немецкого нашествия на западе и японского нашествия на востоке. Наступил долгожданный мир для народов всего мира.

Поздравляю вас, мои дорогие соотечественники и соотечественницы, с великой победой, с успешным окончанием войны, с наступлением мира во всем мире!

Слава вооруженным силам Советского Союза, Соединенных Штатов Америки, Китая и Великобритании, одержавшим победу над Японией!

Слава нашим дальневосточным войскам и Тихоокеанскому военно-морскому флоту, отстоявшим честь и достоинство нашей Родины!

Слава нашему великому народу, народу-победителю!

Вечная слава героям, павшим в боях за честь и победу нашей Родины!

Пусть здравствует и процветает наша Родина!

ВАШИНГТОН, 30 августа. (ТАСС). Трумэн направил конгрессу 20-й доклад об операциях на основании закона о ленд-лизе (т.е. поставках в аренду или взаймы).

В письме, приложенном к докладу, Трумэн заявляет: «Ленд-лиз и ответный ленд-лиз помогли об’единить в могущественное, победоносное боевое содружество отдельные усилия стран, выступивших против агрессии стран оси. Каждый из наших главных боевых соратников участвовал в создании об’единенных вооруженных сил в соответствии со всеми своими возможностями и способностями. Великая задача ленд-лиза в настоящее время завершена. Выполнение программ ленд-лиза, предоставленного нашим союзникам, заканчивается быстро и в организованном порядке в соответствии с военными нуждами, обусловленными передвижением войск и задачами оккупации».

В самом докладе отмечается, что Соединенные Штаты, прибегая к различным мероприятиям, в том числе к закону о ленд-лизе к соглашениям, достигнутым в Бреттон-Вудсе, выразили свое намерение избежать повторения политических и экономических ошибок, допущенных во время и после первой мировой войны. «Подавляющая часть помощи по ленд-лизу, — говорится в докладе, — которая в настоящее время достигла суммы свыше 42 млрд. долларов, непосредственно использована нашими союзниками в войне. Как ни бесценна была эта помощь для наших союзников и для нас самих при совместных военных усилиях, она отличается тем не менее от нормальных условий торговли, поскольку она не создавала средств для оплаты. Если долг, приближающийся к 42 млрд. долларов, прибавить к другим огромным финансовым обязательствам, которые иностранные правительства взяли на себя для военных целей и которые они вынуждены будут взять на себя в дальнейшем для восстановления и реконструкции своих опустошенных войной стран, то это катастрофически отразилось бы на нашей торговле с Об’единенными нациями и, следовательно, на положении промышленности и на использовании рабочей силы у нас, в Соединенных Штатах».

Отметив, что долги таких размеров толкнут основных соратников США «на отчаянные меры, вроде тех, какие применялись до войны странами оси, чтобы добиться экспортных излишков для расплаты с США», и что могущее возникнуть «в связи с этим отчаянное международное торговое соперничество создаст угрозу политической устойчивости и посеет семена нового мирового пожара», Трумэн заявляет: «Обеспечение длительной безопасности и экономических целей Соединенных Штатов и других Об’единенных наций является задачей чрезвычайно важного значения для предотвращения потери плодов победы, которой мы добились в результате таких громадных жертв. Мы будем стремиться в соответствии с процедурой, установленной законом о ленд-лизе и последующими соглашениями о ленд-лизе с другими странами, к тому, чтобы добиться такого урегулирования наших отношений военного времени, связанных с ленд-лизом, при котором будет наилучшим образом обеспечено достижение этих целей и этим будут созданы необходимые основы нашего экономического благосостояния».

В докладе указывается, что наиболее крупные поставки по ленд-лизу были сделаны в Британскую империю, которая получила товаров больше чем на 29 млрд. долларов, причем приблизительно на 13,5 млрд. было отправлено в Соединенное Королевство.

Относительно помощи, оказанной по ленд-лизу Советскому Союзу, в докладе говорится: «Начиная с момента осуществления программы ленд-лиза для Советского Союза, с осени 1941 года и по 30 июня 1945 года включительно, Соединенные Штаты отправили товаров стоимостью в 9.129 млн. долларов, что составляет 28 проц. от общего количества, отправленного всем нашим союзникам. Общая стоимость помощи, оказанной по ленд-лизу Советскому Союзу для войны против агрессоров, занимает второе место после помощи, оказанной Соединенному Королевству». К концу июня, говорится в послании, США отправили советским армиям боеприпасов на общую сумму в 4.462 млн. долларов, самолетов и запасных частей к моторам — на 1.584 млн. долларов.

В докладе приводится количество танков, бронемашин, тягачей, отправленных в СССР, и указывается, что, кроме того, в число материалов, отправленных в Советский Союз до 30 июня 1945 г. на основе ленд-лиза, входит 8.200 зенитных орудий, 135.000 пистолетов-пулеметов, 343.000 тонн взрывчатых веществ, 105 истребителей подводных лодок, 195 торпедных катеров и 7.600 дизелей.

«На основе ленд-лиза, — указывается в докладе, — в Советский Союз для советской промышленности и в целях поражения стран оси было отправлено промышленного оборудования на 320 млн. долларов, кроме того, металлорежущих инструментов на 35 млн. долларов, нефтеочистительного оборудования — на 43 млн. долларов, электрогенераторных установок — на 171 млн. долларов. Количество металла вывезенного на основе ленд-лиза, складывается из 2.688 тыс. тонн стали, 17.600 тонн ферросплавов, 810 тыс. тонн цветных металлов. Советские военные заводы и ресурсы удовлетворили гораздо большую часть потребностей русской армии в Европе и на Дальнем Востоке. Тем не менее боеприпасы, промышленные изделия и материалы, поставляемые по ленд-лизу, сыграли существенную роль в победах, достигнутых советскими войсками над нацистами».

В докладе далее говорится: «К 1 апреля 1945 года СССР оказал Соединенным Штатам на основе ответного ленд-лиза помощь, исчисляющуюся в 2.139 тыс. долларов. Поскольку американские войска не находились в Советском Союзе, у этого нашего союзника имелись лишь ограниченные возможности для оказания помощи нашим вооруженным силам на основе ответного ленд-лиза. Тем не менее, американские торговые суда ремонтировались в советских портах и снабжались необходимыми материалами на основе ответного ленд-лиза без каких бы то ни было затрат со стороны США. Кроме того, в разгар налетов на Германию, когда американские самолеты, базировавшиеся в Англии, уничтожали нацистские военные заводы массированными налетами, Советский Союз на основе ответного ленд-лиза предоставлял базы, на которых наши самолеты заправлялись, а команды и механики получали пищу и различное обслуживание».

В докладе отмечается, что «советские дальневосточные армии три месяца спустя после поражения Германии перешли маньчжурскую границу и вступили в Маньчжоу-Го, находящееся под господством Японии. Никогда еще в истории враг не оказывался перед лицом такой комбинации вооруженных сил. Только немедленная капитуляция могла предотвратить полное уничтожение Японской империи силами союзников».

Далее в докладе говорится, что по 1 апреля этого года включительно Соединенные Штаты получили от союзников на основании ответного ленд-лиза общую помощь на 5.600 млн. долларов, причем «каждый из главных боевых соратников США содействовал этой помощи, как только мог эффективно».

В докладе указывается, что Соединенные Штаты уже получили от ленд-лиза весьма большие выгоды «и дальнейшие выгоды обеспечены». «Основная и самая главная выгода состоит в поражении агрессоров». Вторая выгода состоит в ответном ленд-лизе, который «был важным фактором в укреплении вооруженных сил и военных усилий США».

Отметив, что «издержки войны не могут быть измерены в долларах», Трумэн указывает: однако в известной степени можно измерить военные издержки с финансовой точки зрения; вероятно, наилучшим мерилом является доля национального дохода каждой страны, входящей в состав Об’единенных наций, израсходованная на военные цели. До тех пор, пока Соединенные Штаты не перешли в наступление, основные державы — Британская империя и СССР — расходовали гораздо большие доли национального дохода на войну, чем Соединенные Штаты. К 1943 году основные страны — Британская империя, Советский Союз и Соединенные Штаты — все тратили приблизительно половину национального дохода на войну. «Таким образом, — говорится в докладе, — после 1942 года относительные финансовые военные расходы для Соединенных Штатов и основных союзников были практически приблизительно равны. Такое распределение военных финансовых расходов означает, что ни одна страна не может разбогатеть или нечестно извлечь выгоду за счет военных усилий своих союзников».

Постановление ГКО СССР N9898 «О приеме, размещении и трудовом использовании 500 000 военнопленных японской армии»

Совершенно секретно

Москва, Кремль

1. Обязать НКВД СССР т. т. Берия и Кривенко принять и направить в лагеря для военнопленных до 500 000 военнопленных японцев.

2. Обязать военные советы фронтов — 1-го Дальневосточного (т. т. Мерецкова и Штыкова), 2-го Дальневосточного (т.т. Пуркаева и Леонова) и Забайкальского (т.т. Малиновского и Тевченкова) совместно с представителями ГУПВИ НКВД СССР по 1-му Дальневосточному фронту т. Павловым, по 2-му Дальневосточному фронту т. Ратушным и по Забайкальскому фронту т. т. Кривенко и Вороновым — обеспечить проведение следующих мероприятий:

а) отобрать до 500 000 военнопленных японской армии — японцев из числа физически годных для работы в условиях Дальнего Востока и Сибири;

б) организовать из военнопленных перед их отправкой в СССР строительные батальоны по 1000 человек в каждом, поставить во главе батальонов и рот командный состав из числа военнопленных младших офицеров и унтер-офицеров, в первую очередь инженерных войск, включить в состав каждого батальона двух медицинских работников из военнопленных, придать батальону необходимый для хозяйственного обслуживания автомобильный и гужевой транспорт, обеспечить за счет трофейного имущества весь состав батальона зимним и летним обмундированием, постельными принадлежностями, бельем, а также походными кухнями и личным бытовым инвентарем (котелки, кружки, ложки и т. п.);

в) выделить на каждый эшелон 2-месячный запас продовольствия на всю численность военнопленных, увеличив для этой цели состав эшелонов на необходимое количество вагонов;

г) учесть и принять под охрану все трофейное имущество, нужное в последующем для обеспечения лагерей военнопленных, в том числе летнее и зимнее обмундирование, обувь, постельные принадлежности, белье и все виды хозяйственного и бытового обслуживания японской армии; все указанное имущество подлежит передаче НКВД и на фронтах не должно быть расходовано;

д) направить эшелонами по ж. д. и водным путям в пункты по указанию НКВД СССР сформированные строительные батальоны из военнопленных, обеспечив их войсковой охраной в пути следования до места назначения.

Возложить на начальника Тыла Красной Армии т.Хрулева наблюдение за обеспечением направляемых в СССР военнопленных японцев вещевым довольствием, продовольствием, хозяйственным инвентарем и перевозками по ж. д. и водным путям.

3. Гл|авному Управлению НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных направить 500 000 военнопленных японцев на следующие работы:

а) на строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (на участках Известковая— Ургал, Бам—Тында, Ургал—Комсомольск—Совгавань, Тайшет—Усть-Кут)

б) в Приморский край в том числе:

Наркомуглю для работ в Сучанугле и Артемугле НКПС на Приморскую ж.д.

…

Наркомлесу на лесозаготовки Наркомстрою на строительство порта Находка и Владивосток

в) в Хабаровский край в том числе:

Наркомуглю на добычу Райчихо - Кивдинских углей

…

Наркомлесу на лесозаготовки Наркомморфлоту и Наркомречфлоту НКПС - Амурская дорога Наркомстрою на строительство Николаевского порта,

…

г) в Читинскую область в том числе:

Норкомуглю — для добычи Букачачинских и Черновскихуглей

…

НКЛес — на лесозаготовки КЭУ — НКО — строительство казарм

...

9. Поручить тт. Хрулёву (НКО) и Чернышеву (НКВД) разработать и ввести для военнопленных японцев нормы довольствия применительно к существующим в японской армии нормам продовольственного снабжения.

…

б) передать НКВД СССР для военнопленных японцев необходимое количество трофейного японского обмундирования и предметы хозобихода.

…

11. Обязать НКО (т. Будённого) передать лагерям НКВД СССР для военногутенных японцев 4000 лошадей трофейных и из ресурсов войск на Дальнем Востоке.

12. Обязать Наркомздрав СССР (т. Митерева) и ГВСУ НКО (т. Смирнова) организовать и выделить минимальное необходимое количество госпитальных койко-мест для лечения военнопленных японцев.

13. Обязать НКО (т. Воробьева) передать НКВД СССР для лагерей военнопленных японцев на Дальнем Востоке 800 тонн колючей проволоки.

14. Возложить на тов. Берия наблюдение за выполнением настоящего постановления.

Председатель ГКО И.СТАЛИН

Докладная записка Н.С. Хрущева И.В. Сталину о положении в западных областях УССР и борьбе с украинским националистическим подпольем

Совершенно секретно
Центральный комитет ВКП(б) — тов. Сталину И.В.

О положении в западных областях УССР

Выполняя Ваши указания и решения ЦК ВКП(б) и ЦК КП(б)У, парторганизации западных областей УССР, органы НКВД и НКГБ, пограничные и внутренние войска НКВД провели большую работу по разгрому вооруженных банд и подполья украинско-немецких националистов.

В результате проведения чекистско-войсковых операции, с 1 июня по 1 августа 1945 г. захвачено 6132 бандита, убито 4820 бандитов.

За это же время захвачено у бандитов: минометов 5 станковых пулеметов 36, ручных пулеметов 330, автоматов и винтовок 4664.

Наряду с этим проведена значительная работа по разгрому польского националистического подполья. Арест многих видных участников так называемой «Армии Крайовой» дал возможность вскрыть и ликвидировать ряд подпольных организаций «АК» в западных областях УССР.

В результате победоносного окончания Отечественной войны с фашистской Германией и разгрома большинства банд среди украинско-немецких националистов происходит большое разложение.

В улучшении морально-политического положения в западных областях и разложении националистических банд положительную роль сыграли также обращения правительства УССР и ЦК КП(б)У к участникам так называемых УПА и УНР и населению западных областей УССР.

В первых двух обращениях явившимся с повинной обещана амнистия, но не было установлено сроков явки с повинной. Имея в виду, что зимой и весной этого года много банд разгромлено и для того, чтобы быстрее покончить со всеми бандитскими группами, мы выпустили обращение, в котором указали, что те участники банд, которые явятся с повинной к 20 июля с. г. получат амнистию.

Несмотря на запугивание и террор со стороны главарей банд по отношению к рядовым бандитам и их семьям, выход с повинной в июле резко увеличился. Многие рядовые участники банд и даже некоторые главари, убедившись в бесперспективности борьбы против советской власти, решили воспользоваться обещанием правительства об амнистии, явившимся с повинной — вышли из лесов и схрон и явились в органы советской власти. За период с 1 июня по 20 июля явилось с повинной: бандитов 3024, дезертиров и уклоняющихся от призыва в Красную Армию 16 754 человека.

Несмотря на то, что правительство УССР и ЦК КП(б)У объявило амнистию тем лицам, которые явятся с повинной до 20 июля, все же бандиты, видя безвыходность своего положения и надеясь на какое-нибудь снисхождение, продолжают и после этого срока в большом количестве являться с повинной. С 21 июля по 1 августа явилось с повинной: бандитов - 2085, дезертиров и уклонявшихся от призыва в Красную Армию — 4809.

Всего с 1 июня по 1 августа явилось с повинной: бандитов - 5117. дезертиров и уклонявшихся от призыва в Красную Армию — 11 663 чел.

Характерным является то, что, начиная с 10 июля, бандиты начали являться с повинной в составе целых бандитских групп. Во многих случаях эти группы являются в органы НКВД с оружием и боеприпасами. Как правило, инициативу явки с повинной берут на себя рядовые бандиты, которые организовывают группы по 5—10 человек и уходят из банды, несмотря на угрозы главарей. За время с 10 по 31 июля 1945 года по западным областям УССР было 113 групповых явок с повинной с общим количеством 1134 бандитов.

Явившиеся с повинной бандиты рассказывают о том, что разложение в среде украинско-немецких националистов с каждым днем увеличивается. Рядовые бандиты все больше убеждаются в лживости антисоветской пропаганды националистических активистов, осознают бессмысленность и бесперспективность борьбы против советской власти.

Явившийся с повинной в Пробежнянский РО НКВД Дрогобычской области, бандит Сайко заявил:

«Бандиты сейчас уже не верят своим командирам, стремятся уйти из банды».

17 июля с.г. к начальнику Владимирецкого РО НКВД Ровенской области явился один бандит и принес письмо за подписью 6 бандитов следующего содержания:

«Прочитав обращение украинского правительства мы целиком признали свою ошибку — участие в борьбе против советской власти и с сегодняшнего дня решили полностью порвать с бандой и явиться с повинной в советские органы и сдать имеющееся у нас оружие. Просим назначить место явки».

Начальник РО НКВД назначил место и время явки. Из леса пришло 15 бандитов и сдали свое орудие.

Бывший бандит Желинский показал:

«...Моральное состояние личного состава банд весьма низкое. Бандиты в своем большинстве воевать не хотят и стараются бежать из банды. За последнее время за попытку дезертировать из банды было расстреляно 6 человек».

Явившиеся с повинной в Бобркский райотдел НКВД Львовской области 30 бандитов заявили, что «в лесу осталось из банды только 4 ватажка».

Захваченный нами надрайонный комендант «СБ» Пинчук Александр на допросе показал:

«... в нашей борьбе все пропало, людей нет. Из обслуживаемых мною 5 районов в тыловой сетке остались один районный и один подрайонный коменданты. Всякая связь между отдельными нашими организациями нарушена. В течение 4 месяцев я не получал указании от вышестоящих руководителей. Я убедился, что борьба наша безнадежна».

На моральное разложение бандитов и оуновского подполья повлияла начавшаяся передислокация войск фронта и расквартирование их в районах западных областей.

Вышедший с повинной бандит Львовской области Линда рассказал:

«... Большую панику на бандеровцев навело возвращение советских войск с фронта. Ходят усиленные слухи о том, что раз войска пришли домой, значит Англия и Америка воевать против СССР не будут, а войска Красной Армии не простят бандеровцам их бандитских проявлении».

Явившиеся с повинной Шевчук В., Шевчук И. и Дупак В. (Садгорский район Черновицкой области) заявил:

«Красная Армия, разгромив немецкие войска, получила большие возможности разгромить и уничтожить ОУН и УПА. Не веря больше в силу оуновского подполья и банд УПА, чувствуя близость разгрома, мы решили явиться с повинной».

Бывший участник УПА, житель Львовского района Шах рассказал:

«...Когда я находился в банде УПА, сотник "Глухой" и другие говорили, что Красная Армия в войне с Германией потеряла все свои основные силы и теперь она очень слаба. Теперь я убедился сам, судя по движению войск, что Красная Армия очень сильна. Дальнейшая борьба против советской власти бесполезна и бесцельна».

Явившиеся с повинной участники банды Стойко и Ониско — жители села Рокитное Львовского района — рассказали:

«...В связи с передвижением войск Красной Армии в банде имеется полное разложение. Многие участники банды УПА решили, явиться с повинной, в том числе явились и мы, 25 человек участников банды добровольно, так как рядовые бандиты перестали верить и питать надежду на руководителей банды. Население, на которое рассчитывали бандиты, поддержки бандитам не дает».

Окончание великой Отечественной войны против гитлеровской Германии население западных областей УССР встретило с большей радостью и выражает единодушное отрешение как можно скорее наладить нормальную хозяйственную и культурную жизнь.

В настоящее время положение в западных областях характеризуется дальнейшим усилением политической активности населения. Крестьяне стали принимать более активное участие в проведении хозяйственных и политических мероприятий советской власти.

Большинство местного населения враждебно относится к бандам и все более активно включается в борьбу против украинско-немецких националистов. Есть много случаев, когда крестьяне отказывают бандитам в пище и ночлеге, прячет от них продовольствие и проч.

Привожу характерные примеры. В захваченном нами отчете проводника района ОУН № 37 (Волынская область) написано:

«Сильное влияние на население оказала большевистская пропаганда, которая подорвала среди населения веру в силу ОУН».

Крестьяне Селюк и Логан Яворовского района Львовской области привели из леса в райотдел НКВД своих сыновей. Последние, убедившись в том, что обращение правительства выполняется и их не репрессируют, возвратились в лес и привели в собой вою банду в количестве 14 человек.

15 июля в селе Городовичи Бобркского района Львовской области, в момент проезда оперативной группы через село, крестьянка выбежала из хаты и сказала чекистам: «Сейчас покажу, где прячутся бандиты. Хватит терпеть и бояться». Она указала три схрона, в которых было захвачено 8 бандитов. Эта же крестьянка назвала фамилии еще 20 бандитов.

В селе Красник Жабьевского района Станиславской области явился с повинной станичный УПА Юрко Инчук житель этого села. Крестьяне, увидев Инчука, избили его за то, что он был в банде, принуждал других идти в банду и с опозданием раскаялся.

Из показаний задержанных и явившихся с повинной бандитов, а также агентурных данных, видно, что отъявленные главари украинских националистов намерена не прекращать борьбу, а всеми силами стараются воспрепятствовать процессу разложения националистических организаций. С этой целью они осуществляют террористические акты и распространяют всякие провокационные слухи.

В связи с продвижением частей Красной Армии с запада на восток, главари организаций украинско-немецких националистов среди местных жителей распространяют слух о том, что якобы Красная Армия отступает, так как в скором времени начнется война между Англией и СССР и в недалеком будущем Красная Армия будет отступать с территории Западной Украины.

В селе Печоры Станиславского сельского района 19 июля бандиты окружили село, согнали крестьян на собрание, где заявили: Держитесь. Скоро Советы отсюда уйдут. Америка и Англия нам дадут "незалежну Украiну". Кто пойдет против нас — повесим. Весь хлеб прячьте в ямы, не давайте советам».

Ряд главарей банд, понимая безвыходность своего положения, кончает жизнь самоубийством.

16 июля с.г. в г. Львове я провел совещание первых секретарей обкомов КП(б)У, начальников областных управлений НКВД и НКГБ, начальников внутренних ж пограничных войск НКВД, на котором были заслушаны сообщения о ходе борьбы с националистическими бандами и даны, практические указания по окончательному разгрому остатков банд украинско-немецких националистов.

24 июля 1945 года ЦК КП(б)У принял специальное решение «О ликвидации остатков банд украинско-немецких националистов в западных областях УССР».

В этом решении поставлен ряд конкретных задач перед партийными организациями, органами НКВД и НКГБ в деле окончательной ликвидации остатков банд и подполья украинско-немецких националистов.

Для уничтожения оставшихся банд, бандбоевок и групп СБ предложено создать специальные войсковые группы, во главе которых поставить лучших командиров и политработников. Перед каждой такой группой будут поставлены конкретные задачи преследовать банду независимо от того, в какие районы и области они будут двигаться и в течение определенного срока ликвидировать эту банду.

В связи с тем, что главари банд украинско-немецких националистов рассредоточили банды на мелкие группы и дали им задания вести подпольную антисоветскую работу, осуществлять террористические акты и диверсии, мы принимаем меры, чтобы значительно расширить сеть нашей агентуры и добиться коренного улучшения качества ее работы.

ЦК КП(б)У потребовал от обкомов и райкомов КП(б)У усилить борьбу против польских националистов и других враждебных элементов.

Кроме того, даны указания партийным и советским органам глубже заняться вопросами хозяйственного и культурного строительства, укрепления органов советской власти на местах, улучшения работы по воспитанию местных кадров и более смелого их выдвижения на руководящую работу.

Секретарь ЦК КП(б)У
Н. Хрущев

Берлинская конференция.

Происходившая с 17 июля по 2 августа 1945 г. в Берлине Конференция Глав Правительств Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки и Великобритании пришла к следующим заключениям:

I. ОБ УЧРЕЖДЕНИИ СОВЕТА МИНИСТРОВ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

А. Конференция достигла cледующего соглашения относительно создания Совета Министров Иностранных Дел для проведения необходимой подготовительной работы по мирному урегулированию:

УЧРЕЖДЕНИЕ СОВЕТА МИНИСТРОВ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

1. Должен быть учрежден Совет в составе Министров Иностранных ДелСоединенного Королевства, Союза Советских Социалистических Республик, Китая, Франции и Соединенных Штатов Америки.

2. а) Нормально Совет будет заседать в Лондоне, который будет являться постоянным местом пребывания Объединенного Секретариата, который будет создан Советом. Каждого Министра Иностранных Дел будут сопровождать Заместитель высокого ранга, должным образом уполномоченный вести работу в Совете в отсутствие его Министра Иностранных Дел, и небольшой штат технических советников.

b) Первое заседание Совета состоится в Лондоне не позднее 1 сентября1945 г. Заседания могут созываться по общему соглашению в других столицах, о чем можно будет время от времени договариваться.

3. а) В качестве немедленной и важной задачи Совета на него возлагается составление мирных договоров для Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии для представления их Объединенным Нациям и выработка предложений по урегулированию территориальных вопросов, встающих в связи с окончанием войны в Европе. Совет будет использован для подготовки мирного урегулирования для Германии, с тем чтобы соответствующий документ был принят пригодным для этой цели правительством Германии, когда такое правительство будет образовано.

b) Для разрешения каждой из этих задач Совет будет состоять из членов, представляющих те государства, которые подписали Условия Капитуляции, продиктованные тому вражескому государству, которого касается данная задача. При рассмотрении вопроса мирного урегулирования с Италией Франция будет рассматриваться как подписавшие Условия Капитуляции Италии. Другие члены будут приглашаться участвовать в Совете, когда будут рассматриваться вопросы, прямо их касающиеся.

c) Другие дела будут время от времени передаваться Совету по соглашению между Правительствами, являющимися его членами.

4. а) Когда Совет будет рассматривать вопрос, в котором непосредственно заинтересовано государство, не представленное в нем, это государство должно быть приглашено прислать своих представителей для участия в обсуждении и изучении этого вопроса.

b) Совет может приспособить процедуру своей работы к характеру данной рассматриваемой им проблемы. В некоторых случаях он может предварительно обсудить вопрос в своем составе до участия других заинтересованных государств. В другом случае Совет может созвать официальную конференцию государств, наиболее заинтересованных в решении какой-либо данной проблемы.

В. Решено также, что все три правительства пошлют идентичные приглашения правительствам Китая и Франции принять этот текст и присоединиться к учреждению Совета. Текст одобренных приглашений гласит следующее:

СОВЕТ МИНИСТРОВ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

Проект идентичного приглашения, которое должно быть послано отдельнокаждым из трех Правительств Правительствам Китая и Франции

«Правительства Соединенного Королевства, Соединенных Штатов Америки и Союза Советских Социалистических Республик считают необходимым начать без промедления проводить важнейшую подготовительную работу по мирному урегулированию в Европе. С этой целью они согласились относительно создания Совета Министров Иностранных Дел пяти великих Держав для подготовки мирных договоров с бывшими вражескими европейскими государствами для представления этих договоров Объединенным Нациям. Совет будет также уполномочен делать предложения относительно урегулирования неразрешенных территориальных вопросов в Европе и рассматривать также другие вопросы, которые правительства - члены Совета, по соглашению между ними, могут поручить ему (текст, принятый тремя правительствами, приведен выше).

По соглашению с Правительствами ............... Правительство ...............приглашает Правительство Китая/Франции принять приведенный выше текст и присоединиться к мероприятиям по учреждению Совета.

Правительство ............... придает большое значение участию Китайского Правительства/Французского Правительства в предлагаемых мероприятиях, и оно надеется получить быстрый и благоприятный ответ на это приглашение».

C. Учреждение Совета Министров Иностранных Дел для специальных целей, названных в этом тексте, не будет противоречить соглашению, достигнутому на Крымской конференции, о том, что должны иметь место периодические консультации Министров Иностранных Дел Соединенных Штатов Америки, Союза Советских Социалистических Республик и Соединенного Королевства.

D. Конференция рассмотрела также положение Европейской Консультативной Комиссии в свете соглашения об учреждении Совета Министров Иностранных Дел. С удовлетворением было отмечено, что Комиссия успешно справилась с ее основными задачами, представив рекомендации относительно безоговорочной капитуляции Германии, зон оккупации Германии и Австрии и межсоюзного контрольного механизма в этих странах. Было установлено, что дальнейшая работа детального характера по координации политики Союзников в отношении контроля над Германией и Австрией должна в будущем входить в компетенцию Контрольного Совета в Берлине и Союзнической Комиссии в Вене. В соответствии с этим рекомендуется распустить Европейскую Консультативную Комиссию.

II. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ, КОТОРЫМИ НЕОБХОДИМО РУКОВОДСТВОВАТЬСЯ
ПРИ ОБРАЩЕНИИ С ГЕРМАНИЕЙ В НАЧАЛЬНЫЙ КОНТРОЛЬНЫЙ ПЕРИОД

Были приняты следующие политические и экономические принципы обращения с Германией:

А. Политические принципы

1. В соответствии с Соглашением о контрольном механизме в Германии верховная власть в Германии будет осуществляться главнокомандующими вооруженных сил Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки, Соединенного Королевства и Французской Республики, каждым в своей зоне оккупации, по инструкциям своих соответствующих правительств, а также совместно по вопросам, затрагивающим Германию в целом, действующими в качестве членов Контрольного Совета.

2. Поскольку это практически осуществимо, должно быть одинаковое обращение с немецким населением во всей Германии.

3. Целями оккупации Германии, которыми должен руководствоваться Контрольный Совет, являются:

I) Полное разоружение и демилитаризация Германии и ликвидация всей германской промышленности, которая может быть использована для военного производства, или контроль над ней. С этими целями:

a) все сухопутные, морские и воздушные вооруженные силы Германии, СС, СА, СД и Гестапо со всеми их организациями, штабами и учреждениями, включая Генеральный штаб, офицерский корпус, корпус резервистов, военные училища, организации ветеранов войны и все другие военные и полувоенные организации, вместе с их клубами и ассоциациями, служащими интересам поддержания военных традиций в Германии, будут полностью и окончательно упразднены, дабы навсегда предупредить возрождение или реорганизацию германского милитаризма и нацизма;

b) все вооружение, амуниция и орудия войны и все специализированные средства для их производства должны находиться в распоряжении Союзников или должны быть уничтожены. Поддержание и производство всех самолетов и всякого вооружения, амуниции и орудий войны будет предотвращено.

II) Убедить немецкий народ, что он понес тотальное военное поражение и что он не может избежать ответственности за то, что он навлек на себя, поскольку его собственное безжалостное ведение войны и фанатическое сопротивление нацистов разрушили германскую экономику и сделали хаос и страдания неизбежными.

III) Уничтожить национал-социалистскую партию и ее филиалы и подконтрольные организации, распустить все нацистские учреждения, обеспечить, чтобы они не возродились ни в какой форме, и предотвратить всякую нацистскую и милитаристскую деятельность или пропаганду.

IV) Подготовиться к окончательной реконструкции германской политической жизни на демократической основе и к эвентуальному мирному сотрудничеству Германии в международной жизни.

4. Все нацистские законы, которые создали базис для гитлеровского режима или которые установили дискриминацию на основе расы, религии или политических убеждений, должны быть отменены. Никакая такая дискриминация - правовая, административная или иная - не будет терпима.

5. Военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду. Нацистские лидеры, влиятельные сторонники нацистов и руководящий состав нацистских учреждений и организаций и любые другие лица, опасные для оккупации и ее целей, должны быть арестованы и интернированы.

6. Все члены нацистской партии, которые были больше чем номинальными участниками ее деятельности, и все другие лица, враждебные союзным целям, должны быть удалены с общественных или полуобщественных должностей и с ответственных постов в важных частных предприятиях. Такие лица должны быть заменены лицами, которые по своим политическим и моральным качествам считаются способными помочь в развитии подлинно демократических учреждений в Германии.

7. Образование в Германии должно так контролироваться, чтобы полностью устранить нацистские и милитаристские доктрины и сделать возможным успешное развитие демократических идей.

8. Судебная система будет реорганизована в соответствии с принципами демократии, правосудия на основе законности и равноправия всех граждан, без различия расы, национальности и религии.

9. Управление в Германии должно проводиться в направлении децентрализации политической структуры и развития на местах чувства ответственности. С этой целью:

I) Местное самоуправление будет восстанавливаться по всей Германии на демократических началах, и в частности через выборные советы, настолько быстро, насколько это совместимо с сохранением военной безопасности и целями оккупации.

II) Во всей Германии должны разрешаться и поощряться все демократические политические партии с предоставлением им прав созыва собраний и публичного обсуждения.

III) Принципы представительства и выборности должны вводиться в районные, провинциальные управления и управления земель настолько быстро, насколько это может быть оправдано успешным применением этих принципов в местном самоуправлении.

IV) Пока что не будет учреждено никакого центрального германского правительства. Однако, несмотря на это, будут учреждены некоторые существенно важные центральные германские административные департаменты, возглавляемые государственными секретарями, в частности, в областях финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промышленности. Эти департаменты будут действовать под руководством Контрольного Совета.

10. С учетом необходимости поддержания военной безопасности будет разрешаться свобода слова, печати и религии и религиозные учреждения будут уважаться. Будет разрешено создание свободных профсоюзов, также с учетом необходимости поддержания военной безопасности.

В. Экономические принципы

11. В целях уничтожения германского военного потенциала производство вооружения, военного снаряжения и орудий войны, а также производство всех типов самолетов и морских судов должно быть запрещено и предотвращено. Производство металлов, химические продукты, машиностроение и производство других предметов, необходимых непосредственно для военной экономики, должно быть строго контролируемо и ограничено в соответствии с одобренным уровнем послевоенных мирных потребностей Германии, достаточным для осуществления целей, изложенных в пункте 15. Производственные мощности, ненужные для промышленности, которая будет разрешена, должны быть либо изъяты в соответствии с репарационным планом, рекомендованным Межсоюзной репарационной комиссией, и утверждены заинтересованными правительствами, либо уничтожены, если не будут изъяты.

12. В практически кратчайший срок германская экономика должна быть децентрализована с целью уничтожения существующей чрезмерной концентрации экономической силы, представленной особенно в форме картелей, синдикатов, трестов и других монополистических соглашений. Несмотря на это, однако, и для достижения целей, изложенных в настоящем документе, должны быть сохранены или восстановлены определенные формы центрального административного аппарата, особенно в области финансов, транспорта и коммуникаций.

13. При организации экономики Германии главное внимание должно быть обращено на развитие сельского хозяйства и мирной промышленности для внутреннего потребления.

14. В период оккупации Германия должна рассматриваться как единое экономическое целое. С этой целью должна быть установлена общая политика относительно:

a) производства и распределения продукции горной и обрабатывающей промышленности;

b) сельского хозяйства, лесоводства и рыболовства;

c) зарплаты, цен и рационирования;

d) программы импорта и экспорта для Германии в целом;

e) денежной и банковской системы, централизованных налогов и пошлин;

f) репараций и устранения военно-промышленного потенциала;

g) транспорта и коммуникаций.

При проведении этой политики по мере надобности должны приниматься во внимание различные местные условия.

15. Должен быть установлен союзный контроль над германской экономикой, но только в пределах необходимых:

a) для выполнения программы индустриального разоружения и демилитаризации, репараций и разрешенного экспорта и импорта;

b) для обеспечения производства товаров и обеспечения услуг, необходимых для удовлетворения нужд оккупационных сил и перемещенных лиц в Германии и важных для поддержания в Германии среднего жизненного уровня, не превышающего средний жизненный уровень европейских стран (европейские страны означают все европейские страны, за исключением Соединенного Королевства и Советского Союза);

c) для обеспечения, в порядке, который установит Контрольный Совет, равномерного распределения основных предметов между различными зонами, с тем чтобы создать сбалансированную экономику во всей Германии и сократить необходимость в импорте;

d) для контроля над германской промышленностью и всеми экономическими и финансовыми международными сделками, включая экспорт и импорт, с целью предотвращения развития военного потенциала Германии и достижения других названных здесь задач;

e) для контроля над всеми германскими общественными или частными научными, исследовательскими и экспериментальными учреждениями, лабораториями и т.д., связанными с экономической деятельностью.

16. Для введения и поддержания экономического контроля, установленного Контрольным Советом, должен быть создан германский административный аппарат, и германским властям должно быть предложено в полном, практически возможном объеме заявить и принять на себя управление этим аппаратом. Таким образом германскому народу должно быть внушено, что ответственность за это управление и любой срыв его будет лежать на нем. Любое германское управление, которое будет противоречить целям оккупации, будет запрещено.

17. Должны быть приняты немедленные меры в отношении:

a) проведения необходимого ремонта транспорта;

b) увеличения добычи угля;

c) максимального увеличения сельскохозяйственной продукции и

d) проведения срочного ремонта жилищ и основных коммунальных предприятий.

18. Контрольный Совет должен предпринять надлежащие шаги для осуществления контроля и распоряжения теми германскими активами за границей, которые еще не поступили под контроль Объединенных Наций, принимавших участие в войне против Германии.

19. После оплаты репараций германскому народу должно быть оставлено достаточно ресурсов, для того чтобы он мог существовать без помощи извне. При составлении хозяйственного баланса Германии должны быть выделены необходимые средства для импорта, одобренного Контрольным Советом в Германии. Выручка от экспорта продуктов текущего производства и товарных запасов идет в первую очередь для оплаты такого импорта.

Указанное здесь условие не будет применяться к оборудованию и продуктам, упомянутым в пунктах 4«а» и 4«b» Соглашения о германских репарациях.

III. РЕПАРАЦИИ С ГЕРМАНИИ

1. Репарационные претензии СССР будут удовлетворены изъятиями из зоны Германии, оккупированной СССР, и из соответствующих германских вложений за границей.

2. СССР удовлетворит репарационные претензии Польши из своей доли репараций.

3. Репарационные претензии Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и других стран, имеющих право на репарации, будут удовлетворены из Западных зон и из соответствующих германских вложений за границей.

4. В дополнение к репарациям, получаемым Советским Союзом из своей зоны оккупации, СССР получит дополнительно из Западных зон: а) 15% такого пригодного к использованию и комплектного промышленного капитального оборудования, в первую очередь металлургической, химической и машиностроительной отраслей промышленности, которое не является необходимым для германского мирного хозяйства и должно быть изъято из Западных зон Германии в обмен на эквивалентную стоимость в продовольствии, угле, поташе, цинке, лесных материалах, глиняных изделиях, нефтяных продуктах и других видах материалов, о которых будет обусловлено договоренностью.

b) 10% такого промышленного капитального оборудования, которое не является необходимым для германской мирной экономики и которое должно быть изъято из Западных зон для передачи Советскому Правительству в счет репараций без оплаты или возмещения любым образом.

Изъятия оборудования, обусловленного в вышеизложенных параграфах «а» и «b», будут производиться одновременно.

5. Количество оборудования, подлежащего изъятию из Западных зон в счет репараций, должно быть определено самое позднее в течение шести месяцев, начинающихся с настоящего времени.

6. Изъятия промышленного капитального оборудования начнутся так скоро, как это возможно, и будут закончены в течение 2 лет после решения, указанного в пункте 5. Поставки продуктов, обусловленных параграфом 4(а), начнутся так скоро, как это возможно, и будут произведены Советским Союзом партиями, обусловленными по договоренности в течение 5 лет от упомянутой даты. Решения о количестве и характере промышленного капитального оборудования, которое не является необходимым для германской мирной экономики и поэтому подлежащего репарациям, будут приняты Контрольным Советом, согласно политике, принятой Союзной комиссией по репарациям, с участием Франции, причем окончательные решения будут выноситься командующим зоной, из которой будет изъято оборудование.

7. До определения общего количества оборудования, подлежащего изъятию, будут произведены авансовые поставки такого оборудования, которое будет определено в соответствии с порядком, указанным в последней фразе пункта 6.

8. Советское Правительство отказывается от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в Западных зонах оккупации Германии, а также на германские заграничные активы во всех странах, за исключением тех, которые указаны в пункте 9.

9. Правительства США и Соединенного Королевства отказываются от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в Восточной зоне оккупации Германии, а также на германские заграничные активы в Болгарии, Финляндии, Венгрии, Румынии и Восточной Австрии.

10. Советское Правительство не имеет претензий на золото, захваченное союзными войсками в Германии.

IV. ПЕРЕДАЧА ГЕРМАНСКОГО ВОЕННО-МОРСКОГО И ТОРГОВОГО ФЛОТА

А

Были приняты следующие принципы распределения германского военно-морского флота:

1) Весь германский надводный военно-морской флот, исключая потопленные корабли и те, которые были взяты у союзных государств, но включая корабли, находящиеся в постройке и в ремонте, будет разделен поровну между СССР, Соединенным Королевством и Соединенными Штатами.

2) Корабли, находящиеся в постройке или ремонте, означают такие корабли, строительство или ремонт которых может быть закончен в период от 3 до 6 месяцев в зависимости от типа корабля. Вопрос о том, должны ли такие находящиеся в постройке или ремонте корабли быть достроены или отремонтированы, будет решаться упоминаемой ниже Технической комиссией, назначенной тремя Державами, принимая во внимание принцип, что их достройка или ремонт должны быть завершены в течение указанного выше срока, без какого-либо увеличения количества квалифицированной рабочей силы на германских судостроительных верфях и без допущения возобновления деятельности какого-либо германского судостроения или связанной с ним промышленности. Дата окончания означает дату, когда корабль в состоянии сделать первый выход, или, в соответствии со стандартами мирного времени, обычную дату передачи корабля судостроительной верфью правительству.

3) Большая часть германского подводного флота должна быть потоплена. Не более 30 подводных лодок должны быть сохранены и разделены поровну между СССР, Соединенным Королевством и Соединенными Штатами для экспериментальных и технических целей.

4) Все запасы вооружения, боеприпасов и снабжения германского военно-морского флота, относящиеся к кораблям, передаваемым в соответствии с параграфами 1 и 3 настоящего документа, должны быть переданы соответствующим державам, получающим эти корабли.

5) Три Правительства согласились создать Тройственную Военно-Морскую Комиссию, состоящую из двух представителей от каждого правительства, которым будет придан необходимый штат, для представления трем Правительствам согласованных рекомендаций о распределении конкретных германских военных кораблей и для рассмотрения других вопросов, возникающих из соглашений между тремя Правительствами о германском флоте. Первое заседание Комиссии должно состояться не позднее 15 августа 1945 г. в Берлине, который будет являться местом ее пребывания. Каждая делегация в Комиссии будет иметь право на основе взаимности осматривать германские военные корабли, где бы они ни находились.

6) Три Правительства согласились, что передача кораблей, включая те, которые находятся в постройке и ремонте, должна быть закончена как можно скорее, но не позднее чем 15 февраля 1946 г. Комиссия каждые две недели будет представлять доклады, включающие предложения, по мере принятия их Комиссией, относительно постепенного распределения судов.

B

Были приняты следующие принципы распределения германского торгового флота:

1) Германский торговый флот, сдавшийся трем Державам, независимо от его местонахождения, будет поровну разделен между СССР, Соединенным Королевством и Соединенными Штатами. Реальная передача судов соответствующим странам будет иметь место, как только это практически станет возможным после окончания войны против Японии. Соединенное Королевство и Соединенные Штаты выделят из своих долей сдавшихся немецких торговых судов соответствующие количества для других союзных государств, торговое судоходство которых понесло тяжелые потери в борьбе за общее дело против Германии, исключая Польшу, суда для которой выделит Советский Союз из своей доли.

2) Распределение, обеспечение командами и использование этих судов в период японской войны будет находиться в компетенции и власти Объединенного совета по координации судоходства и Объединенного управления торгового флота.

3) Пока реальная передача судов будет отложена до окончания войны против Японии, Тройственная Комиссия по Торговому Флоту произведет инвентаризацию и оценку всех имеющихся в наличии судов и даст рекомендации относительно конкретного распределения в соответствии с параграфом 1.

4) Немецкие суда берегового плавания и суда, плавающие внутри страны, которые будут определены Союзным Контрольным Советом в Германии как необходимые для поддержания основ мирной экономики Германии, не будут включены в общую массу судов, разделяемых таким образом между тремя Державами.

5) Три Правительства согласны создать Тройственную Комиссию по Торговому Флоту, состоящую из двух представителей от каждого Правительства, которым будет придан необходимый штат, для представления согласованных рекомендаций трем Правительствам относительно распределения конкретных немецких торговых судов и для рассмотрения других конкретных вопросов, возникающих из соглашения между тремя Правительствами относительно немецких торговых судах. Первое заседание Комиссии состоится не позднее 1 сентября 1945 г. в Берлине, который будет являться местом ее пребывания. Каждая Делегация в Комиссии будет иметь право на основе взаимности инспектировать германские торговые суда, независимо от их возможного местонахождения.

V. ГОРОД КЕНИГСБЕРГ И ПРИЛЕГАЮЩИЙ К НЕМУ РАЙОН

Конференция рассмотрела предложение Советского Правительства о том, чтобы впредь до окончания решения территориальных вопросов при мирном урегулировании прилегающая к Балтийскому морю часть западной границы СССР проходила от пункта на восточном берегу Данцигской бухты к востоку - севернее Браунсберга - Гольдапа к стыку границ Литвы, Польской Республики и Восточной Пруссии.

Конференция согласилась в принципе с предложением Советского Правительства о передаче Советскому Союзу города Кенигсберга и прилегающего к нему района, как описано выше. Однако точная граница подлежит исследованию экспертов.

Президент США и премьер-министр Великобритании заявили, что они поддержат это предложение на конференции при предстоящем мирном урегулировании.

VI. ВОЕННЫЕ ПРЕСТУПНИКИ

Три Правительства отметили обсуждение, которое происходило за последние недели в Лондоне между британскими, американскими, советскими и французскими представителями, с целью достижения соглашения о методах суда над теми главными военными преступниками, чьи преступления по Московской декларации от октября 1943 г. не относятся к определенному географическому месту. Три Правительства подтверждают свои намерения предать этих преступников скорому и справедливому суду. Они надеются, что переговоры в Лондоне будут иметь своим результатом скорое соглашение, достигнутое с этой целью, и они считают делом огромной важности, чтобы суд над этими главными преступниками начался как можно скорее. Первый список обвиняемых будет опубликован до 1 сентября сего года.

VII. ОБ АВСТРИИ

Конференция рассмотрела предложение Советского Правительства о распространении компетенции Временного Австрийского Правительства на всю Австрию.

Три Правительства согласились, что они готовы изучить этот вопрос после вступления британских и американских войск в г. Вену.

Согласились, что репарации не должны взиматься с Австрии.

VIII. ПОЛЬША

А. Заявление по польскому вопросу

Конференция приняла следующее заявление по польскому вопросу:

Мы приняли во внимание с чувством удовлетворения соглашение, достигнутое представителями поляков - из Польши и из-за границы, которое сделало возможным формирование, согласно с решениями, достигнутыми на Крымской конференции, Польского Временного Правительства Национального Единства, признанного тремя Державами. Установление Британским Правительством и Правительством Соединенных Штатов дипломатических отношений с Польским Временным Правительством привело к прекращению признания ими бывшего польского правительства в Лондоне, которое больше не существует.

Правительства Соединенных Штатов и Великобритании приняли меры по защите интересов Польского Временного Правительства Национального Единства, как признанного правительства польского государства, в отношении собственности, принадлежащей польскому государству, находящейся на их территориях и под их контролем, независимо от того, какую форму эта собственность имеет.

Они приняли далее меры, чтобы предупредить передачу такой собственности третьим сторонам. Временному Польскому Правительству Национального Единства будут предоставлены все возможности для применения обычных юридических мер по восстановлению любой собственности польского государства, которая могла быть незаконно отчуждена.

Три Правительства озабочены тем, чтобы оказать Польскому Временному Правительству Национального Единства помощь в деле облегчения возвращения в Польшу так скоро, как это фактически возможно, всех поляков, находящихся за границей, которые пожелают возвратиться в Польшу, включая членов польских вооруженных сил и торгового флота. Они ожидают, что возвращающимся на родину полякам будут предоставлены личные и имущественные права на равных основаниях со всеми польскими гражданами.

Три Державы принимают во внимание, что Польское Временное Правительство Национального Единства в соответствии с решениями Крымской конференции заявило о согласии провести свободные и ничем не воспрепятственные выборы, по возможности скорее, на основании всеобщего избирательного права, при тайном голосовании, в которых все демократические и антинацистские партии будут иметь право принимать участие и выставлять кандидатов, и предоставить представителям союзной печати пользоваться полной свободой сообщать миру о ходе событий в Польше до и во время выборов.

В. Западная граница Польши

В соответствии с соглашением, достигнутым на Крымской конференции, Главы трех Правительств запросили мнение Польского Временного Правительства Национального Единства относительно территории на севере и западе, которую Польша должна получить. Председатель Крайовой Рады Народовой и члены Польского Временного Правительства Национального Единства были приняты на Конференции и изложили свою точку зрения со всей полнотой. Главы трех Правительств подтверждают свое мнение о том, что окончательное определение западной границы Польши должно быть отложено до мирного урегулирования.

Главы трех Правительств согласились, что впредь до окончательного определения западной границы Польши бывшие германские территории, расположенные к востоку от линии, проходящей от Балтийского моря чуть западнее Свинемюнде и отсюда вдоль реки Одер до слияния с рекой Западная Нейсе и вдоль реки Западная Нейсе до чехословацкой границы, включая ту часть Восточной Пруссии, которая в соответствии с решением Берлинской конференции не поставлена под управление Союза Советских Социалистических Республик, и включая территорию бывшего свободного города Данцига, должны находиться под управлением Польского государства и в этом отношении они не должны рассматриваться как часть советской зоны оккупации в Германии.

IX. ЗАКЛЮЧЕНИЕ МИРНЫХ ДОГОВОРОВ И ДОПУЩЕНИЕ В ОРГАНИЗАЦИЮ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ

Три Правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии было изменено заключением мирных договоров. Они уверены, что другие заинтересованные союзные правительства разделяют их точку зрения.

Со своей стороны три Правительства включили подготовку мирного договора для Италии как первоочередную задачу в число срочных и важных задач, которые должны быть рассмотрены Советом Министров Иностранных Дел. Италия первая из держав оси порвала с Германией, в поражение которой она внесла материальный вклад, и сейчас объединилась с союзниками в борьбе против Японии. Италия сама освободилась от фашистского режима и сделала большой прогресс в направлении восстановления демократического управления и учреждений. Заключение такого мирного договора с признанным демократическим Итальянским Правительством делает возможным для трех Правительств исполнить их желание поддержать просьбу Италии о принятии в члены Организации Объединенных Наций.

Три Правительства возлагают также на Совет Министров Иностранных Дел задачу подготовки мирных договоров для Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии. Заключение мирных договоров с признанными демократическими правительствами в этих государствах позволит также трем Правительствам поддержать их просьбу о принятии в члены Организации Объединенных Наций. Три Правительства, каждое в отдельности, согласны изучить в ближайшее время в свете условий, которые будут тогда существовать, вопрос об установлении в возможной степени дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами.

Три Правительства не сомневаются в том, что ввиду изменившихся в результате окончания войны в Европе условий представители союзной прессы будут пользоваться полной свободой сообщать миру о событиях в Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии.

Что касается допуска в Организацию Объединенных Наций других государств, статья IV Устава Объединенных Наций гласит:

«1. Прием в члены Организации Объединенных Наций открыт для всех других миролюбивых государств, которые примут на себя содержащиеся в настоящем Уставе обязательства и которые, по мнению Организации, могут и желают эти обязательства выполнять.

2. Прием любого такого государства в члены Организации Объединенных Наций производится постановлением Генеральной Ассамблеи по рекомендации Совета Безопасности».

Три Правительства, поскольку это их касается, поддержат просьбу о принятии в члены тех государств, которые оставались нейтральными во время войны и которые будут выполнять положения, изложенные выше.

Три Правительства считают себя, однако, обязанными разъяснить, что они со своей стороны не будут поддерживать просьбу о принятии в члены, заявленную теперешним Испанским Правительством, которое, будучи создано при поддержке держав оси, не обладает, ввиду своего происхождения, своего характера, своей деятельности и своей тесной связи с государствами-агрессорами, качествами, необходимыми для такого членства.

X. О ПОДОПЕЧНЫХ ТЕРРИТОРИЯХ

Конференция рассмотрела предложение Советского Правительства по вопросу о подопечных территориях, как они определены в решении Крымской конференции и в Уставе Организации Объединенных Наций.

После обмена мнениями было решено, что вопрос о бывших итальянских колониальных территориях является также вопросом, который должен быть решен в связи с подготовкой мирного договора с Италией и что вопрос об итальянских колониальных территориях будет рассмотрен Советом Министров Иностранных Дел в сентябре сего года.

XI. ПЕРЕСМОТРЕННАЯ ПРОЦЕДУРА СОЮЗНЫХ КОНТРОЛЬНЫХ КОМИССИЙВ РУМЫНИИ, БОЛГАРИИ И ВЕНГРИИ

Три Правительства отметили, что советские представители в Союзных Контрольных Комиссиях в Румынии, Болгарии и Венгрии сообщили их коллегам из Соединенного Королевства и Соединенных Штатов предложения по улучшению работы Контрольных Комиссий теперь, когда военные действия в Европе прекратились.

Три Правительства согласились, что теперь будет предпринят пересмотр процедуры Союзных Контрольных Комиссий в этих странах, принимая во внимание интересы и ответственность трех Правительств, которые совместно предъявили условия перемирия соответственным странам, и принимая в качестве базы в отношении всех трех стран предложения Советского Правительства для Венгрии, при сем прилагаемые (приложение №1).

XII. УПОРЯДОЧЕННОЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ГЕРМАНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ

Конференция приняла следующее решение:

Три Правительства, рассмотрев вопрос во всех аспектах, признают, что должно быть предпринято перемещение в Германию немецкого населения или части его, оставшегося в Польше, Чехословакии и Венгрии. Они согласны в том, что любое перемещение, которое будет иметь место, должно производиться организованным и гуманным способом. Так как прибытие большого количества немцев в Германию увеличивает бремя, лежащее на оккупационных властях, они считают, что Контрольный Совет в Германии должен в первую очередь изучить эту проблему, особенно обратив внимание на вопрос справедливого распределения этих немцев по всем зонам оккупации. Они дадут инструкции своим представителям в Контрольном Совете доложить своим Правительствам так скоро, как это возможно, о количестве, в каком указанное население уже прибыло в Германию из Польши, Чехословакии и Венгрии, и дать предложения о времени и скорости, с какой дальнейшее перемещение населения могло бы производиться, принимая во внимание существующую ситуацию в Германии.

В то же самое время Чехословацкое Правительство, Польское Временное Правительство и Союзная Контрольная Комиссия в Венгрии будут информированы о вышеуказанном, и им будет предложено воздержаться от дальнейшего выдворения немецкого населения впредь до рассмотрения соответствующими правительствами доклада их представителей в Контрольном Совете.

XIII. НЕФТЕОБОРУДОВАНИЕ В РУМЫНИИ

Конференция согласилась создать две двусторонние комиссии экспертов, одну из представителей Соединенного Королевства и советских представителей и одну из представителей Соединенных Штатов и советских представителей, по изучению фактов и документов в качестве основы для разрешения вопросов, возникающих из изъятия нефтеоборудования в Румынии. Согласились далее, что эти эксперты начнут свою работу на месте не позже чем через десять дней.

XIV. ИРАН

Согласились, что союзные войска будут немедленно выведены из Тегерана и что дальнейшие периоды вывода войск из Ирана должны быть рассмотрены на заседании Совета Министров Иностранных Дел, которое состоится в Лондоне в сентябре 1945 г.

XV. О МЕЖДУНАРОДНОЙ ЗОНЕ ТАНЖЕРА

Было рассмотрено предложение Советского Правительства и принято следующее решение:

Рассмотрев вопрос о зоне Танжера, три Правительства условились, что эта зона, включающая город Танжер и прилегающий к нему район, ввиду ее особого стратегического значения, должна остаться международной.

Вопрос о Танжере обсудить в ближайшее время на совещании представителей четырех Правительств: СССР, США, Великобритании и Франции в Париже.

XVI. ЧЕРНОМОРСКИЕ ПРОЛИВЫ

Три Правительства признали, что Конвенция о Проливах, заключенная в Монтре, должна быть пересмотрена как не отвечающая условиям настоящего времени.

Согласились, что в качестве следующего шага данный вопрос будет темой непосредственных переговоров между каждым из трех Правительств и Турецким Правительством.

XVII. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ВНУТРЕННИЕ ВОДНЫЕ ПУТИ

Конференция рассмотрела предложение Американской делегации по этому вопросу и согласилась передать его на рассмотрение предстоящего заседания Совета Министров Иностранных Дел в Лондоне.

XVIII. О КОНФЕРЕНЦИИ ПО ВНУТРИЕВРОПЕЙСКОМУ ТРАНСПОРТУ

Британская и Американская делегации на Конференции информировали Советскую делегацию о желании Британского и Американского Правительств возобновить Внутриевропейскую транспортную конференцию и заявили, что они приветствовали бы заверение в том, что Советское Правительство будет участвовать в работе этой конференции. Советское Правительство согласилось участвовать в этой конференции.

XIX. ДИРЕКТИВА ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИМ, ЧЛЕНАМ СОЮЗНОГО КОНТРОЛЬНОГО СОВЕТА В ГЕРМАНИИ

Три Правительства согласились, что каждое из них направит директиву своему представителю в Контрольном Совете относительно вопросов, входящих в сферу его компетенции.

XX. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СОЮЗНОЙ СОБСТВЕННОСТИ ДЛЯ УПЛАТЫ РЕПАРАЦИЙ СТРАНАМИ-САТЕЛЛИТАМИИЛИ В КАЧЕСТВЕ ВОЕННЫХ ТРОФЕЕВ

Конференция решила принять в принципе предложение Американской делегации (приложение №2). Редакцию этого предложения согласовать в дипломатическом порядке.

XXI. ПЕРЕГОВОРЫ ПО ВОЕННЫМ ВОПРОСАМ

Во время Конференции происходили встречи Начальников штабов трех Правительств по военным вопросам, представляющим общие интересы.

И. Сталин

Гарри Трумэн

К. Р. Эттли

Берлинская конференция.

Запись тринадцатого (заключительного) заседания глав правительств 22 час. 40 мин.

(Трумэн открывает заседание.)

Бирнс. Комиссия по экономическим вопросам подготовила доклад о репарациях. Удалось выработать предложения, приемлемые для всех делегаций. В пункте 1 говорится, что репарационные претензии Советского Союза покрываются из зоны Германии, оккупированной Советским Союзом, и из соответствующих германских вложений за границей.

Я обращаю внимание на пункты 8 и 9 этого документа. Мне очень не хочется предлагать сейчас же поправку, но я думаю, что это будет в общих интересах. Пункт 8 гласит: «Советское правительство отказывается от всех претензий на акции германских предприятий и т.д.» Я предлагаю после слов «от всех претензий» добавить слова «в отношении репараций». Цель этой поправки заключается в том, чтобы не создавать впечатления, что у Советского Союза имеются еще какие-либо претензии к германским предприятиям, кроме репараций. Такая же поправка должна быть внесена и в пункт 9, где речь идет о претензиях Соединенных Штатов и Соединенного Королевства.

Сталин. Правильно.

Бирнс. Это моя единственная поправка. Можно ли считать, что документ о репарациях одобрен?

Бевин. А как рассматривать, например, тот случай, когда немцы переняли заводы, принадлежавшие британским подданным, для военных целей до 1939 года? В таком случае из-за этой поправки англичане лишатся своей собственности.

Бирнс. В случае, приведенном г-ном Бевином, поправка не затрагивает положения.

Бевин. Я не возражаю.

Бирнс. Сейчас мы можем обсудить вопрос относительно использования союзной собственности для уплаты репараций или в качестве военных трофеев, если советская делегация успела изучить это предложение.

Сталин. Мы не успели обсудить редакцию этого проекта. Я предлагаю записать такое решение: «Конференция решила принять американское предложение в принципе. Редакцию этого предложения согласовать в дипломатическом порядке».

Мы не успели продумать редакцию, но по существу мы согласны с этим предложением.

Трумэн. Я согласен с предложением советской делегации.

Эттли. Я тоже согласен.

Бирнс. Мне сообщили, что комиссия, занимавшаяся составлением протокола, достигла соглашения. Я считаю ненужным читать весь протокол, а только те пункты, по которым имелись отдельные разногласия. Конечно, сюда мы должны добавить предложение советской делегации относительно военных трофеев, которое мы только что приняли. Других поправок я не имею.

Сталин. У меня еcть поправка. По вопросу о западной границе Польши во втором абзаце говорится, что линия границы должна проходить от Балтийского моря через Свинемюнде, как будто линия проходит через самый город. Я предлагаю поэтому сказать, что линия границы проходит от Балтийского моря чуть западнее или немного западнее Свинемюнде. На карте это показано.

(Трумэн и Эттли соглашаются на формулировку «чуть западнее Свинемюнде».)

Сталин. Вторая поправка насчет границы Кенигсбергской области. Во втором абзаце записано, что граница подлежит уточнению экспертов. Предлагается сказать: «При этом точная граница на местности должна быть установлена экспертами из представителей СССР и Польши».

Бевин. Мы не можем предоставить это только Советскому Союзу и Польше.

Сталин. Но там речь идет о границе между Польшей и Россией.

Бевин. Однако это должно быть признано Объединенными Нациями. Мы согласились, что на мирной конференции мы поддержим советское пожелание относительно этой границы, а теперь вы говорите, что эта граница будет определена Советским Союзом и Польшей и что мы тут ни при чем.

Сталин. Это недоразумение. Общая граница определяется мирной конференцией, но есть другое понятие - граница на местности. Дается общая линия границы, но граница на местности может иметь отклонения от воображаемой линии в ту или иную сторону на полкилометра и меньше. Например, граница проходит через поселок. Зачем резать этот поселок пограничной линией? В определении границы на местности заинтересованы только Польша и Россия. Если вы считаете, что это не совсем гарантировано, то кого вы хотите ввести в комиссию? Кого-нибудь от Англии, от США? Кого угодно, мы не возражаем.

Эттли. Мне кажется, что вопрос заключается в следующем. Мы согласились принять предложение относительно границы в принципе. Что же касается окончательного разграничения территории, точного определения границы, то это дело мирной конференции. Если мы теперь передадим это дело экспертам Польши и России, то мы тем самым нарушим техническую работу мирной конференции.

Сталин. Как смотрит г-н Бевин?

Бевин. Мы хотим иметь комиссию экспертов, назначенную мирной конференцией.

Сталин. Не понимаю, в чем тут дело.

Бирнс. Я думаю, что можно было бы предложить такую редакцию: если во время мирной конференции будет согласие между Польшей и Советским Союзом в отношении границы, то это будет конец всему делу и не потребуется никаких экспертов. Но если во время мирной конференции между Польшей и Россией будут разногласия, то придется назначить комиссию экспертов, состав которой будет определен Советом министров иностранных дел или самой мирной конференцией. Но это только в случае разногласий между Польшей и Советским Союзом.

Сталин. Пусть остается прежняя формулировка. Но там не сказано, из каких экспертов должна состоять комиссия.

(Трумэн и Эттли соглашаются оставить прежнюю формулировку.)

Молотов. У советской делегации имеется поправка к разделу о заключении мирных договоров и о допущении в Организацию Объединенных Наций. Дело в том, что между первым и третьим абзацами этого документа имеется противоречие. В первом абзаце верится, что три правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии было прекращено после заключения мирных договоров, в то время как в третьем абзаце предусматривается возможность установления дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами. Советская делегация предлагает исключить из первого абзаца слова «после заключения мирных договоров».

Эттли. Мне кажется, что это неправильно, потому что, когда мы составляли третий абзац, мы имели в виду установление дипломатических отношений «в возможной степени». Если из первого абзаца исключить слова «после заключения мирных договоров», то это будет означать, что мы пойдем дальше, чем намеревались это сделать. Эти слова следует оставить.

Сталин. Но в первом абзаце сказано, что дипломатические отношения можно восстановить лишь после заключения мирных договоров, а в третьем абзаце сказано по-другому. Получается противоречие.

Эттли. Именно поэтому англичане хотят включить эти слова. В первом абзаце предусматривается обязательное действие, а именно: установление дипломатических отношений после заключения мирных договоров, в третьем же абзаце предлагается попытаться сделать это, насколько возможно, до заключения мирных договоров.

Сталин. Мы с этим не можем согласиться, так как попытка, которая допускается в третьем абзаце в отношении установления дипломатических отношений, в первом абзаце прямо отрицается. Это меняет смысл всего решения. Как на это можно согласиться?

Эттли. Мне кажется, противоречия здесь нет: в первом случае говорится об установлении нормальных отношений, то есть полных дипломатических отношений, а во втором случае - о попытке подойти по возможности ближе к установлению таких отношений.

Сталин. Никак не могу согласиться с таким толкованием. Я беру конкретный пример - Финляндию. Нет никаких оснований возражать дальше против восстановления дипломатических отношений с Финляндией, а в первом абзаце слова «после заключения мирных договоров» прямо запрещают установление дипломатических отношений. Это совершенно неправильно.

Эттли. Мы еще находимся в состоянии войны с Финляндией.

Сталин. С Италией состояние войны тоже не окончено, а между тем Америка имеет дипломатические отношения с Италией, мы тоже имеем с ней дипломатические отношения.

Эттли. Мне кажется, что сейчас мы возвращаемся к тому, что уже обсуждали несколько дней тому назад. Мы полностью объяснили нашу точку зрения, и мы пошли навстречу Советской Союзу, насколько это возможно было сделать согласно нашей конституции. Мы находим, что мы сделали большие уступки, дальше которых мы пойти не можем.

Сталин. Ничего не выйдет из этого. Финляндия имеет гораздо больше прав, чем Италия, на установление дипломатических отношений. В Финляндии имеется свободно избранное правительство, она давно прекратила войну с союзниками и объявила войну Германии. В Италии нет свободно избранного правительства, а участие в войне против Германии после капитуляции было минимальным. На каком основании мы должны затягивать установление дипломатических отношений с Финляндией? Где тут логика?

Бевин. Я хочу прийти к соглашению и поэтому вношу следующее предложение. Я предлагаю, чтобы редакция первого абзаца была следующей: «Три правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии было прекращено заключением мирных договоров. Они уверены, что другие заинтересованные союзные правительства разделяют их точку зрения».

Сталин. Хорошо. У советской делегации больше нет поправок.

Бевин. Ура! (Общий смех.)

Бирнс. Следующий вопрос - о коммюнике. Мы получили от английской делегации новую редакцию вступительной части. У нас никаких возражений против этого нет.

Сталин. Разница большая? В чем эта разница?

Бирнс. На второй странице вносится изменение чисто редакционного характера, смысл не меняется.

Сталин. Может быть, сделаем так: после перевода на русский язык мы рассмотрим это изменение, а сейчас перейдем к следующему разделу.

(Трумэн и Эттли соглашаются.)

Бирнс. Раздел II - об учреждении Совета министров иностранных дел. Разногласий здесь нет.

(Раздел II принимается.)

Бирнс. Раздел III - о Германии. В первом абзаце вызывают возражения слова «громко аплодировал».

Сталин. Можно сказать: «открыто выражал одобрение».

Бевин. Слепо повиновался, то есть повиновался глупым образом.

Сталин. Я предлагаю сказать так: «которым во время их успехов он открыто выражал свое одобрение и слепо повиновался».

(Предложение принимается.)

Бирнс. Других поправок нет?

Сталин. Нет.

Бевин. В пункте 12 экономических принципов есть повторение того, что уже было сказано в пункте 9 (IV) политических принципов.

Сталин. Предлагаю исключить этот абзац из экономических принципов и оставить его в политических принципах. (Все согласны.) У нас поправок больше нет.

Бирнс. Раздел IV - о репарациях с Германии. Поправок нет.

Раздел V - о военном и торговом флоте Германии.

Сталин. Есть согласованное решение, поправок у нас нет.

Бирнс. Раздел VI - о Кенигсберге и прилегающем к нему районе.

Сталин. Согласен.

Бирнс. Раздел VII - военные преступники.

Сталин. Я думаю, что первый вводный абзац нужно было бы исключить и оставить только второй абзац, начиная со слов: «Три правительства отметили» и т.д.

Бевин. Мы уже исключили.

Сталин. Хорошо.

Бирнс. Раздел VIII - об Австрии.

Молотов. Советская делегация предлагает исключить из раздела об Австрии последнюю фразу - относительно репараций, оставив ее только в протоколе.

Трумэн. Принимаем предложение советской делегации - исключить из коммюнике последнюю фразу.

Бирнс. Раздел IX - о Польше.

Сталин. Нет поправок.

Бевин. Хочу предложить маленькую поправку редакционного характера. Во втором абзаце вместо слов «их позиция была определена в следующем заявлении» сказать: «они определили свою позицию в следующем заявлении».

Сталин. Можно.

Бевин. На второй странице тоже относительно Польши я бы заменил вступительные слова «соглашение было достигнуто относительно западной границы Польши» словами: «Относительно западной границы Польши они установили следующую точку зрения».

Трумэн. Я уже сообщил представителям польского правительства, что мы согласились на прежнюю формулировку.

Сталин. Тогда лучше оставить прежнюю формулировку.

Бевин. Предложение генералиссимуса сказать «чуть западнее Свинемюнде», по-моему, очень удачное.

Сталин. Да, так лучше будет сказать. Давайте десятый раздел.

Бевин. Тут я хочу сделать маленькую поправку главным образом психологического характера. Я изложил бы вступительную часть раздела X cледующим образом: «Конференция согласилась сделать следующее заявление об общей политике для установления возможно скорее условий длительного мира после победоносного окончания войны в Европе». Это лучше звучит.

Сталин. По существу формулировка одна и та же, она ничего нового не дает.

Трумэн. И то и другое приемлемо.

Бевин. По-английски это лучше читается. Может быть, по-американски хуже? (Смех.)

Трумэн. И то и другое приемлемо.

Сталин. В прежней формулировке - та же мысль, что и у г-на Бевина, но изложена она более коротко. Можно, конечно, принять и то и другое.

Бевин. На этот раз предпочтите нашу редакцию. (Смех.)

Сталин. Если г-н Бевин настаивает, можно, пожалуй, принять его формулировку.

Трумэн. Я согласен. Раздел XII - относительно пересмотра процедуры Союзных контрольных комиссий в Румынии, Болгарии и Венгрии.

Сталин. Это согласовано.

Трумэн. Раздел XIII - перемещение германского населения.

Сталин. Здесь уже лучше сказано: «упорядоченное перемещение».

Трумэн. Раздел XIV - двусторонние комиссии по румынскому нефтеоборудованию.

Молотов. Советская делегация предлагает этот пункт, как и пункт о Танжере, исключить из коммюнике и оставить только в протоколе. Будет также правильным исключить из коммюнике пункт об Иране, оставив его в протоколе.

Эттли. Я согласен.

Бевин. Мы хотели бы исключить из коммюнике пункт о Танжере, оставив его в протоколе, но пункт об Иране было бы хорошо оставить в коммюнике.

Эттли. Относительно Танжера было решено ничего не публиковать. Мы хотели бы исключить из коммюнике вопросы о Танжере и румынском нефтеоборудовании, но ввиду важности вопроса об Иране для Среднего Востока оставить его в коммюнике.

Трумэн. Исключить Танжер и Румынию, а Иран оставить?

Сталин. Тогда нужно оставить и Танжер.

Бевин. Могу ли я объявить в парламенте насчет решения об Иране?

Сталин. Конечно, можете.

Трумэн. Все эти три пункта исключаются из коммюнике и переносятся в протокол.

Трумэн. Вопрос о военных переговорах.

Сталин. Представляет всеобщий интерес. Не возражаем против того, чтобы этот вопрос вошел в коммюнике.

Бевин. У английской делегации есть один вопрос по разделу XII - о пересмотре процедуры Союзных контрольных комиссий Румынии, Болгарии и Венгрии. В последних трех строках сказано: «и принимая в качестве базы в отношении трех стран предложения Советского правительства для Союзной контрольной комиссии в Венгрии». Но мы не говорим, в чем заключаются эти предложения. Поэтому можно было бы сказать: «и принимая в качестве базы согласованные предложения».

Сталин. Можно согласиться. Какие подписи будут под коммюнике?

Трумэн. Подпишутся все.

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Возвращаемся к вступительной части коммюнике.

Сталин. Мы не возражаем.

Бевин. Мы хотели бы опубликовать коммюнике в печати в пятницу утром.

Сталин. А когда по радио можно передать?

Бевин. В четверг в 9.30 вечера по Гринвичу.

Сталин. Хорошо.

Бевин. Относительно Рурской области. В русском тексте протокола сказано, что конференция рассмотрела советские предложения относительно Рурской промышленной области. Было решено передать этот вопрос на обсуждение Совета министров иностранных дел в Лондоне. В английском тексте протокола нет упоминания о Рурской области. Я понял так, что такого решения не было, но президент говорит, что это было принято по его предложению. Я предлагаю поэтому уточнить редакцию. Здесь ничего не сказано, в чем заключается предложение советской делегации, которое передается на рассмотрение Совета министров иностранных дел в Лондоне.

Сталин. Этот вопрос надо снять, по-моему.

Трумэн. Хорошо.

Сталин. (После ознакомления с текстом приветствия Черчиллю и Идену.) У меня нет возражений против предложенного текста приветствия.

Эттли. Я предлагаю, чтобы телеграмма на английском языке была подписана президентом и генералиссимусом.

Сталин. Нельзя ли, чтобы президент первый подписал как председатель конференции?

Эттли. Здесь будут стоять все три подписи.

(Приветственная телеграмма подписывается главами трех правительств.)

Бирнс. Я думаю, что следует назначить представителей, которые проверили бы текст протокола.

(Назначаются представители в комиссию по редактированию протокола.)

Трумэн. Объявляю Берлинскую конференцию закрытой. До следующей встречи, которая, я надеюсь, будет скоро.

Сталин. Дай бог.

Эттли. Г-н президент, перед тем как мы разойдемся, я хотел бы выразить нашу благодарность генералиссимусу за те отличные меры, которые были приняты как для нашего размещения здесь, так и для создания удобств для работы, и вам, г-н президент, за то, что вы столь умело председательствовали на этой конференции.

Я хотел бы выразить надежду, что эта конференция окажется важной вехой на пути, по которому три наших народа идут вместе к прочному миру, и что дружба между нами тремя, которые встретились здесь, будет прочной и продолжительной.

Сталин. Это и наше желание.

Трумэн. От имени американской делегации я хочу выразить благодарность генералиссимусу за все то, что он сделал для нас, и я хочу присоединиться к тому, что высказал здесь г-н Эттли.

Сталин. Русская делегация присоединяется к благодарности президенту, выраженной г-ном Эттли, за его умелое и точное председательствование.

Трумэн. Я благодарю вас за доброе сотрудничество в разрешении всех важных вопросов.

Сталин. От себя лично я хочу выразить благодарность г-ну Бирнсу, который очень помог в нашей работе и содействовал достижению наших решений.

Бирнс. Я глубоко тронут любезными словами генералиссимуса и я надеюсь, что вместе с моими коллегами я оказался полезным в работе этой конференции.

Сталин. Конференцию можно, пожалуй, назвать удачной.

Трумэн. Я хочу поблагодарить других министров иностранных дел и всех тех, которые так много помогли нам в работе.

Эттли. Я присоединяюсь к выражению чувств в отношении наших министров иностранных дел.

Трумэн. Объявляю Берлинскую конференцию закрытой.

(Конференция закончилась 2 августа 1945 года в 00 час. 30 мин.)

Берлинская конференция.

Запись двенадцатого заседания глав правительств, 15 час. 25 мин.

Трумэн. О заседании министров иностранных дел сегодня будет докладывать г-н Бирнс.

Бирнс. Комиссия, занимающаяся вопросами репараций с Германии, доложила, что она не сумела достичь соглашения по всем вопросам проекта соглашения о репарациях. Представители США и Великобритании считали, что в обмен на согласованные проценты капитального оборудования, предоставляемого Советскому Союзу согласно пункту 4 проекта соглашения, представители Советского Союза согласились отказаться от претензий в отношении германских заграничных активов, золота, захваченного у немцев, и акций германских предприятий в западных зонах оккупации. Поэтому представители США и Англии считали, что заграничные активы Германии должны быть включены в пункт 3 в качестве источника репараций для других стран, кроме Советского Союза. Они заявили, что если это не будет сделано, то согласованные проценты промышленного оборудования в пункте 4 будут неприемлемы для представителей США и Англии.

Советский представитель считал, что еще не было принято согласованного решения относительно отказа Советского Союза от претензий на заграничные активы Германии, золото и акции. Поэтому этому советский представитель не согласился на включение германских заграничных активов в пункт 3 и рекомендовал передать вопрос на разрешение глав правительств.

Представители США и Англии заявили, что проект соглашения по репарациям был бы для них приемлем при условии, что советский представитель согласится на вышеуказанные предложения относительно заграничных активов Германии, золота и акций. Советский представитель заявил, что он не может согласиться с тем, каким образом ставят этот вопрос представители США и Англии.

Вопрос заключается в том, можно ли считать, что вчера «большая тройка» достигла соглашения по вопросу о репарациях, когда советский представитель заявил, что он не будет настаивать на предоставлении Советскому Союзу 30 процентов германского золота, заграничных активов и акций.

Сталин. Как понимать в ваших предложениях, что Советский Союз не предъявляет претензий на промышленные акции? Это касается только западной зоны?

Трумэн. Я думаю, что, когда министры иностранных дел говорили о западной зоне, они имели в виду зоны США, Великобритании и Франции.

Сталин. Нельзя ли так договориться: от золота советская делегация отказывается; что касается акций германских предприятий в западной зоне, то мы от них тоже отказываемся и будем считать, что весь район Западной Германии будет находиться у вас, а то, что касается Восточной Германии, - это находится у нас.

Трумэн. Это предложение надо обсудить.

Сталин. Что касается германских инвестиций, то я поставил бы вопрос таким образом: что касается германских инвестиций в Восточной Европе, то они сохраняются за нами, а все остальное - остается за вами.

Трумэн. Речь идет только о германских инвестициях в Европе или и в других странах?

Сталин. Я скажу еще конкретнее: германские инвестиции, которые имеются в Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии, сохраняются за нами, а все остальные сохраняются за вами.

Бевин. Германские инвестиции в других странах сохраняются за нами?

Сталин. Во всех других странах, в Южной Америке, в Канаде и т.д. - это все ваше.

Бевин. Следовательно, все германские активы в других странах, расположенных к западу от зон оккупации Германии, будут принадлежать США, Великобритании и другим странам? Это также относится и к Греции?

Сталин. Да.

Бирнс. Как это относится к вопросу об акциях германских предприятий?

Сталин. В нашей зоне они будут у нас, в вашей зоне - у вас. Есть западная и восточная зоны.

Бирнс. Ваше вчерашнее предложение мы поняли так, что вы не будете иметь претензий на акции в западной зоне.

Сталин. Не будем.

Бирнс. А второе ваше предложение - об инвестициях за границей - вы тоже снимаете?

Сталин. Здесь дело обстоит несколько по-другому.

Бевин. Вчера, когда мы решали вопрос о репарациях, я понял так что советская делегация отказалась от своих претензий на заграничные инвестиции Германии.

Сталин. Я считал, что инвестиции в восточной зоне остаются за нами. Мы имели в виду западную зону, когда говорили об отказе от инвестиций. Мы отказываемся от инвестиций в Западной Европе и во всех других странах. Известно, что в Западной Европе и в Америке германских инвестиций было гораздо больше, чем на востоке. Мы надеялись получить 30 процентов этих инвестиций, но потом от этого отказались. Но вы тоже должны отказаться от претензий в Восточной Европе.

Бевин. Я должен сказать, что, когда я согласился на предложение генералиссимуса, я понимал это предложение как отказ советской делегации от германских инвестиций за границей вообще.

Сталин. Но не в Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии.

Бирнс. Это понятно. Я хочу уточнить относительно акций промышленных или транспортных предприятий в Германии. Если, например, правление такого предприятия находится в Берлине, а само предприятие и все его имущество находится в западной зоне или в США, то будете ли вы предъявлять претензии в отношении этих предприятий?

Сталин. Если предприятие находится на западе, никаких претензий мы предъявлять не будем. Правление может находиться в Берлине, дело не в этом, а в том, где находится само предприятие.

Бирнс. Если предприятие находится не в Восточной Европе, а в Западной Европе или в других частях света, то это предприятие остается за нами?

Сталин. В США, в Норвегии, в Швейцарии, в Швеции, в Аргентине (общий смех) и т.д. - это все ваше.

Бевин. Я хотел бы спросить генералиссимуса: готов ли он отказаться от всех претензий по германским заграничным активам, которые находятся вне зоны русских оккупационных войск?

Сталин. Готов отказатьcя.

Бирнс. А в отношении золота?

Сталин. Мы уже сняли наши претензии на золото.

Бирнс. Есть активы Германии, которые находятся в других странах. Как понимать в этом смысле советское предложение?

Сталин. Мы оставляем за собой только те, которые находятся в восточной зоне.

Бирнс. Я думаю, что очень важно, чтобы мы понимали друг друга. Вопрос г-на Бевина заключается в том, ограничиваются ли русские претензии на активы зоной, оккупированной русской армией. Я хотел бы, чтобы вы согласились с точкой зрения г-на Бевина.

Сталин. Мы согласны.

Бирнс. Несколько минут тому назад вы говорили относительно активов, которые находятся в Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии. Я хочу внести сейчас полную ясность, чтобы не было никаких недоразумений в будущем. Значит ли ваше предложение, что вы не имеете никаких претензий в отношении активов, находящихся вне вашей зоны оккупации? Вы имеете претензии только на те активы, которые находятся в советской зоне?

Сталин. Да. Чехословакия сюда не войдет, Югославия не войдет. Восточная половина Австрии войдет.

Бевин. Ясно, что активы, принадлежащие Великобритании и США в этой зоне, не будут затронуты.

Сталин. Конечно. Мы с Великобританией и США не воюем. (Общий смех.)

Бевин. Но эти активы во время войны могли быть захвачены немцами.

Сталин. Это придется разбирать в каждом конкретном случае.

Трумэн. Я думаю, что мы вчера согласились удовлетворить претензии Чехословакии и Югославии. Но как это получится, если они не будут предъявлять претензии на германские активы, которые находятся на их территории?

Сталин. Мы не будем предъявлять претензии на активы Германии в Чехословакии, Югославии и Западной Австрии.

Может быть, это наше решение изложить в протоколе?

Бирнс. Я думаю, что будет лучше сделать это, чтобы не было никаких недоразумений.

Сталин. Хорошо.

Бирнс. Может быть, опубликовать его?

Сталин. Все равно, как хотите.

Бирнс. Я хочу обратить ваше внимание на фразу в третьем пункте доклада комиссии по вопросам репараций, где сказано, что репарационные претензии США, Соединенного Королевства и других стран, которые имеют право на репарации, будут удовлетворены из западной зоны и из германских заграничных активов. Ввиду соглашения, которого мы достигли сейчас, я думаю, что никаких разногласий в отношении этой редакции у нас не будет.

Сталин. Я предлагаю сказать «и из соответствующих германских заграничных активов». А в протоколе эту формулировку можно будет уточнить.

Бирнс. Мы поручим редакционной комиссии отредактировать это предложение.

Сталин. Не возражаю.

Эттли. Я имею два вопроса, которые хотел бы здесь поднять: первый - чтобы французское правительство было приглашено правительствами Великобритании, СССР и США в члены Репарационной комиссии с сегодняшнего дня.

Сталин. Давайте пригласим еще Польшу, она сильно пострадала.

Эттли. Я понял так, что мы согласились на приглашение Франции.

Сталин. А почему Польшу нельзя пригласить?

Трумэн. Вчера вы согласились, что Советский Союз возьмет на себя удовлетворение претензий Польши по репарациям, а мы, со своей стороны, возьмем на себя обязательство удовлетворить репарационные претензии Франции и других стран. Включение Франции в эту комиссию вызвало бы, по-моему, некоторую путаницу.

Сталин. Г-н Эттли настаивает?

Эттли. Я бы хотел.

Сталин. Хорошо, я не возражаю.

Эттли. Мой второй вопрос заключается в следующем: я представил меморандум относительно того, что английский и американский командующие должны поставлять 40 тысяч тонн продовольствия ежемесячно и 2400 тонн угля ежедневно в британскую и американскую зоны в Берлине в течение 30 дней, начиная с 15 июля. Контрольному совету должно быть поручено немедленно составить программу снабжения продовольствием, углем и другими видами топлива района Большого Берлина в течение следующих 6 месяцев. Эти количества будут поставляться в район Большого Берлина Советским правительством в порядке авансовых поставок согласно пункту 4"а" соглашения о репарациях. Это - практические меры, которые обеспечат текущие потребности.

Сталин. Вопрос не подготовлен, мы не знакомы с этим вопросом, мнение Контрольного совета по этому вопросу нам не известно. Поэтому решать этот вопрос сейчас мы просто затрудняемся. Я считаю, что надо предварительно узнать мнение Контрольного совета о том, как он думает удовлетворять нужды населения, какие у него планы насчет снабжения.

Эттли. Я так понял, что поставки капитального оборудования из Рурского бассейна должны начаться теперь, и мне кажется, что поставки необходимого продовольствия и топлива для района Большого Берлина также должны начаться теперь. Конечно, количество может быть установлено Контрольным советом.

Сталин. Соглашение, конечно, должно быть, но нужно назвать количество, чего мы сейчас не можем сделать без доклада Контрольного совета о его планах в этом отношении. Я должен сказать, что Контрольный совет лучше разрешит этот вопрос, чем мы тут могли бы его решить, он практически подходит к разрешению этого вопроса.

Эттли. Это как раз то, о чем я прошу. Я прошу о том, чтобы Контрольный совет составил программу, но в принципе мы должны договориться об этом здесь.

Сталин. Мне не известно, как обстоит это дело. Я не могу ничего решать, не имея настоящих материалов. Я не могу брать цифры с потолка. Цифры должны быть обоснованы.

Эттли. Я не прошу о цифрах, в своем меморандуме я прошу, чтобы Контрольный совет составил эту программу.

Сталин. 40 тысяч тонн продовольствия в месяц, 2400 тонн угля ежедневно - откуда взялись эти цифры, как они обоснованы?

Эттли. Эти цифры были согласованы, и фактически эти количества уже поставляются.

Сталин. Я этого не знаю.

Бевин. Вопрос заключается в том, что существует временное соглашение о ежемесячных поставках для Берлина.

Сталин. Кто согласился с этим?

Бевин. В Контрольном совете было заключено временное соглашение о поставках, согласно которому британские и американские власти приняли на себя обязательство поставлять эти количества для Берлина в течение месяца, что сейчас и делается. Мы предлагаем, чтобы Контрольный совет составил в принципе необходимую программу и чтобы советские власти начали поставлять эти указанные количества по истечении месячного срока. Когда истечет этот срок, то возникнет вопрос: кто дальше будет поставлять продовольствие и топливо?

Сталин. Надо заслушать Контрольный совет и его соображения, тогда можно что-то решить.

Эттли. Я понял так, что вы хотите, чтобы поставки капитального оборудования из Рурского бассейна были начаты уже теперь. Мы просим того же в отношении ваших поставок продовольствия и топлива.

Сталин. Я это понимаю, однако я хотел бы знать, какие соображения имеются у Контрольного совета, чтобы можно было обсудить их и принять решение. Я считаю, что вопрос надо отложить.

Бевин. Мы хотим работать совместно друг с другом.

Сталин. А если мы не готовы к этому вопросу, как тут быть?

Бевин. Тогда придется отложить.

Сталин. Об этом мы и просим.

Бевин. Мы только хотели прийти к взаимному соглашению, чтобы помочь друг другу.

Сталин. Мы к этому вопросу не подготовлены, я не имел возможности посоветоваться с Контрольным советом, узнать его соображения.

Трумэн. Кажется, мы исчерпали все разногласия по репарационному вопросу?

Эттли. Я понял генералиссимуса так, что с Австрии мы не будем требовать репараций. Может быть, это следует внести в протокол?

Сталин. Можно внести в протокол.

Бирнс. Следующий вопрос - это вопрос об экономических принципах в отношении Германии. Представители США и Англии предлагают включить в документ об экономических принципах пункт относительно германских заграничных активов. Это будет пункт 18, который гласит следующее: «Контрольный совет должен предпринять надлежащие шаги для осуществления контроля и распоряжения теми германскими активами за границей, которые еще не поступили под контроль Объединенных Наций, принимавших участие в войне против Германии».

Сталин. Что это - поправка или новое предложение?

Бирнс. Это - рекомендация комиссии по экономическим вопросам. Она предлагает включить этот пункт в документ об экономических принципах в отношении Германии.

Сталин. Не понадобится ли поправка в этот пункт после принятия решения по репарациям? Мы узнали об этом пункте после того, как мы уже договорились по этому вопросу.

Бирнс. Советские представители в комиссии по экономическим вопросам заявили, что они мало интересуются этим вопросом, и зарезервировали свою позицию до изучения этого вопроса. Данный вопрос относится к контролю.

Сталин. Я не возражаю.

Трумэн. Благодарю.

Бирнс. Комиссия не успела достигнуть соглашения относительно пункта 19 проекта об экономических принципах, который касается вопроса об оплате импорта в Германию. Кроме того, советский представитель заявил, что он пока не готов обсуждать дальше вопрос о поставках нефти в Западную Европу.

Сталин. Мы не возражаем против британской формулировки пункта 19.

Бирнс. Я понял так, что английские представители согласились с американскими представителями относительно того, что если пункт 19 будет принят, то следует добавить предложенные американскими представителями слова о том, что указанное в этом пункте условие не будет применяться к оборудованию и продуктам, упомянутым в пунктах 4"а" и 4"b" соглашения о германских репарациях. Мы считаем, что это добавление вытекает из соглашения о репарациях, которого мы достигли вчера.

Сталин. Хорошо.

Эттли. Согласен.

Бирнс. Таким образом, мы покончили со всеми разногласиями по проекту об экономических принципах.

Следующий вопрос - о военных преступниках.

Бевин. Я прошу меня извинить, но я считаю, что об этих экономических принципах следует информировать французов.

Сталин. Пожалуйста.

Бирнс. Следующий вопрос - о военных преступниках. Единственный вопрос, который остается открытым, заключается в том, следует ли упоминать фамилии некоторых крупнейших немецких военных преступников. Представители США и Англии на сегодняшнем заседании министров иностранных дел сочли правильным не упоминать этих фамилий, а предоставить это право прокурору. Они согласились также, что должен быть принят английский текст. Советские представители заявили, что они согласны с английским проектом, но при условии добавления некоторых имен.

Сталин. Имена, по-моему, нужны. Это нужно сделать для общественного мнения. Надо, чтобы люди это знали. Будем ли мы привлекать к суду каких-либо немецких промышленников? Я думаю, что будем. Мы называем Круппа. Если Крупп не годится, давайте назовем других.

Трумэн. Все они мне не нравятся. (Смех.) Я думаю, что если мы упомянем некоторые имена и оставим в стороне других, то будут думать, что этих других мы не собираемся привлекать.

Сталин. Но здесь эти имена приводятся как пример. Например, поражает, почему Гесс до сих пор сидит в Англии на всем готовом и не привлекается к ответственности? Надо эти имена назвать, это будет важно для общественного мнения, для народов.

Бевин. О Гессе вам не следует беспокоиться.

Сталин. Дело не в моем мнении, а в общественном мнении, во мнении народов всех стран, которые были оккупированы немцами.

Бевин. Если у вас имеются какие-либо сомнения относительно Гесса, то я могу дать обязательство, что он будет предан суду.

Сталин. Никаких обязательств я от г-на Бевина не прошу, достаточно одного его заявления, чтобы я не сомневался, что это будет сделано. Но дело не во мне, а дело в народах, в общественном мнении.

Трумэн. Как вы знаете, мы назначили в качестве нашего представителя в лондонской комиссии судью Джексона. Он является выдающимся судьей и очень опытным юристом. Он хорошо знаком с юридической процедурой. Джексон выступает против упоминания имен военных преступников, заявляя, что это помешает их работе. Он заверяет, что в течение 30 днейсудебный процесс будет подготовлен и не следует сомневаться относительно наших взглядов на этих людей.

Сталин. Может быть, назвать меньшее количество лиц, скажем, трех?

Бевин. Наши юристы придерживаются такого же взгляда, как и американские.

Сталин. А наши - противоположного. А может быть, мы условимся о том, чтобы не позднее чем через месяц был опубликован первый список привлекаемых к суду немецких военных преступников?

(Трумэн и Эттли соглашаются с предложением Сталина.)

Бирнс. Следующий вопрос - относительно использования союзной собственности для уплаты репараций странами-сателлитами или в качестве военных трофеев.

Я передал вчера это предложение. На сегодняшнем заседании советская делегация просила дать ей возможность более тщательно познакомиться с этим предложением.

Молотов. Ввиду того что сегодня фактически не было перерыва между двумя заседаниями, советская делегация не имела времени изучить редакцию этого предложения. По существу это предложение кажется ей правильным и приемлемым, но надо изучить его формулировку.

Бирнс. Я готов отложить до вечера.

Эттли. Я предлагаю, чтобы на повестке дня сегодняшнего вечернего заседания стояло как можно меньше вопросов.

Бирнс. Следующий вопрос - относительно снабжения нефтью Западной Европы. Вопрос сейчас рассматривается экономической комиссией.

Следующий вопрос - относительно союзного нефтяного оборудования в Румынии. На заседании министров иностранных дел было решено, что будут образованы две двусторонние комиссии экспертов: одна комиссия из представителей США и Советского и вторая комиссия - из представителей Великобритании и Советского Союза. Эти комиссии должны будут изучить не только относящиеся к делу документы, но и ознакомиться на месте с положением дел. Было согласовано, что эксперты начнут свою работу в Румынии не позже чем через 10 дней.

Следующий вопрос - относительно враждебной Советскому Союзу деятельности русских белоэмигрантов и других враждебных СССР лиц и организаций в американской и британской зонах оккупации в Германии и Австрии. Англо-американские представители заявили, что они расследуют положение и факты, изложенные в советском документе по этому поводу, и немедленно сообщат Советскому Союзу о результатах этого расследования, после чего они будут готовы обсудить меры для прекращения этой деятельности.

Советская делегация обратила внимание на памятную записку относительно репатриации советских граждан, переданную ею британской и американской делегациям. Британские представители заявили, что они выяснят положение, о котором говорится в советском документе, и займутся этим вопросом немедленно по возвращении в Лондон.

Советские представители передали новый документ по этому вопросу и подчеркнули то важное значение, которое они придают этому делу. Американский и британский представители заявили, что они займутся этим вопросом как можно скорее.

Министры иностранных дел обсудили доклад комиссии по составлению протокола конференции. Эта комиссия не смогла достигнуть соглашения по четырем вопросам, однако министрам иностранных дел удалось добиться соглашения по этим вопросам. Они согласились также, что только важные решения конференции будут включены в протокол. Они указали комиссии по протоколу, что в протокол должны быть также включены новые решения конференции.

Следующий вопрос - относительно пересмотра процедуры Союзных контрольных комиссий в Болгарии, Румынии и Венгрии. Был принят проект США по этому вопросу, из которого была исключена вторая фраза.Было решено, что эту фразу заменят третий, четвертый и пятый пункты письма советского представителя, переданного представителям Соединенных Штатов и Великобритании в Союзной контрольной комиссии в Венгрии. Этот вопрос был передан в редакционную комиссию, которая после обсуждения рекомендует нам следующий текст: «Три правительства отметили, что советские представители в Союзных контрольных комиссиях в Румынии, Болгарии и Венгрии сообщили их коллегам Соединенного Королевства и Соединенных Штатов предложения по улучшению работы Контрольных комиссий теперь, когда военные действия в Европе прекратились.

Три правительства согласились,что теперь будет предпринят пересмотр процедуры Союзных контрольных комиссий в этих странах, принимая во внимание интересы и ответственность трех правительств, которые совместно предъявили условия перемирия соответственным странам, и принимая в качестве базы в отношении всех трех стран предложения Советского правительства для Союзной контрольной комиссии в Венгрии».

Можем ли мы принять предложение редакционной комиссии в этом виде?

Сталин. Я не возражаю.

Трумэн. Сегодня я принял президента Польши и четырех членов Временного польского правительства. Я сообщил им решения относительно Польши и передал копию этих решений. Они будут воздерживаться от выступлений по поводу этих решений до опубликования их в печати. Они попросили меня от имени польского правительства передать благодарность всем трем правительствам, представленным на конференции.

Бевин. Я хотел бы упомянуть здесь, что затруднения относительно военно-воздушной линии Лондон - Варшава, о которых я говорил вчера, теперь устранены. Мы договорились с Польшей по этому вопросу.

Бирнс. На заседании министров иностранных дел я предложил, чтобы в документы о Польше и о допущении в Организацию Объединенных Наций, там, где речь идет о возможностях, которые должны быть предоставлены представителям союзной печати, были добавлены слова «и представителям радио».

Сталин. Не стоит этого делать.

Эттли. Я тоже считаю это нецелесообразным.

Трумэн. У нас в Америке иное положение с радио, чем в других странах, например в Англии. Английское радио находится под контролем правительства, а в Америке радио находится в том же положении, что и газеты. Мы хотели бы, чтобы представители радио получили такие же права, как и корреспонденты газет.

Сталин. Не стоит.

Трумэн. Представители американского радио будут действовать как корреспонденты газет, только будут передавать свою информацию для американского радио.

Сталин. Я бы не советовал этого делать. Кроме того, надо договориться с Польшей.

Бевин. Но вы не будете возражать против соглашения с соответствующими правительствами?

Сталин. Нет, отчего же?

Трумэн. Это для нас приемлемо.

Сталин. Пожалуйста. Но здесь решим не писать об этом.

Трумэн. Хорошо. Я согласен.

Бирнс. Следующий вопрос - относительно германского военного и торгового флота.

Трумэн. Насколько я понимаю, доклад комиссии по этому вопросупринимается, и мы утверждаем подготовленное решение.

Сталин. Да, правильно.

Бирнс. Также согласились, что текст этого решения будет опубликован позже.

Бевин. Г-н президент, я составил текст пункта относительно доли Польши и других стран, с которым, мне кажется, мы можем согласиться. Он гласит: «Соединенное Королевство и Соединенные Штаты выделят из своих долей сдавшихся немецких торговых судов соответствующие количества для других союзных государств, торговое судоходство которых понесло тяжелые потери в борьбе за общее дело против Германии, исключая Польшу, суда для которой выделит Советский Союз из своей доли».

Сталин. У меня нет возражений.

Трумэн. Я согласен.

Эттли. До перерыва я хотел бы спросить, не считают ли главы правительств подходящим послать г-ну Черчиллю и г-ну Идену телеграмму с выражением благодарности за их участие в первой части нашей конференции и за их участие в других конференциях?

Сталин. Это было бы уместно.

Трумэн. Я согласен.

(После перерыва.)

Бирнс. Не успели ли вы изучить наш документ относительно использования союзной собственности для уплаты репараций странами-сателлитами или в качестве военных трофеев?

Сталин. Я не вижу трудностей в разрешении этого вопроса по существу, но в отношении формулировки я должен посоветоваться.

Эттли. Я думаю, что этот документ требует некоторого изучения, так как не все его положения представляются вполне приемлемыми.

Бирнс. В каком отношении этот проект является неприемлемым?

Эттли. Если принадлежавшее союзным странам имущество изъято ими у стран-сателлитов в качестве военного трофея, то это естественно, так как страны-сателлиты должны компенсировать союзные страны, которым это имущество принадлежало. Но если это имущество захватила третья сторона, то возникает вопрос: должна ли она заплатить за это имущество союзным странам или мы должны заставить заплатить за это имущество страны-сателлиты. Кроме того, я считаю, что пункт 3 относительно валюты также нуждается в обсуждении. Мне кажется, что все это еще нужно изучить.

Трумэн. Хорошо.

Может быть, мы сейчас ознакомимся с коммюнике?

Сталин. Комиссия еще не закончила полностью его составление.

Эттли. Я предлагаю, чтобы комиссия по составлению протокола и комиссия по составлению коммюнике занялись этим вопросом сейчас же, а мы бы разошлись и встретились снова, как только эти комиссии закончат свою работу. О времени встречи можно договориться по телефону. Главы правительств занялись бы вопросом о коммюнике, а министры иностранных дел - вопросом о протоколе.

Сталин. Хорошо было бы установить срок для начала заседания - 8.30 или 9 часов. Срок ставится для того, чтобы подстегнуть комиссии, тогда они будут стараться.

Трумэн. Три часа перерыва меня устраивают.

Бирнс. Было еще предложение президента относительно внутренних водных путей сообщения. Комиссия по протоколу и комиссия по коммюнике пока не пришли к соглашению относительно решения, которое было принято по поводу предложения президента.

Трумэн. Этот вопрос передан на рассмотрение Совета министров иностранных дел в Лондоне, но я заинтересован в том, чтобы об этом было сообщено в коммюнике. Я бы просил включить в коммюнике упоминание об этом вопросе.

Сталин. Не обсуждали мы его.

Трумэн. Я три раза высказывался по этому вопросу, и комиссия рассматривала его в течение нескольких дней.

Сталин. В списке вопросов он не стоял, мы к этому вопросу не готовились и не имели никаких материалов, наши эксперты по этому вопросу сидят в Москве. Почему такая спешка, почему так нужно торопиться?

Трумэн. Этот вопрос не окончательно решен, а передан на рассмотрение Совета министров иностранных дел в Лондоне.

Сталин. О Черноморских проливах тоже не будет упомянуто в коммюнике, хотя этот вопрос стоял на повестке дня. Вопрос о водных путях возник в качестве бесплатного приложения к вопросу о проливах. И почему отдается такое предпочтение вопросу о внутренних водных путях перед вопросом о проливах, я не понимаю.

Трумэн. Вопрос о Черноморских проливах будет фигурировать и в коммюнике, и в протоколе.

Сталин. По-моему, нет нужды помещать в коммюнике, достаточно поместить только в протоколе.

Я предлагаю в коммюнике не упоминать ни о проливах, ни о внутренних водных путях, а включить оба эти вопроса только в протокол.

Трумэн. Хорошо, возражений нет.

Бевин. Я предлагаю, чтобы мы попросили Францию присоединиться к нашему решению относительно военных преступников. Франция является членом Совета министров иностранных дел в Лондоне.

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Я не возражаю.

Я все же не могу понять, почему бы нам принятое здесь и включенное в протокол решение не включить и в коммюнике.

Сталин. Нет в этом нужды, коммюнике и так получается слишком обширным.

Трумэн. Я хотел бы задать один вопрос: имеются ли секретные соглашения на этой конференции?

Сталин. Нет. Несекретные.

Бирнс. Я хочу подчеркнуть, что мы решили передать вопрос о внутренних водных путях на рассмотрение Совета министров иностранных дел. Таким образом, мы имеем по данному вопросу соглашение. Имеем ли мы право огласить решение по этому вопросу? Если это не будет включено в коммюнике, а только в протокол, то можем ли мы официально поставить этот вопрос перед тем же Советом министров иностранных дел?

Сталин. Надо взять материалы Крымской конференции или Тегеранской конференции. На Тегеранской конференции ряд вопросов был включен в протокол, однако был другой ряд решений, представлявших интерес для всех, определявших нашу политику в отношении основных вопросов. Эти решения были включены в коммюнике.

Перехожу к работе Крымской конференции. Там тоже было зафиксировано два ряда решений. Первый ряд решений - гораздо больший - попал в протокол, и никто не требовал перенести его в коммюнике. Другой ряд решений - гораздо меньший - попал в коммюнике. Это были решения, определяющие нашу политику. Я предлагаю придерживаться этого хорошего правила, потому что иначе получится не коммюнике, а целый фолиант.

Часть решений не имеет серьезного значения, некоторые из вопросов, вроде вопроса о внутренних водных путях, не были даже обсуждены. Они попадут в протокол, и никто не может упрекнуть нас что мы скрываем эти вопросы. Другое дело - вопросы о Германии, об Италии, о репарациях и т.д., имеющие большое значение они попадут в коммюнике. Я думаю, что не следует нам нарушать этой хорошей традиции и незачем включать в коммюнике все вопросы. Коммюнике есть коммюнике, а протокол есть протокол.

Трумэн. Я не возражаю против этой процедуры, если она будет принята для всех наших решений. Но если мне придется сделать заявление перед сенатом относительно того, что этот вопрос был передан на рассмотрение Совета министров иностранных дел, я буду иметь на это право?

Сталин. Никто не может покушаться на ваши права.

(Трумэн закрывает заседание.)

Берлинская конференция.

Запись одиннадцатого заседания глав правительств. 16 час. 05 мин.

Трумэн. О вчерашнем заседании министров иностранных дел будет докладывать г-н Бевин.

Бевин. Я предлагаю специального доклада не делать, так как почти все вопросы вчерашней повестки дня заседания министров иностранных дел включены в сегодняшнюю повестку дня заседания "большой тройки".

(Предложение Бевина принимается.)

Трумэн. Первый пункт нашей повестки дня - предложения США относительно германских репараций, относительно западной границы Польши и относительно допуска в Организацию Объединенных Наций. Г-н Бирнс доложит сейчас об этих предложениях.

Бирнс. Наши предложения по вопросу о репарациях были внесены как часть общих предложений, касающихся трех спорных вопросов. Этими вопросами являются: вопрос о репарациях, вопрос о западной границе Польши и вопрос о допущении в Организацию Объединенных Наций. Все эти три вопроса связаны между собой. Делегация США заявила на заседании министров иностранных дел, что она идет на уступки в отношении западной границы Польши и допуска в Организацию Объединенных Наций при условии достижения соглашения по всем трем вопросам.

Сталин. Они не связаны друг с другом, это разные вопросы.

Бирнс. Это верно, вопросы разные, но они стояли перед нами в течение двух недель, и мы не могли достичь никакого соглашения по ним. Делегация США внесла свои предложения по всем этим трем вопросам в надежде достичь соглашения. Однако мы заявляем здесь еще раз, что не согласимся пойти на уступку в отношении польской границы, если не будет достигнуто соглашения по двум другим вопросам.

В наших предложениях о репарациях, которые были обсуждены на вчерашнем заседании министров, предусматривалось, что 25 процентов капитального оборудования Рурской области, которое является ненужным для поддержания мирной экономики, будут переданы Советскому Союзу в обмен на продовольствие, уголь, цинк, калий, нефтяные продукты, лес и т.д. из советской зоны. Кроме того, мы предлагали 15 процентов такого капитального оборудования, которое считается ненужным для поддержания мирной экономики, передать из Рурской области Советскому Союзу без всякой оплаты или обмена.

Во время вчерашней дискуссии британская делегация заявила, что она не может согласиться на то, чтобы передача была произведена только из Рурской области, но она может согласиться на передачу оборудования Советскому Союзу из всех западных зон. Мы согласились, что единственная разница между английскими и американскими предложениями заключается в размере процентов, и если проценты отнести ко всем трем западным зонам оккупации, то размер их должен быть снижен наполовину по сравнению с тем, который был установлен в отношении Рурской области, а именно: вместо 25 процентов будет 12,5 процента и вместо 15 процентов будет 7,5 процента.

Советская делегация не согласилась с этим предложением, однако американская и британская делегации считали, что это будет гораздо проще в административном отношении. Мы считали также, что изъятие из трех западных зон было бы гораздо выгоднее и для Советского Союза.

Сталин. Мы это тоже считаем правильным - производить изъятия не только из Рура, но и из всех западных зон.

Бирнс. Это предоставит вам большой выбор в отношении оборудования, поскольку это оборудование может идти из американской, английской и французской зон.

На заседании министров иностранных дел было предложено, что должен быть решен вопрос о том, кто будет определять то оборудование, которое не нужно для поддержания мирной экономики и которое будет доступно для репараций. Советская делегация считала, что следует точно указать, кем будет определяться количество и характер промышленного оборудования, ненужного для мирной экономики и доступного для репараций. Я предложил, чтобы это определение выносилось Контрольным советом по директивам Союзной комиссии по репарациям и подлежало окончательному одобрению главнокомандующего зоной, из которой изымалось это оборудование. Я предложил, чтобы это определение выносилось Контрольным советом, потому что в Контрольном совете представлены все четыре державы и потому что Контрольный совет является административным органом, наделенным исполнительными функциями, в то время как Репарационная комиссия является органом, который занимается разработкой общей политики в отношении репараций.

Я повторю здесь предложение, которое я сделал вчера, а именно, что изъятие капитального оборудования должно быть завершено в течение двух лет, а поставки Советскому Союзу в обмен на поставки из его зоны оккупации должны производиться в течение пяти лет. Я предложил также, чтобы репарационные претензии других стран удовлетворялись из западных зон оккупации.

Два других вопроса, о которых я говорил и которые в наших предложениях связаны воедино, - это вопрос о западной границе Польши и вопрос о допущении в Организацию Объединенных Наций. Мы согласны на решение этих вопросов при условии достижения соглашения по главному вопросу - вопросу о репарациях.

Согласно нашему предложению о польской западной границе, польскому правительству предоставляется право образовать управление на всей территории, которую требовали поляки.

Что касается вопроса о допуске в Организацию Объединенных Наций, то три дня тому назад мы сняли свои предложения. Однако сейчас мы вновь вносим по этому вопросу предложение, редакция которого, как мы надеемся, должна удовлетворить Советский Союз.

Редакция предложения, которое мы обсуждали четыре дня тому назад, гласила: «Три правительства, каждое в отдельности, согласны рассмотреть в ближайшее время вопрос об установлении дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией». Английская делегация заявила, что для нее это неприемлемо, так как английское правительство не может согласиться на установление полных дипломатических отношений со странами, с которыми оно находится в состоянии войны. Тогда глава Советского правительства спросил, готово ли английское правительство признать правительства этих стран полностью или частично. Поэтому я вношу сейчас предложение в следующей редакции:

«Три правительства, каждое в отдельности, согласны изучить в ближайшее время в свете условий, которые будут тогда существовать, вопрос об установлении в возможной степени дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами». Я надеюсь, что наши советские и английские друзья будут готовы принять наше предложение в этой редакции.

Сталин. Я не возражаю в принципе против этой редакции.

Бирнс. Мы предложили также добавить новый пункт - о том, что три правительства выражают желание, чтобы ввиду изменившихся условий в результате окончания войны в Европе представители союзной печати пользовались полной свободой сообщать миру о событиях в Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии. Это почти та же редакция, с которой мы согласились раньше, когда речь шла о Польше.

Сталин. Это можно принять, но надо было бы изменить редакцию и сказать вместо «три правительства выражают желание» - «три правительства не сомневаются в том, что...» и т.д.

Бирнс. Что касается США, то это для нас приемлемо. Я думаю, что мы должны принять теперь этот документ, как он есть. Таким образом, мы внесли три предложения, и я очень надеюсь, что все эти три предложения будут здесь приняты.

Сталин. У нас имеются предложения о репарациях. (Оглашаются предложения советской делегации по вопросу о репарациях с Германии.)

Сталин. Г-н Бирнс здесь предлагал, чтобы все эти три вопроса были связаны в одно целое. Я понимаю его точку зрения: он предлагает такую тактику, которую он считает целесообразной. Вносить такие предложения - это право каждой делегации, но советская делегация, независимо от этого, будет голосовать по каждому из этих вопросов отдельно.

Русская делегация выдвинула свои предложения. Главный вопрос, который вызывает споры и разногласия, - это вопрос о репарациях с Германии. Здесь были изложены наши соображения. Вы, вероятно, заметили, что русская делегация встала на точку зрения американской делегации, ибо она отказалась от выставления определенной цифры и количества и перешла на проценты.

Несколько отклоняясь от главной темы, я хочу сказать о тех изъятиях, которые англичане и американцы произвели в русской зоне оккупации до занятия ее советскими войсками. Речь идет о вывозе товаров и оборудования. Кроме того, имеется записка от советского военного командования о том, что английские и американские власти угнали 11 тысяч вагонов с той же территории. Как быть с этим имуществом, я не знаю. Вернут ли это имущество русским или компенсируют его каким-либо другим образом? Во всяком случае, американцы и англичане не только из своих зон вывозят оборудование, но вывезли его и из русской зоны, а мы из ваших зон не угнали ни одного вагона и не взяли никакого оборудования с заводов. Американцы обещали не вывозить, но вывезли.

Теперь по существу вопроса. Я думаю, что мы имеем возможность договориться по вопросу о репарациях с Германии. Какие основные положения американского плана? Первое - каждый производит изъятия из своей зоны оккупации. Мы согласны с этим. Второе - оборудование изымается не только из Рура, но и из всех западных зон. Это второе положение принято нами. Третье положение - часть изымаемых из западных зон репараций покрывается соответствующим эквивалентом из русской зоны в течение 5 лет. Затем четвертое положение - о том, что Контрольный совет определяет размеры изъятий из западных зон. Это тоже приемлемо.

В чем же теперь разногласия? Нас интересует вопрос о сроках, вопрос об окончании подсчета размеров репараций. Этого в американском проекте не содержится. Мы бы хотели установить трехмесячный срок.

Бирнс. Относительно срока вопрос надо согласовать.

Сталин. Речь идет о сроке определения размеров репараций. Какой-то срок надо предложить. Мы предлагаем три месяца. Этого достаточно?

Трумэн. По-моему, достаточно.

Эттли. Это короткий срок. Я должен немного подумать.

Сталин. Подумать, конечно, не лишне. Три, четыре, пять месяцев, но чтобы был установлен срок.

Эттли. Я предлагаю шесть месяцев.

Сталин. Хорошо, согласен.

Затем остается процент изъятия. Тут можно тоже добиться соглашения. Процентом больше или процентом меньше, это не решает вопроса. Я надеюсь, что в деле установления процента изъятия англичане и американцы пойдут нам навстречу. Мы потеряли очень много оборудования в этой войне, страшно много. Надо хоть одну двадцатую часть возместить. И я рассчитываю, что г-н Эттли поддержит наше предложение.

Эттли. Нет, я не могу.

Сталин. А вы подумайте и поддержите нас.

Эттли. Я целый день вчера думал об этом. (Смех.)

Сталин. Что же остается? Я думаю, что нужно добиться общего соглашения по этому вопросу.

Бевин. В советском документе нет слов, которые я употребил вчера, а именно: "оборудование, которое не нужно для мирной экономики".

(Советская делегация оглашает еще раз соответствующую часть своих предложений по вопросу о репарациях.)

Бевин. Я предлагаю, чтобы вы приняли эту мою фразу, которая совершенно точно излагает мою мысль.

Сталин. В чем она заключается?

Бевин. Контрольный совет должен сначала определить, какое количество оборудования оставляется для поддержания мирной экономики Германии.

Сталин. Это одно и то же

Бевин. Так, может быть, вы примете мою фразу?

Сталин. А какая разница?

Бевин. Большая разница. Я не хочу, чтобы потом были недоразумения. Ваш текст можно понять и по-иному, а именно как 15 процентов всего оборудования.

Сталин. Нет, мы имеем в виду 15 процентов от подлежащего изъятию оборудования, то есть того оборудования, которое не требуется для поддержания мирного хозяйства Германии.

Бевин. Я бы предложил вставить это в документ, чтобы было совершенно ясно.

Сталин. А что тут неясного? Контрольный совет определяет, какое оборудование необходимо для мирной экономики Германии. А то, что остается, это и составит общий объем для репараций.

Бирнс. В нашей редакции эта фраза выражает общий взгляд английской и американской делегаций.

Сталин. Что вы предлагаете?

Бирнс. Количество промышленного оборудования, которое признается ненужным для мирной экономики и поэтому доступно для репараций, определяется Контрольным советом по директивам Союзной комиссии по репарациям и подлежит окончательному одобрению командующего той зоной, из которой будет изъято это оборудование.

Сталин. Я не возражаю.

Бирнс. Таким образом, единственный вопрос, который остается открытым, - это вопрос о процентах. Вы хотите 15 процентов и 10 процентов вместо 12,5 и 7,5 процента.

Сталин. Да.

Бирнс. Но, кроме того, вы хотите получить в счет репараций на 500 миллионов долларов акций промышленных предприятий, расположенных в западных зонах, 30 процентов заграничных инвестиций Германии и 30 процентов германского золота, поступившего в распоряжение союзников. Относительно золота, насколько я знаю мнение нашего штаба, я могу сказать, что имеется часть золота, принадлежащего раньше другим странам. Было бы несправедливо отказать этим странам в их претензиях.

Сталин. Это относится к германскому золоту.

Бирнс. По нашим сведениям, германского золота не существует, так как все это золото награблено немцами во время войны. Мы должны вернуть это золото странам, которым оно раньше принадлежало. Если советская делегация настаивает на том, что Советский Союз должен получить дополнительно к этим процентам 500 миллионов долларов акций промышленных предприятий, как это изложено в советских предложениях, 30 процентов заграничных инвестиций Германии и 30 процентов золота, то этот вопрос надо здесь обсудить.

Сталин. Мы бы хотели это получить, если это возможно.

Бирнс. Что вы имеете в виду, когда говорите о заграничных инвестициях Германии?

Сталин. Инвестиции, которые немцы имели в других странах, в том числе в Америке.

Бирнс. Что касается инвестиций в Америке, то мы их блокировали, и требуется законодательство, чтобы предъявить претензии на эти фонды. Как будто конгресс уже сделал это. Я не сомневаюсь, что будут всякие претензии по этим фондам и со стороны беженцев, которые имеются в Америке. Вопрос этот требует юридического решения.

Кроме того, я уверен, что если, например, имеется определенное количество германских инвестиций в странах Латинской Америки, то правительства этих стран будут иметь претензии на эти средства.

Сталин. Это возможно.

Бевин. Вчера мы договорились, чтобы Франция была включена в Репарационную комиссию, для того чтобы принять участие в определении оборудования, подлежащего изъятию в счет репараций. Я хотел бы, чтобы Франция была включена в эту комиссию.

Сталин. Я не возражаю.

Бевин. Относительно процентов. Мне казалось, что вчера на совещании министров иностранных дел мы пошли вам навстречу, согласившись на 12,5 процента.

Кроме того, я хотел бы знать: не будет ли вопрос о репарациях препятствовать обычному обмену товаров по Германии в целом, принимая во внимание, что мы согласились относительно экономических принципов и нормального обмена товаров в Германии?

Сталин. Мы и обсудим этот вопрос, когда будем говорить об экономических принципах.

Бевин. Разрешение вопроса о золоте представляет большие затруднения. Что касается германских заграничных активов, то не согласились ли бы вы ограничиться активами нейтральных территорий?

Сталин. На это можно было бы согласиться.

Бирнс. Мы не можем согласиться ни с каким добавлением к нашему основному предложению. Я имею в виду пункт 4 советских предложений.

Сталин. Тогда процент надо повысить. По третьему пункту давайте повысим процент, тем более что вы вывезли из нашей зоны много оборудования. (Смех.) У нас было уничтожено страшно много оборудования, надо покрыть хотя бы небольшую часть этого оборудования.

Трумэн. Я хочу сделать следующее замечание относительно изъятий из вашей зоны. Мы об этом узнали три дня тому назад, когда нам был передан список этого оборудования. Я написал генералу Эйзенхауэру, чтобы он расследовал это дело и представил доклад. Если такое изъятие было произведено, то я заверяю вас, что оно было произведено не по приказанию правительства США. Могу вас заверить, что мы найдем возможности для компенсации.

Сталин. Предлагаю вернуться к обсуждению вопроса относительно процентов.

Трумэн. Если вы готовы снять четвертый пункт, то я готов принять 15 процентов и 10 процентов.

Сталин. Хорошо, я снимаю.

Бевин. Нам будет трудно удовлетворить Францию, Бельгию, Голландию из того количества оборудования, которое останется. Я бы предложил 12,5 процента и 10 процентов. Кроме того, мы просим изъять четвертый пункт.

Сталин. Мы с этим уже согласились. США входят в наше положение, как же вы не хотите войти в наше положение?

Бевин. Мы ответственны за зону, из которой будет изъято самое большое количество оборудования, а кроме того, будут предъявлены большие претензии со стороны Франции, Бельгии и Голландии.

Бирнс. Последняя фраза в наших предложениях гласит, что претензии по репарациям со стороны других стран, которые имеют право на репарации, должны быть покрыты из западных зон оккупации. Я прошу обсудить нашу редакцию относительно претензий других стран.

Сталин. Хорошо, я согласен не называть стран, а сказать в общей форме.

Бирнс. Я думаю, что это было бы более целесообразно, так как уже говорилось об отсутствии в этом списке Греции. Мы также считаем целесообразным сказать об этом в общей форме.

Сталин. Хорошо.

Бевин. У меня возникла мысль, что если вы получите требуемые вами проценты, то вместе с тем, что вы получите из своей зоны, вы будете иметь больше 50 процентов всех германских репараций.

Сталин. Гораздо меньше. Кроме того, мы ведь по 15 процентам даем эквивалент, это, собственно, обмен репарациями, а не новые репарации. Из западных зон мы получаем всего 10 процентов репараций. Это и есть, собственно, репарации; что же касается 15 процентов, то они даются за определенный эквивалент. Наши требования минимальны. Мы получаем от вас 10 процентов, а по остальному мы меняем, уплачиваем эквивалент. У вас же остается 90 процентов. Если мы получим по репарациям 7,5 процента вместо 10 процентов, это будет несправедливо. Я согласен на то, чтобы было 15 процентов и 10 процентов. Это более справедливо. Американцы согласны. Что же вы, г-н Бевин?

Бевин. Хорошо, я согласен.

Трумэн. Мы также согласны.

Бирнс. Таким образом, принимается проект наших предложений с новыми процентами плюс установление срока для определения суммы репараций.

Сталин. Кажется, мы исчерпали все наши разногласия по вопросу о репарациях. Нельзя ли передать этот проект на окончательную редакцию?

(Предложение принимается, создается комиссия для редактирования принятого решения.)

Трумэн. Следующий вопрос - о западной границе Польши.

Бирнс. Мы передали наши предложения вчера, и вчера же они были обсуждены. Я думаю, что не следует их еще раз зачитывать. Если есть замечания или поправки, я готов их выслушать, но я надеюсь, что наши советские и английские друзья согласятся с нашими предложениями.

Бевин. Что касается позиции британского правительства, то у меня имеются инструкции придерживаться границы по Восточной Нейсе. Поэтому я хотел бы уточнить, в чем заключается это новое предложение. Переходит ли вся эта зона в руки польского правительства и будут ли советские войска выведены оттуда полностью, как это имело место в других зонах, где войска одной стороны отходили, а другая сторона принимала зону?

Я встречался с поляками и спрашивал их, каковы их намерения в отношении выполнения декларации, упомянутой в документе США. Я спрашивал их, какие у них намерения относительно проведения свободных и беспрепятственных выборов на основе тайного голосования. Они меня заверили, что хотят провести эти выборы как можно скорее и рассчитывают провести их в начале 1946 года. Но это, конечно, будет зависеть от некоторых условий, которые позволят им провести эти выборы.

Они также согласились относительно свободы печати в Польше и относительно того, что иностранные корреспонденты будут допущены в Польшу и могут посылать свою информацию без цензуры. Они мне дали заверения относительно свободы религии во всей стране.

Но есть еще один очень важный вопрос, а именно: вопрос о возвращении на родину не только гражданских лиц, но и войск, которые находятся под союзным командованием в различных странах. Я просил поляков сделать по этому поводу заявление для того, чтобы мы могли быть уверенными, что эти люди по своем возвращении на родину будут поставлены в такие же условия, как и все остальные граждане.

Следующий вопрос, который особенно касается Советского правительства и британского правительства и который польское правительство не может сейчас урегулировать, - это вопрос о военно-воздушной линии между Варшавой, Берлином и Лондоном для того, чтобы британское правительство могло поддерживать постоянную связь со своим послом в Варшаве. По этому вопросу я хотел бы немедленно прийти к соглашению. В документе, представленном США, сказано, что эта зона будет находиться под управлением польского правительства и не будет составлять части советской зоны. Как выразился г-н Бирнс, эта зона будет находиться под ответственностью поляков. Однако я понимаю это так, что, хотя мы и поставили эту зону под управление польской администрации, она остается под военным контролем союзников.

Бирнс. Мы оказалиcь в положении, при котором Польша, с согласия Советского Союза, фактически управляет этой территорией. Ввиду этого три державы согласились, чтобы управление этой территорией осталось в руках Польши, чтобы не было больше споров насчет статуса этой территории. При этом нет нужды в том, чтобы Польша имела представителя в Контрольном совете.

Бевин. Я не настаиваю. Если мы все понимаем, в чем дело, я не возражаю. Мне будут поставлены разные вопросы по возвращении, и поэтому я хотел бы знать, что произойдет в этой зоне. Возьмут ли всю эту зону поляки, а советские войска отойдут?

Сталин. Советские войска отошли бы, если бы эта территория не представляла коммуникаций Красной Армии, по которым происходит снабжение частей Красной Армии. Там есть две дороги: одна проходит на Берлин с севера, другая проходит южнее Кракова. Эти две линии представляют коммуникации для снабжения Красной Армии. Это то же самое, что имеется в Бельгии, Франции и Голландии.

Бевин. Число войск ограничено этими целями?

Сталин. Да, да. Мы оттуда уже вывели четыре пятых всех войск, которые находились там во время войны с Германией. Думаем и эту оставшуюся еще часть сократить. Что касается зоны, которая отходит к Польше согласно внесенному предложению, то этой зоной Польша фактически уже управляет и имеет там свою администрацию; русской администрации там нет.

Бевин. Не можете ли вы теперь помочь нам с этой военно-воздушной линией? Мы старались договориться по этому поводу с польским правительством, но оно сейчас не может согласиться.

Сталин. Почему не может согласиться?

Бевин. Я понял так, что этот вопрос касается советского военного командования, потому что мы должны лететь частично через русскую зону.

Сталин. Так вы и теперь летаете через русскую зону до Берлина.

Бевин. Можете ли вы согласиться, чтобы мы летали до Варшавы?

Сталин. Мы согласимся на это, если нам устроят полеты через Францию в Лондон. (Смех.) А кроме того, надо договориться с поляками. Я представляю себе дело так: от Берлина до Варшавы будет установлена воздушная связь и будут летать английские или польские самолеты, согласно договору между Англией и Польшей. Что касается воздушной связи с Москвой по этой трассе, то с того места, с которого начинается граница с Россией, будут летать русские летчики. Что касается удовлетворения нужд русских для полетов в Париж и Лондон, там, очевидно, будут летать английские или французские самолеты. Тогда будет трасса Лондон - Париж - Москва. Я так представляю себе это дело.

Бевин. Конечно, весь этот вопрос о воздушной связи - слишком большой вопрос, чтобы его можно было решить здесь сейчас, но мы всегда будем готовы обсудить этот вопрос относительно воздушной линии Лондон - Москва. А сейчас я прошу вас помочь нам с установлением линии Лондон - Варшава, она необходима нам для нашего удобства.

Сталин. Я понимаю. Я сделаю все, что возможно.

Бевин. Благодарю вас.

Трумэн. Мы кончили с польским вопросом?

Сталин. Английская делегация согласна?

Бевин. Согласна.

Сталин. Дело остается за поляками, я так понимаю. Хорошо, кончили с этим делом.

Бевин. Мы должны сообщить французам относительно изменения границы Польши.

Сталин. Пожалуйста.

Бирнс. Следующее наше предложение относится к допущению Италии и других сателлитов в Организацию Объединенных Наций. Мы уже передали наш документ по этому вопросу.

Бевин. Британская делегация согласна.

Сталин. Наша поправка была уже высказана. Она касается нового пункта 4, точнее, той фразы, которая начинается словами: «Три правительства выражают желание, чтобы» и т.д. Мы предлагаем сказать: «Три правительства не сомневаются в том, что» и т.д.

(Трумэн и Эттли соглашаются с этой редакционной поправкой.)

Трумэн. Решение об экономических принципах в отношении Германии было отложено до решения вопроса о репарациях. Я думаю, что сейчас не будет затруднений в разрешении этого вопроса.

Бирнс. Относительно документа об экономических принципах у меня есть два предложения, которые я хочу огласить. Первое относится к пункту 13, где говорится об общей политике в отношении денежной и банковской системы, централизованных налогов и пошлин.

(Оглашает редакционное изменение, которое принимается.)

Кроме того, предлагаю добавить в этот пункт новый подпункт «g» относительно транспорта и коммуникаций. Это должно быть также централизовано.

Сталин. Тут понадобится какой-то центральный административный аппарат Германии. Общую политику в отношении Германии трудно проводить, не имея какого-то центрального германского аппарата.

Бирнс. Это правильно.

Второе предложение относится к подпункту «d» пункта 14. Я предлагаю изменить последнюю фразу, с тем чтобы она звучала следующим образом: «Кроме тех случаев, когда заинтересованная оккупирующая держава считает, что это требуется для необходимого импорта, никакое предоставление субсидий или кредитов Германии ли немцам со стороны каких бы то ни было иностранных лиц или правительств не может быть разрешено».

Бевин. Может быть, эту фразу лучше совсем исключить?

Бирнс. Согласен. У меня есть еще одно замечание. В результате нашего соглашения о репарациях мы считаем, что 18-й пункт отпадает.

(Сталин и Бевин выражают свое согласие на исключение пункта.)

Бевин. Есть еще вопрос относительно первоочередности оплаты импорта, о чем мы говорили на вчерашнем заседании министров иностранных дел. Британская делегация предложила вчера включить в экономические принципы следующую фразу: «Оплата одобренного импорта в Германию должна производиться в первую очередь за счет выручки от экспорта продуктов текущего производства и товарных запасов».

Советская делегация предложила добавить следующую фразу: «Что касается остального, то приоритет должен быть отдан репарациям по сравнению с удовлетворением других экономических нужд». Британская и американская делегации не смогли принять это советское предложение. Британская делегация просит принять ее предложение.

Сталин. Нам кажется, что этот вопрос отпал вовсе.

Трумэн. Я понял именно так.

Бевин. Мне кажется, что это противоречит обращению с Германией как с единым целым в отношении экспорта, импорта и т.д. Это разделит Германию на три зоны, и мы не будем в состоянии обращаться с Германией как с единым целым в вопросе, например, взимания налогов и т.д.

Сталин. Для этого нужен централизованный немецкий административный аппарат, чтобы через него можно было воздействовать на немецкое население. Этот вопрос будет обсужден в разделе «Политические принципы».

Бевин. В принципе мы согласились на образование такого центрального аппарата, мы внесли только некоторые поправки. Может быть, оставить этот вопрос и перейти к политическим принципам, тогда мы увидим, что можно будет предпринять и по этому вопросу.

(Сталин и Трумэн выражают свое согласие.)

Молотов. В связи с обсуждением вопроса об экономических принципах советская делегация внесла предложение по вопросу Рурской области, которое предусматривает, что Рурская промышленная область должна рассматриваться как часть Германии и что в отношении Рурской области должен быть установлен контроль четырех держав, для чего должен быть создан соответствующий союзный совет из представителей США, Великобритании, Франции и Советского Союза.

Бевин. Как я сказал вчера, я не могу обсуждать этого вопроса в отсутствие французов. Это - большой принципиальный вопрос, и французы кровно в нем заинтересованы.

Сталин. Может быть, вопрос о контроле над Рурской областью сейчас отложить, а вот мысль, что Рурская область остается частью Германии, - следует отразить в нашем документе.

Трумэн. Безусловно, это часть Германии.

Сталин. Может быть, сказать об этом в одном из наших документов?

Бевин. Почему ставится этот вопрос?

Сталин. Этот вопрос поднимается потому, что на одной из конференций, на Тегеранской конференции, ставился вопрос о том, чтобы Рур был выделен из состава Германии в отдельную область под контролем совета. Спустя несколько месяцев после Тегеранской конференции, когда г-н Черчилль приезжал в Москву, этот вопрос тоже обсуждался при обмене мнениями между русскими и англичанами, и опять была высказана мысль, что хорошо было бы Рурскую область выделить в отдельную область. Мысль о выделении Рурской области из состава Германии вытекала из тезиса о расчленении Германии. После этого произошло изменение взглядов на этот вопрос. Германия остается единым государством. Советская делегация ставит вопрос: согласны ли вы, чтобы Рурская область была оставлена в составе Германии? Вот почему этот вопрос встал здесь.

Трумэн. Мое мнение таково, что Рурская область является частью Германии и остается частью Германии.

Сталин. Было бы хорошо сказать об этом в одном из наших документов. Английская делегация согласна с тем, что Рур остается в составе Германии?

Бевин. Я не могу согласиться, потому что сейчас не имею перед собой картины предыдущего обсуждения этого вопроса. Я знаю, что была высказана мысль об интернационализации Рура для того, чтобы уменьшить военный потенциал Германии. Эта мысль была обсуждена. Я согласен, чтобы до решения этого вопроса Рур оставался под управлением Контрольного совета. Но я хотел бы иметь возможность переговорить по этому вопросу с моим правительством и предложил бы передать этот вопрос в Совет министров иностранных дел, чтобы иметь время по-настоящему изучить его.

(Сталин и Трумэн соглашаются с предложением Бевина.)

Трумэн. Следующий вопрос - о политических принципах.

Бевин. Советская делегация представила проект по вопросу об организации центральной германской администрации, которая должна помогать Контрольному совету. Мы предлагаем принять по этому вопросу наш проект, который является более коротким. Мы предлагаем на известное время никакого центрального немецкого правительства не создавать.

Я предлагаю принять наш короткий проект вместо проекта советской делегации.

Сталин. Можно принять.

Трумэн. У меня нет возражений.

Бевин. Что касается пункта 19 экономических принципов, то я предложил бы передать этот пункт на рассмотрение экономической комиссии. Пусть она обсудит этот вопрос сейчас, пока мы находимся здесь.

Сталин. Пусть обсудит.

Трумэн. Следующий вопрос - о перемещении немецкого населения из Польши и Чехословакии.

Бирнс. Доклад комиссии, которая занималась этим вопросом, был принят целиком, кроме последней фразы, которая гласит: «В то же время чехословацкое правительство, польское правительство и Союзная контрольная комиссия в Венгрии будут информированы о вышеуказанном и им будет предложено воздержаться от дальнейшего выдворения немецкого населения впредь до рассмотрения соответствующими правительствами доклада их представителей в Контрольном совете». Я думаю, что этот последний пункт очень нужен, тогда решение будет эффективным.

Сталин. А я боюсь того, что такое решение не даст серьезных результатов. Дело не в том, что немцев прямо берут и выгоняют из этих стран. Не так просто обстоит дело. Но их ставят в такое положение, при котором им лучше уйти из этих районов. Формально чехи и поляки могут сказать, что нет запрещения немцам жить там, но на деле немцы ставятся в такое положение, при котором жить им там становится невозможно. Я боюсь, что, если мы примем такое решение, оно не даст сколько-нибудь серьезных результатов.

Бирнс. В этом пункте говорится, что к этим правительствам будет обращена просьба временно прекратить выселение немецкого населения до тех пор, пока этот вопрос не будет обсужден в Контрольном совете. Если эти правительства не выселяют немцев и не заставляют их уезжать из Польши или Чехословакии, тогда этот документ не даст, конечно, результатов. Но если они это делают, то мы можем попросить их временно прекратить эти действия. По нашим сведениям, они заставляют немцев выезжать из Польши и Чехословакии. Переселение немцев из других стран увеличивает наше бремя. Мы хотим, чтобы эти правительства в данном случае сотрудничали с нами.

Сталин. Поляки и чехи скажут вам, что у них нет приказа о выселении немцев. Но если вы настаиваете, я могу согласиться этим предложением, боюсь только, что большого результата не будет.

Трумэн. Если вы согласитесь, мы будем благодарны. Возможно, что это предложение не изменит существующего положения, но даст нам возможность обратиться к этим правительствам.

Сталин. Хорошо, я не возражаю.

Бевин. Мы хотели бы известить об этом французов.

(Сталин и Трумэн соглашаются.)

Сталин. Мы хотели бы закончить вопрос о германском флоте.

Трумэн. Этот вопрос сегодня еще не готов.

Сталин. Давайте условимся подготовить его к завтрашнему дню.

Трумэн. Хорошо, я согласен. Я собирался завтра уехать, но я могу остаться.

Сталин. В принципе было принято решение относительно германского флота, но это решение не было оформлено. Главами трех правительств этот вопрос решен, надо это решение оформить.

Трумэн. Комиссия может доложить завтра утром.

Сталин. Хорошо. Может быть, передать это дело министрам, так как в принципе вопрос этот решен?

Бевин. Может быть, соглашение будет достигнуто?

Бирнс. По имеющимся у меня сведениям, эта комиссия надеется достичь соглашения сегодня. Встреча назначена сегодня вечером.

Сталин. В принципе было решено, что Советскому Союзу передается 1/3 часть военного флота, за исключением подводных лодок, большая часть которых будет потоплена, и 1/3 часть торгового флота. Я прошу не откладывать этого вопроса и завтра решить его.

(Трумэн и Эттли выражают согласие.)

Трумэн. Делегация Соединенных Штатов внесла документ относительно пересмотра процедуры Союзных контрольных комиссий в Болгарии, Румынии и Венгрии.

Бирнс. Наше предложение относительно выполнения Ялтинской декларации об освобожденной Европе было представлено и рассмотрено. По некоторым частям этого предложения мы не могли достигнуть соглашения. Однако было достигнуто соглашение относительно двух пунктов, касающихся пересмотра процедуры Союзных контрольных комиссий в трех странах. Первый пункт гласит:

«Три правительства отметили, что советские представители в Союзных контрольных комиссиях в Румынии, Болгарии и Венгрии сообщили их коллегам Соединенного Королевства и Соединенных Штатов предложения по улучшению работы Контрольных комиссий теперь, когда военные действия в Европе прекратились. Эти предложения включают условия, предусматривающие регулярные и частые встречи трех представителей, улучшение условий работы для британских и американских представителей и предварительное совместное рассмотрение директив».

Второй пункт гласит:

«Три правительства согласились, что теперь будет предпринят пересмотр процедуры Союзных контрольных комиссий в этих странах, используя в качестве базы для дискуссии вышеуказанные предложения и принимая во внимание интересы и ответственность трех правительств, которые совместно предъявили условия перемирия соответственным странам».

Мы просим рассмотреть эти пункты и передаем вам документ, озаглавленный: «О пересмотре процедуры Союзных контрольных комиссий в Румынии, Болгарии и Венгрии», датированный 31 июля 1945 г.

Сталин. Этот вопрос не стоял в порядке дня. Возможно, что мы не будем возражать, когда разберемся в этом вопросе.

Бирнс. Можно рассмотреть его завтра.

Сталин. Хорошо, рассмотрим завтра.

Трумэн. Следующий вопрос - о Югославии. Имеются английские предложения.

Сталин. Мы только что роздали проект, касающийся греческого вопроса. Что касается Югославии, то мы вчера передали проект относительно Триеста и Истрии.

Бевин. Мне кажется, что мы представили весьма разумное предложение относительно Югославии. Советская делегация представила два других предложения. Я предлагаю отказаться от рассмотрения всех трех предложений.

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Последний вопрос - о военных преступниках.

Молотов. Советская делегация готова принять за основу проект британской делегации по этому вопросу с одной небольшой поправкой. Она предлагает, чтобы в последней фразе этого проекта, где говорится о том, что три правительства считают делом огромной важности, чтобы суд над главными преступниками начался как можно скорее, после слов «главные преступники» были добавлены слова: «такие, как Геринг, Гесс, Риббентроп, Розенберг, Кейтель и др.»

Эттли. Наше затруднение в отношении выбора военных преступников заключается в том, что мы представили проект соглашения прокурору и, возможно, он включит туда целый ряд других лиц. Поэтому мы считаем, что лучше ограничиться нашим прежним предложением, не называя фамилий главных преступников.

Сталин. В своей поправке мы не предлагаем обязательно только этих людей судить, но мыпредлагаем судить людей вроде Риббентропа и других. Нельзя больше избегать имен некоторых лиц, известных в качестве главных преступников войны. Много говорилось о военных преступниках, и народы ждут, что мы назовем какие-то имена. Наше молчание насчет этих лиц бросает тень на наш авторитет. Уверяю вас. Поэтому мы выиграем в политическом отношении, и общественное мнение Европы будет довольно, если мы н зовем некоторых лиц. Если мы этих лиц назовем как пример, то, я думаю, прокурор не будет обижен. Прокурор может сказать, что некоторые лица неправильно названы. Но оснований для того, чтобы прокурор обиделся, нет. Политически мы только выиграем, если назовем некоторых из этих лиц.

Бирнс. Когда мы обсуждали этот вопрос вчера, я считал нецелесообразным называть определенных лиц или пытаться определить здесь их виновность. Каждая страна имеет среди нацистских преступников своих "»любимцев», и если мы не включим этих преступников в список, то нам трудно будет объяснить, почему они не включены.

Сталин. Но в предложении так и сказано: «такие, как... и др.» Это не ограничивает количество, но создает ясность.

Бирнс. Это дает преимущество тем, кого вы называете. (Смех.)

Эттли. Я не думаю, что перечисление имен усилит наш документ. Например, я считаю, что Гитлер жив, а его нет в нашем списке.

Сталин. Но его нет в наших руках.

Эттли. Но вы даете фамилии главных преступников в качестве примера.

Сталин. Я согласен добавить Гитлера (общий смех), хотя он и не находится в наших руках. Я иду на эту уступку. (Общий смех.)

Эттли. Я считаю, что миру известно, кто является главными преступниками.

Сталин. Но, видите ли, наше молчание в этом вопросе расценивается так, что мы собираемся спасать главных преступников, что мы отыграемся на мелких преступниках, а крупным дали возможность спастись.

Бирнс. Сегодня я говорил по телефону с судьей Джексоном - председателем нашего Верховного суда. Он является нашим председателем в комиссии по военным преступникам, заседающей в Лондоне. Он выразил надежду, что, может быть, сегодня или завтра утром будет достигнуто соглашение относительно Международного трибунала. Судья Джексон собирается позвонить мне завтра утром, чтобы информировать меня по вопросу о трибунале. Сообщение о создании Международного трибунала явится хорошей новостью для народов, которые ждут скорого суда над военными преступниками.

Сталин. Но это другой вопрос.

Бирнс. Но мы можем включить в наше заявление сообщение о соглашении в Лондоне. Это сделает наше заявление весьма эффективным.

Сталин. Без названия некоторых лиц, особо одиозных, из числа немецких военных преступников наше заявление не будет политически эффективным. Я совещался с русскими юристами, они думают, что лучше было бы назвать некоторых лиц для ориентировки.

Трумэн. Я хочу сделать предложение. Мы ожидаем сведений от нашего представителя в Лондоне завтра утром. Не можем ли мы отложить этот вопрос до завтра?

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Я очень интересуюсь вопросом относительно внутренних водных путей сообщения. Хорошо было бы обсудить этот вопрос и прийти к некоторым принципиальным решениям. Мы обсуждали этот вопрос 23 июля, и он был передан в комиссию, которая, насколько мне известно, ни разу не собиралась. Я очень хочу, чтобы было разработано какое-то определенное решение насчет использования этих путей сообщения, потому что свобода движения по этим путям имеет большое значение. Я думаю, что общая политика по использованию этих внутренних водных путей сообщения может сыграть важную роль. Очень возможно, что мы не сумеем достичь соглашения относительно деталей этого вопроса, но я думаю, что этот вопрос такой важный, что его стоит обсудить.

Эттли. Я в общем согласен с американскими предложениями по этому вопросу.

Сталин. Этот вопрос возник в связи с вопросом о Черноморских проливах, который здесь стоял. Вопрос о Черноморских проливах был внесен в повестку англичанами и затем был отложен. Вопрос о внутренних водных путях был поставлен здесь дополнительно, это - серьезный вопрос, и он требует изучения. Вопрос этот был поставлен для нас неожиданно, у нас нет под рукой соответствующих материалов. Вопрос этот новый, требуются люди, которые знают эти дела. Может быть, до конца конференции удастся что-нибудь сделать, но на это очень трудно надеяться.

Трумэн. Я вношу предложение, чтобы этот вопрос был передан Совету министров иностранных дел в Лондоне, а до этого времени можно собрать все необходимые материалы и изучить вопрос.

(Сталин и Эттли соглашаются.)

Трумэн. Я могу сообщить представителям польского правительства, которые здесь находятся, о наших решениях в отношении западной границы Польши?

Сталин. Хорошо.

Трумэн. Кому можно поручить сделать это сообщение?

Сталин. Можно поручить министрам или послать письменное сообщение. Можно также попросить президента сделать это, так как он возглавляет нашу конференцию.

Трумэн. Хорошо. Я хочу сообщить, что комиссия по подготовке коммюнике работает хорошо. Когда мы соберемся завтра? В 4 часа?

Сталин. Я думаю, нам придется встретиться два раза: первое заседание назначим на 3 часа и второе на 8 часов вечера. Это будет заключительное заседание.

(Трумэн и Эттли соглашаются.)

Берлинская конференция.

Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССРс президентом США

Бабельсберг, 12 час. 00 мин.

Молотов сообщает, что генералиссимус Сталин чувствует себя не совсем хорошо и не может сегодня выходить из дома, поэтому он не смог приехать к г-ну Трумэну и не сможет быть на заседании в 4 часа.

Трумэн выражает сожаление по поводу болезни генералиссимуса Сталина и говорит, что заседание придется, конечно, отложить. Затем он cказал, что он хотел обсудить с генералиссимусом Сталиным и Молотовым вопрос о западных границах Польши. Он добавил, что американская делегация в настоящий момент может сделать по этому вопросу определенное предложение, и просит г-на Бирнса изложить сущность этого предложения.

Бирнс говорит, что между советской и американской делегациями существуют в настоящий момент два или три серьезных расхождения. Самое серьезное из них - это вопрос о репарациях, а затем вопрос о западной границе Польши. Делегация США надеется, что, если бы они могли договориться с советской делегацией по этим вопросам, то они могли бы склонить и британскую делегацию к согласию с теми предложениями, которые согласились бы принять советская и американская делегации. Бирнс добавил, что он не знает, каковы взгляды Эттли и Бевина на вопрос о западной границе Польши, но он надеется, что с ними можно будет прийти к соглашению. Вслед за тем Бирнс сообщает, что американская делегация готова согласиться со всем тем, чего просят поляки, за исключением территории между Восточной и Западной Нейсе.

Молотов замечает, что это важный район, на котором поляки особенно настаивают.

Бирнс заявляет, что, по мнению делегации США, этот район должен остаться под советским управлением до тех пор, пока мирная конференция не разрешит окончательно его судьбу. Предложение американской делегации по этому вопросу, заканчивает Бирнс, изложено в письменной форме. (Вслед за тем он передает Молотову меморандум по этому вопросу, который Болен зачитывает в русском переводе.)

Бирнс еще раз подчеркивает, что впредь до окончательного урегулирования спорная территория остается под советским управлением. Он придает особо важное значение тому, что вопрос о территориях, находящихся под управлением Польши, представляет собой важный источник разногласий между союзниками, так как по ялтинскому соглашению никакой зоны оккупации для Польши не предусматривалось, и поэтому правительство США не признает польские оккупационные власти на территории Германии. По его мнению, было бы очень желательно разрешить эту проблему.

Трумэн добавляет, что он вполне понимает точку зрения СССР и Польши, так как он беседовал с представителями Польши и знает их доводы. То, что предлагается в переданном Бирнсом меморандуме, - большая уступка со стороны США.

Молотов указывает, что относительно той территории, которая по меморандуму Бирнса предоставляется Польше, никогда не было разногласий. Еще в Тегеране была достигнута договоренность по этому вопросу. Недостатком американского меморандума является то, что в нем ничего не говорится о районе между Западной и Восточной Нейсе, который является чрезвычайно важным для Польши и на котором поляки особенно настаивают.

Трумэн замечает, что поляки не могут получить всего, чего они хотят, что и так он делает им большую уступку.

Бирнс разъясняет, что меморандум не предрешает вопроса о том, где пройдет окончательная граница Польши, поскольку это дело мирной конференции. В меморандуме делается только попытка урегулировать положение, создавшееся в результате того, что поляки без консультации с союзниками захватили под свое управление большой район германской территории.

Молотов поясняет, что факт, указанный г-ном Бирнсом, - результат военной обстановки, который невозможно было предвидеть заранее во время ялтинских переговоров. Немцы бежали из этого района, их там почти не осталось, так что этот район оказался заселенным почти исключительно одними поляками, что и вызвало необходимость установления там польской администрации.

Трумэн заявляет, что он сделал уступку, которую советская делегация может принять или отклонить.

Молотов отвечает, что точка зрения советской делегации известна. Новое американское предложение он, конечно, передаст генералиссимусу Сталину. Но ему известно, что точка зрения генералиссимуса Сталина на этот вопрос очень твердая: он определенно считает, что надо поддержать пожелание поляков о распространении польской территории вплоть до Западной Нейсе. Молотов добавляет, что советская делегация согласна отложить окончательное решение вопроса о границе до мирной конференции, но сейчас надо было бы договориться о том, что вся территория до Западной Нейсе должна оставаться под польским управлением.

Трумэн замечает, что он не будет возражать, если мирная конференция разрешит в этом смысле вопрос о западной границе Польши. Ему важно добиться сейчас согласия между США и СССР.

Молотов повторяет, что было бы хорошо, если бы удалось теперь договориться о том, что вся область между Западной и Восточной Нейсе должна находиться временно под управлением Польши.

Трумэн отвечает, что в этом случае никакой уступки со стороны советской делегации сделано не было бы и осталось бы то же положение, которое создалось в явочном порядке и не было предусмотрено ялтинским соглашением.

Молотов еще раз повторяет, что это положение создалось в результате временной военной обстановки и само это положение по существу является временным.

Бирнс подчеркивает, что по ялтинскому соглашению эта территория должна находиться под управлением СССР и все, о чем просит делегация США, - это осуществление этого соглашения.

Молотов замечает, что советские войска, а именно войска маршала Рокоссовского, остаются в этом районе.

После этого Бирнс спрашивает, обсуждать ли сейчас вопрос о репарациях или подождать с этим до тех пор, пока генералиссимус Сталин выскажет свое мнение по американскому предложению о западной границе Польши.

Молотов вновь повторяет, что он передаст это предложение генералиссимусу Сталину, но что, зная его точку зрения, он может предвидеть, что генералиссимус Сталин будет твердо придерживаться своих взглядов по этому поводу, так как он считает этот район очень важным для Польши.

Бирнс предлагает обсудить второй важный вопрос, по которому не достигнуто соглашения, а именно вопрос о репарациях. Третий вопрос - это вопрос о германском военном и торговом флоте. По разрешении всех этих вопросов можно закончить конференцию.

Трумэн замечает, что его позиция в отношении флота согласована с генералиссимусом Сталиным, и он будет твердо держаться этой позиции. Вопрос теперь заключается в том, будет ли новое английское правительство придерживаться той договоренности, которая была достигнута с Черчиллем.

Молотов замечает, что по вопросу о флоте было достигнуто соглашение, но оно не было записано.

Бирнс соглашается с тем, что соглашение было достигнуто и что его необходимо записать, и выражает готовность рассмотреть советский проект по этому вопросу, если такой проект имеется и если там учтена британская позиция в отношении подводных лодок.

Молотов отвечает, что такой проект у советской делегации имеется, но что советская делегация готова рассмотреть и американский проект, если делегация США его представит.

Бирнс предлагает назначить редакционную комиссию с участием англичан для редактирования проекта решения конференции по этому вопросу.

Молотов указывает, что советский проект составлен на основе того, что было согласовано, и его можно обсудить непосредственно, без предварительной разработки в комиссии.

Бирнс на это замечает, что есть очень много деталей, которые необходимо предварительно разработать. Например, Черчилль настаивал на том, чтобы потопить часть немецких подводных лодок. Генералиссимус Сталин с этим согласился. Необходимо уточнить соглашение по этому вопросу. Далее необходимо уточнить соглашение в отношении торговых судов. Эти суда должны быть использованы на Дальнем Востоке для войны с Японией. Но уже теперь можно заранее предопределить, какая часть торгового флота будет по окончании военных действий против Японии передана США, какая - СССР и какая - Великобритании.

Молотов на это указывает, что важно сейчас договориться о том, что 1/3 военного флота и 1/3 торгового флота должны быть переданы СССР.

Трумэн указывает, что американское правительство согласно немедленно же разделить германский военно-морской флот, но торговый флот должен быть использован в войне против Японии, хотя причитающаяся Советскому Союзу доля может быть заранее намечена.

Молотов указывает, что торговый флот нужен также и СССР на Дальнем Востоке в интересах войны с Японией.

Бирнс разъясняет, какие детали соглашения он имеет в виду, говоря о необходимости назначить комиссию для предварительной разработки вопроса. Например, говорит он, если судно, предназначенное для СССР, будет потоплено во время операций на Дальнем Востоке, должно ли оно быть чем-нибудь заменено и как-либо компенсировано. Это надо как-то предусмотреть. Иначе если мы скажем только то, что СССР будет иметь право на 1/3 германского торгового флота и если вся эта треть будет потоплена на Дальнем Востоке, то для СССР ничего не останется. Такие вопросы лучше согласовать заранее. Он предлагает, чтобы все три делегации выделили по два представителя в комиссию по этому вопросу.

Затем Бирнс спрашивает, обдумала ли советская делегация американское предложение об обмене репарациями между Руром и советской зоной.

Молотов отвечает утвердительно. Он говорит, что это предложение в принципе можно принять. Но нужно уяснить предварительно некоторые вопросы. Так, например, нужно выяснить, имеется ли в виду создать некую центральную немецкую администрацию, которая бы ведала, помимо других вопросов, осуществлением плана репараций.

Бирнс отвечает, что такая администрация может быть создана, но что, возможно, придется ее так или иначе изменить, если мы договоримся о таком плане репараций, который мы теперь обсуждаем. По этому плану СССР будет взимать репарации в своей и польской зонах. И если это будет решено, то единственный вопрос, который останется, - это вопрос о том, чтобы известный процент оборудования из Рура, который будет выделен для репараций, был передан СССР и обменен на уголь, продовольствие и другие продукты советской зоны, поставляемые в течение 4-5 лет.

Молотов указывает, что Рур является частью Германии и как таковой будет под управлением центральной немецкой администрации. Он разъясняет, что, говоря об администрации, он имеет в виду не германское правительство, а центральные управления для централизованного руководства такими областями, как транспорт, внешняя торговля, финансы, промышленность, коммуникации.

Бирнс отвечает, что с этим все согласны.

Молотов подчеркивает, что Рур с этой точки зрения будет рассматриваться как часть Германии.

Трумэн замечает, что это бесспорно.

Молотов разъясняет, что вопрос этот имеет важное значение, так как советские и американские экономисты согласились с тем, что в советской зоне имеется всего 40-42% национального богатства Германии. В Ялте было решено, что на долю СССР должно приходиться 50% всех репараций. Следовательно, часть этих репараций придется дополнить из западных зон. Поэтому советская делегация и ставит вопрос о том, чтобы СССР было предоставлено в порядке репараций, в дополнение к тому, что СССР сможет получить из своей зоны, примерно на 2 млрд. оборудования из Рура. В количественном выражении это составит, по исчислению советских экономистов, от 5,5 до 6 млн. тонн.

Бирнс замечает, что по вопросу о том, какая доля национального богатства Германии находится в советской зоне, между советскими и американскими экспертами нет единогласия. Например, г-н Поули считает, что в советской зоне находится примерно 50% всего германского национального богатства, тогда как советские эксперты определяют это количество всего в 42%.

Молотов замечает, что некоторые американские эксперты с этим согласны.

Бирнс дополнительно указывает, что Поули во всех своих расчетах не учитывает того факта, что значительная часть германских территорий передается СССР и Польше. Он далее указывает, что американские эксперты говорят, что в Руре гораздо меньше всяких ценностей, чем полагают советские эксперты. Он выдвигает затем следующее предложение: из всего количества промышленного оборудования, имеющегося в Руре, будет выделена какая-то часть на покрытие репараций. 25% этой части будут переданы СССР.

Молотов просит разъяснить, что г-н Бирнс имеет в виду, когда он говорит, что известная часть оборудования будет выделена для репараций.

Бирнс разъясняет, что англичане, в зоне которых находится Рур, должны будут определить, какая часть имеющегося в Руре промышленного оборудования должна быть сохранена для поддержания экономической жизни страны, и таким образом определится, сколько оборудования можно вывезти. Из этого количества 25% может быть предоставлено СССР. В виде альтернативы Бирнс выдвигает такую возможность: выделить для СССР 12,5% всего того оборудования, находящегося как в английской, так и в американской зонах, которое будет признано подлежащим использованию для репараций. Остальная часть выделенного для репараций оборудования будет использована для покрытия репарационных потребностей других союзников.

Молотов спрашивает, намерены ли США и Англия вывозить из Германии оборудование в качестве репараций.

Бирнс отвечает, что он ничего не может сказать по этому поводу в отношении США. Но ему известно, что Англия, Франция, Бельгия и Голландия намерены вывезти оборудование. Он подчеркивает, что ни одна из этих стран не получит даже 1% из советской зоны и они должны будут удовлетвориться теми 75%, которые останутся в Руре после выделения 25% оборудования для СССР.

Молотов спрашивает, в чем выразится доля СССР, если исчислить ее в долларах или тоннах оборудования.

Бирнс отвечает, что исчислить эту долю в долларах или в тоннах невозможно, так как, с одной стороны, еще неизвестно, какое именно оборудование будет выделено для использования его в качестве репараций, а с другой стороны, неизвестно также, что из этого оборудования пожелает взять себе Советский Союз. Наконец, идет спор также и о ценах: по каким ценам исчислять сумму репараций - по довоенным или теперешним?

Молотов отвечает, что СССР имеет в виду получить металлургическое, машиностроительное и химическое оборудование. Что же касается цен, то советская делегация предлагает производить оценку по мировым ценам 1938 года.

Бирнс возражает, говоря, что американские эксперты находят невозможным выразить репарации в долларах даже по ценам 1938 года. Единственный способ, в котором в настоящий момент могут быть выражены репарации, - это доли, обозначенные в процентах.

Молотов замечает, что 25% от неизвестной величины также являются неизвестной величиной.

Бирнс поясняет, что эту величину можно будет установить только после тщательного изучения вопроса.

Трумэн добавляет, что эти 25% представляют собой дополнение к тому, что СССР сможет получить из своей зоны, в которой, по исчислению американских экспертов, находится 50% германского национального богатства.

Молотов замечает, что СССР не претендует на большее, чем 50%. Что же касается 50%, то американская делегация в Крыму согласилась на эту цифру.

Бирнс замечает, что американская делегация согласилась на эту цифру только как на базу для дискуссии. В Ялте, продолжает Бирнс, цифры называл только Майский. Он и назвал цифру в 10 млрд. долл.для СССР и 10 млрд. долл. для США и Великобритании. Однако, по нашей оценке, во всех трех зонах - американской, английской и французской - можно было бы найти ценностей для репараций только на 3-4 млрд. долл. Он спрашивает, что сказала бы советская делегация, если бы американцы и англичане, ссылаясь на ялтинскую цифру в 10 млрд. долл., потребовали от СССР, чтобы он дополнил недостающие 6-7 млрд. из своей зоны.

Бирнс поясняет, что он приводит эти данные как иллюстрацию того, насколько опасно было бы в настоящий момент называть определенную цифру.

Молотов говорит, что советская делегация готова обсудить сокращение указанной в ялтинских решениях суммы. Он хочет перейти от алгебраических формул к арифметическим и получить указание на определенную величину репараций для СССР, выраженную в каких-либо абсолютных цифрах.

Трумэн говорит, что он вполне согласен, чтобы СССР получил 50% из всего того, что окажется возможным использовать для репараций на территории всей Германии. Он поясняет, что во время ялтинских переговоров в Германии не было столь больших разрушений, какие имеются теперь, и, следовательно, ценностей для репараций было больше. Он добавляет, что он был в Рурской области и видел, что Рур разрушен так же, как Берлин.

Молотов на это замечает, что, как выяснилось, промышленное оборудование пострадало гораздо меньше, чем ранее предполагали. Значительные разрушения причинены городам и вообще зданиям, но станки и машины в значительной части уцелели.

Трумэн повторяет, что СССР должен получить 50% всего того оборудования и материалов, которые смогут быть использованы для репараций. Он подчеркивает, что Россия и США должны оставаться друзьями, так как это необходимо для поддержания мира. Он предлагает, чтобы советские и американские представители, исходя из этого принципа, договорились о деталях, а он санкционирует эту договоренность.

Молотов от имени советской делегации выражает благодарность за заявление президента и повторяет, что он хотел бы знать, от какой суммы должны исчисляться эти 50%.

Бирнс вновь отказывается назвать какую-либо цифру. Напоминая, что Майский считал возможным в Ялте определить общую сумму репараций с Германии в 20 млрд. долл., он спрашивает, считает ли советская делегация возможным взять из советской зоны 10 млрд.

Молотов отвечает, что надо уменьшить цифру.

Бирнс продолжает развивать свои доводы о том, что было бы опасно делать догадки, на которые потом будут ссылаться как на обязательство. США готовы согласиться отдать СССР 1/4 всего того, что будет выделено в Руре для репараций, чего бы это ни стоило в долларах.

Молотов указывает, что при такой постановке вопроса неизвестно, будут ли это 100 млн. долл., или миллиард долл., или 2 млрд. долл.

Бирнс указывает, что в настоящий момент, учитывая недостаточность имеющихся данных, никакого дальнейшего уточнения суммы или количества репараций делегация США произвести не может.

Молотов тогда спрашивает, правильно ли он понял предложение американской делегации, а именно, что Советский Союз получит репарации из своей зоны и, сверх того, 25% всего того, что будет выделено для репараций из промышленного оборудования Рура.

Бирнс подтверждает, что эта формулировка правильно выражает американское предложение. Неизвестно еще, согласятся ли с ним англичане, но американская делегация постарается их уговорить. Бирнс далее указывает, что, по советским расчетам, в советской зоне находится 42% национального богатства Германии.

Делегация США и предлагает выделить 25% из промышленного оборудования Рура, предназначенного для репараций, чтобы довести общий процент, из которого покрываются репарации для СССР, до 50%.

Он указывает, что если советская и американская делегации не смогут об этом договориться и вопрос останется открытым, то СССР сможет получить только то, что ему удастся взять из своей зоны.

Молотов напоминает, что советская и американская делегации уже договорились о том, что Рур является частью Германии и как таковой будет в ведении центральной германской администрации. Он подчеркивает, что нельзя рассматривать зоны как нечто совершенно изолированное.

Бирнс замечает, что, когда Молотов повторил американское предложение, он ничего не упомянул о поставках угля и продовольствия из советской зоны.

Бирнс указывает, что он уже несколько раз говорил, что в обмен на оборудование, которое СССР получит из западных зон, из советской зоны должно быть поставлено некоторое количество угля и других продуктов. Он напоминает, что Молотов сам охарактеризовал этот обмен как обмен репараций на репарации.

Молотов замечает, что, по его мнению, не может быть речи о том, чтобы покрыть такими поставками стоимость всего оборудования, которое будет предоставлено СССР из Рурской области. Речь может идти только о том, чтобы покрыть таким образом стоимость той или иной части этого оборудования.

Бирнс замечает, что англичане будут несомненно настаивать на этих поставках и вряд ли отступятся от своих требований.

Беседа продолжалась 1 час 30 мин.

Берлинская конференция.

Запись десятого заседания глав правительств, 10 час. 30 мин.

(Трумэн открывает заседание.)

Молотов докладывает о заседаниях министров иностранных дел СССР, США и Великобритании 25 июля 1945 г. и 27 июля 1945 г.

Трумэн. Какой вопрос будем обсуждать сейчас - о западной границе Польши или какой-либо другой вопрос?

Сталин. Можно этот вопрос, можно об Италии и других странах. Каким временем вы располагаете сегодня? Час мы можем поработать?

Трумэн. Это меня устраивает. Будем работать до 12 часов.

Сталин. Я хотел бы сообщить, что мы, русская делегация, получили новое предложение от Японии. Хотя нас не информируют как следует, когда какой-нибудь документ составляется о Японии, однако мы считаем, что следует информировать друг друга о новых предложениях. (Оглашается на английском языке нота Японии о посредничестве.) В этом документе ничего нового нет. Есть только одно предложение: Япония предлагает нам сотрудничество. Мы думаем ответить им в том духе, как это было в прошлый раз.

Трумэн. Мы не возражаем.

Эттли. Мы согласны.

Сталин. Моя информация окончена.

Трумэн. Имеются два вопроса, на которые советская делегация хотела бы обратить наше внимание в первую очередь. Первый вопрос - об Италии и других странах-сателлитах и второй вопрос - о репарациях с Австрии и Италии.

Сталин. Кроме того, было бы желательно поставить вопрос о германском флоте и вопрос о западной границе Польши.

Трумэн. Я думаю, что мы можем обсудить здесь любой вопрос, и я готов выслушать любые предложения, чтобы затем высказать свое мнение по этим вопросам.

Эттли. Я хочу сказать, что я согласен обсудить все эти вопросы. В то же время я хочу выразить сожаление, что события, которые имели место в Англии, помешали работе конференции, однако мы готовы быть здесь сколько угодно и заниматься любыми вопросами.

Сталин. Вопрос о допущении в Организацию Объединенных Наций Италии и других стран обсуждался на предыдщем заседании большой «тройки». Однако, как было здесь сообщено, у министров иностранных дел сложилось различное впечатление от результатов этого обсуждения. Советской делегации казалось, что этот вопрос в основном был согласован между главами трех правительств после тех поправок, которые были сделаны премьер-министром в отношении Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии. Там, где речь идет о мирных договорах, было решено слова «с Болгарией, Румынией» и т.д. заменить словами «для Болгарии, Румынии» и т.д. После этого вопрос был передан на окончательную редакцию трех министров иностранных дел. Но на совещании министров английская делегация внесла новую поправку к этому проекту, которая не была принята.

На совещании глав правительств речь шла о том, как назвать правительства указаных стран - ответственные или признанные. Русская делегация считает, что, если сказать «ответственные», это будет обидно для правительств, потому что они будут думать, что сейчас их считают безответственными. Если сказать «признанные», как мы приняли здесь на совещании глав трех правительств, то обиды не будет. Каждое из наших правительств может признать правительства этих государств, когда сочтет их демократическими. Обиды для правительств не будет, а смысл, содержание - те же самые. Мы здесь приняли решение, а потом министры собрались и отменили наше решение. Неправильно это. В принципе это было принято.

Трумэн. Я попрошу г-на Бирнса выступить по этому поводу.

Бирнс. На совещании трех министров иностранных дел советская делегация заявила, что, насколько она помнит, делегация США приняла ее предложение. От имени американской делегации я сказал, что президент в принципе принял предложение советской делегации и сказал при этом, что нужно передать это предложение на редактирование министров иностранных дел: президент имел в виду заменить только одно слово, а именно: слово «рассмотреть» словом «изучить» (по-английски это имеет значение). Поэтому никаких разногласий между американской и советской делегациями по этому вопросу не было.

Но я заявил тогда министрам иностранных дел, что, насколько я помню, г-н Черчилль возражал против предложения советской делегации относительно изучения вопроса о признании правительств стран-сателлитов. По окончании совещания глав трех правительств г-н Черчилль сообщил мне, что он с этим предложением не согласен. Я также сказал министрам иностранных дел, что первоначально американская делегация внесла свое предложение относительно Италии с целью предоставить ей некоторые облегчения. В предложении было лишь сказано, что три державы сделают заявление о том, что они окажут поддержку вступлению Италии в Организацию Объединенных Наций.

Английская делегация предложила, чтобы мы включили в число стран, вступление которых в Организацию Объединенных Наций мы будем поддерживать, некоторые нейтральные страны. Мы с этим согласились. Советская делегация предложила включить в этот документ пункт относительно режима Франко, и, чтобы пойти навстречу советской делегации, мы добавили пункт относительно отрицательного отношения трех держав к вступлению Испании при режиме Франко в члены Объединенных Наций.

Советская делегация предложила затем включить пункт относительно правительств Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии. Мы с известными поправками согласились на этот пункт. После этого было предложено внести редакционное исправление в пункт об этих странах. Мы с этим тоже согласились.

К сожалению, создается такое положение, что, когда мы соглашаемся с нашими советскими друзьями, английская делегация не дает своего согласия, а когда мы соглашаемся с нашими английскими друзьями, мы не получаем согласия советской делегации. (Смех.) И сейчас, если советская и английская делегации могли бы достигнуть соглашения относительно советского предложения, мы были бы готовы принять документ, но если они не могут достигнуть соглашения, мы готовы снять наши скромные предложения относительно Италии.

Эттли. Г-н президент, я прошу разрешить г-ну Кадогану изложить нашу позицию по этому вопросу.

Кадоган. Документ, который мы рассматриваем, касается вопроса о принятии в Организацию Объединенных Наций Италии и других стран-сателлитов, а также, возможно, некоторых нейтральных стран. Насколько мне известно, текст документа был одобрен, за исключением двух пунктов. Генералиссимус Сталин уже говорил об одном из этих пунктов, а именно о замене слов «ответственные правительства» словами «признанные правительства». Мне кажется, что дня два тому назад, когда мы обсуждали этот вопрос, мы согласились с этой заменой.

Другой вопрос, более сложный, относится к пункту третьему, где сказано, что три правительства согласны рассмотреть в ближайшем будущем вопрос относительно возобновления дипломатических отношений с Финляндией, Болгарией, Румынией и Венгрией. Г-н Черчилль разъяснил, что, хотя он и согласен рассмотреть вопрос о возобновлении дипломатических отношений с этими странами, однако включение этого пункта в декларацию может ввести в заблуждение, потому что по конституции англичане не могут установить полные дипломатические отношения со странами, с которыми они технически еще находятся в состоянии войны. Было предложено компромиссное решение в том смысле, что по подписании мирных договоров мы могли бы возобновить полные дипломатические отношения с этими странами. Но мне кажется, что это наше предложение встретило возражения со стороны советской делегации.

Сталин. Я понял г-на Кадогана так, что он согласен сказать «признанные правительства» вместо «ответственные правительства».

Кадоган. Да.

Бирнс. Это для нас приемлемо: «признанные» вместо «ответственные».

Сталин. Здесь разницы в положении между Италией и союзниками, с одной стороны, и между другими странами и союзниками, с другой стороны, нет. Ни в Италии, ни в Румынии, ни в Венгрии, ни в Болгарии нет свободно избранного правительства. Такое правительство имеется только в Финляндии. Во всех этих странах, так же как и в Италии, правительства образованы путем соглашений между основными партиями.

Если Италия признана США и Советским Союзом, а английским правительством признана на 90 процентов, то почему нельзя поставить вопрос о рассмотрении проблемы установления дипломатических отношений, скажем, с Румынией, Болгарией и Венгрией? С точки зрения демократии там такое же положение, как и в Италии. Между тем Италия признана тремя державами. Здесь не сказано - установить полные дипломатические отношения. Я, собственно, не понимаю смысла той поправки, о которой говорил г-н Кадоган. Почему делается такая разница между Италией, у которой нет свободно избранного правительства, и другими странами, у которых, кроме Финляндии, тоже нет свободно избранных правительств?

Бевин. Не заключается ли разница в том, что в отношении Италии мы знаем, каково там положение, а относительно положения в других странах нам ничего неизвестно?

Сталин. Вам не предлагается принять обязательство признать эти правительства. Пока вы будете обсуждать вопрос о признании, у вас будет возможность ознакомиться с положением в этих странах.

Бевин. Но почему cледует взять это обязательство прежде, чем мы узнаем о положении в этих странах?

Сталин. Мы так же мало знали об Италии, когда устанавливали с ней дипломатические отношения, может быть, даже меньше, чем вы знаете сейчас об этих странах. Речь идет о том, чтобы этим странам, начиная с Италии и кончая Болгарией, открыть какие-то пути для облегчения их положения. Для Италии здесь намечается перспектива вступления в Организацию Объединенных Наций. Это уже второй шаг по пути облегчения ее положения, а первый шаг состоял в том, что через шесть или восемь месяцев после ее капитуляции с ней были восстановлены дипломатические отношения. Второй шаг по пути облегчения положения Италии состоит в том, что мы спустя два года после ее капитуляции даем ей возможность вступить в Организацию Объединенных Наций.

Теперь задача состоит в том, чтобы в отношении других стран сделать первый шаг: обеспечить, чтобы был обсужден вопрос о признании их со стороны трех держав. Это предлагается сделать спустя десять месяцев после их капитуляции. Если мы согласились облегчить положение Италии, то надо кое-что сделать в этом смысле и для других стран. Вот в чем дело.

Эттли. Мне кажется, здесь было объяснено, что для нас невозможно возобновить полные дипломатические отношения с этими странами до подписания мирных договоров. Трудность заключается в том, что принятие советского предложения создает впечатление, что мы собираемся в отношении этих стран сделать то, что является для нас невозможным. Предложенная английской делегацией поправка, заключающаяся в том, что полные дипломатические отношения с этими странами будут возобновлены после заключения с ними мирных договоров, констатирует то, что является возможным.

Сталин. А если сказать так: три государства рассмотрят, каждое в отдельности, вопрос об установлении полных или неполных дипломатических отношений. С Финляндией в любом случае придется возобновить дипломатические отношения, уже неудобно затягивать решение этого вопроса, поскольку там образовано свободно избранное правительство. Речь идет об остальных странах.

Эттли. Мне кажется, что это предложение не соответствует действительности.

Сталин. Хорошо, примем тогда формулировку американцев: вместо «рассмотреть» сказать «изучить».

Эттли. Мне кажется, изменение слова не меняет сути дела. Один вопрос, заданный в парламенте, раскроет все дело.

Сталин. А мы ничего не скрываем. Что тут раскрывать? Одно дело - рассмотреть, другое дело - изучить. Все равно будете изучать этот вопрос. Было бы странно, если бы мы не изучали вопроса о признании этих правительств. Что тут страшного или нового? Я думаю, что англичане могли бы пойти на американскую формулировку. Вы ничего не потеряете, а только выиграете в общественном мнении этих стран.

Бевин. Когда мы вернемся, в парламенте нас спросят, что означает то, что мы сделали. Я хочу совершенно честно ответить народу. Если я признаю правительство, то я действительно признаю это правительство. И я не хочу прикрывать словами вещи, которые можно понять иначе. Я предпочел бы принять самое последнее предложение американцев и отложить решение этого вопроса.

Сталин. Давайте отложим.

Трумэн. Какой мы будем обсуждать вопрос сейчас - о западной границе Польши или о репарациях с Италии и Австрии?

(Было решено обсудить вопрос о репарациях.)

Трумэн. В таком случае я хочу сделать заявление относительно репараций с Италии. Как я уже сказал в первый день обсуждения вопроса об Италии, вернее, вопроса об облегчении условий перемирия с Италией, нам пришлось вместе с британским правительством предоставить Италии приблизительно 500 миллионов долларов для восстановления ее экономического положения. Мы рассчитываем дать Италии еще полмиллиарда долларов для той же цели. Правительство США готово предоставить эти средства для определенной цели, о которой я уже говорил, но не для того, чтобы Италия платила репарации союзным и другим странам. Если в Италии имеются военные заводы с тяжелым оборудованием, в котором нуждается Советский Союз, мы согласны, чтобы Советский Союз взял это оборудование. Однако те средства, которые мы хотим предоставить Италии, должны в первую очередь покрываться экспортом из Италии.

Сталин. Можно было бы согласиться насчет того, чтобы с Австрии репараций не брать, поскольку Австрия не представляла собой самостоятельного государства. Но нашему советскому народу очень трудно понять отсутствие всяких репараций с Италии, которая представляла самостоятельное государство и войска которой дошли до Волги и принимали участие в разорении нашей страны. У Австрии не было своих вооруженных сил, можно не брать с нее репараций, у Италии были свои вооруженные силы, и она должна платить репарации.

Трумэн. Если в Италии имеются предметы для репараций, я совершенно согласен передать их Советскому Союзу. Но мы не готовы и не согласны предоставить Италии деньги для того, чтобы она из этих денег платила репарации союзным и другим странам.

Сталин. Я понимаю точку зрения президента, но я хочу, чтобы президент понял мою точку зрения. Что дает моральное право советскому народу говорить о репарациях? Это то, что значительная часть территории Советского Союза была оккупирована вражескими войсками. Три с половиной года советские люди находились под пятой оккупантов. Если бы не было оккупации, может быть, у русских не было бы морального права говорить о репарациях. Может быть.

Трумэн. Я вполне вам сочувствую.

Сталин. Президент говорит, что, может быть, в Италии есть оборудование, которое понадобится русским, и, может быть, это оборудование пойдет для погашения репараций. Хорошо, я не хочу требовать многого, но я хотел бы установить примерную сумму этих репараций. Италия - большая страна. Какую сумму можно взять с Италии, какое будет ценностное выражение репараций? Если президент не готов ответить на этот вопрос, я готов подождать, но какую-то сумму репараций нужно установить.

Трумэн. Я не могу сейчас ответить на этот вопрос.

Бевин. При установлении суммы репараций я предлагаю не учитывать того, что дают Италии Америка и Великобритания, а принимать в расчет только то, что у Италии имеется в настоящее время.

Сталин. Конечно, интересами Америки и Англии я пренебрегать не собираюсь.

Эттли. Я хочу сказать, что я вполне согласен с тем, что сказал г-н президент. В то же время я питаю полное сочувствие к русскому народу в связи с тем, что он перенес. Но мы также много перенесли из-за нападения со стороны Италии. У нас также имеются разоренные земли, и можно представить себе чувства английского народа, если Италия должна будет платить репарации из средств, которые фактически предоставлены ей Америкой и Великобританией. Конечно, если в Италии имеется оборудование, которое можно изъять, то это другое дело, но на оплату репараций из средств, которые были даны нами и Америкой, наш народ никогда не согласится.

Сталин. Мы согласны взять оборудование.

Эттли. Военное оборудование?

Сталин. Военное оборудование.

Эттли. Это будут единовременные изъятия военного оборудования, а не репарационные изъятия из текущей продукции?

Сталин. Единовременные изъятия.

Бевин. Я хочу спросить: речь идет о военном оборудовании для производства военной продукции?

Сталин. Нет, почему? Речь идет об оборудовании военных заводов, которое будет использовано для производства мирной продукции; такое же оборудование мы изымаем из Германии.

Эттли. То, что я имел в виду, - это оборудование, которое не может быть использовано для мирного производства.

Сталин. Всякое оборудование может быть использовано для мирного производства. Наши военные заводы мы переводим теперь на мирное производство. Нет такого военного оборудования, которое нельзя было бы пустить на производство мирной продукции. Например, наши танковые заводы стали производить автомобили.

Бевин. Очень трудно определить то, что вы возьмете.

Сталин. Конечно, мы сейчас не можем назвать этого оборудования. Мы только хотим, чтобы здесь в принципе было принято решение, а потом мы сформулируем наши требования.

Трумэн. Насколько я понял, вы хотите, чтобы здесь было согласовано в принципе, что Италия должна заплатить репарации?

Сталин. Совершенно верно. Нужно определить сумму репараций, причем я согласен получить небольшую сумму.

Трумэн. Я думаю, что у нас нет больших разногласий в принципе по этому вопросу. Я только хочу, чтобы наши авансы, данные Италии, не были при этом затронуты.

Сталин. Я не имею в виду этих авансов.

Бевин. Возникает вопрос: что в первую очередь должно быть взято? Первые претензии в отношении Италии - это претензии Великобритании и США, которые предоставили ей заем, вторые претензии - это репарации.

Сталин. Мы не можем поощрять Италию и прочих агрессоров тем, что они выйдут из войны безнаказанными, не заплатив хотя бы частично за то, что они разорили. Отказаться от этого - значит заплатить им премию за войну.

Трумэн. Я совершенно согласен с вами.

Бевин. Я плохо слышу, в этом самолет виноват. (Бевину повторяют высказывания Сталина.

Трумэн. Я согласен с заявлением генералиссимуса, что агрессор не должен получать премию, а должен понести наказание.

Сталин. Англичанам особенно много досталось от Италии.

Эттли. Мы этого не забываем.

Трумэн. Назначим час для нашего завтрашнего заседания. Как обычно, в пять?

Сталин. Пожалуйста.

Трумэн. Может быть, будем начинать нашу работу в четыре часа? С общего согласия завтра заседание открываем в четыре часа.