у меня есть очень большое желание как-нибудь рассказать про мир борзых собачников, потому что это весьма обособленный мир. когда мы заводили Геката не было мысли погружаться в это сообщество, но это произошло само. конечно любая порода имеет свои особенности, которые очень влияют на досуг с собакой. и бегают за зайцем не только борзые, но только борзые делают это так умопомрачительно! и в целом для них это необходимость, как плавание для спаниеля.

мы ни на что особо не надеялись, когда ехали на эти соревнования. потому что это были первые соревнования Гека. думали просто посмотрим как он бежит, над чем работать и тд. а ещё настроение сильно подпортил дождь, под унылые звуки которого я проснулась. плюс ещё мы опаздывали, Фома не нашёл себе резиновые сапоги и в целом я была на взводе. в первый забег Геката, его выпускала я и сделала это просто ужасно. наверное на полсекунды позже его отпустила и вдобавок к этому не дала ему нужный настрой, потому что тряслась и нервничала. за этот забег он получил меньше баллов, чем за второй, потому что во второй раз его выпускал Фома. и вот во второй раз он реально пробежал лучше, хоть в один момент он кувыркнулся в луже, но быстро встал и побежал дальше. а пришёл на секунд пять раньше соперника.

когда кончились забеги мы хотели уже сразу поехать домой, но оказалось, что нужно ждать результаты забегов и награждения. мы бродили по полю, болтали с хозяевами других уиппетов и продолжали утопать в лужах по колено. но вот началось награждение, все присутствующие столпились вокруг судей и я начала волноваться. всё равно где-то на задворках у меня теплилась надежда на победу или хотя бы на второе место. сначала награждали уиппетов в стандарте, потом дошла очередь до спринтеров, коими мы и являемся. судья произносил так: награждается __ потом следует название питомника ___ потом имя собаки. назвали шестое место, потом пятое, четвёртое и вот уже заняты все места, кроме первого. я стою как ёж в тумане и ещё не понимаю, что это значит. тут судья продолжает: "Награждается Анахита Арва Сурья.." это название нашего питомника, а я знаю, что кроме нас оттуда никого нет, но всё ещё не верю в нашу победу и думаю: "Ой, неужели мы проглядели наших сородичей!" и тут до меня доносится полное имя (то что по документам) моего пёселя: "Дэнди Дабл Вин"..

в тот момент я словно взорвалась внутри. мне казалось, что я не выдержу этих эмоций. каким-то неясным образом мы с Гекатом дошли до нашего места, с табличкой 1, встали чтобы позировать. тут я увидела, что Гекат замотан в мой плащ, который болтается на нём как мусорный пакет, начала его распутывать, потом мы стояли и пытались позировать… в общем это была сумятица. Гекат был абсолютно спокоен — он пробежал за зайцем и для него самая интересная часть была завершена. однако ю, когда уже мы с Фомой начали его целовать и хвалить, я почувствовала, что он понимает, что стал чемпионом.

и мне до сих пор не вериться, что это произошло, потому что это было его первое соревнование!

теперь чувствую, что не зря ходила с ним на прогулки зимой, в минуса и не давала терять ему форму. и не зря Фома бросал ему миллион палок! хотя мы бы и так это делали, ведь гулять с Гекатом это одно из лучших вариантов времяпрепровождения

- я знаю! поэтому и завела

- но ведь даже зимой...

- да и даже в ноябре!

просто по моей версии ноябрь — это самая лютая жесть, которая может случиться с тобой в Петербурге.

с Гекатом мы не вставали рано, а спали часов до 11. потом, лёжа в кровати я выпивала своё ведро кофе и мы выходили на прогулку. из-за него я узнала, что рядом с моим домом находятся капустные поля, а между ними обычная сельская дорога простирающаяся куда-то вдаль. в той дали посёлок и в нём живут люди, которые тоже выходят в эти поля со своими собаками. ещё мы вместе открыли карьер, который прятался за умирающей деревенькой. она прилегла к земле возле высокий зданий новых многоэтажек. и за этим чудным контрастом прятался тот самый карьер, который можно обойти вокруг за 1,5 часа. зимой на него выходят рыбаки, удят в просверленные лунки. с крутых берегов скатываются дети на ватрушках. а по центру карьера уже утрамбованная кольцом трасса, для любителей дрифта. однажды мы видели этих безумцев своими глазами. они рассекали машинами снег, а он словно морская пена разлетался в стороны.

мне почти никогда не сложно пойти гулять с Гекатом. бывает, что тяжело надевать рейтузы поверх рейтуз, кутаться в десять свитеров и потом взопрев от всей этой одежды, натягивать в прихожей ботинки. это действительно не вызывает во мне никаких приятных ассоциаций.

но вот в замочной скважине поворачивается ключ — мы закрыли квартиру и всё отходы назад. гремя отворяются двери лифта, первый этаж.

— здравствуйте – в ответ на приветствие соседей.

дверь писком домофона провожает нас. всё, мы вышли на улицу. в этот момент может падать снег или задувать ветер, а может солнце встретит нас. но это не особо важно, потому что мы готовы ко всему, что нам предложит мир.

Соня с весны жила одна, её родители остались в другом городе. В том же городе остались забота о ней, как о беспомощном ребёнке, малиновое варенье, имбирный чай с мёдом, бережное укутывание в три одеяла, красивая колыбельная маминым голосом, переносившая Соню в сказочные места, тёплая рука отца, гладившая по голове... В общем все эти вещи, которые очень помогают во время болезни, остались в том же городе где и родители, а здесь Соне придётся что-то придумывать самой.

Зайдя в квартиру она села на тумбочку и почувствовала первую ломоту в теле, ту самую, которая приходит вместе с температурой. Сонин дух стремительно падал, а испуганное воображение начало рисовать ей совсем не радужные картинки, как она испускает последний вздох в этой квартире, совершенно одна и забытая всеми.

Кое-как убедив себя в том, что от простуды так просто не умрёшь Соня пошла на кухню, поставила чайник и посмотрела в свою аптечку. Там были только травяные сборы мяты, ромашки, шалфея и ещё чего-то, но так уж вышло, что это было то, что нужно, чтобы сделать себе отличную ингаляцию. И вот Соня заварила травы в кастрюле, накрылась полотенцем, закрыла глаза и начала дышать. Мысли в её голове сначала превратились в туман, однако он быстро рассеялся и превратился в чистое небо. Запах трав напомнил ей летний свежий воздух, который обступал её со всех сторон, когда она заходила в лес возле их дачи. Этот лес был хвойный из сосен, пихт и можжевельника и в нём всегда был свежий запах. Соне очень нравилось находить там опушку, окружённую высокими соснами, ложиться прямо по центру неё и смотреть сквозь ветви на небо, стараясь при этом ни о чём не думать. А потом она закрывала глаза и дышала этим свежим хвойным воздухом, постепенно сливаясь с ним в одно целое.

Пар от заваренных трав полностью покрыл Сонино лицо. В какой-то момент её глаза сами собой открылись. Тут перед ней возникла удивительная картина. Она поняла, что висит в воздухе, а прямо под ней лежит озеро, от которого почему-то идёт горячий пар. Не успев свыкнуться с первым шоком от увиденного, она заметила красную лань, которая вышла из-за деревьев, окружавших озеро. Соня испугалась и оцепенела, продолжая при этом висеть в воздухе. А красная лань подняла на неё глаза и спросила:

— Что с тобой?

Соня молчала, а красная лань продолжила:

— Очень странно, впервые вижу тебя такой.

Тут Соню пробрало любопытство, ведь из слов этого удивительного животного выходило, что они уже пересекались.

— Что значит впервые видишь ТАКОЙ? Хочешь сказать ты видела меня ещё какой-то?

— Да. Обычно ты была в спокойном настроении, могла сидеть тут часами и смотреть на озеро. Иногда ты была и грустной, и весёлой, но всё же чаще спокойной.

Соня ничего не ответила и продолжила висеть в воздухе, а красная лань спросила её:

— Ты спустишься вниз?

— Я не знаю как.

— Но ты даже не пыталась.

Соня подумала и поняла, что это правда, она даже и не думала о том, чтобы спуститься. Тогда она решила, что было бы здорово оказаться на берегу и сразу же, как только эта мысль прозвучала, Соня медленно и плавно приземлилась на землю. Когда её нога твёрдо встала на поверхность, случилось что-то странное. Соня вспомнила как уже была здесь и не один раз.

У неё было ощущение, что она оказалась в своём сне, который забываешь как только открываешь глаза и вспоминаешь сразу, как снова заснёшь. Соня сразу же узнала и это озеро, и красную лань, и каждый миг, проведённый в этом лесу. Как лес разговаривал с ней, через стук дятла по стволу засохшего дерева, через плывущего по ручью бобра, через солнечный свет, упавший на зелёный мох. И такую речь нужно сначала научиться разбирать, но научившись разговаривать на языке леса, потом уже бывает сложно общаться на человеческом. Так же она вспомнила как они носились с ланью по лесу, огибая на ходу стволы деревьев, перепрыгивая поваленные ели и пни. Их бег был стремительно лёгким, потому что не преследовал никакой цели кроме движения – это был просто акт свободы. Ну а после того как их силы иссякали они падали на мох и засыпали. А иногда Соня плавала. Лань провожала её до озера и ложилась на берегу, а Соня шла в воду, заплывала на середину озера и после этого ныряла и погружалась на самое дно. Там, коснувшись серебристого мелкого песка, она ложилась и смотрела вверх, на ровную гладь озера. Солнечные лучи, рассекая поверхность, проникали до самого дна и в этих лучах было видно, как мелкие серебристые и алмазные крошки кружатся в своём, только им известном балете. Никаких рыб, никаких других живых организмов не было в этом чистейшем озере. Только Соня, лежащая на самом дне и сверкающие песчинки кружащиеся в воде. Соня могла лежать так очень долго, а её дыхание превращалось в колыхание воды. Она дышала всем телом, а тело дышало всем озером, в то время как озеро дышало всем небом, что распростерлось вокруг...

— Прости за то, что сейчас было.. — обратилась Соня к красной лани.

— Это ерунда, лучше скажи, что с тобой? Почему ты оказалась здесь таким непривычным образом?

— Я простыла и делала ингаляцию..

— Это какой-то ритуал ?

— Я в этом не разбираюсь, может быть.

— Уверена, что это ритуал, иначе как бы ты сюда попала сверху. И ты же говорила, что вернёшься только весной, потому что уехала из нашего края,... по каким-то дурацким причинам.

— Мне надо было поступить в университет.

— Можно подумать, это не дурацкая причина.

— Ну, если честно, очень даже.

— Ты раньше никогда не приходила сюда больной. Наверное тебе, в твоих краях, совсем никто не может помочь. А ещё и озеро горячее.. тебе скорее всего нужно в нём искупаться.

— Я тоже об этом думала, если честно.. но у меня такое ощущение, что если я в него нырну, то мы с тобой уже не увидимся сегодня..

И Соня заплакала, она опустилась на землю и уткнулась лицом в колени. Лес зашелестел листвой, заскрипели деревья и их макушки стали резко крениться то в одну сторону, то в другую, словно дул сильнейший ветер. Заухали совы, которые должны были сейчас спать. Зачирикали мелкие пташки, робко и тоскливо, со страхом. Лань опустилась рядом и уткнулась носом в Сонино плечо. Та зарыдала ещё сильнее.

– Не всегда всё так как мы хотим - сказала Лань.

– Но ведь мне много и не надо, всего лишь...

– Зайти в озеро. Это то, что тебе нужно сейчас.

Спустя пару минут, Соня собралась и вошла в озеро. Отойдя от берега на пару шагов она остановилась и вдохнула в себя пар, исходящий от воды. Почему-то пахло ромашкой, шалфеем и мятой. После чего она опустила руки в воду и набрав её в ладони умыла лицо.

— Ты всё равно ещё вернёшься сюда, не стоит так растраиваться — донеслось с берега.

Соня обернулась. Красная лань стояла на берегу и улыбалась. Хотя это так не заметно по её лицу (у такого животного может быть только лицо), но Соня точно знала, что она улыбается, потому что по всему её телу прошлось какое-то весёлое тепло и она сама заулыбалась. А потом она нырнула и поплыла на самое дно, а там легла на песок и смотрела наверх, как на этот раз уже лунные лучи пронзали водные просторы, подсвечивая танец серебристых и алмазных песчинок. В итоге она не заметила как полностью растворилась в воде.

А когда Соня очнулась то, поняла, что так и сидит на кухне за столом и смотрит в кастрюлю с травяным отваром. Тогда ей захотелось только двух вещей: разогреть себе молоко с мёдом и лечь в тёплую кровать, чтобы долго и крепко спать.

в итоге, не смотря на то, что мы находились в тени, мы спеклись. потому что солнце как раз взошло в зенит и плотно приложило свои лучи ко всему, что распростерлось под ним. всё о чём мы с Машей могли думать была наша речка. чудесная дикая речка, протекавшая сквозь лес, весело журча и переливаясь изумрудным блеском. как раз вчера девочки расчистили в ней заводь, где была глубина побольше. тогда, сидя у магазина, мы не говорили ни о чём, кроме речки, а домой гнали со скоростью света, думая лишь о том, как наконец занырнем с мостков в воду.

когда мы ехали по лесу я испугалась ветки, которая упала на нас. но это была не совсем ветка, а веточка, которая бесшумно соскользнула и в своём полёте чем-то напомнила мне извивания змеи. Маша тоже испугалась и рассказала мне как смотрела некий фильм, в котором люди приехали отдыхать на остров и их в итоге всех поубивали змеи, которые там жили. и там даже так было, что одного из персонажа, когда нашли его мёртвым, змея выползла у него изо рта. я офигела, если честно, но забыла про это всё как только мы выехали из леса. а когда мы подъехали к дому, то мысли были абсолютно светлы и чисты, потому что ещё чуть-чуть и мы будем на речке.

поскольку мы с Машей были самые заряженные на это купание, мы не стали дожидаться пока все соберутся и помчались к реке вдвоём. и вот мы на мостках, скидываем одежду и как есть нагишом залезаем в реку. первой залезает Маша и проходит вперёд метра на два, готовясь окунуться целиком, а я тем временем сажусь на мостки и опускаю в воду ноги. и тут происходит этот кошмар. я шепчу: "Маша стой... змея"... а Маша уже остановилась и замерла. другого варианта у неё не было, потому что змея скользила прямо по воде рядом с её ладонью. казалось река замерла, превратилась в мастерски сделанную скульптуру из стекла. эти водные перекаты, эти волны течения, всё это замершее зеркало. так казалось, потому что змея ползла так легко и уверенно, словно по твёрдой поверхности, а не по воде. я видела как она практически касается Машиных пальцев, тонкая извивающаяся верёвочка с узором на спине... а узор на спине это значит, что никакой это уже не уж, а самая настоящая гадюка. так нам объяснила тётя Саша — видишь у змеи жёлтую полосочку на голове, значит это уж, а если узор на спине, то беги. и вот она ползёт прямо по воде, скользит своим гладким телом и сверкает чёрными глазами, полными вселенского зла. проскользнула мимо Маши и плывёт прямо на меня, проплывает у моих ног и выползает на берег. я скажу честно, что молилась, чтобы она не стала заползать по моей ноге, а то кто её знает. и вот я провожаю её взглядом, смотрю снова на Машу, а рядом с ней опять плывёт змея... это была вторая такая же, один в один змея. но мне показалось, что это какой-то глюк в системе, а это также змея. что мы теперь всегда будем переживать этот момент, до конца времён человеческих.

когда к нам подошли девочки мы занимали ровно тоже положение, в каком нас застали змеи. голоса Кати и Ульяны выдернули нас из той пучины ужаса и оцепенения, в которую нас погрузили ползучие гады. мы вылезли из воды, оделись и пошли домой. купаться нам больше не хотелось.

до конца нашего пребывания в деревне, мне казалось, что мы как на острове в том фильме, про который мне рассказала Маша и нас всех по очереди убьют змеи. прежде, чем лечь в кровать, например, я брала швабру и простукивала ею свою пастель, на случай, если туда заползла змея. проверяла свои ботинки, а вдруг маленькая гадюка там свернулась и только и ждёт мою ступню?! когда я шла по лесу или в высокой траве, иногда даже просто по дороге, я всегда очень громко топала, потому что змеи чувствуют вибрацию и уползают, чтобы их не раздавили. кстати делаю так до сих пор и уже не один и ни два раза мне это помогало спугнуть змею, заставив её уползти до того момента как мы встретимся лицом к морде. самое обидное в этой ситуации было то, что я почему-то была уверена, что змеи не умеют плавать и в воде-то уж точно можно расслабиться. как же я ошибалась. в общем отдых не был испорчен до конца, но омрачён он точно был. такое, знаете, лёгкое напряжение всегда висело в воздухе.

и естественно, что змеи разонравились мне раз и навсегда. никакого очарования и грациозности, только одно сплошное зло и ужас. почувствовать это можно лишь тогда, когда ты встречаешься с ними непосредственно воочию. такое чувство, как будто бы ненависть, злобу и отвращение скрутили и упаковали в эту маленькую извивающуюся обертку. в целом обёртка выглядит довольно стильно, но вот ощущение, что тебя просто раздавили взглядом эти маленькие чёрные бусинки, не забыть и не передать. кто знает, может что-то и поменяется в моём отношении к змеям. но пока что змеи получают 5 балов из 5, в моём рейтинге, того, что я не переношу на дух.

змеи у любого нормального человека вызывают отвращение и страх, первородный страх. однако когда видишь их исключительно замерших на страницах энциклопедий, кажется, что это просто очень изящные и красивые существа. я видела их только там, до того момента как мы поехали летом гостить в деревню к маминой подруге тёте Саше. у неё было две дочки Уля и Катя, и сын Гоша, сын был ровесником моего младшего брата Коли. так же там гостила одноклассница Кати, её звали Маша. и плюс ко всему были мы с моим братом Колей, сестрой Олей и мамой, беременной моей самой младшей сестрой.

мы были извещены заранее тётей Сашей, что в И. много змей. ехала я туда с нетерпением, предвкушая как стану с ними играть и даже приручу парочку гадюк, чтобы увезти их с собой домой и ходить с ними в школу, а когда самый дурацкий мой одноклассник Андрей опять начнёт надо мной смеяться, натравлю их на него. эти фантазии сопровождали меня всю дорогу.

в И. стоит не больше девяти домов и почти все там родственники друг другу. так же там есть речка, она опоясывает деревню, а где-то разделяет на два берега и в одном месте через неё перекинут деревянный мост. так же речка течёт сквозь лес, мимо дома тёти Саши. точнее будет сказать мимо её поля, так как от дома до речки нужно было пересечь поле среднего размера с высокой травой. дальше это поле, заросшим кустами обрывом спускалось к воде. для удобного спуска к реке были сделаны ступени, выкопанные в земле, они вели к мосткам, на которых была сооружена скамеечка и вообще всё было как положено.

на эту речку мы бегали не только купаться, но и за водой, потому что дом был чисто деревенский - туалет на улице, вода из ведра, а хлеб из печи. ну и пришло как-то время пойти за водой мне и моему брату Николаю, мы взяли по ведру и побежали к реке. всё шло как обычно – мы пересекли поле, спустились по ступенькам на мостки, я быстро зачерпнула ведром воду и развернулась, готовая начать обратный путь, но мои ноги приклеились к деревянным мосткам... потому что по ступеням медленно ползла чёрная длинная змеюга. никакого воодушевления и приятных чувств, на удивление, она мне не внушила. она внушила мне дикий и какой-то первобытный страх, который вырвался из меня истошным воплем, сотрясающим атмосферу нашей планеты. Николай не долго думая, повторил мой вопль. время остановилось. не было больше ни времени, ни чего бы то ни было ещё. была только огромная змея, которая ползла по ступеням прямо на меня и моего брата. этот момент длился вечность. да что уж там, он до сих пор длиться во мне. настолько сильными были эти ощущения, что часть меня не смогла вырваться из этого момента и осталась в нём навсегда, ощущая всем телом скользкую и холодную кожу хладнокровного гада.

не знаю каким образом, но какая-то другая часть меня, которая видимо хочет жить, совершила тот спасительный прыжок. я сообразила, что если змея ползёт прямо на нас, а отступать некуда, потому что позади вода, то остаётся только одно. и отключив мозг, который заставлял меня стоять в оцепенении, я рванула прямо навстречу змее. не особо к слову переживая о Николае, потому что это уже его выбор: повторить тоже самое или умереть. и вот, пронзительным воплем я совершила свой самый высокий прыжок в жизни, перелетев с размаху несколько ступеней, по которым ползла змея. до сих пор перед моими глазами эта картина: мои ноги, парящие в воздухе; ступеньки, вырытые в земле и ползущая по ним змея, бесконечная, чёрная и ужасная.

приземление, твёрдая земля под ногами. словно из ямы, наполненной хтоническими тварями, мы выползаем из оврага на поле. двумя дикими воплями мы несёмся, сохраняя прежнюю скорость света, через поле в дом.

навстречу нам бежит мама с новыми поседевшими волосами и подпрыгивающим на ходу пузом.

потом тётя Саша нам сказала, что это был обычный уж.