Компания Total и российский «Новатэк» подписали на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме соглашение о совместной работе над проектом «Арктик СПГ 2». Сделка будет закрыта до 31 марта будущего года, после чего французы получат 10% в совместном предприятии с перспективой приобретения еще 5% в будущем — если российский партнер решит сократить свою 60%-ную долю. Общие вложения в проект оцениваются в $25,5 млрд.

Сейчас у Total уже есть 20% в другом проекте «Новатэка» — «Ямал СПГ», откуда в прошлом году начат экспорт сжиженного природного газа. Совместной работе нисколько не мешает тот факт, что один из главных владельцев российской компании Геннадий Тимченко F 5 (23,46%) находится под американскими санкциями. Его активы и счета в США заблокированы. Более того, и сам «Новатэк» был включен в черный список Вашингтона еще в 2014 году, что сильно ограничило его доступ к зарубежному кредитованию.

Разумеется, Total нельзя заподозрить в пренебрежении санкциями. Она уже объявила, что не приступит к запланированным инвестициям в Иран, если администрация США станет настаивать на ужесточении режима санкций против Исламской республики, даже если Евросоюз сделает, что обещал: начнет защищать европейские компании от американского возмездия за сотрудничество с Ираном. А на днях Total подтвердила, что отказалась сотрудничать с «Газпромом» в проекте «Северный поток — 2», и одной из причин отказа можно уверенно считать недовольство Вашингтона новым российским газопроводом. Французы просто не могут поступиться своими обширными и выгодными связями с американскими банками, фирмами и политиками.

Партнерство с «Новатэком» — совсем другое дело, и здесь Total готова пока идти на то, чтобы вызвать недовольство американской администрации. Риск оправдывается выгодой от участия в проектах «Новатэка», и выгода это, как продемонстрировал опыт «Ямала СПГ», весьма значительна.

Действительно, «Ямал СПГ» поначалу столкнулся с серьезными проблемами финансирования, и не только из-за санкций. Высокопоставленный чиновник одного из азиатских банков так описывал ситуацию автору: «В условиях стандартных для России налогов проект, как показал наш анализ, не окупится никогда. Особый режим освобождения от части налогов и объявленные для проекта налоговые каникулы действуют исключительно по доброй воле одного лица — президента. Банк не может выделять сотни миллионов долларов под такие гарантии. Президент может поменять мнение или покинет свой пост до выхода проекта на окупаемость».

А льготы, сделавшие «Ямал СПГ» коммерчески рентабельным, и в самом деле оказались беспрецедентными. Международный консорциум в составе «Новатэка» (50,1%), Total (20%), китайской CNPC (20%) и китайского же «Фонда шелкового пути» (9,9%) был освобожден практически от всех налоговых выплат: налога на добычу полезных ископаемых, экспортной вывозной пошлины на газ, импортной пошлины на оборудование и так далее. Получилось, что государство, распоряжающееся природными богатствами от имени их собственника — народа России, фактически подарило огромный объем газовых запасов частной фирме, еще и взяло на себя расходы по строительству порта Сабетта, аэропорта, флота атомных ледоколов, судов-газовозов арктического класса и прочей дорогостоящей инфраструктуры, чтобы помочь консорциуму вывозить и продавать эти запасы.

Total, пообещавшая получить в Европе кредиты для «Ямала СПГ» несмотря на санкции, не могла этого добиться на протяжении нескольких лет, и партнерам пришлось финансировать работы по проекту из собственных средств (примерно на 45% от общей стоимости), пока не вмешались российские власти. Они выделили проекту кредит из Фонда национального благосостояния на сумму $2,4 млрд Кроме этого, Газпромбанк и Сбербанк помогли кредитной линией на $3,6 млрд. А потом подтянулись китайские банки, профинансировавшие на кредитных условиях работу китайских фирм по изготовлению оборудования для завода по сжижению газа, а также банки Intesa, Raiffeisen и японский JBIC.

Американские санкции не помешали партнерам ввести в строй первую очередь предприятия и экспортного терминала в конце 2017 года и приступить к поставкам СПГ на мировой рынок. Фирмы, покупающие продукцию консорциума «Ямал СПГ», стали поставлять ее даже в США. После завершения всех работ проект сможет выпускать 16,5 млн тонн сжиженного газа в год. При этом до окончания налоговых каникул (то есть еще 12 лет) Россия ничего не будет получать от реализации своего газа. Более того, госбюджет и госкомпании и банки продолжат вкладываться в сопутствующую инфраструктуру.

Эту уникальную для мировой газовой отрасли ситуацию и беспрецедентные льготы можно было бы объяснить особым статусом одного из главных бенефициаров проекта Геннадия Тимченко F 5. Его давние близкие отношения с российским президентом уже, по мнению наблюдателей, обеспечили его фирмам «Стройтрансгаз» и «Стройтранснефтегаз» многомиллиардные контракты на строительстве гигантских трубопроводных систем «Газпрома» и другие льготы.

Однако объяснение успеха «Новатэка» и его иностранных партнеров не столь прямолинейно. Тимченко вышел к президенту с идеей производства СПГ на Ямале в подходящий момент. Он сумел убедить Путина в том, что подобные проекты смогут в будущем стать основой для создания промышленной и транспортной инфраструктуры вдоль северного побережья России, развития навигации по Северному морскому пути и упрочения российского контроля над значительной частью Арктики. Хорошим аргументом оказалась полная неспособность «Газпрома» с его баснословными издержками сделать что-то в этом роде: все амбициозные СПГ-замыслы газового монополиста (Харасавэй на Ямале, Владивосток-СПГ, Штокман и Балтийский СПГ) доказали несостоятельность. Надежда на установление контроля над Арктикой силами военных тоже представляется слабой — и инициатива Тимченко не только нашла понимание в Кремле, но и получила весомую материальную помощь.

Теперь «Новатэк» выступает в роли локомотива всей грандиозной арктической программы российского руководства. Пока достраивается и развивается «Ямал СПГ», Тимченко и Леонид Михельсон F 3 (24,76% акций «Новатэка») получили в свое распоряжение оборонное предприятие в районе Мурманска и начали там строительство верфи по изготовлению крупных конструкций для арктических проектов — таких, как гравитационные ледостойкие платформы для добычи нефти и газа на шельфе. На дальнем конце Северного морского пути, на Камчатке они ударными темпами начинают создавать базу для перевалки СПГ из арктических танкеров-челноков в океанские суда-газовозы. Здесь, по замыслу Москвы, в будущем может возникнуть хаб и даже что-то вроде биржи для региональной торговли газом, где будет формироваться местный индикатор цен на сжиженный газ. Сейчас именно с деятельностью «Новатэка» в Кремле связывают надежды на расширение российского присутствия на мировом рынке газа. Традиционное направление работы «Газпрома» по реализации трубопроводного газа фактически зашло в тупик — на дальних концах газпромовских труб спрос если и растет, то медленно и в малых объемах. Проект «Арктик СПГ 2» на Гыданском полуострове к востоку от «Ямала СПГ» — часть этой большой программы. На основе Утреннего месторождения и других уже разведанных залежей здесь после 2023 года появятся три очереди завода по сжижению газа мощностью по 6,6 млн т в год каждая. На месторождениях, отведенных для проектов «Арктик СПГ 1» и «Арктик СПГ 3» в Обско-Тазовской губе, пока ведутся поисково-разведочные работы.

Организационная, логистическая и финансовая поддержка арктических проектов «Новатэк» будет продолжена, поскольку контроль над Арктикой остается одной из приоритетных геополитических целей российского руководства. А способность Тимченко и Михельсона привлечь к таким проектам респектабельных и эффективных иностранных участников делает их компанию надежной опорой Кремля в развитии арктического направления.

Французы, китайцы и некоторые банки научились работать с «Новатэком» в условиях санкций. В консорциумах российской компании могут появиться и новые партнеры. Однако риск новых санкций, которые в Вашингтоне могут ввести против российских газовых проектов и особенно против проектов СПГ, которые конкурируют с американскими планами торговли газом, никуда не исчез. Если такие санкции появятся, и Total, и другие потенциальные участники арктических проектов в России будут вынуждены попрощаться с компанией кремлевских «локомотивов» Тимченко и Михельсона.

В моем аккаунте Evernote более 10 000 заметок — от списков дел, целей и материалов для собраний до счетов и детских творений. Это может показаться натуральным кошмаром, но я понял, как сделать так, чтобы все это работало мне на пользу.

В конце концов, это был бы позор для меня, если бы я не смог. Моя работа как генерального директора Evernote — помогать другим справляться с информационной перегрузкой и экономить побольше времени. Вот несколько способов, которые я открыл для себя, чтобы оставаться организованным и продуктивным как в Evernote, так и вообще.

Назначать тему для каждого рабочего дня

Так легко утонуть в бесконечном водовороте электронных писем и обязательств. Чтобы не попасть в эту ловушку, я каждый день назначаю «тему», на которой буду концентрироваться.

Понедельники посвящены бизнес-заботам Evernote. Как правило, это включает в себя еженедельные встречи с руководителями и один-на-один с командой, на которых я помогаю решать проблемы, продвигаться вперед и обсуждаю идеи о том, как внедрять инновации или действовать быстрее.

По вторникам мы проводим еженедельные всеобщие собрания, в которых при помощи видеосвязи участвуют в том числе наши иностранные офисы. Эти встречи посвящены обсуждению достижений сотрудников, также они помогают нам быть на одной волне в том, что касается стратегии и долгосрочной миссии.

Среды зарезервированы под вопросы маркетинга и нашей работы на рынке. Нам повезло, потому что Evernote по большей части растет органично, благодаря передаче информации из уст в уста. Обычно я посвящаю среды планированию того, как использовать обратную связь от пользователей. Например, в прошлом году наши пользователи Android очень активно выражали желание использовать функцию сканирования отпечатков пальцев, поэтому мы определили ее в качестве приоритета в дорожной карте и реализовали это. Это был проект среды.

Мои четверги поделены между продуктом и рекрутингом. В этот день я, как правило, более глубоко погружаюсь в дорожную карту продукта и изучаю наши текущие успехи. Мы активно набираем сотрудников с разными функциями и из разных регионов, поэтому в четверг я также провожу встречи с кандидатами и командой по рекрутингу, чтобы обеспечить плавный процесс найма и вливания новичков в команду.

И, наконец, по пятницам я делаю все, что не было сделано раньше в течение недели. А после обеда в пятницу я обдумываю то, что произошло на неделе, а также готовлюсь к тому, что должно произойти на следующей.

Конечно, я знаю, что время от времени мне придется отступать от расписания — это неизбежно. Но тематическая организация недели по крайней мере дает мне план, которого можно придерживаться.

Планирование и определение приоритетов

У меня есть, кажется, девять различных календарей Google (конечно же, интегрированных в Evernote), которые отражают разные сферы жизни: какие-то из них предназначены для работы, какие-то — для путешествий и моих личных обязанностей, есть также те, которые посвящены спортивному расписанию моих детей.

Я настроил свои рабочие календари с учетом квартальных целей — как своих, так и моей команды. Таким образом я вижу, что оказываю влияние на долгосрочную перспективу. Также это помогает убедиться, что у меня достаточно времени для достижения того, что я и моя команда запланировали делать день за днем.

Не позволяйте электронным письмам диктовать вашу рабочую повестку

Как правило, я не утруждаю себя проверкой электронной почты по утрам. Вместо этого я обращаюсь к своему списку дел, который пишу накануне. Этот список включает в себя три приоритета дня, в порядке важности. Я пытаюсь решить самую сложную проблему, которая требует энергии и творчества в первую очередь.

Говорят, что входящие электронные письма — это список дел, который составили для вас другие люди, и я чувствую, что это безусловно так. Я стараюсь проверять свою электронную почту всего два раза в день, используя для этого модифицированную версию метода Getting Things Done (GTD). Я также настроил автоматические фильтры, чтобы перенаправлять электронные письма в соответствующие папки.

У меня есть два простых правила для работы с электронной почтой:

1. Если это занимает две минуты или меньше, я реагирую сразу.
2. Все остальное я поручаю кому-то другому в своей команде или отправляю в аккаунт Evernote, чтобы заняться этим позже. В остальных случаях я просто архивирую письмо.

Я обнаружил, что работа с электронной почтой в течение дня приносит в мое расписание больше хаоса, чем мне нужно.

Сведите совещания к минимуму

Мои команды раньше собирали совещания каждые две недели с десятками людей, но я понял, что это пустая трата времени для каждого. Теперь я ограничиваю встречи до восьми человек и придерживаюсь политики «нет повестки дня, нет присутствия»: если принимающая сторона не имеет предварительной повестки дня, которая дает понять, для чего предназначена встреча и что им нужно, я не участвую. На встречах, которые я посещаю, непременно должен быть стенографист, который сделает заметки и запишет принятые решения.

Для меня эти подходы, взятые вместе, работают, но все люди разные. Тем не менее, я считаю, что нет такой вещи, как производительный или непроизводительный человек — есть только методы, которые либо улучшают эффективность работы, либо нет. И главное — найти правильную для вас комбинацию.

На фоне отсутствия предпосылок к улучшению отношений между Россией и Западом в скором времени нас может ожидать новый виток санкций. Сейчас активно обсуждается возможность введения запрета на обслуживание российских суверенных облигаций крупнейшими клиринговыми центрами Европы — компаниями Euroclear и Clearstream. О вероятности применения такой меры недавно заявила премьер-министр Великобритании Тереза Мей.

Для наглядного представления, чем занимаются эти компании, нужно уподобить всю мировую финансовую систему большому раскидистому дереву, отдельные ветви которого — это финансовые рынки разных стран, а питательные вещества — это ценные бумаги и сделки с ними.

Передачу питательных веществ, работу «кровеносной системы» дерева последние почти 40 лет обеспечивают именно эти две организации, предоставляя разным ветвям кроны равноправный доступ к ресурсам всего дерева, то есть осуществляя расчеты по сделкам с международными ценными бумагами.

Западные партнеры России в поисках способа посильнее ударить по экономике страны, похоже, готовы ограничить доступ питательных веществ к нашей пусть и не такой большой в масштабах всего мирового финансового рынка, но все же заметной ветви, намереваясь отрубить ее от единого «ствола». Однако не все так просто.

Выстрел в ногу

Во-первых, надо понимать, что если Euroclear и Clearstream и подчинятся решениям сверху, то для этого понадобится воздействие на уровне Евросоюза — политической воли одной Великобритании недостаточно. Позиции же Брюсселя и Лондона далеко не всегда совпадают.

Во-вторых, в случае введения запрета на учет суверенных долговых обязательств России в Euroclear и Clearstream они могут быть переведены в НРД. Так, например, в 2016 году Минфин разместил суверенные евробонды с помощью НРД, поскольку международные клиринговые системы отказались от участия в сделке. То есть технических препятствий к такому размещению нет, возможность уже апробирована и прошла боевую обкатку.

Многие зарубежные инвесторы, вероятно, откажутся от перевода своих бумаг в НРД, ведь именно для их удобства операции с российскими бумагами и были организованы в Euroclear и Clearstream. Как высказался на тему возможности обхода ограничений замминистра финансов Алексей Моисеев: «Не хотелось бы, потому что, конечно, это сделает всю инфраструктуру менее удобной для иностранных инвесторов в первую очередь».

В-третьих, для кого последствия будут более плачевными — для нас или для них — также вопрос дискуссионный. Общая стоимость ОФЗ, находящихся на руках у нерезидентов, оценивается в $37,8 млрд, объем еврооблигаций России, принадлежащих нерезидентам по состоянию на конец марта 2018 года, достиг $16,7 млрд.

Запрет на проведение сделок с российскими госбумагами поставит их иностранных держателей, в том числе американских и британских, в странную и неприятную для них же самих ситуацию, когда будет не очень понятно, что делать с бумагами, которыми они не смогут распоряжаться. По всей видимости, их придется продать.

Выкуп Россией такого объема активов будет проблематичен, но технически возможен. Например, Банк России вполне в состоянии сделать это. Для страны это будет значить некоторый рост инфляции и, возможно, незначительное ослабление курса рубля.

Иностранные инвесторы, у которых российские облигации пользуются неизменным спросом (фонды из Великобритании и США стали покупателями 39% и 25% последнего выпуска еврооблигаций России соответственно), будут вынуждены искать новый надежный и высокодоходный инструмент взамен привычному.

Также нельзя забывать о том, что в портфелях многих крупных институциональных инвесторов, в том числе британских пенсионных фондов, есть российские гособлигации. Снижение их цены, которое станет следствием гипотетического расширения санкций, приведет к заметной потере дохода держателей российского госдолга. А Euroclear и Clearstream лишатся комиссий за обслуживание наших бумаг.

Разворот на Восток

Так что ограничение или полный запрет доступа российских государственных облигаций к общемировой депозитарно-клиринговой системе приведет к неприятным, но не смертельным последствиям для финансовой системы России. «Ветвь» не отсохнет и не обломится, но на некоторое время рост плодов и листьев, конечно, замедлится.

Самое главное стратегическое последствие возможных ограничений — повышение риска инвестирования в российский суверенный долг. Занять денег на западных рынках у государства уже не получится, по крайней мере в значимых объемах.

Однако, возвращаясь к нашей аналогии с деревом, «ветвь» российского финансового рынка пусть и лишится привычного и значимого ресурса, но сможет продолжить свое существование, перейдя на самообеспечение и обходясь своими внутренними ресурсами.

Глобальная финансовая индустрия в лице крупных инвестиционных фондов, имеющих большие позиции в российских активах, при этом могут испытать заметное потрясение. Дополнительные деньги для российского бюджета придется искать внутри страны, а не за ее пределами.

Также, если путь на Запад для нас закрыт, можно поискать партнеров на Востоке. Как мы помним, несколько лет назад уже обсуждалась возможность создания аналога Euroclear для России и Китая. Euroclear и Clearstream — могущественные институты, но на них мир не заканчивается.

Профицит федерального бюджета в первом квартале этого года был обеспечен исключительно ростом цен на нефть. Если бы стоимость барреля в начале года не выросла, дефицит бюджета составил бы порядка 1,5% ВВП. К такому выводу пришли авторы «Мониторинга экономической ситуации в России: тенденции и вызовы социально-экономического развития», подготовленного экспертами РАНХиГС, Института Гайдара и Минэкономразвития.

По итогам первого квартала был зафиксирован профицит федерального бюджета в 1,8% ВВП (330,6 млрд рублей). Годом ранее в аналогичный период дефицит бюджета составил 0,9% ВВП. Как отмечается в мониторинге, объем нефтегазовых поступлений в казну с января по март этого года увеличился на 341,8 млрд рублей (или на 0,9 п.п. — c 7,4% до 8,3% от ВВП) на фоне роста цены на нефть марки Urals с $52 до $65 за баррель. В результате объем дополнительных нефтегазовых доходов по итогам первого квартала составил 734,8 млрд рублей, а их доля в структуре бюджета по сравнению с прошлым годом выросла на 3,8 п.п. (до 45,6%).

Другие (не нефтегазовые) доходы бюджета в первом квартале номинально выросли на 100,1 млрд рублей, однако в процентах в доле ВВП снизились по сравнению с прошлым годом с 10,3 до 9,9% ВВП. Расходы же бюджета номинально cократились более чем на 150 млрд рублей за счет уменьшения финансирования по таким статьям бюджета, как «социальная политика» (минус 368 млрд рублей) и «пенсионное обеспечение» (минус 419,8 млрд рублей).

Между тем представители российской власти неоднократно заявляли об уменьшении зависимости российской экономики от нефти. Например, еще в прошлом году министр финансов Антон Силуанов заявил, что «зависимость российской экономики от сырьевой составляющей сокращается», а «Россия все меньше и меньше зависит от сырья». Позже президент Владимир Путин отметил на форуме «Россия зовет!», что зависимость федерального бюджета от цен на нефть «уверенно снижается», и обещал продолжение этой тенденции в 2018 году.

Борьба с зависимостью

Государству пока не удается решить проблему общей зависимости экономики от нефтегазового сектора, считают специалисты Института экономики роста им. Столыпина П. А. В своем недавнем исследовании, опубликованном в феврале, они пришли к выводу, что влияние цен на нефть на российскую экономику вновь начало усиливаться. По оценкам экспертов, рост доходов федерального бюджета в 2017 году был обеспечен именно нефтегазовыми доходами, а их доля в бюджете достигла 40%.

О том, что российской экономике нужно как можно быстрее избавиться от высокой зависимости от нефти, часто говорит и глава Счетной палаты Алексей Кудрин. По его мнению, «сырьевое проклятие» тормозит темпы роста российской экономики. «Пока цена будет на нефть низкая, у нас не будет роста. Поэтому, пока цена на нефть будет низкая, у нас будут низкие темпы роста: мы не перешли от старой модели работы нашей экономики, новая не появилась. Поэтому зависимость нашей экономики остается достаточно высокой», — говорил Кудрин в апреле 2017 года.

По словам аналитика Нордеа-Банка Дениса Давыдова, во внешнеторговом обороте России существенная доля по-прежнему приходится именно на ресурсные продажи. «К сожалению, Россия не стала больше продавать за рубеж машин или услуг, поэтому зависимость экономики в целом остается заметной», — объясняет Денис Давыдов.

Интересно, что за столь желаемое правительством снижение влияния нефтегазового сектора на экономику в итоге может заплатить население. Способствовать этому могут активно обсуждаемые сейчас в кабмине меры по повышению пенсионного возраста и увеличению НДС с 18% до 20%. «Повышение пенсионного возраста снизит трансферт в Пенсионный Фонд России, а повышение НДС позволит сбалансировать поступления в бюджет в пользу ненефтяных налогов», — поясняет профессор финансов РЭШ Олег Шибанов.

Диверсификация доходов

Говоря о влиянии нефтяных цен, нужно различать зависимость бюджета от них и воздействие на экономику в целом. С точки зрения бюджета правительству удается более-менее нивелировать нефтяной фактор, и пока расходы государства не раздуваются пропорционально росту стоимости нефти, можно быть спокойными, сходятся во мнении опрошенные Forbes эксперты.

Зависимость российского бюджета от нефтегазовых доходов постепенно снижается, отмечает Денис Давыдов. Этому способствует консервативная политика кабинета министров — в первую очередь, в виде применения бюджетного правила, согласно которому поступления от продажи нефти по цене выше $40 за баррель направляются не на расходы, а в резервы.

«Главный плюс бюджетного правила состоит в том, что рост текущих поступлений нефтегазовых доходов служит наполнению Резервного фонда. Благодаря этому при росте цен на нефть курс рубля не становится слишком волатильным, а в случае падения стоимости нефти ниже уровня отсечения у правительства остаются средства для финансирования своих обязательств», — добавляет научный сотрудник лаборатории исследований бюджетной политики РАНХиГС Сергей Белев.

Пока из риторики правительства следует, что увеличения расходов за счет роста доходов от нефти не планируется. На предложение Алексея Кудрина повысить цену отсечения в рамках бюджетного правила с $40 до $45 за баррель и, соотвественно, отдавать излишки нефтегазовых доходов на актуальные расходы, министр финансов Антон Силуанов и министр экономического развития Максим Орешкин ответили отказом.

Еще в прошлом году Forbes оценивал состояние основного владельца O1 Group Бориса Минца F 72 в $1,3 млрд. Теперь предприниматель не только покинул рейтинг долларовых миллиардеров, но и не входит в список 200 богатейших бизнесменов России. Это произошло после того, как впервые была опубликована отчетность O1 Group, и оказалось, что долги холдинга практически равны чистым активам входящих в него компаний ФГ «Будущее» и O1 Properties.

Минц покинул не только список Forbes. Как сообщили «Ведомости» со ссылкой на свои источники, бизнесмен вместе с семьей перебрался из России в Великобританию и теперь живет в Лондоне. Впрочем, как рассказал Forbes один из знакомых Минца, бизнесмен и так редко бывал в России и не является ее налоговым резидентом (то есть проводит в стране менее 180 дней в году). А РБК еще в феврале писал, что по информации с сайта правительства Мальты, среди ее граждан фигурирует полный тезка Бориса Минца. «Но вот тот факт, что сыновья уехали, — действительно странно», — говорит один из собеседников Forbes. Источник «Ведомостей» объяснял отъезд напряженной ситуацией, которая сложилась для бизнеса Минцев.

«Если мы все грохнемся, значит, страна грохнется», — амбициозно заявлял в 2015 году старший сын Бориса Минца Дмитрий (вместе с братьями Александром и Игорем он вовлечен в управление O1 Group). Сейчас активы Минцев за долги могут забрать сразу два влиятельных игрока: банк «Открытие», перешедший под контроль ЦБ, и концерн «Россиум» Романа Авдеева F 56. Партнер последнего — группа «Регион», обслуживающая «Роснефть».

История роста

Девелоперский бизнес O1 Properties начал формироваться, еще когда Борис Минц был акционером банка «Открытие». В 2006 году банк приобрел площадку для строительства бизнес-центра Vivaldi Plaza рядом с Павелецким вокзалом. Часть этого центра и отошла компании O1 Properties Бориса Минца, которую тот создал в 2010 году. Он решил заняться девелопментом после того, как его партнер и совладелец «Открытия» Вадим Беляев не стал выкупать пять бизнес-центров у Сергея Гордеева, занимавшего тогда пост сенатора от Пермского края. Покупателем в итоге выступил Минц. Офисы общей площадью в 190 000 кв. м ему обошлись в $900 млн (с учетом долга), из них Гордеев получил наличными около $300 млн.

К 2012 году Борис Минц вошел во вкус. O1 Properties купила бизнес-центры «Серебряный город» (Silver City), «Лесная плаза» (сегодня называется White Stone), Ducat Place III и знаменитую «Белую площадь» (White Square) у Белорусского вокзала. Причем если цена первых трех офисных комплексов колебалась в районе $300-400 млн, то сделка по покупке «Белой площади» оценивалась в $1 млрд. Большинство активов переходили вместе с долгами, которые только по «Белой площади» составляли $800 млн. Минц продолжал скупать активы до 2014 года и в результате превратил O1 Properties практически в монополиста на московском рынке офисов класса А. По-настоящему неудачной была только одна сделка — по покупке БЦ «Нахимовский, 58»: объект до сих пор не удается сдать в аренду. О1 Properties не только покупала бизнес-центры, но и «меняла» их на свои акции. Например, в 2015 году группа ИСТ Александра Несиса F 51 получила 4,5% О1 Properties в обмен на БЦ «Заречье». Ее акции также получили совладельцы Forum Properties Андрей Баринский и Владимир Зубрилин, отдавшие в управление Минцу «Аврора бизнес парк».

Параллельно с бизнес-центрами Борис Минц скупал пенсионные фонды — по примеру «Открытия», создавшего вокруг себя в 2011-2012 годах крупнейшую частную пенсионную группу. К 2016 году внутри O1 Group сформировалась внушительная коллекция НПФ с активами на 340 млрд рублей, которые были объединены в ФГ «Будущее». Минц покупал фонды не в последнюю очередь для того, чтобы финансировать собственные проекты в девелопменте, но когда Центральный банк ужесточил требования к инвестиционным декларациям НПФ, делать это пришлось через нетривиальные схемы взаимного финансирования. По данным на конец 2015 года, НПФ Минца инвестировали в бумаги партнеров: в структуры «Открытия», акции которого бизнесмен продал в 2013 году (49 млрд рублей), группы «ИСТ» (около 35 млрд рублей), в O1 Group (8 млрд рублей). Они также держали на депозитах и счетах в Московском кредитном банке Романа Авдеева 34 млрд рублей. При этом O1 Group должна была МКБ около 24 млрд рублей — кредиты брались в том числе на покупку НПФ, по этому долгу была заложена большая часть пенсионного бизнеса Минца.

История краха

Крупным кредитором O1 Group был и банк «Открытие», рухнувший в августе 2017 года. Накануне санации компания «О1 Груп Финанс», подконтрольная О1 Group, всего за час выпустила облигации на 65 млрд рублей. Часть бондов была выкуплена «Открытием», одновременно структуры Минца погасили кредитную задолженность перед банком и вывели из-под обеспечения активы на 30 млрд рублей. В результате этих сделок вместо обеспеченных кредитов банк получил на балансе облигации «О1 Груп Финанс» — эти сделки очень не понравились временной администрации «Открытия», которая в октябре решила оспорить их и вернуть обеспечение.

Параллельно в суд на «Открытие» подала и ФГ «Будущее». Дело в том, что O1 Group успела обменять кредиты на облигации накануне краха «Открытия», однако не вошла в число продавцов акций банка — в отличие от пенсионных фондов «НПФ электроэнергетики», «Лукойл-Гарант» и РГС (входили в группу «Открытие»). Они за день до объявления о санации банка продали около 13% его акций и смогли избежать убытков после того, как бумаги рухнули на 60%. Продавцом выступил банк «Траст», находившийся на санации у «Открытия». ФГ «Будущее» (владела 4% акций «Открытия») на эту распродажу приглашена не была, хотя считает, что «Траст» обязан был выставить соответствующую оферту. Сейчас НПФ «Будущее» (крупнейший в пенсионной группе Минца) пытается отсудить у «Траста» около 12 млрд рублей — в такую сумму генеральный директор группы Марина Руднева оценивала потери из-за списаний по акциям «Открытия».

Чувствительным ударом по пенсионному бизнесу Минца оказались и вложения в облигации Внешпромбанка (лишился лицензии в 2016 году) и банка «Пересвет» (отправился на санацию в 2017 году) — всего на 10 млрд рублей. Кроме того, у фондов были вложения и в компании, связанные с девелоперским бизнесом Минца, часть из которых допустила дефолты и занимается реструктуризацией своих обязательств. Все это привело к тому, что 2017 год ФГ «Будущее» закончила с убытками в 16,4 млрд рублей.

Параллельно у фондов группы «завис» депозит на 13,6 млрд рублей в Промсвязьбанке. До этого НПФ «Будущее» владел 10% его акций, которые продал на бирже за день до санации. Как и в случае с заменой кредитов «Открытия», Центральный банк считает эти сделки сомнительными и пытается «развернуть» их в судебном порядке. Недавно нынешний председатель правления «Открытия» Михаил Задорнов говорил, что уже сомневается в том, что сможет вернуть 100% долга O1 Group, но еще надеется получить часть активов на баланс банка. По иску «Открытия» Московский арбитражный суд наложил арест на акции кипрской компании «О1 Пропетиз Лимитед» и бизнес-центр Nevis.

Будущее «Будущего»

Впрочем, на активы Минца претендует не только новое руководство «Открытия». 75% + 1 акция ФГ «Будущее» все еще находится в залоге у МКБ. В залоге у банка находится и около 62% O1 Properties. Это в беседе с Forbes подтверждал Роман Авдеев. Как именно девелоперский бизнес попал в залог, он не уточнял. Собеседник Forbes, хорошо знакомый с бизнесом О1 Properties, предполагает, что это могло произойти в конце 2017 года, когда Минц взял в МКБ еще один кредит, пытаясь закрыть «дыру» в пенсионных фондах. «Это была стратегическая ошибка, в итоге он все потерял», — сожалеет собеседник Forbes: по его мнению спасать нужно было девелоперский бизнес.

В начале марта 2018 года O1 Group выпустила неожиданный релиз, в котором сообщила, что продаст свой пакет в О1 Properties компании «Лайса» — рекламному подрядчику РЖД. При этом частью сделки является обязательство по выплате кредита О1 Group перед МКБ на общую сумму в 25 млрд рублей. Авдеев признался Forbes, что узнал об этом из газет. «Естественно мне это не понравилось, — возмущается банкир. — Но я верю, что кредит будет возвращен». Для большей уверенности Авдеев перевел кредит на концерн «Россиум», после чего работой по его взысканию занялась компания Riverstretch Trading & Investment (RT&I). Ранее она прославилась тем, что выкупила у Сбербанка долговые обязательства структур экс-владельца «Дон-строя» Максима Блажко на $532 млн, залогом по которым был бизнес-центр Nordstar-Tower, и добилась мирового соглашения. Источники Forbes, знакомые с бизнесом Авдеева, считают, что RT&I может действовать в интересах группы компаний «Регион», обслуживающей «Роснефть». Как писал Forbes, МКБ в последнее время стал одним из банков, помогающим нефтяной компании привлекать валютное финансирование. По информации источников «Ведомостей», именно RT&I может в скором времени стать владельцем бизнес-центров Минца. В «Регионе» утверждают, что никакого отношения к ним RT&I не имеет.

Общая задолженность O1 Properties в конце 2017 года составляла $3,32 млрд при оценочной стоимости активов порядка $4,23 млрд (это 15 бизнес-центров площадью 743 000 кв. м). Стоимость акционерного капитала за вычетом долга — $867,4 млн, говорится в отчетности компании. Чистый арендный доход — $258,8 млн, при этом убыток составляет $116,15 млн. «Этот убыток носит исключительно бумажный характер и связан с переоценкой недвижимости О1 Properties, — объясняет директор PwC Саян Цыренов. — Денежный поток, генерируемый компанией, был положительным — его хватало не только на обслуживание долга, но и на выплату дивидендов акционерам».

Что ждет ФГ «Будущее»? Минц еще в начале этого года хотел продать фонды и вел переговоры со Сбербанком, сообщали три источника Forbes. Но Сбербанк не устроило качество активов, писал позже «Коммерсантъ». Проблема фонда в том, что ему необходимо заменить порядка 40% активов, согласно консервативной оценке, говорит собеседник Forbes, близкий к НПФ. Впрочем, особенностью фонда на рынке считали тот факт, что главой совета директоров несколько лет был Алексей Кудрин, который покинул этот пост в середине мая из-за назначения на должность главы Счетной палаты. «Скорее всего у фонда не будут отзывать лицензию в том числе и по этой причине — согласно нормам о деловой репутации, глава совета директоров будет под ударом в случае краха компании в течение года», — говорит собеседник Forbes на пенсионном рынке.

Один из собеседников Forbes, близкий к одному из пенсионных фондов, говорит, что фонду «Согласие» Романа Авдеева (еще 10% — у «Региона») уже были переданы для анализа инвестпортфели НПФ Минца. Но пока никакого решения не принято. По словам источника Forbes, близкого к НПФ «Будущее», процедура передачи фонда «под колпак» взыскателей долга может состояться уже в июле-августе. При этом НПФ «Согласие» в ближайшее время может объединиться с НПФ «Нефтегарант» «Роснефти».

Фактически потеряв O1 Group, Борис Минц сохранил за собой довольно мало ликвидных активов. В периметр О1 Properies, например, не входят БЦ «Аврора» и «Большевик». На их территории реализуются проекты по строительству жилья, объясняет собеседник Forbes в крупной международной консалтинговой компании по недвижимости. Знакомые Минца рассказывают Forbes, что на Лазурном Берегу у семьи бизнесмена есть вилла и яхта, где тот регулярно устраивал вечеринки для друзей и партнеров. Кроме того, он слышал, что бизнесмен покупал участки в Новой Зеландии. «Но их цена, как и коллекции русского импрессионизма, ни в какое сравнение не идет со стоимостью того бизнеса, который он [Борис Минц] потерял», — резюмирует источник Forbes. По его словам, коллекция картин, принадлежащая Минцу (на ее покупку он потратил больше $25 млн, как рассказывал Forbes), покинула Россию вместе с ним. Сейчас стены Музея русского импрессионизма, открытого Минцем на территории фабрики «Большевик», действительно пустеют. Как утверждают в самом музее — из-за переэкспозиции и ремонта. После завершения работ все картины вернутся на место, и эмиграция Минцев никоим образом на работе заведения не скажется, заверили в музее. По словам собеседника Forbes, Борис Минц всегда находится на связи с музеем, и его финансирование (около $1,5 млн в год) останется прежним.

Решение президента США Дональда Трампа о выходе из «ядерной сделки» с Ираном и возобновлении экономических санкций, включая запрет на покупку иранской нефти, — это шаг, который повышает вероятность дефицита на рынке нефти в 2019 году и дальнейшего роста цен, но делает продление соглашения ОПЕК+ в нынешнем виде менее вероятным.

«Ядерная сделка», в соответствии с которой Иран обменял (или умерил) свои амбиции по созданию ядерного оружия на снятие жестких экономических санкций в конце 2015 года — во многом завоевание администрации Обамы. В соглашении также участвовали Россия, Китай, Франция, Германия и Великобритания — которые подтвердили свою приверженность сделке, несмотря на решение США. Трамп назвал сделку «дефектной по сути», а позже заявил, что попытается договориться с Тегераном на новых условиях. Однако заключить новое соглашение может оказаться непросто — не факт, что Иран сейчас пойдёт на уступки Белому дому — скорее, он скорее попытается сыграть на противоречиях между США и ЕС. На Петербургском международном экономическом форуме президент России Владимир Путин заявил, что Иран соблюдал все договоренности и «наказывать его не за что», он также выразил надежду, что сторонам удастся достичь компромисса. «Я считаю, что еще не все потеряно», — сказал Путин на ПМЭФ. От полного разрушения сделки проиграют многие, в том числе и сам Дональд Трамп, предупредил он.

«Нефтяные» санкции, которые в прошлом сильно снизили спрос на иранскую нефть и привели к существенному падению добычи, начнут действовать не сразу, а по истечении 180 дней. Два года назад аналитики активно обсуждали иранский фактор, но совсем другом ключе — наращивание добычи Ираном после снятия санкций стало одной из причин переизбытка нефти на глобальном рынке в 2016 году. Сейчас ситуация зеркальная, и тот дополнительный 1 млн баррелей нефти в день, на который Иран увеличил добычу после снятия санкций в конце 2015 года, может уйти с рынка. Это довольно значительные объемы — для сравнения, конце 2016 года страны ОПЕК+ договорились снизить добычу на 1,8 млн баррелей нефти в день. Возможное падение добычи нефти в Иране повышает вероятность того, что на рынке нефти в 2018-2019 году сложится ситуация дефицита, что будет толкать цены вверх. Но этот рост может оказаться неустойчивым.

Нефтяной рынок на распутье

Ситуацию вокруг Ирана стоит рассматривать в контексте других факторов, которые сейчас оказывают влияние на мировой рынок нефти, среди которых — рост добычи сланцевой нефти в США и возможность продления соглашения ОПЕК+ об ограничении добычи. Пока рост спроса на нефть полностью удовлетворяется за счет роста добычи сланцевой нефти, однако в 2019 года скорее всего, странам ОПЕК придется нарастить добычу, особенно принимая во внимание возможное падение добычи в Иране.

Это означает, что соглашение ОПЕК+, которое начиная с начала 2017 года аккуратно соблюдалось почти всеми странами, его подписавшими, скорее всего, перестанет действовать — по крайней мере, в его нынешней форме. Кроме того, решение США выйти из ядерной сделки создает риск роста напряженности в регионе, в том числе, в отношениях между Саудовской Аравией — страной, которую в целом можно назвать ключевой союзницей США в регионе — и Ираном.

В итоге достичь консенсуса по новым нефтяным квотам на 2019 года может оказаться невозможно — и сценарий возвращения стран ОПЕК к политике «открытых кранов» не кажется таким уж невероятным. Это может обвалить нефтяные котировки, как это было в 2016 году, когда росла и добыча стран ОПЕК, и добыча сланцевой нефти — цены в итоге могут вернуться в коридор $50-60 за баррель.

Нельзя исключить и другой сценарий, который становится весьма вероятным, если ситуация на Ближнем Востоке выйдет из-под контроля. Худшее, что может произойти — это возобновление ядерной программы Ираном, которая в итоге может привести к военной интервенции со стороны Израиля, Саудовской Аравии или США. Президент Ирана Хасан Рухани заявил, что Иран не планирует немедленно возобновить обогащение урана, но готов сделать это в любой момент — в зависимости от результатов переговоров с другими участниками сделки.

Кроме того, выход США из сделки может изменить баланс внутриполитических сил в Иране, в результате чего возобладает точка зрения сторонников «жесткого курса» в отношении запада. Если этого в итоге произойдет — ситуация в регионе станет взрывоопасной, что может, наоборот, разогнать цены на нефть до тех уровней, где она торговалась в 2012-2014 годы — $100 и выше.

Следующая встреча ОПЕК должна состояться 22 июня, однако на ней вряд ли будут приняты какие-то судьбоносные решения — текущее соглашение об ограничении добычи по умолчанию будет действовать до конца года. Гораздо более важно, какое решение будет принято на очередной встрече ОПЕК в конце года — во многом это определит динамику нефтяных котировок в 2019 году.

Реакция нефтяных компаний

Цены на нефть за последний год выросли примерно с $50 за баррель почти до $80 за баррель, в том числе, на фоне «иранского кризиса». Однако большинство компаний при планировании бюджетов продолжают исходить из цен $50-60. Fitch при рейтинговании компаний и стран-производителей нефти также исходит из того, что цены в итоге снизятся. Наш фундаментальный анализ показывает, что уровень $50-60 сегодня является более оправданным: компании и страны-производители в большинстве своем приспособились к более низким ценам за счет снижения издержек, урезания бюджетов и девальвации национальных валют.

Сланцевые производители также должны продолжить наращивать добычу, даже если цены упадут. Это означает, что 2017 год станет одним из самых удачных для нефтяной отрасли — низкие издержки, высокие цены. Однако в долгосрочном плане такая ситуация не является равновесной — если цены на нефть в итоге закрепятся на уровне $70 и выше, начнет разгоняться отраслевая инфляция, которая «отвоюет» существенную часть сверхприбыли, которую производители нефти получают сегодня.

В торговой войне между Китаем и США появилась первая жертва. 9 мая производитель телекоммуникационного оборудования и мобильных телефонов ZTE объявил о прекращении операционной деятельности. Компания фактически лишилась доступа к жизненно важным компонентам для производства и остановила работу.

Что произошло?

Противостояние началось в прошлом году. Американское правительство обвинило китайскую компанию в нарушении санкционного режима в отношении Ирана и КНДР. По мнению властей США, с 2010 по 2016 год ZTE продавала этим странам устройства, изготовленные с применением деталей из Соединенных Штатов.

Тогда американцы оштрафовали китайскую корпорацию на $890 млн; штраф мог вырасти еще на $300 млн в течение семи лет в случае невыполнения условий соглашения с властями. Признание вины и денежная выплата позволили ZTE продолжить закупки комплектующих у американских поставщиков.

Однако в апреле этого года министерство торговли США все же запретило американским производителям продавать детали компании ZTE. Китайской корпорации также закрыли доступ к критически важным компонентам операционной системы Android и запретили вести любую экспортную деятельность на территории страны.

Американцы объяснили такое решение тем, что ZTE якобы не выполнила взятые на себя обязательства и не только не уволила сотрудников, имеющих отношение к продаже продукции Ирану и КНДР, но и выплатила им денежные бонусы. Срок санкций составил семь лет. Таким образом, власти США в одночасье выкинули с рынка одного из крупнейших телекоммуникационных гигантов Китая и всего мира.

По разным оценкам, ZTE закупала в Штатах до 30% комплектующих для своих смартфонов и планшетов, а основными партнерами корпорации в Америке были Qualcomm, Intel, Acacia Communications, Dolby, Corning и Lumentum Holdings.

Насколько велик ущерб от санкций?

Подразделение ZTE по производству смартфонов приняло на себя основной удар от санкций. В Китае корпорации пришлось приостановить работу фабрик, продажи в своем официальном магазине на сайте Tmall Alibaba, а также продажи на сторонних площадках. В Австралии крупнейшая телекоммуникационная компания Telstra уже прекратила продажу смартфонов ZTE под своим брендом, поскольку санкции министерства торговли США «запрещают ZTE производить устройства для австралийского диапазона частот мобильной связи».

Сильнее всего пострадал американский сегмент, поскольку именно на рынке США компания сконцентрировала основные усилия, добившись на нем таких результатов, которых нечасто достигали китайские бренды. Глобальная стратегия ZTE известна под аббревиатурой ACW: America, China, Worldwide – то есть Америка, Китай, весь мир. Порядок слов в этой стратегии прямо указывает на приоритеты компании, поставившей Соединенные Штаты даже выше домашнего рынка КНР.

В Америке ZTE предлагала смартфоны по очень доступным ценам, спонсировала различные команды НБА (Национальной баскетбольной ассоциации, главной баскетбольной лиги США – прим. Forbes), а также ежегодно выделяла сотни тысяч долларов на лоббирование своих интересов. Cогласно данным самой компании, в прошлом году ZTE заняла четвертое место на американском рынке смартфонов с долей в 12,2% после Apple, Samsung и LG.

По словам аналитика Canalys Цзя Мо, в прошлом году компания отгрузила 40,2 млн сматрфонов. 47% продано в США и лишь 17% в Китае, где у ZTE никогда не было огромных прибылей из-за жесткой конкуренции с местными компаниями вроде Huawei, OPPO и Xiaomi. Аналитик добавил, что в настоящее время будущее ZTE в Штатах выглядит скверно, так как некоторые операторы связи просто отказываются от сделок с компанией из-за нехватки у нее комплектующих.

Судя по поиску на официальном сайте американского оператора сотовой связи T-Mobile, компания уже отказалась от продаж моделей ZTE. Wall Street Journal сообщает, что в AT&T оценивают влияние санкций, наложенных на китайскую компанию. Некоторые более мелкие операторы, предлагавшие относительно доступные телефоны ZTE наряду с моделями от Apple и Samsung, находятся в поиске альтернативных вариантов: исполнительный директор виртуального сотового оператора Consumer Cellular Джон Марик в недавнем интервью Forbes рассказал, что его компания больше не сотрудничает с ZTE и ведет переговоры с другими поставщиками, способными заменить китайскую компанию.

Цзя добавил, что разрыв отношений с партнерами ставит ZTE в сложное положение, учитывая тот факт, что на рынке США большинство смартфонов распространяется сотовыми операторами. То, что ранее в ZTE сконцентрировались именно на продажах в США, а не в Китае, лишь усиливает этот эффект – в КНР шансы на прорыв остаются незначительными.

«Если компания не сможет быстро разобраться с проблемами, вызванными санкциями, то все больше операторов будет закупать устройства у других производителей, – заявил Цзя. – Возвращение этих каналов продаж может занять у ZTE довольно много времени».

Американские поставщики ZTE также пострадали. К примеру, Qualcomm потеряет примерно $500 млн: в ZTE использовали процессоры этой фирмы в 65% своих устройств. Стоимость одного процессора варьируется от $15 до $20.

Поставщик оптических элементов Acacia Communications, 30% продаж которой в прошлом году пришлось на ZTE, сообщила в своем отчете, что подчинится запрету американских властей на продажу комплектующих китайской фирме, а следовательно, не ждет каких-либо доходов от экс-партнера. В ZTE не ответили на просьбу Forbes прокомментировать ситуацию.

Конкуренты ZTE смогут воспользоваться ситуацией?

Вероятно, да. Некоторые из давних партнеров ZTE отказались от сделок с компанией из-за опасений в том, что она не сможет обеспечить поставки продукции. По мнению аналитиков, восстановить отношения с этим партнерами будет непросто, поскольку конкуренты ZTE постараются занять ее место.

К примеру, телекоммуникационный бизнес ZTE также получил серьезный удар. Кроме Китая решения компании широко используются на территории Африки. Главный аналитик шанхайского консалтингового агентства ICwise Гу Вэнцзюнь отметил, что ZTE удалось завоевать большое количество клиентов, предложив тем более дешевые альтернативы, чем у их конкурентов из Cisco и Ericsson. При этом сервисы компании работали без перебоев в чрезвычайных ситуациях, вроде эпидемии лихорадки Эбола в Западной Африке в 2014 году.

Теперь же крупнейший телекоммуникационный оператор региона MTN сделал заявление о том, что разрабатывает запасной план из-за наложенных на ZTE санкций, поскольку в компании используют множество продуктов китайской корпорации. По словам Гу Вэнцзюня, это открывает для конкурентов ZTE возможности по увеличению доли на американском рынке.

«В отсутствие ZTE операторы определенно рассматривали бы аналогичную продукцию от Cisco и Ericsson», – заявил он, добавив, что сложная ситуация с ZTE, обусловленная санциями, несомненно повлияет на их будущие планы закупок.

Что касается рынка смартфонов, то вице-президент по продажам американского подразделения китайской производителя смартфонов Coolpad Чарльз Парк заявил Bloomberg, что его компания рассчитывает увеличить поставки телефонов в США до 6-7 млн устройств. В этом году Coolpad, доля которой на американском рынке составляет 3%, ожидает поставить в Штаты 4 млн гаджетов.

Coolpad уже сотрудничает с MetroPCS, T-Mobile и Amazon и ведет переговоры о продаже устройств с Verizon и AT&T. «Те трудности, с которыми столкнулись ZTE и Huawei открывают для нас некоторые возможности, хотя и не меняют нашу основную стратегию», – заявил Парк в беседе с корреспондентом Bloomberg.

Что теперь будет с ZTE?

Вскоре после введения санкций президент США Дональд Трамп написал в твиттере о том, что он совместно с главой КНР Си Цзиньпином ведет работу над возвращением ZTE к жизни. Тем не менее, компания уже понесла огромные убытки, а под вопросом находится само существование ZTE. «В Китае было потеряно слишком много рабочих мест. Министерство торговли поручено разобраться с этим», – написал Трамп.

Кроме того, имидж и перспективы ZTE в США получили серьезный удар и без санкций еще в феврале. Тогда руководители главных спецслужб страны, АНБ, ФБР и ЦРУ, выступили с рекомендациями для американских граждан отказаться от использования смартфонов Huawei и ZTE. Силовики мотивировали это тем, что устройства могут использоваться китайскими властями для скрытого шпионажа. В мае министерство обороны США запретило продажу на американских военных базах устройств от ZTE и Huawei.

В официальном заявлении ZTE о прекращении операционной деятельности сказано, что у компании «есть достаточный объем денежных средств, и компания остается приверженной выполнению коммерческих обязательств».

Как сообщает Wall Street Journal, в ZTE рассчитывают возобновить работу, если компании удастся найти новых поставщиков. Издание сообщает, что китайский телекоммуникационный гигант может перейти на использование процессоров от MediaTek – в ее чипсетах используются американские технологии, однако тайваньской компании удалось получить разрешение на торговлю с ZTE. Другой вариант – переход на чипы Exynos от Samsung, указывает Reuters.

Но в первую очередь судьба ZTE зависит от переговоров между США и Китаем. В начале недели вице-премьер КНР Лю Хэ прибыл в Штаты, чтобы обсудить торговлю между двумя странами с министром финансов США Стивеном Мнучином. Ожидается, что переговоры продлятся пять дней. По данным источников Washington Post, ситуация c ZTE может стать разменной монетой: в администрации Трампа готовы помочь китайской компании вернуться на рынок США взамен на смягчение пошлин для американской сельскохозяйственной продукции.

Однако независимо от итогов переговоров убытки ZTE уже напомнили Китаю о его зависимости от иностранных технологий. Пекин объявил о ряде мер, направленных на поддержку своего высокотехнологичного сектора – так что возможно, в будущем китайские смартфоны будут оснащаться китайскими же комплектующими.

«Зависимость от ключевых технологий – наша самая большая скрытая проблема, – заявил в прошлом месяце Си Цзиньпин. – Наша миссия – овладеть ими. Быть сильно зависимыми от зарубежных ключевых технологий – это как построить дом поверх чужих стен. Неважно, насколько великим и прекрасным он будет: во время шторма он не устоит».

Уже прошло больше года, как я забыл про выходные дни. Все в моем графике перемешалось и сдвинулось, порой я забываю, как я жил до этого. Спорт ушел на второй план, я успел только выполнить очередной half-ironman в прошлом мае, а потом затянуло окончательно. Это не новый проект и не третий ребенок в семье. Просто в прошлом году я поступил на программу MBA. Мечты и реальность, все же, разошлись: там, где я ожидал прорыва, ничего не произошло, зато выгоды оказались в совсем неожиданных направлениях.

Моя история с MBA началась очень давно, я задумался о поиске программы в 2015-ом. Поначалу казалось, что рассматривать программу в России и вовсе не стоит, я питал иллюзорные надежды уехать учиться за границу. Даже не прикинув на коленке бюджета, сразу задумался над поступлением: изучал сайты программ различных заведений, узнал, что есть в природе GMAT (тест для обучения в бизнес-школе) и обязательный для поступления языковой TOEFL.

Уровень моего английского тогда оставлял желать лучшего. Поэтому первое, что я сделал, — пошел изучать язык заново, начал смотреть все фильмы только на английском, на нем старался читать и книги. Когда же я пристально посмотрел на GMAT (даже учебник заказал на Amazon), то сразу понял сложность задачи и отступил. Да, отступил. Я не готов был потратить столько времени на подготовку. Текущий бизнес и семья важнее, твердо решил я. Тогда же начал смотреть на программы в России. Пробой пера было, конечно же, поступление в «Сколково». Прошел тесты, собеседование, сдал английский, но грант я так и не получил. Заплатить за обучение полную сумму в евро я не мог, немного отчаялся и постарался забыть на время про MBA.

Через год я наткнулся на статью, где речь шла о рейтингах MBA в России, так и нашел подходящую мне программу. Критерии были простыми. Во-первых, программа обязательно на английском — вывести язык на новый уровень, довести его до совершенства, читать книги на языке было моей мечтой. Во-вторых, модульное обучение, так как жить в Москве ради этого в мои планы не входило. В-третьих, стоимость не должна была превышать 1,5 млн рублей. И, наконец, в-четвертых, программа должна иметь международный диплом, то есть аккредитацию. В выбранной мною программе все сложилось один к одному и я был готов окунуться с головой во все новое.

Обучение началось в апреле 2017 года, как говорят, с места в карьер. Модули обучения шли один за другим каждые две недели. Например, ты учишься 2-4 дня с утра до вечера с перерывом на обед. Я вообще не очень люблю сидеть на месте, поэтому первое время концентрироваться на предмете в течение долгого времени было пыткой. Постоянное желание заглянуть в телефон или компьютер не оставляет меня до сих пор. На модуле в основном дают теорию, причем подразумевается, что ты уже готов ее воспринимать. Заранее, через специальный портал, раздают материалы для ознакомления. Иногда там пусто, а иногда список кейсов и книг для прочтения тянется далеко вниз. После модуля дается задание и всего три недели на выполнение. Вы думаете, это много? Отнюдь. Когда модули два раза в месяц, то после окончания одного уже наступает время сдавать задание по предыдущему модулю. Выходит, что учеба постоянно присутствует в твоей жизни.

Впервые в жизни я столкнулся с понятием «плагиат». Точнее я сам наплодил плагиат. Признаюсь, что первую серьезную работу я наполовину списал из интернета. Толком не разобравшись в цитировании и правилах использования чужих идей, я в итоге получил 0 баллов. «В награду» за это весь летний отпуск я переписывал задание по International Marketing. Еще одна особенность итоговой оценки, это весы между различными заданиями. Например, тест на модуле идет за 40%, а домашнее задание за 60%. Таким образом, я провалил дисциплину под названием Innovation: не справился с тестом, хотя домашнее эссе сделал достаточно хорошо. Как результат — в новогодние каникулы я все переписывал. Мне понравился подход профессора из Франции: когда я написал ему, что завалил тест на модуле, я аргументировал это тем, что мне не повезло, имея в виду то, что просто «не угадал с ответами». Профессора это сильно удивило, и он прямо указал мне на то, что на модуле вместо учебы я занимался своими делами, поэтому и результат такой. В этом разница систем образования: я привык думать, что несдача экзамена может быть связана с везением, а в представлении француза удача никак не может влиять на результаты, только усердие и концентрация.

Очень увлекательная часть обучения — это выезд на специализацию в главный кампус школы во Францию. Это было мини-приключение с огромным количеством вызовов. Неделя напряженной работы с утра до вечера в группах, где собрались люди из абсолютно разных стран. Моя специализация — «Инновации». Повезло, что группа была всего 9 человек, поэтому отсидеться не удалось. Состав очень разнообразный, студентов различных программ перемешали. Так, наша группа состояла из представителей России, Швейцарии, Индии, Кореи и США.

Моим напарником был Алекс из США, и только благодаря его работе мы выглядели достойно (в следующий раз я буду усерднее учить язык и изучать кейсы). Интересно, что ребята с местной full-time-программы очень сильно отличаются от нас — тех, кто уже давно работает и может учиться лишь part-time. Мало опыта, «книжные» представления о бизнесе, сильное желание остаться во Франции и найти работу, с другой стороны — мастерство презентации и комплексный подход к решению учебных задач. Надо было лучше готовиться! Материал был, но я осилил лишь половину. Зато когда оказался в процессе, пришлось догонять по ходу дела, а это очень тяжело. Любая свободная минута — ты читаешь кейсы. Пять дней рабочего стресса открывают какие-то новые возможности в организме, как в триатлоне!

Однако по результатам только первого года, я могу сделать определенные выводы. Мой английский язык стал лучше лишь в некоторых аспектах, но существенно вырос словарных запас, беглость чтения. Навыки письма и разговора так и остались на прежнем уровне. Домашние задания выполняются на английском языке, но мой уровень не дает прыгнуть выше головы, пишу довольно просто и с русскими конструкциями (несмотря на это, профессора пока что еще меня понимают).

Во-вторых, я привык жить и работать в другом ритме и с другой нагрузкой. Обучение в выходные, да еще два перелета из Ижевска в Москву и обратно, а в понедельник опять на работу. Все это требует огромной концентрации сил: надо успевать гораздо больше и быстрее, домашние задания, которые валятся на тебя одно за другим, не оставляют выбора.

Третий вывод — самый важный. Признаться честно, многое из программы обучения мне знакомо в том или ином виде. Помогают 15 лет предпринимательства за плечами и сотни прочитанных книг. Где-то нахожу для себя новые фишки, а что-то вообще не нравится и ужасно скучно. Но! Неожиданно для себя я получил огромный синергетический эффект для собственного бизнеса. Будто творческая и мозговая активность открываются и начинают беспощадно сыпать идеями: после каждого модуля я привожу 10-20 новых заметок и идей для своих проектов. В процессе учебы я нашел несколько новых направлений и решился на серьезные преобразования. Кто бы мог подумать, что главный плюс будет в этом?

Впереди еще год, большая выпускная работа, модуль по специализации. Надеюсь, эффект от всей этой затеи превзойдет все мои ожидания, как и от процесса обучения на MBA.

Суд Сан-Хосе, штат Калифорния, признал компанию Samsung виновной в нарушении патентных прав Apple на дизайн и технологии смартфонов. Теперь Samsung должен будет выплатить американскому конкуренту $539 млн, пишет Bloomberg. Как развивались события в этом случае и какие потери обычно несут технологические компании в ходе разбирательств?

Суд установил, что южнокорейская компания нарушила три дизайн-патента Apple — на защитное покрытие округлых углов своих телефонов, рама, которая окружает переднюю панель, и расположение иконок на экране, — плюс два патента «на полезность» или «на изобретение». В частности, в деле фигурировали такие технологии как «bounce-back», «pinch-to-zoom». Технология «pinch-to-zoom» дает владельцу возможность увеличивать картинку движением двух пальцев по экрану, а «bounce-back» заключается в том, что картинка отскакивает назад в момент, когда пользователь отпускает ее.

Изначально, в 2011 году, Apple требовала около $1 млрд за нарушение патентов, вырученные с продажи смартфонов Samsung, в которых использовались запатентованные технологии и дизайнерские решения, в то время как компания Samsung утверждала, что должна заплатить всего $28 млн, потому что технологические компоненты и элементы дизайна — это не все устройство, а только малая его часть.

В конце 2015 года суд снизил сумму иска до $548 млн плюс судебные издержки и дополнительные расходы, в марте 2016 года, после апелляции — до $399 млн. После этого дело поступило в Верховный суд США, но было возвращено в окружной суд для пересмотра решения. Оно и было вынесено сегодня: сумма выплаты повысилась на $140 млн.

Возможно, это еще не конец истории — представители Samsung не исключили, что решение суда будет обжаловано. А вот в Apple, кажется, решением остались довольны, для них суть этого дела была в большем, не просто в деньгах. «Мы глубоко убеждены в ценности дизайна. Наша команда неустанно работает над созданием инновационных продуктов, которые радуют наших клиентов», — прокомментировали в Apple решение суда. Bloomberg пишет, что независимые юристы назвали вердикт «большой победой» для Apple, потому что постановление Верховного суда фактически было вынесено против роста суммы возмещения убытков, но в итоге она увеличилась.

Битвы за патент

Этот патентный спор между Apple и Samsung был далеко не единственным: например, в начале 2014 года калифорнийский суд обязал Samsung выплатить Apple $120 млн за нарушение патента на синхронизацию данных, а также патента на технологию «slide to unlock», запатентованную Apple с выходом первого iPhone в 2007 году.

Apple также нарушала патенты Samsung, например, связанные с работой фотокамеры. Правда суд определил сумму выплаты всего лишь в $158 000. В 2013 году Комиссия по международной торговле США (ITC) призналанарушение компанией Apple патента корейской Samsung и наложила запрет на импорт iPhone 4, iPhone 3GS и планшетах iPad 3G и iPad 2 3G.

В конце августа 2012 года года очередное патентное разбирательство, но уже в суде Южной Корее завершилось ничьей: суд признал нарушения патентов за обеими компаниями. Согласно вердикту, Apple нарушила два патента Samsung, касающиеся беспроводной передачи данных. Apple обязали выплатить штраф в размере $35 400, Samsung — в размере $22 125. Также суд ввел запрет на продажу устройств iPhone 3GS, iPhone 4, iPad 1 и iPad 2 и гаджетов Samsung, включая Galaxy S, Galaxy SII и Galaxy Tab, на территории Южной Кореи. Впрочем большого ущерба производителям этот запрет не нанес — устройства уже морально устарели и не являлись важными для компаний.

В общей сложности обе компании подали друг на друга более 30 исков в разных странах мира. Чтобы как-то регулировать эти процессы, американская Apple и южнокорейская Samsung договорились отозвать все патентные иски друг к другу, поданные в суды за пределами США. Разбирательства параллельно велись в Южной Корее, Австралии, Японии, Германии, Нидерландах, Великобритании, Франции и Италии.

Замкнутый технологический цикл

По большому счету, Apple и Samsung — враги и партнеры одновременно: они закупают комплектующие у одних и тех же поставщиков, более того, до 2017 года Samsung поставлял Apple чипы для мобильных устройств. То есть повысив стоимость чипа на несколько центов, Samsung мог компенсировать свои потери за счет объемов продаж еще до 2017 года.

Компании делят первые две строчки в рейтинге мирового рынка смартфонов IDC по объемам продаж: Samsung (317,7 млн единиц, проданных за 2017 год) на первом месте, Apple (215,8 млн единиц, проданных за 2017 год) — на втором. На третьем месте рейтинга — китайская компания Huawei (в 2017 году она продала 154,2 млн смартфонов). Все три компании воюют за долю рынка, за прибыль и за нового покупателя, которых на рынке становится меньше — согласно тому же рейтингу, в 2017 году рынок смартфонов снизился впервые с 2009 года. Это означает, что тех, кто все еще остается без смартфона в мире становится все меньше, и компании начинают искать новые возможности получения прибыли, например через судебные решения.

Несмотря на то, что рынок смартфонов больше не растет, Apple и Samsung, вероятно, останутся конкурентами и в будущем, но уже в новых категориях, таких как беспилотные автомобили, очки дополненной реальности, умные колонки и другие устройства IoT, а также в разработке программного обеспечения для искусственного интеллекта.

Локальные конфликты

Помимо войны друг с другом, Apple и Samsung и многие технологические компании также ведут патентную борьбу с «патентными троллями». Последние не стали разрабатывать продукты, а решили сразу «заработать» альтернативным способом — через суды.

Например, компании VirnetX в апреле 2018 года удалось выиграть суд у Apple на $502,6 за нарушение патентного права на технологию видео-звонков, использованную в FaceTime, и iMessage. Дело было открыто еще в 2010 году. Тогда холдинг VirnetX (формально занимается телекоммуникационными решениями) предъявил Apple иск на $900 млн. Осенью 2017 года суд постановил, что Apple должна выплатить VirnetX $439,7 млн, весной к этой сумме добавились еще $502 млн. Штраф был назначен, исходя из данных о продаже около 400 млн устройство Apple. Вряд ли Apple оставит это решение без обжалования.

Помимо Apple, VirnetX периодически ведет патентные споры с Cisco Systems, Microsoft (удалось отсудить $200 млн) и Motorola (удалось отсудить $106 млн). VirnetX как раз из тех компаний, которые ничего не производят, но являются организацией, получающей патенты и строящей бизнес-модель исключительно на исках к другим компаниям.

Самой компании Apple приходилось отбиваться от Nokia, Motorola, HTC и Kodak. Nokia обвиняла Apple в незаконном использовании 10 патентов. Американцы подали встречный иск. Разбирательство длилось два года и закончилось подписанием соглашения о патентной лицензии. Motorola подала иск за использование семи патентов, касающихся воспроизведения видео- и аудиофайлов, напоминании о местонахождении и ряда других функций. Apple готовы были платить по $1 с каждого проданного устройства. После того как Google купил купила Motorola Mobility за $12,5 млрд, Apple и Google согласились прекратить все текущие судебные процессы, которые существуют непосредственно между двумя компаниями и в дальнейшем работать вместе. С HTC американская компания также обменялась исками за использование патентов. В итоге компании заключили договор о взаимном лицензировании патентов.

В январе 2012 года компания Kodak подала патентный иск против компаний Apple и HTC, обвинив их в нарушении четырех патентов, связанных с передачей цифровых изображений. Kodak потребовал прекратить продажу смартфонов и планшетов двух компаний и возместить убытки. Для Kodak это был последний шанс: за 2011 года ее акции подешевели на 91%, и 19 января Kodak подал официальное заявление о банкротстве. Так что это судебное разбирательства с участием Apple закончилось, даже не успев начаться. Впрочем, в декабре 2012, Kodak согласилась продать свой портфель из 12 патентов на цифровые изображения консорциуму за $525 млн, сообщив, что будет использовать выручку от продажи для погашения задолженности по банкротству.

Samsung в свою очередь судился со шведской Ericsson за патенты: у компании было лицензионное соглашение, но когда его срок истек, шведы поспешили подать иск. А финская Nokia добилась в судебном порядке запрета на продажи флагманского смартфона HTC One в Нидерландах из-за запатентованных компонентов микрофона.

Все средства хороши

Но все это меркнет перед тем, какую силу в вопросе отношения различных компаний имеют политические решения. В апреле 2018 года Министерство торговли США запретило китайскому телекоммуникационному гиганту ZTE приобретать американские продукты в течение семи лет, сославшись на нарушения соглашения о санкциях, заключенного в прошлом году. Это тут же ударило по другой американской компании — производителю чипов Qualcomm, потому что китайская ZTE была одним из ее покупателей. В ответ на американские санкции, китайская антимонопольная служба затормозила рассмотрение покупки Qualcomm датской компании NXP, поскольку многие китайские компании являются ее покупателями.

В случае дальнейшего нарастания напряжения, крайней вновь может оказаться Apple: многие из ее устройств собирают в Китае, потому что это дешевле. Более того, если в Китае запретят продажу продукции Apple, то никакие патентные споры не смогут покрыть убытки от потери одного из крупнейших мировых рынков сбыта. Возможно, эти факторы были приняты во внимание, или китайцы пошли на компромисс, но Трамп намекнул в твиттере, что и этот конфликт можно было уладить. Мир высоких технологий немыслим без компромиссов и договоров, слишком повязаны его участники.

Каждый предприниматель, ведущий бизнес с КНР, знает: в этой стране можно найти все. Но выбрать наиболее экономически привлекательный предмет торговли из огромного разнообразия того, что производится в Поднебесной, — задача сама по себе непростая. А когда решение принято, начинается следующий этап, и он оказывается еще сложнее: найти надежного поставщика, который сможет не только изготовить нужную продукцию на высоком уровне, но и отправить ее заказчику, не сорвав сроки, и при этом сделать все по адекватной цене. Учитывая, что Китай — третья по величине и первая по количеству населения страна мира, поиск подходящего производства мог бы обернуться для предпринимателя в буквальном смысле делом всей жизни. Торговое сотрудничество китайского и российского бизнеса стало одной из основных тем для дискуссий в рамках ПМЭФ-2018.

К счастью, прагматичные китайцы не оставили проблему без решения: каждая из двадцати трех провинций, на которые делится Поднебесная по административно-территориальному признаку, имеет собственную специализацию. Такой подход существенно упрощает задачу зарубежным бизнесменам, которым остается вооружиться «производственной картой» китайских провинций и можно отправляться в путь.

Гонконг

В первую очередь, это город высоких технологий, новинок и разработок. Если в период с 40-х по 80-е гг. доминирующим сектором здесь была промышленность, то сейчас свыше 90% от ВВП Гонконга занимает сфера услуг. Основной сложностью для предпринимателей при ведении бизнеса с Гонконгом становится транспортировка продукции отсюда. Так как Гонконг является свободной экономической зоной, то для провоза закупленных в этом городе товаров через Китай необходимо оформлять таможенные документы и платить налоги. В Гонконге можно покупать высокие технологии, новинки и разработки из разных сфер, но, в первую очередь, конечно, это касается IT и техники. Также в Гонконге больше развит сектор услуг, а не товаров, из-за сложностей с вывозом последних (таможенные документы и налоги).

Шанхай

Расположенный на востоке Китая город является важнейшим финансовым и культурным центром страны, а также крупнейшим в мире морским портом по объему грузооборота. Здесь особенно развито производство автомобилей (в городе находятся заводы Shanghai Volkswagen и Shanghai General Motors), компьютеров и бытовой электроники (LG Electronics), телекоммуникационного оборудования (Ericsson и Nokia), дорожно-строительной техники (Sandvik). Также здесь располагаются нефтехимические и химические заводы, машиностроительные предприятия, молочная фабрика и бумажное производство.

Гуанчжоу

Столица густонаселенной провинции Гуанду, которая считается лидером по объему экспорта. Гуанчжоу с населением свыше десяти миллионов человек входит в тройку крупнейших городов Китая и по праву считается «городом моды». Здесь предприниматели найдут широкое разнообразие косметики, часов, одежды и обуви и крупнейшие шубные фабрики. Другое направление, которым славится Гуанчжоу — изготовление изделий традиционного искусства и народных ремесел, а именно расписной и перегородчатой эмали, резьбы по слоновой кости, вееров, зонтов, вышивки. Кроме этого, здесь дважды в год проходит знаменитая Кантонская ярмарка — промышленная выставка, которая занимает третье место в мире по объёму заключаемых сделок.

Шеньчжень

Город в провинции Гуандун, на который стоит обратить внимание бизнесменам, интересующимся электроникой и электротехнической продукцией. Среди огромного количества промышленных предприятий и производств, расположенных здесь, есть в том числе заводы крупнейших мировых брендов: Huawei, Lenovo, IBM, Hitachi, Seiko Epson, Sanyo, Fuji Xerox, Samsung и другие. Кроме бытовой техники, телекоммуникационного оборудования, мобильных телефонов, компьютеров и комплектующих к ним, в Шеньчжене производят высокоточное медицинское оборудование.

Фошань

Этот город можно считать мебельным центром Китая. Всего в городе и его окрестностях расположены свыше трех тысяч фабрик по производству мебели, фурнитуры и сопутствующих материалов, но самая высокая концентрация этой продукции — в двух огромных торговых центрах: Foshan International Furniture Expo Mall и Louvre Furniture Mall. Здесь можно найти всю мебель, которая будет востребована на рынке России: мягкую, корпусную, кухонную, для ванной комнаты, для офисов, гостиниц и так далее.

Сычуань

Вторая после Гуандун густонаселенная провинция Поднебесной также расположена на юге страны. Она известна не только сычуаньским перцем — пряной вкусовой добавкой, которая является основным ингредиентом одноименного нашумевшего соуса, — но и развитым сельским хозяйством — выращиванием риса, пшеницы, кукурузы, семечек. Также провинция является лидером Китая по производству свинины и занимает долю свыше 20% от общего количества производства вина в стране.

Цзянсу

В этой провинции предпринимателей ждут многочисленные производители шелка и текстиля. Кроме этого, в Цзянсу расположены фабрики электротехники, инструментов, станков и малого оборудования. Здесь также развита химическая промышленность, в особенности производство изделий из резины, и металлургия.

Иу

Самый известный среди предпринимателей город провинции Чжэцзян. Он по праву считается «королем мелкого опта». Здесь представлен самый большой в мире рынок товаров народного потребления — Футьен. На территории трех километров и пяти секторов торговых площадей располагается более ста тысяч магазинов с разнообразной продукцией.

Шаосин

Этот город провинции Чжэцзян еще называют «китайским текстильным городом». Здесь расположено более 30 000 фабрик по производству и обработке всех видов ткани, свыше 4 000 гектаров торговых площадей, а также логистический распределительный центр текстильной промышленности, откуда продукция отправляется в разные страны мира.

Цзилинь

На северо-востоке КНР располагается провинция Цзилинь, или иначе Гирин, где занимаются производством деревянных бочек, трав для китайской медицины, грибов, винограда и рыбы. В этом же регионе находится провинция Ляонин, известная сельским хозяйством, морепродуктами, табаком, полудрагоценными камнями и картинами

Пекин

В столице Китая сосредоточены практически все государственные предприятия страны и находится множество штаб-квартир различных корпораций. В последние годы Пекин приобретает всё большую известность в качестве центра инновационного предпринимательства и успешного венчурного бизнеса. Здесь регулярно проходят крупные международные форумы, конференции и другие деловые мероприятия, участие в которых принимают не только политики, но и бизнесмены.

Другие провинции Китая представляют собой не меньший интерес для предпринимателей из разных стран: в каждой из них бизнесмены смогут найти массу привлекательных товаров для успешного развития своего дела. Например, на юге-западе страны, в Тибете, прославленном своей медициной, также располагаются фабрики и заводы по производству тростника, кожаных изделий, текстиля, запчастей.Однако, планируя поездку в тот или иной регион КНР, следует учитывать не только его производственную специфику, но и особенности проживающих на этой территории народов.