Интимный разговор. 2.7 Предвестие
Вынырнув из метро, Ыйхён слегка стушевался. Громады небоскрёбов, словно наперегонки тянущихся вверх, заслоняли небо. Десятиполосная дорога, забитая машинами в самый разгар дня, и ухоженные тротуары наводили на мысли об отлаженном, безжизненном механизме.
В лабиринте однотипных высоток Ыйхёну удалось найти дорогу только благодаря навигатору в телефоне. Шёл он в редакцию газеты «Чхонхва», на встречу с Ким Джихи.
Времени оставалось с запасом: опасаясь опоздать, Ыйхён вышел заранее. Но сообщать Джихи о своём прибытии он не стал, а направился прямиком в кафе при редакции. Раз она предложила встретиться здесь, значит, была по горло завалена работой. Так что стоило проявить терпение и подождать.
Ыйхён заказал чай юджа, устроился за одним из столиков и достал из сумки сценарий. Даже не скажешь, что его выдали всего четыре дня назад – весь перемятый, с загнутыми уголками страниц. Свои реплики Ыйхён уже выучил, но хотел перечитать всё ещё раз до прихода Ким Джихи.
[Прим.: чай юджа – традиционный корейский напиток, который готовится из цитрусового фрукта юджа (похожего на помело или гибрид мандарина и лимона), смешанного с сахаром или мёдом в виде густого сиропа или варенья, который затем разбавляют горячей водой.]
Ближе к финалу дорамы его роль становилась весомее и требовала более глубокой игры. Для некоторых сцен требовалась и физическая подготовка. Ради большей достоверности он решил отказаться от каскадёра, и это, конечно, только прибавило забот.
Ыйхён настолько погрузился в чтение, что не заметил, как кто-то подошёл. Он поднял голову только когда услышал над ухом голос Ким Джихи: «Уже пришёл?» Без макияжа и в очках с толстой оправой она выглядела непривычно. Покрасневшие глаза и тусклая кожа выдавали недосып.
— Долго ждал? — выдохнула Ким Джихи, практически ложась грудью на стол.
— Нет. Я сам только что пришёл.
— Врёшь, — она бросила на него насмешливый взгляд и выпрямилась. Не спрашивая, Ким Джихи забрала чашку Ыйхёна и одним долгим глотком осушила её.
— Чай уже, наверное, совсем остыл. Заказать вам новый?
— Не надо. Я столько кофе выпила, что аж мутит. Это просто чтобы перебить вкус... Ну что? — она быстро перешла к делу. — Актёр Чон, ты сам предложил встретиться. Что же такое стряслось?
— Хотел с вами посоветоваться.
— В общем, пока ещё ничего не решено, поэтому…
— Поняла. Рот на замке, — Ким Джихи приложила указательный палец к губам и заговорщицки подмигнула. От предвкушения на её бледном лице проступил лёгкий румянец.
Ыйхён помедлил, подбирая слова, и наконец выговорил:
— Вчера мне позвонили из «ТАП». Представились их кастинг-менеджером.
— Подожди, «ТАП»? Международное развлекательное агентство «ТАП»?
— Что значит «кажется»? И с чего вдруг они с тобой связались?
— Сам не понимаю. Вчера вышла первая серия «Монстра», и сразу после её завершения мне позвонили. Сказали, что их директор впечатлён моей игрой.
— Уточнили, состою ли я в каком-нибудь агентстве, и предложили взять на себя мой менеджмент…
— А-а-а! Поздравляю! — не дав ему договорить, Ким Джихи радостно вскрикнула. Она протянула обе руки и крепко обняла Ыйхёна за шею.
От её внезапного порыва сотрудники кафе покосились на них. Ыйхён густо покраснел и потупился. «Журналист Ким…» – пробормотал он, пытаясь унять её восторг.
Она отпустила Ыйхёна и расправила плечи.
— Я знала, что наш актёр Чон когда-нибудь да выстрелит! Аха-ха-ха! — она торжествующе рассмеялась, сияя так, будто это был её собственный триумф.
Однако тот, кому на самом деле стоило ликовать, вовсе не выглядел счастливым.
— Актёр Чон, ну что за выражение лица? Ты сейчас должен светиться, как человек, сорвавший джекпот.
— Просто я ничего толком не знаю об этом агентстве. Да и звонок оказался слишком неожиданным.
— Хм, ну… О «ТАП» правда мало что известно. Поисковики выдают только то, что это агентство Чха Ильчжу. Но поговаривают, что у них сильные покровители – некий американский конгломерат. В общем, они не из тех, кто будет выжимать из артиста последние соки ради прибыли. В Корее они, можно сказать, новички, но если заключат здесь больше эксклюзивных контрактов, быстро расширятся.
— Почему они связались именно со мной?
— Видимо, твоя игра пробрала их до мурашек. Я сама ещё не смотрела – последние два дня замоталась из-за работы и бесконечных корпоративных попоек. Но даже не сомневаюсь, что ты выложился на все сто.
— Вот именно. Значит, всё отлично. Актёр Чон, ты всегда выдаёшь именно ту игру, которая требуется. Знаешь, по-настоящему одарённых актёров ведь очень много, но только малая часть из них получает признание. Не зря говорят, что для успеха нужна удача. Одних стараний недостаточно, в таком уж мире мы живём. Без признания и поддержки долго не протянешь.
— С какой стороны ни посмотри, это хорошее предложение. Учитывая, что «ТАП» до сих пор не подписали никого, кроме Чха Ильчжу, они очень избирательны. И, что важно, у тебя появится менеджер. Не придётся думать ни о чём постороннем, ты сможешь полностью сосредоточиться на своей игре.
Ыйхён молча слушал. Даже получив золотой билет, он не мог по-настоящему порадоваться. Никак не может поверить? Или, скорее, недоумевает, почему такая удача досталась именно ему. Даже жемчужина начнёт считать себя обычным камнем, если слишком долго пролежит в грязи.
С сожалением Джихи решила сменить подход:
— Ты всегда так отдавался игре – комар носа не подточит! И кто-то в «ТАП» это заметил.
Человек, который понял, сколько сил и размышлений Ыйхён вкладывал в каждую реплику. Он всегда считал, что актёрство – удел одиноких. Никто не подскажет, как правильно, ведь готовых ответов нет. Приходится самому прокладывать свой путь.
Однако нашёлся тот, кто разглядел упорство Ыйхёна. Сердце, скованное сомнениями, забилось быстрее. От странного предвкушения у него закололо в ладонях. Ким Джихи мгновенно уловила перемену в Ыйхёне.
— Неужели ты не хочешь познакомиться с этим человеком? Узнать, кто именно это был?
— Вот и иди. Это они в тебе заинтересованы, так что расправь плечи и выше нос, — она игриво приподняла его подбородок.
— Пустяки. Я так, сторонний наблюдатель, ничего существенного сказать не смогу. Но если тебе интересно, как устроена работа в «ТАП» и их условия, разве не стоит спросить кое-кого другого?
Ыйхён тихо ахнул. Он сразу понял, на кого намекает Ким Джихи. Поэтому её следующие слова оказались абсолютно предсказуемыми:
По дороге домой Ыйхён закупился продуктами. Почистил морковь, лук, картофель и нарезал их кубиками. Удалив хрящи из куриной грудки, замариновал её в рисовом вине с чесноком, солью и перцем. На сковороду с раскалённым маслом высыпал подготовленные ингредиенты. Когда лук стал прозрачно-золотистым, Ыйхён добавил немного воды и карри, после чего оставил всё томиться под крышкой. Вскоре по дому распространился насыщенный пряный аромат.
Чтобы содержимое сковородки не пригорело ко дну, он постоянно помешивал его деревянной лопаткой, одновременно глядя в маленькое кухонное окно. Взгляд был пустым, направленным в никуда. Рука сама потянулась к телефону. Ыйхён повертел его в руках и, тяжело вздохнув, отложил в сторону.
Жуя приготовленное карри, он совсем не чувствовал вкуса. Мысли витали где-то совсем далеко.
Погружённый в раздумья, Ыйхён снова потянулся к телефону. Он открыл чат с Чха Ильчжу и начал печатать. То набирал текст, то стирал его, пытаясь подобрать слова. Не замечая, как остывает еда, он наконец закончил сообщение. Оно вышло лаконичным и излишне официальным.
Нажав на кнопку отправки, он сразу перевернул телефон экраном вниз. Затем вновь принялся за карри, которое уже начало застывать. Ыйхён на автомате зачерпывал полную ложку, жевал и проглатывал. Он уже доедал свою порцию, а ответ так и не приходил. Впрочем, неудивительно – Ильчжу наверняка занят.
Грязной посуды было совсем немного: всего-то тарелка, ложка, половник и чашка. Тем не менее он сразу направился к раковине и начал их мыть.
Именно тогда тишину нарушила вибрация. Ыйхён наскоро вытер мыльные руки полотенцем и схватил телефон.
Он вздрогнул. Вместо ожидаемого сообщения от Ильчжу пришёл звонок. Возможно, он воспринял слова «свяжитесь со мной» как просьбу поговорить по телефону? Или решил, что случилось что-то срочное?
«Что же делать?» – замешкался Ыйхён.
Вибрация всё не прекращалась, продолжая бить по натянутым нервам. Причин избегать звонка не было. Он просто растерялся, хотя разговаривал с ним уже не раз. А по телефону, не видя друг друга, должно быть ещё легче.
Ыйхён выдохнул и принял вызов.
— О, сразу ответили. Вы дома? — вопрос прозвучал так естественно, что он, не задумываясь, подтвердил:
Разговор состоялся по инициативе Ыйхёна, но теперь её полностью перехватил Ильчжу.
— У меня сегодня поздняя съёмка. Закончится часов за десять, если не позже.
— А. Тогда, наверное, в следующий раз…
— Замечательно. Значит, можем встретиться ночью?
Ыйхён неловко потёр лоб. Похоже, Ильчжу истолковал его сообщение как намёк на обещанную совместную посиделку.
— Сегодня как раз настроение пропустить по стаканчику. Выбирайте сами, где посидим: можем у вас дома или, если есть местечко на примете, то там. Я приеду сразу, как закончу.
Не мог же он бесконечно принимать эту одностороннюю доброту. Но Ыйхён так торопился отказаться, что слова слетели с языка прежде, чем он успел их обдумать. Хотя они не стояли лицом друг к другу и его замешательство было скрыто от глаз Ильчжу, щёки обдало жаром. Голова невольно опустилась.
— Правда? — выдержав небольшую паузу, мягко уточнил Чха Ильчжу.
Нарастающая тревога разом отступила. И отчего-то возникло предчувствие: Ильчжу сейчас улыбается.
— Да. Скажите, куда подъехать.
— Я пришлю адрес. Думаю, к половине одиннадцатого мы уже закончим, так что приходите к тому времени. Руководитель Хан встретит вас у входа в студию.
Звонок завершился, и Ыйхён шумно выдохнул, словно только что выполнил непосильную задачу. Тело отпустило напряжение, которого он сам не замечал до этого мгновения. Странное дело: Чха Ильчжу не вызывал у него ни неприязни, ни дискомфорта, однако рядом с ним Ыйхён неизменно цепенел. Может, всё ещё не прошло чувство неловкости? Хотя прежде он такой застенчивости за собой не замечал.
Ыйхён вернулся к раковине и домыл посуду. Почему-то в голове всё это время стоял туман.