Интимный разговор. 3.3 Halo Effect
— Обедал, что ли? — спросил руководитель Хан у Чха Ильчжу, только что вышедшего из буфета.
Ким вызвал их в офис, когда они уже заканчивали с утренними делами. Едва Хан успел припарковаться и закурить, как Ильчжу уже и след простыл. На вопрос, где его носило, он не ответил, а вместо этого вдруг спросил:
— Руководитель, как думаешь, какие девушки нравятся Чон Ыйхёну?
Вопрос, как ни посмотри, был странным.
— Что? С чего тебя вдруг заинтересовало?
— Просто подумал, что его типаж может оказаться совсем неожиданным.
Даже если так, руководителя это мало интересовало. Он лишь поторопил Ильчжу:
Саймона Кима, заставившего их бросить все дела и приехать, в кабинете не оказалось. Чха Ильчжу, не теряя времени, по-хозяйски устроился на его диване. Вскоре тишину нарушили приглушённые голоса и топот шагов. Дверь распахнулась и в кабинет вошёл Саймон Ким. Судя по всему, он ненадолго отлучался.
— Уже пришли? — бросил он, на ходу снимая пальто и передавая его секретарше.
В ответ Чха Ильчжу коротко кивнул.
Как только Саймон уселся на диван, его секретарша положила перед руководителем Ханом и Ильчжу подготовленные бумаги. Те молча принялись их изучать.
В документе, оформленном в формате статьи, сообщалось, что Чха Ильчжу предстоит вручить награду на грядущей церемонии KBC Drama Awards, а сопровождать его будет новый артист TAP Agency.
— Что ты затеял? — спросил Ильчжу, отложив бумаги.
— Не «затеял», а выстроил стратегию.
Саймон Ким криво усмехнулся. Руководитель Хан, раскусивший его план, решил уточнить:
— KBC? Канал, на котором выходил восьмисерийник с Чон Ыйхёном?
— Мы теперь в одной лодке. Почему бы не оказать поддержку?
До сих пор Чха Ильчжу ни разу не жаловал вниманием отечественные церемонии. Большую часть времени он пропадал за границей, поэтому пропускал даже те премии, где становился лауреатом. И вот теперь он всё-таки явится – и куда? Даже не на международный кинофестиваль, а на премию местного телеканала. Да ещё и в сопровождении нового актёра из агентства, где, кроме них двоих, больше никого нет.
Шумиха была обеспечена. И учитывая стереотипы, никто даже не усомнится, что спутницей Ильчжу будет женщина. Это только усилит интерес.
Именно поэтому даже после подписания эксклюзивного контракта с Ыйхёном они не спешили сообщать об этом прессе. Саймон Ким всегда безупречно чувствовал момент и умел подогревать интерес публики.
— Другие каналы не станут возмущаться?
— Им явно не понравится, что мы пиарим KBC. Но что поделать? Сами виноваты, что упустили нашего Чон Ыйхёна.
«Нашего Чон Ыйхёна», – Чха Ильчжу с едва заметной усмешкой передразнил Саймона Кима.
— В общем, решено, — отрезал тот, давая понять, что возражения не принимаются. — Ильчжу, я в тебе и не сомневаюсь, но всё же проследи, чтобы информация не просочилась в СМИ раньше срока. И до церемонии осталось всего ничего, поэтому завтра обязательно нужно определиться с костюмами. Руководитель Хан, скорректируй его график.
— Не нужно стараться. Просто сделай.
На такую непрошибаемость Хан только покачал головой, но сразу же вынул телефон и вышел из кабинета. По части оперативности ему не было равных. Следом за ним секретарша удалилась за напитками. Саймон Ким и Чха Ильчжу остались наедине.
Ильчжу расслабленно откинулся на спинку дивана. Запрокинув голову, он устроился поудобнее. Наблюдавший за ним Саймон Ким вдруг озорно ухмыльнулся.
— Ну и как продвигаются дела с Чон Ыйхёном?
— Слышал, вы в последнее время очень сдружились.
Вместо ответа Саймон Ким многозначительно улыбнулся. Чха Ильчжу в упор глядел на него, пока тот наконец не пожал плечами:
— Да просто интересно. Ты же сроду ни к кому не делал первый шаг. Обычно поддерживаешь со всеми хорошие отношения, но сохраняешь дистанцию. А если человек совсем не по душе – понемногу отдаляешься, чтобы не допустить конфликта. Сам же говорил: тебе так проще. Вот я и удивился, чего ты вдруг сошёлся с человеком совсем иного круга.
Выслушав его, Ильчжу тихо хмыкнул. Он медленно потёр большим и указательным пальцами закрытые веки и ответил:
— Таких, как он, в моём кругу и правда нет. С виду совсем мягкий, но чем дольше к нему присматриваешься, тем отчётливее ощущаешь его внутренний стержень. При этом в нём нет ни капли фальши или притворства. Вроде бы ничего будоражащего, но именно эта его уникальность завораживает. Думаю, он мне не скоро наскучит.
— А что ещё нужно? — невозмутимо парировал он.
Саймон Ким хотел возразить, но сдержался. В конце концов, Ильчжу не ребёнок, сам разберётся. И всё же заявлять, что сблизился с человеком только потому, что тот не наскучит…
— Ты хотя бы вслух такое не говори, — предупредил Саймон Ким.
В этот момент дверь отворилась, и вошёл руководитель Хан.
Он неохотно поднялся. С губ сорвался тяжёлый вздох.
Саймон Ким проводил его взглядом и напоследок добавил:
— Пожалуйста, позаботься о Чон Ыйхёне.
Ильчжу вяло кивнул. Он уже взялся за ручку, намереваясь выйти, как вдруг замер. Прямо за дверью стояли Пак Ханён и Ыйхён.
Ыйхён сдавленно выдохнул. Увидев Ильчжу вновь, он испытал смесь удивления и радости. Тот одарил его мягкой улыбкой и попрощался:
Слегка поклонившись ему и Пак Ханёну, он последовал за руководителем Ханом. Вскоре его силуэт растворился за стеклянной дверью. Ыйхён опомнился, лишь когда над его ухом послышался голос менеджера:
Он сам не заметил, что всё это время неотрывно глядел вслед Чха Ильчжу. Пак Ханён постучал по уже открытой двери и вошёл.
Саймон Ким кивком указал на места напротив. Дождавшись, пока они оба присядут, он без промедления перешёл к делу:
— Мы определились с вашим первым выходом. В эту пятницу вы будете присутствовать на церемонии награждения KBC Drama Awards.
Ыйхён и Пак Ханён синхронно вскинули брови.
— Но ведь Чон Ыйхёна даже не номинировали.
— А так важно, получит он награду или нет? Ыйхён, вы впервые за очень долгое время получили главную роль, и она состоялась в дораме этого канала. Нужно обязательно отметиться на их церемонии.
— Но есть ли смысл приходить, если он уйдёт с пустыми руками?
Подобные премии настолько утратили престиж, что их начали насмешливо называть «раздачами наград за явку». Актёру без номинации появляться там было бессмысленно. Саймон Ким, прекрасно осведомлённый об этом, всё равно решительно покачал головой.
— Смысл есть, потому что его будет сопровождать Ильчжу.
Новость ошарашила не только Пак Ханёна, но и самого Ыйхёна.
— Ильчжу ежегодно заваливают предложениями стать приглашённой звездой и вручить какую-нибудь награду. Этот год не исключение. Но церемония KBC – случай особый, ведь именно у них Чон Ыйхён снялся в своей последней главной роли до заключения контракта с нами. СМИ сообщим, что Ильчжу посетит церемонию награждения в сопровождении нашего нового актёра.
Теперь стало ясно, почему Саймон Ким был в таком приподнятом настроении.
— Ограничимся только этим и будем хранить молчание. Только после вашего появления на красной дорожке интерес журналистов и публики будет полностью удовлетворён.
Ыйхёну не хотелось разочаровывать переполненного энтузиазмом Саймона Кима, но скрывать правду тоже было нельзя. После недолгих колебаний он осторожно заговорил:
— Прошу прощения, что перебиваю, но о моём контракте уже знает один журналист.
— Ким Джихи из «Чхонхва». Перед подписанием контракта я сильно сомневался и обратился к ней за советом. Поэтому…
Саймон Ким, ещё секунду назад переполненный воодушевлением, задумался. «Чхонхва» – весьма влиятельное СМИ. Если они опубликуют новость до церемонии, появление Чха Ильчжу потеряет смысл. Он потёр подбородок и пробормотал:
— Видимо, придётся попросить «Чхонхва» сохранить это в тайне, — поразмыслив ещё немного, Саймон Ким изменил решение. — Нет, поступим иначе. Прямо сейчас свяжитесь с журналистом Ким Джихи, объясните ситуацию и предложите ей осветить завтрашнюю примерку костюмов. Разумеется, с условием, что о контракте с Чон Ыйхёном нужно держать в секрете до дня церемонии. Взамен мы обеспечим ей эксклюзив.
— Отличная идея, — Пак Ханён охотно поддержал предложенный план.
Окончательно со всем определившись, Саймон Ким обратился к Ыйхёну:
— Раз вы появитесь вместе, ваши образы должны сочетаться. Завтра отправляйтесь в салон с Ильчжу и подберите всё на месте. А мне потом просто отправите фото, — он выразительно приподнял брови, как бы спрашивая: «Хорошо?»
События развивались слишком стремительно. Ыйхён рассеянно ответил:
Несмотря на то, что за его плечами числилось уже десять лет актёрской работы, наград он ни разу не получал. Даже на церемонии награждения его никогда не приглашали. Оттого и волнение ощущалось таким острым: всё было в новинку, словно он вновь вернулся к началу своей карьеры.