May 2, 2025

Attraction [Притяжение] 7 часть

Сырость пробирала до костей. Жан поежился, пытаясь устроиться поудобнее на жестком, грязном полу. Запястья, стянутые грубой веревкой, саднили, ноги затекли. В темном углу тускло мерцала единственная лампочка, отбрасывая длинные, пляшущие тени на стены заброшенного склада. Жан закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чем-то, кроме холода и боли. Он должен был сохранять ясность мысли. Он должен был придумать, как выбраться отсюда.

Дверь со скрипом отворилась, впуская полоску света и фигуру Натана Веснински. Натан, отец Натаниэля, человек, чье имя наводило ужас на всех, кто его знал. Жан видел его лишь мельком, тот иногда приходил в Эвермор, но даже эти размытые изображения в его голове излучали холодную, безжалостную жестокость.

— Ну здравствуй, Жан Моро, — произнес Натан, его голос был низким и хриплым, словно он долгое время ни с кем не разговаривал. Он остановился напротив Жана, скрестив руки на груди. — Долго же я тебя искал.

Жан прикрыл глаза и про себя усмехнулся. Кажется, эта фраза была для разогрева, потому что зачем его искать? Он всегда в одном месте. Через несколько секунд он поднял глаза на Натана. Веснински смотрел на него и в его глазах не было ни презрения, ни ненависти. Лишь холодное, оценивающее любопытство.

— Зачем? — спросил Жан, его голос был тихим.

— Зачем? — Натан усмехнулся, звук был похож на скрежет металла. — Ты задаешь глупые вопросы, Моро. Ты ведь знаешь зачем. Весь этот сыр-бор из-за моего недо-сынишки Натаниэля.

Жан молчал. Он знал, что Натан считает его виновным во всех своих бедах. Его личный заморочки всегда были странными. Собственный сын всё испортил? Скорее это отец испортил всё собственному сыну.

— Где он? — спросил Натан, его голос стал тише, опаснее. — Где мой сын?

— Странно, что вы продолжаете называть его своим сыном, — ответил Жан, — Ну и отвечая на ваш вопрос - я думаю вы и сами знаете. А я не знаю.

— Врешь, — прошипел Натан, делая шаг вперед. — Ты знаешь, где он. Ты помог ему сбежать. Ты все еще помогаешь ему прятаться.

Жан молчал, глядя в глаза Натану. Он не собирался выдавать Нила даже если это стоило ему жизни. Интересно то, что у него как-то мало информации. Или он хочет вытянуть больше из Жана? Почему он думает, что человеком, который помог Натаниэлю сбежать, был он?

— Я могу сделать так, что ты заговоришь, — сказал Натан, его голос был ледяным. — У меня есть свои методы.

Жан усмехнулся. Он прошел через многое. Он уже не боялся боли.

— Попробуйте, — выдохнул он.

Натан наклонился к нему, его лицо было искажено злобой.

— Я найду его, Моро, — прошипел он. — И когда я его найду, я убью его. Медленно и мучительно. А ты будешь смотреть.

Жан почувствовал укол страха. Не за себя, а за Нила. Он знал, на что способен Натан. Знал, что тот выполнит свою угрозу.

— Он ничего вам не сделал, — сказал Жан, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. — Он просто хотел жить.

— Он мой сын, — прорычал Натан. — Он должен был подчиняться мне. Он должен был вернуться и служить семье, как и я когда-то.

— Он никогда не вернется, — сказал Жан, глядя Натану прямо в глаза. — Вы сломали его. Вы уничтожили его жизнь.

Натан замер, будто эти слова поразили его до глубины души. Он молчал несколько секунд, затем рассмеялся, коротким, хриплым смехом.

— Ты думаешь, меня это волнует? — спросил он, его голос был полон презрения. — Он всего лишь пешка в моей игре. Средство, чтобы добраться до тебя. Ты думаешь, я не знаю, что ты для него значишь? Ты его слабость.

Жан почувствовал, как леденеет кровь в жилах. Натан все просчитал. Он использовал его, чтобы выманить Нила.

— Если вы причините ему вред, — сказал Жан, с трудом сдерживая дрожь в голосе, — я убью вас, клянусь.

— Посмотрим, — ответил Натан, разворачиваясь и направляясь к выходу. — Посмотрим, кто кого убьет первым.

Дверь захлопнулась, оставляя Жана в темноте и холоде. Он закрыл глаза, чувствуя, как отчаяние захлестывает его. И на данный момент он никак не может помочь своему единственному оставшемуся другу.

◐◒◑◓

11 лет назад

Натаниэль забился в угол комнаты, обхватив колени руками. Он уже получил каким-то тупым предметом по голове, а на левом боку красовались два пореза средней тяжести по его меркам. Тело мелко дрожало, но он не плакал. Мать только что была убита на его глазах его же отцом. Он слышал тяжелые шаги отца, приближающиеся к двери, и с каждым шагом страх сжимал его сердце все сильнее. Сегодня Натан был особенно разъярен. Очередная неудача в бизнесе вылилась в потоки ярости, направленной на сына. Натаниэль не помнил, за что именно отец избивал его в этот раз. Он уже давно перестал понимать причину вспышек гнева Натана. Просто знал, что должен молчать и терпеть.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Натан. Его лицо было багровым, глаза горели безумным огнем. В руке он сжимал тяжелый ремень. Натаниэль зажмурился, готовясь к боли.

— Смотри мне в глаза, — прорычал Натан, хватая сына за волосы и поднимая его с пола.

Натаниэль с трудом открыл глаза, встречаясь с полным ненависти взглядом отца. В этот момент он понял, что сегодня все будет по-другому. Что-то в глазах Натана было иным, более темным и пугающим. Натаниэль почувствовал, как леденящий ужас сковывает его тело. Он знал, что отец может ударить его, но сегодня… сегодня он чувствовал, что Натан способен на нечто большее.

Ремень взвился в воздух, но удар так и не последовал. Раздался резкий, властный голос:

— Остановись, Натан.

В дверном проеме стоял Ичиро Морияма. Его лицо было непроницаемым, но в темных глазах полыхал холодный огонь. Натан медленно опустил ремень, не отрывая взгляда от Ичиро.

— Не вмешивайся, Морияма, — прошипел он, сжимая кулаки. — Это моё дело.

— Твоё дело калечить ребенка? — холодно спросил Ичиро, делая шаг в комнату. — Я не позволю тебе этого сделать.

— Он мой сын! — взревел Натан. — Я могу делать с ним всё, что захочу!

— Не сегодня, — твердо сказал Ичиро. — Уходи, Натан. Если ты думаешь, что останешься безнаказанным, то я могу тебе только посочувствовать.

Натан тяжело дышал, его грудь вздымалась. Он смотрел на Ичиро, потом на съежившегося в углу Натаниэля. В его глазах боролись ярость и страх. Страх перед Ичиро, перед его властью и влиянием.

— Это еще не конец, — прошипел он, бросая последний взгляд на сына. — Ты еще пожалеешь об этом, Морияма.

Натан развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Ичиро подошел к Натаниэлю и присел рядом с ним. Он не прикасался к мальчику, просто смотрел на него с какой-то странной смесью сочувствия и понимания.

— Ты в порядке? — тихо спросил он.

Натаниэль молчал, не в силах произнести ни слова. Он смотрел на Ичиро широко раскрытыми, полными ужаса глазами.

— Он больше не тронет тебя, — сказал Ичиро, его голос был твердым и уверенным. — Я позабочусь об этом.

Натаниэль медленно кивнул, слезы всё ещё текли по его щекам. Ичиро встал и направился к выходу. Остановившись на пороге, он обернулся.

— Если он снова попытается причинить тебе вред, — сказал он, — скажи мне. Я не позволю ему это сделать.

Ичиро вышел, оставляя Натаниэля одного. Мальчик сидел в углу, обхватив колени руками, и смотрел на закрытую дверь. Он все еще дрожал, но страх постепенно отступал, уступая место чему-то новому. Надежде. Надежде на то, что он больше не будет один. Что есть кто-то, кто защитит его от отца. Кто-то, кто спас ему жизнь.

Дверь закрылась, но через секунду снова открылась и Ичиро всё-таки позвал его с собой. И он запомнил это навсегда. Запомнил холодный, но в то же время успокаивающий голос этого человека, который спас его от отца. Человека, который, сам того не ведая, изменил его жизнь навсегда.

А на следующий день он узнал, что его отец уже едет в сизо.

◐◒◑◓

Первый луч солнца, пробившийся сквозь щель в занавесках, скользнул по лицу Натаниэля, заставив его поморщиться во сне. Эндрю, не отрываясь, наблюдал за ним. Лёгкие тени под глазами, чуть приоткрытые губы, взъерошенные волосы – Натаниэль в этот момент казался невероятно хрупким и беззащитным. Странное чувство, зародившееся в Эндрю прошлой ночью, не исчезло с рассветом. Оно тяжелым грузом осело где-то в груди, неприятное, непривычное, уже неотъемлемое.

Натаниэль пошевелился, пробормотал что-то неразборчивое и открыл глаза. На секунду в них промелькнуло замешательство, но встретившись с взглядом Эндрю, он успокоился.

— Сколько я спал? — хрипло спросил он, садясь на диване и потирая глаза.

— Несколько часов, — ответил Эндрю. Голос его, как всегда, был ровным и бесцветным, но внутри что-то неуловимо изменилось.

Натаниэль молчал, взгляд его блуждал по комнате, словно он искал что-то, за что можно зацепиться. Эндрю встал и подошел к окну, раздвинув занавески. Солнечный свет хлынул в комнату, рассеивая остатки ночного мрака.

— Мне… мне нужно умыться, — сказал Натаниэль, вставая с дивана.

— Ванная там, — Эндрю кивнул в сторону двери. Парень кивнул и отправился умываться.

Пока Натаниэль был в ванной, Эндрю сходил на кухню и налил два стакана воды. Он вернулся в гостиную как раз в тот момент, когда Натаниэль выходил из ванной.

— Выпей, — Эндрю протянул ему стакан.

Натаниэль взял стакан и сделал несколько глотков.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Странно, что ты так легко принял кружку из моих рук, — проговорил Эндрю, усмехаясь.

— А мне стоит опасаться?

— Нет-нет, что ты, — Миньярд поднял обе руки в знак невиновности. — О, и ещё. Скоро приедут Ники с Кевином. И, наверное, Аарон тоже припрётся, хотя зачем я без понятия.

— Я понял, — сказал Натаниэль.

— Окей, — кивнул Эндрю и пошёл заваривать себе сладкий кофе. Без сахара он был, как без зарядного устройства, а сахар с кофе бодрили его как ничто другое. Когда он вернулся и сел на диван недалеко от Натаниэля, тот заговорил:

— Спасибо, Эндрю. За то, что… остался.

Эндрю остановился, но не обернулся.

— Не за что, — ответил он, и его голос уже не был таким каменным и непробиваемым.

Эндрю вышел из квартиры, оставляя Натаниэля одного. Он шел по улице, не обращая внимания на прохожих. Мысли его были заняты Натаниэлем. Его хрупкостью, его уязвимостью. И своим собственным непонятным чувством ответственности за него. Эндрю знал, что ему нужно разобраться в своих чувствах. Разобраться в том, что происходит между ним и Натаниэлем. Но он не знал, как это сделать. Он никогда не был хорош в эмоциях.

Новый день только начинался, и Эндрю предстояло многое осмыслить.

Кевин и Ники влетели в дом, как ураган, сметая на своем пути тишину и покой. Ники, раскрасневшийся и возбужденный, тут же бросился к Натаниэлю, обнимая его крепко-крепко.

— Натаниэль! Слава богу, ты в порядке! Мы так волновались! — тот быстро оттолкнул наглеца, но Ники это ни капли не расстроило.

Кевин, более сдержанный, но не менее обеспокоенный, остановился у порога, окидывая взглядом обоих присутствующих. Его взгляд задержался на Эндрю, который, как обычно, оставался невозмутимым, словно все происходящее его совершенно не касалось.

— Что случилось? — спросил Кевин, обращаясь к Натаниэлю, — Почему ты не отвечал на звонки? Мы с Ники всю ночь обзванивали больницы и морги!

— Прости, — сказал он. — Но больницы и морги - это явно лишнее, Кевин, — посмеялся Веснински. Да и зачем вас, невротиков, волновать.

— Не хотел волновать?! — возмутился Кевин. — Ты пропал на всю ночь! Мы думали, что с тобой что-то случилось.

— Ну, как вы уже успели заметить, я был здесь, — спокойно сказал Натаниэль, кивая в сторону своего “телохранителя”.

Взгляд Кевина переместился на Эндрю, и в его глазах заплясали подозрительные искорки.

— В доме Ники? — переспросил он, поднимая бровь. — И что вы делали всю ночь? Играли в карты?

— Нет, — ответил Эндрю, его голос был ровным и бесцветным. — Тупой вопрос, Кевин. Мы спали в отличие от тебя. Аарон всё-таки не поехал?

— О, точно, он сказал, что не хочет видеть четыре раздражающие рожи одновременно, так что отказался от поездки, — ответил Ники.

— И поделом ему. Поехали поедим мороженое, — сказал Эндрю, поднимаясь с дивана и направляясь к выходу.

— О да! Мороженое - это круто! Ура! — прокричал счастливый Ники и побежал к машине на выход следом за Эндрю.

Кевин положил руку на лицо, закатывая глаза, но тоже пошёл к машине. Натаниэль вышел последний. За рулём был Эндрю, рядом с ним сидел Кевин, а Ники сидел с Натом сзади.

Идея с блинчиками, о которых Ники всю дорогу до Эндрю плёл Кевину, быстро испарилась, уступив место спонтанному желанию Эндрю съесть мороженого. И поскольку спорить с ним в таких вопросах было себе дороже, вся компания загрузилась в машину и отправилась в небольшое кафе на окраине города их излюбленное место.

Кафе встретило их уютным гудением разговоров, ароматом свежесваренного кофе и сладким запахом вафель. Кевин, привычно заняв место у окна, принялся изучать меню, бормоча что-то про баланс белков и углеводов. Ники, сияя от предвкушения, уже стоял у стойки, выбирая между клубничным сорбетом и шоколадным пломбиром. Натаниэль, чувствуя себя немного не в своей тарелке, нерешительно оглядывался по сторонам. Эндрю, как всегда, держался немного в стороне, наблюдая за происходящим с легкой иронией, он уже знал, что закажет.

— Натаниэль, ты чего застыл? — Ники, вернувшись к столику с огромным рожком клубничного мороженого, удивленно посмотрел на него. — Выбирай давай! Здесь такое вкусное манговое мороженое!

— Я… не особо ем сладкое, — пробормотал Натаниэль, всё ещё чувствуя себя немного неуютно. После прошлой ночи и откровенного разговора с Эндрю ему было трудно расслабиться. Особенно трудно было расслабиться, зная, что Жан сейчас в заложниках у его отца.

— О нет, точно! — Ники подтолкнул его к стойке. — Сегодня я угощаю, так что выбери, что захочешь!

Натаниэль неуверенно подошел к стойке и, взглянув на разноцветные горы мороженого, не увидел ничего привлекательного. Однако подняв голову он увидел меню с кофе и попросил американо. Ники поморщился услышал пожелание, но не стал ничего говорить. Вернувшись к столику, они сели рядом с Эндрю, который молча ел шоколадное мороженое в стаканчике.

— Ну и как вам спалось? — спросил Ники, с наслаждением облизывая клубничный сорбет.

Кевин подавился своим протеиновым батончиком и с укором посмотрел на кузена. Натаниэль посмотрел на него с непонятным выражением лица.

— Ники! — прошипел Кевин. — Не надо таких вопросов!

— А что такого? — невинно хлопал глазами Ники. — Я просто спросил, как дела.

— Ну не так же прямо, — пробурчал Кевин.

Эндрю, не обращая внимания на их перепалку, продолжал есть мороженое. Натаниэль украдкой посмотрел на него. Эндрю казался спокойным и расслабленным, словно ничего необычного не произошло. И это каким-то непонятным образом успокаивало.

— Мы просто спали на диване, что ещё вам надо? — сказал Натаниэль, отвечая на вопрос Ники.

— Ага, всю ночь, — с хитрой улыбкой добавил Ники.

— Кевин! — вновь возмутился Кевин.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Хэммик. — Я же шучу.

Напряжение немного разрядилось, и они продолжили есть мороженое, болтая о всякой ерунде. Натаниэль постепенно расслаблялся, чувствуя себя все более комфортно в компании этих людей. Сегодня после полудня он будет разбираться, что делать с Жаном.