Я женился на драконе, которого убил | Глава 71: Смелые перемены
Я женился на драконе, которого убил | Глава 71: Смелые перемены читать онлайн ранобе ранобэ новелу новеллу больше глав в тг https://t.me/ai_translations_novel / @ai_translations_novel
— Человеческие Красные Круги коренятся в эмоциях. Проще всего разжечь негативные эмоции. Эти негативные эмоции вытягивают тьму наружу. Те, кто используют черную магию, — это угроза. — «Тогда разве мы не должны убить ее? Если она стала нестабильной, разве не это должно быть сделано?» — «Мы не можем ее убить. Годвин уже мертв, и Сильвервинд тоже мертв. Больше не должно быть никаких жертв». — «Мы абсолютно не обязаны помогать этой чертовой ящерице!»
Амон был демоном огня, а Марбас — демоном льда; они были заклятыми врагами. — О? Это неожиданно. Обычно люди сильно заводятся, когда задевают их семью. Заголовок документа гласил: «Проект: Гестия». Гестия была именем из малоизвестного древнего мифа, известная как богиня, охранявшая огонь в домашнем очаге. Уровень секретности был отмечен как «Совершенно Секретно», а приоритет выполнения — «Высший». Ферда кивнул. Он влил ману в хрустальный шар, и тот начал воспроизводить ситуацию того времени.
— Даже еж считает своих детенышей мягкими. Особенно если это ребенок, несущий кровь демона, которого она так сильно любила. — Ну да, но—! — Я не верю в такие вещи. Пока казалось, что она союзница. Она использовала шок от внезапного заявления о союзе, чтобы оказать давление на противоположную сторону. Лоб Эрики покрылся холодным потом. Только тогда она вспомнила, какой разговор последовал за этой частью.
— Тебе не кажется, что ты слишком отклонилась от темы, Эрдес Ротон? — «Я не понимаю, леди Иорга. Разве вы не ненавидите Вальдрову больше всех? Зачем вам помогать врагу?» — «Этого не случится. Этот ребенок будет постоянно сопротивляться и терпеть свою нестабильную сущность». — Ха, ты всё еще одержима этой чертовой Драконо-Демонической войной. И что? Ты участвовала в ней и внесла свой вклад в военные действия, используя черную магию, поэтому думаешь, что имеешь право говорить?
Ферда вспомнил этот голос. Как для человека, который помнил людей, которых ненавидел, лучше, чем тех, кто ему нравился, она была незабываемым явлением. — Хмф. Значит, ты собираешься встать на сторону этого маленького сопляка? — «Леди Иорга, это предложение — то, о чем я думаю?» — Амон мог бы дать ему гримуар Марбаса. Это не было бы чем-то невозможным. — Мне плевать, еж это или гоблин. Если ты продолжишь болтать, я не останусь в стороне.
Нащупав слабое место, Эрдес усмехнулась, как озорной ребенок. Эрика Иорга. В отличие от других Отродий, она была Мастером Элементов и Мейстером, способным управлять всеми стихиями. Ферда только сегодня узнал, что она может использовать черную магию.
— Это был день, когда Великий Совет собрался под руководством лорда Бланкароса после первой Драконо-Демонической войны — за день до того, как Вальдрове присвоили звание Злого Дракона из-за ее «злой природы». Это предложение, которое леди Иорга сделала в тот самый день. Это был голос Эрики. Кто-то ответил ей. — Среди рыцарских добродетелей есть поговорка об использовании своего гнева. Если человек может контролировать негативные эмоции, в этом нет ничего плохого.
Почему она была здесь? — Я принимаю вашу благодарность.
Отпор Эрики был столь же твердым. — Эрдес. — Я провожу вас. — Как поживает леди Иорга? Хм? Я слышала, в последнее время вокруг Башни Магии ходит много сплетен. Раздался утонченный, благородный голос. Эрика откашлялась и на мгновение приостановила воспроизведение. Она попыталась спокойно объяснить ситуацию, но ее голос звучал взволнованно.
— Он ребенок демона, поэтому, конечно, он получил покровительство от Ситри, верно? — Значит, вы верите, что этот сопляк распорядится ей с умом? — Это было то, с чем я могла бы справиться и сама. — Почему мы должны интерпретировать это именно так? Можно легко утверждать, что леди Иорга начала это, потому что даже тогда чувствовала угрозу со стороны Годвина. Гоз, который до этого сидел молча, наблюдая за ситуацией, наконец заговорил. Ее детские, мелочные жесты начинали действовать ему на нервы. Ферда бросил взгляд на Рури. Рури показала ему незаметный большой палец, словно отвечая на его невысказанный вопрос.
Эрдес указала на Ферду подбородком. Эрика тоже перевела взгляд на Ферду. В ее глазах читалась твердая решимость, словно она приняла важное решение. Она больше не скрывала своего отвращения. Затем она резко развернулась и побежала по коридору, выкрикивая: — Я сделаю это. — Ты могла бы просто не вмешиваться! Кто просил тебя влезать? Какое это имеет к тебе отношение, Эрика? Эрдес издала пустой, недоверчивый смешок. — И вы пошли и предложили союз без моего участия.
— Да, скажи и ты что-нибудь! Их двое, и нас двое, так что мы сможем с этим разобраться! Выдав столь правдоподобный вывод, она пришла к совершенно абсурдному умозаключению. — Агх! Подожди меня! Серьезно! Это что, черта вашего вида — бросать даму вместо того, чтобы проводить ее!? — Да. В глазах Эрдес вспыхнул острый свет. — «А что, если родится второй Годвин? Что, если именно это ждет нас в будущем?» — В продолжение защиты, — добавила Эрика, — то, что использует лорд Ферда, — это Теневые Искусства. Это не согласуется с Ситри, который управляет галлюцинациями и похотью. Утверждать, что он заключил сделку с этим демоном, неверно.
Эрдес уставилась на Гоза, широко раскрыв глаза от шока. — О чем ты говоришь? Я еще не закончила говорить! Эрика Иорга. — Разве он не заключил сделку до того, как умер? Неужели эта женщина действительно шутила после всех этих серьезных разговоров?
— Демоны не помогают другим демонам. И нелепо предполагать, что Ситри, Великий Демон, стал бы помогать ему просто потому, что они одной расы. — О, правда? И всё же, на сверкающем драгоценном камне не должно быть ни единой царапинки, не так ли? По крайней мере, лидер не должен терпеть подобных вещей.
Голосовая запись была совсем другим делом. И что еще важнее, поскольку эти внутренние данные не предназначались для посторонних, их истинные чувства были бы более очевидны.
— Вы видите дату здесь? 150 лет назад. — Это было поистине поразительно. Знаете, что он сказал? Он прожил десять лет, веря, что любит женщину, которую на самом деле не любил. Он утверждал, что целое десятилетие занимался самогипнозом. Полагаю, кровь мага в нем сильна. Или это кровь демона? — Тогда мы откланяемся. — «Она просто достаточно глупа, чтобы сделать столько». На мгновение Ферда был ошарашен тем, что только что услышал.
Словно ему больше нечего было сказать, Гоз встал и направился к двери. Эрдес продолжила, словно разыгрывая свою следующую карту. Эрика вскинула бровь в ответ на вопрос. В ее голосе сквозила гордость Драконьего Отродия. — Ничего страшного. Мы в другой лиге, в отличие от тех, кто называет себя драгоценными камнями, даже не осознавая, что они всего лишь осколки битого стекла.
— В то время многие из наших Отродий погибли, поэтому мы были очень эмоциональны. Пожалуйста, примите это во внимание. Эрика закашлялась, как будто поперхнулась, и наконец остановила запись. Ее намерение было очевидно даже без глубоких раздумий. Эта мерзкая женщина оскверняла память о его матери. — Я нанесла визит Эрембальту Роснове. — Этот человек желал, чтобы меня вообще не существовало.
Неловкое молчание нарушила Эрдес. — Намерения самих демонов грязны, но нельзя утверждать, что что-то по своей сути является злом только потому, что оно исходит от них. — Тогда всё кончено. Мусор заключил сделку, а Регент привел в исполнение приговор. Это ничего не меняет. — Кхм! Как он должен был отреагировать? Должен ли он был впасть в ярость или сохранить вид полного изнеможения?
— «Да». — Да, я знаю. Таким людям, как вы, нужны доказательства. — Вы думаете, ваша жалкая материнская любовь изменит мою теорию? — Анна Роснова была прекрасной матерью. — Это магия демонических ублюдков, пытающихся поглотить континент!
Она была лидером Отродий Синего Дракона. Словно ожидая этого, она щелкнула пальцами. В этот момент в воздухе материализовался планшет и опустился на чайный столик.
— «Я действительно ненавижу ее. Но ненавижу только за то, что она идиотка. Дело не в том, что ее природа зла. Я не могу убить этого ребенка». — Нет причин для беспокойства. По сравнению с критикой, которую вы получили, Эрдес, это просто капля в море — нет, скорее пылинка на лапке мухи. Это вполне в пределах допустимого. — Я, конечно, выражу свою благодарность за то, что вы всё уладили. — ... — Когда наступает время перемен, нужно действовать решительно, — произнесла Эрика, четко чеканя каждый слог. — Я, Эрика Иорга, как представитель всех Отродий Синего Дракона, настоящим предлагаю союз владениям Эрцгерцогини Вальдровы. — А если нет, то что?
— Отклонилась от темы? Что вы имеете в виду? Семья Роснова. Он предполагал, что она проверила бы его прошлое в тот самый момент, когда связалась с ним. — Он — человек, который объявил о возвращении Дальнего Востока, о чем никто не упоминал уже сто лет. Как тот, кто стоит на защите континента, я не могу не поддержать это заявление.
Но затем начались оскорбления. Она отложила документы и достала тяжелый предмет. Это был хрустальный шар. — Если фракция Сильвервинда объявит тотальную войну, фракция Иорги будет сражаться, чтобы защитить владения Эрцгерцогини Вальдровы. — Он сказал, что провел годы в состоянии, подобном сну, околдованный этой женщиной, и очнулся только после ее смерти.
Он внимательно посмотрел на нее, но выражение лица Эрдес было смертельно серьезным. Нет — на ее лице играла лукавая ухмылка, но это было лицо человека, который был абсолютно уверен, что его слова — не шутка. — Я возьму эту женщину на себя, так что — подожди, что?
Это было очень кратко, но Ферда знал, что это голос Синего Дракона, Иорги. И хотя это была всего лишь запись, резонанс был достаточно глубоким, чтобы почувствовать ее безмерную ману. — Нет, вы ошибаетесь.
Хотя он и не просил ее о помощи, сказать, что это не было полезным, было бы ложью, рожденной простой гордыней. — Если вы были так недовольны этим, могли бы вылить на меня воду. Или, возможно, вы могли бы сами спровоцировать этих дураков с ледяными мозгами? — Мы уходим. — Кхм! Кхм!
Ферда спросил ее: — Вы говорите это, несмотря на то, что вас втянули в темп Эрдес. Эта женщина исключительно умело выводит людей из себя. Я столько раз с ней сражался, что могу гибко с ней справляться, но для других это непросто. — Вы совершаете огромную ошибку, дорогая Эрика. Вы прыгаете прямиком в огонь.
Наблюдая за их перепалкой, Ферда почувствовал, как его ярость из-за оскорблений медленно стихает. Ферда ясно прочитал ее намерения. Она пыталась спровоцировать его на потерю контроля. Она хотела сказать: «Смотрите, вот истинное лицо тех, кто следует за черной магией». Эрдес с недовольным выражением посмотрела на его удаляющуюся спину, прежде чем бросить сердитый взгляд на Ферду.
Голосом оппозиции снова была Эрика. Она протестовала более яростно, чем кто-либо другой из присутствующих. — О? Значит, вы так сильно любили мамочку? Выражение вашего лица наконец изменилось.
Вопреки мысли о том, что эти две бури сметут всё на своем пути, ситуация пока благополучно разрешилась. — Вы могли бы просто спросить, почему он казнил его так самоуправно! Почему вы, люди с ледяными мозгами, вдруг начали думать сами за себя!? — Однако союз — это вопрос, требующий больших раздумий. — Кхм! — «Нет. Мы должны помочь. Нет причин называть этого ребенка Зловым Драконом. Ее неистовство было вызвано только влиянием Годвина». — «Она хороша только в бою; она тугодумка и не очень сообразительна. Поскольку она ничего не знает, ее голова, по сути, — цветочная клумба».
Ее ресницы быстро затрепетали — провокация, спрашивающая, нечего ли ему больше объяснить или он хочет еще подраться. — Я так и думала, что вы так подумаете, поэтому принесла кое-что еще.
— Нет. В этом не будет необходимости. От нахождения рядом с черными магами мне хочется умереть. Или, может, я хочу убить их? Я не уверена. В общем, как-то так. — «Так называемый Аспект Силы даже не ведет за собой ни одного Отродия и пытается взвалить всё на себя в одиночку. Это ничем не отличается от красной ящерицы с приклеенными крыльями, барахтающейся, потому что она не использует свой мозг—» Ее голос, полный убежденности, парировал напор противника. Эрдес, накручивавшая волосы на палец, выглядела совершенно сытой по горло.
Она ненавидела черную магию. Она ненавидела демонов. Она ненавидела тех, кто обладал Красным Кругом. Было ясно, что это исследование предназначалось исключительно для помощи Вальдрове. Ферда, теперь уже остывший, ответил: — Да, давненько не виделись, Эрдес Ротон.
Его мать. Он мог это чувствовать. Иорга понимала Вальдрову. И Иорга беспокоилась за нее.
Глаза Эрдес стали еще более ядовитыми. Она выглядела так, словно хотела прервать разговор и начать битву прямо здесь и сейчас. — Не могли бы мы... возможно, пропустить около десяти минут? Эрдес моргнула, увидев отсутствие реакции у Ферды. Это было правдой. Ферда непреднамеренно позволил себе поддаться на провокацию.
Его мать была его святыней. Он всегда убивал любого, кто смел прикасаться к этому воспоминанию. — Если бы это было ему выгодно, возможно. Но это было бы бессмысленно, а демоны не совершают бессмысленных поступков. Как может авторитет в области черной магии не знать даже этого? «Эрдес Ротон». — Я же говорила вам! Это ловушка, которую мог расставить Регент Ферда... Ребенок демона?
Это было навязчивой идеей Эрдес. Эрика была права. Это было бы равносильно тому, чтобы вложить все усилия только для того, чтобы позволить кому-то другому пожать плоды. Демоны никогда бы этого не потерпели. — Похоже, разговор окончен. Регент Ферда, на этом и закончим?
Ферда обдумывал свои варианты. Это был еще один удивительный факт. — Но с вашей матерью всё было иначе.
Но даже зная это, он не мог спустить это на тормозах. Даже учения Альте, проповедовавшие милосердие, были безжалостны к тем, кто посягал на святое. Ему хотелось вздохнуть с облегчением, но пока он не мог этого сделать. Ферда посмотрел на ту сторону. Места, которые ранее занимали Гоз и Эрдес, теперь занимала Эрика.
— Дорогая Эрика, это не магия. Это инструмент, который дает людям чувство всемогущества и вытягивает их злую природу, чтобы сделать их самих и других несчастными. — Разве обсуждаемая тема — не смерть Абеля Сильвервинда? Совершенно очевидно, что вы пытаетесь манипулировать его эмоциями, переходя к тому, чтобы называть его мать демоном. — Разве вы не должны сначала сказать спасибо? В конце концов, я вам помогла. — Просто в намерения леди Иорги никогда не входило использовать леди Вальдрову как щит.
Ферда проверил содержимое. Суть заключалась в том, что Иорга исследовала способ избавить тело Вальдровы от безумия Годвина, и проект всё еще продолжался. Это не было похоже на простой светский визит. Она, несомненно, перевернула там всё вверх дном. — Магия — это инструмент; всё зависит от человека, владеющего ею. Даже если это магия из Ада, если она имеет ценность для исследования и развития, значит, ее нужно использовать. — Кажется, моя искренность не дошла до вас во время моей защиты.
Смерть Абеля Сильвервинда. Сделка Ферды с демоном. После смерти его матери Эрембальт Роснова перестал относиться к Ферде как к сыну. Он закрывал глаза на издевательства со стороны братьев, сестер и слуг Ферды — более того, он практически поощрял это. Его отец находился в самом центре этих мучений.
Да, это была прозрачная уловка. — Это запись собрания, на котором это было предложено. Я докажу, что намерением леди Иорги было защитить леди Вальдрову. — «Несмотря на это, она трусиха, легко ранима и даже не может постоять за себя».
Казалось, в этой жизни ей тоже суждено умереть от его руки. — Какие трогательные отношения между отцом и сыном. И всё же он не отрицал твое существование. Возможно, это потому, что ты хорошо устроился под крылышком Вальдровы.
Эрика защищала Ферду, ссылаясь на природу демонов. Эрдес улыбнулась и накрутила прядь своих золотистых волос на указательный палец. Это был признак раздражения. Эрдес говорила с непринужденной фамильярностью, в то время как Эрика сохраняла формальную, улыбающуюся маску. Однако психологическая война между ними была не менее интенсивной, чем напряжение между Гозом и Фердой.
Его взгляд в последний раз ненадолго задержался на Рури, прежде чем он вышел в коридор. — Дорогая Эрика. Я говорила тебе снова и снова, не так ли? Эта чертова черная магия — грязная вещь, которая загрязняет Сердес. Я хочу уничтожить их всех до единого. — Что вы пытаетесь сказать?
Она вежливо обратилась к Ферде. — Итак, вы считаете, что это нормально, если человек, который станет супругом Дракона, использует черную магию? Или это какой-то план довести Вальдрову до самоубийства, безжалостно выставляя ее Зловым Драконом? Дорогая Эрика, ваше нутро черным-черно, несмотря на эти белоснежные одежды, не так ли? — То, что Регент Вальдровы использует черную магию, не означает, что его природа зла, — твердо заявила Эрика.
Две женщины сохраняли улыбки на лицах, обмениваясь смертоносными колкостями. В отличие от ситуации Ферды, между ними была глубокая историческая пропасть. Хотя ему и не нравилось содержание сказанного, одно было несомненно: содержимое этого хрустального шара было сырым и неотредактированным.
Он повернул голову и увидел ее стоящей там. Женщина с синими волосами, одетая в официальную форму. — Кхе! Кха! Кха! — Любой, кто не может победить даже одного человека, несмотря на сделку с демоном, заслуживает такой дешевой судьбы. — Вы всегда были слишком радикальны, и тогда, и сейчас. Если я оставлю Регента Ферду в таком виде, я точно знаю, как вы будете его мучить. Как я могла просто оставаться в стороне?
— Что это? И Эрдес тоже это знала. Она знала, что ведет себя упрямо. Она просто продвигала надуманную историю, чтобы выбить его из колеи. Ее невероятно раздражало внезапное вмешательство Эрики.
Он пробежался глазами по датам и закрыл папку. — Давно не виделись, дорогая Эрика. Как поживали? Эрдес намеренно играла на эмоциях Ферды. — Всё, чего я хотела, — это правды. Мне нужно было только знать, что сделал этот кусок мусора, Абель.