Заметки о поездке в Артемьево на Крещение (январь 2012)

На Рождество съездить в Артемьево у меня не получилось, поэтому решила, раз все равно сейчас не работаю, выбраться на Крещение. Снова загрузила полную машину гуманитарной помощи и гостинцев.

Опять собиралась выехать пораньше (т.к. день рабочий, то желательно было убраться из города до рабочих «пробок»), но долгая утренняя темень совсем не располагала к активным действиям, да и на трассе темно((.

Без пятнадцати девять все же выехала. Дальнобойщики по рации предупреждали об авариях в разных рядах на МКАДе и Ярославке, поэтому до Переславля-Залесского я домчала меньше, чем за 2 часа.

Володя с Таней мне рассказывали о своей поездке в Годеново к Животворящему Кресту. Я давно туда собиралась и вот, наконец-то, собралась. Описание дороги нашла в интернете, но навигатор настаивал на другом маршруте. Поэтому, свернув с М-8 в г. Петровске по указателю направо, я проехала немного и решила уточнить дорогу у местного жителя. Притормозила около мужичка в валенках, открываю окно, а он руками машет и кричит: «Я никуда с тобой не поеду! Не поеду я!» Я сначала оторопела (не приглашала я его! Да, собственно, и посадить попутчика мне некуда: машина «под завязку»), а потом увидела, что он смеется, и успокоила, что не «позову его в даль светлую».

На всякий случай добавлю от себя к инетовскому описанию дороги: вскоре после поворота с трассы М-8 надо на развилке повернуть налево на ж/д мост, с него – направо. Далее по указателям. И до Годеново не 15-16 км, как написано на сайте, а около 18-ти.

Дорога прочищена трактором, но по зиме это – одна колея. Весьма колдобистая. Встречные разъезжаются по понятиям: либо как лыжники, уступив одну колею из двух, либо уходя на обочину. Случаев, чтобы меня сгоняли на обочину, не было))

На обратной дороге из Годеново к Петровску в машине сработал датчик давления в шинах. Загорелась на табло соответствующая лампочка. Этот датчик у меня срабатывал раза 3-4 за всю историю автомобиля и всегда зря. Проверка давления показывала, что всё в порядке. Я уже решила, что он глючит. Дорога сейчас мне предстояла дальняя, и предупреждающая о неисправности лампочка на панели приборов вселяла беспокойство. Чуть отъехав от Петровска, я увидела слева от трассы сарайчик с надписью «Шиномонтаж». Есть ли разрыв «сплошной» в этом месте или нет, из-за снега я не поняла. Но повернула. Очереди к мастеру не было. Рядом с колесами «буханки» возился сам хозяин. Парень-шиномонтажник за 5 минут проверил и подкачал мне колеса. Оказалось, что датчик не врал: давление было 1,2 и 1,4 атм. с одной стороны и оба колеса по 1,6 атм. с другой стороны. Выехать обратно на трассу было нелегко: в горку и по снегу. Я, конечно, застряла. Выбралась с 3-й попытки, скатившись назад к шиномонтажу и рванув в горочку с разгона. Который раз порадовалась, что у меня «механика».

По дороге на Ростов мне удалось «сесть на хвоста» паре машин – Инфинити и БМВ. Они явно шли вместе, обе с рациями. Держались дружно, обгоняли разумно, скорость их мне тоже понравилась. Так и двигались славной троечкой до середины Ростова. Жаль, мне пришлось свернуть.

На моем любимом отрезке перед Ярославлем (шикарная дорога – красивая, хорошо укатанная, свободная) запросила по рации обстановку. Обидно было скорость сбавлять, если засада. Ребята заинтересовались, на чем я еду. Пришлось признаться, что на маленькой машине. Смеясь, добавила, что подрасту, тогда на фуру пересяду))

В Тутаеве как всегда заехала в Воскресенский Собор и в магазины. Зоя Александровна просила кое-что купить из продуктов. А в церкви я набрала очередную бутылку Богоявленской воды.

Встречала З.А. меня у Артемьевского храма. Разгрузили с ней все пакеты и коробки, перенесли на 2-й этаж. Из вещей прошлого, ноябрьского, привоза осталось только 2 юбки. Остальное с радостью разобрали местные жители.

На следующий день Крещенская служба в церкви была красивая, но немноголюдная (11 человек вместе с отцом Дмитрием). Был сотрудник ярославской пожарной части Александр. Он с друзьями уже несколько раз приезжал помогать Поповым с дровами для церкви. Пилить, колоть, укладывать в поленницу. На Рождественскую службу приезжали из Тутаева, Рыбинска и Ярославля, было более 40 человек. З.А. устраивала трапезу, много еды привезли сами прихожане. Но посуду З.А. мыла одна на следующий день почти 4 часа! Надо набрать воды в колодце, натаскать на 2-й этаж, согреть в чайнике, все перемыть в мисочке, а потом вынести ведра с грязной водой на улицу. Помогать ей с посудой после трапезы никто не остался(((.

Батюшка освятил несколько баков с водой, а потом и сам колодец в новой часовенке. В пруду Иордан прорубать не стали: Александр-пожарник уже окунулся в Волгу в Ярославле, а остальные не изъявляли желание лезть в прорубь.

Я в очередной раз привезла две связки 5-литровых бутылок (около 15 штук), да еще оставалось штук десять с моего предыдущего привоза. Моя хорошая знакомая тетя Валя не выбрасывала пустые пятилитровки, а хранила на дачной веранде. Я ей рассказала про чистейшую воду в Артемьевском храме, как набирают и увозят после каждый службы в банках, бутылках и канистрах. И тетя Валя предложила мне забирать пустую тару. Вот с августа прошлого года я вожу в Артемьево и бутылки. Кстати, в этот раз я даже не задумывалась о том, что за Крещенской водой будет много желающих, а просто как всегда погрузила бутылки в машину (на заднее сидение почти до потолка). Когда отъезжала от Феодоровского монастыря в Переславле, двое мужчин из соседних автомобилей посмеялись над количеством моих бутылок: «А вы основательно подошли к вопросу заготовки Святой воды!» Так и оказалось: заполнили Крещенской водой и разобрали по домам все бутыли!

К вечеру А.Д. натопил баню, напарился и уселся дремать перед телевизором. Отправились в баню и мы с З.А. Я быстро управилась с мытьем, а, когда стала одеваться в предбаннике, никак не могла понять, что за треск раздается с улицы. То ли вода откуда-то водопадом льется, то ли какой-то электроприбор молотит. Вышла и ахнула: пожар! Горел жилой дом, находящийся через два дома от Поповых. Пламя охватило всю избу, от огня было светло как днем. Трещал, лопаясь, шифер на крыше. Языки пламени уже лизали крышу соседнего дома. Я бросилась в дом к А.Д. Он сидит спокойно в кресле, ничего не слышит и не видит, только свой телек. Анатолий Дмитриевич пытался вызвать пожарных, но он - человек пожилой, с мобильным телефоном управляется с трудом. Хотел звонить 01, но с мобильного не получалось. Плюнул, оделся и поковылял на улицу. Я начала звонить со своего телефона на номер 112. Думала, что попаду на московскую Службу спасения, а там фигня типа «ждите ответа, Ваш звонок очень важен для нас». Но девушка ответила тут же. Я спросила, принимают ли они вызовы в Ярославскую область. Оказалось, что это как раз и есть ярославская Служба спасения. Вызов к нам в деревню был сделан кем-то раньше, машины уже выехали в Артемьево. Я, правда, сказала, что огонь перекинулся и на соседний дом.

Две тутаевские пожарные машины приехали минут через 20-25 после вызова (от Тутаева до Артемьева на легковой машине ехать около 10 минут). С ними и «Скорая». Рядом с горящим домом был колодец, но пожарные сказали, что им это на один плевок. Хорошо, что в Артемьеве есть 2 пруда + церковный. Машины подъехали к ближайшему пруду, пожарные разбили лед, размотали рукава и стали качать воду, тушить пожар. Начали с крыши соседнего дома (его в итоге отстояли, даже стекла не полопались. Спасло хозяйку то, что она покрыла крышу железом, а не шифером). Еще пожарные умудрились в этом аду найти и оттащить газовые баллоны (один был пустой, а второй не совсем). Как они узнали, где кухня и где искать баллоны?

Проживала в горевшем доме семья Кочневых. Паша - участник Великой Отечественной войны – уже год как живет в Тутаеве (ему как ветерану ВОВ в том году дали квартиру). Его жена Люба – местная алкоголичка. Три их сына тоже пьяницы. Один несколько лет назад нетрезвый погиб, попав под машину. Второй женился, живет за Волгой, тоже пьет. В Артемьеве оставались мать с третьим сыном. Пили сутками напролет, регулярно собирали у себя местный «бомонд». Не мылись годами (!!!), страдали от чесотки и вшей, ели только хлеб и колбасу. Любка за всю жизнь ни разу не сварила суп для семьи. Ходили в обносках со всей деревни.

Во время пожара 76-летняя пьяная Любка успела в халате и одном валенке выскочить из дома. Стояла у горящего дома и причитала, что сын остался там…

Сын погиб-таки, на утро нашли обгоревшие останки. Похоже, что угорел во сне, так на диване и лежал…

Ветром несло на деревню искры и черный дым. Бабы высыпали на улицу. Всего на этой стороне деревни (она разделена дорогой на две части) сейчас живут 17-18 человек. На выходные набирается 20-25. Пожар начался около пяти вечера, в деревне были только пенсионеры и я. Снегом такой огонь самим не закидать, ведрами из колодца воды не натаскать. Слава Богу, что пожарные не были заняты на другом пожаре и быстро приехали, а сильный ветер подул на следующий день, 20-го января. А то одним домом Кочневых дело бы не закончилось.

Огонь тушили до 4-х часов утра обе машины. Потом уехали. А в 6 утра пожар разгорелся снова. Сельчане уже встали на работу, увидели пламя, снова вызвали пожарных. Опять заливали часа два…

Милиция приехала только к 16-17 часам (т.е. через сутки).

Любку приютили соседи. К утру односельчане ее обули и одели, собрали немного денег.

Все, конечно, в шоке. Бабы в переживаниях не спали ночь. Жалели погибшего и Любку, хотя понимали и говорили, что всё к этому и шло.

Хорошо, что больше никто не пострадал.

Вечером сходили с З.А. в церковь. Подобрали Любе кое-что из привезенных вещей.

Зоя Александровна ведет фотоальбом истории храма с начала строительства до нынешних времен. Один альбом уже рассыпался от частых просмотров; я привезла осенью новый, уже и он трещит в переплете.

На обратном пути сфотографировала памятник М.И. Кошкину и героям-танкистам Великой Отечественной войны-переславцам.

На пьедестале - танк Т-34. Сбоку пьедестала мемориальные доски с фамилиями Героев Советского Союза и полных кавалеров орденов Славы-переславцев.

Кошкин Михаил Ильич – советский конструктор, создавший первый гусеничный танк в истории. Умер в 1940 году от пневмонии.

Гитлер объявил Кошкина своим личным врагом уже после его смерти, и Первое городское кладбище г. Харькова было в 1941 году уничтожено лётчиками люфтваффе целенаправленной бомбардировкой с целью ликвидации могилы конструктора.

Заглянула в Свято-Троицкий Данилов монастырь в Переславле-Залесском.

Мне нравится монастырь внутри. Чувствуется, что мужской. Довольно аскетичное убранство, мало позолоты. Высоченный свод. Гулкая тишина. Народу обычно немного (или совсем нет). В солнечную погоду очень красиво струится в узкие окна свет. Монахи всегда дадут Святой воды, подскажут, кому и как помолиться, к какой иконе подойти, куда поставить свечку. Один раз попала на службу. Монахи пели – заслушаешься! Ни слова не разобрала, но голоса у них дивные.

От Переславля до дома домчала за 2 часа. Из них полчаса тащилась по МКАДу каких-то 17 км.

Вот что значит возвращаться в столицу в субботу)