Всё равно его не бросят
Политолог Алексей Вагин — о том, как очередной виток коррупционных скандалов на Украине воспринимают в Евросоюзе
https://iz.ru/2096528/aleksei-vagin/vsyo-ravno-ego-ne-brosyat
Новый виток коррупционного скандала вокруг бывшего главы офиса президента Украины Андрея Ермака по странному «совпадению» начался фактически одновременно с появлением разгромного интервью бывшего пресс-секретаря Зеленского Юлии Мендель Такеру Карлсону. В нем она, не стесняясь в выражениях, назвала своего бывшего шефа диктатором и коррупционером.
На первый взгляд, это выглядит как залп из главного калибра, который может пустить на дно всю созданную в Киеве властную конструкцию. Однако реакция европейских союзников Украины, о которой мы можем судить по материалам западной прессы, показывает совсем иную картину: скандал не меняет базовой логики поддержки Киева. Брюссель не собирается отказываться от союзника, хотя и будет требовать большей прозрачности, усиленного контроля и демонстративной самостоятельности антикоррупционных институтов.
Так, ведущее информационное агентство Reuters подчеркивает, что Владимир Зеленский не назван фигурантом дела, хотя и признает, что само оно стало самым серьезным приближением антикоррупционного расследования к его ближайшему окружению. Reuters приводит оценку украинского политолога Владимира Фесенко, который назвал этот сюжет миной замедленного действия для репутации главы киевского режима, особенно в перспективе будущих выборов. Это невзорвавшийся снаряд, но эта «мина» намекает на то, что роковые последствия для Зеленского откладываются на неопределенное будущее.
Ключевую роль в его поддержке играет Евросоюз, добровольно взваливший на свои плечи груз финансирования украинской военной машины. А европейская логика отличается от того, как эту ситуацию воспринимают в Москве и в Вашингтоне. В Европе дело Ермака трактуется не как доказательство бесперспективности Украины, а как проверка дееспособности ее институтов. В материале DW (внесена в реестр СМИ-иноагентов) со ссылкой на представителя Еврокомиссии Гийома Мерсье прямо говорится: расследование показывает, что украинские антикоррупционные органы функционируют и выполняют свой мандат. Формально Брюссель не видит в этом основания для остановки процесса вступления Украины в ЕС.
Это очень важная ремарка. Европейская комиссия фактически предлагает смотреть не только на сам факт подозрения в коррупции, но и на реакцию системы. Если антикоррупционные органы способны дойти до бывшего главы офиса президента, значит, они не полностью декоративны. Значит, в стране сохраняется институциональный механизм, который может работать даже против людей из высшего политического круга.
Схожий подход фиксировался и раньше. Когда осенью 2025 года дело вокруг «Энергоатома» стало одним из крупнейших коррупционных скандалов за время президентства Зеленского, представитель Еврокомиссии также говорил, что расследования показывают наличие и функционирование специальных органов. При этом Брюссель подчеркивал: борьба с коррупцией остается ключевым условием для вступления Украины в Евросоюз.
Иными словами, Европа не говорит Киеву: «После этого вам нельзя в ЕС». Она говорит иначе: «Именно теперь вы должны доказать, что можете идти в ЕС». Разница принципиальная. Первый подход закрывает дверь. Второй оставляет дверь открытой, но заставляет пройти через рамку металлодетектора.
Тем не менее западные медиа не сводят ситуацию к успокоительной формуле. Politico формулирует проблему жестче: коррупционный скандал в Киеве подрывает аргумент Зеленского о готовности Украины к ускоренному вступлению в ЕС. В анонсе материала Politico Europe говорится, что момент для украинского президента «не мог быть хуже»: именно тогда, когда Зеленский добивается быстрого движения к членству в союзе, новый скандал ослабляет его позицию.
Однако и это не противоречит позиции Еврокомиссии. Скорее, речь идет о двух разных уровнях. На формальном — поддержка остается безоговорочной. Но на политическом уровне доверие становится дороже. Сторонникам Украины в ЕС теперь сложнее объяснять своим избирателям, почему Киев по-прежнему заслуживает помощи и европейской перспективы. Для скептиков — правых партий — коррупционный скандал становится удобным аргументом против расширения участия Европы в конфликте.
Особенно чувствительной считается тема денег. AP еще на предыдущем этапе скандала писало, что чиновники Евросоюза требовали от Украины продолжать борьбу с коррупцией, поскольку подобные дела могут повлиять на способность страны привлекать финансовую помощь. Но одновременно европейские представители давали понять: помощь будет продолжаться, поскольку Украина ведет войну против России и нуждается в ресурсах для обороны.
Поэтому формула европейской политики выглядит так: поддержка не отменяется, но становится более условной. Не в смысле немедленного прекращения траншей, а в смысле усиления отчетности, аудита, контроля за госкомпаниями, энергетикой, инфраструктурными расходами и оборонными закупками. Европа не может позволить себе бросить Украину, потому что слишком много вложила в этот проект. Но Европа также не может позволить себе делать вид, что коррупционной темы не существует.
Для Зеленского это создает двойной вызов. С одной стороны, он может говорить Западу: посмотрите, система работает, даже ближайшие к власти люди не защищены от расследования. С другой — западные комментаторы всё чаще задают вопрос: почему эти люди так долго оставались рядом с президентом и обладали таким влиянием? Даже если юридически президент — не фигурант расследования, политически он остается связанным с системой, которую сам создал.
В этом смысле скандал вокруг Ермака опасен не тем, что завтра приведет к прекращению помощи Украине. Такой сценарий пока не выглядит реалистичным. Опасность другая: он постепенно размывает черно-белую картину, которую западные медиа усиленно формировали в глазах собственного населения. Юлия Мендель в своем интервью говорила именно об этом: Украина больше не кажется безусловной жертвой, а киевские власти всё больше напоминают пресловутый «Мордор», против которого они якобы борются.
Европейская реакция на поведение Зеленского похожа на поведение родителей, чей нерадивый сын в очередной раз вляпался в сомнительную историю — накажем дома сами, за закрытыми дверьми, но перед соседями и полицией будем защищать во что бы то ни стало.
Отдельно стоит отметить, что тема выборов на Украине в европейском контексте также не стала центральной. В США этот вопрос всё еще остается предметом давления, но для Европы выборы — потенциальная угроза, которая может обрушить и без того разбалансированную вертикаль власти на Украине.
Именно поэтому поведение Зеленского в этой ситуации станет лакмусовой бумажкой, по которой можно будет определить прогноз развития заболевания. Если расследование будет доведено до конца, если фигуранты не исчезнут из страны, если власть не начнет давить на НАБУ и САП, Киев сможет использовать этот кризис как аргумент: да, коррупция есть, но мы с нею боремся, институты работают.
Если же дело начнет рассыпаться, фигуранты будут уезжать, а власть — ограничивать следствие, тогда европейская политика покажет свою несостоятельность, и вопросов к продолжению поддержки Украины будет куда больше. Поэтому Зеленскому выгоднее не мешать расследованию. Вопрос лишь в том, руководствуется он политической логикой или какой-то еще?
Пока же ЕС выбирает осторожную линию. Зеленского не сдают. Украину не наказывают отказом от поддержки. Процесс вступления в ЕС не останавливают. Но коррупционный скандал превращается в постоянное напоминание: политическая любовь Европы к Украине больше не безусловна. Она сохраняется, но теперь идет вместе с аудитом, контролем и требованием доказательств.