«Преследующая несчастье», Глава 16 — Тётушка Цумири
Сегодняшний день для Ангико стал очень необычным, ведь ближе к вечеру в Медицинское отделение заглянул нежданный, но всегда желанный гость. Парень, как всегда, сидел в приёмной, теперь уже на своём, месте, читая довольно-таки скучную, но познавательную книгу о различных подвидах магии, чтобы, возможно, в будущем попробовать что-то из этого, как вдруг, неожиданно для самого себя, после короткого стука в дверь, увидел за ней входящего отца.
Юноша был весьма впечатлен таким гостем, так как не ожидал, что у него найдется и минутка свободного времени. Акиото, к удивлению парня, зашел довольно скромно и не стал проходить к нему, а встал возле двери. Ангико был рад его видеть, но решил не приветствовать, так как они виделись не так уж давно, а сразу с улыбкой поинтересовался:
– Как это тебя отпустил Зорко?
– Ай, – махнул он рукой, – чего это я должен отпрашиваться у него? – Отец немного замолк, а после, насмешливым тоном добавил, – Знал бы ты, сколько раз и как часто он сам просил меня поработать за него, пока он ходил по своим делам! Поэтому мы квиты! – и легко улыбнулся.
Такой ответ заставил юношу тоже улыбнуться. Пускай ему было приятно, что Акиото даже просто зашел, но сам то понимал, что его приход был с какой-то целью, поэтому не постеснялся спросить:
– Кстати, ты ведь пришел не просто так, верно?
Услышав вопрос, отец едва заметно замялся и потер точку между бровей, явно собираясь с мыслями.
– Прости, я, честно, только сегодня вспомнил, что обещал. – Он виновато глянул на парня, но тот не понимал, о каком обещании идет речь. Акиото заметил это, поэтому неловко объяснился, – Я ведь обещал тебе, что мы вместе сходим к тётке Рьюги, а в итоге забыл… Кстати, ты ведь сейчас не занят?
Теперь то Ангико вспомнил. Точно, когда ему снилась мама, она попросила его вместе с отцом навестить её тётушку. Ему стало немного стыдно, ведь он совсем забыл об этом, а Акиото вспомнил об этом да еще и чувствует себя виновато. Обдумав его слова, он лишь сейчас осознал, для чего тот пришел и смысл его последней реплики.
– А, я сейчас свободен! – нервно и панически через минуту ответил парень и отложил в сторону книгу, которую все это время держал в руках.
Юноша неловко начал крутится вокруг, а Акиото с ухмылкой наблюдал за ним и терпеливо ждал.
– Да не нужно ничего. – Спокойно объяснил отец, видя, как сын судорожно мечется из угла в угол. – Мы просто навестим её, вот и всё!
И правда, после этого парень немного успокоился. Его реакция была весьма нормальной, ведь он даже и не мог припомнить, когда в последний раз ходил к кому-то в гости. Но его тревожило еще кое-что, о чем и спросил:
– А мне разве можно просто так взять и уйти?
Акиото вопросительно глянул на него.
– А почему нет? Сейчас просто сообщу, что забираю тебя и всё.
Ангико был удивлен такой легкости, но так даже лучше, лишние заморочки ни к чему.
– Кто в отделении сегодня? – Спросил отец, будто сам не знает ответ и вышел из приёмной, придержав дверь для сына.
– Киё конечно! – Они переглянулись между собой, забавляясь ситуацией.
Арабамы прошли к лаборатории, где, как обычно, работала Кото и, постучавшись, парень просунул голову внутрь. Он увидел, как сгорбленная девушка сидела за столом и над чем-то сосредоточено работала.
– Можно? – Вежливо спросил юноша, чтобы ненароком не вызвать на себя гнев работницы.
Она повернулась к нему лицом и ему удалось заметить интересную деталь в её внешности – очки. От её преображения его брови заметно поднялись, что и заметила та:
– Это защитные. – Киё хитро улыбнулась и сняла с себя очки демонстрируя, что те без увеличительных линз. – Кстати, чего хотел? – Наконец поинтересовалась она, но резко повернулась к столу и задула что-то.
Ангико хотел ей ответить, но Акиото открыл шире дверь, демонстрируя присутствие своей персоны и ответил за него:
– Я его на время забираю, ладно? К концу дня вернемся.
Кото, которая успела вновь нацепить на себя очки, опустила их в самую нижнюю часть носа, немного перекрывая себе дыхание, и удивленно ответила:
– Да забирай, – и снова отвернулась, – мне он не нужен.
Прозвучало конечно обидно, но зато без лишних вопросов и проблем они пошли искать дом тётушки матери.
Они встали напротив улицы соседнего поселения, ведь Акиото вспоминал местонахождение дома, в котором бывал раньше, но по его виду было заметно, что получается это у него с трудом. Арабамы уже минут 15 шли сюда и, если говорить начистоту, отошли не так уж далеко, ведь, проходя почти каждую улицу, останавливались, чтобы отец указал следующий маршрут. Наконец мужчина вышел из своих воспоминаний и попросил сына:
– Подожди меня тут, я точно не помню, куда надо поворачивать, поэтому посмотрю сначала там, а после вернусь. – Получив одобрительный кивок со стороны парня, он пошел направо.
Акиото отошел не так далеко, поэтому Ангико смог заметить, как тот резко застыл на месте. Юноше это показалось весьма странным, потому немного выглянул из-за него, чтобы посмотреть на возможную причину его остановки. И она нашлась. По диагонали от отца стояла женщина на вид лет тридцати, максимум сорока, в простом коричневом пальто и корзинкой с вещами в руках. Приглядевшись к её лицу, парень точно убедился в данном ранее ей возрасте и заметил аккуратную оправу очков. Сквозь линзы виднелись округлившиеся карие глаза, которые удивленно уставились на Акиото.
Она свободной рукой сняла очки и, подышав на стёкла, протерла их, после чего повторно глянула на отца, и только после этого произнесла:
Ангико услышал, как тот неловко кашлянул и сдавленно ответил:
Только после следующих слов женщины, юноша понял, кто она и почему их диалог такой сжатый:
– Неужто вспомнил про меня, Акиото?
– Я про Вас не забывал никогда, – вежливо, не стараясь перечить, произнес отец, будто разговаривает с человеком не младше, а намного старше его, – просто никак не находилось времени Вас навестить. – его слова были явно искренними, а интонация заставила её отбросить обиду.
Только вот стоило ей заглянуть за мужчину и увидеть там Ангико, как она тут же вспыхнула и, гневно ругаясь, начала бить первого:
– Так значит ты случайно встретил меня, да?! Ты ходишь тут, бродишь, а на бедную одинокую старушку тебе наплевать, да? Хоть раз бы за десяток лет в гости пришел! А то забрал мою кровинушку и с концами!
– Вы неправильно всё поняли! – Начал было оправдываться Акиото, но лишь получил удар тряпкой уже по голове, со словами: “Ага, оправдывайся, оправдывайся!”, – Да нет же, нет же! – он неожиданно подбежал к сыну и, закрывшись им, как щитом, объяснился, – Это Ангико! Мы как раз специально шли к Вам, но неожиданно встретились на полпути!
Парень был в шоке с того, что отец закрылся им, чтобы уйти от ударов, но это и впрямь сработало – женщина, а точнее тётушка Цумири, положила тряпку себе на плечо и нахмурилась, видимо пытаясь осознать, кто такой юноша. Наконец вспомнив, кто был владельцем этого имени, она удивленно глянула на него. Приблизив очки к глазам, будто не веря в образ стоящего перед ним, та кинулась к нему и радостно возгласила:
– Ангико! Вот это ты вырос! Я ведь тебя совсем крохой помню! – Женщина сначала похлопала его по розовым от холода щекам, а после и вовсе крепко обняла.
Парень был впечатлен такой реакцией и лаской, и хоть не знал, как на это реагировать, приобнял её. Вот что его смутило, так это то, как ловко отец смог спустить с себя её обиду и сейчас с облегчением стоять перед ним.
Но вскоре тетушка отпустила парня, и грозно глянув на старшего Арабаму, предложила:
– Раз вы пришли меня навестить, то давайте все же пойдем ко мне домой, – она легонько положила руку на плечо Ангико и более мило протянула, – я вас чаем напою!
Такое предложение было очень кстати, все же хотелось перенестись в более уютную атмосферу и наконец погреться в теплом доме с чашечкой чая в руках. Именно поэтому они втроем и двинулись к дому Цумири. Шли не спеша, но молча, лишь иногда переглядываясь с хозяйкой дома, куда направлялись. Юноша обменивался с ней добрым, более заинтересованным взглядом, в то время как Акиото с ней – наоборот, первый то старался больше разглядывать местность и, видимо, запоминать дорогу обратно, а вторая то и дело сверлила его презрительным взглядом, полным обиды.
Наконец, насладившись тихой, короткой дорогой, они стояли перед небольшим одноэтажным деревянным домиком, огражденным невысоким деревянным заборчиком. Пройдя за хозяйкой через калитку, Ангико почувствовал необычную, едва заметную дрожь по телу, от чего на мгновение застыл. Обратив внимание в тот момент на лицо тётушки, он заметил, как её кончики губ слегка приподнялись, но не стал придавать этому большого значения, хотя и запомнил.
Пройдя по едва заметной из-за снега тропинке, трое зашли в дом. Войдя внутрь, парень впервые за прошедшие полчаса, а то и час, почувствовал приятное тепло. Перед ними расположилась не очень большая, но очень уютная комната, похожая на кухню, из-за наличия стола, что стоял с левого боку, а также печи, которая стояла в правом углу и служила не только для отопления, но еще, видимо, и средством приготовления пищи. Ангико показалось, что атмосфера в этом доме была настолько уютной, что грела душу и, почему-то, до боли родной и знакомой. Рассматривая милую вышивку на скатерти, ковер, с похожими узорами и белые стены, которые, несмотря на свой цвет и однотонность, никак эстетически не охлаждали комнату, наоборот, придавали особую атмосферу. Наверняка это из-за деревянных полочек, что аккуратно висели на стене, украшая ее и давая знать гостям, что хозяйка большая любительница чая, ведь на каждой стояли баночки с молотыми листьями и сухими добавками по типу всяких ягод и прочего.
Уже когда тетушка хмуро начала ругать Арабам за то, что они застыли “в двери” и “вели себя, будто не дома” и начала настойчиво вымогать, чтобы те поскорее раздевались и садились пить чай, который она уже раскинула по чашкам, парень постепенно начал понимать, почему это место ему кажется таким знакомым. У него всегда была проблема с памятью в детстве, поэтому большинства моментов из него он не помнит, несмотря даже на то, что события происходили не так уж давно и в довольно взрослом возрасте. И только сейчас юноша вспомнил, что раньше, еще даже до того, как мать заболела, он бывал тут.
Да, раньше, далеко в прошлом, Ангико сидел на этом же стуле, только тогда, в отличие от себя настоящего, не мог достать ногами до пола из-за коротких ножек. Такой же звук трескающихся в печи дров, звук кипящего чая, звук тихого топота ног тетушки, звук помешивания чая ложечкой, который казался немного раздражающим, но в то же время был очень приятным. Единственное отличие – сейчас рядом с ним за столом сидел отец. Но, учитывая, насколько маленькому ему нравилось проводить с ним время, он бы был также не против, как и настоящий Ангико.
Из раздумий и воспоминаний его вывел стук чашки, поставленной перед ним и, такой же, только в пару раз громче, стук чашки перед отцом. Не трудно было заметить, что это было нарочно. Парень уже хотел взять чай и узнать, насколько он горячий, как его остановило ощущение чьих-то рук на плечах. Обернувшись, юноша увидел тетю Цумири, которая с улыбкой рассматривала его лицо.
– Как же ты вырос. – Вскоре тепло произнесла она, уже смотря прямо ему в глаза.
Ангико умиляло подобные высказывание и отношение, поэтому он улыбнулся в ответ. Пускай женщина и выглядела очень хорошо на свой возраст, Ангико, вспомнив тетушку такой, какой она была с десяток лет назад, пускай и расплывчато, все же заметил, что она немного постарела. Это вполне нормально и ожидаемо, но для парня это было небольшой ”диковинкой”, ведь в его семье никто не старел, а такое ”не самое лучшее” изменение во внешности вызывало у него воспоминание о матери, которая за пару лет постарела на лет десять, и вызывало тревогу за здоровье тети.
Насмотревшись на Ангико вдоволь, она присела на стул, по левую руку от него, дав ему все же попробовать чай, который так и манил своим ароматом. Хлебнув немного, отстранился. Вкусный, но страшно опекает язык. Парень переключил свое внимание на отца, который, явно нарочно, притих, попивая угощение. Вместе со своим вниманием он переключил внимание и тетушки на него, чем слегка подставил, ведь оба заметили, как она недоверчиво сузила глаза, глядя на старшего. Спустя некоторое время после раздумий, женщина все же спросила:
– Мне с самого начало было интересно, почему вы пришли вдвоём. Где Рьюга?
Еще на моменте окончания первого предложения, юноша заметил, как зрачки отца слегка расширились, а сам он замер. Выслушав полностью речь тетки, парень и сам застыл. И что ей говорить? Соврать? Нет, ложь в любом случае разоблачиться, чем вызовет еще большее огорчение не только из-за смерти племянницы, а еще из-за обмана. Но правда была настолько горестной, что хотелось ее скрыть за тысячами замков и навечно забыть.
Уже взглянув на отца во второй раз, он на себе почувствовал, что вопрос был для него как нож в сердце. Но стоило ему перевести взгляд на тетушку, как заметил неожиданное – она, поджимая губы, с маленьким огоньком надежды смотрела на Акиото, взглядом проговаривая: “Только не говори это!”.
– Простите… – сдавленно проговорил отец, а после, резко остановился, будто ему что-то сдавило горло.
– Так и знала… – к удивлению обоих, тихо прозвучало из уст женщины.
Так она все знала? Зачем тогда задавать такой вопрос?
– Честно, я уже давно заметила неладное, – начала отвечать на не озвученные, но явно беспокоящие мужчин вопросы, – но ничего точного вывести из этого не могла, Рьюга ведь была упертой, редко когда говорила о своих проблемах, еще начиная с малых лет. – она слегка усмехнулась, но тут же вновь потухла, – Меня давно смущало то, что она не навещала меня, писала сжато, на вопросы о самочувствии отвечала более несвязно, да и к тому же почерк со временем менялся в худшую сторону, становился более “ленивым”. – тетушка остановилась, будто собираясь с мыслями и стараясь проглотить ком, вставший посреди горла из-за подступающих слез.
Ангико видел ее состояние и поэтому положил ей руку на плечо, медленно поглаживая, этим стараясь, утешить. И ей это явно помогло. Она с натянутой улыбкой и взглядом полным благодарности посмотрела на него, чем, давая, понять, что его поддержка и правда помогла. Только вот Акиото выглядел не так бодро. Пускай по его виду можно было сказать, что он просто устал, но глаза говорили другое. Говорили, что их владелец не только устал, но еще чувствует себя паршиво и до жути виновато. Для парня не был открытием тот факт, что отец до сих пор себя винит в том, что мать заразилась, что она умерла. Неожиданно тетя сказала:
– Акиото, винить себя в случившемся бесполезно. Ты и так сделал все, что смог. К сожалению, такова судьба большинства из нас. Если ты понимаешь, о чем я. – Говоря последнее предложение, Цумири улыбнулась, в этот раз искренне, осознавая, что грустить об этом бесполезно.
– Я понимаю это. – Наконец ответил мужчина, но вид его никак не изменился, – Но не могу принять. – признался честно.
Такое признание заставило тетушку усмехнуться, а вместе с ней и Ангико. Женщина, неожиданно для обоих, протянула руку к отцу и положила ее ему на голову, легонько поглаживая. От такой неожиданности Акиото аж просветился.
– Самое главное, что я, как опекун, не рожавшая ее, мать, могу сказать, то, что ты и правда любил ее по-настоящему. Уверена, она точно была счастлива с тобой. И это главное. – Ее слова и правда смогли поднять мужчине настроение и он искренне улыбнулся.
Наконец-то снова ощущалась приятная, а не грустная, семейная атмосфера. Тетушка положила вторую на голову и парню, чтобы не “ущемлять” в этом его и так же, как и отца, потрепала по голове. По ней было видно, что даже утратив свою единственную “дочь”, она радовалась, что осталась не одна, а с двумя такими же родными для нее людьми.
Спустя некоторое время, пропуская по чашечке чая уже по второму кругу, Цумири начала интересоваться родом деятельности парня:
– Слушай, Ангико, – женщина отхлебнула напиток, – я так поняла, ты с Акиото в организации служишь, да? – юноша сначала забылся и глупо оглянул свою одежду. Точно, он ведь был в форме. В любом случае парень одобрительно кивнул, – Интересно. – она деланно удивилась. – А в каком отделении?
Ангико услышал, как отец, явно нарочно, громко сербнул чай и, переведя на него взгляд, заметил, как тот прищурился, пристально глядя на сына.
– Да, расскажи, в каком отделении ты работаешь. – Повторил мужчина с явной насмешкой. Юноша это заметил и даже понял, к чему это. Неужто он до сих пор дуется из-за того, что Ангико пошел не в Магическое отделение, а в Военное?
Тетушка уловила эту искру, поэтому с интересом смотрела на младшего, ожидая объяснений. Деваться ему было некуда, поэтому он ответил:
– Папа, – отчетливо проговорил парень как раз в тот момент, когда Акиото держал чашку на весу. Как и была предсказана реакция на подобное обращение – рука мужчины дрогнула и он чуть не разлил напиток. Этим, естественно, сын обратил внимание отца на себя, при этом еще и заставил его думать, нарочно это было или нет. – я работаю в Военном отделении и помогаю в Медицинском.
Цумири, будто и не обращая внимание на искру между мужчинами, восхитилась:
– Ого! Работаешь сразу в двух отделениях, молодец! – Она с улыбкой потянулась к юноше и похлопала по плечу.
– А мог пойти и в Магическое. – Не унимался отец, – Потенциал есть.
– Ну перестань. – жалобно протянул он.
– Там было бы куда безопасней. – Продолжил Акиото. – Особенно в твоем положении.
В глазах женщины стало виднеться осознание смысла этой беседы и из-за этого интерес в несколько раз вырос, и она смотрела на парня, будто молча подбадривая и говоря: “Давай! Ответь ему что-то!”. И в голову парня и правда пришел весьма убедительный ответ, который он, даже не обдумав тщательно, озвучил:
– Со стратегической точки зрения, при нападении демонов с главой, имеющим преимущество в магии, первым делом начнется истребление именно магов, ведь они могут послужить единственной угрозой. Поэтому, насчет безопасности могу поспорить.
Как только парень закончил свою речь, послышался щелчок пальцев Цумири – она щелкнула ими и указательным пальцем указала в сторону отца, а после проговорила:
По ней было видно, насколько забавно ей было наблюдать за этими двумя. Акиото, поверженный фактами сына, аж уперся в спинку стула и, поверженный, задумчиво смотрел в никуда.
– 1:0. – Наконец послышалось с его уст.
Ангико был доволен тем, что наконец отец не будет вспоминать об этом, но у него появились сомнения насчет того, не было ли это слишком грубым ответом.
– Так, а чем ты занимаешься на работе? – Увидев, что разговор зашел в тупик, перевела тему тетушка, вопросом застав парня врасплох.
– Ну… – протянул юноша, не зная, что и ответить. Не сказать, что в Медицинском отделении день до дня сидит на месте и ждет возвращения одной из коллег? – Сейчас я большую часть времени провожу в Медицинском отделении, помогая мелкими поручениями, но вообще я еще иногда и выбираюсь охотиться за демонами.
Цумири так светилась от счастья, что казалось, будто она стала первой звездой, что просвечивалась сквозь дневное небо, показывая всем, что вот-вот настанет закат.
– Как здорово! – Пораженная, ответила она, – Кстати, – резко вспомнила что-то, – Акиото сказал, что хотел, чтобы ты пошел в Магическое отделение, да? Значит ты маг, верно? – проговаривая последнее предложение, женщина еще больше пропиталась энтузиазмом. Ангико хотел что-нибудь ответить, но тетушка опередила его, перед этим прищурившись и внимательно взглянув на него, – Все, теперь вижу! – и начала рассматривать его. – Слушай, и правда хорошая магическая аура! У тебя, кстати, какие типы магии?
Парня не столько смутил сам вопрос о типе магии, так как он уже был осведомлен, что существуют 3 типа магии, по которым сортируют магов на боевых, врачебных и особенных; сколько, то, что она сказала именно типы. Женщина заметила замешательство юноши, поэтому сообразила:
– А, стоп, точно! Ты ведь не вступил и поэтому не знаешь, да?
На самом деле его замешательство произвел не этот факт, но это было тоже правдой. Догадливость Цумири просто поражала. Но еще поражало то, что она никак не расстроилась отсутствием подобного знание, а наоборот – загорелась еще больше, хотя и казалось, что больше уже некуда.
Та резво вскочила, заставив мужчин переглянуться, и напоследок произнеся: “Минуточку!” – быстро скрылась. Им пришлось только гадать, за чем тетушка ушла. Куда она ушла, Ангико догадался, приглядевшись к двери, за которой Цумири скрылась: из щели было видно стенку из камня и лестница вниз. Тут не трудно догадаться, что там либо подвал, либо кладовка. Но зачем ей туда? Неужто вспомнила, что закрывала вкусное варенье к чаю?
Через несколько минут показалась сама хозяйка и дала понять, что их догадки не были верными – она несла далеко не закрутки. В ее руках были два неизвестных ни для Ангико, ни для Акиото прибора. Когда тетушка присела на свое место и начала молча раскладывать их на столе, парень смог рассмотреть эти загадочные приспособления. Каждый из них состоял из двух частей, одна из которых была простым куском металла с таблом, а вторая – тонкой металлической подложкой с креплением, как понял юноша, для руки, соединенных между собой небольшой веревочкой.
– Я вспомнила! – Начала та, отодвинув крепление из второй части одного, более старого, на вид, из устройств и взяла Ангико за руку, – У меня эти приборы завалялись в коморке. Я уже думала их выбросить к чертям, а они вот, пригодились! – она искренне улыбнулась. Увидев непонимание в лицах родственников, объяснила, – А, точно, вы ведь вряд ли видели подобное! Это приборы для распознавания типа магии у людей!
Теперь все стало понятно, женщина хотела сама узнать и дать возможность парню понять, к какому типу магии тот относится! Его глаза так и загорелись энтузиазмом, что не прошло мимо Цумири. Она взглядом показала ему на вторую часть устройства и тот понял намек. Вставив руку на место и подождав, пока женщина закрепит руку юноше, все трое начали ожидать изменений на экране первой части оборудования, отец даже облокотился о стол, чтобы было лучше видно.
И их ожидания превратились в реальность – через пару секунд на табло показались три символа: кузнечная кувалда, змея, обвитая вокруг чаши, и ладони, держащие маленький шар. Ни Ангико, ни Акиото не понимали, что это значит и, даже вместе с тетушкой, ждали еще изменений. Только ни через минуту, ни через две ничего не поменялось – лишь три светло-серых символа на черном экране.
Заметив на себе непонимающие и немного разочарованные взгляды мужчин, Цумири прокашлялась и, отстегнув руку парня, со словами: “Вот барахло! Наверное, состарилось с годами и не хочет нормально работать! Надо было выкинуть к чертям” – подставила второй прибор. Пристегнув во второй раз юношу, все трое вновь вгляделись в табло и начали ожидать другого результата. Снова таких же три символа, только уже немного отличающихся стилем, и… опять ничего… Вновь, ни через минуту, ни через две ничего не произошло.
Арабамы заметили, как Цумири огорчилась и нахмурилась. Даже представить сложно, как ей было обидно и неловко из-за такого результата. Она, прищурившись, всмотрелась в Ангико и произнесла:
– Ничего понять не могу… У тебя есть небольшая аура, а значит ты маг… Но почему не показывает этого ни один, ни второй прибор… – Женщина еще больше нахмурилась и начала молча о чем-то размышлять.
Оба боялись ей что-то сказать, чтобы не расстроить еще больше и не сбить ее с мысли, поэтому просто молча наблюдали за ней.
Вдруг тетушка вскочила и, будто прозрела, направилась обратно в кладовую, тихо проговаривая:
Мужчины, которые уже за один раз успели привыкнуть к ее внезапным приливам мыслей, продолжили спокойно сидеть, лишь Акиото иногда попивал понемногу чай, а парень пытался освободить руку из прибора, но получалось это плохо. Спустя пару минут слушания, как из-за двери доносятся тихие стуки, перед ними вновь появилась хозяйка, держащая в руках какую-то, на вид старую, книгу. Им хотелось поинтересоваться о ее содержании, так как текста на обложке не было видно, но та так пристально и внимательно читала, что они решили просто не мешать ей.
Спустя минуту неотрывного чтения, Цумири удосужилась поднять взгляд и с неописуемым удивлением уставилась на юношу. Ему аж стало не по себе, ведь он не мог понять, то ли она радостно шокирована, то ли огорченно. Только после пары секунд гляделок с Ангико, женщина прикрыла рот свободной рукой и, сведя брови вместе, чуть ли не с плачем бросилась к нему в объятия, проговаривая:
– Ты ж мой хороший! – и начала расцеловывать его.
Парень был в шоке с такой быстрой перемены реакций, поэтому озадаченно уставился на нее, не зная, как реагировать. Только после минуты радостных всхлипов в объятиях юноши, женщина наконец успокоилась и, с радостным видом взяв Ангико за щеки, попыталась объясниться:
– Три! – Тот непонимающе изогнул бровь, – У тебя все три типа магии!
И тут он наконец-то все понял. Насколько ему было известно, то у человека максимум может быть всего два типа магии, так откуда же у него взялось целых три? И почему тетушка еще в начале спросила за его типы магии? Даже Акиото, который, казалось, вообще не имел никакого отношения к магии, а тем более к знаниям о ней, удивленно остановил чашку у губ.
– Погодите, разве в норме не должно быть всего один тип, а максимум два? – Наконец решился задать давно возникший вопрос юноша.
– Вообще ты прав, но у таких, как мы, – намекнула. – принадлежащих к родам или орденам, в особенности имея наследственную магию, чаще встречаются два типа, нежели один. Это из-за того, что любая магия, которая передается по наследству, имеет в себе особый тип, вне зависимости от того, какую именно силу передает. А вот насчет всех трех типов у одного человека – о таком я и сама не знала. – Женщина остановила свой рассказ и только после того, как показала Ангико страницу книги, продолжила, – Тут говорится, что около пары процентов всего населения имеют три типа магии, когда два имеют около пятнадцати процентов. Именно поэтому в большинстве книгах о них не упоминается.
На мгновение женщина остановилась и дала парню осмыслить его силу. Ему было трудно это понять, так как ему не хватало больше знаний о каждом из типов, да и сила вовсе не ощущалась. Но мозг на пару с логикой, которые в девяти из десяти случаев были правы, подсказывали, что он и правда уникальный и неописуемо силен.
Его монолог перебил отец, который, явно специально, громко отпил из кружки и, с добрым упреком, радостно проговорил:
– А я ведь говорил! – И поставил пустую чашку на блюдце.
Это заставило юношу уйти от серьезных мыслей и весело хохотнуть.
Еще немного поболтав с хозяйкой на всевозможные темы, мужчины стали потихоньку собираться обратно в организацию, ведь уже давно появились сумерки за окном. По виду женщины было понятно, что она явно не хотела их ухода и тянула время как могла.
Когда двое уже оделись и собирались прощаться, Цумири старалась задержать их разговорами и чуть ли не тянула назад, когда кто-то из них пытался перешагнуть за порог ее дома. Понять ее можно было, ведь никому не пожелаешь на старости лет остаться совсем одной, только раз в несколько лет видящей оставшихся родственников. Но и у мужчин работа не ждала, ведь Акиото отпросил Ангико до наступления вечера и у него самого без него бумаги на столе не испаряются.
Сейчас Арабамы стояли уже одетые, обутые, к тому же мокрые, ведь в доме тепло, а они одеты по погоде суровых агатовских зим, и ждали, пока тетушка принесет “гостинцы” в дорогу, взамен на их освобождения от ее оков. В итоге, когда они, полумертвые, наконец-то дождались своего ключа к освобождению, в руки отца женщина отдала не маленькую корзинку, накрытую белой тканью. Немного открыв ее, что Ангико, что Акиото удивленно уставились на Цумири.
– Что? – с деланным удивлением спросила она.
– Зачем столько? – в один голос спросили мужчины.
– Ну, вас двое, вы мужчины, один вот, вообще растет! – Та показала на младшего, – Насчет тебя не знаю, растешь ты еще или нет, – вспомнила про старшего, – но кушать и пить чаёк вам нужно! И это не обсуждается! – в особенности громко произнесла последнее.
– Откуда у тебя столько чая? – максимально ошеломленно спросил парень, видя в корзине с десяток маленьких баночек с травами внутри.
– Пф! Я злорадный любитель чая! – Гордо ответила, – Даже состою в чайном клубе! – немного тише, добавила.
– Ну зачем столько… – не в силах противоречить хозяйке, добавил Акиото, закрывая корзину и собираясь выходить.
Ангико выходил первым, поэтому лишь обернувшись, заметил, как Цумири ответила на вопрос отца столь тихо, будто не хотела, чтобы ее услышал парень: “Там, кстати, есть еще и чай от импотенции!”. Юноша притворился, будто ничего не слышал, но краем глаза заметил округлившиеся глаза отца. “Ну это так, если тебе надо” – оправдалась на прощание женщина и, чуть ли не со слезами проводила гостей.
По дороге сначала в отделение, а после и домой, мужчины вспоминали и забавлялись моментами, проведенными вместе с единственной родственницей.
– Я попрошу Пин немного тебе помочь в магии. – уже открывая дверь дома, пообещал отец, чем немного растрогал парня.
– Ага! Спасибо! – с полной благодарностью добавил Ангико и наконец вошел в родной дом.