Как Алгоритм разрушил для меня музыку – Эссе Александры Сэйвиор для Substrack, 20 сентября 2025 года
Откровенный опус Александры о потере идентичности в музыкальном мире, проблемах современных алгоритмов и остающейся проблеме неравенства прав мужчины и женщины.
Я просыпаюсь от луча солнца в форме ромба, падающего мне на лицо из щели между штор, и первым делом смотрю на часы у кровати. Я спускаю ноги с кровати, которую делю со своим парнем, прямиком на деревянный пол нашей квартиры 1920-х годов. Я иду к двери спальни, затем - в кухню, чтобы сделать себе чашечку кофе, выпиваю только лишь половину кофе и выливаю его, когда он остывает. В ранние часы дня, после пробуждения после долгой ночи наполненной снами, наполовину во сне, наполовину в реальном мире, есть что-то завораживающее. Мне кажется, что я могу видеть, как дверь в мои сны плотно закрывается и запечатывается навсегда. Я планирую свой день, и есть два варианта, которые определяют, как он будет проходить: либо я беру гитару и блокнот, либо отключаю телефон от зарядки и открываю социальные сети. Другими словами, я выбираю: либо записывать и сохранять свои сны навсегда, либо позволить им испариться вместе с утренней росой.
Мириады звезд «Tik-Tok» и богатых светских львиц, ставших моделями, а затем актрисами и инди-музыкантами, заполняют мой разум, когда я медленно провожу пальцем по стеклу своего iPhone 14. Почти все они, кажется, носят одинаковые овальные очки-нулёвки и используются один и тот же карандаш для губ цвета серого-коричневого, которые рекламируются мне, когда я прокручиваю экран дальше и дальше. «Может быть, мне нужно купить это, чтобы люди обнаружили мою музыку?» — задаюсь я вопросом, погружаясь все глубже в некий транс, который быстро поглощает меня. Мой внутренний монолог начинается как стремительная очередь, когда я замечаю, что потеряла несколько сотен подписчиков из своего профиля: «Чем я так отличаюсь от этих девушек, чья карьера, кажется, процветает?». «Жизнь кажется такой простой для них». «Интересно, я уже слишком старая?» «Может, моя музыка просто не так уж и хороша?» «Хотела бы я, чтобы мои родители были богатыми». «Хотела бы и я сама быть богатой». «Может, мне стоит писать больше, как они?» «Буду ли я вообще когда-нибудь снова писать?» «Может, кто-то наложил на меня проклятие, чтобы у меня были низкие показатели прослушиваний и продаж альбомов?» Внезапно я прихожу в себя, задыхаясь, как будто меня насильно вырвали из глубокого гипноза.
«Кем я, черт возьми, стала?» «Раньше я была такой рациональной».
Мир рушится, и вам не нужно, чтобы я это говорила, и я прекрасно понимаю, что подхожу под современный стереотип «самоувлеченной, посредственно одаренной белой девушки с челкой, мрачно поющей пленящим голосом». Я не хочу сказать, что я лучше всех этих девушек, которые следуют за любой новой модной тенденцией, циркулирующей в социальных сетях. Моя проблема, боюсь, в том, что любая модная тенденция, за которой я следовала, сбивала меня с пути, становясь, казалось бы, неактуальной. Давайте оставим это в стороне, пока я продолжу рассказывать вам о том, что я имею в виду, об Алгоритме и о том, как он влияет на мое видение будущего артиста. Мне кажется, что за рассчитанной рекламой, выдающей себя за «культуру момента», скрывается коллективное, углубляющееся чувство непостоянства и капиталистического отчаяния со стороны музыкальной индустрии и общества в целом. Скорее всего, потому что никто не покупает музыку, так как же продать им то, что они уже получают бесплатно? В этой индустрии всегда были «топовые» артисты, горстка, может быть, дюжина самых громких имен поп-музыки. Проблема для большинства из нас сейчас заключается в том, что эти имена в значительной степени монополизировали музыку и культуру в целом, потому что алгоритм подает нам их, их и только их, ну, если не считать щенков, дружащих с птицами, уроки макияжа и видео, на которых незнакомцы кричат друг на друга в самолетах. Намеренно или нет, но кажется, что все в мире объединяется, чтобы коллективно перепрыгнуть через черту, опередив нас, маленьких людей.
Так как же это, в конце концов, влияет на мое творчество?
На создание альбома могут уйти годы. В моем случае это было полдесятилетия, пять лет изнурительных усилий, чтобы закончить альбом из двенадцати песен, не имея абсолютно никакого бюджета (речь идёт про третий альбом Александры «Beneath The LIlypad», вышедший в мае 2025 года – прим. ред.). Честно говоря, это заняло так много времени, потому что я постоянно впадала в эмоциональное истощение из-за риска потенциального провала. Затем, когда альбом наконец был закончен, музыка была выпущена или загружена на платформы социальных сетей. Только для того, чтобы быть пролистанной горсткой незнакомцев, пока они занимаются своими утренними делами. Наконец, после того, как работе всей моей жизни дается полсекунды шанса на успех, она, похоже, теряется навсегда. По крайней мере, так мне кажется. В своих усилиях как артист я стараюсь быть уязвимой и честной в своей работе, но в настоящее время я замечаю, что больше всего я постоянно задаюсь вопросом, как я могу быть и оставаться актуальной. Дело в том, что алгоритм, культура одноразового потребления и развитие культуры социальных сетей в целом привели меня к творческой стагнации, которая угрожает моему будущему как профессионального музыканта.
Что я должна сделать, чтобы мою работу увидели и услышали? «Не отставать от Джонсов» — до недавнего времени я никогда не понимала смысла этой поговорки («Не отставать от Джонсов» – англ. «to keep up with Joneses» – английская идиома, обозначающая стремление быть не хуже всех, соответствовать стандартам жизни окружающих людей, особенно, соседей или знакомых – прим. ред.). Я никогда не была конформисткой, мне это не было нужно, я выбрала профессию артиста, а артисты должны быть другими, мы должны бросать вызов существующему порядку вещей и жить свободной жизнью, полной самовыражения. Единственная проблема этого выбора заключалась в том, что в момент его принятия я, похоже, упустила из виду тот факт, что исторически сложилось так, что артисты обычно бывают без гроша в кармане. Упс! Что-то не продумала этот момент. Когда тебе 16 лет, а именно в этом возрасте я пришла в музыкальную индустрию, ты каждую ночь спишь на кровати, за которую не платишь, в доме, где ты ешь и живешь бесплатно, поэтому, естественно, жизнь, полная боли и борьбы во имя искусства, кажется довольно романтичной. Прошло четырнадцать лет, и я просто беспокоюсь о том, чтобы заработать столько, чтобы оплатить медицинскую страховку и автомобиль в этом месяце, и вдруг мне кажется, что у «Джонсов» все, на самом деле, в порядке.
Теперь, когда я смотрю на быстро сменяющие друг друга изображения незнакомых людей на экране, я задаюсь вопросом: куда делось все искусство из моей жизни? Я вижу так много молодых девушек, все одинаково одетых, некоторые из них позируют на машинах, некоторые катаются по полу в бюстье, шепча в микрофон песни с сексуальными намеками. Переходя от одного поста к другому, я получаю набор знаний, которые мне изначально были совершенно не нужны. Вдруг я узнаю, какую подводку для глаз носит бывшая звезда «Disney Channel» на церемонии «Grammy», демонстрируя роскошную сумку за целых восемь тысяч долларов, за которую ей не пришлось заплатить ни гроша. Я внезапно начинаю искать, как я могу приобрести эту сумку для себя: «Может, оформить кредит?» «Хотя, стоп, что я, черт возьми, вообще несу?» Далее я смотрю на противоречивые выступления музыкантов, которые заявляют, что они «трудолюбивые простые американцы, такие же, как я!», но в то же время эти люди занимают своё уютное место среди списка миллиардеров нашей страны. Я смотрю, как некоторые из самых талантливых и успешных женщин в мире тратят сотни тысяч долларов, чтобы их кожу подтянули и натянули, а затем поют трехминутные баллады о «внутренней красоте». Что мы делаем?! На самом деле, вопрос должен быть сформулировано немного иначе: КТО это с нами делает?
Я бросаю телефон на кровать, почти что через всю комнату, когда в моей голове возникает то самое озарение: дело не в том, как я могу оставаться актуальной как артистка, а в том, как я могу оставаться актуальной как женщина, которая также занимается искусством. И снова моя гендерная идентичность поднимает свою уродливую голову.
Мне не ускользает тот факт, что в этом обществе женщин поощряют рассматривать друг друга как смертельных врагов. Я также понимаю, что система, на которой работают эти социальные сети, активно рассчитывает на мои неуверенность и слабости. Я испытываю стыд, когда собираю крохи воспоминаний, которые у меня еще остались о детстве, и задаюсь вопросом, как и я стала жертвой этой патриархальной игры разума. Кажется, что этот отвратительный импульс самосравнения усиливается постоянной каруселью, в которой я вынуждена участвовать в социальных сетях, чтобы моя музыка доходила до людей, потому что то, что я делаю, не доходит до людей, а проблема в том, что если моя музыка не доходит до людей, я не смогу платить за аренду. Так что теперь я мучаюсь выбором... Сдаться? Намазать губы блеском из Tik-Tok, принять сексуальную позу, улыбнуться в камеру: «Слушайте! Смотрите! Слушайте! Пожалуйста! Я вас умоляю!» Или закрыть Instagram, постараться создать качественную работу и снова подать заявку на продовольственные талоны? Для меня эти две вещи не могут сосуществовать. Это же не может быть правильно? Должен же быть способ достучаться до людей, не извергая постоянный поток кликбейта в попытке конкурировать с буквальными миллиардерами... А как же Элла Фицджеральд, Билли Холидей, Кейт Буш, Джорджия О'Киф, Майя Анжелу, Симона де Бовуар, Фрида Кало, Джоан Дидион? Были ли эти женщины «непо-бейби» («непо-бейби» – дети богатых родителей, достигшие успеха благодаря деньгами своих родителей – прим. ред.)? Испытывали ли они тоже давление, заставляющее их делать инъекции в губы и принимать GLP-1? (GPL-1 – препарат, применяемый для контроля сахара в кровати, снижения веса и лечения ожирения - прим. ред.)
Я не испытываю обиды или горечи по отношению к красивым, богатым, уверенным в себе и успешным женщинам в музыке и к их карьере. Чему я завидую больше всего, так это их способности каким-то загадочным образом без особых усилий захватывать каждый сантиметр пространства, через которое мы, артисты, должны транслировать свои работы, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Женщины должны иметь право быть сексуальными, женщины должны иметь право быть богатыми, женщины должны иметь право изменять свои тела так, как им хочется. Твое тело, твоя жизнь, твой выбор. Но что происходит, когда талантливые женщины с совершенно средними родословными, средними доходами, средними физическими данными остаются незамеченными? И почему кажется, что все эти вещи не могут сосуществовать бок о бок? Должны ли мы придерживаться таких противоположных категорий? Почему мы вообще должны существовать в категориях? Для меня невероятно печально, что в 2025 году, в мире, где женщины должны получать такое же уважение и такие же возможности, как и мужчины, наша сексуальная привлекательность по-прежнему играет такую важную роль в успехе нашей карьеры. Дело не в том, что кто-то прямо говорит мне, что я должна быть более сексуальной, никто не сообщает мне, что мне надо поработать над своей внешностью, и никто не дает мне пару экстремально коротки шорт и не говорит мне в лицо, что если я покажу пупок и покручусь вокруг шеста, это может помочь продажам альбома, никто, кроме этой загадочной силы, которой являются социальные сети. Так что да, я полагаю, все это только в моей голове, которая уже кружится от всех мыслей, пытаясь понять, как победить этого зверя, которым сегодня является пресловутый алгоритм. Победить его, чтобы... выжить.